Советская водка. Краткий курс в этикетках

Этикетка, которую разработали для заграницы (две полоски), практически не отличалась от отечественной. Конечно, ее облагородили и приукрасили. Название стали давать золотом. Появилась надпись, рекомендовавшая охладить продукт перед употреблением, и логотип внешнеторговой организации, поставлявшей напиток за рубеж. Добавилась кольеретка и контрэтикетка, которых не было на «домашней» бутылке. И разумеется, в названии заменили кириллицу на латиницу. Шрифт оставили похожий, только от перечеркивания первой буквы «S» пришлось отказаться — уж больно она получалась похожей на знак доллара.

На этикетке стали печатать медали — к тому времени их было только две, и, хотя вскоре «Столичная» завоевала еще две награды, их на этикетку добавлять уже не стали. Впрочем, в период перестройки, разброда и шатаний появилась этикетка, увешанная всеми регалиями. Сначала медали (аверс и реверс) располагали в два ряда, но позже решили разместить их в один ряд.

Но самое главное — на этикетке появился лозунг: «Stolichnaya the only vodka imported from Russia». Причем труднопроизносимое название «Stolichnaya» давалось в транскрипции: «Stol-itch-nуе-уа» или «Stol-itch-nауа». Несколько позже первоначальный слоган был заменен на известный всем сегодня: «Only vodka from Russia is genuine Russian vodka!» Именно эта этикетка и была зарегистрирована в качестве товарного знака в 1969 году. Импортный вариант оформления «Столичной» оказался настолько удачным, что попал в качестве хрестоматийного образца в справочник Томаса Хайна «Все об упаковке». К сожалению, это был единственный образец советских товаров в каталоге.

В середине 70-х «импортная» этикетка была приспособлена для внутренней продукции. Название водки чаще писалось по-русски, хотя иногда и на латинице, а в некоторых союзных республиках — и на национальных языках. Правда, зачастую вместо помпезного «золота» использовались краски желтых и коричневых оттенков.

Красно-белая этикетка «Столичной» тиражировалась во всех республиках, но помимо классической этикетки на национальных окраинах выпускались и свои разновидности «Столичной» — как-никак там тоже были свои столицы. После 1991 года «Столичная» претерпела во всех новоявленных демократических республиках интересные метаморфозы, про которые будет возможность поговорить дальше, а пока посмотрим, как менялась этикетка в России.

В последние перестроечные годы народ, измученный нарзаном, с энтузиазмом сметал с прилавков многокрасочный импортный алкоголь. Выжившие в вакханалии девяностых усвоили одну простую истину — водку надо пить русскую. Может быть, поэтому почти все девяностые годы на «Столичную» клеили этикетку, ставшую классической, — знакомая водка среди обилия импортной отравы смотрелась как островок безопасности. Этикетка, правда, печаталась зачастую чуть ли не на туалетной бумаге…

Когда схлынул вал иноземного пойла, а на внутреннем алкогольном рынке завершился отстрел недобросовестных водочных производителей, качество водки почти пришло в норму, и началась борьба за потребителя. Появилось великое множество новых водок, но и старые советские марки пользовались спросом. По велению времени этикетка «Столичной» стала меняться, но поначалу изменения были робкие, можно сказать — косметические. За основу бралась советская этикетка и «улучшалась» по мере фантазии производителя.

В начале 2000-х в Черноголовке выпустили «Столичную», где вместо рисованного изображения гостиницы на этикетке поместили фотографию гостиницы «Москва». ЗАО «Ладожская» решило, что гостиницы на этикетке будет маловато, и добавила скульптуру В. Мухиной «Рабочий и колхозница». Ростов-на-Дону выпустил этикетку близко к классике: тот же шрифт, та же рамка и белое поле, не хватает только… самой гостиницы — зато на девственно-чистом белом поле наклейки написано: «Традиции бесценны!»

Вместо гостиницы «Москва» некоторые производители в 90-е годы стали помещать на этикетку «Столичной» собственные достопримечательности. Впрочем, повод дала сама столица России: Московский завод «Кристалл» к 850-летию города выпустил «Столичную» с памятником Минину и Пожарскому на Красной площади. В Ташкенте появилась этикетка «Столичной» с изображением 19-этажного (сейчас его укоротили на восемь этажей) административного здания на центральной площади города. Республика Мордовия разместила на этикетке административное здание в центре Саранска, Усадский спиртзавод — здание своего предприятия. Азербайджанская «Stolichnaya» стала выходить с изображением дворца в Гяндже. Минск поместил на этикетку две свои высотки на площади Победы. При этом водка стала именоваться «Стольградная» и поменяла национальность — превратилась в «белорусскую водку».

Другие производители и вовсе пустились во все тяжкие и начали украшать бутылки «Столичной» всякой отсебятиной. Ладно еще, когда на этикетке изображался Кремль или его башни, но в ход «пошли» МГУ, Триумфальная арка, неопознаваемые церкви (понятно, что в Москве сорок сороков церквей, но храм и водка как-то диссонируют). Появились «Столичные» с Георгием Победоносцем, с державным орлом, с коронами и триколорами… Но дальше всех пошел Махачкалинский винзавод. На его этикетке «Столичной» — безбрежное поле зерновых и несколько снопов на переднем плане. Вероятно, производители на этикетку, подготовленную под «Пшеничную», набили текст «Столичная».

Чрезвычайные и полномочные представители советских водок

Тюменская область покрывает всю Европу, как бык овцу!

М. Жванецкий

В 1973 году на Московском заводе «Кристалл» была разработана новая технология производства водки — водноспиртовую смесь (впервые в мире!) было решено обрабатывать обезжиренным молоком для придания мягкости, а далее она фильтровалась через активированный уголь, фильтр-пресс и кварцевый песок. Водка получилась удивительно мягкой и питкой.

В это время Советский Союз активно обменивал водку на валюту через ВО «Союзплодоимпорт», и новый продукт в качестве «посла доброй воли» тоже было решено поставлять на Запад. Соответственно и название ей придумали — «Посольская».

Кто там из наших активно сотрудничал с Европой? Петр, конечно: окно, как известно, прорубал и, кроме того, организовал Великое посольство, в состав которого и вошел самолично. Царя, разумеется, в советское время на этикетку никак нельзя было пристроить, но тему обозначили — на строгой черной этикетке «Посольской» явился некто инкогнито (без прорисовки лица) в красном европейском костюме времен Петра.

Через какое-то время водка пошла и для внутрисоюзного потребления с той же черной этикеткой.

После перестройки над этикеткой издевались не так уж и сильно. Мужик в красном кафтане крепко прижился, и большинство ликероводочных заводов продолжало выпускать «Посольскую» с привычной картинкой, правда иногда осовремененной (с прорисовкой лица). Хотя одно время некоторые заводы начали разливать водку с изображением бородатых мужиков в шубах — мол, посольства существовали не только при Романовых, но и при Рюриковичах (возвращение к истокам, так сказать), однако эти нововведения не прижились. Были попытки воспеть на водочной этикетке и современных дипломатических работников. Но они тоже успеха не имели. На большинстве новых этикеток «Посольской» показано либо шествие посольских работников на разных видах транспорта, либо момент вручения верительных грамот. Узбекистан выпустил черную этикетку (классический цвет для «Посольской»), на которой показан бородатый субъект в цилиндре и в круглых очках а-ля Грибоедов. Казахстан изобразил на коричневом поле целую орду всадников с длинными пиками — посольство так посольство! А водочный завод «Маслянинские вина» в девяностых разливал «Посольскую» с портретом «Незнакомки» И. Н. Крамского… Водка и таинственная незнакомка — это объяснить еще можно, но почему — «Посольская»? Мечта дипломата?

Сейчас «Посольская» снова выпускается под этикеткой, созданной еще при Леониде Ильиче, и ничего плохого в этом нет: дипломаты приходят и уходят, а интересы страны остаются, как интересы и вкусы потребителя, между прочим.

Вообще, работа дипломата трудна и ответственна и предполагает умение выпить и быть в строю. Французское наставление для дипломатов XVI века, посещающих Германию, Польшу, Данию или Россию, прямо указывало: «В переговорах с министрами северных стран иногда имеет более успех хороший пьяница, чем трезвый человек, потому что он сумеет пить не теряя рассудка в то время, как отнимает его у других». Дипломатическое ведомство России тоже разрабатывало инструкции по технике безопасности для наших специалистов: «Чтоб они сидели за столом чинно и остерегательно, и не упивались, и слов дурных меж собою не говорили; а средних и мелких людей и упойчивых в палату с собою не имали, для того, чтоб от их пьянства безчинства не было»[7]. А то ведь были прецеденты — послы иностранных держав с перепою не могли исполнить своей миссии — хорошо, если просто лыка не вязали на следующий день после банкета, а то ведь и смертные случаи известны…

И еще, раз уж мы затронули тему дипломатии и водки, известно ли тебе, читатель, что техническую помощь Ирану мы оказывали еще четыреста с лишним лет назад, не оглядываясь на Запад и не опасаясь международных санкций. Так, в 1600 году Борис Годунов вместе с обычными протокольными подарками послал шаху Ирана Аббасу I «…из Казани двести ведр вина, да с Москвы послано два куба винных с трубами и с покрышки и с таганы»[8]. Это были агрегаты самой высококачественной сборки — Россия всегда поставляла на экспорт лучшее — порой даже в ущерб себе. Известно, что шах отдарился золотым троном, богато украшенным бирюзой. Этот трон до сих пор находится в Оружейной палате Московского Кремля, а вот судьба российских самогонных аппаратов не просматривается сквозь тьму веков…

Пользуясь популярностью «Посольской», многие предприятия решили развить тему, и в постперестроечное время был выпущен ряд водок похожей тематики. Так, в Калининграде к трехсотлетию Великого посольства Петра I в Европу в 1997 году была выпущена целая серия водок «Великое посольство». Чуть позже на прилавках многих республик появилась новая марка напитка — «Дипломат», он же «Diplomat». Новая водка разливалась по СНГ практически повсеместно, а татары вообще отличились: выпустили продукт под названием «Дипломат Татарстана». Но «Дипломат» оказался нежизнеспособен и вскоре почил в бозе. А «Посольская» разливается до сих пор.

Одновременно с «Посольской» в начале семидесятых была выпущена еще одна новинка — «Сибирская». Она также была задумана с прицелом на Запад. Если «Посольская» имела стандартную крепость в 40 градусов, то «Сибирскую» сделали круче — подняли градус водки до 45 — все-таки Сибирь, холода и все такое прочее, как говорится.

Этикетку «Сибирской» разрабатывали в первую очередь в расчете на западного потребителя. Были использованы привычные для западного обывателя штампы России — Сибирь, снег, холод, бескрайние просторы, забытая богом деревушка, русская тройка с колокольчиком, в тройке — пара влюбленных. Но все это вовсе не означает, что водка шла только на экспорт, отнюдь. В стране она получила огромную популярность — ее необычную для водки белую этикетку с надписью «водка» на русском и на английском можно было увидеть повсюду.

До начала девяностых годов этикетка «Сибирской» не изменялась. После перестройки во вновь народившихся республиках СНГ «Сибирскую» перестали разливать — с какой стати — Сибири-то у них нет! А та водка, что производилась на российских ЛВЗ, разливалась практически с той же этикеткой.

ЗАО «Союзплодимпорт» разработал этикетку для зарубежья в стиле «две полоски» уже после того, как не стало Союза. Причем был вариант и на русском, и на английском. Основная идея этикетки осталась та же — лишь незначительно поменялось оформление. Но что интересно — часть водки поставлялась за рубеж крепостью 42 градуса — или это просто была опечатка на этикетке? Уж больно цифра нехарактерная для водки.

Сейчас «Сибирскую» выпускают как с обновленной старой, так и с новыми этикетками. Воркутинский пивзавод и Удмуртия оставили на бутылке изображение мчащейся тройки. Правда, куда эта тройка мчится, за какой надобностью — неизвестно, ведь все остальное с этикетки исчезло. На сахалинской наклейке изменилось все — даже тройка куда-то умчалась, но сибирский сюжет сохранился: на фоне дальних сопок на ветке сосны расположился соболь — типичный представитель сибирской фауны.

А вот научно-производственная торговая фирма «Каспий» (была же такая, контора — и научная, и производственная, и торговая… и все в одном водочном флаконе!) вообще изобразила какого-то мужичка в средневековом русском кафтане, который плывет на варяжской ладье. Может, это Стенька Разин шалит на Волге? — из-за острова, так сказать, на стрежень. Хотя если водка «Сибирская» — по логике это должен быть Ермак. Но фирма-то «Каспий». Совсем запутали.

Выпустил свой вариант «Сибирской» и Жириновский — на ней глава ЛДПР в мохнатой шубе и шапке. Водка называется «Сибирская Жириновская».

Позже появились и другие многочисленные водки, эксплуатирующие сибирскую тему: «Сибирский тракт», «Сибирское раздолье», «Сибирская знать», «Земля Сибирская», и прочая, и прочая. Но в отличие от эталонной «Сибирской» все они имеют крепость 40 градусов.

Идея этикетки «Сибирской» оказалась очень удачной. Через несколько лет ее модифицированный образ был использован для новой водки — «Золотое кольцо».

Горе от ума

Вот попрекать мне станут,

Что без толку всегда журю.

Не плачь, я дело говорю.

А. С. Грибоедов

«Золотое кольцо России» — сегодня это словосочетание на слуху у каждого, а появилось оно в конце шестидесятых. Газета «Советская культура» заказала журналисту Юрию Бычкову цикл статей о культурных и исторических достопримечательностях русских городов. Журналист на своем транспорте проехал по восьми городам к северо-востоку от столицы по маршруту: Москва — Сергиев Посад (в те времена Загорск) — Переславль-Залесский — Ростов — Ярославль — Кострома — Иваново — Суздаль — Владимир — Москва. Цикл очерков об этих городах был напечатан в газете под общим названием «Золотое кольцо России», где каждый очерк был посвящен отдельному городу. Примерно в это же время ЦК КПСС, Совет Министров СССР и ВЦСПС приняли постановление «О мерах по дальнейшему развитию туризма и экскурсий в стране», поставившее задачу превратить туристско-экскурсионное дело в крупную отрасль обслуживания населения, и идея «Золотого кольца» удачно вписалась в это постановление.

По этим древнерусским городам проложили автобусный туристический маршрут, который в прямом смысле оказался золотым. Интурист валом валил на вновь открывшееся направление и обеспечивал стабильный приток валюты в казну, что имело для страны серьезное значение, ибо нефть Западной Сибири тогда еще только открывалась, а трубопроводы для продажи ее на Запад даже не стояли в планах пятилеток. Газ как энергетическое сырье в то время и вовсе не рассматривался. Аппетиты туроператоров понемногу росли, и вскоре появился термин «Большое золотое кольцо», куда вошли Горький (Нижний Новгород), Рязань, Касимов, Константиново, Муром и другие города. Потом родилось «Серебряное кольцо» с поездками по Северо-Западу и Русскому Северу…

А потом появился… спирт новой очистки — «Люкс» и на его основе элитная (как сказали бы сегодня) новая водка. Так, собственно, и было положено начало использованию спирта «Люкс», без которого невозможно представить главные водочные бренды современности.

Новая русская водка получила название, которое уже вовсю эксплуатировал «Интурист». Была создана и соответствующая наклейка. На голубоватой этикетке — заснеженная Россия с церквями и монастырями, по которой пробирается санный поезд, а поверху — ожерелье из гербов старинных русских городов. Экзотика! Посетить заснеженную Россию, прикоснуться к седой старине, выпить русской водки по старинным рецептам!..

Пили водку, получали удовольствие. Но отдельные продвинутые потребители вместо того, чтобы просто пить, рассматривали этикетку и накопали в ней множество несоответствий! Оказалось, что из гербов семи городов на этикетке «Золотого кольца» только один изображен верно — герб Москвы. Все промахи авторов этикетки были строго запротоколированы[9].

Попробуем разобраться с возникшими претензиями. Пройдемся по этикетке слева направо. Герб Москвы, как уже говорилось, особых нареканий не вызвал. Второй — Владимир. На официальном гербе Владимира лев изображается в короне и с длинным крестом в лапах. Художник же лишил царя зверей короны и вырвал из его лап крест — иначе этикетку не пропустил бы советский худсовет. Другой вопрос, почему лев на сером поле, а не на червленом? Но и на это есть ответ. А пока движемся дальше.

Кострома. Изображен парусник на красном фоне. Герб Костромы подразумевает «золотой древний варяжский корабль с орлиной головой и крыльями в носовой части, с парусом, флагом и семью гребцами» в лазоревом щите на серебряной воде. На первый взгляд кажется, что претензии здесь могут быть разве что к цвету герба (на этикетке он не голубой, а красный). Однако дотошный критик вооружился лупой и, изучив этикетку вооруженным глазом, установил, что гребцов шестеро!

Далее — герб Сергиева Посада (в советское время — Загорска). Здесь, конечно, художник совершил крупную политическую ошибку. Но откуда он мог знать в середине шестидесятых, что главным праздником страны вместо седьмого ноября станет четвертое ноября — день изгнания поляков из Кремля! В те благословенные времена, когда создавалась этикетка, поляки были чуть ли не главными нашими друзьями по соцлагерю. Хотя, если копнуть поглубже (что и сделал критик), оказывается, что герб свой Сергиев Посад получил за заслуги в борьбе с польскими оккупантами во время Смуты. То есть герб, можно сказать, героический, а художник превратил его в пацифистский. Куда-то запропастились два золотых бердыша, а кроме того, крепость изображена не на лазоревом щите, а на серебряном.

Следующий герб — Ростов Великий. Здесь претензии свелись к тому, что олень якобы прыгает, когда ему полагается стоять смирно. Здесь даже к цвету замечаний нет — только к излишней прыти художника. Или недостаточной — оленя.

Затем — Суздаль. На гербе этого старинного города должен быть изображен сокол в княжеской короне, а на водке (судя по обнаженному женскому бюсту) нарисована мифологическая птица Сирин (но зато — в короне!). И кроме того, герб Суздаля должен быть на двухцветном красно-синем поле.

Ну и последний герб — Ярославль. Здесь художник снова допустил вольность — убрал из рук медведя золотую секиру! «Медведи» из «Единой России» уж точно ему этого не простили бы. Но как уже было отмечено — в то время мы боролись за мир во всем мире, а медведей разводили только в зоопарках!

Удивительно, но критик почему-то прощает художнику тот факт, что тот не отобразил на этикетке герб города Иваново, который также входит в «Золотое кольцо России». Понятно, что город был образован лишь в 1871 году, а герб ему был придуман уже в советское время. Наверное, критик сообразил, что на фоне прочих гербов ивановский ткацкий челнок будет смотреться по крайней мере странно.

Основной посыл критической статьи ясен — так изображать гербы нельзя. Но автор забывает, что речь он ведет о водочной этикетке, а не об учебном пособии. Водку, в конце концов, покупают не для того, чтобы по этикетке изучать историю, или географию, или упаси бог — геральдику. Главное в этикетке — рекламный посыл, а не общеобразовательный! Что с того, что каждая завитушка будет на своем месте, если товар не будет продаваться? Вот, кстати, и про цвет. Почему авторы этикетки поменяли цвета некоторых гербов? Да для того лишь, чтобы создать цельный образ: в изображении гербов художник ограничился лишь тремя красками — золотыми геральдическими символами на чередующихся червленых и серебряных щитах.

Далее в статье в качестве примера этикетки с правильными гербами автор приводит этикетку водки «Подмосковная», где герб столицы и четырех подмосковных городов (Сергиева Посада, Клина, Дмитрова и Коломны) изображены без единой ошибки. Очень хорошо. Но тогда проведем блиц-опрос. Кто знает водку «Подмосковная»? А кто знает «Золотое кольцо»? То-то же!

Классическая этикетка «Золотого кольца» — это грамотно сформированный миф о России, о нашей старине и национальных особенностях — и, в частности, о суровой русской зиме, хорошим спасением от которой и является водка.

Впрочем, в начале двухтысячных годов «Золотое кольцо», как и другие этикетки, претерпело многочисленные модификации, которые коснулись в первую очередь гербов, — критика, вероятно, подействовала. В Краснодаре поменяли местами гербы Костромы и Владимира (лев, как и положено, встал на червленое поле), вернули геральдическим зверям короны, секиры и прочие атрибуты. Оленя крепко поставили на четыре ноги, Сирин заменили на сокола, вот только ярославского Мишку оставили на красном поле, а синюю краску для гербов вообще не использовали — видимо, пытались сохранить дизайн старой этикетки.

Одновременно появились и другие этикетки «Кольца» с почти правильными гербами — даже по семь весел нарисовали (этикетки ЗАО «Ладожское», ООО «Фирма Кубанец» и др.). Правда, на гербе Сергиева Посада из двух секир вернули только одну — приняли половинчатое решение, как это у нас часто случается. Ярославского медведя, хотя и с секирой, отправили отчего-то на зеленое поле — попастись, что ли?

И опять отличился Татспиртпром — выпустил этикетку «Золотого кольца», на которой всего один герб. Но зато свой, родной — герб Усадского спиртзавода! Ну а Златоуст вообще выпустил наклейку, которая абсолютно не имеет отношения к устоявшемуся бренду. В синем круге изображен стилизованный золотой Пегас, зато снизу гордо подписано: «Храня традиции». Что за традиции, спрашивается?

Выпустили в постсоветское время водку «Золотое кольцо» и казахи, но, разумеется, уже под национальным названием — «Алтын жузiк».

Ну и еще один факт о бренде «Золотое кольцо». В 1980 году в СССР был выпущен новый сорт пива — «Золотое кольцо» (ну что же за водка да без пива!). Выпуск был приурочен к XXII Олимпийским играм, которые проходили в Москве. Кстати, это была первая в нашей стране марка пива, которая разливалась в металлические банки. Только вот никто не догадался кольцо на банке сделать из желтого металла — «золотым».

Милицейский коньяк и другие

Сидели пили вразнобой

«Мадеру», «Старку», «Зверобой»,

И вдруг нас всех зовут в забой, до одного:

У нас — стахановец, гагановец,

Загладовец, — и надо ведь,

Чтоб завалило именно его.

Владимир Высоцкий

Два часа подряд пейте что-нибудь крепкое, «Старку», или «Зверобой», или «Охотничью». Пейте большими стаканами, через полчаса по стакану, по возможности избегая всяких закусок.

Венедикт Ерофеев

Существует большая группа водок, которые, строго говоря, водками не являются, — это горькие настойки. Они готовятся путем настаивания спирта на различных плодах, косточках, пряностях, душистых и целебных травах. Настойки бывают сладкие, полусладкие и горькие. К водке ближе всего стоят горькие настойки. О них и разговор. Самые известные из горьких— «Охотничья», «Зубровка», «Старка», «Перцовая», «Горный дубняк» (ах, как звучит — от одного названия уже в дрожь бросает), «Анисовая», «Стрелецкая» (в миру — «Стервецкая») и другие. Значительная часть настоек готовилась в союзных республиках: «Самаркандская ароматная», «Душанбинская», «Жальгирис», джин «Капитанский», джин «Ала-Арча», «Лиетувишка Кристаллине», ром «Советский» (был и такой), «Виски-73» (и вискарь у нас был отечественный), «Винницая особая», «Гузерипль»…

Много их было — десятки. Вспомним некоторые, самые популярные…

«Зубровка»

Сегодня это может показаться кому-то странным, но «Зубровка» получила свое название вовсе не из-за зубра, которого чаще всего изображают на этикетке. Название напитку дала травка, на которой настаивается спирт. Другое дело, что эту траву очень любят зубры, в честь которых она и названа. У поляков эта травка называется похоже — zubrowka, а иногда — turowka (от слова «тур» — первобытный дикий бык); от польских переселенцев название усвоили и в Америке: buffalo grass, bison grass; а вот у англичан она называется sweet grass — «сладкая трава», что отражает сладковатый приятный запах растения.

«Зубровка» — одна из самых старых настоек. Известны польские рецепты «Зубровки» аж XVI века. В то время качество алкоголя было на низком уровне, и, чтобы отбить противный сивушный запах, обычным делом было добавление к водке ароматических отдушек и пряностей. В России «Зубровка» также известна с давних пор. Промышленное производство этой настойки у нас в стране было начато еще в XIX веке.

«Зубровку» уважают не только в России и в Польше. В Литве ее знают как «Stumbrine», в США — «Bison Vodka», на Украине — «Зубрiвка», в Германии «Grasovka», в Чехии «Zubrovka», употребляют ее и во многих других странах. И разумеется, в Белоруссии — там, где зубры, собственно, и водятся. Несколько лет назад белорусы даже выпустили напиток под названием горькая настойка «Бульбаш Зубровая». Ну куда же белорусы да без бульбы?

Характерный аромат «Зубровке» придает вещество с мудреным названием — глиозид кумарина, который содержится в травке. С этим самым кумарином связан один забавный эпизод. Если ты полагаешь, читатель, что политическая борьба с грузинским или молдавским алкоголем это ноу-хау наших бюрократов, то сильно заблуждаешься; это изобретение заокеанских чиновников.

В 1978 году кумарин был внесен в перечень препаратов, запрещенных Управлением контроля качества продуктов и лекарств США. В связи с этим Бюро по контролю за алкоголем, табачными изделиями и огнестрельным оружием США запретило импорт польской «Зубровки» в Америку. В то время Польша была социалистической, вот и ответ на вопрос, отчего это кумарин вдруг стал почти наркотиком. Лишь двадцать лет спустя — в 1999 году — Польша начала выпуск синтетической версии «Зубровки» специально для экспорта в Америку. Натуральный кумарин в ней был заменен искусственными ароматизаторами, и американцы дали добро. Ну, а если кто хочет отведать настоящий напиток (как раньше — с травинкой в бутылке), то польские туристические агентства предлагают «Водочные туры в Польшу»; главная роль в этих турах отводится именно «Зубровке».

Советские этикетки «Зубровки» не отличались разнообразием. На зеленовато-желтых этикетках 60-80-х годов был изображен в профиль довольно лохматый кругломордый зверюга, который смотрит в левом направлении, и только на совнархозовской этикетке Таджикской ССР черный бык с мефистофелевской бородкой обратил свой взор направо. Пожалуй, еще две этикетки того времени выбиваются из общего ряда: угловатый латышский зубр коричневого цвета и киргизский зубр с оленьими почему-то рогами, повернутый к зрителю анфас. В девяностые годы этикетки обновили: зубр стал более агрессивным (времечко было такое) и, набычившись, уперся в первую букву названия напитка, будь то «Зубровка», «Zubrovka» или даже «Stumbrine». А на современных этикетках нарисованный зверь заменен его фотографией…

«Старка»

Другая настойка — «Старка» — также имеет польские корни. Крепость «Старки» — 43 градуса; она крепче, чем обычная водка, но мягче, чем «Сибирская» или «Охотничья». Собственно, «Старка» — это неологизм, означающий «старая водка», точнее — искусственно состаренная водка. В старину ее делали следующим образом: в дубовую бочку из-под вина наливали водку и добавляли яблоневые и грушевые листья, а также цветки липы. Бочки брались обязательно старые, которые уже использовались для выдержки вина, лучше всего — портвейна. С тех пор технология изменилась, но в современную «Старку» обязательно добавляют немного портвейна и коньяка. Может, именно поэтому «Старку» одно время уничижительно называли «милицейский коньяк». Почему милицейский — сказать трудно.

Стандартная этикетка «Старки» была черной с широкой красной полосой понизу и золотой надписью, стилизованной под славянскую вязь; иногда добавлялось — «Старая водка» или «Old vodka». Особо украшена травяным орнаментом была первая буква «С», в импортном варианте названия — «S». Чаще золота не хватало, и основной текст печатался желтым цветом. Были, конечно, и другие варианты этикеток, например, киргизская выделялась зеленым цветом, но чаще основная цветовая гамма сохранялась. Новое время принесло новые этикетки, но что характерно — основа цветового и шрифтового решения осталась неизменной.

Бренд «Старка» породил и новые водки, в оформлении которых так же активно эксплуатировались мотивы старых этикеток (в основном использовалась узнаваемая заглавная — самая разукрашенная буква в названии). Появились напитки «Старенькая», «По старинке» и даже «Лукавый старец». Интересно, работники Шацкого ликероводочного завода в самом деле вспомнили «На дне» Горького, где Лука выведен как «старец лукавый», провозглашающий «изуверство добродетели»? Своеобразно прививают любовь к классике товарищи. Один из вариантов наклейки «Лукавого старца» почти полностью повторяет рисунок классической «Старки», а в состав, наряду со спиртом, входят портвейн, коньяк, настой яблок и груш, листьев малины и брусники, плодов бадьяна и дубовой коры…

«Кубанская»

Водка (настойка) «Кубанская» настаивается на лимонной и апельсиновой цедре и на гвоздике, что придает аромату (если верить рекламе) «пикантную цитрусовую нежность и легкие цветочные тона, а вкусу — мягкость при едва заметной жгучести». Кубанская — одна из немногих настоек, которая поставлялась на экспорт (кроме «Кубанской» на экспорт шли «Охотничья», «Лимонная», «Перцовая» и некоторые другие). При создании рисунка для экспортной этикетки опять же сыграли свою роль стереотипы. Что знают за границей о России? Что там живут дикие казаки, которые пьют водку стаканами, а претендующие на культурность — из блюдечек! В общем — как «Кубанская» попала в перечень ликероводочной продукции, поставляемой на Запад, — загадка, но то, что этикетка готовилась под вкусы западного потребителя, — факт.

Первая этикетка. «Кубанской» была неказистая — зеленовато-серая с травяным узором. Но когда Советский Союз вышел на мировой рынок со своими водками, ее сменили на более броскую. На красно-черной с золотом, как у «Старки», этикетке был изображен кубанский казак в представлении советских деятелей искусства: он словно только что вышел со съемок фильма «Кубанские казаки». Белоснежный конь, похожий на лошадку с карусели, отчего-то с черной гривой и хвостом, и наездник весь в черном — в черных сапогах, бурке и кубанке. Этикетка дожила до нашего времени, хотя появились, разумеется, и новые варианты. В наши дни помимо «Кубанской» появилась целая плеяда «казачьих» водок: «Казачья вольница», «Казачий круг», «Казаки России», «Казак Терский», «Казак Уральский», «Орловская казачья», «Казачий хутор», «Казачья», «Станичная. Казак» и «Сотник», настойка «Донская стремянная». Кроме того, «казачьими» можно считать некоторые «именные» водки — «Атаман Платов», «Меланьина свадьба», «Ермак», а также «Степан Разин» и «Емельян Пугачев». В общем, тема активно разрабатывается…

«Лимонная»

Название настойки «Лимонная» говорит само за себя — это алкогольный напиток, в приготовлении которого используется лимон, вернее, не лимон, а лимонная цедра (или, по нынешним временам, — ароматизатор «Лимон» либо «Цитрон» с запахом, идентичным натуральному).

Водка «Лимонная» всегда находила своих почитателей, потому ее выпуск не прекращался даже в самые лихие времена. Появились, конечно же, и новые напитки, эксплуатирующие раскрученный бренд: «Мягков Лимонная», «Мягкая лимонная», «Полтина Лимонная», «Казенка Лимон» и другие. Некоторые предприятия, наигравшись в новомодные бренды водок, вернулись к классике. Так, например, питерский «Ливиз» с 2004 года возобновил производство «Лимонной горькой».

Этикетки «Лимонной» не отличаются большим разнообразием. В подавляющем большинстве они желтые или зеленожелтые, но на всех обязательно изображен лимон: чаще целый, иногда — резаный.

В 2003 году вышел французский фильм «Vodka Lemon» («Лимонная водка»). Это история про вымерзающую голодающую армянскую деревню, затерянную в снежных горах некогда великой страны. Режиссер фильма — иракский курд, который живет в Париже. Главный продукт изобилия селян — лимонная водка, которая пока еще есть, но скоро тоже закончится вместе со светом и газом…

Гражданин Ирака. Курд. Снимает на французской киностудии. Про армянскую деревню. Про русскую водку. Больший абсурд, кажется, невозможно себе представить. Впрочем, к этикеткам это, к счастью, никакого отношения не имеет.

Под конец разговора о настойках напомним, что с точки зрения юридической казуистики это все-таки «не совсем» водки. Тем не менее начиная с 1969 года наши горькие настойки поставлялись на экспорт под иностранными именами «Starka», «Yubileynaya», «Kubanskaya», «Zubrovka», «Okhotnichya», «Pertsovka» и «Limonnaya», и для них были разработаны специальные стандартизированные этикетки «две полоски», на которых указано либо «Russian Vodka», либо «Русская водка».

Но вот по распоряжению Роспатента от мая 2008 года слова «Russian Vodka» или «Русская водка» с этикеток «Старки», «Юбилейной», «Кубанской», «Зубровки», «Охотничей», «Перцовки» и «Лимонной» были сняты и заменены на «Горькая настойка». Основание: эти напитки не являются классическими русскими водками! Значит, сорок лет мы вводили иностранцев в заблуждение — они думали, что пьют русскую водку, и вдруг — нате вам!

Пикантность ситуации состоит в том, что грозное распоряжение Роспатента касается только отечественных производителей. Финны как поставляли, так и поставляют миру водку «Finlandia»; шведы залили весь мир водкой — «Absolut», и ничего; французы, которые знают толк в винах и коньяке, а про водку до 1812 года вообще не слышали, с большим удовольствием разливают водку «Grey Goose» — и хоть бы кто им слово сказал! Про наших непримиримых польских друзей и упоминать неловко. А нам — низя!

Более того — запрет на «русскую водку» действует только для наших производителей, а для иностранцев — только на территории Российской Федерации, потому что Россия не подписывала международных соглашений о защите НМПТ (наименование места происхождения товара). Поэтому и поляки, и китайцы, и предприниматели Тринидада и Тобаго могут продавать не просто свою «водку», но даже и свою водку с надписью «Russian Vodka», правда, не на территории нашего государства.

Ладно, читатель, немного успокою твой праведный гнев. Франция тоже не зарегистрировала названия «шампанское» и «коньяк» в качестве НМПТ в России. Так что мы в отместку французам на законных основаниях дома можем пить «Советское шампанское» и «Кизлярский коньяк».

Для тех, кто любит погорячее

И пошли мы с ней вдвоем, как по облаку,

И пришли мы с ней в «Пекин» рука об руку,

Она выпила «дюрсо», а я «Перцовую»

За советскую семью, образцовую!

Александр Галич

К сожалению, современная, хотя и обильная, справочная литература по алкогольным напиткам не различает «Перцовую» и «Перцовку».

Водка «Перцовая» своего рода фата-моргана — такого напитка в Советском Союзе не существовало; было три разных: 1) горькая настойка «Перцовая» крепостью в 30 градусов, 2) горькая настойка «Перцовка» крепостью в 35 градусов (поставлялась на экспорт как Russian vodka, иногда — как Pertsovka, Pepper vodka и даже как Pertsovka aromatnaia) и 3) горькая настойка «Украинская с перцем» (гiрка настойка «Украiнська з перцем») крепостью в 40 градусов.

«Перцовка» и «Перцовая» незначительно отличались по градусам, но разнились по рецептуре и внешнему виду. Темно-коричневая «Перцовая» (выпускается аж с 1932 года!) имела жгучий горький вкус с оттенком пряностей и настаивалась на различных сортах перца — это был поистине целебный эликсир — считалось, что этот напиток — первейшее средство от простуды. Был даже такой лозунг в советские времена:

Чтобы встать с больничной койки —

Пей целебные настойки!

Разумеется, наряду с медицинскими целями настойка употреблялась и чисто утилитарно.

«Перцовка» появилась в пятидесятые годы и была значительно светлее и проще — основным ее компонентом был стручок красного горького перца. Говорят, что Никита Сергеевич очень уважал этот напиток и именно с его легкой руки он и был пущен в оборот нашей ликероводочной промышленностью. Основное предназначение «Перцовки» — гастрономическое.

Оба эти напитка мирно сосуществовали параллельно до очередного постановления партии и правительства о борьбе с пьянством и алкоголизмом от 15 мая 1972 года. Этим постановлением ограничивалось время продажи крепкого алкоголя с 11 часов утра до 7 часов вечера. Одновременно в продажу был выпущен ряд так называемых слабоградусных горьких настоек. Появились «Имбирная», «Янтарная», «Украинская степная», «Стрелецкая»[10] и другие — крепостью 27–28 градусов. Крепкими считались напитки, начиная с 30 градусов, поэтому тридцатиградусной «Перцовой» постановлением, по сути, был вынесен смертный приговор. В 8 утра можно было взять «Стрелецкую» или «Имбирную», хотя, конечно, снобы могли дождаться 11 часов, чтобы купить любимую «Перцовую», но как говорят практичные американцы: «Time is money!»

В общем, в связи с резким падением спроса (практически по просьбам трудящихся!) горькая настойка «Перцовая» перестала разливаться.

35-градусная «Перцовка» благополучно пережила все перипетии перестроек и других политических и экономических катаклизмов и существует до сих пор. Неизменным атрибутом этикеток как «Перцовой», так и «Перцовки» был, естественно, красный перчик, а чаще — пара перчин. Но когда «Перцовка» осталась на рынке в одиночестве, ее этикетка стандартизировалась, обзавелась малиново-красной рамочкой в союзплодоимпортном стиле «две полоски» и в таком виде выпускалась вплоть до 1991 года.

После известных событий появилось много новых разновидностей водок, настоянных на перце, изменились этикетки, хотя у них осталось много общего, да и старая этикетка не вышла из употребления. Главное — никуда не делось изображение перчика. Так, в Перми и в Рязани выпускается «Перцовка» с двумя осовремененными перчиками на этикетке. До пяти штук увеличилось количество перчиков на этикетке постперестроечной настойки «Тольяттинская с перцем». А вот с эстонской этикетки напитка «Pipra» перец пропал — его заменила широкая диагональная красная полоса на черном фоне. Все вышеперечисленные настойки можно отнести к классическим горьким перцовкам, так как все они имеют «правильную» крепость 35 градусов.

В то же время появилось много новых перцовых настоек крепостью в 40 градусов. Несмотря на такую повышенную градусность, принадлежность к особому жгучему сорту водок на них также обозначается всего лишь парой перчиков: и на самарской этикете «Rodnik pepper», и на туркменской «Бурчлы ажымей», и на огненной воде «Жгучий перчик» из коллекции водок «Урожай», и так далее.

Неожиданно через сорок лет после кончины, вероятнее всего по безграмотности ал ко менеджеров, реанимировалась настойка «Перцовая», но вот беда — не угадали производители с крепостью напитка. Группа компаний MEDIA выпустила «Перцовую» в 35 градусов, а в Узбекистане появилась «Pertsovaya» аж в 40 градусов, и на ее этикетке можно увидеть целых десять перчин — всех перещеголяли. Одновременно с напитком «Pertsovaya» в конце девяностых годов в серии водок «Neobyknovennaya» совместного израильско-узбекского разлива появилось две настойки: «Limon» и «Chiornaya Smorodina» (пока не выпьешь, и не прочтешь) — обе в 32 градуса. Странно, но почему же тогда они «Перцовую» выпустили такую крепкую? И еще — отчего они русские слова латиницей пишут, писали бы уж на узбекском или иврите, раз водка узбекско-израильская.

Помимо просто «Перцовой» на рынке появилась масса производных: «Застолье Перцовая», «Путинка Перцовая», «Vodka.ru Перцовая», «Эталон Перец», и прочая, и прочая… Все они крепостью 40 градусов, и у каждой своя рецептура; что только туда не кладут: стручковый красный перец, перец черный, перец душистый, белый перец кубеба, добавляют настои алтея, кориандра, мускатного ореха, дягиля, укропа и даже черного чая (в составе «Эталон Перец»), а также ароматизатор «ванилин», идентичный натуральному.

Очень уважают водку с перцем на Украине. Три мощнейших производителя алкогольной продукции: «Nemiroff», «Хортиця» и «Союз-Виктан» — борются за звание главного поставщика обжигающего перцового напитка.