Рой

«Эх-х… им бы еще какое-нибудь дальнобойное оружие присобачить», – мечтательно, с ноткой сожаления, подумал Владислав. Он в этот момент еще подумал, что чисто в теории в биопушках ничего сложного нет. Некоторые виды животных вырабатывают горючий газ, нужна лишь крепкая камера, выдерживающая взрыв газовой смеси, потом нужен элемент поджога этого газа. Но тут тоже вполне реально, ведь для этого нужна лишь небольшая искра. Есть животные, которые генерируют электричество, да даже человек аккумулирует заряд для создания небольшой электродуги… Потом нужен ствол и собственно метательный заряд. С этим уже сложнее, но, как говорится, если подумать, то нет ничего невозможного… та же полая кость подойдет в качестве ствола.

«Остается проблема с пулями, способными пробивать броню, – подумал Роев. – Шипы тут не подойдут…»

Владислав с трудом оторвался от увлекательного процесса мысленного биопроектирования ходячих танков. Сказывалась слабая интеллектуальная загруженность мозгов.

Сейчас не до мечтаний, нужно оперировать имеющимися ресурсами. А с ресурсами было не то чтобы все так отлично. По некоторым пунктам пришлось пойти на существенное усечение осетра…

Довольно быстро Роев понял, что с разведением мелочи он все-таки несколько погорячился. Да, управлять ими на порядок легче, но для максимальной эффективности их использования стая мелких тварей должна достигать нескольких тысяч, а то и десятков тысяч особей. Выращивать такую массу монстров крайне накладно, слишком много времени, сил и средств на это уходит.

Так что он держал по нескольку десятков таких тварей для ювелирной работы в зависимости от их возможностей.

«Для массовых атак мелочью в качестве пушечного мяса буду использовать диких особей, в чью массу запущу своих зверушек, и уже ими буду целенаправленно атаковать конкретные цели в уязвимые точки, если для них вообще найдется подходящая цель с уязвимыми местами в броне. Но пусть будут, авось пригодятся», – подумал Роев.

Потому основной упор им был сделан на выращивание двух десятков крамбов в двух весовых категориях: легкой – ростом в полтора метра и массой около пятисот килограммов, и тяжелой – ростом около двух метров и массой около тонны. По две особи на сектор с возможностью быстрого перемещения из одного сектора в другой, в том числе по кружным путям, чтобы можно было завести их в тыл, а не атаковать лишь в лоб.

Вот тут-то и сказалась отличная управляемость крамбов по сравнению с прочими монстрами. Роев мог держать их своими ментальными возможностями на значительном расстоянии, что и позволяло ему проводить такие сложные маневры на больших удалениях.

Владислав так извелся в ожидании нападения, что уже начал подумывать о другой истине: лучшая защита – нападение. Но все же сдержался от подобной глупости. Это здесь, в бункере, он силен и противник вынужден будет пользоваться примитивным оружием, что сильно ограничивает его мощность, а там, снаружи, за пределами работы РЭБ, где царствуют электроника и большие калибры, его разделают как бог черепаху в считаные секунды.

– Так что мой удел – играть от обороны.

Угнетала лишь еще одна мудрость, гласившая, что в обороне битвы не выиграть, но, увы, пока что иного Роеву было не дано, но оставалось надеяться, что это именно лишь «пока»…

В конце концов, то, чего он так ждал и в то же время боялся, наконец свершилось. Противник сделал свой ход…

40

– И как теперь нам его выковыривать из бункера? – поинтересовался Эльд Амкар у своей сестры, после того как план с запрограммированным на убийство рабом-чистильщиком провалился.

Огорчало еще и то обстоятельство, что при этом погибла самая результативная команда чистильщиков, набравшая колоссальный опыт работы в бункере Древних, и теперь придется формировать новую, которая на первых порах будет учиться биться с монстрами и нести большие потери. А ведь неизвестно, сколько еще надо углубляться, чтобы достигнуть пункта управления охранной системой бункера, а это новые потери, причем очень большие, пока выжившие в схватках с тварями рабы не наберутся опыта.

Но хуже всего то, что окончательно полетел план по зачистке бункера, и его «акции» в глазах отца сильно подешевели, а значит, возвыситься в иерархии клана ему не суждено, потому как без него хватает более удачливых претендентов. Положение можно исправить, если в кратчайшие сроки удастся исправить ситуацию с бункером. Вот только как?

– Ну, чего молчишь?! – вспылил Амкар, раздраженный мрачными перспективами.

Благо крик на сестру останется без последствий, ведь она сидит на планете в своей лаборатории, а он находится в космосе в каюте своего личного крейсера, висящего точно над бункером на геостационарной орбите. В ином случае он либо не осмелился на нее кричать, либо получил бы по мозгам, что для здоровья совсем не полезно.

– Есть пара способов, но они не быстрые, – подчеркнуто ровным голосом ответила Эхинацея, – при этом придется серьезно потратиться, а мне поработать в лаборатории…

– А подробнее?

– Нужно купить как можно больше рабов, минимум полсотни, но не простых, а диких, кому еще не устанавливали сетку.

– Это непросто, но реально…

– Это меньшая часть проблемы, – продолжила ученая сестрица. – Нужны не просто дикие, вроде местных краснокожих аборигенов, не знающих из оружия ничего сложнее лука, а те, кто родом из вполне технически развитого мира, как наш беглец. Но и это еще не все. Нужны изначально сплоченные команды бойцов.

– Ну и запросы у тебя… – опешил Эльд Амкар. – Рабы из диких, удовлетворяющие твоим требованиям, вряд ли есть в продаже, да я практически уверен, что нет, тем более в таких количествах. Придется делать индивидуальный заказ… А это лишние деньги и, что многократно хуже, – время! Сколько потребуется времени, чтобы работорговцы нашли, отловили подобные команды и привезли? Даже с учетом того, что мы заплатим за срочность исполнения заказа?! Что уже плохо, ибо таким необычным заказом заинтересуются все кому не лень, привлекать к себе внимание нам совсем не с руки!

– В нашем с тобой случае деньги не имеют большого значения, так что придется раскошелиться. А что касается времени и чужого внимания… – пожала плечами Эхинацея, – то тут ничего не поделаешь. Судьба.

– Почему бы не воспользоваться обычными наемниками? Дешевле и на порядок быстрее. Вынуть им нейросети и…

– И ты получишь ни на что не годный сброд. Все их навыки заточены под использование оружия, доспехов и связи в связке с нейросетью. Без нейросети они никто. Странно, что приходится объяснять тебе такие очевидные вещи… или тестировавшая тебя медкапсула из-за программного сбоя ошиблась с индексом твоего интеллекта и приписала лишнюю сотню единиц? Легче уж тогда никчемышей обучить с нуля, чем переучивать наемников, чьи вбитые им в подкорку рефлексы будут только мешать. Так что нужны те, кто изначально учился воевать без нейросетей и связи.

– Так может…

– Не может. Обучение новичков по времени будет еще дольше и по цене дороже, чем купить уже готовых бойцов.

– Платить будешь ты! – в очередной раз вспылил Эльд Амкар. – В конце концов именно по твоей вине сбежал этот раб и именно ты превратила его в чудовище!

– Хорошо, я заплачу, – не стала спорить по мелочам Эхинацея.

Тем более что деньги не имели для нее особого значения, и на ее счету за все эти годы скопилась приличная сумма. Опять же тратить их особо некуда, все, что ей необходимо для работы, по первому требованию предоставляет клан.

– И потом, ну получим мы этих бойцов, что с того? – после паузы продолжил тему немного успокоившийся Эльд. – Рой взломает им мозги…

– Не взломает. Я позабочусь об этом.

– Так же, как позаботилась с этими рабами-чистильщиками? – фыркнул Амкар. – Они же превратились в тупых биороботов! Никакой инициативы… Какой смысл в приобретении дорогих бойцов-профи, если после твоих операций они станут такими вот куклами. С таким же успехом можно использовать обычных рабов…

– Нет, я продолжаю интенсивно работать и нашла более щадящие методы защиты мозгов от внешнего ментального воздействия. Мне нужно только лишь еще немного времени для доведения этой технологии до ума, и к тому моменту, как нужные рабы прибудут, все будет готово. А пока будем всеми силами отвлекать Роя, держа его в эмоциональном напряжении. Он все же не дурак и понимает, что мы не оставим его в покое, поэтому подготовится к отражению нападения всеми доступными ему способами, чего нельзя допустить. Кроме того, если он все это время будет находиться в эмоционально напряженном состоянии, то это с большой долей вероятности негативно скажется на его пси-способностях.

– Понятно… А что за второй метод? – с надеждой поинтересовался Эльд Амкар.

Пусть в деньгах он не теряет, все оплатит сестра, но время! На заказ и доставку рабов с запрошенными характеристиками уйдет просто уйма драгоценного времени! План по зачистке бункера окончательно полетит к демонам, и отец сим фактом будет крайне недоволен… Может даже прислать кого-то другого на его место.

«А может, оно и к лучшему, – задумчиво подумал он. – А то неизвестно, чем это все закончится. Может, даже самая отдаленная и глухая дыра дикого космоса окажется лучше и безопаснее, чем то, что тут в итоге случится…»

– Он потребует еще больше времени… – как-то странно сверкнув глазами, ответила Эхинацея. – Но если оговоренный только что план не сработает, я задействую его. – При этом она хищно осклабилась.

«Похоже, ее недуг сильно прогрессирует», – с некоторым беспокойством отметил Амкар и подумал о том, что еще неизвестно, кто представляет большую угрозу: его сестра или Рой.

С отрешенным видом Эхинацея отключила терминал связи, а в следующий момент с исказившимся от ненависти лицом ментальным ударом вырубила ни в чем неповинную тварюшку, тихо сидевшую в клетке. Насекомовидная тварь рухнула на спину и судорожно задергала лапками, издав предсмертный писк.

Держала этого мелкого бункерного монстра экспериментаторша, понятное дело, не для любования его сомнительной красотой (хотя наверняка нашлись бы ценители в галактике с извращенным вкусом прекрасного, коим монстр понравился бы с эстетической точки зрения), а исключительно в утилитарных целях.

– Тупой, жадный сквилл… Как вы не поймете, что все артефакты Древних, которые можно здесь найти, ничто по сравнению с обитателями этого их бункера… точнее тех возможностей, что заложены в них, нужно только их раскрыть.

Все это время, что велась охота на сбежавшего подопытного, Эхинацея не сидела сложа руки, а активно занималась изучением этих самых тварей и собственным совершенствованием, наращивая свою ментальную составляющую. Поскольку у нее была только одна попытка, то, задавив в себе недостойную профессионала торопливость, она проводила свою прокачку крайне осторожно, но методично, благо имелось много медданных, полученных при опытах над беглецом.

41

Пятьдесят пять лет для охотника на харконов весьма почтенный возраст, если не сказать больше. Для тех же крестьян, пашущих землю и не подвергающих свою жизнь опасности и тем более не употреблявших совсем не полезных для здоровья, но столь необходимых в охоте эликсиров, шестьдесят лет предельный срок.

Мало кто из охотников доживал до такого срока, может, один на сотню, хотя охоте на харконов начинали тренировать с раннего детства, с пяти-шести лет. Десять лет изнуряющих тренировок, и только потом допускают к охоте под приглядом старших наставников, коим перевалило за тридцать, и они уже успели отохотиться десять лет самостоятельно. И все равно лишь четверть от общей массы новичков, достигнув двадцати лет, получает звание полноценного охотника. Остальные довольно быстро погибают.

К слову сказать, те охотники, что перевалили за сорокалетний рубеж, также несли большие потери, несмотря на большой опыт… организм уже не тот, нет прежней скорости и силы, несмотря на все эликсиры. К сорока пяти годам большинство охотников превращались в настоящие развалины и дожидались того момента, когда наконец отправятся в край вечной охоты. А кто-то и приближал этот момент…

Харконы, обитающие в скальных джунглях, не прощали ни единой ошибки пришедшим по их ценнейшие мясо, шкуры и требуху, а главное мозг, ибо хищник этот хитрый, быстрый, способен замаскироваться среди камней или листвы так, что его не увидеть на расстоянии вытянутой руки. Но все это ничто по сравнению с тем, что он способен влиять на восприятие человека, либо внушая ему дикий ужас, что тот бежит без оглядки, не разбирая дороги, становясь легкой добычей, либо наоборот, делаясь безвольным, сам идет в пасть хищнику.

Так что в охотники шли лишь те, кто мог сопротивляться этому подлому свойству харкона. Образовались даже целые династии охотников, ибо каждый охотник старался подобрать себе жену под стать, чтобы и дети были невосприимчивы влиянию этого ящера и тоже могли на него охотиться, ибо удачливый охотник на харкона – это весьма состоятельный человек. Достаточно завалить одного этого ящера, чтобы весь год жить припеваючи.

Правда, далеко не все дети наследовали это свойство, но с каждым поколением таковых становилось все больше…

Но, несмотря на колоссальный опыт, что обрел Пирлан, три десятка лет охотясь на харконов (переданный многочисленным детям, племянникам и даже внукам), тело в какой-то момент его подвело, оказалось недостаточно быстрым, несмотря на принятые, гадкие на вкус и бьющие по здоровью, соответствующие эликсиры, чтобы увернуться от стремительной атаки ящера. Как результат он лишился левой руки чуть ниже локтя.

Он давно мог бы и не охотиться, дети – удачливые охотники – содержали его в полном достатке и настаивали, чтобы он не рисковал понапрасну. Но, оставшись без дела всей своей жизни (натаскивание молодежи не в счет), Пирлан почувствовал, что начинает быстро сдавать (здоровье, несмотря на длительный стаж, у него оказалось на удивление крепким), и чтобы дальше оставаться в тонусе, ему требовалось вновь и вновь идти по следу харкона, устраивать засаду и при этом самому не оказаться в роли дичи.

В общем, Пирлан стал адреналиновым наркоманом, хоть и не знал этого определения.

Но вот оставшись без руки, он окончательно скуксился, заперся в своем доме и никуда не выходил, днями напролет сидя на циновке и поглощая крепкое пиво, прекратил тренировки, и родные ничего не могли с этим поделать.

Даже явление в поселок охотников людей со звезд, что вызвало переполох среди обитателей, оставило его равнодушным. Ну да, люди со звезд общались только с владетелем и прочими высокородными (именно им охотники сдавали добычу, а те в свою очередь продавали ее людям со звезд), а тут они снизошли к ним, в общем-то к простым людям.

В комнату Пирлана уверенно вошел чужак. Чтобы определить это, даже не требовалось оглядываться, чужака выдавал запах, звук шагов тяжелых башмаков и, конечно. излишне яркая аура.

– Здравствуй, Пирлан, мне сказали, что ты здесь лучший из лучших, – заговорил человек со звезд. – Возможно, даже самый лучший охотник на всей планете. По крайней мере самый старый из охотившихся на харконов до недавнего времени. Это вызывает уважение.

– Ты опоздал. Я теперь никто, – хмуро выдавил из себя охотник, показав культю.

– А если я скажу, что твоя беда и не беда вовсе?

– Я назову тебя лжецом.

– И будешь не прав. Нам, людям со звезд, вырастить тебе новую руку не составит больших проблем, будет как новая.

– Зачем вам это делать? – с подозрением и с невольно проскользнувшей тенью надежды спросил Пирлан, что было удивительно, ведь самообладание – первое, чему учат охотников. Он даже развернулся лицом к гостю. Негоже оскорблять того, кто тебе может помочь, пусть и не обделив при этом себя.

– Или наш владетель на этот раз предоставил вам так мало невольников, что вы вынуждены подбирать даже калечных стариков?

– Молодых и здоровых невольников в достатке, не наговаривай на своего владетеля, он мудр и успешен, – усмехнулся человек со звезд.

«Ну, еще бы не быть успешным с полученным огнестрельным оружием, – подумалось ему. – Да еще людей стал разводить как скот, причем самолично оплодотворяет самых красивых и молодых пленниц… благо со здоровьем, после процедуры лечения в медкапсуле, у него проблем нет. Одно хорошо, что он сам при этом совсем не дурак, на редкость высокий интеллект для вождя, и дети от него не дебилы».

– Просто там понадобился великий охотник вроде тебя, Пирлан.

– Люди со звезд своим могучим оружием, способным в несколько мгновений уничтожить могучие армии и обратить в прах целые города, не могут убить какого-то зверя? – с прорвавшимся старческим сарказмом спросил охотник, вспоминая легенды о том, как много лет назад появившиеся люди со звезд своим оружием разрушили несколько городов тех правителей, что не пожелали им служить.

– Признаться, я не в курсе, что это за зверь, где он обитает и что там вообще к чему. Я всего лишь посредник. Просто мне поступил заказ на хорошего охотника, точнее целую команду охотников, и я вспомнил о вас. Может, им нужно этого зверя не убить, а поймать живьем, и да, есть во вселенной такие места, где даже наши почти божественные возможности иногда ничего не стоят и все нужно делать по старинке.

– И что потом? – понятливо кивнул Пирлан. – После того как работа будет сделана и я останусь в живых, меня вернут домой?

– Без понятия, – пожал плечами человек со звезд. – Могу лишь сказать, что твоя семья получит щедрую плату, если ты согласишься отправиться с нами к заказчику. В конце концов ты и так уже почти мертв, как бесполезны остальные увечные старые охотники. Всем вам восстановят утраченные конечности, подправят здоровье и, если вы выживете после исполнения заказа и вас не убьют, как ставших не нужными или узнавших слишком много тайного, вы проживете еще очень долго и, возможно, даже сможете вернуться. Как видишь, я с тобой предельно откровенен.

– Я ценю это.

Пирлан думал недолго. Человек со звезд прав, он просто живой труп и скоро станет окончательным мертвецом, охотник это чувствовал, еще год-два и все… применение ускоряющих эликсиров в последние годы сделало свое черное дело, подорвав здоровье. Более того, он уже собирался сам отправиться в край вечной охоты… Так что если его семья за его жизнь получит хорошую цену, то почему бы и не отправиться к звездам и не поохотиться на того, кого укажут заказчики?

Остальные увечные охотники из тех, что, так же как Пирлан, получили увечья на закате своей охотничьей карьеры, умудрившись при этом выжить и так же тяготившиеся своей неполноценностью, при этом не успевшие принять чашу с ядом, тоже не потратили много времени на обдумывание предложения людей со звезд и ответили согласием.

42

Очнувшись в саркофаге, в который его поместили, Пирлан неверяще посмотрел на свою культю, точнее на новую руку, и сжал пальцы в кулак. Люди со звезд не обманули и вырастили ему новую руку, хотя он до последнего не верил, а точнее боялся верить в такое чудо. Прислушавшись к себе, охотник понял, что не только руку вырастили, но и в целом он чувствует себя здоровее и даже моложе, внутри ничего не болит, слух лучше, глаза зорче, обострилось обоняние.

– Превосходно, просто превосходно! – услышал старый охотник (хотя теперь уже не такой уж и старый, раз восстановились не только физические силы, но еще и чисто мужские) радостно звучащий голос молодой женщины. – Это даже лучше, чем я могла надеяться!

Скосив глаза, он увидел ее, что-то читающую с терминала, и изрядно подивился внешнему виду заказчицы, а именно ею она и была. Ладно облегающая одежда, этим его уже не удивить, большинство женщин на кораблях людей со звезд любили подчеркивать идеальность своих фигур до неприличия, но вот прическа… Волосы у женщины были выкрашены в алый цвет с отдельными желтыми прядями, а сами пряди так уложены, что напоминают застывшее пламя костра.

– Вылезай, – скомандовала женщина, и было в ее голосе столько власти, что Пирлан мгновенно подчинился.

И только выскочив из саркофага, он осознал, что дело не только и не столько в голосе, сколько в его особой, до боли знакомой силе, действующей на его истинную суть.

«Она как харкон, – осенило и одновременно ужаснуло охотника. – Женщина-харкон!»

И только еще через несколько мгновений до него дошло, что и язык, на котором с ним общаются, совсем не тот, коим он привык разговаривать. Люди со звезд вложили ему в голову свой говор.

– Госпожа…

– Ну чего трясешься? Неужели я настолько страшная?

– Н-нет…

– Оденься.

– Слушаюсь, госпожа…

Пирлан поспешно облачился в мешковатый комбинезон серого цвета вроде того, что они носили на кораблях людей со звезд. Все-таки он летел не как невольник и некоторая свобода передвижения у него имелась, правда, особо он ею не пользовался, потому как никуда его не пускали, за исключением столовой и тренажерного зала.

– Прежде чем я продолжу с вами заниматься, мне нужно вас протестировать. Начну с тебя… Пирлан.

– Я полностью в твоей власти, госпожа, – склонил голову охотник.

– Я знаю. Начнем…

Чем дольше проходило тестирование, тем лучше становилось настроение Эхинацеи. Амкар, лично отправившийся заказывать рабов и заодно развеяться на станции, привез совсем не то, что она заказывала, из-за чего поначалу была в дикой ярости, и брату повезло, что он остался на орбите, иначе ему бы сильно досталось. Дело в том, что это были дикари, в своем развитии ушедшие не так далеко от местных краснокожих. Стоило ли тогда терять время и деньги, когда можно было наловить местных? Причем экземпляры были изрядно покалеченные, что по первому впечатлению говорило не в их пользу.

– Зачем ты привез этих дикарей, да еще калек?! – кричала Эхинацея во время сеанса связи.

– Других не было, по крайней мере в заданные временные рамки, – окрысился в ответ Амкар. – Ждать боевые группы из технически развитого мира больше года. Может, действительно так далеко везти, а может, не хотят, чтобы мы вычислили такой мир, сути дела для нас это в любом случае не меняет. Да еще неизвестно, что привезут.

– Понятно…

– А эти дикари, не смотри, что калеки, если верить Омшору, профессионалы высшего класса. Охотники на каких-то своих монстров, лично я очень впечатлился характеристиками тех тварей. Так что то, что они дожили до своих лет, пусть и не без потерь, говорит само за себя.

Сейчас, немного изучив их характеристики, она понимала, что брат прав, эти дикари даже лучше, чем какой-нибудь спецназ из развитого мира. Эти люди специализировались на охоте, причем на весьма непростых в ментальном плане тварей и сами в течение нескольких поколений взращивали в себе ментальную невосприимчивость.

И их жертва будет сродни этим ящерам, а значит, они готовы – по крайней мере в психологическом отношении – к подобной охоте на все сто процентов, в то время как другие невольно стали бы упускать данный фактор.