Кодекс Дракона

— Храм бога-сына постарался, — сказал Рикки, массируя себе виски. — Иметь по дому в каждом городе нашего королевства слишком накладно даже для верховного дознавателя. Поэтому жилье предоставляет на время расследования тот храм, который попросил меня о помощи в решении тех или иных вопросов.

Действительно, во имя удобства гостей Рикки пришлось отступить от своего привычного аскетизма. В гостиной, помимо нескольких кресел, удобных даже на первый взгляд, стоял широкий низкий диван, заваленный подушками, и столик, сплошь уставленный разнообразнейшими напитками.

— Надо же, — проговорил я, невольно облизываясь. — Прямо как к Лантию попал. Надеюсь, никто не будет возражать, если я немного выпью? Замерз так, что зуб на зуб не попадает.

— Выпей, — равнодушно разрешил Рикки, устало потирая лоб. — Пожалуй, тебе это важнее всего. Дарманы в период активной ассимиляции заклятия очень болезненно переносят холод.

— Спасибо! — Я обрадованно кинулся к столику, даже не пытаясь вспомнить, что означает слово «ассимиляция». Жадно плеснул из ближайшей бутылки, лаконично подписанной «самогон», и в один глоток опустошил кружку. Стоит признать, вот такой подход к хранению напитков мне намного больше нравится. А то у Лантия никогда не знаешь, что наливает тебе любезный хозяин: то ли изысканное вино, то ли самый страшный яд.

— А я, пожалуй, дождусь, когда милая девушка принесет вина, — проговорил Борг. — Не люблю крепкие напитки. Особенно в грозу. Так действительно рискую молнию за хвост поймать.

После чего вновь развел руки в разные стороны, как только что в прихожей, и…

Я едва успел прикрыть глаза рукой, расплескав от неожиданности недопитые остатки алкоголя. От великана вдруг полыхнуло нестерпимым жаром. Бесцветное жгучее пламя поднялось до потолка, лизнуло его и тут же опало, словно его никогда и не было. А Борг остался стоять посреди комнаты абсолютно в сухой одежде, на которой не осталось и следа от гари или дыма.

— Обалдеть, — потрясенно прошептал я. Не удержался, подошел к лучащемуся удовольствием от произведенного эффекта великану и на всякий случай невежливо потрогал его за локоть — не рассыплется ли он в прах от малейшего прикосновения. Но нет, Борг стоял передо мной вполне живой и здоровый.

— Это магия огня, — самодовольно произнес он. — У тебя тоже есть к ней способности, но не столь большие. Как только превратишься в полноценного дракона — твой дар возрастет многократно, учти.

Рикки сделал предупреждающий жест рукой, останавливая дальнейшие откровения зеленого дракона. И сразу же в комнату влетела запыхавшаяся Нарка, неся перед собой поднос с несколькими изящными бокалами из эльфийского хрусталя и графином, в котором плескалась ярко-рубиновая жидкость.

— Какую одежду прикажете подать?

Нарка осторожно поставила свою ношу на столик между креслами и замерла в подобострастном поклоне, испуганно впившись глазами в лицо своего хозяина.

— На твой выбор. — При виде такой преданности служанки Рикки скривился, словно от сильной боли. — Да, заодно и моему гостю что-нибудь подбери. Вряд ли тебе это будет сложно. У нас примерно одинаковые рост и комплекция.

И он кивнул на меня, показывая, кого именно имел в виду.

— Конечно, хозяин. — И Нарка стремглав кинулась выполнять поручение хозяина.

Едва только за девушкой закрылась дверь, как Борг обернулся к Рикки с весьма недовольным выражением лица.

— На любовь это не похоже, — резюмировал он свои наблюдения. — Скорее на то, что бедняжка боится тебя до полусмерти. Что ты с ней сделал?

— Я ее и пальцем не тронул, — с неохотой отозвался Рикки. — Напротив, спас жизнь, умудрившись вырвать из самой пасти болотного нетопыря. Другое дело, что при этом подвиге ей не повезло увидеть мой… хм… ну, скажем, истинный облик. Она едва не тронулась умом. Поскольку тогда на топях погибла вся ее семья, мне пришлось взять Нарку к себе служанкой. Плачу я ей более чем щедро, объясняя это тем, что работа на меня весьма тяжела. Надеюсь, в скором времени она перестанет страдать от ночных кошмаров, пересчитает полученные за верную службу деньги, поймет, что скопила неплохое приданое, и счастливо выйдет замуж. Жду этого с нетерпением. Самому надоело мучиться от чувства вины, глядя в ее перепуганные глаза, стоит лишь немного повысить голос.

Я покачал головой, пытаясь скрыть улыбку. Надо же. Кто бы мог подумать, что безжалостный храмовник, дознаватель, которого к ответу может призвать лишь королева, настолько сентиментален?

— Хватит об этом! — Рикки раздраженно фыркнул, прерывая неудобный для себя разговор. — Хватит. А то я чувствую себя так, словно вынужден оправдываться за тот поступок.

— Хватит так хватит. — Борг вновь дружески ухмыльнулся мне. — Зачем же так орать? Не приведи боги. Нарка услышит — вообще заикой станет.

Рикки прорычал что-то невразумительное, заливаясь краской гнева, но в последний момент взял себя в руки.

— Похоже, идея лишить тебя крыльев не так плоха, как мне показалась на первый взгляд, — медленно, практически по слогам проговорил он, в упор глядя на Борга. — Учти, по храмовым законам драконы относятся к одной из самой опасной разновидности нечисти. Еще немного, и я соглашусь с этим.

Борг обиженно задрал подбородок, но внял недвусмысленному предупреждению Рикки. Нагнулся к столику и налил себе полный бокал пряного горячего вина, от которого пахло корицей и имбирем.

— Ну? — спросил я, едва ли не пританцовывая на месте. — Теперь я могу навестить Флоксу? Где ты ее держишь?

— Там же, где и тебя не так давно. — Рикки махнул в сторону приоткрытой двери, ведущей на второй этаж. — Беги, несчастный влюбленный.

«Я не влюбленный», — хотел было, по обыкновению, огрызнуться я, но прикусил язык. Эх, да ладно. Хватит уже людей смешить.

Флокса действительно спала в той самой комнате, в которой некогда очнулся и я. Она, по обыкновению, сбросила подушку на пол и откинула одеяло в сторону. Я тихо присел на краешек постели, стараясь не разбудить ее, и невольно залюбовался. Флокса выглядела сейчас просто прелестно: раскрасневшиеся от дремы щеки, разметавшиеся по простыни темные волосы и легкая улыбка. Похоже, Рикки прав, и этот сон не приносит ее никакого вреда.

«Идиот ты, Шени, — неожиданно оживился внутренний голос, о существовании которого я успел запамятовать. — Глупый слепой идиот. Конечно, этот сон не приносит ей никакого вреда. Но сумеешь ли ты прервать его, если с Рикки что-нибудь случится?»

— А почему с Рикки что-нибудь должно случиться? — спросил я, уже зная ответ, который мне даст бог-отступник.

«Потому что ты обязан его убить! — Внутренний голос аж взвизгнул от негодования. — Обязан, понимаешь? И я не позволю тебе увильнуть от клятвы».

— Не надо так орать, — пробормотал я. Провел рукой по щеке Флоксы, убирая слипшиеся от испарины волосы.

«Ты уже понял, куда я клоню. — Бог-отступник теперь говорил холодно и размеренно. — Шени, дурья твоя башка. Рикки взял Флоксу в самые обыкновенные заложницы. Теперь ты не сможешь напасть на него, не подумав прежде, как это отразится на Флоксе. То есть ты потерял главное преимущество наемного убийцы: внезапность нападения».

— Но как я мог отказаться от его предложения? — залепетал я, чувствуя себя на редкость паршиво. — Флоксе на самом деле было плохо. И она действительно мешала нам расследовать это дело. Учти, я не только тебе принес клятву, но и Лантию.

«Флокса не больна, — прервал меня внутренний голос — Она здорова, как может быть здорова женщина в ее положении».

— О чем ты? — Я напрягся, ощущая в словах бога-отступника скрытый сарказм.

«О чем? — Внутренний голос мерзко захихикал. — Ну и ну! Неужели надо объяснять тебе столь очевидные вещи? Недомогание по утрам, тошнота, резкая реакция на запахи. Симптомы ничего не напоминают?»

Я молчал, не понимая, куда клонит мой собеседник.

«И этого человека я выбрал в качестве проводника своей воли, — пожаловался бог-отступник, осознав, что вряд ли дождется от меня чего-либо. — Шени, она беременна».

— Что?! — Я поперхнулся, с ужасом глядя на совершенно плоский живот подруги. Как это беременна? От кого? Когда? Почему?

«Почему? — Бог-отступник явно веселился, читая мои встревоженные мысли. — А ты не знал, что, когда занимаешься с женщиной тем, чем обычно занимался ты с Флоксой, от этого появляются дети? Даже самые надежные противозачаточные отвары иногда дают сбой. Я уж умолчу о том, что твоя зазноба их не пила последние полгода».

— Как не пила? — обескураженно взвыл я, не ожидая такой новости. — Но мы же договаривались!

«Это ты с ней договаривался. А она решила, что хочет от тебя ребенка. И сделала его. Привыкай к нелегкой мужской доле. Думаю, этот мир обезлюдел бы, если бы все в нем рождались только по обоюдному согласию. Хотя не могу сказать, что такой вариант меня разочаровал бы».

Я, по обыкновению, пропустил ворчание бога-отступника мимо ушей. В голове не укладывалось происходящее. Значит, я скоро стану папой? Вот так вот легко? Но я же не готов! А как же моя работа? Я же наемный убийца! Если кто-нибудь когда-нибудь узнает о существовании моей семьи, то я стану более чем уязвим. Дани уже пыталась попасть в гильдию, воспользовавшись правилом «абсолютного превосходства» и использовав для этих целей Флоксу. А тут ребенок! Нет, это совершенно исключено! Я не готов к такой ответственности.

«Если ты скажешь об этом Флоксе, то она надает тебе пощечин и навсегда уйдет из твоей жизни, — безразличным тоном предупредил бог-отступник. — Но речь не об этом. Я больше не могу ждать, Шени. Сегодня ночью Дани попытается убить Лантия. Неважно, получится у нее это или нет, но история на этом завершится. Рикки больше ничто не будет держать в Лутионе. Значит, ты обязан убить его именно сегодня ночью».

— Но как?! — вполголоса застонал я. — И потом, если с ним что-нибудь случится, то сам же сказал, что тогда может пострадать Флокса.

«Это твои проблемы, не мои, — жестокосердно отмел мои возражения бог-отступник — Решай их сам».

— А книга? — схватился я за последний аргумент. — Он же еще не отыскал пропавшую книгу! Значит, будет обязан задержаться в Лутионе.

«Шени, книга почти у него, — насмешливо фыркнул внутренний голос — Это же элементарно. Роммий посещал три дня в неделю определенный кабак. Посещал, по всей видимости, не просто так, с намерением напиться, а потому что у него была назначена там встреча. И именно в этом кабаке вас сегодня ожидал Борг. Неужели трудно понять, что старик отдал книгу твоему приятелю? Неважно, для каких целей, это можешь у него спросить. А потом Роммий ждал его там, намереваясь вернуть ее. Но не получилось. Ты добрался до него первым».

Я пристыженно промолчал. Все равно не понимаю. Почему главный архивариус отдал ценную вещь на хранение Боргу, у которого на лбу написано, что он имеет отношение к одной из запретных гильдий?

«Это детали, не имеющие никакого отношения к твоей клятве, — раздраженно оборвал мои мысли внутренний голос. — Мое слово сказано. Сегодня ночью ты убьешь Рикки. Или я убью тебя, и после смерти ты испытаешь такие муки, что даже представить себе не можешь».

Н-да, весомое предупреждение, ничего не скажешь. Пожалуй, его при всем желании нельзя игнорировать.

Часть III

ГЛАВНОЕ ПРАВИЛО ДРАКОНА:

НЕ ПРОСИ ПОЩАДЫ!

Непогода разбушевалась не на шутку. Сиреневые молнии били одна за другой, хоть немного разбавляя темноту ненастного утра. Я застонал и прислонился пылающим лбом к прохладному стеклу, не смея обернуться к мирно спящей Флоксе. История вновь повторяется. Я должен буду пожертвовать ею и моим не рожденным ребенком, исполняя данное богу-отступнику обещание. Какая ирония судьбы! Не так давно я заключил эту сделку, чтобы спасти жизнь Флоксе. А теперь вынужден принести ее в жертву, следуя условиям договора.

В комнате было тихо и темно. Лишь шум дождя за окном, унылые завывания ветра да едва слышное дыхание девушки нарушали спокойствие этого места. А вот в моих мыслях мира не было и в помине. Ну, Шени, попробуем рассуждать логически? Как же выбраться из этой передряги с наименьшими потерями?

Я открыл глаза и мрачно уставился на сумеречную хмарь за окном. Итак, задача номер один. Я должен убить Рикки. Неважно, что он мне нравится, неважно, что он способен размазать меня одним пальцем. И неважно, что это будет стоить жизни Флоксе. Просто должен, если не хочу провести вечность в могиле с тарантулами.

Разумнее всего сделать это после того, как он разберется с Дани. Черный дракон и полудемон. Противники стоят друг друга. Знатная получится схватка. И я не собираюсь ей мешать. Возможно, Дани окажет мне услугу и смертельно ранит Рикки. Тогда я добью его. Отступники, как же противно об этом рассуждать! Добить раненого человека, который спас тебе жизнь. Н-да, ничего не скажешь, достойный поступок для верного слуги бога-отступника.

Я мотнул головой, отгоняя ненужные мысли. Главное, сосредоточиться на деле, сантименты будут потом. Продолжим. Даже если Дани не убьет его, то наверняка вымотает. Следовательно, моя задача немного упростится. Но боюсь, что недостаточно. Рикки слишком умелый воин и слишком сильный маг. Для верности надо придумать что-нибудь еще. Чтобы не оказаться в решающий момент один на один с разъяренным полудемоном. Страшно представить, с кем или чем я могу столкнуться. Не зря Нарка до сих пор кричит от ужаса по ночам, вспоминая представшего перед ней однажды в истинном облике Рикки. А ведь он тогда вырвал ее из лап нечисти, в то время как со мной, думаю, дело будет обстоять совсем иначе. Хотя… Кажется, у меня есть один козырь в рукаве.

Я прищелкнул пальцами, создав небольшой шар света. Скинул рубашку и повернулся к зеркалу, рассматривая свою татуировку. Все мое тело теперь покрывала чешуя дармана. Тогда, в доме Роммия, я уже ощутил эту грозную силу. Возможно, удастся призвать ее на помощь опять? Борг сказал, в грозу метаморфам легче всего менять облик. Конечно, до настоящего дракона мне еще далеко, но и дарман намного сильнее, выносливее и живучее человека.

Я невольно содрогнулся от отвращения, вспомнив, в какую жуткую тварь превратился Роммий. Затем упрямо сжал кулаки. Что же, если другого выбора нет, то пусть будет так. Все лучше, нежели та участь, которой мне грозит бог-отступник в случае поражения.

Я медленно затянул шнуровку, приводя одежду в порядок. Подошел к Флоксе и ласково поцеловал ее в лоб.

— Любое заклятие перестает действовать после смерти того, кто его наслал, — негромко произнес я, сам не веря в свои слова. — Я убью Рикки и вернусь за тобой, обещаю. И пинками выгоню из земель мертвых, если ты осмелишься спрятаться от меня там.

Флокса что-то пробормотала во сне, словно споря со мной. Перевернулась на спину и бережно сплела руки на животе. Я с присвистом втянул в себя воздух, укрыл ее одеялом и вышел из комнаты, почти не надеясь когда-нибудь вернуться сюда вновь.

* * *

Подойдя к лестнице, ведущей на первый этаж, я остановился. Снизу доносились приглушенные голоса Рикки и Борга. Они о чем-то спорили… Понимаю, что подслушивать нехорошо, но на этот раз любопытство оказалось сильнее меня. Поэтому я приник к перилам и напряг весь свой слух.

— Я не отдам тебе книгу! — злым свистящим шепотом заявил Борг. — Ты вернешь ее храмовникам бога-сына.

— Верну, — спокойно подтвердил Рикки. — Потому что она принадлежит именно им.

— Ну да, конечно, — с явным сарказмом протянул великан. — Есть только одна маленькая деталька: храмовники используют ее во вред окружающим. Знания, которые заключены в этой книге, слишком опасны. Все эти кровавые обряды и жертвоприношения. Фу, мерзость какая! Неужели сам не понимаешь, что рано или поздно найдется тот, кто захочет получить небывалую власть благодаря этой книге?

— Понимаю. — Рикки кашлянул. — Поэтому я должен быть уверен, что книга находится в надежных руках. Поверь, ее поместят в самую закрытую и надежно охраняемую библиотеку Тририона. Никто посторонний не сможет до нее добраться при всем желании.

— «Никто посторонний», — повторил Борг со странной интонацией. — А как насчет высокопоставленных храмовников? Однажды храм бога-сына уже запятнал свою репутацию тем, что решил провернуть один рискованный ритуал, описанный в этой книге. И тебе об этом должно быть известно лучше кого бы то ни было. Потому что своим появлением на свет ты обязан ему.

— А также смертью матери. — В голосе Рикки прозвучала затаенная грусть. — И сущностью полудемона. Борг, и после всего этого ты полагаешь, что я допущу нечто подобное вновь? Не беспокойся. В этот раз книга окажется действительно в надежных руках.

— И все же я не верю, — упрямо заявил великан. — Когда-нибудь хранитель книги может не устоять перед искушением. Людям свойственно меняться.

— Драконам тоже, — негромко заметил Рикки.

Внизу повисла напряженная пауза. Я не мог сейчас видеть разговаривающих, но готов был поклясться, что они схлестнулись в молчаливой битве взглядов.

— Почему Роммий отдал тебе книгу? — наконец прервал затянувшуюся паузу храмовник. — Ты угрожал ему?

— Нет. — Борг хмыкнул. — Об упокоенных не принято говорить плохо, но этот старикашка был на редкость гнусным типом. Удивительно, что ему повезло некогда убить дармана. Верно, тот лишь недавно был отмечен татуировкой и не успел получить всю причитающуюся ему силу. Но не в этом суть. За все прошедшие с того момента годы Роммий так не сумел смириться с драконьими чарами. Слишком чужие и чуждые они были для него. Да о чем говорить, если даже Шени почуял запах татуировки лишь за неделю до гибели Роммия. Пожалуй, впервые он превратился в дармана именно тогда, когда встретился с нашим приятелем в нижнем городе. И то, это случилось лишь потому, что он страшно испугался за свою жизнь. Роммий был готов отдать все, лишь бы избавиться от этого, как он считал, проклятия. Поэтому и выпросил книгу у своей давней приятельницы, надеясь обнаружить в ней спасительный рецепт.

— Но не нашел его, — понятливо закончил за него Рикки. — Это все понятно, но как он вышел на тебя?

— Дарманы — это драконы, которые еще не приняли своей сути, — мудрено выразился Борг. — Наверное, их можно назвать нашими младшими братьями. Дарманов тянет к нам. А мы узнаем их по первому же взгляду. Так и Роммий узнал во мне дракона, хоть сам до конца не принял свой дар. Мы столкнулись в одном из кабаков Лутиона, где Роммий в очередной раз набирался самогоном, пытаясь забыть о проклятой татуировке на своем теле. Разговорились. Я дал понять Роммию, что знаю о его проблеме. Даже подарил чешуйку со своего хвоста, доказывая, что на самом деле являюсь драконом. Выпивка развязала язык Роммию, поэтому он быстро признался мне во всем. Рассказал и о книге, и о надежде стать обычным человеком. И я… Я пообещал помочь ему, если он даст мне книгу. Не навсегда, всего лишь на несколько недель. Сказал, что она поможет мне в поисках противоядия. Мол, храмовники не о всех вещах пишут прямо. Возможно, рецепт зашифрован на одной из страниц. Роммий, конечно, не сразу мне поверил, но потом согласился, пригрозив, что, если я обману его, он выследит меня и набросит ошейник, после чего сдаст храму бога-сына. Лишь небо знает, как он его раздобыл. Наверное, остался со времен охоты на того дармана, от которого в итоге и перешла к нему татуировка. И мы уговорились, что как только я обнаружу что-нибудь интересное — то вновь приду в этот кабак. Естественно, Роммий не знал, где меня искать, а я сделал вид, что не знаю, какую маску он носит в повседневной жизни. Поэтому выбрали определенные дни недели для встречи. Понятное дело, больше встречаться с Роммием я не собирался. Если честно, его угрозы меня мало впечатлили.

— Но ты все-таки пришел в кабак, — холодно отметил Рикки. — Почему?

— Потому что знал, что встречу там тебя. — Борг негромко рассмеялся. — Рано или поздно ты бы все равно меня выследил. К чему откладывать неизбежное?

— Действительно.

В гостиной опять повисло молчание. Я уже совсем собрался спуститься, даже поставил ногу на первую ступеньку, но следующий вопрос Рикки заставил меня замереть на месте.

— Что ты думаешь про Шени? — спросил он. — Ты же дракон, а он, как-никак, дарман. Сам же говорил, что вы чувствуете друг друга. Какой он человек?

— Странный, — лаконично ответил Борг. Подумал немного и добавил: — Пожалуй, самый странный из всех наемных убийц, с которыми мне доводилось сталкиваться. С собственным кодексом чести и понятиями о справедливости. И вместе с тем один из самых успешных в нашей гильдии. Которому к тому же феноменально везет. И потом, я думаю, даже ты не в курсе всех его способностей и талантов. К примеру, ты знаешь, каким образом ему удалось в одиночку взять штурмом «Последний приют странника» и убить одного из заклинателей?

— Нет, не знаю, — медленно проговорил Рикки.

— Вот и я не знаю, — печально проговорил Борг. — Хотя был бы не прочь расспросить Шени по этому поводу. Слава богам, мне тогда не довелось защищать постоялый двор. Но те, кто там был, рассказывали настоящие сказки. Что Шени был повсюду и в то же время — нигде. Что он скользил над землей, растворялся под ударами и возрождался вновь. Как такое возможно?

— А мы сейчас у него спросим, — с самодовольной интонацией проговорил Рикки. — Эй, Шени! Давай, спускайся. Хватит уже подслушивать.

Я зло ругнулся. Проклятый храмовник! Никак от него не спрятаться. Все наперед знает.

Ноги отказывались нести меня в гостиную. Я знал, что там меня ждет очередной настоящий допрос. И не имел никакого желания вспоминать деяния былых дней. Слишком… Слишком дорого мне обошлась победа в том бою.

— Ну? — Рикки с самой доброжелательной улыбкой взирал на меня из кресла. — Расскажи про штурм постоялого двора. Один против всей гильдии. Это невероятно!

Я смотрел в светлые прозрачные глаза храмовника и понимал, что все равно не смогу ничего скрыть. Он видит меня насквозь. А я при всем желании не в силах заблокировать свои мысли. Да и не хочу, наверное. Пусть это станет не только моим кошмаром.

— Я заключил сделку, — сухо произнес я. — Есть у нас в гильдии один связной, Таркаш, который принадлежит сумеречному народу. Слышал небось о таких созданиях. Которые умеют растворяться во тьме и возрождаться из нее. Жонглируют тенями, черпают из них силу. И платят своей душой за это могущество.

— Сделку? — Рикки удивленно вздернул брови. — Да ты настоящий любитель сделок, как я погляжу. И какими же были ее условия?

— На один день я стал одним из них. — Я передернул плечами, словно вновь ощутив, как таю под неярким светом магического шара, собираясь расплескаться лужами мрака на полу. — Получил возможность балансировать на грани света и тьмы. А взамен после моей смерти Таркаш получит мою тень.

— Не понял, — честно признался Рикки. — А в чем подвох и выгода для него? Зачем упокоенному тень?

— Зачем? — Я криво улыбнулся одной половиной лица. — Грубо говоря, я никогда не обрету окончательного покоя. Когда он вздумает использовать мою тень для своих надобностей — то вытащит мою душу даже с земель мертвых. Не уверен, что мне понравится это. Он сможет творить при ее помощи все, что захочет, а мне останется лишь смиренно ожидать, когда меня отпустят. Неприятно. Но не столь ужасно, как смерть от ожившей татуировки. Поэтому я и согласился.

— Борг прав. — Рикки покачал головой. — Оказывается, я еще столько о тебе не знаю.

— Но речь сейчас не обо мне. — Я вальяжно развалился в ближайшем кресле, пытаясь скрыть предательскую дрожь пальцев. — Вы уже решили, как думаете остановить Дани? Благодаря ее бабушке в далеком поколении, она обладает потрясающим умением обходить любую охрану. Даже если Магистр призовет всю гильдию наемников на защиту, ему это вряд ли поможет.

— Чтобы убить Лантия, Дани придется материализоваться, — напомнил Рикки. — Тогда мы ее и поймаем.