Люди в черном. Непридуманные истории о судействе начистоту

В последние несколько лет постоянно ведутся разговоры о применении в футболе видеоповторов по примеру других видов спорта, где они уже внедрены. Я лично против этого, по крайней мере, не приветствую. Почему? Потому что это нарушит динамику игры. Я уже упоминал о том, что такое простое действие, как установка «стенки» на положенное расстояние, отнимает до трех минут игрового времени. А сколько будет занимать повтор спорного эпизода и представить себе трудно. Казалось бы, что тут особенного, спросит иной болельщик, ну и остановят матч на пару-тройку минут, зато справедливость восторжествует. Во-первых, восторжествует ли? Сколько раз сегодня телевидение показывает повтор одного и того же спорного эпизода с разных точек, с разного ракурса, а единства в его оценке все равно нет, каждый остается при своем мнении. Почему? Потому что просматривать спорные моменты, за исключением положения «вне игры», надо не в замедленном повторе, а в динамике. Большинство этого не знают, а потому трактуют эпизоды по-разному, так как в замедленном повторе изображение искажается. Во-вторых, любая, даже самая маленькая остановка игры, отрицательно сказывается на ее ритме, зрелищности и даже может повлиять на итоговый результат. Вот два примера. Давний из 1972 года, когда в финале Кубка кубков играли московское «Динамо» и шотландский «Глазго Рейнджерс». Хороший был матч, динамовцы проигрывали 0:3, но ближе к концу встречи забили два мяча, и оставалось еще время, чтобы попробовать дожать соперника, но вдруг на поле выбежали болельщики шотландцев, и встреча была приостановлена на несколько минут. По существу фанаты дали возможность своей команде отдохнуть, прийти в себя, и этого оказалось достаточно, чтобы одни футболисты перевели дух, а другие потеряли темп и настрой. Другой пример, совсем свежий. Вспомните матч группового этапа Лиги чемпионов сезона 2011/12 «Зенит» – АПОЭЛ. В одном из моментов питерские болельщики зажгли дымовые шашки, поле заволокло дымом, и арбитр встречи совершенно справедливо остановил игру. Гости опять-таки перевели дух и выстояли, хотя до этого «Зенит» был близок к тому, чтобы забить победный мяч. Поэтому все эти повторы могут привести к тому же самому. Игра будет разбиваться на паузы и самим зрителям будет неинтересно. А вот идею привлечь дополнительную бригаду арбитров за воротами поддерживаю двумя руками. Такое решение будет правильным и своевременным шагом. Футбол стал очень мобильным и динамичным, а потому судьи подчас просто не успевают за событиями, тем более при диагональной системе арбитража, принятой Международным советом по правилам. Согласно ее методике вход в штрафную площадь находится на дальней от главного судьи диагонали, отчего рассмотреть нарушение и правильно его классифицировать бывает непросто. Да и требовать такую «суперзоркость» от арбитров невозможно. Эти обязанности как раз могли бы на себя взять судьи за линией ворот. Они помогли бы снять то напряжение, которое возникает у игроков при каком-либо спорном решении арбитра, касающегося назначения или неназначения пенальти, пересек мяч линию ворот или нет и так далее. Причем привлекать к этому можно арбитров, которые уже закончили судить по возрасту, но находятся еще в хорошем физическом и игровом тонусе. С их опытом, знанием футбола они ох как пригодились бы!

В моей практике был такой случай. 1992 год. Лужники. Финал Кубка России – «Спартак» – ЦСКА. Андрей Бутенко судит в поле, я помогаю ему. Молодой Володя Бесчастных, тогда только начинал играть в «Спартаке», в воротах ЦСКА – Дима Харин. Я располагался на дальней точке поля, которое по весне было еще рыжеватое. В одном из эпизодов Бесчастных наносит сильный удар, мяч попадает под перекладину ворот и выскакивает в поле. Опять-таки старшие товарищи, когда я только начинал свою карьеру, учили, что ассистент на линии должен при всех возможных случаях просматривать пространство не только в плане «вне игры», но и дальних ударов. Поэтому, когда игрок собирается наносить удар, это для ассистента сигнал к старту. Он должен бежать к воротам, чтобы быть максимально ближе всех к возможному отскоку мяча, подстраховать главного арбитра, который в таких ситуациях практически никогда не успеет к месту событий. И вот в том моменте я увидел, благо разметка четко прослеживалась, что мяч побывал в воротах. Андрей Бутенко не мог этого видеть, поскольку удар был нанесен метров с тридцати. Согласно нашей договоренности я побежал к центру поля, и Бутенко гол засчитал.

Здесь же вновь можно вспомнить матч последнего чемпионата мира в ЮАР между сборными Германии и Англии, когда англичане забили чистый мяч. После дальнего удара мяч от перекладины опустился далеко за линию ворот, но, ни арбитр в поле, ни его ассистент не увидели этого или не рискнули засчитать гол. В результате игра у сборной Англии разладилась, и они крупно проиграли. Вот какова бывает иногда цена одной ошибки арбитров. Однако справедливости ради стоит сказать, что принять подобное решение не так просто, особенно в матчах чемпионата мира или Европы.

Глава 11

Дело арбитра Ньето

Из воспоминаний

…Вспоминается еще один случай, связанный с расследованием подкупа арбитров. Болельщики со стажем, наверное, помнят, а молодым будет полезно узнать. Я имею в виду дело с норковыми шубами в киевском «Динамо». Киевлянам предстоял очередной матч в еврокубках. Судила игру испанская бригада арбитров во главе с Лопесом Ньето. Во время прогулки по городу накануне матча он заходил в магазины в поисках подарка для своей супруги. И вот в одном из них он увидел норковую шубу. Она ему очень понравилась, и после обеда в день игры гостеприимные хозяева привезли ее прямо к нему в номер гостиницы и повесили в гардероб. А он решил все это быстренько «простучать» в УЕФА, и киевское «Динамо» дисквалифицировали. Поначалу срок дисквалификации был три года, но потом братья Сурскисы сумели, естественно с привлечением президента Украины, скостить этот срок до минимума. Вспомнил же я об этом вот почему. Вскоре после этого проходил семинар УЕФА для топ-арбитров ФИФА Европы в Испании. В Севилье собрали арбитров топ-класса со всей Европы. Хозяева были представлены всеми международными арбитрами, а от остальных стран по одному-два человека. Программа этого четырехдневного семинара была построена следующим образом: общая лекция; кофе-пауза; разбор лекции по языковым группам; опять кофе-пауза и, наконец, совместное обсуждение лекции, где мы уже высказывали свое мнение по теме, которую обсуждали. И вот во время одного семинарского занятия после лекции в английской группе, куда я ходил, встает один из испанских арбитров, Диас Вега, классный, кстати, судья, мы с ним познакомились и подружились еще на финале чемпионата Европы до 16 лет, проходившем в Швейцарии в 1991 году, и говорит: «Господа, у нас еще есть время до перерыва, и я хотел бы узнать ваше мнение по одной проблеме. Вот сидит арбитр Ньето. Все, наверное, слышали прошлогоднюю историю с норковой шубой, подаренной ему руководством киевского «Динамо». Как, на ваш взгляд, надо решать такого рода проблемы?»

Помню, встал швейцарец Мументайлер, завершавший свою международную карьеру, и сказал: «А какая проблема? Или вы думаете, что нам ничего не предлагают? Нам тоже предлагают, но это не проблема наша или Ньето, это проблема клубов. Мы не должны загонять себя в эту ситуацию. Мы выходим на поле и делаем свое дело и не звоним в УЕФА, что, мол, какая-то команда предложила нам то-то и то-то. Это их проблемы, и пусть они за это отвечают. Нам не надо в это вмешиваться. Нам нужно вмешиваться только в то, что происходит на футбольном поле, то есть судить грамотно, честно и объективно».

Когда я услышал это, сразу подумал, а ведь подобной позиции я давно уже придерживаюсь в своей судейской практике. В 1999 году, когда меня избрали президентом коллегии футбольных арбитров России, я наконец понял, в чем одна из главных проблем таких предложений. В большинстве наших клубов собраны футболисты достаточно среднего уровня. Кто-то чуть повыносливее, кто-то чуть порезче, но в целом уровень футбольного образования, будем так говорить, никого не обижая, средний. А при игре усредненных команд большое значение приобретает фактор судейства. Одна, пусть даже незначительная, ошибка при определении нарушения правил, было оно или не было, я уже не говорю в штрафной площади, может привести к взятию ворот. И вот, страхуясь, руководители прежде всего тех клубов, которые получают деньги из местных бюджетов, а значит, вынужденные за них отчитываться, делают все возможное и невозможное, чтобы дома добиться победы. Любыми путями, поскольку на футбольном поле, в честной игре, им рассчитывать особо не на что. И они это прекрасно понимают. Тут-то и начинается эта околофутбольная возня с конкретными предложениями помочь ее добиться. Причем они знают, что с точностью до наоборот ситуация повторится в гостевом матче. Там, но уже против них, хозяевами будет предпринята попытка подкупа. И это все ходит в нашей футбольной действительности не один десяток лет. Передается из поколения в поколение. Более того, передается, будем так говорить, и информация о том, сколько и какому арбитру дали или, скажем так, надо дать, у кого какая такса.

Я уже отмечал, что судейская бригада, обслуживающая матч, – это не единая команда. Но в идеале надо стремиться к тому, чтобы хоть на поле она была таковой, по крайней мере, в интерпретации правил игры. По жизни, понятно, этого не добиться, так как все люди разные и с разными экономическими составляющими – заработок на основной работе, общий семейный бюджет и так далее, и тому подобное. Поэтому и команды-то пошли по пути предложения не всей бригаде, а индивидуально. Зная это, я всегда предупреждал своих помощников: «Ребята, имею право, если не дай бог, что-то такое замечу, тут же без разговоров меняю на резервного арбитра. Давайте без всех этих составляющих, – «судим по Латышеву». Но я не в плане того, что, мол, я такой весь белый и пушистый, а все остальные черные. Нет. Как я уже говорил, предлагали и мне, важно было не поддаться соблазнам, устоять. Помните Н.П. Старостина – «…потеряно может быть ВСЕ, кроме ЧЕСТИ…»

Правило 11

Положение «вне игры»

Положение игрока «вне игры» не является само по себе нарушением правил.

Игрок находится в положении «вне игры», если он ближе к линии ворот соперника, чем мяч и предпоследний игрок соперника.

Игрок не находится в положении «вне игры», если:

• он на своей половине поля; на одной линии с соперником, находящимся в предпоследней позиции;

• на одной линии с двумя последними игроками противоположной команды.

Нарушения

Игрок, находящийся в положении «вне игры», наказывается за это только в том случае, если в момент касания мяча или удара по мячу кем-либо из его партнеров по команде он, по мнению судьи, активно участвует в игровых действиях, а именно: вмешивается в игру; мешает играть сопернику; получает преимущество благодаря своей позиции.

Отсутствие нарушения

Нарушения с точки зрения положения «вне игры» нет, если игрок получает мяч непосредственно после: удара от ворот; вбрасывания из-за боковой линии; углового удара.

Нарушения/наказания

За любое нарушение, связанное с положением «вне игры», судья назначает свободный удар, выполняемый игроком противоположной команды с места, где произошло нарушение.

Комментарии

За два минувших десятилетия произошла трансформация трактовки правила положения «вне игры» в пользу атаки. И это неудивительно, так как все последние изменения в правилах игры по решению Международного совета по правилам были направлены исключительно на то, чтобы поднять зрелищность матчей, повысить результативность игр. Зрители, в конце концов, приходят на стадион не только ради красивой игры, но и в надежде увидеть как можно больше забитых мячей. Да и кто будет спорить с тем, что гол – украшение любой встречи. Но трактовка этого правила, на мой взгляд, встречает если и не противостояние, то по крайней мере молчаливое саботирование со стороны арбитров. Почему молчаливое и почему саботирование? Я поясню свою мысль. Казалось бы, все предельно ясно – трактовать правило «вне игры» в пользу атаки, причем одинаково для обеих команд. Но вот на практике этот главный фактор постоянно нарушается. Посмотрите внимательно, как оно применяется для команды хозяев и гостей, и вы все поймете. Для домашней команды – да, пожалуйста, во всех спорных моментах предпочтение отдается атаке. Но когда точно такой же эпизод происходит уже у ворот хозяев, то здесь судьи начинают почему-то нервничать, мудрить и фиксировать «вне игры» там, где его и в помине не было, не говоря уже о трактовке ситуации в пользу атакующей стороны.

Кстати, последняя версия этого правила очень сложна для определения человеческому глазу, поскольку фиксируется не только по корпусу, но и по другим частям тела (ноге, руке, голове), которые в момент паса были ближе к воротам, чем у соперника. Поэтому применение этого правила, на мой взгляд, полностью находится в психологической плоскости работы арбитров. Только в психологии. А проявляется она в том, о чем я только что сказал, – в разной степени симпатии к хозяевам и гостям.

На одном из судейских семинаров УЕФА при обмене мнениями на эту тему мне понравилось одно сравнение, высказанное, кажется, представителями Дании. Говоря о том, как правильно, без ошибок определить, находился ли игрок в положении «вне игры», они предлагали: «Представьте себе, что у вас в руках пистолет, вы нажимаете курок и если одним выстрелом поражаете обе мишени, то есть двух конкретных игроков защитника и нападающего, задействованных в этом игровом эпизоде, то «вне игры» не было. Если только одного, значит, есть просвет и надо фиксировать «вне игры». Теперь представляете, насколько сложно все это определить в динамике эпизода, причем в доли секунды. Ассистент должен обладать прекрасной двигательной активностью, вниманием и готовностью в любой момент, при любом касании мяча передвигаться вслед за ним. И, конечно, глубоким пониманием игровой ситуации. Раньше ведь все определялось по удару: футболист считался в положении «вне игры», если в момент удара находился впереди защитника, независимо от того, участвовал он в том игровом эпизоде или нет. Теперь требования усложнились. Их суть можно выразить так – «стой и смотри». То есть даже если мяч летит в направлении игрока, находящегося «вне игры», оно не фиксируется. Если игрок всем своим видом, всей своей позицией показывает, что он не вмешивается в ход эпизода и никакого участия в нем не принимает, а у него из-за спины из правильного положения выходит на мяч его партнер, игра продолжается. То же самое касается добивания мяча. Когда футболист стоит «вне игры», а вратарь его не видит и отбивает мяч на него, тот уже не будет считаться «вне игры», потому что «вернула» его в игру команда соперника. Это тоже надо учитывать. Поэтому еще раз повторюсь, что сегодня при определении офсайда на первый план выходит психологическая и стрессовая устойчивость арбитра. Самое главное не спешить со свистком – любой эпизод всегда можно успеть вернуть назад, дайте доиграть его до конца.

Вот два примера из прошлого и настоящего. Чемпионат СССР. Сорок тысяч армянских болельщиков на стадионе «Раздан» дружно скандируют о возможной принадлежности главного арбитра встречи «Арарат» – «Динамо» (Киев), то есть меня, к сексуальным меньшинствам, к людям с сексуальной нетрадиционной ориентацией. А причиной тому послужило вот что. Киевляне владели мячом, счет был 0:0. Леша Михайличенко на своей половине поля, правее от средней линии, но на своей половине, неожиданно разворачивается и так «черпачком – парашютиком» бросает мяч через игрока хозяев, как бы своему партнеру, который находился в метре за средней линией поля, то есть в положении «вне игры». Мой помощник немедленно поднимает флажок, армянские футболисты вскидывают руки и останавливаются. Офсайд?! Но я-то вижу, что мяч полетел на свободное место над головами соперников, а Михайличенко, как только выполнил удар, сам же и рванулся к этому мячу, подхватил его, продвинулся к воротам и пробил. Гол! И я его засчитал, поскольку пас был самому себе, а партнер Михайличенко не проявлял никакой активности. После матча инспектор встречи подходит к моему ассистенту и говорит: «Саша, ну какое же это «вне игры», он же сам себе пробросил мяч?» А тот был старой школы, конфузясь, отвечал: «А нас так учили, фиксировать офсайд по удару, вот я и поднял флажок».

А вот свежие примеры. Ответный матч 1/8 финала Лиги чемпионов 2011/12 года «Реал» (Мадрид) – ЦСКА (Москва). Первый гол в ворота армейцев. Испанцы атакуют, следует передача на левый фланг, а там в штрафной стоят двое мадридцев – Криштиану Рональдо и кто-то еще. Армейцы останавливаются, поднимают руки вверх, сигнализируя о положении «вне игры». Но свисток арбитра молчит… и правильно. Криштиану Рональдо и его партнер всем своим видом показывают, что они не принимают участия в эпизоде. А в это время из глубины поля, находясь в правильном положении, выскакивает еще один испанский игрок, подхватывает мяч, обыгрывает «стоячего» армейца и простреливает вдоль ворот. Рональдо, который, естественно, после этого находился уже в правильном положении, вновь включается в игру и посылает мяч в ворота.

Чемпионат России 2011/12 года. Восьмой тур. «Амкар» – «Спартак». Болельщики столичного клуба утверждали, что победный мяч пермяки забили из «пятиметрового» офсайда. Но откуда там могло быть «вне игры», если пас Никита Бурмистров получил от вратаря после ввода им мяча от своих ворот?! Читайте правила: положение «вне игры» не фиксируется при ударе от ворот, при угловых ударах и при вводе мяча из-за боковой линии.

Спор о действительном или мнимом пассивном офсайде возникает часто. Приведу один хрестоматийный пример, связанный с Андреем Шевченко. Он тогда доигрывал последний сезон за киевское «Динамо» перед тем, как перейти в «Милан». Это был матч Лиги чемпионов. Киевляне в тот сезон играли мощно, «вынося» одного соперника за другим. И вот в одном из них произошел такой эпизод. Андрей стоял «вне игры» по центру ворот, а удар шел из-за пределов штрафной площади. На семинаре судей, а обслуживали ту встречу то ли немцы, то ли датчане, сейчас и не вспомню, этот эпизод разобрали со всех сторон и указали арбитрам на их ошибку. Они гол засчитали, посчитав, что Шевченко был в пассивном «вне игры». На самом деле это не так. Мало того, что Андрей находился в прямом направлении удара, закрывая обзор вратарю, так еще непосредственно перед летящим мячом присел, и тем самым дезориентировал голкипера, помешав ему среагировать на этот удар. Похожую ошибку допустил наш арбитр Владислав Безбородов в матче 28-го тура чемпионата России 2011/12 «Локомотив» – «Спартак-Нальчик». «Железнодорожник» Денис Глушаков нанес дальний удар, и мяч влетел в ворота. Безбородов гол засчитал, однако этого нельзя было делать, так как в этот момент перед голкипером нальчан – Отто Фредриксоном находился нападающий москвичей Фелиппе Кайседу, который был в офсайде и закрывал видимость финскому вратарю. Кроме того, ошибся и ассистент. Он рано вышел из зоны атаки и не сумел помочь главному арбитру.

Еще раз повторю, главная рекомендация ассистентам – «стой и смотри». Увидели, что игрок находится в положении «вне игры», не спешите сигнализировать, разберитесь, действительно ли он нарушает правила. И если он демонстративно показывает, что никак не влияет на развитие событий, не наклоняется или приседает, пропуская мяч мимо себя, не подпрыгивает, не расставляет ноги, фиксировать офсайд не нужно. Но вообще, конечно, это правило очень сложное для определения и, на мой взгляд, его надо как-то упростить. Это снимет много конфликтных ситуаций и уменьшит количество спорных эпизодов в матчах.

Глава 12

«Логофет, его мама, виноват»

Из воспоминаний

…Расскажу еще один замечательный случай. Заключительный отборочный матч сборной СССР перед чемпионатом мира-86 в Мексике. Осень 1985 года, главный тренер Эдуард Васильевич Малафеев. Играем в Лужниках с Норвегией. Я в административном штабе команды. В мои обязанности входит прием и размещение судей. Матч решающий, сборные примерно равны по силам, а потому судейский свисток может многое решить, а значит, надо как-то расположить арбитров, вызвать у них какие-то симпатии к нашей команде. Но как этого добиться в рамках правил приличия? Геннадий Логофет – переводчик, судят шотландцы. Матч, повторюсь, решающий, нам нужна только победа, иначе мы не попадаем в финальный турнир. Ноябрь, мокрый снег с дождем. Солдаты шестимиллиметровыми фанерными листами по четыре человека в ряд очищают поле, естественно, вместе со снегом сгребают и траву. Холодно, порывистый ветер, снег с дождем продолжает идти. Началась игра. Мы сидим вместе с Логофетом смотрим, и вот в первом тайме происходит такой эпизод. Норвежцы атакуют, а командочка у них тогда была очень хорошая, Гоцманов догоняет левого нападающего гостей в штрафной площади, делает подкат и сбивает игрока. Явное нарушение. «Логофетик», а именно так называли Геннадия Олеговича Логофета в нашей футбольной конторе, поворачивается ко мне: «Серёня». Я в ответ: «Олегыч». Он: «Точка?» Я: «Пятьсот процентов». Мы замерли. Арбитр находился не так далеко и все видел. Но он подбежал и рукой показал, мол, давайте, играем, играем. Вячеслав Колосков, кстати, весь матч простоял за воротами, там, где выход из тоннеля. Потом мы забили мяч, причем очень спорный, из положения «вне игры», но судья гол засчитал, и мы вышли в финал чемпионата мира. После матча приходим в судейскую.

А надо упомянуть, что накануне у нас с шотландцами в Зимнем саду, в ресторане «Арбат», был такой дружеский ужин, мы хорошо провели время, поговорили и поехали на Красную площадь, которую очень хотел посмотреть главный арбитр, причем, вы не поверите, проехали по ней на машине. Нет, все-таки футбол – это великая вещь. А дело было так. За ужином шотландцы попросили, а нельзя ли увидеть мавзолей Ленина и посмотреть Кремль? Мы говорим, давайте завтра. Они: нет-нет, завтра не получится, подготовка к игре и все такое прочее. Хорошо, садимся в микроавтобус и едем на Красную площадь. Подъезжаем, и шотландцы вдруг просят, а нельзя ли проехать по ней. Геннадий Олегович, умеющий «взвинтить ситуацию», обстановку, говорит: «Серёнь, а можешь договориться, чтобы мы по Красной площади, как на танке в день парада, проехали?» Я отвечаю: «Олегыч, да ты чего, ее же охраняют». – «А ты попробуй». Я выхожу из машины, подхожу к турникетам, а там два милиционера стоят. Обращаюсь к ним: «Здравствуйте, добрый вечер, – а времени было где-то в районе одиннадцати вечера. – Я из Управления футбола СССР, вот мои документы. Завтра вечером у нашей сборной очень важная игра, и судьи мечтают попасть на Красную площадь, посмотреть Кремль, мавзолей. Можно мы туда к Васильевскому спуску проедем?» Сказал это, а про себя подумал, ну сейчас «чумовозку» вызовут и меня в «психушку» определят. И вдруг один из них спрашивает: «А машина-то где?» Я с выдохом отвечаю: «А вон микроавтобус стоит». – «Ну давай, только быстро», – и отодвинул турникет. Вот так мы и проехали по Красной площади.

Но возвращаюсь в судейскую после матча. Отворяется дверь и на пороге появляется посол Норвегии в Советском Союзе. Мы с Логофетом стоим в углу и наблюдаем такую картину. Делегат матча от ФИФА стоит и шушукается о чем-то с главным арбитром, а тот уже успел налить в стакан виски и нам предложить, мол, ребята, давайте выпьем, а то очень холодно, я замерз. Мы отвечали, что нет-нет, мы сейчас все оденемся и поедем поужинаем в ресторане. Размещали тогда судей в гостинице «Спорт» на Ленинском проспекте. И вот в этот момент входит посол. Представьте себе картину: посередине судейской комнаты стоит с обнаженным торсом шотландец, поскольку он уже успел снять судейскую форму, весь такой рыжий, красный, а на столе стоит стакан виски. Посол не обращая внимания ни на что, говорит: «Я такой-то, посол Норвегии в СССР, спасибо вам за судейство. Но у меня, если позволите, только один вопрос – а вот там, в первом тайме, в штрафной сборной СССР (и вспоминает эпизод с Гоцмановым), что там было? По-моему, там был пенальти». Главный судья, не моргнув глазом, отвечает: «А там-то? Да нет, что вы, он просто поскользнулся. Дождь, снег, газон, знаете ли, мокрый – любой контакт с противником, а футбол – это контактный вид спорта, в такую погоду чреват падениями. Ничего страшного там не было, уверяю вас, я находился рядом и все прекрасно видел, обычный игровой момент, силовая борьба, ничего больше». Посол говорит: «А, ну хорошо, все о’кей», – и, подарив нам всем по галстуку с символикой Норвежской федерации футбола, благополучно удалился.

Приезжаем мы в гостиницу «Спорт». Об игре, естественно, не говорим и даже не собираемся обсуждать эту тему, если, конечно, они сами не заведут речь об этом. Но они молчат. Сидим ужинаем, беседуем на посторонние темы и в конце договариваемся, в какое время им надо быть завтра готовыми, чтобы отвезти их в Шереметьево и отправить домой. На этом мы распрощались. А в холле гостиницы встречаем, кого бы вы думали? Давида Кипиани. Дато. Он в то время был уже тренером тбилисского «Динамо» и тоже приехал на эту игру. Мы выходим, он увидел нас и кричит через весь холл: «О, Сэрго, слушай, ты-то мне и нужен. Пойдем ко мне в номер, я тебе привез подарок – ящик коньяка». Я говорю: «Да ты чего, Дато, спасибо, конечно, но не надо, зачем?» – «Нет-нет, пойдем. Во-первых, наша сборная выиграла, а, во-вторых, ты ведь нас в следующем туре с «Зенитом» судишь?» И действительно, через три-четыре дня я должен был судить этот матч. Я опять говорю: «Дато, не обижайся, но не надо». Ну, мы были в хорошем расположении духа, особенно после ужина, и Олегович говорит: «Серёнь, так давай я возьму, не пропадать же добру». Я отвечаю: «Да ради бога». Поднимаемся в люксовский номер, в котором жил Кипиани, и продолжаем «разбор полетов» нашей сборной. Коснулись, естественно, и эпизода в нашей штрафной в первом тайме. Логофетик и спрашивает: «Дато, ты в первом тайме видел такой-то эпизод?» – «Да», – отвечает Кипиани. – «А как, по-твоему, пенальти был?» – «Конечно». – «Вот и мы с Серегой так же считаем. Но видишь как, пенальти-то не назначили». То есть мы акцентировали его внимание на уровне нашей работы по приему судей. «Это было их решение, – объясняли мы, – мы их к этому не побуждали, не призывали, не делали никаких посулов и прочее». – «Да, да, конечно», – отвечал Кипиани.

И вот, представьте себе, прилетаю я на матч в Тбилиси. Володя Гуцаев, он тогда был начальником команды, приходит ко мне в гостиницу в день игры. Я все понимаю, великий футболист, классный игрок, только-только назначенный на эту должность, но как все сразу меняется в человеке. Заходит и говорит: «Серега, вот меня только назначили и сразу такая игра. Вот у нас тут есть немного. Понимаешь, ситуация в республике сейчас тяжелая». Я отвечаю: «Володя, ну ты чего? Мы же с тобой нормальные люди. Идите, и все будет на футбольном поле». – «Ну, ты не думай, за нами не станет». – «Володя, идите и играйте. Клянусь, я вам мешать не буду». И вот идет игра, в целом равная. До конца остается минуты три, все идет к нулевой ничьей. И вдруг нападающий ленинградцев Серега Дмитриев, «Слон» в футбольном простонародье, в центре поля отбирает мяч и убегает к воротам. За ним кинулся Гела Кеташвили, будущий олимпийский чемпион Сеула, догоняет его, вбегает вместе с ним в штрафную и не находит ничего лучшего, как сделать подкат, как будто его нельзя было применить раньше. К сожалению для тбилисцев, подкат был выполнен с явным нарушением правил. Дмитриев падает, и я назначаю пенальти. «Зенит» выигрывает 1:0. После матча в судейскую заходит Дато Кипиани, весь такой взволнованный, красный, всех благодарит за игру, подходит ко мне и говорит: «Сэрго, и тебе спасибо. – Потом, чуть помолчав, добавляет: – Сэрго, ты ни в чем не виноват. Знаешь, кто виноват?» Я спрашиваю: «Кто?» – «А-а-а, Логофет, его мама виноват». Оказалось, что Логофет, по его мнению, виноват не потому, что он вместо меня взял коньяк, а потому, что, спросив мнение Кипиани о пенальти в наши ворота в игре с норвежцами, как бы спровоцировал Дато, и тот сказал, что да, пенальти был. Поэтому в этом матче он не мог не признать, что Кеташвили нарушил правила, и одиннадцатиметровый надо было назначать…

Правило 12

Нарушения правил и недисциплинированное поведение игроков

Нарушения правил, выразившиеся в применении запрещенных приемов и недисциплинированном поведении, наказываются следующим образом:

Штрафной удар

Право выполнения штрафного удара предоставляется противоположной команде в случае совершения игроком любого из следующих шести нарушений, в которых судья расценил его действия как небрежные, безрассудные или чрезмерно физически агрессивные: удар или попытка ударить соперника ногой; подножка или попытка сделать сопернику подножку; прыжок на соперника; атака соперника; удар или попытка ударить соперника рукой; толчок соперника.

Право выполнения штрафного удара также дается противоположной команде, если игрок совершит любые из следующих четырех нарушений:

• при отборе мяча у соперника соприкоснется с ним до того, как дотронуться до мяча; задержит соперника; плюнет в соперника;

• умышленно сыграет мяч рукой (кроме вратаря в своей штрафной площади).

Штрафной удар выполняется с места, где произошло нарушение.

11-метровый удар

11-метровый удар назначается при любом из вышеприведенных десяти нарушений, если оно совершено игроком в пределах штрафной площади своих ворот независимо от места нахождения мяча, но при условии, что мяч находится в игре.

Свободный удар

Право пробить свободный удар предоставляется противоположной команде, если вратарь, находясь в пределах своей штрафной площади, совершит любое из следующих пяти нарушений:

• сделает более четырех шагов, контролируя мяч руками, прежде чем выпустить его из рук; снова коснется мяча руками после того как выпустит его, но мяч не коснется любого другого игрока;

• коснется мяча руками после того, как партнер по команде преднамеренно отдаст ему пас; коснется мяча руками при получении его непосредственно после вбрасывания, выполненного его партнером по команде;

• умышленно затягивает время.

Свободный удар назначается и в том случае, если игрок, по мнению судьи: сыграет опасно; блокирует продвижение соперника; помешает вратарю выпустить мяч из рук; совершит любое иное нарушение, не упомянутое выше в Правиле 12, за которое игра останавливается для вынесения игроку предупреждения или удаления его с поля.

Свободный удар выполняется с места, где произошло нарушение.

Нарушения, наказуемые предупреждением

Игрок получает предупреждение с показом желтой карточки в случае совершения любого из следующих семи нарушений: неспортивное поведение; демонстрация несогласия (словом или жестом) с решением судьи; систематическое нарушение правил игры; затягивание возобновления игры; несоблюдение требуемого расстояния при возобновлении игры угловым, штрафным или свободным ударами; выход или возвращение на поле без разрешения судьи; самовольный уход с поля без разрешения судьи.

Нарушения, наказуемые удалением

Игрок удаляется с поля с показом красной карточки, если он совершает любое из следующих семи нарушений: серьезное нарушение правил игры; агрессивное поведение; плевок в соперника или любое другое лицо; умышленная игра рукой, помешавшая сопернику забить гол или лишившая его явной возможности забить гол (это не относится к вратарю в пределах его штрафной площади); лишение соперника, продвигающегося к воротам, явной возможности забить гол с помощью нарушения, наказуемого свободным, штрафным или 11-метровым ударом; оскорбительные, обидные или нецензурные выражения; второе предупреждение в течение одного и того же матча.

Решения Международного совета

Решение 1

11-метровый удар назначается в случае, если вратарь, когда мяч находится в игре, в пределах своей штрафной площади ударит или попытается ударить соперника, бросив в него мяч.

Решение 2

Игрок, который совершит нарушение, наказуемое предупреждением или удалением, на игровом поле или за его пределами, по отношению к сопернику, партнеру по команде, судье, помощнику судьи или любому другому лицу, наказывается в соответствии с характером допущенного нарушения.

Решение 3

Считается, что вратарь контролирует мяч, если он касается его любой частью своей руки. Понятие «владение мячом» предусматривает случай, когда вратарь намеренно отбивает мяч, но в это понятие не входят обстоятельства, когда мяч, по мнению судьи, случайно отскакивает от вратаря, например после того, как он парировал удар. Считается, что вратарь виновен в затягивании времени, если он держит мяч в руках более 5–6 секунд.

Решение 4

С учетом положений Правила 12 игрок может отдать мяч своему вратарю головой, грудью или коленом и так далее. Однако если, по мнению судьи, игрок использовал умышленный трюк в то время, когда мяч находился в игре, для того, чтобы обойти Правило, то такой игрок виновен в неспортивном поведении. Он получает предупреждение с показом желтой карточки, а противоположная команда получает право на свободный удар с места, где произошло нарушение.

Игрок, использующий умышленный трюк для того, чтобы обойти Правило при выполнении свободного или штрафного удара, получает предупреждение за неспортивное поведение, и ему показывается желтая карточка. Удар повторяется. При подобных обстоятельствах не имеет значения, коснется потом вратарь мяча руками или нет. Совершаемое игроком нарушение состоит в попытке обойти как букву, так и дух Правила 12.

Решение 5

Отбор мяча сзади, угрожающий безопасности соперника, должен наказываться как серьезное нарушение правил игры.

Решение 6

Симуляция любого вида в любом месте поля, предпринятая для того, чтобы обмануть судью, наказывается как проявление неспортивного поведения.

Комментарии

Самым важным из всех семнадцати Правил футбола является именно это – Правило 12. Все, что касается разметки поля, диаметра и веса мяча, экипировки игроков и тому подобное, – техническая сторона вопроса. Она легко проверяется, главное вовремя проконтролировать. Трактовка же нарушений правил, а весь матч как раз и состоит из микроединоборств, приобретает первостепенное значение. Собственно, нарушения возникают, за редким исключением, только потому, что кто-то оказался чуточку быстрее своего соперника. Вспоминаются слова нашего великого тренера Валерия Васильевича Лобановского, сказанные им после чемпионата мира 1998 года. Подводя итоги турнира, тогдашний гендиректор мадридского «Реала» – Хорхе Вальдано, а на тот момент чемпион мира в составе аргентинской сборной, откровенно признался, что не заметил ничего нового в тенденциях развития мирового футбола. На что Лобановский тут же отпарировал: «А вот я заметил. Если раньше счет шел на десятые доли секунды, то теперь уже на сотые. Именно такой временной промежуток отводится футболисту на решение игровых задач и единоборств со своим соперником». Вот, оказывается, в чем разница. Не только в тактических построениях, но и в мобильности, если хотите, в скорострельности принятия решений, обработки, как говорят специалисты, мяча и дальнейших технико-тактических действий. Кто быстрее на эти самые сотые доли секунды успевает раньше, тот и получает преимущество. Отсюда возникают и многочисленные нарушения правил игры. Большинство из них не являются умышленными, но все равно они фиксируются арбитром и наказываются. Поэтому судья обязан назубок знать все пункты Правила 12 для того, чтобы уметь отличить правильно выполненный прием от неправильного.

Наиболее частым нарушением является толчок соперника. Толкаться можно только плечом в плечо или в разрешенную часть тела и только, когда мяч находится на игровом расстоянии, то есть не более двух метров. Руки при этом должны быть прижаты, никаких разгонов со стороны одного из футболистов, в противном случае получается сильный толчок, а это уже нарушение правил. Толкаться в разрешенную часть спины, в районе левой или правой лопатки, можно только в одном случае, если соперник уже практически владеет мячом на игровом расстоянии и блокирует доступ своему оппоненту к мячу. Опять-таки плечом и не разгоняясь. Эти действия должны быть без злого умысла и совершаться только с одной целью – овладеть мячом. Все остальное, когда игрок пытается овладеть мячом за счет каких-то задержек, толчков (кстати, в воздухе толкаться нельзя), подножек, это все считается умышленным нарушением правил, и наказывается штрафным ударом. Их в матче большинство.

Пример из чемпионата России 2011/12. 7-й тур, играют «Анжи» и «Ростов», судья Станислав Сухи́на. В двух моментах – нарушения в штрафной площади и удаления защитника ростовчан, Сухина допускал системную ошибку, то есть трактовал оба спорных эпизода одинаково, как это делает практически при всех видах единоборств. Но и в том, и в другом эпизоде нарушения правил не было. В обоих случаях нападающий догонял защитника, и в момент опережения его происходил контакт, от которого форвард «Анжи», спровоцировавший, кстати, это столкновение, падал. Пострадали ростовчане и в матче 9-м тура того же чемпионата, на сей раз от арбитра Михаила Вилкова. Первый гол ЦСКА в той встрече был забит с явным нарушением правил. Алексей Березуцкий на глазах судьи откровенно толкнул Максима Григорьева, но игра продолжилась, и армейцы открыли счет. Гол засчитывать было нельзя, так как со стороны Березуцкого был толчок, а не игра плечом в плечо. Напомню, что толкаться плечом в плечо можно только тогда, когда мяч находится на расстоянии двух метров от футболистов, и за него идет борьба. В данном же случае один игрок владел мячом, другой нарушал против него правила. В таких случаях мой учитель Сергей Андреевич Алимов всегда говорил: «Есть арбитры высшей лиги, а есть арбитры, которые судят высшую лигу». Улавливаете разницу?

«Есть арбитры высшей лиги, а есть арбитры, которые судят высшую лигу». Улавливаете разницу?

Можно привести пример и с удалением Пепе в первом полуфинальном матче Лиги чемпионов сезона 2010/11 между командами «Реал» – «Барселона». При замедленном повторе было понятно, что Пепе даже не коснулся Алвеша, и немецкий арбитр ошибся. Бразилец пытался показать, что против него была совершена не опасная игра, а опасное нападение, которое действительно наказывается красной карточкой, за попытку умышленно нанести травму сопернику. Но здесь со стороны Пепе была лишь опасная игра, максимум тянувшая на желтую карточку. Природа этой ошибки немецкого рефери понятна – в момент эпизода он находился за спиной Пепе, а значит, мог видеть только ответную реакцию. Если бы арбитр занимал более выгодную позицию, решение, наверное, было бы другим.

Еще пример. 1/8 финала Лиги Чемпионов 2012–2013. 05/03/2013. «Манчестер Юнайтед» – «Реал». Рефери – Кюнейт Чакыр (Турция).

Нанни («МЮ»), в прыжке, прямой ногой – «открытой подошвой» въехал в грудь Арбелоа («Реал»). Да, столкновение произошло в середине поля и могло создаться впечатление, что Нанни не видел соперника, вступая в борьбу за мяч. Однако, если очень внимательно смотреть на этот игровой эпизод (чем и отличается уровень концентрации внимания арбитра матча от внимания болельщиков, игроков, телекомментаторов), нельзя не увидеть умысел в действиях Нанни. Он не только опасно вынес свою ногу «открытой подошвой» в сторону Арбелоа, но и еще сделал активное движение этой ногой в сторону соперника. А это уже трактуется как опасное нападение на соперника с целью нанесения травмы, а это уже штрафной удар (а не свободный) и прямая красная карточка (а не желтая).

Бывают ситуации, когда игрок блокирует противника вроде бы по правилам, на двухметровом расстоянии до мяча, но блокирует с таким расчетом, чтобы создать помеху сопернику, а своему партнеру преимущество, в результате чего тот и забирает мяч. То есть получается как бы фол в пользу партнера, в то время как принцип всех единоборств один – двое борются за мяч, третий – в стороне. Как в уличных драках: двое дерутся, третий не вмешивайся. Так же и в футболе. Поэтому такая блокировка расценивается как умышленная задержка соперника и наказывается штрафным ударом. Вот в этом существенное отличие в трактовке правил игры и принципиальная разница в принятии решения.

Наиболее ярким примером этого может служить эпизод, произошедший в ответном матче 1/4 финала Лиги чемпионов 2011/12 между «Барселоной» и «Миланом». Он, между прочим, наделал немало шума в футбольном мире. Я имею в виду второй пенальти в ворота итальянцев. Арбитр назначил его за задержку руками защитником «Милана» игрока «Барсы». Судья моментально среагировал на падение нападающего и посчитал, что во всем виноват игрок обороны. Но так ли это? При внимательном рассмотрении выясняется, что арбитр грубо ошибся, и эта ошибка, можно сказать, повлияла на результат матча. Так что же там произошло? Попробуем разобраться. В том эпизоде самое активное участие принял защитник хозяев – Пуйоль. Представим себе такую ситуацию. Два игрока пытаются овладеть мячом, все их движения, взгляды направлены на мяч. Если же в единоборство вмешивается третий игрок, блокируя доступ к мячу сопернику, подставляя свое тело или задерживая соперника туловищем или руками, и тем самым он создает дополнительное преимущество своему партнеру, то это уже нарушение. Такие фолы мы в своей судейской среде называем «фол на третьего», то есть попыткой воздействовать на игровой эпизод с целью создания преимущества своему партнеру. Как правило, это достигается с помощью неправильной блокировки. Но блокировка – тоже очень тонкий момент. Что такое, по сути, блокировка? Это когда ты, не вступая в более тесный контакт с соперником, не даешь ему подступиться к мячу, преграждая путь туловищем. Если же ты вступаешь в контакт с соперником и одновременно пытаешься заблокировать его продвижение вперед, то это уже считается задержкой. Разница между двумя такими нарушениями в наказании: в первом случае назначается свободный удар, во втором – штрафной. Так вот, в том игровом эпизоде, которому предшествовала подача углового, Пуйоль стоял спиной к угловому флажку и не видел мяча. Все его внимание было сосредоточено на защитнике «Милана», вступившем в единоборство с его партнером с целью овладеть мячом. Поэтому Пуйоль не нашел ничего лучше как блокировать итальянца, подставился под него и, по существу, сделал задержку. Дальше произошло то, что обычно и бывает в таких случаях. Итальянец не удержался на ногах и, падая, схватил нападающего «Барсы» руками за футболку. Во многом это был непроизвольный жест, как бы последняя попытка не дать испанцу выйти на ударную позицию и не упасть самому. В итоге арбитр посчитал, что нарушение было со стороны защитника «Милана», хотя первым нарушал правила именно Пуйоль. Поэтому совершенно справедливо было возмущение итальянцев этим решением арбитра, да и большинства специалистов, видевших матч. Судья должен был назначить штрафной в сторону ворот «Барселоны» и показать Пуйолю желтую карточку. Еще раз скажу, такое действие называется «задержка туловищем соперника и предоставление преимущества своему партнеру».

Почему я так акцентирую на этом внимание? Да потому что по правилам игры мяч, забитый непосредственно со свободного удара, не засчитывается, если он, конечно, никого не коснулся в момент пересечения линии ворот, и назначается удар от ворот. А вот штрафной удар – это уже потенциально гол. Как видим, разница здесь не только в названии ударов (свободный или штрафной), но и в их технической составляющей, приводящей к разному результату. Отсюда понятна вечная проблема судейского комитета любой национальной ассоциации, как добиться единства в трактовке арбитрами единоборств в одних и тех же игровых ситуациях. И решить ее непросто, поскольку каждый судья – это личность, у каждого свой индивидуальный стиль арбитража, своя эмоционально-психологическая и функциональная подготовка, свой характер, наконец. Как часто мы видим сегодня такую картинку: футболист выполнил подкат и, услышав свисток арбитра, показывает руками, что, мол, он сыграл в мяч. Да, одно дело, когда он сыграл чисто, но в большинстве случаев бывает наоборот – он пытается сыграть в мяч, но делает это через ногу соперника и, естественно, бьет его по ноге, а уже в продолжении идет удар по мячу. Вот это все надо очень четко разграничивать и трактовать единообразно.

Еще один момент. Все помнят, какой большой резонанс получил игровой эпизод в матче «Динамо» – «Спартак», в концовке первого этапа чемпионата России в 2011 году, между динамовцем Кураньи и спартаковцем Паршивлюком, когда нападающий, по мнению многих, едва не «снял скальп» защитнику, сыграв высоко поднятой ногой. Давайте разберемся, так ли это. Все знают, что футбол, – это игра в мяч ногами. Так вот, ни в правилах игры, ни в комментариях к ним нигде не указано, на какой высоте футболист имеет право вступать в контакт с мячом ногой. Нет этого ограничения, и если футболист обладает такой гибкостью, пластичностью, что может ногой контролировать мяч, находящийся выше головы, поймать его и ударить – пожалуйста. Но это буква закона, а ведь есть еще дух игры, согласно которому выполнение каких-то технических приемов футболистами не должны представлять опасность для соперника. Поэтому когда нападающий выполняет удар через себя ножницами в пределах непосредственной близости от защитника, он создает для него опасность. Нужно останавливать игру и назначать свободный удар. Но если вокруг никого нет, то ради бога, пусть играет, что и продемонстрировал тот же Кураньи в матче предпоследнего тура с «Локомотивом», забив красивейший мяч через себя в стиле Руни. Причем это касается не только атакующей команды, нападающих, но и обороняющейся, то есть защитников. Они нередко действуют мужественно, но, пытаясь сыграть в мяч ниже уровня своей головы, сами себе создают опасность. Поэтому в том эпизоде, несмотря на то, что появилась кровь, виноват-то по большому счету сам Паршивлюк, который действовал опасно по отношению к самому себе. Кураньи играл в футбол, но тут вдруг из-за спины выскакивает мужественный Паршивлюк, пытается перехватить мяч и, естественно, попадает под удар. Несчастный случай, но, увы, футбол – такая игра, одна из самых травмоопасных в мире спорта. В связи с этим вспоминается установка члена Судейского комитета ФИФА с 1986 по 1990 год мистера Вортена (Шотландия) на одном из семинаров. Он разбирал эпизод, при котором два футболиста борются за мяч вверху, выпрыгивают, пытаясь сыграть головой, промахиваются и ударяются лбами или затылком. Таких моментов сегодня в матчах хоть отбавляй. «Кто виноват и было ли какое-то нарушение?», – задавался вопросом мистер Вортен. Никто не виноват и никакого нарушения не было. Да, оба игрока промахнулись и это проза жизни. Не было нарушения и со стороны Кураньи в нашей ситуации.

Созвучно с этим – «опасно по отношению к самому себе» – следует трактовать те ситуации, когда футболист оказывается на газоне, а мяч находится у него в ногах или между ног. То есть в той зоне, где соперник при попытке отобрать мяч может нанести лежащему игроку болезненную травму. Лежа играть нельзя. В таких случаях рекомендуется немедленно останавливать матч и наказывать свободным ударом того, кто находился в лежачем положении, поскольку изначально он играл опасно по отношению к самому себе.

Мы часто говорим «английский футбол, английская манера судейства». Что мы под этим подразумеваем? Прежде всего уровень допуска, который каждый арбитр устанавливает для играющих команд. Да, правила – это основа, но существует еще такое понятие, как «по мнению арбитра». Оно, кстати, оговаривается и в правилах, поскольку у каждого судьи свой стиль арбитража. Но, тем не менее, все должны стремиться к тому, чтобы предельно одинаково трактовать единоборства.

В связи с этим вспоминается интересный случай. В 1991 году был сыгран знаменательный товарищеский матч между сборными Англии и Германии, посвященный 25-летию победы англичан на чемпионате мира 1966 года. В знак благодарности нашему арбитру Тофику Бахрамову, который входил в состав судейской бригады того финального матча (был ассистентом главного арбитра на 1-й линии), АФА пригласила судей из СССР – Алексея Спирина, Вадима Жука и вашего покорного слугу. Нашим переводчиком, что интересно, был Джордж Сканлан, тот самый, который работал на том чемпионате мира 1966 года со сборной СССР. В самолете, на рейсе Москва – Лондон, мы встретились с нашими великими актерами Евгением Александровичем Евстигнеевым и Сан Санычем Калягиным, спешившими в Лондон на съемки какого-то фильма. Лету на «Ил-86» было три с половиной часа. Естественно, разговорились. Они расспрашивали нас о футболе, мы их – о кино и театре. Зная, что они оба заядлые спартаковские болельщики, предложили им: «А вы на игру Англия – Германия хотите пойти?» – «Конечно, – отвечают они, – но как туда попасть, все билеты, наверное, уже давно распроданы». Мы пообещали взять все на себя и решить эту проблему. В аэропорту нас встречал представитель Английской федерации футбола, и мы обратились к нему с просьбой, нельзя ли двум большим артистам нашей страны, страстным поклонникам этой игры, как-нибудь попасть на такой исторический матч. Тот сказал, что постарается сделать все возможное, и уже вечером два билета были доставлены им прямо в номер гостиницы. Радости не было предела, но вдруг они спрашивают нас: «Слушайте, а как же мы доберемся, как найдем нужный нам сектор и места?» «Не беспокойтесь, это же не простые билеты, а VIP-овские. Вы можете приехать на стадион хоть за два-три часа до игры. Там в подтрибунном помещении знаменитого стадиона «Уэмбли» – есть ресторан – все бесплатно и включено в ваши билеты. Можете даже во время игры находиться там и смотреть футбол по большому монитору. И после матча остаться, это ваше право. Вы только скажите, в котором часу за вами заехать. Приедет машина и отвезет вас, а когда все закончится, привезет обратно». Они были, конечно, в восторге. И когда мы сами приехали на стадион, там же, в подтрибунном помещении столкнулись с ними. Оба были уже немножко навеселе, с шарфами Английской федерации футбола на шее. «Ребята, – наперебой заговорили они, – пошли, по рюмочке пропустим». – «Да нет, что вы, – отшутились мы, – у нас сейчас игра». – «Ну, хорошо, тогда после матча встретимся, мы вас здесь ждать будем». В этот момент через переводчика к нам обращается менеджер «Тоттенхэма». Джордж переводит. Оказывается, он интересуется, нет ли в Советском Союзе хорошего центрального защитника. Я, поскольку тогда уже работал со сборными командами, хоть это и не афишировалось, владел информацией и говорю: «Да, есть такой защитник. Ахрик Цвейба, техничный, тактически грамотный, игрок сборной СССР». Джордж переводит ему, и я, немного владея английским, начинаю понимать, что на мое предложение по кандидатуре Ахрика Цвейбы у этого менеджера возникает какой-то встречный, но несколько необычный вопрос. Наконец Джордж спрашивает меня: «Сергей, а у него нос сломан?» Я отвечаю: «Этого я сказать не могу, просто не знаю, а что?» – «Понимаешь, – продолжил Джордж, – у нас в Англии свои критерии отбора центральных защитников, одним из которых является сломанный нос. Если у него нос цел, то это уже не защитник, по крайней мере, не центральный». Представляете?! Если ты выступаешь на позиции центрального защитника, то мало уметь играть на высоком уровне, так еще и нос у тебя должен быть сломан. О чем это говорит? Не только о стиле игры английских клубов, но и манере судейства британских арбитров, позволяющих футболистам вести силовую борьбу на предельно жестком уровне. Кстати, переход так и не состоялся и не по вине носа Ахрика. Просто у него обнаружились проблемы со спиной, и он сначала уехал играть в Японию, а потом вернулся к нам, уже в российский чемпионат.