Девичье сердце

Позволь мне в последний раз переправить строчку…"

2015

КОРОЛЬ И ПИРАТ

Утопила принцесса своё ожерелье. Утрата

большая. Дворцовые окна глядели с тоскою.

И король попросил одного молодого пирата

вернуть жемчуга, опустившись на дно морское.

Тот достал ожерелье.

Промолвил король:

— Плыви… дальше с Богом, сынок,

или, хочешь, проси награду.

И ответил пират, улыбаясь:

— Кроме любви

мне на земле, король, ничего не надо.

Я сокровища видел. Я камешка не возьму.

Всем, кто жаден до мёда, однажды становится кисло.

И одна лишь любовь смысл придаёт всему.

И она же порой, любовь, всё лишает смысла.

2015

ПОЁТ И ПЛАЧЕТ

Жили две, что любили его. И одна была

просто женщина, а вторая была — певица.

Та, что просто, упруга телом, лицом бела;

а другая взмывала с музыкой ввысь как птица

в небо ясное взмывает, и полный зал

замирал на высоком парении долгой ноты

вылетающей прямо из сердца. Он ей сказал:

"Для меня высоки непомерно твои полёты."

И пришёл на концерт однажды он с той, другой:

взявшись за руки крепко, двое стоят под сценой.

И воркует, прижавшись, женщина: "Дорогой,

я хочу для тебя быть единственной и бесценной."

Он её обнимает: "Любимая, так и есть,

ноты не поцелуи, они ничего не значат…"

Ну а та, что на сцене, поёт — будто божья весть –

все пронзительный, выше, чище — поёт и плачет…

2015

МАСТЕР

Эта женщина смотрит на лица и видит полотна.

Золотая рука обуздала и уголь, и кисть.

Отдыхая, задумчиво курит. Прикрыты неплотно

Драгоценные ракушки век. Говорит "повернись"

молодому натурщику. Смотрит секунду другую

и изящную линию смело бросает на лист.

Это — мастер. Она говорит: "Может, я и торгую

красотой, но колодезь искусства останется чист.

Я не буду писать потому, что меня попросили.

Я должна пережить вдохновенья волшебный момент.

Я рисую любовью. В ее сокрушительной силе

весь секрет мастерства, а рука — это лишь инструмент."

Молодому натурщику вспомнится: камень столь древний,

что он будто расписан узорами трещин и пор;

мальчугану, живущему в бедной рыбацкой деревне,

улыбнулась однажды туристка, пришедшая с гор;

зачарованный лес, что как пена лежит у подножий…

Этот взгляд сквозь него — он натурщику тоже знаком.

Это опыт. Не дрогнет уж ни над холстом, ни над кожей

золотая рука, прикасаясь небрежным мазком.

Ей к лицу в смоляных волосах эта ранняя проседь,

и глаза полыхают неистовым чёрным огнём.

Он, конечно, влюблён. Но он гордый. И он не попросит,

чтоб она рисовала шедевры губами… На нём.

2014

АЛИСА

Сначала Алиса читала стихи во дворе

девчонкам, держащим под мышками встрёпанных кукол.

Котёнок сидел на заборе и тонко мяукал.

Соседка бельё на балкон выносила в ведре.

Алиса росла. И стихи становились большими,

как клёны, что классом сажали в пришкольном саду.

Алиса читала подругам стихи на ходу,

средь тех самых клёнов, неспешно гуляя меж ими.

Алиса ещё подросла, и настал выпускной.

Она прочитала стихи в школьном актовом зале,

сбиваясь, краснея. Тогда ей впервые сказали:

"Алиса — поэт!" — той семнадцатой поздней весной.

Стихи всё росли, становясь ещё более ценны,

и, в первый момент ощутив пустоту в животе

как при падении, взгляды в немой темноте

концертного зала, Алиса читала со сцены.

Алиса не верит себе: для чего я стою

здесь будто пророк? Ведь я знаю, стихи мои плОхи,

незрЕлы и несовершенны, а смысла в них — крохи –

попытка лишь мудрость вложить, да и то не свою…

Сбиваются дни будто птицы-кочевники в стаю.

Алиса читает — стихи её любит народ –

и всё повторяет: я стану большая вот-вот,