Закон Долга

– Стрелять можешь? – спросил я у Савельева.

– Запросто, – отозвался тот. – Если отходняк не накроет. Что-то я маленько не рассчитал с тем ки-ай, боюсь снова вырубиться.

– Ты уж постарайся побыть в сознании, – проговорил я, пристраивая «Вепрь» за трупом «борга», чтоб сошки на каталке стояли, а ствол на мертвеце лежал. Рядом с «Вепрем» я положил оставшиеся два полных магазина. Очень надеюсь, что в случае чего Савельев найдет силы перезарядить оружие.

Трофейный «калаш» я повесил себе на грудь. И когда Японец улегся на каталку, накидал ему в ноги десяток полных магазинов от АК. Чтоб были под рукой в случае чего.

– Ну что, поехали, – произнес я, берясь за ручки каталки. Будем надеяться, что всё получится. Потому, как если не рассчитывать на победу, то нечего и браться.

Коридор полого вел наверх, мимо одинаковых дверей и аляповатых рекламных плакатов, висящих между ними и призывающих бойцов «борга» бороться до победного конца с мутантами и сталкерами. Интересно, а с кем они будут бороться, если тот победный конец наступит? Впрочем, глупый вопрос. Люди с оружием всегда найдут с кем бороться.

Но один плакат привлек мое внимание настолько, что я даже остановился. Вернее, это был не плакат, а большая схема, в верхней части которой было написано следующее:

«План эвакуации при пожаре главного центра управления технологическими процессами комплекса производств «Вектор» по дезактивации, переработке и захоронению радиоактивных отходов».

Ага, теперь понятно, куда нас притащили «борги». В изначально хорошо укрепленный комплекс возле села Буряковка, который они, похоже, превратили в одну из своих баз. Кстати, по моему разумению, без «друзей» с Запада тут не обошлось. Переработка и захоронение радиоактивных отходов есть больная тема любого государства, использующего ядерное топливо для своих атомных электростанций. Либо производящего ядерное оружие, как и любое другое имеющее срок годности, по прошествии которого его необходимо утилизировать.

Вот тогда и возникает закономерный вопрос: куда девать радиоактивный мусор? На территории своего государства делать это как-то не хочется, ибо захоронение ядерных отходов всегда чревато заражением почвы, грунтовых вод и в конечном счете крайне пагубно влияет на экологию продвинутой страны. Соответственно, вполне логично вывезти опасный мусор куда-нибудь подальше. Например, в страну менее продвинутую, где очень кстати есть словно специально созданная для подобных целей уже априори зараженная Зона отчуждения. Где в этой Зоне опасные контейнеры с адски фонящими радиоактивными отходами примут специально обученные вооруженные люди, умеющие за большие деньги свято хранить хорошо оплачиваемую тайну.

В свете чего неудивительна столь рьяная борьба «боргов» с мутантами и сталкерами. Первые есть подтверждение тому, что главный мутагенный фактор – радиационный фон – в Зоне не падает со временем, а по каким-то странным причинам неуклонно растет. А вторые могут ненароком проникнуть в тайну деятельности мощной группировки, теперь понятно от кого получающей столь замечательную финансовую поддержку.

Иными словами, «борги» ничем не отличаются от «мусорщиков». Члены группировки сваливают в Зону радиоактивные отходы производств других государств, а пришельцы делают то же самое с опасными отходами своего мира. Причем надо учитывать, что со временем уровень радиационной опасности будет только расти, однажды став опасным даже для «боргов», как и мы, сталкеры, приспособившихся к повышенному радиационному фону. И тогда Зоны начнут расти, раздвигать границы, пока однажды вся наша планета не превратится в одну большую свалку радиоактивного и инопланетного мусора, где человечество просто вымрет. Либо превратится в новый вид мутантов-паразитов, приспособившийся жить среди куч чужого дерьма…

Все это я ворочал у себя в голове, продолжая двигаться вперед по коридору, в конце которого уже можно было различить источник более яркого света, чем тусклое мерцание ламп под потолком. Двери, ведущие из коридора наружу, были распахнуты настежь, и оттуда, снаружи, доносился знакомый грохот нешуточного боя.

– Пррриготовились, – рыкнул я, заправляя приклад автомата себе под мышку. Неудобно, конечно, одной рукой каталку толкать, а другой с «калашом» управляться, но выбирать не приходилось. На то он и прорыв.

Ибо, как я и предполагал, дисциплинированные «борги» все-таки оставили возле выхода охрану из трех человек.

Правда, та охрана тяжелые стальные двери наполовину распахнула, чтоб видеть, что происходит снаружи, а сама за ними спряталась, высунув стволы наружу. Ну, нормальный ход. При нападении вражьей силы лучше уж так, чем сидеть за запертыми створками и ждать, когда их вынесут кумулятивным выстрелом из РПГ.

Дребезжание нашей каталки по полу закономерно потонуло в грохоте боя, поэтому «борги», не ожидавшие нападения сзади, звуков нашего приближения закономерно не услышали.

А когда мы приблизились, было уже поздно…

Двое охранников укрылись за стальными створками дверей. Третий залег между ними, пристроившись за красным ящиком с песком, притащенным сюда прямо от пожарного стенда, расположенного неподалеку от входа. Ничего так для огневой позиции, сварганенной на скорую руку. Правда, в плане защиты от нападения с тыла толку от нее было мало.

Первым дребезжание нашей телеги услышал тот, что прятался за ящиком. И попытался развернуться. Грамотно, резко, с уходом в перекат, одновременно поворачивая ствол автомата в нашу сторону…

Но завершить свой маневр не успел.

Пуля Японца пробила тактический шлем, словно он был из картона, и разворотила его заднюю часть, обильно обрызгав мозговым веществом красный пожарный ящик. Хорошая смерть. Быстрая и безболезненная. Настоящий подарок Зоны.

Тому, что справа, повезло меньше. Он тоже успел развернуться в нашу сторону и даже выстрелил. Не прицельно. Пуля лишь чиркнула по ножке каталки. Зато я выпустил половину магазина в живот нерасторопного стрелка. Ну, блин, неудобно стрелять из-под мышки, принимая отдачу очереди не в плечо, а в ладонь, сжимающую рукоять автомата.

В результате стрелка согнуло пополам и отбросило на дверь, мгновенно окрасившуюся кровью. На расстоянии в десять метров автоматная пуля со стальным сердечником легко и непринужденно шьет любую тактическую броню, кроме разве что тяжелых экзоскелетов – да и то, смотря куда попадешь.

А вот третьему повезло больше…

Вернее, не повезло Савельеву.

Я почувствовал, как каталку рвануло в сторону, и краем глаза увидел мелкие кровавые капли, брызнувшие в сторону. Твою мать, третий по ходу Японца подстрелил!!

Впрочем, Виктор тоже не оплошал. Третьего «борга» его выстрел развернул влево. Понятное дело, любого развернет, когда левая рука отлетает в сторону, оторванная двумя стальными пулями двенадцатого калибра, попавшими в область локтевого сустава одна за другой.

В третий раз Виктор выстрелить не успел – а может, просто в глазах у него помутилось от волны боли, накатившей после ранения. Но я сделал это за него, бросив каталку и двумя короткими очередями проконтролировав обоих «боргов» – савельевского, орущего от боли не своим голосом, и своего, корчащегося на полу с половиной магазина в брюхе. Даже если противник смертельно ранен, это не значит, что он мертв. Следовательно, вполне можно ожидать от него каких-нибудь пакостей. Впрочем, в Зоне и трупы порой весьма опасны… Но и живых, и мертвых гарантированно успокаивает свинцовый гостинец меж бровей. И им не мучиться, и у тебя проблем меньше. Которых и без того хватает. Например, раненый Японец на каталке.

Впрочем, ранение оказалось не особо опасным. Пуля прошла по касательной, глубоко вспоров кожу на бедре. Смотрится такое жутковато – кровь, разлохмаченное мясо, обширная раневая поверхность…

Но на деле всё не так плохо. Лоскуты кожи обрезать – все равно не приживутся – рану обработать, и норм. Будет у чувака крутой шрам на ходуле, приковывающий внимание девчонок на пляже. Правда, обработать и перевязать надо сразу, пока раненый заражение не подхватил и не вырубился от болевого шока и кровопотери. Ибо поражение тканей все-таки довольно нехилое.

– Ну, держись, – бросил я, вновь выхватывая «Бритву» из ножен. – И за выходом смотри.

Первая помощь на поле боя – штука экстремальная. Первым делом выхватить из кармана аптечку и вкатить раненому из шприц-тюбика анастетик: промедол, морфин, буторфанол – неважно. Лишь бы пациент не вырубился от болевого шока. Далее еще два тюбика – антибиотик и противостолбнячная сыворотка. Ну а потом можно и приступать.

Ну, я и приступил. Резанул штанину вдоль, ухватил самый большой кусок кожи, болтающийся, словно кровавая тряпка, и отрезал его нафиг. Савельев зашипел было, но тут же заткнулся. Наверно, потому, что в дверном проеме появился отвлекающий фактор в виде ростовой фигуры «борга» в экзоскелете, с пулеметом в бронированных лапищах. Не иначе, послали в помощь охранникам, все-таки услышав стрельбу в гулком коридоре.

Пулеметчик был настроен решительно, сунулся в проем резко, готовясь крошить из своего РПК всё и вся…

Но с крошевом не получилось. Ибо слегка пришедший в себя Савельев не оплошал и влепил стальную пулю в самый центр бронестекла шлема. И сразу следом – вторую, в образовавшуюся пробоину.

Энергия пули, выпущенной с короткого расстояния, была сильна настолько, что пулеметчика опрокинуло на спину. При этом его палец заклинило на спусковом крючке, и длинная пулеметная очередь огненным пунктиром полетела в серое небо Зоны.

Виктор сработал замечательно, но мне следовало поторопиться. В любую минуту он мог вырубиться, а «борги» – послать сюда отделение менее самоуверенных и более осторожных вояк, которые сначала забрасывают опасное помещение гранатами и лишь потом в него суются.

Поэтому я быстро срезал лишнюю кожу, плеснул перекисью водорода, и пока в открытом мясе шипела мгновенно порозовевшая пена, быстро и обильно покрасил края раны йодом. Разорвать индивидуальный пакет и перевязать ногу – дело одной минуты. При этом я прихватил бинтом разрезанную штанину, чтоб не болталась. Будет у ниндзи время – зашьет, не проблема.

– Ну всё, погнали дальше, – рыкнул я, хватаясь за автомат.

– Погнали… – донеслось с каталки. После чего тело Савельева обмякло. Вырубился. Продержался на морально-волевых до того момента, как я закончил с раной, и отключился. Молоток мужик! Думаю, я бы по совокупности факторов выключился раньше. Ладно. Пусть пока полежит тут, а я обстановку разведаю.

Держа «калаш» наизготовку, я аккуратно высунулся наружу. Однако…

Комплекс производств «Вектор» занимал обширную территорию, отвоеванную людьми у мутировавшего леса. «Борги» обосновались тут на деньги «спонсоров» более чем серьезно. Вон возвышаются здания, не оставляющие сомнений в их предназначении – целый завод по переработке твердых радиоактивных отходов. А вон и огромное приповерхностное хранилище для них же.

Впрочем, думаю, это больше для отвода электронных глаз, наблюдающих за поверхностью земли из космоса. Основное «хранилище» – это вон те неоправданно огромные ангары, наверняка прикрывающие глубокие шахты, в которые просто сваливаются бочки с отходами.

Кстати, вон и техника специфическая возле них наблюдается – полностью бронированные «КамАЗы» и «Уралы» семейства «Тайфун», в основном предназначенные для безопасной перевозки личного состава. Но возле каждого ангара их стояло штук по пять-семь. Зачем?

Понятно зачем. Выбросить из бронекапсулы автомобиля сиденья для пехоты и набить ее бочками с опасными отходами – дело нехитрое. А вон и две машины сопровождения, БТР-80 и БМП-3. Все сходится – «борги» таскают сюда важные грузы, можно сказать, международного значения, требующие серьезной охраны…

Но сегодня над спокойным и размеренным бизнесом самой «правильной и идейной» группировки Зоны нависла нешуточная опасность.

Забор вокруг «Вектора» был значительный, похоже, построенный недавно, с соблюдением всех правил военной инженерии. Шестиметровый, с пулеметными вышками, сверху обмотанный несколькими рядами колючей проволоки по всей длине бетонного ограждения.

Но вышки – отличная стационарная цель, по которой гранатометчик средней руки даже без пристрелки влегкую отработает из РПГ метров со ста пятидесяти, резко высунувшись из-за укрытия, а после вновь за него спрятавшись. Исходя из чего, вышки для укрепленного объекта хороши лишь в том случае, когда вокруг него территория полностью зачищена метров на триста вокруг, а лучше на полкилометра, чтоб никакая тварь не подобралась к нему незамеченной.

Но в случае с «Вектором» это было сделать непросто. Объект практически по всему периметру обступал густой лес, потому зачистить территорию вокруг получилось лишь метров на пятьдесят от силы. Думаю, не раз прокляли «борги» проектировщиков, много лет назад решивших возвести данный объект именно тут. Особенно сегодня, когда от полутора десятка пулеметных вышек остались лишь кривые обрубки стальных профилей, торчащие из земли словно изломанные пальцы гигантского мутанта. По ходу те, кто сейчас штурмовал базу «боргов», туго знали свое дело. Сначала не торопясь ликвидировали вышки, потом так же основательно взорвали забор в двух местах. И сейчас рядом с этими довольно обширными проломами кипела нешуточная битва.

По ходу, атакующие, облаченные в зеленую броню, твердо вознамерились захватить базу «боргов». И оснащение приготовили соответствующее. Например, в правый пролом сейчас перла стена бойцов, прикрытых толстенными штурмовыми щитами «Забор» и «Вант-ВМ», из-за которых удобно не только стрелять, но и забрасывать противника ручными гранатами. Что, собственно, «зеленые» и делали, причем весьма активно.

Впрочем, «борги» тоже были не лыком шиты. Поняв, что забор более не преграда для атакующих, они оперативно откатились на вторую линию защиты, спешно сооруженную из бронегрузовиков. А вон и БМП-3, рыкнув двигателем, начала разворачиваться…

Но завершить разворот не успела. «Зеленый» гранатометчик, выскочив из второго пролома, словно чертик из табакерки, с ходу влепил кумулятивный «Луч» из своего РПГ прямо в борт «трешки»…

Удачное попадание. Стреловидная граната моментом прожгла дыру в броне и взорвалась внутри БМП, отчего немедленно сдетонировал основной боезапас.

Боевую машину раздуло на глазах, ее башня оторвалась и взлетела вверх на несколько метров. А потом броневой шар лопнул, выплеснув наружу огонь и вопли людей, тонущие в трескотне взрывающихся патронов.

Правда, и гранатометчик свернулся в эмбрион возле забора, срезанный автоматной очередью. И остальных «зеленых» перегруппировавшиеся «борги» умело накрыли плотным огнем. Конечно, штурмовой щит неплохая защита, но когда по нему молотят из нескольких стволов, хочешь не хочешь, а воткнешь его в землю и будешь сидеть за ним, ожидая, когда противник начнет менять магазины.

Но черно-красные стреляли грамотно. Пока одни перезаряжали оружие, другие давили противника огнем. А тем временем к грузовикам бежала подмога – четверо бойцов в легкой броне. У одного «Муха» в руках и еще одна за спиной. Второй огнемет «Шмель» тащит. А остальные двое – разобранный на составляющие автоматический станковый гранатомет, собрать который дело одной минуты.

В общем, понятно. Максимум через две минуты от штурмовой группы «зеленых» останется лишь черно-багровый, местами поджаренный фарш. А нам с Японцем придется снова отправляться в камеру с цепями на стенах – подозреваю, у полковника таковые присутствуют не в одном экземпляре.

Кстати, вон он, собственной персоной. Бодро ковыляет на своих протезах, машет убойной четверке, орет, мол, быстрее, маму вашу за загривок, шевелите копытами! А из-за плеч у него торчат… твою ж налево, рукояти знакомых мечей!

Вот оно как, значит. Полковник-то всегда славился своей прижимистостью и жаждой наживы. А мечи Японца – это ж целое состояние. Вот и прицепил их себе полковник за спину. На случай, если «зеленые» верх возьмут и драпать придется. Не «Бритву» вынесет из Зоны, так хоть обеспечит себя на всю жизнь. Сволочь.

Кстати, помимо всего прочего, вон и к БТРу трое черно-красных кексов несутся, экипаж, не иначе. Проснулись, голубчики, но лучше поздно, чем никогда. В общем, если сейчас не вмешаться, то через минуту будет поздно.

Ну, я и вмешался. Потому, что решительно не хотелось мне обратно в камеру, другие у меня имелись планы на ближайшее будущее. Потому сдернул я с плеча СВД, дослал патрон в патронник, встал на колено, перекинул ремень на локоть для лучшего упора – и начал стрелять. Очень быстро, потому что «борги» – парни хорошо обученные и, заслышав пальбу в тылу, долго размышлять не станут, с чего бы это приключилась эдакая незадача.

Раз. Два. Три. Трое черно-красных, сбитые с БТРа бронебойными пулями, безвольными куклами попадали возле рифленых колес боевой машины.

Четыре. Пять. Шесть. Семь. Гранатометчики и огнеметчик по очереди ткнулись лицом в осеннюю грязь, не добежав до позиции буквально несколько шагов.

Восемь. Полковник, открывший рот, чтобы проорать очередную команду, неестественно дернул головой и тут же профессионально зажал ладонью разорванную сонную артерию под ухом, заглушив хлынувший было из нее кровавый фонтан. Признаться, хотелось мне влепить гаду пулю промеж ключиц. Но в последний момент вспомнил я, как он помогал спасать одного вредного наемника и как мы с ним плечом к плечу вместе с другими моими товарищами отстреливались на берегу Яновского затона от наседающего врага…

Нет людей плохих и хороших, ибо каждый в этой жизни преследует свой интерес. И когда тот интерес совпадает с твоим, значит, ты встретил хорошего человека. Хорошего для тебя, в данный конкретный момент времени. Сегодня мои интересы не совпали с интересами полковника. Но это не значит, что я мог просто пристрелить мерзавца, с которым мы тайком пили спирт в госпитале из одной мензурки на всех, передавая ее из рук в руки. Другой бы смог наверно. Но не я.

Правда, в этом бы я никогда себе не признался. И сейчас совершенно искренне думал, что стреляю на полдециметра левее потому, что раненого командира немедленно бросятся спасать подчиненные, выносить его с поля боя, вместо того чтобы стрелять в меня. А это как минимум минус двое автоматчиков. Хороший предлог для того, чтоб оправдать мой дурацкий моральный кодекс, от которого я клянусь отречься чуть ли не каждый день. Только не получается ни хрена, увы.

Хотелось мне еще два раза выстрелить, уж больно заманчиво выглядели затылки стрелков, защищенные черно-красными шлемами, которые бронебойная пуля СВД шьет как бумагу. Но не срослось.

«Борги» развернулись быстрее, чем я рассчитывал, и мне пришлось нырнуть за бронированную створку ворот, по которой немедленно замолотили пули.

Впрочем, этот обстрел длился недолго.

Как я понимаю, почуяв ослабление плотности огня, воодушевились «зеленые» и резко двинули вперед, постреливая вслепую из-за щитов и выходя на расстояние броска ручной гранаты.

В этом им помогли другие бойцы группировки, втянувшиеся в пролом и принявшиеся обстреливать «боргов» из подствольных гранатометов – характерный хлопок «ВОГа» я узнаю за версту. Интересно, что «зеленым» мешало сделать это раньше, проникнув на территорию «Вектора» с первой линией щитоносцев? Наверно, надеялись прорваться с ходу. Да уж, на войне излишняя самоуверенность чревата необратимыми последствиями. Кстати, к мирной жизни это относится не в меньшей степени.

Я вновь осторожно выглянул из-за укрытия.

Так-так. Несколько «ВОГов», перелетев через грузовики, разорвались довольно далеко от обороняющихся, не причинив им особого вреда – знаменитая броня «боргов» зачастую оправдывает свою нехилую цену. Но одна граната рванула адресно, прямо под ногами стрелка, облаченного в легкую броню. При этом броня осталась практически целой. Но с человеком произошло примерно то же, что было бы, если б в большую черепаху кто-то запихнул взрывпакет. Панцирь почти цел, так, незначительные разломы и сколы по краям. А вокруг него разбросаны мелкие куски рваного, подрагивающего мяса, обрывки кишечника и окровавленные осколки костей…

Этот взрыв оказался эффективным не столько в поражающем плане – убило-то лишь одного из почти тридцати «боргов», засевших за грузовиками, – сколько в психологическом. Когда обороняющиеся увидели, что будет с ними через пару минут, когда щитоносцы подойдут на расстояние броска ручной гранаты, желание стоять до последнего у них значительно притупилось.

– По машинам! – проревел плечистый детина с вышитыми погонами майора на плечах. И первым ловко прыгнул в кабину ближайшего грузовика.

«Боргов» не пришлось долго упрашивать. За полминуты практически весь личный состав оказался внутри трех бронированных машин. Лишь возле одной вышла небольшая заминка – двое замыкающих пытались загрузить в нее раненого полковника, на шее которого красовалась повязка размером с небольшую подушку. Похвально, ребята. Но, извините, у меня в этом деле есть свой интерес. Ибо на спине полковника по-прежнему красовались мечи, украденные им у Савельева. А я обещал Японцу их вернуть.

Убивать без необходимости не в моих правилах. Поэтому я вскинул винтовку и выпустил две последние оставшиеся пули, метя в руки «боргов», которые тащили полковника в грузовик.

С такого расстояния грех не попасть. По губам «боргов» можно было понять, как они матерились, бросив раненого и пытаясь зажать внезапно образовавшиеся сквозные отверстия в конечностях – одному ниже локтя прилетело, второму – чуть выше. Но не критично. Перетянуть руки выше ран, а там хорошему хирургу работы на час. Правда, загрузить тяжелое тело полковника с такими повреждениями уже никак не выйдет. И времени в обрез, вон «зеленые» того и гляди следом в грузовик ворвутся.

В общем, бросили «борги» командира в грязь, а сами запрыгнули внутрь «Урала», который немедленно рванул с места и, рыча движком, следом за другими помчался в сторону стальных ворот, довольно надежных с виду.

«Зеленые» же, не добежав до цели, остановились, глядя вслед грузовикам. На их лицах, которые я хорошо видел в прицел опустевшей винтовки, читалось явное сожаление.

Правда, остановились не все. Какой-то шустрый малый рванул к мертвым гранатометчикам. Выхватил из рук трупа «Муху», уже раздвинутую в боевое положение, приложился, нажал на спусковой рычаг.

Грохнуло, задняя часть гранатомета окуталась сизым дымом. Сначала показалось, что ничего не произошло, но в следующее мгновение задняя часть замыкающего «Урала» стала похожа на сопло реактивного двигателя. Из кузова грузовика вырвалась струя пламени, машина пошла юзом, завалилась набок и взорвалась.

«Случайно ли всё это?» – невольно подумал я. «Двое раненых бросили командира, остальные не бросились их заменить, продолжая сидеть в безопасном нутре бронемашины. И буквально через несколько секунд именно в этот грузовик прилетает реактивная граната, за секунду превратив весь экипаж в обугленные трупы. Уж не Зона ли наказывает нарушивших Закон Долга, направляя в отступников пули и ракеты?»

Между тем два оставшихся грузовика сработали грамотно, с разгону ударив в ворота одновременно. Может, у одной машины и не прокатило бы вынести кованые створки, но у двух – получилось. Шустрый «зеленый», бросив пустую «Муху», схватился было за вторую, но поняв, что теперь уже вряд ли успеет выстрелить прицельно, даже не стал раскладывать гранатомет в боевое положение. И правильно. Разложишь – обратно уже не сложить, а реактивные гранаты в Зоне большой дефицит.

На этом бой окончился. Территория базы стремительно заполнялась бойцами в зеленых бронекостюмах. Я немного удивился, когда увидел, как проворный гранатометчик раздает приказы направо и налево и с каким рвением «зеленые» их выполняют. Получалось, что этот жилистый тип с узким лицом и бровями вразлет и есть командир отряда, атаковавшего базу «боргов». А может, и лидер всей группировки.

Также меня позабавило, что первым делом несколько бойцов принялись приколачивать к ближайшим зданиям наглядную агитацию – длинные дощатые щиты, крашенные темно-зеленой защитной краской, на которых через трафарет было набито:

Анархия – мать порядка!

Пьер Жозеф Прудон

и

Свобода – это осознанная необходимость.

Бенедикт Спиноза

Что ж, самый простой способ подвести доказательную базу под свои идеи – это сослаться на великих, которые типа думали точно так же. Вернее, на цитаты из их речей или письменных работ, вырванные из контекста.

Далее скрываться не было смысла. Я аккуратно положил на бетонный пол пустую винтовку и вышел из-за бронированной створки, разведя руки в стороны – мол, смотрите, я один и без оружия. Ну, почти без оружия. Нож, висящий на поясе, в Зоне таковым не считается. Инструмент, не более. А маленький пистолет ПСС в потайной кобуре за пазухой не видать, его даже «борги» не нашли, когда меня на стене распинали. Видать, не особо тщательно проводили обыск, стараясь побыстрее выполнить приказ своего полковника.

Само собой, в мою сторону немедленно развернулся десяток стволов, но узколицый махнул рукой – и стволы немедленно вернулись в исходное состояние вместе со своими хозяевами, мгновенно потерявшими ко мне интерес. Что не говори, но самой лучшей дисциплиной отличаются не военные, а фанатики и анархисты. И у тех, и у других обычно присутствует очень конкретная цель, ради которой они готовы на все. В том числе и на беспрекословное подчинение командирам.

Ну, стрелять не собираются – и на том спасибо. Я опустил руки и направился к командиру, который поджидал меня в типичной позе альфа-лидера: руки за спиной, взгляд исподлобья. По бокам от него застыли два типа в экзоскелетах цвета «олива» с дробовиками двенадцатого калибра в руках, стволы которых небрежно так были направлены мне в область коленей. Намек понятен. Дёрнусь – тупо отстрелят ноги, ибо на близком расстоянии дробовик – оружие страшное по своей разрушительной мощи. М-да. Помнится, предыдущий лидер этой группировки вел себя попроще.

Когда я приблизился, вожак «зеленых» заговорил первым, видимо, не желая тратить времени попусту.

– Ну, что ж, спасибо тебе, сталкер. Помог ты нам. И чтоб все знали, что «Воля» добро помнит – говори, чего ты хочешь за свою услугу.

Хммм… «Услугу». Надо же, слово какое подобрал. Типа, это я перед ним и его группировкой выслуживался. Ладно, хочет так думать – пусть думает, его дело.

– Я хочу пятьдесят снайперских бронебойных патронов семь шестьдесят два на пятьдесят четыре, артефакт-аптечку первого уровня, БТР, экипаж которого я положил… Ну и, пожалуй, вон те мечи, что привязаны за спиной полковника «боргов», уж больно они мне приглянулись. А еще мне интересно, не видел ли кто из твоих бойцов поблизости высокую и очень красивую девушку с автоматом?

Длинное лицо предводителя «зеленых» стало еще длиннее, так как челюсть хозяина этого лица слегка отвисла книзу. Полагаю, он не ожидал от меня такой наглости.

– Гетман, по ходу этот сталкерюга вконец охренел, – предположил телохранитель, стоящий слева. – Может, я ему просто башку прострелю? Оно нам всяко дешевле обойдется.