Пилот

– Симбионт. Доводилось слышать?

– Что-то не припомню. Новинка какая-то?

– Нет, скорее, наоборот…

– Ясно. В любом случае зачёт сдан. Это же у тебя последний?

– Верно.

– Значит, готовь карту для отметки о прохождении курса.

Через двадцать минут я сидел, удобно устроившись в кают-компании морского судна, с которого и проходили погружения, лениво попивая холодный лимонад и бездумно пялясь в голографический экран. Звука почти не было слышно, но видеоряд был интересный – стремительные силуэты кораблей с непропорционально большими двигателями и необычным дизайном, какие-то трибуны, заполненные зрителями…

– …кристалл петрита первого класса, весом в двадцать восемь карат!.. – донёсся до меня радостный голос комментатора, заставив мгновенно скинуть сонную расслабленность. Подскочил поближе к экрану, чтобы звук был чётче.

– …впервые появился на рынке, и занявший первое место получит его в качестве дополнительного приза от нашего спонсора «Мара Технолоджи». Старт будет произведён менее чем через две недели. Уже сейчас отборочные заезды прошли более чем три десятка пилотов. Борьба ожидается как никогда жаркая! Тридцатая юбилейная космическая регата Протектората Росс обещает стать одним из знаковых событий этого года!

Однако я уже не слушал. Петрит! Кристалл петрита первого класса! Двадцать восемь карат! Это много, это очень много. Все пси-кристаллы разные. Одни способны накапливать и передавать огромное количество энергии, их используют в накопителях и энергетических системах кораблей. Другие являются превосходными заготовками, отлично удерживая изменения Пси. Но есть некоторые типы пси-кристаллов, которые особо ценятся, так как их свойства уникальны. Одним из них является петрит. По большинству показателей он ничем не выделяется, но когда речь заходит об управлении гравитацией, то тут ему равных нет. Нужно создать прибор, работающий с отдельными атомами? Ищи петрит. Нужно гравитационное оружие, работающее на большой дальности? Ответ – петрит. Последнее меня и заинтересовало особо. Сейчас восемьдесят пять процентов мощности гравипушки расходуется бесполезно – просто не удаётся достаточно быстро сфокусировать поле на цели. Да и сама фокусировка может быть выполнена лишь на очень ограниченном расстоянии.

Если же у меня будет кристалл петрита первого класса в двадцать восем карат… О-о-о! Тогда сегодняшний гравитационный манипулятор станет поистине грозным оружием. Куда там пульсарам! Вот только добыть такой кристалл чрезвычайно сложно, а сами они невероятно дороги. В отличие от других типов пси-кристаллов, петрит теряет способность к фокусировке гравитации при переработке, а значит, крупный кристалл можно получить лишь одним способом – добыв его из породы. Учитывая, что месторождения в настоящий момент найдены лишь в одной системе, производителям современного оружия не приходится волноваться – гравитационные орудия не вернут былую распространённость.

Руки буквально чесались заполучить такую драгоценность, но…

Так! Что мне известно о Регате?

Огляделся и занял ближайший свободный терминал. Необходимость использования терминалов была одним из неудобств, связанных с жизнью пилотов. В отличие от абсолютного большинства людей, спокойно использующих световые сетки на сетчатке глаза или прямое подключение к зрительному нерву, пилотам все эти удобства недоступны. После полёта мы сами становимся вторичным источником пси-излучения, поэтому даже самые навороченные приборы со столетней гарантией от производителя не живут в наших руках больше года, а потому любое место, где пилоты собираются хоть сколько-нибудь часто, можно легко определить по множеству одноразовых терминалов, представляющих собой две пластиковые самоклеящиеся пластины не толще листа бумаги и чуть ли не дешевле неё. Одна пластина является дисплеем, вторая клавиатурой. Такой вид терминала, говорят, существовал ещё до первого расселения и за века изменился незначительно. Разве что цены упали во много раз. Когда под действием Пси одноразовый терминал приходил в негодность, поверх него просто лепили ещё две пластины.

Понятно, терминалы работали лишь в зоне досягаемости точки доступа Сети, но сейчас этих точек столько понапихано, особенно на такой развитой планете, как Росс, что можно говорить о тотальном покрытии всей её поверхности.

Вот одним из этих терминалов я и воспользовался. Самому мне было известно не много – спорт, пусть даже и космический, мне не особо интересен. Дело в том, что он развивался во многом благодаря не пилотам, а обычным людям. Ведь многим обидно сознавать, что из-за отсутствия способностей к Пси они могут оказаться в космосе разве что в виде пассажиров. Поэтому любая возможность примкнуть к «избранному» сообществу многих возбуждает. Первая регата была проведена века назад несколькими толстосумами, решившими покрасоваться своими личными яхтами и пилотами. В настоящее время основными спонсорами регат выступают медиакорпорации, букмекеры и крупные транспортные компании. Последние по причине того, что в ходе регаты нередки случаи обнаружения новых, более быстрых маршрутов, чем уже используемые. Именно по этой причине существенный участок регаты проходит вдоль Магистралей и других важных транспортных артерий – организаторы учитывают интересы спонсоров. Хорошей традицией стало вручение дополнительных премий пилотам, открывшим новый маршрут. Эти премии тем существенней, чем более интересен он с коммерческой точки зрения. За нахождение новых развязок между магистралями можно получить какие-то астрономические цифры. Впрочем, в нашей глубинке расценки намного меньше.

– Итак, – подвёл я итог собранной информации, – регата Протектората Росс. Юбилейная, что говорит о большей награде, а значит, и о большем количестве участников. До открытия регаты ещё две недели. Зарегистрированных участников три десятка, но многие прибудут в последний день, так что можно смело рассчитывать на сотню судов.

Отборочный тур весьма прост: тебе дают груз и поводок. Нужно доставить его к определённой планете и обратно в кратчайшие сроки. Чем быстрее прилетишь, тем меньше будет твой номер. Соответственно, фавориты обычно оказываются в первой десятке, хотя по сути номер особо ничего не даёт – стартуют все одновременно. Просто внимание зрителей к тебе будет больше или меньше. Главный вопрос – стоит ли вообще терять время? С одной стороны, ничего не теряю, кроме топлива. Долги розданы, спешить некуда. С другой стороны, шансы на победу невелики. Всё-таки у меня курьер, а не специализированное для гонок судно, мощное и чрезвычайно неэкономичное. Хм… Может быть, именно на этом и удастся сыграть? На длительных перелётах они хочешь не хочешь будут экономить или использовать заправочные станции, что опять же потеря времени.

То есть главное, что нужно узнать для принятия решения – маршрут. Он всегда выкладывается заранее, чтобы пилоты могли его изучить и подготовиться. Так получается зрелищнее, да и скрыть подготовку космодромов к принятию регаты практически невозможно. А подготовка нужна. Это у нас сотня судов прибывает за считанные часы, хотя космодромы в обычном режиме работы и этого не обработают, а в более населённых местах бывают регаты и на несколько тысяч участников. Шансов победить в такой у случайного пилота ещё меньше, но они всё равно участвуют. Зачем? Реклама! Займи место в первой сотне, и о тебе заговорят. В нашем случае можно рассчитывать на некоторую известность при занятии хотя бы десятого места. Проблема в том, что есть команды, которые стремятся участвовать в как можно большем количестве регат – они на них специализируются, поэтому на регату Метрополии обязательно прибудет дюжина-другая варягов с очень высоким уровнем пилотирования и оборудования.

Это не говоря уже о том, что обычно в судовую команду спортивного судна помимо пилота входит ещё и как минимум штурман. Да и пилотов может быть несколько, чтобы можно было сменить уставшего. Мне же придётся вытаскивать всё своими силами. Ладно, посмотрим.

Маршрут… Метрополия (Росс) – Катар – Лироя – Арес – ШОРР – Порката – Метрополия.

Самые длительные участки Лироя – Арес, Арес – Шорр, Шорр – Порката. И два из трёх маршрутов частично находятся на моей карте! Вызвал в памяти рисунок потоков… М-да. Чуда не произошло. Участок Арес – Шорр – пустышка. Возможно лишь довольно незначительное ускорение на одном из периферийных потоков. Неудачно. Шорр – Порката… Тут значительно лучше. Есть одна «кишка», дающая возможность очень существенно срезать. Хватит ли этого, чтобы победить? Или хотя бы войти в десятку? Не попробуешь – не узнаешь. Кроме того, есть ещё целых две недели на изучение маршрутов Метрополия – Катар – Лироя и Порката – Метрополия. Авось и там что-либо нащупаю! А вдруг?! Тогда уже можно будет потягаться, если не за победу, то за место в тройке призёров. Эх, мечты… Но я уже понял, что не откажусь. Пусть на самом последнем месте, но всё равно поучаствую. Эх, смеяться надо мной будут… Ну, ничего! Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним!

* * *

– …И, наконец, участник номер девяносто девять! Торен Орхис, сдавший квалификационный маршрут с третьего раза.

Ну, я так и думал!

– Ничего страшного! Многие пилоты вообще не прошли! – Натали, мой связной, выделенный организаторами, искренне мне сочувствовала. Было бы чему!

Да я не парюсь по этому вопросу. Этот квалификационный заезд оказался не для пилотов, а для судов. Ни одной возможности срезать путь, будто специально кто-то выбирал самый неудобный маршрут.

С Натали, в высшей степени приятной, хоть и слишком пока молодой (шестнадцать лет) девушкой, обучающейся в пси-академии, меня познакомили вчера после общей встречи пилотов. Обученных связистов не хватило, так что было решено привлечь адептов, начиная с третьего курса. Учитывая мой, мягко говоря, немалый номер, мне досталась как раз ученица третьего курса. А потому вместо положенных трёх-пяти минут установка устойчивой связи заняла добрых два часа. Просто из-за недостатка знаний. Мне пришлось по ходу дела объяснить ей несколько неясных моментов, которые можно уяснить лишь на практике – понять теоретически невозможно, человеческие языки просто не приспособлены для этого. Говорят, альвы, или, как их ещё называют, древние, на это были способны. Сейчас всё альвийское вообще модно. Ну, я бы тоже не отказался от артефакта расы, каждый представитель которой был псионом! Уж они-то точно не выйдут из строя в моих руках!

Но, как говорится, мечтать не вредно. Добудь я где-нибудь работающий артефакт альвов, сам бы понёс на ближайший аукцион. Что поделаешь – мода! Толстосумы готовы выкладывать колоссальные деньги за вещи, современный аналог которых можно приобрести на три порядка дешевле. Вот только не всему мы ещё создали аналоги.

– Ой! Так интересно!

– Эй! Я же эти мысли не транслировал!

– Ну… всё равно слышно. Связь, похоже, более глубокая, чем обычно.

– Хм… Действительно. Слушай, а зачем ты пошла на связиста? С твоими данными вполне можно стать навигатором или даже вторым пилотом крупного корабля.

– О! Да меня папа никогда не отпустит! В пси-академию-то с трудом отпустил.

– Эх, мне в этом плане проще – никого из родни. Спасибо общине – воспитали, в обучение мастеру отдали.

– А что за община?

– Ну, фермерская община Каталины. У нас людей мало, земли много. Решили не устраивать детские дома, а брать сирот на попечение. Вообще-то у нас безопасно, сирот немного.

– …Итак, дамы и господа! Начинается стартовый отсчёт! До старта – пять минут! Командам, что ещё не заняли свои места, настоятельно рекомендуется это сделать!

Ну, это не мне. Я уже полчаса как готов. Если бы не симбионт, то не упустил бы случая размяться перед о-о-чень долгим полётом, разминочные пси-комплексы – не панацея, но Феникс позволял находиться в любом положении бесконечно долго, так что лучше лишний раз перебдеть и перепроверить всё и вся.

Долго думал, следует ли взять грузовой отсек. Если его залить топливом, то моя автономность станет просто невероятной. С другой стороны – скорость будет уже не та. В конце концов решил оставить. У нас тут гонка всё ж таки, а топливо найдётся куда залить – внутренних пустот в «Лазурите» хватает. Ох и намучаюсь потом всё вычищать. Но победа требует жертв.

Топливо, кстати, это отдельная тема. Послушал тут пилотов на общей встрече. Как у них баки-то от той дряни, что они в пси-генератор загоняют, не растворились ещё! Нет уж. Мне такой токсично-радиоактивной хрени и даром не нужно. То ли дело старая добрая пси-уплотнённая ТМ (тёмная материя)! Ни тебе радиации, ни тебе коррозии. Полностью инертная. Разве что липкая, зараза. Ну да к концу полёта уже и следа не останется – из нештатных ёмкостей удалю топливо в первую очередь.

– …десять, девять, восемь…

Пси-генератор тикает, как часики, двигатели готовы, накопители полностью заряжены.

– …пять, четыре…

Гравипушка настроена на резкий старт, ох и тряхнёт!

– …два, один, старт!

Несмотря на то, что меня немилосердно, на грани компенсирующих возможностей пси-поля, рвануло вверх, это не помешало удивиться феерическому зрелищу одновременного взлёта сотни (пусть девяноста девяти) судов. А уж какая какофония была во внутреннем восприятии! Эти их форсированные двигатели! Настоящее насилие над природой. Ни изящества, ни экономичности. Одна голая мощь.

– Ты первый! – ликовала на периферии сознания Натали. Но объяснять ей, что это не надолго, не стал. Ещё бы мне не быть первым с моей-то мизерной взлётной массой! Но соперничаем-то мы не в скорости взлёта. Хотя, конечно, приятно удивить этих снобов, явно посмеивающихся над моим «Лазуритом». Как же! «Немного переделанный Янтарь». Пусть сами попробуют так «немного» переделать!

Но чуда не произошло. Уже через несколько секунд мимо промчался вначале один корабль, потом другой… А потом пришлось немного сдать в сторону, пока клубок оставшихся меня не затоптал.

– И куда все так кучно прут? Космос же большой!

– Так маршрут же! – удивлённо ответила Натали.

– И что?

– Ну как же? Оптимальный маршрут следования.

– И что, из-за этого все так толкаются?

– Конечно!

Вот… дурачки! Чтобы в этом был смысл, нужно соблюдать чёткие интервалы следования, а тут какая-то куча-мала! Нет уж, я к ним не полезу, посмотрим, насколько он там у них «оптимальный».

Резко сменив направление полёта, врубил маршевый двигатель, проскочил через очень узкий створ уходящего в глубину потока, от которого буквально веяло чем-то могущественным, скрытым в недоступной человеку бездне.

– Вот, другое дело!

– Ой, я тебя чуть не упустила! Куда ты делся?

– Нырнул в глубинный отросток. Так, конечно, длиннее, зато скорость выше.

– Но это же очень опасно!

– Есть немного. Но бывало и опаснее. У меня впереди два створа – успею уйти, пока не затянуло на глубину. А и затянет – я не так давно к самому стержню нырял. Вот где адреналинчику-то хлебнул!

– Так глубоко?!

– Жизнь свою спасал. Ради победы в регате на такое не рискну, всё-таки не полный отморозок.

– Не полный отморозок… Но уже охлаждёнка! Хи-хи!..

– Ты, чем шутить, лучше моё место скажи.

– Сказала бы, если бы знала. Сейчас твой маршрут три опытных псиона считают. Так что можешь брать любое – от первого до последнего.

– Ну, значит, на первой контрольной точке и узнаем.

* * *

Маршрут Метрополия – Дорст – Метрополия для сдачи квалификации пришлось проходить трижды. Не потому, что это было так уж сложно – курьер на то и курьер, чтобы летать быстро. Но не летать же вхолостую? Да и окрестности Метрополии нужно знать как «Отче наш». Именно отсюда стартует регата и именно сюда она возвращается. В результате первую попытку откровенно слил. Второй раз уже был серьёзнее. Груз взял самый небольшой, но опять не свезло. Хотя тут как посмотреть. Совершенно случайно я оказался в области спокойствия Пси. Не настолько тихой, как после пси-шторма, но всё же. Упускать такую прекрасную возможность составить свою карту путей было бы безумием. В результате снова не успел в срок.

Третью попытку делал уже совсем без груза, демонтировав грузовой отсек и ни на что не отвлекаясь. Однако неудобная структура потоков не позволила показать хоть сколько-то приемлемое время. Вот и оказался я с последним, девяносто девятым номером. Однако на этом мои приключения не закончились. Можно сказать – только начинались.

Хотя «приключения» – это я загнул. Правильнее – работа. Обычный мой маршрут в эти две недели – взять курьерский груз на Метрополии. Тут он был всегда, когда речь заходила о хоть сколько-нибудь отличном от самых хоженых путей маршруте. Дальше – одна, реже две планеты/спутника/поста/базы, где происходила разгрузка, и возвращение. Если курьерского груза на Метрополию не было или, например, только документы, то остальное место загружал самыми дешёвыми контейнерами с топливом. Их размещал в удобных точках, на случай, если во время регаты потребуется экстренная дозаправка. По-любому это быстрее, чем проходить стандартную процедуру стыковки с дозаправочной станцией. Да и место можно выбрать наиболее подходящее именно для этой регаты.

Понятно, что маршруты выбирал так, чтобы хотя бы краем задеть места, где придётся соревноваться, уделяя изучению потоков максимально возможное время. Тем не менее никаких сложностей или происшествий не возникало. Полёты проходили очень спокойно. Было ли мне скучно? Нисколько! Напротив – я был только рад, что начало уходить то внутреннее напряжение, сопровождавшее первые полёты. «Лазурит» с каждым часом, проведённым в кабине, становился всё понятнее. А главное – стал исчезать страх ошибки. Не только пилотажной, но и конструктивной. Да, порой вылезали неожиданные неприятности или неудобства. Они, будто камешек в сапоге, больно кололи, не давая полноценно слиться с судном, стать с ним одним целым, окончательно забыть, что ты не стремительный житель пустоты, а создан для жизни на поверхности крошечных в масштабе космоса тел.

Но главное, я стал понимать «Лазурит» так, как никогда ранее. Не только его внутреннее устройство, но и особенности его движения и управления во время полёта. Мелкие, но досадные ошибки в конструировании удавалось постепенно исправлять, внося во время простоя изменения в структуру пси-кристаллов, или купировать, если исправить полностью без полной перестройки судна было невозможно. Можно сказать, что эти две недели стали для меня как для конструктора периодом доводки после облёта лётчиком-испытателем. Опыт, что я получил за столь короткий срок, невозможно переоценить. Будто шагнул сразу в двух направлениях разом – и в пилотировании, и в пси-конструировании, причём намного дальше, чем смог бы, занимаясь лишь одним из направлений.

А потому никакой скуки даже рядом не гуляло. Оставалось жалеть лишь об одном – до начала регаты было всего две недели, а не месяц-два, и это время наконец вышло.

* * *

– Итак, мы подходим к первой контрольной точке, где определятся первые претенденты на победу в регате!

Голос комментатора Натали транслировала мне прямо в кабину.

Гонка для меня пока проходила не слишком удачно. Глубинный поток позволил немного сократить отставание от лидеров, переместив меня где-то в середину списка, но по выходе из него это отставание снова стало увеличиваться – слишком мощные двигатели были у других участников.

У маяка я вынырнул, буквально наступая на пятки номеру 51. Поначалу меня это обрадовало – показалось, что ощущения меня обманули, и половина пилотов ещё не прибыла. Однако нет – это 51-й номер показал весьма посредственный результат, скатившись на предпоследнее место. Радовало лишь то, что мои места, где я надеялся значительно ускориться, ещё далеко впереди, а отставание от лидера не так уж и велико. Пси-восприятие показывало впереди целую вереницу плотно идущих судов. Регата шла ещё совсем недолго, и лидеры не успели оторваться от общей группы.

– Про тебя говорят… И про Елену, – сообщила Натали.

– Кого?

– Фирсова Елена! Ты разве не слышал? Единственная женщина-пилот, участвующая в регате! Первая за всю историю!

– У нас первая, – поправил я девушку. – В крупных регатах женщины встречаются, особенно среди судовой команды.

– Но она летит совсем одна!

– Вот как? Необычно…

Женщины очень редко становились пилотами, хотя пси-способности проявляли чаще мужчин, но они не слишком часто оказывались достаточно сильны. Кроме того, были и иные особенности.

– А что её связывает со мной?

– Так ты же её чуть не обогнал! Комментатор даже довольно обидно потоптался на теме женщин-пилотов: «Даже зелёный новичок на древнем судёнышке, непонятно как…» Ой, прости!

– Да я не обиделся. Посмотрим, что он после Шорра скажет.

А вообще, конечно, странно. Особенности Пси женщин практически исключали возможность стать пилотом. Эмпатом – пожалуйста. Мозголомом – без проблем. Связистом – если очень хочется. Да даже штурманом или капитаном! Но не пилотом. Очень мягкое Пси и отсутствие чуйки сводили все остальные преимущества женщин-пилотов на нет. В космосе они были подобны слепому человеку по сравнению со зрячим. Как можно стать пилотом, не видя потоки? Ответ – никак! Но сейчас я вижу наглядное опровержение этого факта. Да, она оказалась в аутсайдерах, но моё место пока ещё хуже. Кто знает, может у неё тоже в загашниках немало неожиданностей. Иначе какой смысл вообще было участвовать?

* * *

– Гарсия Мондо заходит на посадку! Все остальные пилоты уже вышли в обычный космос!

В голосе Натали явно слышалось сильное огорчение.

Ничего, сейчас её приободрю! Катар был необычной колонией – он был спутником планеты-гиганта! Такие спутники чрезвычайно редко оказывались обитаемыми – мощные электромагнитные и приливные силы делали их ядра достаточно нестабильными, чтобы создание колонии оказывалось чрезвычайно рискованным делом. Однако Катар оказался счастливым исключением из этого правила – особенности его ядра эффективно гасили тектонические возмущения, а достаточно крупный размер и близкий к оптимальному состав атмосферы сделали Катар весьма лакомым кусочком.

А ещё одна особенность Катара, наиболее важная сейчас – он находится в глубине мощного гравитационного колодца планеты-гиганта, что существенно увеличивает время, которое необходимо потратить на посадку, ведь выход происходит не на орбите Катара, а на орбите планеты-гиганта. С этим ничего не поделаешь – максимальное напряжение гравитационного поля, при котором возможен выход из Пси, давно определено и равно практически для всех кораблей, не меняясь уже века четыре!

Обычно существенной разницы не было. Ну, потратишь ты лишние двадцать минут на субсветовых двигателях. Вот только для меня всё было куда печальнее в связи с отсутствием этих самых субсветовых. Мои же соперники, отлично осведомлённые об этой особенности Катара, подготовились заранее. У парочки судов я даже одноразовые ускорители видел.

На первый взгляд, ситуация складывалась совсем безрадостная. Но только на первый взгляд. Был один манёвр, на осуществление которого вряд ли кто-либо, кроме меня, рискнёт. Не только потому, что это чрезвычайно сложно, но и потому, что риск тоже весьма велик. В случае ошибки лучшее, что может ждать, – необходимость повторного захода в систему. С таким запозданием, после штрафного круга, говорить о победе уже просто глупо. В худшем же случае… Мне терять было особо нечего – на последнем-то месте! А особенности «Лазурита» – чрезвычайно малая масса и отличная манёвренность, позволяли совершить задуманное, не слишком рискуя.

Дело было в том, что вообще-то существовало две точки выхода из Пси, где напряжение гравитационного поля это позволяло сделать. Первая точка находилась у планеты-гиганта, где её гравитация ещё оставалась преодолима. Вообще говоря, выйти можно было не в одной точке, а в любом месте, но какой смысл выныривать на противоположной от Катара стороне и потом тратить кучу времени, чтобы обогнуть планету-гигант в обычном космосе? Поэтому, естественно, все всплывали на сфере в точке наибольшего приближения к спутнику. Это была первая рациональная точка выхода. Вторая же…

Второй точкой была точка Лагранжа. Место, где притяжение планеты-гиганта и Катара было уравновешено друг с другом, а потому напряжение гравитационного поля оказывалось близким к нулю. Именно туда я сейчас и направлялся, ведь эта точка располагалась чрезвычайно близко к поверхности Катара в силу его относительно малой массы. Манёвр обещал огромную экономию времени. Пока другие тащатся к спутнику, выжимая всё из двигателей, я уже давно буду на месте. Хотя сделать это будет и весьма непросто – сродни вдеванию нитки в иголку ковшом экскаватора. Для выполнения такого трюка и «экскаватор» должен быть подходящим, и водитель – умелым. Я считал, что справлюсь, поэтому, когда другие прямым ходом направились к планете, «Лазурит» начал делать заход совсем с другой стороны. Этим и объяснялось то, что я до сих пор не вынырнул, когда все остальные пилоты давно покинули Пси.