Знаменитые мудрецы

Октябрьский переворот 1917 г., как и ранее революция 1905 г. и Февральская революция, вызвал у Лосского «чувство ужаса». Позже в «Воспоминаниях», анализируя восприятие происшедшего, он писал: «У меня было мистическое восприятие исчезновения государственной организующей силы, социальной пустоты на ее месте». С самого начала революции Николай Онуфриевич был деятельно-непримиримым и неутомимым противником марксистской идеологии, некоторое время активно пропагандировал идеи конституционно-демократической партии (партии кадетов), в которой состоял более 10 лет, и даже вместе с женой принимал участие в демонстрации в защиту Учредительного собрания. Но, как он позже писал: «Собрание это было без труда разогнано большевистским правительством. Началась беспросветная жизнь под давлением большевистского деспотизма».

В те тяжелые годы Николай Онуфриевич, как, впрочем, и другие русские мыслители, возвратился к религиозным основам философии, видя в них единственный способ постижения реального мира и осмысления трагедии, постигшей Россию. Этому «пробуждению» способствовала и личная трагедия. В «голодном и холодном» 1918 г. умерла от дифтерита десятилетняя дочь Мария. Лосский воспринял смерть любимой дочери как религиозный мистик, посчитав, что на его судьбе таинственным образом сказался юношеский атеизм. С этих пор его все больше стали волновать духовные и нравственные проблемы. Он возвратился в лоно церкви, от которой отошел еще будучи гимназистом.

Но находиться вне философской работы Лосский не мог. Еще в 1917 г. он издал один из основных своих трудов «Мир как органическое целое», над которым работал не один год. В нем философ пришел к выводу, что обоснование мира Абсолютом правильнее всего выражено в христианском учении, согласно которому мир сотворен Богом из ничего, поскольку творя этот мир, Бог не нуждался ни в каком материале вне Себя и не заимствовал никакого содержания. Таким образом, обоснование Мира носит характер абсолютного творчества, когда создается нечто совершенно новое.

Свою метафизическую систему Лосский назвал идеал-реализмом. Этот термин означал следующее: реальное бытие возникает и существует не иначе как на основе идеального. Ввиду такого строения мира теория знания Лосского, которую он обозначал как интуитивизм, есть органический синтез опыта и рационализма. С другой стороны, по Лосскому, все сущее состоит из активных деятелей, действительных или потенциальных личностей, при этом действительная личность опирается в своем поведении прежде всего на нравственные ценности.

После октября 1917 г. Николай Онуфриевич продолжал работать в Петербургском университете, читая лекции по логике и теории познания. Но осенью 1920 г. он вместе с некоторыми другими преподавателями был уволен за распространение религиозных взглядов. Сильное нервное расстройство привело к тяжелой желчнокаменной болезни, и врачи посоветовали Николаю Онуфриевичу уехать на лечение за границу. Но вскоре он вместе со всей семьей оказался за границей вовсе не из-за необходимости поправить здоровье. В ноябре 1922 г. Лосского вместе с группой известных ученых, философов и общественных деятелей выслали из Советской России.

Обосновавшись в Праге, Лосский работал в Русском университете, где вел преподавательскую деятельность и научную работу: читал лекции, выезжал с докладами в Варшаву, Париж, Лондон, Белград, США и Швецию. В эмигрантский период он продолжал развивать свою философскую систему, активно занимаясь в то же время историей русской философии. Его сочинения на эту тему преисполнены глубокой религиозности и направлены на поиски добра и красоты. Главной задачей, которую ставил перед собой философ, был переход от теоретической философии к практической. В 30-е годы одна за другой вышли его книги «Свобода воли», «Ценность и бытие. Бог и Царство Небесное как основа ценностей», «Бог и мировое зло», «Достоевский и его христианское миропонимание».

В 1940 г. Лосский переехал в Братиславу, поскольку был избран профессором философии Братиславского университета. В Братиславе он прожил всю войну, там он похоронил жену Людмилу Владимировну, которая скончалась в 1943 г. После вступления в Братиславу советских войск Лосский добился разрешения переехать во Францию, где жили его сыновья Владимир и Борис, а с 1946 г. поселился в США и через пять лет получил американское гражданство. При сдаче экзамена на получение гражданства 80-летний профессор, отвечая на стереотипный вопрос, будет ли он в случае войны помогать Соединенным Штатам, даже пошутил: «Если будут военнопленные, я охотно буду разъяснять им преимущества такой демократии, как США».

В Америке Лосский продолжил преподавательскую деятельность. Несмотря на преклонный возраст, он читал лекции в Русской духовной академии в Нью-Йорке, вел курсы по философии в Калифорнийском университете, публиковал статьи на философские и нравственные темы в различных журналах. Перелом наступил в 1960 г., когда, как писал его сын Борис: «отцу минуло девяносто лет, и это была грань, за которой богатая восприятием впечатлений и внутренне осмысленная жизнь очень скоро превратилась в тусклое и тягостное существование. Главным толчком к этому была неудачная, хотя и сделанная в дорогой клинике, операция простаты, от следствий которой отец так и не оправился. Дела сложились так, что лучшим выходом для него было переселение во Францию».

Переехав во Францию в конце 1960 г., Николай Онуфриевич объявил родным, что его организм разрушен и единственное о чем он молится, есть скорейшее ниспослание ему смерти. Однако он прожил еще четыре года, находясь все это время в клиническом помещении Русского дома в качестве платного пациента. Вместе с жизненными силами постепенно угасал его рассудок, и 24 января 1965 г. Николай Онуфриевич Лосский «безболезненно и мирно» скончался, как будто заснул. Похоронили его на русском кладбище Сен-Женевьев рядом с могилой сына Владимира.

Среди соболезнований, которые получили сыновья Лосского, характерно письмо русского публициста Федора Степуна. Выражая сочувствие по поводу смерти Николая Онуфриевича, он между тем писал: «Рассуждая рационально, не приходится протестовать, что Ваш отец покинул здешний мир. Он осуществил все, для чего был призван, и навсегда вошел в историю русской философской мысли».

Сергей Николаевич Булгаков

(1871 г. – 1944 г.)

Русский философ, религиозный и общественный деятель. Основные сочинения: «От марксизма к идеализму»; «Два града» в 2-х томах; монография «Философия хозяйства»; «Свет Невечерний»; «Философии имени»; трилогия «Агнец Божий», «Утешитель», «Невеста Агнца».

Сергей Николаевич Булгаков принадлежал к исконному священническому роду. Он родился 28 июня 1871 г. в г. Ливны Орловской губернии в семье провинциального кладбищенского священника. В скромном родительском доме царила атмосфера благочестия и устроенности церковного быта. В детские впечатления мальчика вошли и возвышенная красота литургии, и естественная гармония природы родных мест. Позже Сергей Николаевич вспоминал о том периоде своей жизни: «То, что я любил и чтил больше всего в жизни своей, – настоящую благородность и правду, высшую красоту целомудрия, все это было мне дано в восприятии родины».

В 1884 г. после окончания духовной школы Булгаков поступил в Орловскую духовную семинарию. Однако казенный дух этого учебного заведения, его формальная религиозность разочаровали Сергея, и в 1888 г. он оставил семинарию, надолго отдалившись от религии. Пережив настоящий кризис веры, Булгаков избрал, как ему казалось, наиболее верный путь: он решил посвятить жизнь гуманитарным и экономическим наукам, основательно заняться политической экономией, а точнее марксистским направлением в ней. После двухлетнего пребывания в Елецкой гимназии он поступил на юридический факультет Московского университета. Окончив университет в 1894 г., Булгаков остался на кафедре политической экономии и статистики, чтобы заняться научной работой. В это время он начал публиковать первые научные работы на темы социологии и политэкономии. Большинство из них, в частности книга «О рынках при капиталистическом производстве», были пронизаны марксистскими идеями. В целом же марксизм на семнадцать лет (с 1890 по 1907 гг.) определил мировоззрение Булгакова, хотя, по существу, это было насилие над его душой, поскольку по-настоящему Сергея Николаевича влекли философия и литература. Но молодой ум не сумел отойти на первых порах от модной в ту пору «интеллигентской религии». Марксизм в то же время представлялся русской молодежи научно обоснованным социальным идеализмом, залогом равенства, свободы и прогресса.

В 1898 г. Булгаков женился на Елене Ивановне Токмаковой. Получив стипендию для продолжения научной работы и подготовки к профессорскому званию, чета Булгаковых уехала на два года в Германию, родину социал-демократии и марксизма. Там Сергей Николаевич написал магистерскую диссертацию – двухтомный труд «Капитализм и земледелие», который увидел свет в 1900 г. и сделал автора одним из наиболее авторитетных теоретиков марксизма.

Как ни парадоксально, но именно желание «верой и правдой служить марксизму» привело к обратному – разочарованию во всех его идеях и постепенному переходу к религии, к вере. Ее Булгаков начал сначала робко, а затем все смелее пропагандировать к великому негодованию своих вчерашних единомышленников. Об этом драматическом периоде во внутренней идейной жизни Булгаков писал в «Автобиографических заметках»: «В сущности, даже в состоянии духовного одичания в марксизме, я всегда религиозно тосковал, никогда не был равнодушен к вере. Сперва я верил в земной рай, но трепетно, иногда со слезами. Потом же, начиная с известного момента, когда я сам себе это позволил и решился исповедовать, я быстро, резко, решительно пошел прямо на родину духовную из страны далекой: вернувшись к вере в «личного Бога» (вместо безличного «идола прогресса»), я поверил в Христа, Которого в детстве возлюбил и носил в сердце, а затем и в Православие». С этого времени у Булгакова начался второй период духовной биографии, который можно назвать «религиозно-философским».

В 1901–1906 гг. чета Булгаковых жила в Киеве, где Сергей Николаевич преподавал в политехническом институте и университете, будучи профессором политэкономии. Преподавательская деятельность сопровождалась активной творческой работой. В это время вышли его книга «Два града» и сборник статей «От марксизма к идеализму», обозначивший переход от ставшего чуждым течения к идеалистической философии. Все большее влияние на Булгакова оказывают русские религиозные философы, особенно Вл. Соловьев, которому Сергей Николаевич посвятил ряд статей, сравнив основоположника русской религиозной мысли с великим немецким философом Шеллингом.

В 1906 г. Булгаков переехал в Москву, где преподавал политэкономию в Коммерческом институте в качестве приват-доцента. В этот период заметна и его роль в общественной жизни: Сергей Николаевич – активный участник религиозно-философского общества, депутат Второй Государственной Думы, автор многих публикаций на общественно-политические темы в журналах «Новый путь», «Вопросы жизни», сборнике «Вопросы религии», активный сотрудник в книгоиздательстве «Путь», где в 1911–1917 гг. выходили серьезнейшие произведения русской религиозной мысли.

К важнейшим событиям в жизни Булгакова тех лет следует отнести и дружбу с П. Флоренским, чье религиозно-философское мировоззрение бывшему теоретику марксизма становилось с каждым годом все более близким. Не случайно в знаменитых «Вехах» появилась статья Булгакова «Героизм и подвижничество», в которой он призвал интеллигенцию к отрезвлению, отходу от стадной морали и утопизма ради духовного осмысления и конструктивной социальной позиции.

Параллельно с лекциями и статьями на религиозные темы у Булгакова появились и другие мотивы в творчестве, свидетельствующие о серьезном подходе к научным и философским проблемам. В докторской диссертации «Философия хозяйства», написанной в 1912 г., и монографии «Свет Невечерний» (1917 г.) уже проявились основы собственного учения, идущего в русле взглядов Вл. Соловьева и П. Флоренского, и ряд собственных идей, питаемых православной религиозностью.

Книгу «Свет Невечерний», которую сам Булгаков в предисловии назвал «собраньем пестрых глав», можно считать основополагающим трудом русской религиозной философии. В ней он попытался воспроизвести религиозные созерцания, связанные с жизнью в православии. Одно только предисловие, занимающее 119 страниц и посвященное проблемам религиозной гносеологии и методологии, является само по себе трактатом о предпосылках богословского мышления.

Книга «Свет Невечерний» определила начало третьего, собственно богословского периода творчества Булгакова. В 1917 г. он принял участие в работе Всероссийского Поместного Собора, восстановившего в стране патриаршество. А спустя год принял важное для себя решение – стать священником. Мысль о принятии сана зрела у Сергея Николаевича давно. Но, как он позже писал в «Автобиографических заметках»: «на этом пути стояли разные препятствия. Первое из них – это привычки и предубеждения среды и даже самых близких. В среде интеллигентской, где безбожие столь же естественно подразумевалось, принятие священства, по крайней мере в состоянии профессора Московского университета, доктора политической экономии и проч., являлось скандалом, сумасшествием или юродством, во всяком случае самоисключением из просвещенной среды… Но существовало для меня еще препятствие, силами человеческими непреодолимое: то была связь православия с самодержавием, приводившая к унизительной вредоносной зависимости церкви от государства. Чрез это я не мог перешагнуть, не хотел и не должен был. Это препятствие внезапно отпало в 1917 г. с революцией: церковь оказалась свободна, из государственной она стала гонимой».

В Троицын день 1917 г. о. Сергий, с благословения патриарха Тихона, был посвящен епископом Феодором Волоколамским в диакона, а в Духов день – в сан пресвитера. С этого времени о. Сергий начал играть видную роль в церковных кругах, активно участвуя в работе Всероссийского Поместного Собора Православной церкви и близко сотрудничая с патриархом Тихоном.

Октябрьскую революцию о. Сергий воспринял отрицательно, откликнувшись на нее диалогами «На пиру богов». В этой работе судьба России была им представлена в ключе тревожной непредсказуемости и апокалиптических видений. В написанных в тревожный 1920 год сочинениях «Философия имени» и «Трагедия философии» о. Сергий подверг пересмотру свой взгляд на философию и христианство, придя к выводу о том, что христианское умозрение способно выразиться без искажений исключительно в форме догматического богословия. Последнее и стало с тех пор основной сферой его деятельности.

В годы гражданской войны о. Сергий уехал из Москвы, поскольку семья его находилась в Крыму, а из университета он был исключен за принятие священства. Ему удалось добраться до Крыма, где он и оставался до конца декабря 1922 г., когда вместе с группой видных русских ученых и философов был выслан за границу. После недолгого пребывания в Константинополе, в мае 1923 г. о. Сергий занял должность профессора церковного права и богословия на юридическом факультете Русского научного института в Праге. Вскоре при его активном участии был успешно осуществлен проект создания в Париже Богословской академии (Православного богословского института). С его открытия в 1925 г. и до самой своей кончины Булгаков был его бессменным деканом, а также профессором кафедры догматического богословия. Под его руководством Сергиево Подворье, как называли комплекс институтских строений с храмом во имя преподобного Сергия Радонежского, выросло в крупнейший центр православной духовности и богословской науки в зарубежье.

Помимо дел, связанных с институтом, и помимо богословского творчества, о. Сергий уделял большое внимание еще двум сферам: духовному руководству русской молодежью и участию в экуменическом движении. Центральным руслом религиозной активности русской молодежи за рубежом стало Русское христианское движение, о. Сергий был одним из главных его отцов-основателей. В работу экуменического движения о. Сергий включился в 1927 г. на Всемирной христианской конференции «Вера и церковное устройство» в Лозанне. До конца 30-х годов он принимал участие во многих экуменических начинаниях, став одним из влиятельных деятелей и идеологов движения.

В Париже о. Сергий приступил к созданию целостной богословской системы под названием «О Богочеловечестве». На этой волне богословского вдохновения им была создана уникальная трилогия о Христе – первый том «Агнец Божий», второй том о Св. Духе «Утешитель» и третий том под названием «Невеста Агнца», увидевший свет уже после смерти о. Сергия в 1945 г. По словам современного немецкого исследователя богословия Р. Шленски, «трехтомный труд С. Н. Булгакова является единственной современной догматикой восточной церкви, в которой все вероучение продумано и изложено с огромной систематической силой и своеобразием».

Однако в 30-е и 40-е годы ХХ в. далеко не все критики и богословы восприняли труд о. Сергия однозначно. В частности, Московская патриархия осудила многие его положения и обвинила Булгакова в ереси. Отвечая на критику, он заявил, что его богословские труды затрагивают лишь богословское истолкование догматов Православной церкви, но не противоречат их действительному содержанию.

В защиту о. Булгакова горячо выступил Н. Бердяев, который опубликовал в журнале «Путь» статью «Дух Великого Инквизитора (по поводу указа митрополита Сергия, осуждающего богословские взгляды о. С. Булгакова)». Бердяев писал о том, что указ имеет гораздо более широкое значение, чем спор о Софии, в нем затрагиваются судьбы русской религиозной мысли, ставится вопрос о свободе совести и о самой возможности мысли в православии.

В 1939 г. у о. Сергия был обнаружен рак горла. Он перенес тяжелые операции, побывал на пороге смерти и в значительной степени утратил способность речи. Начавшаяся мировая война ограничила сферу деятельности Булгакова. Но до последних дней жизни в оккупированном Париже он не прекращал служить литургию и читать лекции, а кроме того, работать над новыми сочинениями. Умер Сергей Николаевич Булгаков 13 июля 1944 г.

О. Сергию судьбой было дано довести до конца свой богословский подвиг. Как и все представители русской религиозной философской мысли, он был устремлен к новому, к царству Духа, в котором самой большой правдой остается вера в божественное человеческое начало.

Бертран Рассел

(1872 г. – 1970 г.)

Английский философ, математик, социолог, общественный деятель, лауреат Нобелевской премии по литературе (1950 г.). Основные сочинения: «Проблемы философии»; «Наше познание внешнего мира»; «Исследование значения и истины»; «Человеческое познание, его сфера и границы» и др.

Диапазон творчества, интересов и общественной деятельности Бертрана Рассела – явление необычайное в современной культуре. Он был выдающимся логиком, математиком, социологом, публицистом, лауреатом Нобелевской премии по литературе; за свою почти столетнюю жизнь написал более 60 книг на самые разнообразные темы – от узкоспециальных «Принципов математики» до сугубо художественной прозы. По свидетельству современников, Рассел знал наизусть все сонеты Шекспира и в то же время «казался магическим человеком чисел, способным в уме за две секунды умножить пятизначные числа». Как философ Рассел всегда искал истину, стремясь использовать в философии достижения различных наук. Огромным уважением и признанием пользовалась общественная деятельность мыслителя, направленная против гонки ядерных вооружений.

Бертран Артур Уильям Рассел родился 18 мая 1872 г. в старинной аристократической семье. Его отец, лорд Эмберли, был третьим сыном британского премьер-министра и лидера партии вигов Джона Рассела, которого отличали не только высокое положение в обществе, но и глубокая образованность: ученик и друг философа Д. Милля сам был автором философского труда «Анализ религиозной веры».

Расселы во все времена славились как поборники либеральных взглядов. Радикальным либералом был и отец Бертрана, особенно в вопросах войны и мира, предмете, который стал основным в политической деятельности будущего философа. Лорд Эмберли ближе, чем кто-либо другой в XIX в., подошел к позиции, которую в ХХ в. назвали пацифизмом. Он раньше других выдвинул идею о мировом правительстве, которую его сын проповедовал более 70 лет спустя. Впрочем, наиболее страстной «либералкой» в семье была мать, леди Кэтрин, отстаивающая права женщин столь активно, что навлекла на себя гнев королевы Виктории.

Родителей Бертран лишился рано. Его и старшего брата воспитывала бабушка, графиня Рассел, нанявшая для внуков швейцарских и немецких гувернеров. Братья учились в атмосфере, сочетавшей аристократическое уединение и свободомыслие. Опытные учителя, тщательно подобранная библиотека способствовали прекрасному образованию и обеспечивали досуг, необходимый для чтения и для размышлений.

В конце 1889 г. 18-летний Рассел был принят в Тринити-колледж при Кембриджском университете, где проучился по июнь 1894 г. Его главные интересы в это время сосредоточились на основательном изучении математики и философии. Результатом стала докторская диссертация «Об основах геометрии», которую молодой выпускник защитил в 1897 г. Математика и философия были в те годы не единственными предметами внимания Бертрана. Во время путешествия по Европе и, в частности, пребывания в Берлине молодой ученый познакомился с идеями социал-демократии и социалистического движения, которые в обобщенном виде представил в книге «Германская социал-демократия», вышедшей в 1896 г. Анализируя деятельность немецких социалистов, Рассел впервые обратился к проблеме переустройства мира на принципах реформизма и демократического движения.

В годы, предшествовавшие Первой мировой войне, известность Рассела как ученого и общественного деятеля вышла далеко за пределы Англии. Он побывал с лекциями в США, принял участие в крупном философском конгрессе в Париже, совместно с математиком и философом Уайтхедом создал произведение, ставшее классическим, – «Основание математики». Кстати, публикация книги потребовала таких затрат от Кембриджского университета, что авторам пришлось вкладывать в это предприятие собственные деньги.

В те же годы Рассел попытался заявить о себе и на политическом поприще, решив в 1910 г. баллотироваться в парламент. Однако и тогда, и позже (1922 г. и 1923 г.) поддержки на выборах молодой политик так и не получил, в основном из-за своих атеистических взглядов и либеральных позиций. Впрочем, до 1914 г. политика играла второстепенную роль в жизни Рассела, всецело посвятившего себя науке и философии. Его раннее философское творчество сложилось под влиянием идеализма Гегеля. Однако Рассел сделал из гегелевской системы свои выводы, полагая, что доктрина немецкого мыслителя рассматривает все во взаимосвязи и делает невозможной математику, поскольку та требует отвлеченности. Рассел предложил более реалистическую точку зрения, признающую множественность веществ, не зависящих от мышления и не связанных внутренне, как в гегелевской системе.

Свою следующую книгу «Проблемы философии», написанную в 1913 г., мыслитель начал с вопроса: «Существует ли в мире какое-либо знание, которое так несомненно, что ни один разумный человек не мог бы сомневаться в нем?» Чтобы найти ответ, он исследовал и описал путь, благодаря которому человек постигает мир. Рассел ввел термин «чувственные данные», которым обозначил «такие вещи, как цвета, запахи, твердость, шероховатость», и назвал знание чувственных данных ощущением. Он отличал то, что сам назвал «знанием посредством ознакомления», от «знания посредством описания». По его словам, непосредственным образом мы можем воспринимать только чувственные данные, наше «я» и наши умственные состояния. Физические же объекты мы воспринимаем не непосредственным образом – чувственные данные отсылают нас к таким объектам, как стол, дерево, собака, лошадь, люди, которые являются их причинами. Трудность здесь состоит в том, чтобы увидеть, как из чувственных данных делаются выводы о явлениях, которые удовлетворяют описанию физического объекта с точки зрения здравого смысла.

Свою позицию в философии Рассел называл логическим атомизмом, который исходит из того, что все сложные явления сводимы путем анализа к простым качествам, обозначаемым своими логическими именами. В лекции по логическому атомизму Рассел заявлял, что «мир содержит факты, которые являются тем, чем они являются, независимо от того, что бы мы о них ни думали». Хотя в последующем ученый несколько трансформировал свою концепцию, она оставалась основой его понимания реальности и в остальных работах.

Первая мировая война стала для Рассела огромным нравственным потрясением. Испытывая чувство ответственности перед современниками, он занял активную пацифистскую позицию, примкнув к Союзу демократического контроля. Члены этой организации ратовали за учреждение международного совета для гарантии соглашений по спорным вопросам, призывали к сокращению вооружений и отказу от призыва на военную службу. За выступления на многочисленных митингах власти в 1916 г. оштрафовали Рассела на 100 фунтов стерлингов, он был лишен права преподавать в Тринити-колледже, а вскоре подвергнут на полгода домашнему аресту.

Примечателен и такой факт: в годы войны Рассел пожертвовал все деньги, полученные в наследство, на различные просветительские и научные цели, решив жить только на гонорары за книги и лекции.

Благодаря участию в антивоенных кампаниях Рассел неожиданно для всех стал героем левого движения. В 1920 г. он в составе делегации лейбористской партии приехал в Россию, где встречался с Лениным, Троцким, Горьким и Блоком. Однако итог поездки – книга «Практика и теория большевизма» – в целом был весьма критичным по отношению к советскому режиму: Рассел не мог принять и оправдать насилие большевиков, подавление в стране свободы, нетерпимость к инакомыслию и тотальную централизацию власти. Такими методами, отмечал ученый, невозможно построить общество справедливости.

Война и те ужасы, которые она принесла людям, заставили Рассела усомниться в человеческой добродетели и навели на мысль о необходимости изменить психологию человека с помощью правильного воспитания и образования. Как и всегда, он с энтузиазмом занялся написанием статей по этим проблемам.

Собственно, свои дети у Рассела появились поздно, когда ему уже исполнилось 50 лет. (Первый раз он женился еще в 1894 г., но детей от этого брака не было.) В 1921 г. Рассел женился во второй раз на Доре Блэк, которая была его секретарем во время поездки в Россию. У них родились двое детей – сын Джон и дочь Кэйт. Когда пришла пора отдавать детей в школу, Бертран и Дора решились на своеобразный эксперимент: изучив программы всех школ, они создали в 1927 г. собственную школу. Здесь сказался расселовский идеализм: он свято верил в чудодейственную силу просвещения, возводя в абсолют роль воспитания в формировании личности. Все эти проблемы послужили поводом к написанию целого ряда работ, посвященных вопросам семьи и брака, главная из которых – книга «Брак и мораль». Рассел развивал в ней мысль о том, что самое главное в жизни – это любовь: лишь она способна разрушить преграды между людьми.

Здесь уместно заметить, что любовь к женщине играла огромную роль в судьбе самого Рассела. Официально он был женат четыре раза, но любовных привязанностей было у него намного больше. Так же страстно, как отдавался занятиям наукой, философией, политикой, Рассел увлекался и женщинами. Во время бурных, но чаще всего непродолжительных романов он зачастую оставлял все свои дела. Подобно другому великому мыслителю Гете, он искал вдохновения в любви, но так же быстро и охладевал к предмету страсти. Свободные взгляды на семью и брак, между прочим, нередко портили репутацию ученого. Позже публика задавалась каверзным вопросом: как может рассуждать о морали человек, женатый в четвертый раз?

В 1936 г. 64-летний Рассел развелся с Дорой и женился на Патриции Спенсер, которая была на 40 лет моложе своего знаменитого мужа. Вскоре у них родился сын Конрад, а в 1938 г. семья уехала в США, где прожила до 1944 г. В эти трагические годы Рассел много писал о тоталитаризме и войне. Именно тогда он пришел к мысли, что наука, всегда выступавшая врагом власти и консерватизма, впервые стала на службу авторитарным обществам. Философ отмечал, что ни один тиран в прошлом не сосредоточивал в своих руках столь мощных технических средств по управлению массами, какие возникли в последние годы.

Живя в США, Рассел читал лекции в различных университетах, и там же были написаны две фундаментальные работы – «Исследование значения и истины» и «История западной философии». В последнем труде философ выступил как мастер научно-популярного жанра: легкость и доступность «Истории западной философии» дали повод известному американскому философу У. Куайну сказать, обращаясь к студенческой аудитории: «Я думаю, что многие из нас выбрали свою профессию философа под воздействием книг Рассела».

Вернувшись на родину, Рассел с удивлением обнаружил, что отношение к нему резко изменилось к лучшему. Его либерализм оказался созвучным общественному мнению англичан, которые в 1945 г. проголосовали за партию лейбористов. Ученого ожидало и широкое признание в научных кругах. Его вновь пригласили читать лекции в Тринити-колледже, он много выступал по радио, читал лекции радиослушателям Би-Би-Си, писал статьи и эссе.

Очередной нравственный поворот произошел в августе 1945 г., когда разразилась трагедия Хиросимы и Нагасаки. Рассела потрясла реальность всемирной ядерной катастрофы, о чем он посчитал необходимым заявить во всеуслышание в радиообращении «Угроза человечеству». Ученый также обратился с письмом к Эйнштейну с предложением составить текст заявления с призывом остановить гонку вооружений. Документ, получивший название «Манифест Эйнштейна – Рассела», был обнародован 9 июля 1955 г. Выступая на пресс-конференции по этому поводу, Рассел говорил: «Ни одна из сторон не может рассчитывать на победу в такой войне… существует реальная угроза гибели человечества от пыли и осадков из радиоактивных облаков. Однако ни общественность, ни правительства государств мира этой опасности в полной мере не осознают. В нашем документе подчеркивается, что один лишь согласованный запрет на ядерное оружие… не станет окончательным решением проблемы, поскольку данные виды оружия все равно будут производиться и использоваться в случае масштабной войны, несмотря на предыдущие соглашения. Призыв к этому и составлял главную цель манифеста. Единственная надежда для человечества – это покончить с войнами”.

В последующие годы Рассела не оставляла энергия активного борца с ядерной угрозой. Он состоял в переписке с лидерами СССР и США в период острейшего Карибского кризиса, был инициатором проведения Кампании за ядерное разоружение, участником Движения за мир, протестовал против войны во Вьетнаме, написал множество статей и книг по проблемам войны и мира, одна из которых называлась «Здравый смысл и ядерная угроза».

Единственным светлым моментом на фоне мрачных событий тех лет, за которыми Рассел следил с неослабевающим вниманием, стали его любовь и брак с Эдит Финг, преподавательницей университета из США. Если считать, что Рассел всю жизнь искал женщину, которая стала бы его единомышленницей, то можно утверждать, что на склоне лет ему действительно повезло. Эдит не меньше мужа была увлечена общественно-политическими проблемами, оказывала ему поддержку во всех начинаниях. Позже она вместе с мужем участвовала в демонстрациях и митингах, супруги часто путешествовали по Европе.

Последние годы жизни Рассел вместе с женой и внуками провел в Северном Уэльсе. Почти до самой смерти, которая наступила 2 февраля 1970 г., 98-летний ученый оставался энергичным и деятельным. Одним из последних его политических выступлений стало обращение к правительству СССР летом 1968 г. с требованием вывести войска с территории Чехословакии.

Человек огромной внутренней силы, Бертран Рассел принадлежал к тем деятелям человечества, благодаря которым понятия «человек» и «личность» обретают самый высокий смысл. Нередко оставаясь непонятым современниками, Рассел всегда руководствовался тем, что подсказывала ему совесть, и в конце концов сам стал совестью британской нации.

Николай Александрович Бердяев

(1874 г. – 1948 г.)

Русский философ, публицист. Основные сочинения: «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о Н. К. Михайловском»; «Философия свободы»; «Смысл творчества. Опыт оправдания человека»; «Философия неравенства»; «Смысл истории»; «Новое средневековье»; «Философия свободного духа»; «О назначении человека»; «Русская идея: основные проблемы русской мысли в XIX и начале ХХ веков»; «Опыт эсхатологической метафизики»; «Самопознание».

И как философ, и как человек Николай Бердяев был удивительно цельной личностью, натурой истинно творческой. Движение его души было постоянно направлено на новое понимание свободного духа в каждом мыслящем существе. В России он был менее известен, чем на Западе. Там его лучше прочитали и поняли просвещенные интеллектуалы, назвавшие Бердяева «русским Гегелем ХХ века», «одним из универсальных людей нашей эпохи». Это был мыслитель, сумевший связать воедино дух культуры, историю двух цивилизационных систем – Востока и Запада, – и сказавший о необходимости человеческой свободы больше, чем кто-либо из русских или зарубежных философов.

Николай Александрович Бердяев происходил из древнего русского рода. Имена Бердяевых встречаются и в летописях об осаде Смоленска в XVII в., и в придворных табель-календарях, и в списках героев 1812 г. Отец будущего философа, штаб-ротмистр в отставке, предводитель дворянства, председатель Киевского земельного банка Александр Михайлович Бердяев был женат на княжне Алине Сергеевне, урожденной Кудашевой, наполовину француженке по матери – графини Шуазель-Гуфье. Их первенец Сергей впоследствии стал известным поэтом-сатириком. А вот второй ребенок Николай родился на пятнадцать лет позже, 18 марта 1874 г.

Детство Николая было размеренным и счастливым. Безмятежная жизнь в богатой дворянской усадьбе при любящей няне Анне Ивановне, забота родителей, поездки с ними на заграничные курорты создавали ту особую атмосферу, которая присутствовала в большинстве русских дворянских семей. Получив домашнее образование, включавшее, кроме изучения естественных наук и изящных искусств, еще и иностранные языки, 14-летний Николай был отдан в привилегированное закрытое учебное заведение. Из уважения к ратным заслугам предков мальчика записали в пажи, но поступил он в киевский Кадетский корпус (с правом в любой момент перейти в петербургский Пажеский). После шестого класса Бердяев сдал экзамены на аттестат зрелости и поступил одновременно на естественный и юридический факультеты Киевского университета им. Св. Владимира.

Начало учебы совпало с возникновением в России марксистских кружков. Членом одного из них – Центрального кружка саморазвития – стал в 1895 г. и Бердяев. Его наставником был сам Г. Плеханов, а будущий большевистский комиссар А. Луначарский – товарищем по борьбе. Вскоре последовал первый арест за участие в студенческих демонстрациях. Вторично Бердяева арестовали 12 марта 1898 г. – за принадлежность к киевскому Союзу борьбы за освобождение рабочего класса. Исключенный из университета и выпущенный из тюрьмы под залог 5000 рублей, Бердяев в ожидании приговора основное время посвящал публицистике. В 1899 г. он написал серьезную философскую статью о немецком социалисте Ф. А. Ланге и критической философии и опубликовал ее в журнале «Die Neue Zeit», издававшемся К. Каутским.

В основание своей оригинальной философской системы Бердяев положил свободу – свободу как первичное, ни из чего не выводимое бытие, из которого Бог творил Космос. Он считал, что «весь мировой процесс есть здание темы о свободе, есть трагедия, связанная с выполнением этой темы». Трагедия происходит оттого, что бремя свободы не каждому по силам.

Эти мысли прозвучали в первой книге Бердяева «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии» (1901 г.), представлявшей собой критический этюд о народнике Н. К. Михайловском. Книга вышла из печати, когда ее автор уже находился в ссылке, и сразу же принесла доселе неизвестному литератору почти всероссийскую славу.

В марте 1900 г., через два с лишним года после ареста, был оглашен приговор, согласно которому Бердяев высылался под гласный надзор полиции в Вологодскую губернию сроком на три года.

Как отмечали филеры местного охранного отделения, летом 1901 г. они видели Бердяева катающимся на велосипеде по Парадной площади, читающим книги в городском саду или в Публичной библиотеке, провожающим «барыньку лет 19, шикарно одетую, с которой Бердяев все время ходил под руку». Кстати, врожденный аристократизм и барственность Николая Александровича отмечали многие его современники. Е. Герцык, с которой Бердяев был очень дружен в дореволюционные годы, в своей книге «Портреты философов» писала: «Всегда элегантный, в ладно сидящем костюме, гордая посадка головы, пышная черная шевелюра…»

По окончании ссылки Бердяев поселился в Петербурге и в 1904 г. женился на Лидии Трушевой, дочери известного петербургского адвоката, прожившей с ним долгие годы в любви и согласии. Как писал Бердяев в «Самопознании»: «Лидия была человеком необыкновенной духовности, перед смертью она приблизилась к святости».

В целом, 1900-е годы были бурными в жизни Николая Александровича: редактирование журнала «Новое время», работа в Союзе освобождения (основе будущей Конституционно-демократической партии); петербургские религиозно-философские собрания, литературные «среды» у Вяч. Иванова на «башне» (квартира на седьмом этаже против Таврического сада), где Бердяев был бессменным председателем. На этих «средах» собирался весь цвет русской литературы и философии Серебряного века – Ф. Сологуб, А. Блок, В. Брюсов, А. Белый, Л. Шестов, С. Франк.

1909 г. ознаменовался выходом в свет сборника статей о русской интеллигенции «Вехи» – книги, так или иначе взбудоражившей всех мыслящих людей в России. Статья Бердяева в этом сборнике была посвящена частной, на первый взгляд, проблеме – взаимоотношениям интеллигенции и философии. Но значение этой работы шире обозначенной темы. Речь шла о падении интереса интеллигенции к поискам истины, которые заменяла внешняя борьба, ведущая к порабощению духа.

Среди интеллигенции России «Вехи» пользовались необычайной популярностью. Достаточно сказать, что в результате четырех переизданий тираж сборника достиг 16 тысяч экземпляров. Огромному по тем временам тиражу соответствовало беспрецедентное количество откликов в периодической печати (250 заметок в 1909–1910 гг.). В опровержение основных мыслей сборника публиковались заметки, статьи и даже целые книги, в том числе и далеких от философии авторов, которые нещадно критиковали Бердяева, Булгакова, Франка.

Кстати, Бердяев был знаком с С. Булгаковым еще по Киевскому университету. Именно ему он был обязан и знакомством с Лидией Трушевой. Благодаря тому же С. Булгакову Бердяев вошел и в московскую православную среду, в частности – в кружок М. А. Новоселова, где происходили жаркие дебаты на религиозные темы.

Вместе с Новоселовым и Булгаковым Бердяев побывал в Зосимовой пустыни, у почитаемых старцев Германа и Алексея. Эта поездка оказалась в какой-то мере решающей для философа. Он вспоминал позже: «Во всяком случае мне было ясно, что я не принадлежу к людям, которые отдают свою волю духовному руководству старцев. Мой путь был иной и, может быть, более трудный… я не мог смирить своего свободолюбия».

Кроме кружка Новоселова, Бердяев в эти годы был тесно связан с Религиозно-философским обществом в Москве, где делал доклады и выступал оппонентом других философов. В 1911 г. вышла его книга «Философия свободы», ставшая впоследствии знаменитой. В ней Бердяев утверждал, что истинное познание возможно только в истинном бытии. Оно остается неосмысленным в его «падшести» и «зле», заставляя искать смысл истории на путях дуализма. Поэтому подлежит «исправлению» само бытие – как личностное, так и вселенское.

В начале 1910 гг. Бердяев на некоторое время отошел от дел, связанных с религиозной и издательской деятельностью, всецело посвятив себя книге, которая по праву считается одной из вершин философской мысли России. Вышедший в 1916 г. труд назывался «Смысл творчества. Опыт оправдания человека». В нем Бердяев утверждал, что человек является творением, созданным по образу и подобию Творца. И оправданием человеческой жизни, основным содержанием ее и путем к спасению является творчество. «Творчество… есть обнаружение избыточной любви человека к Богу, ответ человека на Божий зов, на Божье ожидание». Бердяев сравнивает творчество с пророческим служением. Более того: творчество есть путь к осуществлению христианства в истории. Оно обращено к «Третьему Завету», призванному сделать человечество совершенным.

Занимаясь философскими размышлениями, Николай Александрович не оставался в стороне и от событий современности. За газетную статью в защиту монахов Свято-Пантелеймонова монастыря на Афоне, обвиненных в имяславческой «ереси», его отдали под суд, и угроза вечного поселения в Сибири оставалась реальной вплоть до отменившей все политические процессы революции.

Февраль и Октябрь 1917 г. Бердяев встретил в Москве. «Я пережил русскую революцию как момент моей собственной судьбы, а не как что-то извне мне навязанное, – писал он в «Самопознании». – Эта революция произошла со мной, хотя бы я относился к ней очень критически и негодовал против ее злых проявлений». В первые пореволюционные годы Бердяев вернулся к общественной деятельности. Осенью 1918 г. он организовал в Москве Вольную академию духовной культуры, где читали свои курсы А. Белый, Вяч. Иванов, С. Франк, устраивались семинары, публичные собрания с прениями. Сам Бердяев вел семинар по Достоевскому, читал курсы по «Философской религии» и «Философии истории». На основе последнего курса издал книгу «Смысл истории. Опыт философии человеческой судьбы», которую наряду со «Смыслом творчества» ценил больше всего из написанного им в доэмигрантский период.

Как позже писал Бердяев в «Самопознании»: «Значение Вольной академии духовной культуры было в том, что в эти тяжелые годы она была, кажется, единственным местом, в котором мысль протекала свободно и ставились проблемы, стоявшие на высоте качественной культуры». Вольная академия просуществовала три года и была закрыта в 1922 г.

Деятельность Бердяева, ставшего заметной фигурой в пореволюционной Москве, начала привлекать внимание новой власти. В 1920 г. он был арестован в связи с делом «Тактического центра», допрошен лично Ф. Дзержинским и освобожден без каких-либо последствий. В 1922 г. последовал второй арест, а в сентябре – высылка за пределы РСФСР по идеологическим причинам в составе 160 представителей интеллигенции, оппозиционно настроенных к новому строю. Вместе с Бердяевым уехали два самых дорогих ему человека – жена Лидия и свояченица Евгения Юдифовна Рапп. Первым местом жительства стал Берлин. Здесь философ написал фундаментальный труд «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы». Книга, опубликованная в 1924 г. в берлинском издательстве «Обелиск», была переведена на основные европейские языки и принесла автору всемирную известность.

Констатируя «конец новой истории», которая, по его мнению, не удалась, Бердяев вновь увидел мессианскую задачу для теперь уже пореволюционной России. «Мы вступаем в Европу, – утверждал он, – во многом аналогичную эпохе эллинистической… Культура перестает быть европейской, она становится всемирной. Европа вынуждена будет отказаться от того, чтобы быть монополистом культуры. Россия, стоящая в центре Востока и Запада, хотя страшным и катастрофическим путем, получает все более ощутительное мировое значение, становится в центре мирового внимания».

С лета 1924 г. Бердяевы обосновались во Франции, ставшей для них второй родиной. Супруги поселились в рабочем предместье Парижа – Кламаре, – где сначала снимали квартиру, а в 1938 г. переехали в собственный дом, полученный в наследство от друга семьи англичанки Флоранс Вест. Жили Бердяевы скромно, по выражению Николая Александровича, «как в монастыре, никаких развлечений, визитов, поездок (кроме необходимого лечения)». По воспоминаниям Л. Ю. Бердяевой, «единственный человек, с которым он сохранял дружеские отношения еще с киевского периода жизни, был Лев Шестов. С остальными же – знакомство или полная отчужденность».

В Париже Бердяев возобновил деятельность основанной им еще в Берлине религиозно-философской академии, которая открылась в ноябре 1924 г. при содействии Американского христианского союза молодых людей. С 1925 г. он издает «орган русской религиозной мысли» – журнал «Путь». Постоянный участник международных конгрессов, конференций, симпозиумов, Бердяев и сам организует встречи представителей католической, протестантской и православной религиозно-философской мысли.

Вынужденная эмиграция стала для философа экзистенциальным опытом внеиерархического существования, находящего опору лишь в «царствии Духа» – в личности. Первичность «свободы» по отношению к «бытию» стала четко осознанным и определяющим принципом его философии, о чем свидетельствует книга «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики», изданная в Париже в 1931 г.

1940-е годы оказались для семьи Бердяевых чрезвычайно тяжелыми: война, немецкая оккупация, нехватка топлива и продуктов, болезни, серьезная операция, перенесенная Бердяевым в 1942 г. Во время Второй мировой войны обострилось и его патриотическое чувство по отношению к России, заставившее однажды признать: «Я не националист, но русский патриот». Такая позиция грозила арестом, но, как выяснилось после войны, кто-то из высшего германского командования считал себя знатоком и покровителем философии, и это спасло Бердяева от преследований гестапо.

Через несколько месяцев после Победы Бердяев пережил большое горе – в сентябре 1945 г. похоронил жену, которая на протяжении почти сорока лет была для него единственной любимой женщиной. Ее памяти посвящена одна из последних книг философа – «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого».

Первой послевоенной книгой Бердяева стала «Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX и начала ХХ веков», написанная в 1946 г. и посвященная концептуальному осмыслению русской мысли и культуры. Он продолжал работать и над книгой «Самопознание. Опыт философской биографии», начатой еще в 1940 г. и опубликованной уже посмертно в 1949 г. благодаря Евгении Рапп.

В конце жизни Бердяев получил ученую степень доктора Кембриджского университета, был даже представлен к Нобелевской премии, но получить ее не успел. 23 марта 1948 г. Николай Александрович скончался.

Философское и литературное творчество Бердяева обширно. Его перу принадлежит более 450 работ. Но о чем бы ни писал философ, он всегда был верен главному направлению, которое определил для себя еще в юности: «Меня называют философом свободы… Свобода для меня первичное бытие. Своеобразие моего философского типа прежде всего в том, что я положил в основание философии не бытие, а свободу. В такой радикальной форме этого, кажется, не делал ни один философ. В сущности, я всю жизнь пишу философию свободы, стараясь ее усовершенствовать и дополнить».

Карл Густав Юнг

(1875 г. – 1961 г.)

Швейцарский психиатр, психолог, основатель аналитической психологии. Основные сочинения: «Метаморфозы и символы либидо»; «Психологические типы»; «Отношения между Я и бессознательным»; «Психология бессознательного», автобиографическая книга «Воспоминания, сновидения, размышления»; «Человек и его символы».