Битва

Кремень вновь бахнулся лбом о камень, рухнул на землю и, ухватив меня за ноги, зарыдал:

— Умоляю, помоги! Настя осталась без опекуна, из всей родни — одна сиделка. Еще месяц-другой — протухнет моя тушка в «коматознике», или прознают ювеналы и вытащат внучку из капсулы да переведут в соцприют, на сиротскую койку, до совершеннолетия! Не увижу больше кровиночку, потухнет моя звездочка без солнца Друмира, не жить ей, беспомощно уставившись в грязный больничный потолок!

Я тяжело вздохнул — накрылась анонимность…

— Ладно, Кремень, слушай сюда! Мне нужна будет помощь твоего клана, влияние в альянсе и абсолютная лояльность! Помни, можно ведь не только в срыв увести, но и обратно вышибить душу в реал!

Угрожая, я блефовал, но произнеся фразу, задумался — а вдруг?! На ком бы попробовать?

Кремень с надеждой поднял глаза:

— Так я зову внученьку?

— Давай сюда свою Машеньку… — за показной грубостью я прятал смущенье. Тяжело было видеть несчастного окровавленного старика стоящего на коленях.

Впрочем, к Кремню на глазах возвращался его легендарный стальной стержень. Сбросив со спины невидимый крест и оковы стальных вериг, он поднялся на ноги и прошептал что-то в приватный аудио-канал.

Демонстрируя хорошую работу разведки и знание портальных координат, рядом хлопнуло окно гейта.

Хм, обычная девчушка лет пятнадцати. Лицо по-фамильному безэмоционально, мимические мышцы в полном игноре у организма. Неужели реальный образ? В принципе, для облегчения срыва, это крепко рекомендуется на профильных форумах. Клан-тага у нее не было, видать Кремень не афишировал наличие своих уязвимых точек.

— Настенька! Иди сюда, милая… — в голосе кланлида я впервые услышал любовь и ласку. Кто бы мог подумать?!

— Делай все, что тебе прикажет Первожрец, пожалуйста!

— Все?! — глаза девчушки возмущенно вспыхнули.

Эх дед, разве ж можно так с подростками в период их острого противостояния всему миру?

Я присел на корточки — мой теперешний рост не способствовал легкой коммуникации с мелкокалиберными девчушками.

— Настя, я попытаюсь помочь тебе навсегда остаться в Друмире, уведу в срыв. Ты ведь хочешь этого?

— Раздеваться? — переспросила язва, щелкая застежками кольчужной брони.

Тяжелый водопад стальных колец рухнул к ее ногам, девушка перешагнула через плетеные волны, и, приняв подсмотренную в кино секси-позу, изогнула спинку, выпячивая сквозь обтягивающий шелк невеликие прелести:

— Срывайте!

— Настя! — гаркнул возмущенный дед.

Девица лишь фыркнула, я ухмыльнулся и покачал головой:

— Даже не мечтай, микро-принцесса. Просто расслабься, перестань втягивать живот и выпячивать грудь — не на пляже. Оглянись, посмотри на деда — любишь его, хочешь быть рядом? Взгляни на небо — пронзительная ведь синева, всяко лучше пыльного потолка детдома. Бабочки, друзья, единороги — что тебе мило? Думай об этом!

Девица реально закрутила головой, чуть потупилась, обхватила себя руками за плечи, пряча едва прикрытую шелком задорно торчащую подростковую грудь.

— Извините… Это я так… Сама не знаю с чего дурю…

— Я понимаю. Все будет хорошо, испугаться не успеешь. Я ведь Первожрец, мне это раз плюнуть, ты знай, верь и не сомневайся. Готова?

Дождавшись утвердительного кивка, я прикрыл глаза, вгоняя разум в заякоренное состояние «Первого, после Павшего». Пролистывая в сознании все совершенные доселе чудеса, накачивая себя уверенностью, властью над миром и пониманием, что «право имею»!

Щедро зачерпнул в себе силу Искры Творца, потянулся к Насте:

— Нарекаю тебя тайным именем: Дерзкая!

Энергия якорем ухнула в бездонные глубины, стремительно вытягивая силы, словно разматывающаяся следом цепь. Чувствуя леденящий холод, пугающе быстро охватывающий душу, я нахмурился и торопливо забросил в топку весь запас жреческой Святости.

Мало! Полыхнуло, мгновенно сожгло скудное топливо, льдом прихватило суставы на ногах.

Не хватает сил! Рвать стальной трос не поддающегося срыву персонажа, это совсем не то, что рубить нити обычных игроков!

Руки слепо зашарили на поясе. Ухватив пару Малых Кристаллов Силы, сжал их ладонями. Драгоценные артефакты безропотно отдали накопленную ману и рассыпались в пыль. Коэффициент трансформации энергии — ничтожен, тут не поможет даже Стационарный Накопитель!

Начали отказывать ноги. Я захрипел, горлом пошла кровь, осел на одно колено. Оценив происходящее, заплескалась паника в глазах Кремня.

И тут, Сила вновь хлынула в меня полноценным потоком. На плечи легли руки Младкора, Аналитика и Оркуса, образовав тем самым простейший Магический Круг.

Пользоваться своей Искрой мои криворукие братья практически не умели, но служить батарейками были вполне способны. Постанывая от мгновенной разморозки мышц, я вновь встал на ноги, и варварски зачерпнув заемную силу одним ударом припечатал девчонку к Друмиру.

— Живи вечно! — прохрипел я, в унисон со своими ближниками харкая кровью.

— С Днем Рожденья! — улыбнулся Оркус, утирая алые дорожки из ноздрей.

Впечатленный увиденным Кремень, вновь бухнулся на колени:

— Отслужу! Душу не пожалею! — ухватив Настюху за подол рубахи шикнул. — Благодари Первожреца!

Девица была немало ошарашена обилием юшки на наших лицах, но подростковый максимализм и дареное имя пересилили:

— Проверить бы надо…

Дед возмущенно вскинулся, но я лишь устало кивнул:

— Дело говорит. Жми на логаут. Не дрейфь, Дерзкая!

Настя глубоко вздохнула, взгляд ее на мгновенье расфокусировался, замер, а затем вспыхнул вселенским счастьем:

— Деда! — внучка бросилась на колени, обнимая Кремня.

Воссоединившаяся семья рыдала на плечах друг друга, не стесняясь окружающих.

— Истинное чудо… — странно набожным голосом произнес Оркус, незаметно вытер угол глаза и склонился передо мной в глубоком поклоне.

Я беспомощно оглянулся на своих ближников, но только лишь для того чтобы заметить как Младкор осеняет себя знаком Святого Круга.

С ума все посходили, что ли?!

Глава 11

«Микро-кластер Речи Посполитой. Окрестности столицы, «Нубятник»: в локации: 2.140 человек.

— Динг! — как-то грустно и обреченно сказал Томаш, обращаясь к своим соратникам по фарму диких кроликов. — Десятый…

— Донг! — ехидно прозвучало над ухом.

Из стелса выпала укутанная в лохматый плащ фигура, взмахнула парой клинков, дырявя противнику почки. Глядя как падает на землю надгробная плита, она вытерла кинжалы о рукав и обратилась в пустоту:

— Это мы удачно мимо проходили!

Как ни странно, но легкий ветерок ответил:

— Угу, я-то думал, что уже всех, кто старше червонца — распугали. Ладно, погнали — делать тут больше нечего. Переходим в сектор 3-А.

Русский пластун подмигнул гневно раздувающим ноздри ляхам, и активировал стелс. Лишь дорожка примятой травы указала примерное направление движение вражеских рог. Высланная на перехват «Анти-ПК» группа оказалась мгновенно вырезана тройкой объединившихся террор-отрядов. Как ни странно, вещи поляков никто не тронул.

До получения статуса «Святой Бессребреник» звезде пластунов осталось совсем немного…»

Затихло эхо портала, унесшего Кремня с Дерзкой Настей. Утерли с лиц юшку мои ближники.

Я же чуть насторожился. Вытирая кровящий нос по дворовому — рукавом, ощутил песочный скрип и эффект наждака. Уж не пытается ли моя кровушка кристаллизироваться? Все ж таки я далеко ушел по лестнице в небо.

Чур, меня, чур! Только этого еще не хватало — отловят, поставят в стойло, и начнут цедить по капле. Каждый процент к иммунитету бесценен, в Друмире и за меньшее садят на рабскую цепь.

Воровато оглянувшись, стряхнул песок с рукава.

Привлек внимание народа риторическим вопросом:

— Так говорите Павший не спешил на помощь?

Офицеры согласно и обижено загудели. Такой подляны от главы пантеона никто не ждал. Когда не надо, то он вечно нервирует соклановцев своим присутствием — сидит на ступенях Первохрама и жмурится на солнышко прокурорским взглядом. А как реальная нужда настала, то мелькнул лишь на мгновенье — схватил скандалящую бабу в охапку и срулил в небесные дали!

— Ну-ну… — многообещающе протянул я, работая на публику и набираясь решимости как перед важным звонком начальнику.

Усилием воли вдавил пиктограмму «Обращения к Богу».

— Неназываемый!

Тишина…

— Але, директор!

Молчание…

Напряженно вслушиваясь во вселенский эфир, я словно из-за закрытой двери уловил звуки далекого семейного скандала.

Хрена-се, меня на запчасти разбирают, а они там отношения выясняют?

— Триста одиннадцатый, твою кристаллическую душу бога мать! — гаркнул я с яростью, сшибая невидимые таблички «Не беспокоить» и заставляя вздрогнуть соратников.

— Что?! — немедленно прилетело в ответ, с не меньшей злобой лупя мне по мордасам, и вышибая веер кровавых брызг из разбитых губ.

Сплюнув бордовый комок, я оскалился:

— Отвлекись от юбки, у нас война! Первожреца чуть не просрал, меня Ллос два месяца в Чертогах на запчасти разбирала, а до тебя не доораться, покровитель небесный…

Заканчивал я уже значительно тише, но с ноткой легкого презрения. Шел ва-банк, ибо реально — Павший не прав!

Эхо скандала накрыло меня с головой. Эх, говорил мне батя — не лезь в чужие семейные разборки. Они-то помирятся, а вот ты по-любому останешься крайним.

Истеричные нотки Макарии обрубил звук смачной пощечины. Все, алес капут! Свидетельства такого позора богиня мне точно не простит!

Фигура Павшего материализовалось одновременно с коротким хуком в мою многострадальную челюсть.

— Не борзей! — рявкнул Неназываемый. Но практически мгновенно смягчился, и чуть ли даже не извинился — Макарушка, суицидница моя олимпийская, жилы на кулак наматывала…

Ухватив меня стальными пальцами за подбородок, он внимательно и с тревогой всмотрелся в глаза.

— Да нормально все со мной! Я и не рассчитывал прожить всю жизнь и ни разу не получить по морде, хотя, хотелось бы пореже…

Мотнув головой, попробовал вырваться из божественной хватки и сплюнуть зубное крошево.

— Хрен там нормально… — сплагиатил Павший мое выражение и парализовал борзого Первожреца одним щелчком пальцев.

Бог неожиданно стал очень серьезным, наморщил лоб, глаза превратились в амбразуры дота. Жестом шарлатана-экстрасенса он вскинул руки, и меня придавило мегатонным энергетическим прессом.

Физическое тело пропускали сквозь мелкое магическое сито. С невероятной скоростью Первожреца разбирали на молекулы, каждую из которых внимательно осматривали, протирали тряпочкой и бережно возвращали на место.

Меня буквально выворачивало наизнанку, черный пот выдавливало сквозь поры. Блестящие ониксовые бусины выпускали хитиновые лапки и осыпались на землю крохотными злыми паучками.

Мои глаза от ужаса лезли из орбит, в горле подымался тяжелый шевелящийся ком.

Павший взмахнул жестом дирижера, парализация мгновенно отступила, и меня пригнуло к земле, выворачивая пенящейся жижей и огромным мохнатым пауком — черной вдовой с крестом во всю спину и полными ненависти глазами.

Я отшатнулся и позорно рухнул на задницу. Нога Неназываемого с хрустом раздавила членистоногую тварь, на жвалах которой уже набухала дымящаяся мутная капля.

При взгляде на мохнатые гнойные остатки, меня стошнило еще раз, теперь уже по настоящему, без угрюмых магических спецэффектов.

— Скриншот… Первый блюющий в Друмире. Премия в десять тысяч золотом… — ошарашено пробормотал Младкор.

— Сотри нах… Удавлю… — только и смог прошипеть я, с благодарностью принимая от Аналитика флягу и торопливо полоща рот.

Пулеметная очередь персональных гейтов заставила меня поднять голову. Е-мое, этим-то что надо?!

В оседающей пыли перед нами материализовалась боевая пятерка вирткопов-силовиков и набивший уже оскомину старший инспектор Ник Макойл.