Алый, как кровь

– Может, это как-то связано с теми деньгами, – начал философствовать Каспер. – Две такие загадки одновременно не могут быть совпадением.

– Как так? – спросила Элиза.

– Она, вроде, похожа на русскую? – предложил Каспер. – Если она бл… простите, проститутка. Может, твой папаша сутенер?

Элиза опустила голову. Белоснежка смотрела на девушку и понимала, что та сейчас заплачет.

– Или если… – Туукка задумался.

Именно в тот момент компьютер пискнул, сообщая о приходе нового сообщения. Белоснежка открыла анонимный ящик. Вдруг там что-то интересное.

Прямое попадание.

Отправитель – анонимный адрес. «Beautufulrose» и окончание ящика, не указывающее на страну. Кое о чем говорит. Белоснежка прочитала письмо вслух. Оно было на английском языке.

My love, I had to create another e-mail address. Just to be careful. Polar Bear is having a party on Friday. Wants you to be there. And so do I. There will be a black car picking you up at 8 pm. Because the theme is fairy tales and because I know what you like, I’m going as the Snow Queen. I’ve got something important to tell you.

Kisses,

N

P.S. Please delete this message right after reading as always.

We have to be extra careful[23].

Туукка, Каспер и Элиза уставились друг на друга.

– И интересно что это означает? – спросила Элиза.

– Polar Bear, Polar Bear… – твердил Каспер. – Вот черт! Белый Медведь! Твой отец получил приглашение на вечеринку к Белому Медведю.

– Куда? К кому?

– Белому Медведю, – Каспер почти кричал. – Это потрясающая легенда. Я не знаю подробностей, но это очень большая, всеми уважаемая шишка. О нем ходит куча слухов, о его легальном и нелегальном бизнесе, а так его почти никто не видел. Об этих вечеринках рассказывают безумные вещи. Это какой-то умопомрачительный замок или усадьба, где устраивают совершенно сумасшедшие слетки. Там есть все. То есть все богатые и важные.

– А как его настоящее имя? – спросила Белоснежка.

Каспер весело посмотрел на нее.

– Да не знаю я. И думаю, что знают лишь немногие.

– Он какой-то крупный преступник? – Элиза инстинктивно понизила голос.

Каспер развел руками.

– Ну, вряд ли все его делишки переносят дневной свет. Да и откуда мне знать? Он такой богатый и хитрый, что нигде не застрянет. Он не будет пачкать свои руки.

– Откуда ты все это знаешь? – удивился Туукка.

На губах Каспера появилась довольная улыбка. Белоснежка заметила, что парень вдруг почувствовал себя на голову выше других.

– У меня свои источники. Когда бываешь в темных компаниях, слышишь о темных делишках. Не спрашивайте понапрасну. Я поставляю вам «колеса», я поставляю вам сведения. That’s all you need to know[24].

Пока другие разговаривали, Белоснежка списала текст письма, слово за словом, на обрывок бумажки, которую потом убрала в карман.

– Письмо нужно уничтожить, – констатировала она. – По нему, к сожалению, видно, что его открывали один раз, поэтому твой отец заметил бы сразу, что кто-то копался в его почте.

И Белоснежка приготовилась нажать кнопку «Удалить».

Пальцы Терхо Вяйсянена насквозь заледенели, хотя в перчатках якобы были всевозможные виндстопперы и разные задерживающие тепло слои. Он пытался заставить суставы гнуться, чтобы открыть дом ключом.

Терхо вспоминал прошлый декабрь. Тогда было лишь на пару градусов ниже нуля, и снег падал легко и незаметно. Он стоял с Натальей около светящейся скульптуры Тампелла. Скульптура сияла синим цветом, который делал лицо Натальи нереальным.

Они только что сходили в кафе. Новый район Тампелла был достаточно безопасен. Там не проживали их знакомые. Ни у жены, ни у Элизы не было причин приезжать туда. По улицам передвигались только местные жители. Район не был проходным. Там не имелось таких магазинов и ресторанов, которые соблазняли завернуть сюда. Кафе выживали только за счет местных жителей, несущих туда свои евро. В Тампелла Терхо и Наталья осмеливались появиться в публичных местах вместе. Но и там существовал риск.

Однако иногда надо рисковать. Кроме того, страх быть пойманным приятно щекочет нервы. У Терхо все-таки имелась легенда, если какой-нибудь знакомый или знакомый знакомого вдруг их там увидит. Он мог всегда сослаться на работу, получение информации и необходимость сохранять все в тайне. Он мог дать понять, что получает сведения от Натальи, но не мог бы раскрыть большего… Уфф. Огромным облегчением для Терхо было то, что ему ни разу не пришлось пользоваться легендой.

Наталья забыла перчатки. Она дула на свои маленькие ладошки. Терхо взял их в свои, чтобы согреть. Наталья улыбнулась. Снежинки запутались в ее волосах. Они тоже сияли синим цветом скульптуры. Наталья была одета в белое пальто и белые сапожки. Она была прекрасна, как никогда.

– Снежная королева, – прошептал Терхо ей на ухо.

Вдруг его охватило желание согреть Наталью, везде, прикоснуться горячими ладонями к ее коже, растопить каждую снежинку.

– Пойдем, – прохрипел он и увел Наталью, ускорив шаги.

Через пять минут они были на ресепшене отеля «Таммер», где сняли комнату. Терхо сразу же сообщил жене, что задержится на работе до ночи. Затем он посмотрел на Наталью, которая в свете желтой лампы комнаты больше не выглядела сказочным существом. Но это было неважно. Желание уже успело пробудиться. Он прижал к себе Наталью и закрыл глаза…

Терхо Вяйсянен вернулся в настоящий момент, чтобы привычным движением повернуть ключ озябшими пальцами, – и изрыгнул поток ругательств.

Белоснежка услышала звук первой и сообщила другим, низким голосом:

– Кто-то идет.

Элиза испугалась.

– Это налетчики! Или убийцы!

Белоснежка подавила в себе желание заткнуть ей рот. У девочки, что, чувство самосохранения развито меньше обычного? Жизнь в черно-розовой комнате замариновала ее мозги и размягчила мысли?

– Сейчас действуем тихо и спокойно. У нашего гостя есть ключ. Держу пари, что это твой отец. Самое важное сейчас – это чтобы мы шумом не выдали, что сидим в кабинете.

Во время разговора Белоснежка спокойно удалила письмо, вышла из почтового ящика, закрыла папку с фотографиями и браузер и начала выключать компьютер. Казалось, что каждое действие занимает нереально много времени. Она знала, что это только иллюзия. Все занимало считанные секунды.

С другой стороны, за секунды находящийся в дверях может вставить ключ в замок и распахнуть дверь.

– Идем. Наверх.

Белоснежка озвучила приказ максимально тихий голосом. Это было достаточно, чтобы воздействовать на Элизу, Туукку и Каспера, которые выскользнули из кабинета и рванули по ступенькам. Им, наверное, казалось, что они двигаются тихо, а Белоснежка думала, что это как будто антилопы-гну, почуявшие льва.

Ну же, выключайся! Выключайся!

Компьютер завис на фразе «Завершение работы» слишком надолго. Белоснежка готова была поспорить, что в компьютере какая-то проблема, как на ее ноутбуке: иногда он и не думал выключаться.

Она услышала, как открывается дверь. Хорошо, что от входной двери не видно кабинета. Кто-то большого размера зашел в квартиру. Мужчина.

Белоснежка выровняла дыхание и сосредоточилась на успокоении пульса. Она решительно нажала и долго удерживала кнопку выключения. В следующий раз при загрузке компьютер будет клеветать о некорректном способе выключения, что может пробудить подозрения отца Элизы, но сейчас стоит рискнуть этим. Возможно, отец Элизы поведет себя, как другие, – удивится этому заявлению компьютера, пожмет плечами и подумает, что надо бы купить новый.

Ну, выключайся же!

Экран потемнел.

– Элиза! Я дома. Могу что-нибудь приготовить, – крикнул мужчина на второй этаж.

Отлично. Белоснежка была права.

Она тихо прошмыгнула за открытую дверь кабинета, сильно надеясь, что отец Элизы пойдет в первую очередь не в кабинет.

Было слышно, как мужчина снимает с себя уличную одежду, затем движется в сторону кабинета.

Иди мимо.

Мужчина прошел мимо кабинета в сторону кухни. Но немного подумав, вернулся и вошел в комнату. Белоснежка задержала дыхание. Она стала плоской. Она лишилась запаха. Ее не существовало.

Не садись на стул. Белоснежка знала, что после нее стул еще теплый. Мужчина остался стоять около стола, разбирая почту. Белоснежка все еще не дышала. Она знала, что может спокойно не дышать две минуты. Отец Элизы бросил на угол стола пару конвертов – наверное, счета, – затем продолжил путь на кухню.

– Что ты хочешь? Мне приготовить пасту? Или куриный суп с чили? Надо съесть что-нибудь согревающее, коль на улице такой холод.

Было слышно, как отец Элизы открыл холодильник.

Сейчас. Белоснежка ступила из-за двери кабинета, придала шагам среднюю скорость и беззвучно двинулась в носках по неправдоподобно гладкому паркету к лестнице, ведущей на второй этаж. Она поспешила на второй этаж тихо, как подстерегающий антилоп-гну лев, и вошла в комнату Элизы так незаметно, что напугала троицу.

– Черт, со мной чуть не случился сердечный приступ, – прошептала Элиза. – А сейчас немедленно в гардеробную.

– Зачем?

Белоснежка не поняла ход мыслей Элизы. Туукка и Каспер довольно развалились на диване, даже не думая прятаться.

Тяжелые шаги вверх по лестнице.

– Я объясню позже, – прошептала Элиза, затолкала Белоснежку в гардеробную и быстро закрыла за ней дверь.

– У тебя кто-то есть? – спросил папа, уже с верха лестницы.

– Да, Туукка и Каспер пришли составить мне компанию, – ответила Элиза искусственным голосом, от которого за километр несло тем, что она играет.

– А разве у тебя не мигрень? – недоверчиво спросил отец. – А у мальчиков занятия?

– Она только что закончилась.

– Математику отменили – препод заболел, – ответили одновременно Элиза и Туукка.

Белоснежка смотрела в замочную скважину, как отец оглядывает всех троих. У него были короткие светлые волосы и верхняя часть туловища, которая не испугается поднятия самых больших весов в качалке. В гардеробной было темно, но зато много места. Тут пахло девочкой. В гардеробной Белоснежки никогда бы так не пахло.

Она снова прячется. Снова с глаз долой.

Белоснежка закрыла глаза.

Ты не сможешь сбежать. Мы всегда найдем тебя. И когда найдем, мы убьем тебя.

Убьем.

Тебя.

14.

Du ska inte tro det blir sommar,ifall inte nen sätter fartpe sommarn och gцr lite somrigt,de kommer blommorna snart.Jag gör se att blommorna blommar,jag gцr hela kohagen grön,och nu se har sommaren kommit,för jag har just tagit bort snцn.Jag gör mycket vatten i bдcken,sе där sе det hoppar och far[25].

Салко[26]. Шарики, шарики, еще шарики, часть из которых сбежала в синее небо. Прекраснейший летний вечер в Маарианхамина, который уже переходит в ночь, но еще совсем светло. Вся отцовская родня уже в сборе. Ароматы лета, далекие крики чаек, чириканье ласточек. На Белоснежке белое платье, на голове сделанный мамой венок из одуванчиков. Она поет «Летнюю песнь Иды» Астрид Линдгрен. Ее голос не особо красив, но это нестрашно.

Кузина Эмма, на год старше ее, вдруг встала перед ней. Белоснежка попыталась пройти мимо нее. Она хотела посмотреть салко. И еще она хотела шарик, который дядя Эрик надувает гелием и раздает ребятишкам. Красный. Или синий. Но ни в коем случае не желтый. Но лучше всего красный.

– Поиграем? – спросила кузина Эмма по-шведски.

Белоснежка приподняла голову.

– Давай играть, что ты мой раб и тебе надо исполнять все мои приказы.

Белоснежка замотала головой.

– Ну, тогда, что я королева, а ты – моя лошадь.

– Нет, – сказала Белоснежка.

– Ты обязана. Я могу приказывать. Мы здесь живем, и я старше.

Белоснежка заплакала.

– Нет, – повторила она.

Тетя Анна, мать кузины Эммы, как раз шла к ним с мамой Белоснежки.

– Белоснежка не хочет со мной играть. Отвечает «нет» на все мои предложения, – нажаловалась Эмма матери. – Это невежливо…

– Уф…

Тетя Анна погладила Эмму по ее светлым волосам.

– Наверное, она стесняется, – предположила она. – Пойдем за шариком.

Тетя Анна взяла Эмму за руку. Сделав пару шагов, та оглянулась и показала Белоснежке язык. Тетя Анна и мама не заметили. Мама смотрела на море. Казалось, что ветер брызнул соленой водой ей в глаза, она вытерла ее ладонью, вздохнула и сказала по-фински:

– Не всегда следует говорить «нет». Если чаще станешь говорить «да», с тобой будут дружить.