Сокровище Безумной луны. Похождения капитана Гагарина

– Меня интересует не ваше имя, а те навыки, которыми вы владеете, – терпеливо пояснил князь.

– Стрелять умею, сэр, – несколько смущенно поведал американец, очевидно вспомнив просьбу мисс Зайчик.

– Мы же не на охоте… И вообще, надеюсь, это не понадобится. Чем вы еще занимались?

– Я это… Кочегаром на пароходе был.

– Роскошно! – вырвалось у капитана, и даже лорд скупо улыбнулся. – К сожалению, космический корабль топится не дровами и углем, а атомы в циклотроны не подбрасываются лопатой.

– Понимаю, сэр! – В глазах Юджина мелькнула тревога, словно его могли высадить прямо среди открытого космоса. – Но я способный, я всему научусь. Только скажите, что делать. Я и стряпать умею…

– Вот к этому я и клоню. Вам пора бы заняться своим непосредственным делом. – Гагарин с некоторой укоризной посмотрел на Рокстона. Все-таки парня нанял владелец яхты.

Лорду осталось только пожать плечами. Мол, меня попросили, и я, как благородный человек…

– Я приступлю немедленно, сэр… Ой! – вскрикнул парень и резко присел.

Действие имело обратный эффект. Юджин не припал к палубе, а, наоборот, взмыл к подволоку, ударился о него и полетел вниз… Если теперь была разница между верхом и низом.

Матерый космический волк Гагарин сразу осознал случившееся. Двигатели почему-то вырубились, и на корабле воцарилась невесомость. Ощущения она вызывала такие же, какие возникают при свободном падении. Князь машинально сгруппировался, мягко оттолкнулся от палубы, кувыркнулся и повис почти неподвижно – если бы речь шла о привычной системе координат – вверх ногами.

Опору потеряли уже все. Завис над креслом сохраняющий невозмутимость Рокстон, и его руки пытались дотянуться до подлокотников. Мисс Зайчик унесло в дальний угол, откуда она испуганно взирала на происходящее. Мимо капитана проплыла леди Джейн, подол ее платья задрался вверх, открывая нескромному взору то, что демонстрировать не полагается. Лишнее подтверждение старой истины, которая гласит, что самый красивый наряд далеко не самый практичный.

К сожалению, долго любоваться прелестями мисс Рокстон времени не было. Авария в космосе в любое мгновение может перерасти в катастрофу. Гагарин ловко оттолкнулся и рыбкой поплыл к дверям. Коснулся проема, изменил направление и стал подниматься все выше к ходовой рубке.

Из кубрика вынырнул Левшин, за ним – Крэпс, они устремились следом за капитаном. Любой межпланетник чувствует себя в невесомости как рыба в воде. Это только в первом полете не знаешь, куда тебя занесет. После даже не приходится задумываться, от чего оттолкнуться, поднять или опустить руки, как извернуть потерявшее вес, но обладающее инерцией тело.

Межпланетники оказались в рубке меньше чем через минуту и сразу обнаружили причину случившегося. Причина медленно дрейфовала в полуметре от полукруглого потолка, ослепляя огненно-рыжей шевелюрой.

Гагарин скользнул к пульту. Опытный взгляд сразу заметил замершую стрелку остановленного таймера, четко выделяющуюся на фоне тревожно перемигивающегося лампочками пульта.

– Держите зайца! – скомандовал капитан. – Федор, за циклотроны! Следи за реакцией!

Надо отдать Крэпсу должное. Он быстро рассудил, что если Левшину приказано заняться циклотронами, то ловить зайца придется ему, младшему двигателисту. Благо поймать беспомощного в невесомости мальчугана опытному звездоплавателю труда не составляет. Главное, потом не выпустить его из рук и успеть закрепиться в третьем, запасном кресле, чтобы не мешать капитану и старшему двигателисту.

Пальцы Гагарина стремительно запорхали по пульту, приводя в порядок вышедшие из-под контроля системы. Тем временем Левшин на своем месте манипулировал с аппаратурой тяги.

– Циклотроны в норме, – объявил он. – Холодная тяга…

– Секунду. – Гагарин повернул большую кремальеру, перещелкнул парой тумблеров, и все индикаторы на пульте наконец-то засияли спокойным зеленым светом.

– Внимание всем! – Капитан склонился над микрофоном громкой связи. – Даем минимальную тягу! Соблюдать осторожность. Как только появится вес и вы окажетесь на палубе, занять стартовые кресла… Федя, чуть горячей. Не больше сотой.

– Есть чуть горячей!

Гагарин выдерживал такую тягу долгих пять минут. На грузовике, где вся команда немедля занимает места по аварийному расписанию, можно сразу давать маршевую, на яхте же оказавшиеся в воздухе пассажиры рискуют переломать себе кости. И хотя по логике вещей пяти минут им должно было хватить, капитан решил перестрахо- ваться.

– Болдуин, – обратился он по громкой связи к каргомастеру, – проверьте, чтобы все пассажиры были в креслах. Через три минуты доложить.

И когда Болдуин доложил об исполнении, князь скомандовал:

– Четверть стандартной!

– Есть четверть! – откликнулся механик-двигателист.

Тело уже ощущало свою весомость, но все еще казалось поразительно легким.

– Половинную! Стандарт!

Теперь Гагарину пришлось вновь определять положение «Феллигана» в пространстве и прокладывать новый курс. Впрочем, управился он быстро и затем повернулся к Крэпсу, который надежно удерживал извивающегося мальчишку.

– Ну-с, молодой человек, как я понимаю, вы тайком проникли в корабль, где-то прятались, а после решили заглянуть в рубку и случайно выключили таймер. Ну и потом с наступлением невесомости стали хвататься за что ни попадя. Так?!

Мальчишка в ответ лишь сопел.

– Значит, так, – подвел итог капитан. В его голосе звучала лишь ирония, без малейшего намека на злость.

– Я случайно зацепил, – угрюмо буркнул мальчишка.

– Понимаю, что не преднамеренно. Но позвольте полюбопытствовать, что вас привело на корабль?

– Я отца хочу спасти. – Мальчишка впервые посмотрел Гагарину в глаза твердым взглядом. – Я слышал, вы летите на его поиски.

– Так вы, уважаемый заяц, Зайчик? Были, оказывается, у отца двое детей, дочь и сын. Дочка красивая, а сын, как водится…

– Я не Зайчик. – Мальчишка, видимо, хорошо понял, о чем идет речь. – Я Сандерс.

– Сын капитана Сандерса? – уже без всякой иронии уточнил Гагарин.

– Да. Меня зовут Майклом.

– Мишка, значит, – откликнулся капитан. – Приятно познакомиться… Сколько же тебе лет, Майкл Сандерс?

– Скоро тринадцать будет.

– И весу в тебе тридцать восемь килограммов, – утвердительно сказал князь. – Вот вам и несколько лишних чемоданов… Что с тобой прикажешь делать, Мишка?..

– Делайте что хотите… – нахохлился Сандерс-младший.

– Придется оставить тебя на борту, – со вздохом произнес капитан и добавил строго: – Если еще раз сунешься в рубку, выброшу в космос! Без скафандра. Ты меня понял, сын капитана Сандерса?

Мальчуган вдруг ловко вывернулся из рук Крэпса, соскочил на пол и встал перед Гагариным навытяжку.

– Так точно, сэр! – выпалил юный Сандерс.

– Вольно, – скомандовал князь. – Учти, нянек на борту «Феллигана» не предусмотрено. Да и детских – тоже. Будешь жить в кубрике и столоваться наравне с командой.

– С удовольствием, сэр!

Синие глаза рыжего мальчугана пылали неутолимой жаждой приключений.

Inter mundos[2]

Маршевый режим – скука смертная. Особенно на вторые-третьи сутки полета. Яркие впечатления, вызванные новизной открытого космоса, быстро тускнеют. Планеты из гигантских разноцветных шаров превращаются в звездочки, лишь чуть более крупные, чем настоящие светила. И пассажиры, наохавшись и наахавшись, начинают искать, чем бы себя занять.

На «Феллигане» каждый убивал скуку как умел.

Дамы сосредоточились на обихаживании «бедного Майкла». Ребенка заласкали до такой степени, что Гагарин начал опасаться за его характер. Ведь капитан намеревался сделать из сына Сандерса настоящего космического юнгу. Правда, Мишка и сам одурел от женского внимания, обрушившегося на него с трех сторон, и старался больше времени проводить с механиком и «матросами», которые от скуки делились с мальчуганом жизненным и профессиональным опытом.

Юджин оказался вполне сносной стряпухой. Во всяком случае – на вкус команды. Ведь в обычных рейсах экипажи межпланетных кораблей питаются консервами. Рокстон, судя по постной мине, не разделял мнения межпланетников и, надо полагать, подумывал, не подыскать ли самозваному коку замену на Марсе. Что до его супруги, то миссис Рокстон на правах новобрачной, как истинная леди, была вынуждена каждую ночь думать об Англии. Должны же думать о ней хотя бы женщины! И нельзя сказать, что мыслить об этой могучей стране Джейн было так уж неприятно.

Маршрут Земля – Марс считался среди межпланетников относительно легким. Он был одним из первых, освоенных вышедшим в космос человечеством. Разумеется, неприятные сюрпризы могли подкараулить и здесь. Ведь и самый исхоженный район Мирового океана не гарантирует абсолютной безопасности мореплавания. Но все-таки в сравнении с поясом астероидов или, скажем, с чехардой многочисленных спутников Юпитера, всякая пакость попадалась на этом маршруте нечасто. На сей раз – к некоторому огорчению Гагарина. Две хорошенькие женщины на борту поневоле заставляли расправить плечи, побуждали совершить нечто героическое. А много ли зримой героики в простейшем перелете?

Ну разве это жизнь, когда малолетний юнга пользуется большим вниманием прекрасного пола, чем опытный межпланетный капитан? Зачем мальчишке женское внимание? Рановато-с. Да-с… Хотя есть способ… Надо только перенастроить локаторы поиска, а там…

Под предлогом проверки курса Гагарин на полчаса удалился в ходовую рубку, покуда пассажиры непринужденно беседовали в гостиной в ожидании ужина. За большими иллюминаторами постепенно рос оранжевый диск Марса. Зеленовато-черная сеть каналов и дорог оплетала его пустыни. Взрослым быстро прискучил причудливый облик Красной планеты. От иллюминаторов не отлипал лишь отпрыск капитана Сандерса. Когда дворецкий и горничная внесли в гостиную первую перемену блюд, вернулся князь. Его сопровождал гладко выбритый, благоухающий тройным одеколоном механик-двигате- лист.

– Все это прекрасно, дамы и господа, – произнес Гагарин, когда принесли десерт. – Меня лишь смущает один вопрос: где и как мы будем искать экспедицию профессора Зайчика? Марс велик, и никаких сил и времени не хватит, чтобы обшарить его весь.

Надо признаться, вопрос сей прозвучал несколько запоздало. Такие вещи нужно обсуждать еще до взлета. Однако вся экспедиция была организована настолько скоропостижно, что главное было упущено из виду. Всем почему-то казалось главным стартовать и добраться до Красной планеты, словно, оказавшись на ее орбите, можно будет легко будет разглядеть профессора и его товарищей прямо из космоса.

– Да, это проблема… – согласился лорд. – Насколько я понимаю, места более-менее цивилизованные отпадают сразу. Любые человеческие поселения, например. Окажись профессор и его люди в любом из них, об этом давно бы уже стало известно. Искать следует в отдаленных краях…

– Угу… – промычал князь.

Отдаленных краев на Красной планете было в избытке. Пустыни, полярные шапки, оазисы в тех местах, где имелась вода… По логике корабль профессора должен был упасть очень далеко от «цивилизованных мест». Иначе падение бы обязательно заметили. Да и времени прошло столько, что при нужде пару сотен километров уже можно было прошагать обычным шагом.

– Нужна хоть малейшая зацепка. Допустим, профессор попал в плен к какому-нибудь клану. Но вопрос – к какому? Не заглядывать же под каждую марсианскую… – Князь едва не брякнул «юбку», однако вовремя прикусил язык.

– Вы желаете сказать, капитан, что необходима методика поисков? – проницательно уточнил лорд.

– Именно!

– Но в радиограмме конкретно упоминается место – Черная гора. И находящиеся рядом с нею джунгли, – напомнила мисс Зайчик, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– Рядом с тем, что мы называем Черной горой, расположен Хазардвилль – поселок рудокопов, – продолжил рассуждать князь. – Кстати, именно они и дали горе такое название – в шахтах всегда черно. Но там несколько сотен человек трудятся, жилые бараки, здание управления компании и так далее. Что-что, а уж падение межпланетного корабля обязательно бы заметили. – Гагарин со вкусом затянулся ароматной папиросой. – Правда, есть еще Исклянудыфукабль, – слово капитан произнес без малейшей запинки, – это Черная гора на верхнемарсианском, там обычно кочуют несколько племен клана Кулима, однако вокруг лежит пустыня и никаких джунглей не имеется. Не считать же таковыми чахлые деревца у канала!

Он говорил со знанием дела, как человек бывалый, поэтому присутствующие слушали его с почтительным вниманием.

– Ах да, есть еще Грыздлюминихюнь, тоже Черная гора, но уже на юго-западном диалекте. Бывший вулкан, лет восемьсот назад уничтоживший несколько поселений в окрестностях. С тех пор давно потухший, однако оставивший по себе недобрую память у аборигенов. Вот где полное захолустье. Насколько я знаю, в те края вообще никто не заглядывает. Но опять-таки никаких джунглей. Там на много сотен километров ничего не растет, ближайший действующий канал слишком далеко. Даже археологи никак не соберутся поискать там следы прошлого.

– А еще что-нибудь? – жадно спросила мисс Зайчик, которая смотрела на капитана восторженно. Князь купался в ее лучистом взгляде.

– Еще… Конечно, можно было бы предположить, что во время аварии экипажу было не до планетографической привязки к месту падения, и черной ближайшую гору назвали за ее цвет как своеобразный ориентир. Только в действительности все марсианские горы имеют различные оттенки красного цвета, а черного, увы, нет…

Рассуждения Гагарина были прерваны тихим, но непрерывным звонком.

– Что?.. – Пассажиры невольно встрепенулись.

– Ерунда, – небрежно ответил князь, притушивая папиросу. – Покурить не дают… Шальной метеорит. Ничего страшного. Судя по звуку – еще далеко. Минут пять в запасе точно есть. Прелестная Даяна, не жалеете ли поучаствовать в расстреле космического скитальца?

– А мне можно? – вскинулся Сандерс-младший. – Я ничего трогать не буду, клянусь! Только посмотрю…

– Идем, – милостиво разрешил капитан. Раз уж он решил сделать из мальчишки настоящего космического волка, то пусть сорванец привыкает к рубке. – Кстати, и вы, милорд, можете к нам присоединиться. Конечно, удобств для пассажиров в ходовой рубке никаких, но посмотреть будет на что…

Гагарин с удовольствием ограничился бы приглашением лишь леди Рокстон, но элементарные приличия вынуждали обратиться к ее мужу.

Рокстон вопросительно посмотрел на супругу. Глазки у Джейн светились предвкушением. Видимо, сражение с залетным куском космического булыжника казалось ей восхитительно романтичным.

– Хорошо, мы принимаем ваше предложение, – произнес лорд.

По неписаным правилам вход в рубку был закрыт даже для владельца корабля, и оказаться там можно было лишь по приглашению капитана.

Места в рубке действительно было маловато. Четверо приглашенных, а помимо них Гагарин и Левшин на правах главных действующих лиц. Разумеется, они и заняли свои законные кресла, а прочим пришлось тесниться за их спинами. Правда, сорванец Майкл занял все же запасное место.

Сирена оповещения все еще звенела, постепенно усиливая звук, однако отключать ее капитан не стал. С бесшабашной улыбкой смотрел он на серый блин экрана локатора, легкими прикосновениями поворачивая верньеры наводки противометеоритной пушки. Надобности в этом не было никакой. Как только локатор обнаружил цель, грозное орудие автоматически выдвинулось из корпуса яхты и послушно развернулось в направлении цели. Капитану достаточно было лишь контролировать процесс уничтожения препятствия, но зрители должны быть полностью уверены, что отважный межпланетник лично поразил цель. Нажатие кнопки, и над пультом выдвинулся прицел-телескоп. Яхта находилась в режиме торможения и потому шла кормой вперед, сам же метеорит двигался по правому борту.

– Пересекающимся курсом идет, – пояснил капитан, тыча пальцем в засветку на экране локатора. – Вот он, гаденыш! Сейчас мы его… Всю резервную мощность на третье орудие!

– Есть всю резервную мощность! – эхом откликнулся Левшин.

Двигателист скосил взгляд на приборы, и на доли секунды в его глазах промелькнуло удивление.

Гагарин элегантно совместил космический булыжник с перекрестием прицела и оповестил:

– Ого… Не менее ста кило потянет… Врежется такой на скорости, и кораблю крышка… Хуже попадания фугасного снаряда. Разлетимся на атомы, из коих и состоим… Да простят мне дамы столь пикантную подробность…

Сердца дам невольно дрогнули. Разлетаться на атомы им не хотелось.

– А теперь – финита. – Гагарин с удовольствием утопил красную кнопку. Метеорит беззвучно полыхнул и исчез. И одновременно стих тревожный перезвон.

– И часто попадаются такие? – дрожащим голоском спросила Джейн.

– Всякое бывает… – Девушки смотрели на капитана с обожанием, и он торжествующе приподнял левую бровь. – Самое опасное, когда они идут потоком. Тогда только поворачивайся да успевай уклоняться от недострелянных. Но нам уже вряд ли это грозит. До посадки на Марс осталось тринадцать часов. Только успеете выспаться и привести себя в порядок, как мы уже начнем предпосадочный маневр.

– В самом деле, – пробормотал лорд, которому вдруг отчаянно захотелось в постель, – перед посадкой не мешало бы выспаться.

– Но мы так и не решили, где будем искать моего отца! – напомнила мисс Зайчик.

– Полагаю, что для начала нам следует высадиться в Кахоре. Вдруг там удастся что-нибудь разузнать? Хотя бы намек, малейшую зацепку… Правда, интуиция мне подсказывает, что профессора на Марсе нет. Боюсь, что-то в радиограмме нами понято не так, но разберемся…

Пассажиры потянулись к выходу. Лишь Майкл попытался задержаться, но под ледяным взором капитана был вынужден последовать примеру остальных.

– Давай, Степаныч, за работу. – Гагарин убрал прицел-телескоп, перевел пушку в походное положение и на всякий случай уточнил траекторию корабля в пространстве.

– Само собой, – отозвался Левшин. И вдруг с хитрецой заметил: – Ловок ты, Михалыч…

– А что такое?