Принцип револьвера. Часть 2

--Это поддон от переносного комплекта минирования, я видел такие...

Как мне все надоело! Хочу костер! Хочу сидеть и ни о чем не думать!

--Пошел ты! Параноик! - бросаю я, и твердым шагом иду к лесополосе, - Нет тут никаких мин! Кому нужно посадки минировать?!

--Стой! - Мика бросается за мной.

--Фиг, тебе! Попробуй, догони! - уже весело кричу я, переходя на бег.

По лицу хлещут ветки, я с треском продираюсь сквозь кусты! Вот ему! Тоже мне заяц...

--Волков бояться - лес обходить! - не слушая криков за спиной, смеюсь я и замолкаю.

Стройное женское бедро обтянуто грязным чулком. Это все что я могу видеть - остальное мой разум воспринимать упорно отказывается. Целиком он видеть картину не желает... И передо мной лишь страшная мозаика. Ошметки мяса, ниже колена... Остатки безглазого лица с обгрызанными лесными обитателями губами... Обрывки сорванной юбки... Я замираю. А потом ору на весь лес:

--Мика! Стой! Мины!!!

--Идиотка! - спокойно говорит у меня за спиной Мика.

Я не отвечаю, только глупо тыча пальцем, показываю ему на женщину:

--Там... вот...

--Осторожно уходим, - ухо обжигает его дыханием, он бережно берет меня за талию и тихонько отступает назад, медленно-медленно.

--Проволока! - испуганно взвизгиваю я, заметив едва заметный блеск в кустах.

--Это ее очки, - Мика осторожно тащит меня через кустарник, наверное, по моим же собственным следам.

--Чьи? - глупо спрашиваю я.

И радуюсь, когда он не отвечает. Я уже догадалась, чьи очки блестели в грязной пожухлой траве.

Когда перед глазами вновь смыкается занавес кустов, а под ногами шуршит жухлая трава обочины, рискую повернуться. Лучше бы я этого не делала. Мика стоит закинув руки за голову.

--А тебе, красотуля, что особое приглашение надо? - делает повелительный жест дулом автомата, небритый дядька в бело-черно-зеленом камуфляже непривычной глазу расцветки, яркое пятно на фоне блеклости осеннего пейзажа.

Закидываю руки за голову. Внутри пусто и холодно от страха.

"Только не думать о плохом!" - уговариваю себя.

Повторяю эту строчку, как заклинание, все те бесконечные секунды, что иду к дороге с закинутыми за голову руками. На дороге Элинка замерла в окружении еще четырех парней, в таком же чистеньком камуфляже, что и наш сопровождающий. Черные вязаные шапочки на головах, а вот разгрузочные жилеты наши бело-синие, и автоматы наши - АДМ...

Когда мы выбираемся на дорогу, один из поджидающей нас четверки усатый верзила с красивым породистым лицом ласково интересуется:

--Ну и чего мы тут бродим?

--У меня револьвер в кармане, - перебивает его Мика.

--И что? - верзила глядит на него неприязненным взглядом.

--Мало ли, - спокойно говорит Мика, - чтобы не нервничали если что.

--Да мы спокойные, - хохочут они сразу в несколько голосов.

Тот мужик, что конвоировал нас, первым прерывает смех. Достает у Мики из кармана револьвер передает одному из своих, а потом долго и цепко хлопает Мику по карманам, ощупывая. На землю летят спички, кухонный ножик, который снова встречается дружным гоготом:

--Серьезно вооружился, рыжий!

--Ну что, аристократишки, золотишко, денежки сами сдавать будем или искать?

--Лучше ищите, - хмыкает Мика, - если просто скажем, что у нас ничего нет не поверите же.

--А у вас ничего нет? - это снова верзила, кажется он у них тут за главного.

--Жена беременная, разреши ей руки опустить, тяжело ведь, - вместо ответа униженно просит Мика.

--Беременная, говоришь - сиплым противным голосом подозрительно интересуется парень с некрасивым длинным лицом, - ну-ка посмотрим, чем твоя подружка беременна!

--Скидывай пальто, шалавка! - орет на Элинку один из этих...

Назвать их "солдатами" не могу даже в мыслях - это мерзавцы, ненавистная падаль!

Элинку заставляют снять пальто и задрать платье. Она поднимает вязанный подол, демонстрируя тугой круглый живот.

--Глянь-ка, и правда брюхатая - удивляется длиннолицый, но тем не менее бесцеремонно ощупывает девушку между ног, косясь на Мику.

Я вижу как у него ходят желваки, вижу ужас в распахнутых глазах Эльки, а саму уже колотит от страха. От понимания того, что эти подонки могут сделать с нами все что захотят, и что они понимают свою власть.

--Ладно, одевайся, застудишься, - приказывает он и Элинка с насмерть перепуганным лицом суетливо оправляет платье...

--Бабе-то своей помоги, - разрешает главный.

И Мика торопливо подходит к Эльке, поднимая с дороги ее пальтишко.

А меня в это время так же лапают. Противно и основательно. Грубые пальцы хватают и мнут грудь, лезут в штаны...

"Только не думать о плохом!" - вновь вспоминаю заклинание.

--Слышишь, рыжий, тебе две бабы не много на одного? - ржет верзила.

У меня в голове мутится, я понимаю, что сейчас все повторится, что... Понимаю, что сейчас завизжу и брошусь в лес, лучше пуля или мина, чем снова ЭТО!!!

***

На лице, Каролины безумие, а похотливая морда лапающего ее парня, выражает предельное вожделение. Животное. Ну что, Мика? Ведь сейчас на твоих глазах будут насиловать твою женщину, а ведь будут, если заведутся... А потом, потом всех убьют... Наверное...

--Слышь, командир, - говорю твердо и спокойно, надеюсь это их немного удивит и отвлечет, - останови этого дятла.

Здоровяка командира удивить не удается, в глазах равнодушие, впрочем, спрашивает примерно то, что я и думал:

--Рыжий, тебе жить уже надоело?

--Сестренка, покажи им бок! - приказываю Каролине, только бы она не запаниковала, только бы...

Какая же она умница. Не знаю, поняла она или нет, но она резким рывком задрала рубашку, вместе с нижней футболкой открывая ожог на боку.

--Ничего, - ржет мразь, лапающая ее, - нам и такая ничего, правда, Вил?

--Сначала аристократики ее, теперь вы? - это бросаю в лицо верзиле-командиру, что ж он привык, что его боятся, только вот нам боятся уже поздно и бесполезно.

--У нас на Соергартене, своих в обиду не давали, а вы что же... Как они?! - спрашиваю глядя в глаза верзиле.

--Да пошел он, иди ко мне моя, красота! - Каролину вновь хватает в охапку прыщавый, а делаю шаг - сейчас брошусь на него, а там...

--Прекррратить! - коротко лает командир.

--Вил, - тянет тот, кто мнет Каролину.

Верзила внушительно молчит. И юнец отходит.

--Спасибо, брат! - тихо говорю командиру.

Тот снимает с руки неизменный атрибут последнего времени - перчатку с отрезанными пальцами:

--Я Вил.

--Мика, - жму руку.

--Я тоже почти с Соергартена, - кривая улыбка кривит его лицо, - с Раттрена.

--Соседи, - ухмыляюсь в ответ.

--Шарманщика Нико, помнишь?

"Проверяет он меня что ли? Шарманщика Нико знал весь район, смешного старика в костюме клоуна, веселившего днем туристов, а ночами..."

--Призрак Нико, скольких он бабок напугал за жизнь! - не сдерживаю искренней улыбки.

--Ох, Вил опять земелю встретил, - небритый добродушно хохочет и обращается к Каролинке, - оправься деваха, мы своих не трогаем!

--А чужих?! - выпаливает Каролина, ну зачем она сейчас!

--А чужим здесь не нужно ходить, - отрезает Вил и уже мне:

--Воевал?

Молча задираю свитер.

--Нда... - уважительно тянет юнец, - когда это вас, в самом начале?

--В самом начале! - это снова Каролинка.

--Сестренка, не кричи! - внушительно говорю ей, помоги Эльке присесть, - Все хорошо... уже.

Она понимает, замолкает и идет к Эльке. А я прошу закурить. Ничто так не сближает, как общее дело, даже если это всего лишь сигарета. Вдыхаю жгучий, дерущий горло дым дешевых сигарет, иногда сплевываю и молчу. Вил тоже молчит, задумчиво глядя куда-то в поле. Остальные, кажется, не хотят отвлекать командира от размышлений. Когда от сигареты остается половина, Вил нарушает молчание:

--Куда своих баб на ночь глядя тащишь?

--В Ланитгрен, - сначала хочу соврать, но не решаюсь, чем меньше лжи, тем больше шанс не сгореть.

--К родне? - что-то не к добру этот интерес.

--Всем вру, что да, а на самом деле, в госпитале друг обещал, что если что дядька его поможет, ну вот... - бросаю окурок в грязь.

--А что из города бежите, - юнец никак не может простить, что его лишили развлечения, - мы же победили.

Молчу, только улыбаюсь.

--А? - не успокаивается юнец.

--Утухни, прыщ! - наконец, цедит небритый, - у парня баба на сносях, сестренка ейная вот тоже на нем...

--И что?! - "Прыщ", какое верное погоняло.

--Успокойся, я сказал! - рычит Вил.

И уже мне:

--Слушай, Мика, нам тут напели, что вы аристократы, выбираетесь из города...

--Мы? - разыгрывать удивление не приходится, если им "напели", значит кто-то выжил в последнем бою, иначе...

--Да бабка какая-то, почитай колонну остановила, аж под траки бросалась, хипеж подняла... Типа аристократы бегут, золото уносят, а одна прям с герцогом по визору вступала, - хмыкает Вил.

--Делать больше нечего, всяким сумасшедшим верить, - иронично поднимаю я бровь.

Он оглядывается на девушек. Тоже гляжу: сидят рядышком на все том же столбе, Каролинка трогательно обнимает Эльку. Вил понижает голос:

--Да две бабы... Ну мы думаем, чего бы и не съездить, не глянуть...

Я молча киваю головой. И повторяю:

--Спасибо, Вил!

--Да брось! - крепкая рука бьет меня в плечо.

--А все же...