Путешествия капитана Александра. Том 3

Так о чём это я? А, да. Ты с волхвами-то поговорил? Как о чём? К тебе наведывались? Шутник, Колёсико, Петруша. А потом, гришь, не появлялись? Вот так-то, милок. Калликтифф-то работал, знамо. Конечно, платить надо. У них тоже жёны, дети. Кушать-то всем хотца. Вот и скажи волхвам-то. Так и так. Да нет, это постоянно требуется. А как же? Да ты объясни всё, так, мол, и так. Я с тебя, друг сердешный, и не возьму-то почти ничего. Раз в месяц два кило золотых монет. Разве это деньги для такого человека, как ты? Ничего. Ерунда сущая. Волхвы-то поймут. Нужно будет, и с ними поговорят. Лучше не доводить до этого. Калликтифф-то у меня, сам знаешь, – горячие ребята. Да зачем я об этом. Мы же с тобой, сам знаешь. Близкие мы. Обнимает. Подталкивает к выходу. Ну, иди-иди. С Богом! Дай я тя перекрещу на дорожку, сердечный. Был бы ты хаз, що больше любил бы. Пальцы веером. Да и так сгодишься.

Идёт бедный Гансик к волхвам. Снова почувствовал он себя маленьким мальчиком. Лицом побелел. Совсем прозрачным стал. Идёт тихонечко вдоль стены. Посмотришь на него – вроде и не видно почти. Может, тень заметишь. А может, ничего и не заметишь. В голове шурум-бурум. На душе кошки скребут. Мама, зачем ты родила меня? Мама, роди меня обратно. Эти-то, сорвиголовы такие, чего доброго, и грохнуть могут. Хотел в Большой дом. А развели меня, как последнего дурака. Как это у них? Лохи, что ли? Развели, словно лоха.

Встречается Гансик с волхвами. Так, мол, и так. Совсем он волхвов ничем не удивил, оказывается. Поморщились только: многовато твой Серденько забирает. Да ладно. Решим вопрос. А нужен ли мне Серденько-то, Базилевс этот? Ничего в мире подлунном просто так не происходит, милок. На всё причины есть свои и резоны. Просто так, что ли, выпускали Серденько из тюрьмы-то? Знать, нужно было кому. И к тебе приставили его не просто так. Конечно, сотрудничает. С Большим домом. Но как бы никто не знает. Мы не знаем. Он не знает. Да и ты, считай, не знаешь. Наблюдает он за Малиновыми. Вроде, свой среди них. Чтоб в Писке всё о них известно было. Малиновые-то – народ ненадёжный. Пригляд за ними, след да пригляд. Да ты не думай об этом. Ты птица другого полёта. А от Серденько не отмахивайся. Вот кто мастер бесконтактного боя. Людей насквозь видит. Как увидит человека – так и понимает его сразу. Учись. Впитывай. В жизни ан пригодится.

И стал Гансик почаще видеться с Серденько да узнавать у него, как жизнь в Мории устроена на самом деле, а не с виду, как кажется. Понял Гансик, что друг-то его новый, он и покровитель, и защитник от охламонов разных, авторитетов, быков, приблатнённых, да и от вельможных наездов, да наскоков всяких, коими жизнь морийская вельми богата, не говоря уже о всякой шушере, шпане, да и от канцев недорезанных. А славен Серденько не столь этим. Жизнь всю морийскую проницает и умом предвосхищает. Даром что простой с виду. Понимает он мироустройство. Как сложилось оно с тех времён, когда Бог землю и человека создал, и как поведано было нам об этом мудростью древних Офеней. Из самой гущи «тихой жизни» вышел Серденько, кровь от крови, плоть от плоти мира Братанов авторитетных. Так вот и Гансику довелось окунуться в эту «тихую жизнь» с головой. Полную внутренней борьбы и смертельных опасностей. Боже, если бы бедная мама моя знала, чем я занимаюсь!

Вначале было понятие

Ты цацки любишь, любишь лесть,Пацан, ты помни, кто ты есть.Не надо о пахане плохо,И не считай пахана лохом.Не забывай – смотрящий бдит,Ты сам лишь лох, а не бандит.Из Дижа Быжа

И вот в который уже раз Ганс снова становится Гансиком. Для той новой жизни, которую он теперь узнавал, был он пока ещё просто птенчиком желторотым. Маленьким испуганным мальчиком. Учился Гансик в универе. В соревнованиях участвовал. На стройки ездил. Подрабатывал помаленьку. Всё ждал, позовут ли его тайно из Тайного Писка. И окунался всё больше и больше в настоящую пацанскую жизнь. Серденько не любил поучать да объяснять подолгу. Но из их дружеских бесед складывалась у Ганса картина реального мира, так необходимая человеку, если он хочет жить в этом, действительно реальном мире, а не в том иллюзорном, о котором говорят в семье, в универе, говорят учителя, препы, студенты у костра, о чём в «вумных» книжках пишут.

Узнал Гансик, почему бытие морийского человека и его речь так обильно украшены символами Матери и Отца. Да почему ж морийского только человека? Везде и всегда. Пришло это из древних языческих верований, задолго до христианства появившихся.

Ты, Гансик, на Илию-то не серчай. Ну недалёкий он человек. Все знают, как дети получаются, десятки тысяч лет ужо. Дети только этого не знают, поди, пока совсем ещё малые и неразумные. Да и те знают: у мальчиков перчик есть, у девочек – нет… А он, Илюша наш, всё про то и талдычит, и талдычит через слово, никак забыть не может. Конечно, очень важная сторона жизни. Никак нельзя забывать об этом. Вон я, немолодой, поди. Правильной жизнью живу. Потому и торчу орлом без передыха от зари до зари. Но чё ж об ентом говорить-то всё? А бояться слов таких тоже не надобно. На енто язык. И образы материнского плодородия и мужеской силы натуральной имеют место быть в жизни нашей. Ан и утончённые-то, интеллигенция всяка – туда же. В Лондоне они построили башню саму высокую в виде огромного огурца фаллического. В России, грят, поэт-то Барков Иван чем прославился? – только об ентом и писал. Таки классиком стал. Луку Мудищева, его пера книгу, грят, на морийский перевели. Да собираются памятник Болту его, Луки то бишь, плешивому да краснорожему, в Петромории поставить. Как символ мужеского творческого начала и силы созидательной. Не западло нам будет. А и то – есть ли на свете что лучше и естественней, чем муждщины с жентсчиной отношения, чем соединение любовное, соитие, так сказать? Кому не вжилу, это их дело, пусть на Миконас, остров грецский, катят, там и мужескую любовь подадут, и козочек для утех. Никаких секретов. Ни у нас, ни у их сословия. А и такие есть, что жизнь посвящают богу плодородия, Приапу уродскому, сыну Диониса и нимфы, Елде греческой: жрицы шоссейные дурнопахнущие, стриптизёрши и стриптизёры гламурные клубные, модели драные, девушки и юноши по вызову безмозглые, сутенёры безбашенные. Ну, а нам шарманку крутить «мать-перемать», как Илюша-то, достойно ли? Нам с тобой думать следует, как мир устроён, и откуда лавэ происходит.

А мир как устроён – от офеней мы узнали. А они откуда? Дык важно ли, что до появления Мории было? Морийцы мы. А что до того было, пусть другие думают. «Вначале было слово» – писано. Так-то оно так, да не совсем.

Вначале было понятие. А не слово. Пацанский быт существует в правильном мире высокой чёткости. Этот мир пронизан вечным сиянием Абсолюта. И правит там, в этом вечном сиянии, Вечный и Справедливый Пахан. Живущий по законам непреложных Понятий. Здесь и сейчас (эти «здесь и сейчас» ничего тебе не напоминают из эпохи Кифы Великого?). Ниспадающие потоки Вечного Ништяка услаждают там путь. В союзе и на пересечении этих могущественных сил и существует пацанчик, реальный, чёткий, ровный и здравый.

Слово большую силу имеет. Слово – камень в руке. Может бить, наказывать, уничтожать, мять, кромсать, резать. Однако слово – это всего лишь слово, звук.

Понятие – это совсем другое дело, оно тяжёлое, неподвижное. Понятия непреложны – они всегда есть, были и будут быть. Понятия идут от Верховного Пахана. Понятия – грубая основа мира, сермяга. Слово – лишь средство для выражения сермяги. Понятие – палец, нажимающий на курок. Рука, бросающая камень. Сила, управляющая миром. Инстинкт. Животные не знают слов. Но знают, что такое инстинкт. Живут по понятиям. Пацан знает правильный язык, феню и понятия знает.

Мудрецу даны знания, мужику[47] – умения, пацану – понятия.

Понятия пришли от блатных. При Диктатуре до четверти морийцев на зоне были. Блатные говорили «по фене». В стародавние времена офени говорили на фене, чтобы скрыть содержание разговора. Блатным это не нужно. Феня выдаёт блатных. Феню, наоборот, используют, чтобы показать своим, кто ты. Феня подтверждает статус блатного.

Тебе, наверное, известно, что в стародавние времена люди делились на группы, занимающиеся разными видами деятельности – касты. По индусски – варны. Вона я – простой человек – а слова ваши учёные очень-на хорошо знаю и понимаю.

Шаг за шагом много нового узнаёт Гансик от Серденько. «Варна» переводится как «цвет». На западнославянских языках – «барва» (краска, цвет). Высшая каста в Индии – брахманы, учёные, мыслители. Говорят, что делать, куда идти. Потом – кшатрии (воины, управленцы), они говорят, как делать, как двигаться по этому пути. Третья каста – шудры (работяги). Эти и идут, и делают, и кормят всех. Кто не входил ни в одну из каст – неприкасаемые, изгои.

У блатных, что захватили Морию в мутной воде перемен, такое же деление. Брахманам, высшей касте, соответствуют воры в законе, паханы. Среди них авторитеты, свояки, смотрящие, положенцы. Их авторитет непререкаем. Они неподсудны, вечны на своих местах и в своей правоте. Их масть – чёрная.

Кшатриям, воинам, соответствуют обычные блатные – пацаны, братаны (козырные фраеры), приблатнённые (фраеры), а также всякая мелкая шушера – бойцы, быки, которых паханы не очень-то жалуют. Тоже чёрной масти.

Кшатриев отличает кодекс чести. Их интересует просто жизнь, воинская честь, им не нужна сытая, безбедная старость, не нужны сомнительные способы удовлетворения сиюминутной похоти. Из них вышли аферисты, преступники, авантюристы, наёмники; в их характере – пренебрежение всем материальным, достатком, комфортом, стремление к лихой удаче, безрассудство, обострённое чувство собственного достоинства и справедливости. Правильные пацаны, в основном, унаследовали подобные ценности.

Шудрам соответствуют мужики. Честные работяги, врачи, учителя. Синей масти. Низшая группа мужиков – черти, неавторитетные, неуважаемые мужики. Так же, как от шудров отделились вайшьи, торговцы, так от мужиков отделились барыги. Вначале это были цыгане, врождённые барыги, обманщики, воры, кидалы. Наихудшие из них – обычные бродяги. Их место – между пацанами и мужиками. Основной ценностью для них становятся деньги. Барыги поднимаются фактически с самого низа, проходя путь от неприкасаемых, изгоев, до самого верха, захватывая лучшие места в обществе, в морийском обществе времен посещения Мории капитаном Александром. Лавэ, золотой телец – вот их царь и бог.

Неприкасаемым соответствуют серый и красный цвета. Серые – чушки, морально опустившиеся, безвольные, потерявшие человеческий облик. Пенсы, учителя, врачи, интеллигенция. Шестёрки на побегушках. Красные – петухи, обиженные, опущенные. Между синими и красными – козлы, ссучившиеся, сотрудничающие с администрацией, стукачи, докладывающие всё начальству, доносящие куму на мужиков и братву.

Так видел устройство общества мудрец мира братанов, тайный агент Тайного Писка, профессор по распоняткам, пахан, братан, барыга и козёл, Большого дома стукачок – всё в одном лице. Четырёхликий Янус, показывающий каждому только одно лицо, то лицо, которое нужно показать соответственно обстоятельствам здесь и сейчас. Да четырёхликий ли только? Он и государей, что правили до Диктатуры, поклонник, и святой христианской церкви послушник, так, во всяком случае, говорить любит, и нравственности да чистой жизни блюститель, и любитель женскими прелестями лакомиться без разбора, павший ниц пред золотого тельца и воинствующего лавэ алтарём. Он и блюститель правильной открытой жизни в честном «коллективе», проповедник «тихой жизни» и мастер бесконтактного боя, уничтожающий противников неизвестно почему сваливающимися на них несчастьями разными, проблемами, неизвестно откуда прилетающими шальными пулями. Красивый человек, сложная личность.

Какая глубина! Мыслитель с тяжёлыми кулаками, которых никто не видел. Восточный мудрец, который будет ласково улыбаться заклятому врагу. Всё сделает, чтобы похоронить его. Дождётся, когда тело врага земле предадут. Бросит вслед ему последнюю горсть земли. Скажет слова скорбные и проронит слезу скупую, провожая в последний путь, ни разу так и не высказав своего настоящего к нему отношения.

Воровские понятия, объяснял он Гансу, базируются на людских. Людские – на понятиях благородства. Многие любят говорить, что блатные и братва живут не по людским понятиям. Братва не меньше вашего о чести и о людских понятиях печётся, не дает сердцу зачерстветь. Братанские понятия – закон и моральная сила. Они направлены против господствующей в обществе «правильной морали». Морали тех, кто лучше вылижет начальнику одно место и достигнет в результате вершины общественной пирамиды. Морали общества, в котором за бортом оказываются говорящие правду. Понятия братанов – против общества, где властвуют хитрые, беспринципные, подлые.

Понятия, как воровские, так и людские, бывают положительные и отрицательные. Порядочные и гадские. Порядочные понятия, отношения – порядочные люди. Мужики и братва. Барыги. Непорядочные понятия, ментовские и гадские – чушки (морально опустившиеся), петухи (обиженные) менты, козлы. Гады против людских понятий – это крысы, крадущие у своих братанов, курицы, что стучат клювиком, беспредельщики. Гадский поступок – красть у членов коллектива, воровать у мужиков, стучать, провоцировать ментов на пресс всей хаты, беспредельничать – отнимать, бить без основания, насиловать женщин, детей. Гадский, нелюдской поступок – такой, который причиняет вред кому-либо или коллективу. То, что положительно для ментов, отрицательно для братанов. За гадский поступок могут опустить символически или реально. Могут спросить. Это предъява. Обвиняемый, как и в людском суде, имеет право на защиту, может пригласить очевидцев.

Короче, Гансик: людское – взаимопомощь, взаимопонимание, сочувствие, самопожертвование. Гадское – поставить личные интересы выше общественных, желание получить что-то за счёт других и в ущерб другим. Сердёня рассказывал всё так, чтобы создать иллюзию благородства братанской жизни и братанских понятий. Братаны, мол, не хотят душу погубить. Но жестокость братанов проступала из рассказов. По людским понятиям можно простить человека. По блатным – нет. Отказал в просьбе авторитету, взял без спросу конфету, хоть ты мужик, хоть пацан – пятнадцать лет тебе парашу мыть, ни садиться за стол со всеми, ни словом перечить, с тобой нельзя ни разговаривать, ни здороваться за руку, к тебе нельзя прикасаться – гадом становишься навсегда, бесповоротно, без права возвращения. Это называется «опустить». В касту презираемых. А то и опустить всамделе, петухом сделать. Презираемым существом. Перевести в камеру в самом нижнем трюме. Без права возврата. Это как решат. С пацана, братана могут спросить не по гадски, а «по-братски». Не будет впоследствии «косяков»[48] – восстановят обычные «отношения».

Понятия блатные, воровские принимаются добровольно. Понятия ментовские – тоже.

Надобно по понятиям жить, чтобы стать правильным пацаном, конкретным пацаном. Правильный пацан поступает правильно. «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу», – правильный пацан не любит трепаться. Пацану трудиться западло. Пацан слово держит. Знаменитое правило ПСПС – Пацан Сказал, Пацан Сделал. Нарушил закон – придётся проотвечаться. По понятиям – нельзя забирать последнее. Бить по лицу – беспредел. Нарушишь – даже маститого опустят. Братан – от слова братство. Коллектив – превыше всего. Помогай общаку. Сдавай деньги в общак. Для помощи авторитетам и братанам в беде. Для подкупа ментов. Мужики тоже должны деньги сдавать. Пацан справедлив. Не оскорбляет, не отнимает. Продуманно говорит. Осторожен в словах. Пацан не будет шерстяным (шестёркой), не будет выдавать себя за авторитета. Если поручено верховодить – будет держать масть.

Пацан знает, как держать базар. Базар может продолжаться до истощения гнилых пацанов, если есть такие, или до прихода поддержки (мазы). В случае косяка – базар, тёрки. За базар могут притянуть по понятиям. Если виноват, пацан признает косяк, признает себя неправым. Судьи на тёрках – опытные пацаны, «смотрящие», положенцы.

Пацан знает, как разложить по понятиям.

Как залечить тему.

Как задвинуть постановку.

Не верь, не бойся, не проси.

Фильтруй базар.

Подумай, прежде чем подумать.

Не оправдывайся.

Не жалуйся.

Не хвастай.

Не обсуждай других.

Не ври самому себе.

Оставайся самим собой, не подстраивайся ни под кого: «Да, я такой!».

Пацана узнаешь по наколкам, по одежде, по походке, по жестикуляции, по корточной позе. По речи. Речь изобличает «своего». Позорно сказать что-нибудь неправильно. Феню-то щас все знают. Правильный пацан и говорит, и думает на фене. Многие слова фени пришли из других языков.

Греческий: кимальница – кровать, манатка – рубашка, травьяк – обед, хирки – руки, декан – десятка.

Польский: шпаргалка – исписанная бумага, коцать – бить, резать.

Тюркские языки: бирять – платить, сарынь – деньги, яман – плохо, башлять – выплачивать (баш – голова скота).

Немецкий, идиш: фраер – свободный, вольный.

Талмуд: мусор – предатель, доносчик (мосер).

Многим обычным словам феня дала расширительное, изменённое толкование. Решка – решётка; акула – ножовочное полотно; барыга – скупщик, коммерсант; беспредел – беззаконие; западло – стыдно, унизительно; заточка – тюремный нож; следить за базаром – следить за словами; подмотать вату – собрать вещи; гнать – переживать; не в тему – невпопад; опустить, обидеть – изнасиловать; мацан – мужик; общак – воровская касса, котёл; кум – опер; дермоха – драка; солоха – баба; хилять – течь, идти; монастырить – строить, делать; ботать – болтать; бухать – пить спиртное; клёво – удачно, здорово; паханя – хозяин.

Феня широко использует имена животных: козёл (рогатый), олень, петух, курица, наседка (стучат), бык, конь, конячить, кобыла, крыса (ворующий у своих), гад.

Пацан живёт по понятиям.

А если кто не понимает? Да, лохи они, те, кто не понимает. Для них есть Понты. Кто это лохи? Что это – Понты? Да не что это – Понты, а для чего Понты!

Учитель понты

Понты дешёвые учу я,За «крышу» не хотят платить.Лишь потому Понтам учу я,Что надобно уметь понтить.Из Дижа БыжаЧу! Я слышу денег шелестЭто лох идёт на нерест.Вечерняя песня правильного пацана

Наконец, подходим мы, милок, к главному. Так говорил Серденько Гансику. Для чего Понты? Вот в чём вопрос. Понты – закон природы. Понты существуют, когда кто-то «ведётся». Когда ты один – Понты не нужны. А среди людей без Понтов не проживёшь. Понты – это главный механизм. Понты осуществляют жизнь людскую, двигающуюся по пищевой цепочке. Как в природе. Наверху – Авторитеты. Ниже – обычные блатные. Ещё ниже – всяка мелка шушера. Все – блатные. Может, это и не видно, но мы-то всегда сверху. Даже когда в лагере. Даже когда в тюрьме. Все остальные – под нами ходят. Даже охрана. Даже начальник тюрьмы. Остальные, все без исключения, нас как раз обеспечивают. Лохи, одним словом. И мужики, и барыги, и обиженные, конечно, тоже. И начальники всякие, и канцы, и военные, и боссы, и коммерсы, и олигархи. Массы, короче. Население морийское. Я бы даже сказал – электорат.

Им кажется – они живут и работают для себя. Да у природы свой замысел имеется. Они есть и существуют только для нас, высшей касты. Для тех, кто понимает понятия, живёт – по понятиям, думает – по понятиям, говорит – по понятиям. Так и коровки с бычками, кто же их не любит? Милые, живут счастливо. Травку едят. Теляток делают. Мычат аж от удовольствия. Вот, думают, человеки-то всё стараются, чтоб нам, коровкам, хорошо было. Не понимают бурёнки, что существуют они только для того, чтоб человекам-то этим было что покушать. Так же и с лохами. Пыжатся. Надуваются. Ан все под нами ходят. Всех крышуют скромненькие пареньки из честных коллективов. Так всё объяснял-разобъяснял Серденько Гансику о жизни правильной пацанской.

– Ты же говорил, Серденько, что негоже отнимать у честного мужика, да и опущенного даже обижать – это не по понятиям. Это ведь косяк будет.

Экой ты смешной, вошка ты бледненькая. Понятия, как и закон, – куда хочешь, туда и повернёшь. Кто сильнее, тот и прав. Так же, как в природе. Идёшь к положенцу – он и трактует закон. Имеет право. Человек – мерило всему. Вот он и мерит. Вначале по себе. Потом по свояку. А лохи, они для того и есть, чтобы их разводили по понятиям. Правильный пацан всегда над лохом верх возьмёт. У него свет Верховного Пахана. У него Ништяк. У него Понты на все случаи жизни припасёны. Ничего не ясно? Дык Верховный Пахан – чай, объяснял уже. Ништяк. Лох. Понты. Ну серый ты, Гансик, будто не на Мории родился!

Значит, Ништяк. Верховный Пацанский бог расслабления. Проявление Высшего Пацанского блага. Полное спокойствие, присущее разве лишь Рекам Мёртвых. Покой странника, вернувшегося домой. Опыт и матёрость пацанчика, только что «откинувшегося с кичи»! Пожелание Ништяка – знак уважения и участия: «Ништяков тебе, удачи и лохов побогаче»! «Ништяк» – иногда говорят и с иронией. «Ништяк» на блатном жаргоне – место между анусом и вагиной, «ништяк» – всё впустую, ни туда, ни сюда – имеют в виду. Ништяк – слово по Далю от «ништо» (хорошо, отлично) и от «ништенько» (не бойся, это свой) происходит. Ништяк всегда с пацанчиком, Ништяк укрепляет пацанчика.

Что за слово «лох»?

Lohi (финн.) – лосось.

Лох, лоховина (помор.) – сёмга на нересте.

Облоховаться – выметать всю икру (словарь Даля).

Лоха (солоха) – глупая крестьянская баба, так называли её ушлые торговцы – коробейники из офеней.

Лахут (иврит) – жадный, резкий, ретивый, алчный, скороспелый.

Loch in kopf (идиш) – дырка в голове.

Лох – особая форма жизни.

Лох действует рефлекторно, часто наобум, импульсивно, вопреки здравому смыслу. У него эмоции преобладают над разумом. Он не может экономить ресурсы. Мгновенно растрачивает силы под давлением инстинкта самосохранения. Реальный, чёткий пацан говорит мало, держится спокойно, сохраняет энергию. Стойка разводилы. Миссии лоха и пацана диаметрально противоположны.

Лох – тупой, завистливый, бездарный, необразованный. У лоха два инстинкта: грести к себе и держаться сильного. Он не делает выводов из ошибок. Не может просчитать последствий. Не только на два шага. Даже на один шаг. Лохом быть невыгодно. Он пилит сук, на котором сидит.

Лох – простофиля, рохля, пентюх, лопух. Классическая ошибка лоха – считать себя умнее или выше гопника. У лоха склонность к спонтанной агрессии. Руку дающую отгрызёт по локоть. Мысль лоха, если в природе есть такое понятие «мысль лоха», всегда торжествует над здравым смыслом. Лох рвётся выйти из границ разумного. «Бей образованных»! Он любит разрушать. Хаос – его ремесло. Гласа Божьего, прости меня господи, не слышит неразумный. Лошиной энергии надо уметь положить предел, чтобы удержать его в естественных границах. А для этого есть чёткие, правильные пацаны.

Лох к смыслам глух, уши развесил как лопух. Пацан весел, лапши на уши навесил. Пацан прикололся, а лох повёлся. Эх, лохи, дела ваши плохи.

Скупой платит дважды, тупой – трижды, лох – постоянно. Лохи сами выстраиваются в пищевую цепочку. Задача правильного пацана – найти самого жирного. Того, кто сверху и насосался.

Лох теряет больше, чем приобретает. Оставшись ни с чем, снова и снова находит силы восстать из пепла, чтобы принести себя в жертву очередному хищнику.

Лохов много. Они регенерируют. Лохи – не динозавры! Не вымрут! Лохи, простофили, пентюхи всех стран, – объединяйтесь!

Доченька-то у Чобака тоже лохов любит. У-у-у-мная. Да-да – Ксетка грёбаная. Тоже разводила неслабая. Зы, шо пышыт.

«Лох – объективная реальность, данная нам в ощущениях». «Лох – божественное орудие, позволяющее мне неустанно совершенствоваться». «Не надо лохов любить или уничтожать, надо принимать их как данность и сосуществовать с ними». Лох – это народ наш. Куда от него деться? Пусть живут.

И как уж она их всех, лохов-то, описала. И богатый лох. И серебристый. Весь на понтах. И недалёкий, крикун да наглец безжалостный. И сладкий. И позитивный. И потерянный – планктон, пища для всех.

«Лохи потерянные» готовы повестись на все разводки. Для них: реклама, МММ, фэн-шуй, мормоны, секта Муна, новый мессия Виссарион, диетологи, таблетки для потенции, великие вожди, лже-цари и лже-царевны, плачущие иконы, могилы великомучеников, НЛО, вампиры, мистические практики, ожидаемый конец света, престарелые примадонны, массажные салоны и салоны красоты, профуры (профурсетки) и бичёвки, футбол, бокс, письма счастья, Форекс, тату, астрологи, поп-звёзды, экстрасенсы, маги, колдуны, шаманы, учителя, которые знают, как надо, и прочая, и прочая, и прочая.

Кроме того, лох честный, упоительный, публичный, лох-силовик, мыслитель, лох воинственный и другие. Да нам-то что? Это неважно. Все лохи – и олигархи, и генералы – все ведутся.

Нашествие агрессивных лохов уничтожило Рим, Византию, древние цивилизации Египта, Греции, Персии, Индии, Лемурийцев и Атлантов.

Чтобы остановить лоха, надо заставить его почувствовать себя виноватым. Обычный приём тоталитарных сект. Целительниц. Предсказателей, магов. Доморощенных учителей жизни, «помощников в беде». Виноватый человек становится легковнушаем. Им можно манипулировать.

Почувствует вину – придёт страх. Лох заведомо уважает «тот» мир. Мир, правила которого он не знает. Правила сильных, правила мира блатных и авторитетных «наблатыканных» – понятия. Доступ к которым закрыт. Законы, которые недоступны. Он не знает наших «примочек». Принимает условия игры, не зная этих условий. «Наблатыканный» урод, хилый, тщедушный, знающий пару примочек, обыграет его в два счета. Потому что тот согласился играть по его правилам. Потому что человек, добровольно согласившийся играть по правилам, которых не знает, – лох, лох, лох, лох…

С «наблатыканными» потруднее ему будет, чем с блатными. Наблатыканные-то кто? Стремятся «проканать» под блатных поведением и языком. Стараются утвердиться в более высокой группе. Авторитеты их не любят. Это просто гопники. От «гоп-стоп» – разбой, грабёж по фене. Они обычно инициаторы беспредела, конфликтов, интриг, наездов, базаров. Подойдут к тебе вежливо. Дай закурить. Дай часики. А ты отвечаешь нервно. Ты и есть агрессор. Страху нагонят. Сам отдашь и деньги, и часы. Не так уж это и нужно им. Важно – чувство превосходства. Важно, чтоб боялись. А если важняки какие начнут разборки после этого – так ведь сам отдал. Никто не угрожал. Сам отдал? Сам. А почему? И ответить-то нечего. Вот Понты. Вот в чём их сила.

Чтоб не смешным, а грозным слыть, Серденько Ганса стал Понтам учить.

Понты – это красота, это искусство. Это душевное волнение, переживания. Это такой тип поведения, когда пацанчик явно или неявно хвастает. Понтуются, хвастают обычно материальными какими-то благами. Бывает, что и просто «умничают». Понт нужен, чтобы поднять собственный статус здесь и сейчас. Зачем? Произвести впечатление крутизны, большого человека, создать ареол успешности, востребованности. Такой разговор дает пацанчику уверенность в себе.

Кинуть понты – пустить пыль в глаза.

Дешёвые понты – необоснованное хвастовство. Фраза типа «Тысяча золотых монет за часы? – фигня, могу себе позволить». Грубый, неотёсанный понт.

Понты – самореклама: экипаж – понтовый, куртка – понтово смотрится. Голда – понтовая. Кресло у меня в доме видел? В золоте, в драгоценных камнях, в карете у меня такое же – это понтово. Простой, дешёвый дом – беспонтовый. Без понта – безнадёжно. Грамотно понтить – тонкость требуется.

Понт[49] – шулерский, блатной приём. Чтобы отвлечь жертву[50]. Готовить понта – искать жертву. Крепкий понт – неопытная жертва. Рваный понт – лох, побывавший уже в переделке. Бить понт – притвориться невинным.

Понт – это скрытая агрессия или открытое нападение. Цель – выставить жертву в невыгодном свете. Быть круче жертвы. Выше в стадной иерархии. Соблазнить человека на то, что тебе нужно (так поступают напёрсточники, картёжники, сутенёры).