Джуна. Одиночество солнца

Кстати сказать, она добралась и до издательства и заявила, что я подделала подпись на документах и что книгу она не хочет! Как и следовало предположить, Джуна сказала, что издательство ей передало пятьдесят экземпляров, а Савицкая привезла всего пять, остальные украла, и очень удивилась, что их и в самом деле было пять. Вот сюрприз!

Потянулись доброхоты со всех сторон. Все клялись и божились, что поедут к ней и скажут веское слово в мою поддержку. Но ни один из мужчин, ни одна из женщин сделать это так и не отважились. ВСЕ СМЕРТЕЛЬНО БОЯЛИСЬ ДЖУНУ! Конфликт затягивался.

Из всех ее действий я понимала лишь одно – ее лунная энергия на исходе, и что она остро нуждается в моей – солнечной. Поэтому так агрессивно требует моей «головы».

Ей «ура» было на договоры, и ей «ура» было на книги, она остро нуждалась в любви.

Она пришла ко мне во сне 14 января 2015 года. Обняла. Сказала, что ей без меня плохо.

И вот в день Крещения я проснулась с чувством, а что мне, собственно, дуться на Джуну?

В два часа дня я набрала ее номер.

– Джуна?

– Да, Светочка, – сказала она, обрадовавшись несказанно моему звонку.

– Ты когда сегодня просыпаешься?

– Я уже не сплю! Приезжай сейчас.

– Еду, – очень просто сказала я.

И приехала.

В виде подарка я захватила белую шубу из козленка. Бутылку виски. Несколько пришедших журналов со статьей о Джуне. Все документы, касающиеся книги, и копии ее расписок.

В большой столовой находилось около десятка не то родственников, не то друзей ассирийской, армянской или грузинской внешности. Я их всегда путала.

Джуна, увидев меня, тут же подскочила и прицыкнула на всех:

– Всем сидеть! Это ко мне Света приехала!

Пока она обходила большой стол, уставленный закусками, я, бодро улыбаясь, пошутила:

– Представляете, иду, смотрю – козел! Белый! Я подумала – год Козла. Сняла с него шкуру. Сделала шубу, – и добавила уже без улыбки, – и так будет с каждым!

Никто за столом не улыбнулся.

– Зачем мне шуба? Сумасшедшая! Тем более белая! Я черное ношу! – ворчала довольная Джуна и вела меня к себе в закуток.

Села. Смотрит. Ждет моих слов. Соскучилась.

– Джуна, прости ты меня, ради Бога. Сволочь я. Подлая тварь. Я не должна была… так… тебя… экстрасенсом…

Но она меня тут же перебила, потому что ее речь была давно подготовлена:

– Это ты меня прости. Я даже не знаю, что на меня нашло!!! Я же не помню даже, что я говорила. Ну ты же не должна на меня сердиться. Я же хулиганка! Ты же меня знаешь, как никто! И как я тебя люблю! Давай лучше дружить, как прежде. И тебе, и мне будет лучше!

– Давай!

Я подошла. Мы обнялись.

Душе стало легче.

– А ты тоже, зараза такая, – засмеялась Джуна, погрозив пальцем, – ну давай, показывай скорее, что принесла!

– Документы я принесла, – сказала я, разворачивая копии договоров с издательством.

Села. Подперла кулачком голову. Смотрю на ее реакцию.

– Ты зачем сказала, что подписи не ставила?

Джуна убрала глаза в стол:

– Ну ставила!

– И что?

– А что они хотят на мне миллионы заработать?

– Ты опять?

– Хорошо. Больше не буду!

– Вот погоди, помолчи пять минут, дослушай хотя бы раз. Ты же хочешь книгу?

– Хочу.

– Джуна, дорогая, любимая моя Джуна. Верь мне. Просто верь. По той простой причине, что я тебя люблю. Веришь?

– Верю.

– Книга – это ведь не только Джуна и ее интеллектуальная собственность. Если ты читаешь свои стихи на своей кухне Савицкой – это только твоя поэзия. Но если ты хочешь получить книгу – ты вступаешь в товарно-денежные отношения. Книга – это перевод рукописи из печатного текста в цифру. Это редактура. Корректура. Это верстка. Это бумага. Это кабинеты издательства. Это юридические договора. Утверждение макета у потенциального инвестора. Это сети продаж. Это реклама. Это типография. Это грузчики и водители транспорта, наконец, это складские помещения. Это магазины…

– Хватит! – прервала Джуна. – Я же сказала, больше бузить не буду. Шубу забери. Все равно не надену.

Однако Джуна умирала от любопытства, шубу примерила. Стала похожей на смешного сутулого горца.

– Подаришь кому-нибудь.

– Хорошо, – согласилась Джуна, – документы забери, а папочку оставь. Красивая папочка. И за журналы спасибо. Пусть еще пришлют.

На виски она не обратила внимания, приняла как дань.

И тут случилось то, ради чего вообще стоило «копья метать».

– Свет! Ну скажи, какая у нас классная книга получилась! Всем так нравится! Скажи, что картины там красивые! И рамки! И все! И цвет!

– Вся в золоте! В коробке, – подхватила я.

– Лучше ни у кого нет! Это лучшая моя книга! И притчи! Свет, скажи, что тебе мои притчи нравятся!

– Если бы не нравились, ты бы меня здесь не видела.

– Скажи, что нравятся!

– Нравятся! Очень нравятся!

– Скажи, Свет, мои картины самые лучшие. Никас – не художник! И притчи самые лучшие!

– Ну ты же решишь, что мое мнение неадекватно.

– А я хочу от тебя обо мне именно неадекватного мнения! Ты когда-нибудь поймешь это, пис-сатель?

Так мы помирились. И больше не ссорились.

Уже на следующий день она звонила и просила о чем-нибудь. О чем – даже не важно. О какой-нибудь ерунде и всегда добавляла:

– Светочка, ну я же так тебя люблю! Когда придешь?

– Не знаю. Работы много, – я дистанцировалась, не смея нарушать блаженный мир с моей сумасшедшей волшебницей.

Чудеса, испытанные на собственной шкуре

Но это было – не было ль – давно. Лишь только камни помнят, Лишь океан седой на миг вдруг вспомнит, Как умирала птица голубая… Джуна

Встреча с Максом-инопланетянином в 2000 году и его рассказ о Джуне

У меня написано более пятисот сказок и притч. Они, как нерожденные дети, вьются над головою, ища выход. А когда я вывожу дивные истории на бумагу, сказки оставляют меня в покое.

Но одна из них – быль. Она называется «Макс-инопланетянин» и в точности описывает странного человека с очень светлыми голубыми глазами, можно даже сказать, белесыми, который и рассказал мне историю своей потусторонней жизни.

Он горячо утверждал, что раньше жил на планете Эфиар, это самая богатая и цивилизованная планета системы Панзера. Ему было 927 лет, у него были жена Джуна и дочь Юна. Вместе с роботом Бладекропом они полетели на Марс за бриллиантином и на Землю – добыть полосатых кошек для зоопарка Зереса, брата Джуны, коварного врага семьи. В сказке интересен момент, когда Джуна для него на могиле делает памятник из золота, то есть является скульптором. Вступает в схватку с тиграми – то есть она боец. Враждует с братом. То есть, возможно, если предположить, что история не просто пришла ко мне, возможны какие-то пресечения жизненных циклов.

Сказка помещена в Интернете, три раза публиковалась в разных сборниках.

Один из них я подарила Джуне.

Случайно-неслучайное совпадение имен и событий ее позабавило.

Юна и Джуна – мать и дочь. Знаки Москвы

Иногда приходится верить в приметы. В знаки судьбы. Например, один человек с течением обстоятельств надолго исчезает из моей жизни. Потом он должен появиться. И я перед знаковой встречей вижу его «голограммы» – несколько людей, сильно похожих на этого человека. Или вдруг вспоминаю его несколько раз в день… или смотрю на телефон и знаю, кто сейчас мне позвонит.

Эти явления телепатии как-то научно называются. Но я не знаю как.

Мой вопрос к Джуне о ее дочери был вызван странными знаками Москвы.

Год примерно назад я торопилась к ней по срочному вызову. По дороге в метро увидела длинноногую девочку с вьющимися длинными каштановыми волосами, лет пяти, очень похожую на Джуну. Девочка улыбнулась и проводила меня долгим взглядом.

В тот же день, в метро я снова увидела еще одну маленькую девочку, похожую на первую. Она тоже смотрела на меня весьма странно. И уже идя по Арбату, я вздрогнула от дежавю. Мне навстречу шла еще одна малышка, похожая на Джуну…

Чудо-сон на второй день нашего знакомства

Сны мои сбываются всегда. Я часто вижу цветные красивые и волшебные видения.

Мой муж ревнует меня к моим снам, потому что страшилки я не наблюдаю и очень часто улыбаюсь во сне.

Но иногда приходят не сны, а некие дремные состояния. Умершие любимые люди. Они появляются как бы между сном и явью. Не уходят, если я просыпаюсь и пытаюсь избавиться от наваждения. Часа два-три-четыре общаются на своем потустороннем языке. С первыми петухами растворяются в воздухе.

В таком вот дремном состоянии в три часа ночи 2 июня 2013 года пришла ко мне Джуна. Мне легко было запомнить дату, потому что накануне она подписала книгу и зафиксировала день нашего знакомства.

Так вот. Черной звездной ночью предо мной предстала гневная Джуна. Она наклонилась над постелью и заглянула в мою голову. Именно в голову. Я ведь дремала и не открывала глаз. Но ее видела! Страха никакого я не испытывала. В эти минуты я думала, а почему это у Джуны такое злое и напряженное лицо? А она так работала. Огненным своим взором, как электросварочным аппаратом, она стала разрезать мою голову, точно делала трепанацию черепа. Отрезав шляпку от головы, она взглядом заставила ее чуть-чуть, буквально на один сантиметрик, отделиться. Из головы вырвался лучевой поток солнечного света. Я видела всю эту картинку как бы со стороны. И весьма удивилась, поэтому вошла в свое тело и открыла глаза, уставившись на Джуну. Поняв, что ее обнаружили, она, как фокусник, достала из воздуха упругий невидимый, но ощутимый горячий шар диаметром сантиметров тридцать и неожиданно резко ударила меня этим шаром в солнечное сплетение.

Я перестала дышать. Тело мое обездвижилось. Катая ладонью шар по моему телу от шеи до ног, Джуна вглядывалась в мои внутренности. Голова перестала излучать свет. Крышка, как раньше, срослась с черепом.

Я покрутила головой, и сбросила наваждение.

В комнате никого не оказалось. Джуны не видно. Но ощущение присутствия осталось. И главное – катание шара по моему телу я все еще ощущала.

Стрелки показывали три часа утра. Спать расхотелось. Пошла на кухню пить кофе. Состояние изучения меня, как подопытного кроля, не проходило. Шар все еще катался медленно туда-сюда. Я его не видела, но четко чувствовала. Только он становился все меньше и меньше.

В пять часов утра ощущение прошло.

И я вернулась в койку, спокойно проспав до утра.

Так случилось, что Джуна снова позвонила и пригласила к себе.

Я спросила:

– Джуна, ты зачем мне сегодня трепанацию черепа делала?

– Я ничего не делала, – отвернулась Джуна, как воришка, пойманный за руку.

– Спрошу иначе, – не сдавалась я. – С трех до пяти утра где ты была?

– Ну, хорошо, скажу. Да. Сегодня ночью я к тебе приходила. Я подумала, зачем ты прибилась? Может, ты какая-нибудь больная? Может, ты чего-то хочешь от меня? Нет. Смотрю. Все здоро́во. Ничего тебе лечить не надо. Будем дружить.

«Джунизм» как наука. Воздействие электроприборов типа «Джуна»

Джуна очень хотела приобрести официальное признание. Такие определения, как лекарь, врачеватель, экстрасенс, медиум, целительница, ей не подходили. Она любила говорить, что она ученый.

– Вот смотри, Света. Любой электроприбор излучает. И пульт управления излучает. Излучает столько, сколько надо. Если вдруг чувствуешь, что где-то некомфортно в теле, когда смотришь телевизор, помещай пульт на больное место. Ты себе будешь лежать. А он тебя будет лечить.

Я иногда шутила с нею по поводу вербной веточки ее бабушки, типа, вот у бабушки твоей была волшебная палочка, а ты без палочки.

– Я не умею обращаться с веточкой вербы, – у Джуны иногда напрочь пропадало чувство юмора. – Руки разверни. Я тебе покажу.