Думай как ребенок, поступай как взрослый. Как научиться понимать своего ребенка

Ситуация 2

Лада придерживалась строгих принципов относительно питания своей дочки, 5-летней Катюши. Кушать нужно было вовремя, и никаких чипсов и конфет до еды! Конечно, папа знал об этих правилах, ведь мама не раз говорила о них. Однажды Лада ушла на весь день, оставив папу с Катюшей дома. Папа сел смотреть футбол, Катя играла в куклы. Когда Катя захотела есть, она попросила у папы, но тот, не желая отвлекаться от матча, сказал: «Возьми пока чипсы». Катя спросила: «Но ведь мама не разрешает!» Папа ответил: «Один разок – ничего страшного. Ты же любишь чипсы? А маме давай не скажем». Катя посмотрела недоверчиво, но чипсы взяла…

ЧТО ПРОИСХОДИТ

Папа: «Делай, что хочешь, только никому не говори!»

Дочка: «Хорошо, тогда я и тебя не буду спрашивать, просто возьму и сделаю!»

Вы тоже «сто раз говорили», но вас не услышали? Ситуация, когда взрослые не могут друг с другом договориться, достаточно типична. Во-первых, у двух взрослых людей может быть потерян контакт друг с другом, и им трудно договориться вообще по любому вопросу, а не только по «детской теме». Особенно часто это бывает у невесток и свекровей, а также у супругов в период кризиса брака. Во-вторых, у взрослых может быть разная точка зрения на некий параметр. Они могут бесконечно спорить друг с другом, каждый поступая так, как считает правильным. Или один может внешне соглашаться с другим, не собираясь придерживаться правил.

На что нужно обратить внимание в нашей истории? На то, что Катя точно знает: правило существует, и о нем известно папе. Но папа вдруг разрешает то, что запрещено мамой. Получается, что это вовсе не общее правило, а правило «пока-мама-дома». А когда мамы дома нет, можно делать так, как удобно: Катя получает любимые чипсы, а папа продолжает смотреть телевизора. Ребенок получает опыт: «разделяй и властвуй». Да еще и сговор: «Только маме – ни слова!» Еще несколько раз, и мама останется в роли «кота», без которого, как известно, мыши танцуют на столе.

Ребенок старше 4,5 года уже способен усвоить, что с одним родителем – одни правила, а с другим – другие. И он будет себя вести по-разному в зависимости от того, рядом с кем сейчас находится. Но если рядом сразу оба, то ребенок будет в полной растерянности, вплоть до истерики. Фактически, когда взрослые предъявляют разные правила, они ставят его перед выбором: реши, кто для тебя важнее. Но для ребенка важен каждый член семьи; для него невозможно решить что-то «в пользу» одного. Поэтому двойственное поведение будет продолжаться, пока сами взрослые не договорятся. И не стоит предъявлять ребенку требования придерживаться именно ваших правил, «проявить сознательность». Мама обязательно узнает, что происходит в ее отсутствие, но говорить об этом она должна с папой.

Ситуация 3

Алеше 8 лет, он обожает играть в компьютерные игры. Родители, особенно отец, проявляют принципиальность: компьютер для игры только 45 минут в день. Правда, основную часть дня Алеша находится с мамой, и каждый раз он уговаривает ее разрешить поиграть подольше. В ход идет и «специальный взгляд», как у Кота из «Шрека», и капризы, и игнорирование, и даже слезы. Сначала мама сопротивлялась, но потом стала сдаваться под натиском сына. Постепенно Алеше не нужно было даже устраивать «сцену»: мама почти сразу соглашалась, чтобы не портить себе настроение. При папе, в выходные дни, и сын, и мама соблюдали правило «45». Но однажды во время болезни Алеша повел себя по-новому: при папе начал уговаривать маму позволить ему поиграть подольше. Папа возмутился, а мама была смущена. Алеша продолжил слезами. И, наконец, мама сдалась: «Ну, давай разрешим, ну один разок, он же болеет…»

ЧТО ПРОИСХОДИТ

Мама: «Мне тебя жалко, я вижу, как сильно ты хочешь! Если так, то – никаких правил!»

Сын: «Самое главное – прямо сейчас исполнить желание, а правило можно выполнить и потом!»

Если двойные стандарты в семье продолжают процветать, то дети к возрасту 8–9 лет уже прекрасно умеют этим пользоваться в своих интересах. А «интересов» немало: есть больше сладостей, чаще смотреть телевизор и играть в компьютер, перекладывать на взрослых выполнение домашних заданий и уборку в комнате, не соблюдать режим. Если у ребенка к этому возрасту есть опыт жизни в «двойных стандартах», в школьном возрасте он попробует сначала организовать двойной стандарт, который затем будет стараться привести к единому – выгодному для него.

Возьмем наш пример. Алеша выбрал в качестве первой «мишени» менее уверенную маму, которую удалось «продавить». Сначала на это уходило много времени и сил, но, единожды сдавшись, мама каждый раз соглашалась все легче и легче – ей самой не хотелось тягостных сцен. Постепенно «двойной стандарт» закрепился: при папе было «примерное поведение», а мама, для приличия поворчав, соглашалась на просьбы. Далее в других ситуациях Алеша заметил: он не может воздействовать на папу, но мама-то может! И следующий шаг – воздействовать на папу через маму. Момент был выбран подходящий: он болел, а заболевшему ребенку разрешается больше. Вот он и устроил «сцену», которая ранее полностью сработала с мамой. Алеша почти добился цели: мама стала уговаривать папу «разрешить разок». Если папа поддастся на уговоры, постепенно будет сформирован новый единый стандарт: Алеша сможет играть столько, сколько хочет. Дети всегда стремятся к единым стандартам, но чтобы правило было принято в их пользу. Мама же упустила возможность вернуться к единому правильному стандарту. Авторитет обоих родителей – под вопросом.

Конечно, в каждой семье есть правила, но мы, взрослые, не всегда умеем отстоять их. Мы готовы пойти на поводу у плачущего ребенка. Конечно, мы делаем это из любви к нему, желая, чтобы его личико озарилось улыбкой. А настаивая на правиле, порой чувствуем себя виноватыми: ребенок-то расстраивается… Но нужно осознать: определенные правила помогают ребенку быть уверенным и спокойным, а иногда и сохраняют здоровье.

Не допускайте двойных стандартов.

1. Ограничьте и уточните запреты. Пожалуй, именно эта мера помогает бороться и с двойными стандартами, и вообще с непослушанием. Запретов и строгих правил (безопасность, режим, правила приличия) не должно быть много – лишь тогда они будут соблюдаться. Чаще задавайте себе вопрос: «А почему бы и нет?», а также создавайте условия, при которых можно удовлетворить желание ребенка («По зеркалу стучать нельзя, а вот по полу, табурету, в барабан – можно»). Когда строгих правил мало, родителям легче вместе настаивать на их соблюдении.

2. Обсуждайте. Если другой родитель при вас разрешает то, что вы бы запретили, пока не вмешивайтесь, но потом обязательно вернитесь к этой теме. Найдите время, чтобы поговорить обо всем без ребенка: видеть спорящих родителей для него – испытание.

3. Убедитесь, что все члены семьи знают о правилах и согласны с ними. Речь идет о других родственниках, живущих вместе или приходящих в гости. Во избежание «лавирования» предупреждайте остальных («Он плохо поел, я не разрешила ему есть конфеты»). Особенно настаивайте на правилах, диктуемых болезнью ребенка (питание, режим, двигательная активность). Игнорирование этих правил может привести к обострению заболевания, поэтому настойчивость в их соблюдении – как для ребенка, так и для других взрослых – обязательна.

4. Берите «тайм-ауты». Если ребенок просит о чем-то, но вы не определились в своей позиции или полагаете, что у супруга может быть иная точка зрения, возьмите «тайм-аут». Скажите: «Мне нужно подумать, я скажу тебе позже» или «Мне нужно посоветоваться с мамой (папой)». Для ребенка старше 5–6 лет вполне можно проводить «семейные советы», где он расскажет о своем желании, попросит о дополнительных правах или, к примеру, о снятии обязанностей. Затем, в ходе обсуждения, подтверждается прежнее правило или вырабатывается новое. Конечно, необходимое условие для этого – уметь обсуждать проблему спокойно и с уважением. Если вы полагаете, что спор может перерасти в ссору, лучше говорите без ребенка.

5. Помните: прецедент – еще не правило. Если вы позволили себя уговорить, но потом пожалели об этом, в следующий раз просто вернитесь к общему правилу и настаивайте на нем. Ребенок может напомнить: «Но ведь в прошлый раз вы мне разрешили?!» На это стоит ответить: «Я думал (а) об этом и решил (а), что это правило должно соблюдаться всегда!» Возможно, в этот раз ребенок приложит еще больше усилий, чтобы уговорить вас, и вам даже придется пережить неприятную слезливую сцену, но уже в следующий раз такого не случится.

Иногда родителям бывает сложно разобраться, идет ли речь о «двойных стандартах» или нет. Давайте отделим зерна от плевел. Что не является «двойным стандартом»?

1. Существование условия. Иногда ребенку, чтобы получить желаемое, необходимо выполнить условие, что-то сделать. Например: «Я тебе смогу подольше почитать перед сном, если ты быстро уберешься». Также условия могут быть «отрицательными»: «Если ты не сделаешь уроки вовремя, не сможешь поиграть в компьютер». Важно, чтобы ребенок заранее знал о существовании условия.

2. Соблюдение приличий. Находясь дома, даже мы, взрослые, можем демонстрировать поведение, которое ни за что не позволили бы себе «на людях». В общем, это логично: дома нам хочется расслабиться и отдохнуть. Собственно, соблюдение приличий – тоже разновидность «правил с условием». Можно и нужно объяснять детям, что поведение может зависеть от ситуации, от того, где вы находитесь и кто рядом. Это позволит сделать поведение более гибким. Но сделать вам удастся это только после 6–7 лет, когда ребенок научится выстраивать и запоминать причинно-следственные связи.

3. Правила возраста. Если в семье растет несколько детей разного возраста, невозможно предъявлять ко всем одни и те же требования. Старшему нужно объяснить: «Когда ты был, как он, мы тебе тоже помогали. А когда он будет таким же, как ты, мы тоже будем требовать от него самостоятельной уборки». Это поможет избежать ревности и повысить ответственность и самостоятельность старшего. Напомните ему, что возраст дает ему определенные преимущества, которых нет у младшего ребенка.

4. Изменение условий. Ребенок растет, и правила должны меняться вместе с ним. Если раньше вы убирали за него игрушки, а он только помогал, то с 4–5 лет он может делать это самостоятельно. Если раньше ему нельзя было гулять одному, то с 9–10 лет – можно. Важно объяснить ребенку, что правило меняется, и объяснить, почему это должно произойти.

5. «Мягкие» стандарты. Есть правила, применимые ко всем членам семьи, например уборка одежды в шкаф, чистая обувь и т. д. Ребенок еще не может выполнить все так же качественно, как взрослый, и не стоит этого от него требовать. Стоит отнестись с пониманием и похвалить ребенка уже за попытку соблюдать правила семьи, не акцентируя внимание на том, что вам пришлось сложить одежду аккуратнее или перемыть чашку.

РЕЗЮМЕ

Двойные стандарты опасны тем, что вносят в мир ребенка неопределенность, тревогу за целостность семьи. Он учится лавировать между родителями, используя скрытые формы обмана (утаивание, недомолвки). Авторитет взрослых снижается, когда один из родителей поддерживает его в недобросовестном поведении втайне от другого. В ситуации двойных стандартов ребенок всегда будет стремиться к единому правилу в свою пользу. Дети пока не понимают долгосрочных выгод, таких как аккуратность, трудолюбие и здоровье. Именно поэтому нам приходится формировать единые правила и настаивать на них.

Глава 3

«Опять двойка»: как заставить ребенка хорошо учиться

«Я не могу заставить его сделать уроки!..»; «Моя дочь учится из-под палки… Я перепробовала все способы воздействия»; «Мой сын тупой, природа отдохнула… Единственный способ заставить его учиться – это все время стоять над душой»; «Если она сейчас так учится, что будет дальше? Сейчас или никогда!».

Никогда родители так часто не жаловались на проблемы в обучении и на лень детей. Радикально поменялась среда обитания, и родители столкнулись с поколением своих детей – маленьких потребителей.

За это время произошло социальное и экономическое расслоение. Ревность к вещам, зависть к детям из «высшего общества» стимулируют рыночные отношения в школе. «А что мне за это будет?», «Надо дружить с Петей, у него папа банкир!», «Давай поменяемся: ты мне дашь списать домашнее задание, а я тебе подарю модный журнал!». В каком-то смысле торг в школе – реакция приспособления детей к атмосфере рыночных отношений в стране и в семье. Разводы, разделы имущества, взаимные упреки в низкой зарплате, тактики общения с друзьями и знакомыми из разных социальных кругов – все это дети видят, «фотографируют», «сканируют» и «копируют» с нас.

Еще одно радикальное изменение – они растут в новой коммуникативной среде. Компьютеры заменяют семью. Электронные игры – ролевые игры со сверстниками. Для новой генерации характерен высокий интеллект и недоразвитая (по традиционным понятиям) личность. Эффект «индиго» – одаренных и технологически продвинутых детей – это всего лишь эффект мальчика Кая из «Снежной королевы»: умного, но с льдинкой в сердце.

Мобильная связь послужила толчком для психологической созависимости детей и родителей. Она стала инструментом контроля в руках активных мам и бабушек. Ребенку не нужно больше принимать самостоятельных решений и планировать свою жизнь!

Перенасыщенная информационная среда расшатывает уверенность ребенка в себе. Особенно при негативном характере информации. В советское время мы узнавали только о победах и достижениях, сегодня – о жертвах терактов, пожаров, авто– и авиакатастроф.

Таким образом, среди устойчивых детских страхов появились страх бедности, страх терактов, страх потери родителей… Страх не выучить урок и получить двойку – не самый яркий! Получение знаний не гарантирует более важное для детей физическое и социальное выживание. Они выживают вместе с нами. Поколение «психопатов» советского монументализма и прожектерства вырастило поколение невротиков постперестроечной разрухи, а они уже растят юных потребителей, которым родители хотят додать то, что сами не получили в детстве. История повторяется через поколение; маятник в воспитании уходит из одной крайности в другую – от брошенных детей к невротической гиперопеке. Это влияет и на семейный контекст, и на мотивацию к обучению.

Ситуация 1

Не все дети учатся ровно и хорошо с первого класса. 7-летняя Танечка очень стеснялась отвечать и переспрашивать. Ей нужно было время, чтобы подумать над ответами. В конце второго класса на родительском собрании ее причислили к «твердым троечникам», которым придется работать летом дополнительно. Папа Тани – чиновник высокого ранга, и школьная ситуация здорово била по его самолюбию. «Моя дочь еле учится… Скажи, что тебе не хватает? У тебя есть все – отдельная комната, одежда, еда… Мама дома, тебе помогает. И что? Нельзя учиться на «хорошо» и «отлично»? А что нас ждет дальше?» Но у Тани было свое самолюбие. Она хлопнула дверью и ушла на улицу… Родители разыскали ее на вокзале, догадавшись, что дочка отправится к бабушке в Минск… С тех пор Таня подросла, подтянула учебу и уже выбилась в «хорошисты», но до сих пор помнит реакцию отца на «тройки» и свое чувство одиночества и отчаяния.

ЧТО ПРОИСХОДИТ

Родители: «Наша дочь троечница… Нам стыдно ходить в школу на родительское собрание».

Дочка: «Они меня не любят, потому что я какая-то не такая уродилась. Моя жизнь кончена…»

Дурная практика приклеивания отрицательных ярлыков («троечник», «неудачник», «недотепа») снижает мотивацию достижения у детей. Что проку стараться, если тебя все равно будут ругать за плохие отметки? Дети обнаруживают, что в школе есть «любимцы» и «изгои», есть «трудные дети» и «отличники». Эти ярлыки – показатель статуса ребенка в группе. Ярлыки становятся стереотипами, которые управляют поведением всех членов группы. Все знают, что Петя занимается футболом, он – спортсмен, а Маша хорошо решает примеры и задачи, она – умная. Если ярлык «хороший», он напоминает ребенку о достижениях и подбадривает его в трудные минуты. Если «плохой» – он усугубляет ситуацию, делает ее почти безнадежной, снижая самооценку у психически подвижных личностей. У детей с сильной нервной системой он повышает уровень скрытой агрессии.

Объектом оценки должен стать не ученик, а результаты его усилий. Различают отметки и оценки. Отметки, как зарубки, метки позволяют отслеживать и нам, и самим детям траекторию прогресса в обучении. Оценки – это невидимые колпаки с надписями, которые дети очень долго носят на голове. Для кого-то это корона. Для кого-то – маска. Для кого-то клеймо. Если мы не можем им помочь, может, мы хотя бы не будем подрезать крылья?

Ситуация 2

«Способный, но ленивый!» – еще один ярлык в школе, который обычно носят подвижные мальчики. Таким был и Валера. Он прекрасно учился в первом и втором классах, но в третьем, после того как поменялась классный руководитель, которая к Валере относилась с особой симпатией, стал учиться хуже. На пристрастные вопросы родителей, почему он отвлекается на уроках, отпускает шутки, не выполняет некоторые домашние задания, он отвечал однотонно: «Скучно… Не знаю, как-то вылетело!» «Раньше ты учился на одни «пятерки»!» – «А какая разница? «Четверки» – тоже хорошие отметки. Я хорошо учусь, мама!» К концу третьего класса у него появились «тройки». Нужно было срочно разобраться в ситуации. Школьный психолог нашла причину: нет стратегической мотивации к обучению. Валера не знает, зачем ему учиться и почему важно выполнять задания всякий раз. Четыре месяца работы в группе «вернули» Валеру в школу. Он снова стал блестяще учиться, но теперь уже осознанно!

ЧТО ПРОИСХОДИТ

Родители: «Ты способный, но ленивый! Жалко, что пропадает такой дар…»

Сын: «Они понимают, что я способный и обладаю даром. Этого достаточно, чтобы ничего не делать. Мне повезло!»

Психологи и педагоги призывают хвалить детей, чтобы поощрять к учебе. Но объектом оценивания и похвалы должен быть не сам ребенок, его характеристики, а действия и результаты усилий. Способности – это прекрасный стартовый капитал, но они могут остаться неиспользованным природным ресурсом, необработанным материалом, потенциалом, который так и остался нераскрытым. Ценностью обладают результаты наших усилий. Кому-то они даются легче, кому-то – трудней. Школьная программа построена на формировании все более усложняющихся навыков. Наша система образования – одна из наиболее систематических и фундаментальных. Если бы ваш ребенок учился в американской школе, он мог бы выбирать только интересные для него курсы и полагаться на способности, начиная каждый курс с нуля. Пропуски в нашей школе чреваты быстрым нарастанием пробелов. Выход в том, чтобы у детей выработать привычку заниматься, ориентироваться на достижение хорошего результата.

Иногда даже одаренные дети не знают, зачем им учиться, если жизненный успех измеряется не способностями, а материальными благами. Можно применить математическую метафору: «Способности – это 10 процентов от капитала (таланта), остальное – труд! Обладая способностями, ты гарантированно станешь бедняком. Работая не покладая рук, ты будешь стремительно обогащаться. Придет время, и все это увидят!»

Ситуация 3

Сашенька была единственным ребенком в семье, жила с мамой и бабушкой. Мама фактически была папой, часто уезжала на заработки, была добытчицей, а бабушка растила Сашеньку, водила в детский садик, поликлинику, на прогулки. Тихое семейное счастье закончилось, когда Сашенька пошла в школу: скромная девочка потерялась среди своих шумных одноклассников, постепенно стала отставать. И маму стали вызывать в школу, чтобы предложить дополнительные бесплатные занятия. Бабушка готова была готовить обеды, стирать, присматривать за внучкой, но она опасалась вмешиваться в школьные дела. Поскольку мама появлялась дома только на выходные, она пыталась штурмовать события, ругала Сашеньку, пугала ее тем, что она вырастет неграмотной, а иногда взывала к совести. Общение с дочкой стало похожим на дополнительную работу дома. Перепуганная Сашенька сидела и тупо смотрела на задание, не зная, с чего начать. Ей казалось, что любое ее телодвижение приведет к страшным последствиям. Учеба становилась все хуже. В третьем классе ее оставили на второй год, хотя классная руководительница была уверена: этому ребенку нужно было только немного помочь утвердиться, войти в группу, адаптироваться к темпу школы.

ЧТО ПРОИСХОДИТ

Мама: «Я и так несчастна, а ты еще и плохо учишься! До каких пор ты будешь меня изводить?»

Дочка: «Я виновата в том, что у нас нет папы, нет денег и мама мучается…»

Чтобы оказать давление на ребенка и заставить учиться, мы иногда взываем к его совести и сочувствию.

Ребенок не должен использоваться как психотерапевт, отдушина, жилетка, чтобы поплакаться. Так у него сформируется огромный комплекс вины: он постоянно разрушает жизнь самого родного ему человека, мешает ему быть счастливым и радостным. Ваш ребенок будет нести гораздо больший груз, чем вы сами. И что, вы думаете, это придаст ему сил и уверенности? Или вы дорожите своей репутацией «вечной жертвы», заложницы неблагоприятных обстоятельств?

Если честно, обстоятельства всегда против нас. И дети всегда требуют внимания и сил. Если вам трудно держаться, подумайте, кто из родных и знакомых мог бы помочь? Как организовать среду так, чтобы это и вам, и ребенку придавало сил?

Конечно, ваш ближайший партнер – учитель. Не нужно стесняться беспокоить педагогов. Они будут рады сотрудничеству с вами, ведь и у них непростая задача: обучить целый класс детей с разным уровнем подготовки, способностями и мотивацией. Это раньше родители ходили только на собрания и по вызову, т. е. выступали адвокатами своих детей. А сегодня школа стремится к солидарности с родителями, признавая, что не может нести полную ответственность за детей.

Так почему же они не хотят учиться?

1. Они не понимают, зачем это нужно. Раньше зависимость между образованием и положением человека была очевидна. Образование требовало личных усилий в школе и семейных – дома. Потому что совмещать работу и учебу было нельзя. Учеба приравнивалась к труду. Общая атмосфера восторга перед новыми знаниями и возможностью из крестьян перейти в инженеры стимулировала и детей. Сегодня мы сами расхолаживаем их, говоря, что дело не в образовании, а в связях, не в усилиях, а в симпатиях, не в таланте ученика, а в деньгах родителя.

2. Прикрепить ребенку отрицательный ярлык – все равно что поставить крест на его «карьере». Если нет зависимости между усилиями и поощрениями, даже обезьянка в зоопарке не будет прыгать с ветки на ветку, а будет лениво висеть на хвосте.

3. Они не приучены совершать усилий, необходимых для учебы, потому что в «нормальной» семье у ребенка «должно быть все». Мы опекаем своих чад, даря игрушки, приставки, компьютеры. На самом деле, дети должны расти в условиях некоторого дефицита. И тогда они сами будут придумывать игры, из палочек, кубиков и пуговиц строить города, населенные необычными существами, придумывать или разыгрывать сказочные сюжеты. Новые технологии при всей их кажущейся сложности построены на простых манипуляциях образами. Так мы учим детей достигать результата без физических усилий и социальных навыков.

4. Они мало играли до школы в ролевые игры. Тем, кому повезло ходить в детский сад, не придется радикально менять обстановку, учиться в окружении других детей, контактировать с ними, учитывать их интересы. Для некоторых «домашних» детей школа – это стресс! Они предпочитают держаться подальше от активных детей, чувствуют тревогу, которая может нарастать во время ответов на уроках и, конечно, мешает им сосредоточиться на предмете.

5. Им бывает просто неинтересно! Есть дети, которым интересны сложные задачи, а с простыми они не справляются именно потому, что они не соответствуют их уровню способностей. Представьте, что тяжеловесу предлагают поднять ведро воды. Он чувствует, что его принимают за идиота. Может, это случай вашего ребенка? Попробуйте не упростить задание, а усложнить, чтобы и вы, и ребенок почувствовали границы своих возможностей. В любом случае, нужно заниматься дополнительно!

6. Мы так восхищаемся нашими детьми, их способностями и талантами, что иногда им уже ничего не нужно делать: счастье, что родился такой вундеркинд!

Почему же они все-таки учатся?

1. Ну, во-первых, учиться все-таки интересно! Даже если бы не было школ, мы все равно учились бы. Школа дает возможность систематических и разносторонних знаний.

2. Они учатся, потому что так принято – ходить в школу, делать уроки. Для многих, особенно для девочек, это разновидность социальной игры. В этой игре много участников, есть где развернуться!

3. Они учатся, чтобы нас не расстраивать. Если родители выражают свой восторг или разочарование, ребенок, особенно девочка, может стараться еще и для того, чтобы порадовать семью, вызвать одобрение. Это дополнительный мотив обучения, который не стоит эксплуатировать.

4. Они чувствуют доверие взрослых. Ведь теперь они не «малышня», а школьники с портфелями и заданиями. Школа – это институт взросления. Дети хотели бы обладать возможностями взрослых людей, чтобы наконец исполнить свои детские желания!