Йорик: Как Анита? Где она, кстати? Мне сказали, что вы переехали.

Симон: Нет, мы пока все там же.

Йорик: И чем же она занимается?

Симон: Все шьет. Извини, меня там ждут. (Указывает в другой угол зала.)

Йорик: Ну ты подходи, если что. Поболтаем.

Симон: Хорошо. (Уходит.)

Марио: Почему этот бездарь так тебя интересует?

Йорик: Видишь ли, я сплю с его женой. Должен же я знать о нем нечто большее, чем то, что она мне рассказывает… Кстати, вот то, зачем я тебя сюда позвал…

(На небольшую сцену выходит толстый бородач в заношенной и драной одежде с раздолбанной гитарой а-ля «Metalika», усаживается на стул, ждет пока стихнет публика, затем начинает что-то бренчать.)

Йорик (тихо, чтобы не мешать): Ты даже не представляешь себе, насколько он талантлив, как музыкант!

Марио: А что же гитары-то совсем не слышно?

Йорик: Да просто это электро-гитара, большая редкость, а ее без усилителя не слышно.

Марио: Да? А мне так кажется, что у него струны ослаблены — дальше некуда.

Йорик: Да это и не важно! Нужно чувствовать музыку!

Марио: А-а… Ну-ну…

СЦЕНА ПЯТАЯ

(Кабинет Инсидиаса. Инсидиас ходит из угла в угол, что-то злобно бормоча себе под нос, время от времени вскидывая вверх руки или кому-то грозя кулаком. По всему видно, что он необычайно зол.)

Инсидиас

Ну, берегись же, Марио! Теперь сотру тебя я в порошок! Мало того, что пренебрег ты честью Принять ТАКОЕ предложение, Так вздумал ты еще смеяться надо мной! Какая дерзость — мне в лицо сказать все это! Но вот кому-кому, а уж тебе должно бы быть известно, Что ты отказом сим обрек себя же. И что я не позволю тайне этой Достичь еще чьих-либо ушей…

Входит Лаура.

Лаура

Ты явно не в себе сегодня, милый. Что рассердило так тебя? Не послужил ли этот Марио причиной Такого перепада настроения?

Инсидиас

Ты как всегда права. Он причинил такую мне обиду, Что я убить его немедленно готов. И я убью его! Клянусь могилой предков!

Лаура

Как ты горяч во гневе, милый. Мне даже страшно отговаривать тебя От этого ужасного поступка. Кроме того, я, как жена твоя, Должна способствовать тебе Во всех твоих деяниях И слепо верить в правоту того, Что говоришь ты, или делаешь Хоть знаешь, Это уж не модно в наше время.

Инсидиас

Все больше радуют меня В тебе такие перемены И прямо на глазах становишься ты ближе К тем идеалам, что внушили мне Мои родители. Земля им будет пухом! Куда строптивость делась? Где непокорный взгляд, Что так царапал душу мне И жег в былые годы? Но, слава Богу, все пошло на лад. В чем, впрочем, я не сомневался. Но что же посоветуешь ты мне, Жена моя милейшая, Лаура?

Лаура

Не горячись, подумай хорошенько Убить не мудрено, Но надо ведь обставить будет все Так, чтобы никто не мог подумать Что истинной причиной этой смерти Явился ты. И ко всему, Не лучше ль было бы бороться с Марио Его же собственным оружием И растоптать его морально, Что было бы больней всего, Что б мучился он вечно, Или, по крайней мере, До самой своей смерти, Которая, поверь мне, Себя уж боле не заставит ждать? И я уверена, что сам он не захочет Уж боле жить и быть посмешищем всеобщим…

Инсидиас

Отлично! Гениально! И остается мне Лишь поражаться мудрости твоей. Хотя замечу, если бы не знал я, Что ты с ним абсолютно не знакома, Я бы подумал, что он — заклятый враг твой. И даже дрожь меня берет от тех речей, Что слышу я из уст твоих, прекрасная Лаура… Ну что ж, осталось лишь обдумать Это дельце. Кстати, Возможно, помощь мне твоя потребуется в нем.

Лаура

Всегда готова, мой любезный муж…

СЦЕНА ШЕСТАЯ

(Один из городских гостиных дворов. Над его входными дверями — голубая замысловатая надпись «Отель „СОЗВЕЗДИЕ“». Ниже красной краской намалеваны пять пятиконечных звезд. За конторкой, развалившись на стуле, с открытым ртом спит портье. Входят Марио и Йорик. Пока Марио осматривается по сторонам, Йорик подходит к конторке и начинает своеобразным способом будить портье: он складывает в его открытый рот окурки из стоящей тут же пепельницы. Портье вскакивает и, с покрасневшим от напряжения лицом пытается откашляться.)

Марио: Зачем ты так?

Йорик: Ничего не могу с собой поделать: полученное в королевском колледже образование дает о себе знать.

Портье (прокашлявшись): И что за профессию Ты там освоил, милый друг? (Достает из под стола дубинку.)

Йорик: Профессию шута, изволите ли видеть. Там все шуты, Хоть с небольшим то в свое время его выперли из учителей за одно премиленькое дельце, о котором, впрочем, он не любит распространяться, и для меня до сих пор остается загадкой то, как ему удалось провернуть сделку с покупкой вышеозначенного объекта. Надо полагать, здесь не обошлось без нашего общего знакомого.

Марио: Не иначе. Ну что же, любезный, а не знаешь ли ты, как мне пройти в номер… (Достает из кармана записку, заглядывает в нее) Ага… номер 19? Меня там ждать должны.

Портье: Пожалуйте, сударь, наверх и направо.

Йорик: Ты, все же, идешь? Но ведь во всем этом явно кроется какой-то подвох!

Марио: Я знаю. Но мне интересно так же узнать в ЧЕМ он заключается.

(Он поднимается наверх. Йорик, проводив его взглядом, обращается к портье.)

Йорик: А тем временем, не выпить ли нам с тобой по маленькой, дорогой соглядатай?

(Достает из кармана монету, вращает ею под носом у портье, затем со звоном опускает ее на стойку-прилавок и накрывает сверху ладонью.)

Портье: С удовольствием! (Достает откуда-то и ставит на стол пару стаканов и бутылку с темной жидкостью, на этикетке которой нарисованы пять звездочек.) Наш фирменный напиток! (Понижает голос.) Открою вам по секрету: его делают не у нас, как уверяет мой хозяин, а привозят контрабандой из Франции. (Подмигивает Йорику.)

Йорик (так же понизив голос): Скажу тебе тоже по секрету: во Франции его не производят, а привозят туда контрабандой откуда-то из района Кавказских гор. (Подмигивает портье, сам разливает по стаканам, поднимает свой.) Ну что, за международное разделение труда?

(Откуда-то сверху вдруг доносится грохот, шум и крики. Йорик бросает все и спешит к лестнице на второй этаж. Однако Марио сам показывается ему навстречу. Его лицо выражает готовность вот-вот расхохотаться. За ним следует группа возбужденных людей, среди которых — гер Альберн с красным от переполнявших его чувств лицом. Он что-то бессвязно выкрикивает с жутчайшим немецким акцентом.)

Марио (Йорику): Все нормально. Идем отсюда. Честно говоря, я ожидал большего.

(Марио выходит наружу. Йорик, заметив среди этих людей знакомого, задерживается.)

Йорик: Джулио, приятель, что ты здесь делаешь?

Джулио: Ты представляешь какой конфуз: шеф поручил мне взять интервью у господина Альберна и мы с ним договорились о встрече в отеле. Еще несколько парней, наших конкурентов, нам «на хвост сели». Тут в соседнем номере — шум, драка. Мы туда, а там «голубятня» какая-то… и друг твой, Марио…

Гер Альберн (вклинивается в разговор, отчаянно жестикулируя руками): Это ошень плехой мушина! А тот, другой — софсем голий! Это беспорядок! Это нельзя так остафлять!

Йорик: Понял. Ну пока. Я побежал. Потом переговорим. (Выбегает вслед за Марио.)

СЦЕНА СЕДЬМАЯ

(Комната в доме Марио. Марио сидит за своим заваленным бумагами письменным столом. Йорик устроился на диване среди книг. В руках его — маленькая, грязно напечатанная газета «Нотэкзистер Ньюс».)

Марио (со смехом): Что, прямо вот так и написано?

Йорик: Ну да! Причем, ниже приводится интервью с самим гером Альберном, в котором «досточтимый гость нашего города» приводит некоторые рецепты борьбы с сим социальным злом…

Марио (с глубокой иронией): Подумать только!

Йорик: Ты, между прочим, напрасно так веселишься. Дело-то серьезнее, чем ты думаешь…

(Со звоном разбивается оконное стекло и в комнату влетает здоровенный булыжник, падая почти у самых ног Йорика. Тот, побледнев от испуга, вскакивает с дивана. С улицы доносятся злобные выкрики.)

Йорик: Вот видишь!!!

Марио: Не пугайся так. Камни не обладают взрывными свойствами.

Йорик: Почему ты так спокоен?

Марио: Потому что я уже привык: это не первый камень за день.

Йорик: Как раз тогда, когда дело обстоит серьезно, с тобой невозможно серьезно разговаривать. Ведь может статься, а скорее всего так оно и есть, что тому, кто сделал это (показывает рукой на булыжник) никто ничего и не платил. И я опасаюсь, что таким образом завтра будет настроен почти весь город. Марио: Я бы удивился, если бы это было не так.

Йорик: И что же ты будешь делать?

Марио: Ничего.

Йорик: Ничего?!

Марио: Абсолютно ничего. План Инсидиаса хорош во многих отношениях. Меня даже немного удивляет то, что он смог до него додуматься, но в нем есть один существенный изъян, который все портит. Дело в том, что мне, в отличие от него, абсолютно наплевать что обо мне думают прочие. Я не собираюсь никому доказывать, что я — не верблюд и, уж тем более, удавиться где-нибудь в чулане на шнурке от собственного плаща.

Йорик: А как быть с этим? (Указывает на булыжник.)

Марио: С этим, конечно, сложнее. Придется как-то мириться. Единственное, кого мне жаль, так это тех, кто вздумает на меня напасть средь бела дня. А вот тебе, мой милый Йорик, стоит поберечь свою репутацию и, следовательно, самого себя.

Йорик: Что ты хочешь этим сказать?

Марио: Что хотел, я уже сказал.

СЦЕНА ВОСЬМАЯ

(Гостиная в доме Инсидиас. Лаура сидит на роскошной кушетке и читает тот же самый номер, той же самой газеты. Входит Ковард Инсидиас.)

Инсидиас

_{(удовлетворенно потирая руками)}

Ну что, Лаура, Я думаю ты знаешь, Что план наш удался на славу?

Лаура

Конечно знаю, милый Ковард. Я только что прочла о том в газете.

Инсидиас

Ну как же, как же, Хоть сам и не читал я, Но думаю, они уж постарались, Писаки наши, хлеб свой отработать Как следует. Тем более, Что им заплачено за это Уж не сказать, что б малыми деньгами. И даже кое-кто из них сегодня Придет сюда, что бы спросить у нас с тобою, О том, какое наше мнение По поводу вот этого скандала. Так что готовься, милая Лаура, К тому, что б речь свою вести непринужденно, Дабы направить общий ход беседы В удобное для нас с тобою русло. Я же пойду пока к себе и разложу бумаги, Что бы меня они застали за «работой».

СЦЕНА ДЕВЯТАЯ

(Комната в доме Марио. Марио работает над рукописью за письменным столом. В комнату врывается Йорик, радостно потрясая газетой, теперь уже «Нотэкзистер Пост».)

Йорик: Есть! Есть прокол!

Марио (продолжая работать): А теперь мне спокойно все объясни.

Йорик (сбивчиво): Ты же сам говорил, что Инсидиас когда-нибудь ошибется. А это теперь уже на бумаге зафиксировано. В смысле, что он заврался. И я договорился с Джулио, что он…

Марио: Да что случилось-то?

Йорик: Он устроил что-то вроде пресс-конференции у себя на дому, якобы по просьбе представителей местной прессы, где с уверенностью заявил, что все это произошло в «Темзе», а не в «Созвездии». И ребята из «Нотэкзистер Пост» окончательно поймали его на этом, переспросив еще раз. Причем было замечено, что жена его, Лаура, делала ему знаки, пытаясь что-то сказать. После этого произошло замешательство, мероприятие было скомкано и все на этом и закончилось. Самое удивительное, что это «интервью» они как-то умудрились напечатать и теперь получается, что он сам же себя в чем-то выдал, засыпался на мелочах, короче. Публично. Я договорился с Джулио, моим старым приятелем, помнишь, я тебе о нем рассказывал, чтобы он это «провентилировал» и все как следует разнюхал. В общем, мне кажется, что назревает еще один смачный скандал… (Из прихожей доносится звон колокольчика.) Ага, это наверное он…

(Йорик выбегает и вскоре возвращается с Джулио.)

Джулио (с ходу): Это будет настоящая сенсация! Здравствуйте.

(Марио оставляет работу и теперь смотрит на Джулио и Йорика с видом художника, разглядывающего заинтересовавший его предмет.)

Марио: Здравствуйте Джулио.

Джулио: Оказывается, в тот вечер вас ждали именно в «Темзе». Инсидиас кое-кому неплохо заплатил и даже лично проинструктировал.

Йорик: Во как. Как же ты это узнал?

Джулио: Так и не узнал бы, не будь у меня в этом клоповнике каждый второй либо родственником, либо приятелем. Информационные каналы, так сказать.

Марио: Лихо закручено. Вот теперь уже становится интересно.