Офицер Империи зла

– А так, – пожал плечами опцион. – Мест нет.

– Нам что, в одной койке вместе спать? – повысил тон Илья. – Вы это как себе представляете?

– Как я себе это представляю? – в голосе опциона не промелькнуло ни тени эмоций. – Можете спать вместе, если ужметесь. Можете спать по очереди. Можете хоть трахаться там, если хотите, хоть вдвоем, хоть все вшестером. Мне пох, если честно. Я тебе русским языком говорю, курсант, мест нет! Ты вообще представляешь себе, как вместить в боевой космический корабль лишнюю сотню рыл? Тут же все точно рассчитано на каждого!

Карри, стоявшая чуть позади Ильи, слегка оскалилась, показав острые блестящие зубки. Лода мягким скользящим движением переместилась опциону за спину. Тод и Тор тоже смотрели на опциона без восторга, с выражением «дай нам повод». На нового человека симпанты могли произвести должное впечатление, чем курсанты порою пользовались. Вроде ничего такого и не произошло, но Кузнецов вдруг решил взять тон помягче.

– Ладно, койки. Понимаю, неудобно. А еще для вас нужен кислород, вода, еда, дополнительные мощности для систем утилизации и регенерации отходов. Поглотители углекислоты, фильтры. Причем приказ пришел только за два месяца до старта! Как все это обеспечить? Уж чем богаты, тем и рады, господа курсанты. Это вам не круизный лайнер, личных сексодромов не предусмотрено.

– Сложно было лишний матрас на пол бросить? – недовольно заметила Маша.

– Где? – развел руками опцион. – Прямо в проходе, чтобы по тебе, красивая, бегали все кому не лень? – В командном отсеке? В кают-компании? В реакторном отсеке? Это же космический корабль, тут каждый сантиметр обитаемого пространства на счету. А если произойдет сбой в зеркалах Дэвиса и вся гравитоника нахрен вырубится? В невесомости все эти матрасы намертво закупорят проходы. Ничего не поделаешь, принимайте все как есть.

Не так себе Илья представлял космический перелет. Не так. Ему почему-то представлялись чистые небольшие белые каюты, иллюминаторы, в которые можно было смотреть на звезды, компьютеры, занятия на тренажерах, лекции. Какая-то особенная, космическая атмосфера вокруг, романтика.

В реальности все выглядело гораздо прозаичнее. Глухие стены, покрытые какими-то кабелями и непонятными приборами и датчиками, которые категорически запрещалось трогать. Постоянное тесное, замкнутое пространство вокруг – воплощенный кошмар клаустрофоба. Убогие койки, в которых его и Машиным симпантам приходилось спать посменно. Однообразное безвкусное питание. Скука. Флотские откровенно тяготились курсантами, для них они были навязанным сверху грузом, не более. Сидите себе в своем отсеке и не отсвечивайте – вот все, что они хотели от «пассажиров». И так день за днем.

Максимов, как любой толковый командир, безусловно знал, что безделье солдат – лучший путь к их моральному разложению. Но что он мог сделать? Строевую и физподготовку устраивать негде, занятия проводить тоже. Занять курсантов физическим трудом? Тоже неясно как – поступать по старому солдатскому анекдоту и заставить их «подметать столовую ломом» не получалось. Старший центурион делал, что мог – организовал рассылки разнообразной технической информации по планшетам курсантов и заставлял их «изучать матчасть». Но не делать же это круглые сутки? Илью спасал от скуки и подспудного нервного напряжения лишь пустой треп ни о чем с Машей и Димой и постоянные обсасывания с курсантами скупых корабельных новостей, которые удавалось узнать.

«Обреченный» стартовал с земной орбиты двенадцатого апреля в девять часов семь минут. Через трое суток он отдалился от планеты за пределы лунной орбиты и набрал скорость в семнадцать километров в секунду, после чего был захвачен Духом империи вместе с «Авангардом» и «Корсаром» в беспространство. Следующие две недели ни от корабля, ни от экипажа ничего не зависело – как и что делает Дух для перемещения в космосе, никто не знал. Тридцатого апреля по земному времени корабль вышел в обычное пространство в звездной системе, предназначенной для сдачи испытания.

Всех этих событий Илья мог бы и не знать, если бы не рассылки на планшет и объявления Максимова. Физически он так ничего и не ощутил – ни момента старта, ни времени, проведенного в беспространстве, ни выхода из него. Тем не менее известие о скором окончании экспедиции его обрадовало. Любое изменение лучше, чем мариноваться в тесном отсеке и ждать.

В честь скорого окончания путешествия Максимов смог все-таки выбить у флотских на время кают-компанию в свое пользование, как единственное место, в котором можно было поговорить со всеми своими подчиненными с глазу на глаз.

– Ну что же, начну с приятных новостей, – сказал Максимов, когда курсанты расселись вдоль длинного узкого стола. Симпантам мест не хватило, и они стояли поодаль, занимая все остающееся до выхода место.

– Говорить о важности нашей задачи лишний раз не буду, – продолжил старший центурион. – Скажу лишь, что командование в порядке вашего поощрения присваивает вам всем досрочно звания декурионов. Да, это старшее солдатское звание, но я практически уверен, что в случае успешного выполнения нашей миссии ваше первое офицерское звание не заставит себя долго ждать. Итак, теперь вы имеете официальное воинское звание, господа декурионы. Поздравляю!

– Служим Империи! – разнеслось под низкими сводами кают-компании.

– Теперь о деле. «Обреченный» вышел в обычное пространство в полумиллионе километров от планеты… космофлотские ее условно назвали «Фортуна». Планета похожа скорее на наш Марс. Песок и камни, крайне мало воды, разреженная кислородная атмосфера, холод. Притяжение – девяносто процентов от земного. В общем, «смотрящие» выбрали неплохой полигон для гладиаторов и, думаю, уже запаслись пивом и сухарями. Нашу задачу сформулировали так: продержаться на планете двадцать дней и выполнить ряд условий. По истечении этого срока испытание заканчивается. К сожалению, просто продержаться отведенный срок мало. За это время наши производственники и ученые должны суметь развернуть на планете промышленно-добывающий комплекс, найти командный центр противника и создать оружие для его гарантированного уничтожения. Вот такие пироги с котятами, – ненадолго прервался старший центурион.

Максимов налил себе немного минералки в стакан, отпил пару глотков и продолжил:

– Комментируя задачу, смотрящие заявили, что они согласны считать достаточно жизнеспособной лишь ту цивилизацию, которая не только может держать оборону, но и способна быстро разворачивать производство на незнакомом месте из незнакомых материалов, а также разрабатывать на их основе высокотехнологическую продукцию. Но я вам так скажу, господа курсанты, – это полная хрень.

Почему, спросите вы? Да потому, что только дурак верит официальным версиям, когда им противоречат факты. А факты говорят о том, что нами просто пытаются вживую сыграть в старую как мир компьютерную игрушку типа музейного старкрафта и прочей ерунды. Строим базу, налаживаем промышленность, выносим врага… ага, ага. Дожили… Юнитом я еще не бегал на старости лет. Скажу прямо – как по мне, так на этом все переговоры можно было бы и закончить. Не о чем говорить, когда нам ставят такие дурацкие условия, несерьезно это…

Центурион сделал крохотную паузу.

– Вся загвоздка в том, что император рассудил иначе. Может, ему нас не настолько жалко, чтобы не попробовать рискнуть, может, у него есть другая информация, может еще почему… В любом случае нам остается лишь выполнять приказ. Поэтому ближе к делу. – Старший центурион достал командирский планшет и замер ненадолго, разглядывая что-то на небольшом экране.

– Итак, высадка начинается уже завтра, но в первых рядах мы не пойдем. Завтра время для ученых и спецназа. Они должны обследовать место для базы и прикрыть ее развертывание с земли. Послезавтра – для нас и производственников. Оборона строится двумя контурами. Ближний – непосредственно база, окруженная сплошным периметром окопов и временных огневых точек, которую охраняют симпанты и спецназ внутренних войск. Дальний – точечные посты спецназа дивизии «Меч» с тяжелым вооружением и мобильными средствами обнаружения. Они первыми обнаруживают противника и вступают в бой, при необходимости оттягиваясь к базе. Наш факультет – резерв командования. Возможно, мы просто просидим все двадцать дней, так и не вступив в бой. Но лучше не слишком на это рассчитывать. Вряд ли все пройдет так легко. Следует ожидать привлечения к обороне периметра, либо выдвижения вовне, если «мечей» всерьез прижмут. С этим ясно? Вопросы есть?

– Есть, господин центурион, – с места отозвался Дима. – Курсант Ватин, у меня вопрос…

– Декурион Ватин, – поправил его Максимов.

– Так точно, господин центурион. Декурион Ватин. Господин центурион, кто наш противник?

– Кто бы знал, декурион. Если уж проводить аналогию с игрушками, то какие-нибудь роботы. Биологические или еще какие. Сами смотрящие в драку не полезут, они зрители. С двумя другими цивилизациями, которые сдают испытания вместе с нами, нас сталкивать не хотят. Остается только инопланетная робототехника в неком антураже, начиная от реальных роботов и кончая какими-нибудь биологическими подделками вроде эльфов, орков или еще какой нечисти. Раз уж они сделали из испытания людей на живучесть что-то вроде нашей же игрушки, то знаете, я даже эльфам с драконами не удивлюсь. С этих станется. Другой вариант – некая биоэкзотика в виде агрессивных животных или сложных симбионтов вроде роя насекомых. Да хоть нашествие псевдоразумных амеб. Неважно – все равно это будут по сути роботы. Во всяком случае, так считает командование, а как это будет в жизни – увидим на месте. Еще вопросы? – Обвел внимательным взглядом собравшихся Максимов.

– Хорошо, тогда общий сбор послезавтра в полдень по корабельному времени. Нам выделяют два челнока для десантирования. Сегодня и завтра приказываю проверить личное оружие и скафандры, о всех неисправностях немедленно доложить. Для факультета освободили второй грузовой ангар, сейчас там выгружают наше оружие и снаряжение. Жду вас там через час.

– Красиво! – Илья кивнул на экран в углу. – Скажи, Маша?

– Ага, впечатляет, – отозвалась лежащая на постели девушка из противоположного угла палатки, приподнявшись на локте. Илья, Маша, Дима и Катя вместе со своими симпантами занимали одну палатку, стоящую впритык к складскому модулю номер шесть. Герметичная, со шлюзом и автономной системой жизнеобеспечения, она только называлась «палаткой», на самом деле являясь гораздо более сложной конструкцией. Но живущие в ней новоиспеченные декурионы иначе чем «палатка» ее не называли, так уж повелось с первого дня. Сейчас подключенный к сети земной базы на «Фортуне» широкий экран телевизора показывал инопланетный корабль, сосед «Обреченного» на орбите. Поясняющая надпись утверждала, что это звездолет гуманоидной цивилизации «Великая Славия», – одной из двух сдающих экзамен на выживание вместе с землянами. Корабль был красив. Голубые и белые ажурные надстройки обвивали золотистый центральный корпус, оканчивающийся мощными колоннами двигателей. Блестящие в звездном свете изящные решетки, видимо относящиеся к системам обнаружения, гармонично соседствовали с пилонами непонятного назначения вдоль центральной части конструкции. Чувствовалось, что создателям этого корабля было присуще не только стремление к функциональности, но и к красоте. «Обреченный» хотя и не уступал инопланетному кораблю в размерах, но смотрелся гораздо проще, как воробей рядом с нарядной экзотической птицей.

– А как они выглядят? – отозвался из глубины палатки Дима. – Ну эти, инопланетяне из «Великой Славии».

– Не знаю, – пожал плечами Илья. – Сказано, что гуманоиды, фото в сети базы не представлены. Я удивлен, что нам вообще их корабль показали. С нашей-то манией секретности… Наверняка какие-нибудь зеленые человечки с большими глазами. А вот, еще есть видеофайл другого корабля наших соседей – написано «цивилизация Ленааа».

– Какая такая Лена? – спросила Катя.

– Да не Лена, а Ленааа, – уточнил Илья, вчитываясь в текст на планшете. – Вот так их назвали. Или они сами себя так называют. Неважно, в общем. Смотреть будете?

– Давай.

– Даю, – Илья открыл файл на воспроизведение.

Второй корабль тоже был красив, хотя от звездолета «Славии» отличался разительно. Длинный, вытянутый треугольник, окрашенный зелеными и темно-фиолетовыми цветами. Вдоль центральной части и ближе к корме есть какие-то обтекаемые овальные надстройки. Выступающих частей мало, весь облик звездолета какой-то скругленный, зализанный, единственные острые углы – это концы треугольника. По своему изящен, не смотря на сплошной корпус, корабль совершенно не создавал ощущения тяжеловесности конструкции. Пожалуй, что и неведомые Ленааа строили звездолеты красивее, чем земляне.

– Как у них, интересно, дела, у этих Славий и Ленааа? – спросил в пространство Дима. – Лучше чем у нас? Или тоже проблемы?

– Кто знает, – отозвался Илья. В палатке ненадолго воцарилось молчание.

Дела у землян обстояли не очень. Шли уже одиннадцатые сутки испытания. И по всему выходило, что Империя его проваливает.

Сразу после высадки земляне больше всего боялись обещанных атак неведомого противника. Спецназ зарылся в землю, периметр развернули мгновенно. Ощетинились стволами во все стороны и стали ждать орд врагов. А ничего такого страшного не случилось. Да, на третьи сутки позиции «мечей» на внешнем периметре базы атаковали. Как выяснилось, Максимов был в целом прав. Противником действительно оказались человекоподобные биороботы. Что-то вроде зомби, как их прозвали «мечи» после первых стычек. Две руки, две ноги, голова. Бегает быстро, довольно ловок, но ничего запредельного. В распотрошенных в научных целях трупах обнаружились крайне примитивные органы пищеварения. Органов размножения не было вовсе.

Вооружены «зомби» были длинными широкими ножами, скорее даже короткими мечами наподобие римских гладиусов и огнестрельным оружием, но довольно примитивным – убогими гладкоствольными ружьями. Для имперского спецназа – не противник даже в превосходящем числе. Первые атаки «мечи» отбили с ходу, потом, когда врагов стало побольше, применяли гибкую тактику, ловя противника в огневые мешки с господствующих высот, при необходимости пропуская вплоть до сплошного периметра базы. Единственное опасение вызывал повышенный расход боеприпасов, но эту проблему сняли уже на пятый день, когда заработал производственный модуль и первые партии инопланетной руды превратились в готовые патроны. Фортуна оказалась очень богата на металлы, азотистые соединения, углеводороды. А имперские инженеры давно поднаторели в умении перерабатывать даже самые бедные залежи, пригодился опыт выживания в Великой войне.

Проблема оказалась не в боевых действиях. Люди не могли выполнить два других пункта испытания. Казалось бы, чего проще – найти командный пункт противника и уничтожить его. А вот нет. Смотрящие устроили нехорошую пакость с первых суток испытания – взяли и отключили прямую связь с орбитой, наведя помехи. Так что спутники отследить передвижение врагов не могли. Беспилотники… беспилотников было мало, и хороши они оказались лишь для нормальной войны. Той, где противник не только наступает, но и отступает, а также снабжается едой, боеприпасами, вывозит раненых и вообще – имеет коммуникации. А если весь поток идет только в одну сторону – на тебя, а обратно никак? Да, можно обнаружить очередную группу противника на подходе, но как точно узнать, откуда она вышла? Ее можно только перебить, назад никто не побежит – проверено. Пленные тоже ничего не скажут, даже если удастся их взять. Средств связи у них при себе нет. А время идет, осталось только девять дней, причем обнаруженный командный пункт еще надо уничтожить.

Впрочем, бывших курсантов эти проблемы напрямую не касалась – их по-прежнему держали в резерве. И скорее всего, так будет и впредь. С этими мыслями Илья выключил экран и пошел к печке. Время обеденное. Пайки – это хорошо, но кофе надо заварить лично. Благо небольшой встроенный в печку титан позволял набрать кипяточка в любой момент. Декурион нажал пару кнопок, крикнул громко:

– Карри, Лода, какой ИРП достаем?

– С апельсиновым джемом! – закричала сладкоежка Лода.

– Нет, давай тот, что с рассольником! – перебила ее Карри.

– Так, девочки, вы определитесь уже… – начал было Илья, но не закончил фразу. Он услышал резкий сигнал зуммера и характерное для работы шлюза шипение. В палатку кто-то входил.

– Обедаете? – озвучил очевидный факт Максимов, стоя у самого порога. – Кофейком угостите командира? – спросил он принюхиваясь.

– Не вопрос, – отозвалась Маша, вставая с койки. – Илюх, отойди-ка. Вечно у тебя всякая бурда получается. Я для господина старшего центуриона сама расстараюсь. Иван Матвеич, вам сколько сахара?

– Пару ложек хватит.

– Принято. А вы к нам просто так или по делу?

– Да как сказать… – замялся Максимов, принимая в руки горячую кружку. – По делу вообще-то. Но приказывать не хочу. – Он сделал пару глотков, подождал, когда поближе подойдут Дима и Катя, и продолжил. – Вы в курсе нашей ситуации. А тут такое дело… В общем, есть неподалеку, километрах в десяти, одна высотка. Ее держит пятый полувзвод «мечей», командиром у них один мой знакомый, центурион Павлов. Мы с ним тут на базе пересеклись. Он просил командование разрешить ему глубокий рейд на пару суток, проверить свои мысли по поводу того места, откуда к нам зомбаки лезут. Начальство не против, но вместо него точку надо кому-то прикрыть, пока они из рейда не вернутся. И поручили это нашему факультету, дескать, мы все равно в резерве паримся, а так от нас хоть толк будет. Я, конечно, могу приказать. Но хотел бы пока найти добровольцев. У некоторых из вас в некотором плане опыт боевых действий есть. – Максимов многозначительно посмотрел на Илью. – И умение выбраться из заварушки без потерь тоже… вот хотя бы так, как на прошлый Новый год. Поэтому и пришел узнать, вы готовы? Кураж есть? Если боитесь, говорите сразу, найду других.

«На слабо берет, – подумал Илья. – Но отказаться – поставить на себе клеймо “трус” и “негоден к карьере”. Выбор очевиден».

– Мы с Лодой и Карри готовы, – после секундной паузы сказал он.

– Я тоже, – повторил за ним Дима. – Пусть мои девчонки прогуляются. Засиделись мы тут.

Маша и Катя только согласно кивнули головами.

– Ну раз так, то отобедаем и заодно обсудим детали, – довольно сказал Максимов. – Время не ждет.

К отмеченной на планшете высотке вышли уже вечером, перед самым ужином. Илья ощущал себя странно. Дело в том, что именно его Максимов назначил командиром их небольшой боевой группы из четырех человек и десяти симпантов. В таком качестве парню быть еще не приходилось. С одной стороны, забот добавилось, с другой – и лестно это и немного непонятно, как себя вести.

Позицию им оставили уже оборудованную. Палатка, два тяжелых пулемета с внушительным запасом патронов, окопы и средства наблюдения – все было готово к их приходу. Уходя в рейд, центурион Павлов не стал забирать с собой лишний груз. Хотя то, что он бросил оружие и дорогущее оборудование на несколько часов без присмотра, Илью удивило. Но мало ли какие у «меча» были соображения…

Много командовать не пришлось. Выставили симпантов в охранение, поужинали, договорились о дежурстве. Вроде все. Илья прямо в скафандре растянулся в окопе и любовался чужими звездами, время от времени обводя взглядом окружающие просторы. Красиво. Тьма на небе не полная, а как бы слегка подсвеченная бело-голубоватым, словно млечный путь разлился на полнебосвода. Звезд наверху много-много и выглядят они гораздо крупнее и ярче, чем на Земле. Вроде и ночь, а красноватую песчаную почву Фортуны далеко видно даже без ПНВ. А еще симпанты. Илья был уверен – его девочки противника незамеченным не подпустят. Легкое волнение перед возможной схваткой, конечно, присутствовало, но не более того.

Отстояв первую вахту, Илья отправился спать в палатку. Лег на всякий случай в скафандре, оставив открытым шлем. Мало ли что? Даже если палатка потеряет герметичность, захлопнуть забрало дело секундное.

Поспать удалось часа три. Пробуждение было громким и неделикатным. Рев тяжелого пулемета ударил в уши, заставив Илью чуть ли не подскочить на месте, прямо из лежачего положения.

– Ой черт, – автоматически захлопнув шлем, Илья рванул из палатки. Опередив на секунду Катю и Диму, он выскочил из шлюза наружу и бросился к окопу, где, слившись воедино с пулеметом, вела огонь Маша.

– Ты что! Где! – подходящие слова не подбирались, но все было ясно и так. Маша отпустила на секунду гашетку и показала рукой вперед.

– Твою дивизию, – ахнул Илья, внимательно всмотревшись в темноту. Метрах в двустах впереди лежало нечто большое. Бывшее еще совсем недавно живым. В темноте туша инопланетной твари напоминала помесь слона с динозавром.

– Тор заметил, – лязгнула зубами Маша. – Оно перло совершенно бесшумно прямо сюда. Ну я и…

– Охренеть, подруга, – только и сказал Илья. И ты его завалила? – Впрочем, вопрос был излишним. Существо лежало и лишь вяло подергивало ногами, агонизируя. О таких тварях на Фортуне Илья еще не слышал.

– Зомбаки на десять часов! – вдруг закричала Димина симпантка, Толла. И сразу же захлопали частые выстрелы, которые через несколько секунд перекрыл рев пулемета. Серьезная машинка этот «калькулятор», он же модель К-22. Жидкий порох подается из одного протестированного и опечатанного еще на заводе контейнера, пули из другого. Шесть тысяч выстрелов в минуту, скорость пули восемьсот метров в секунду. Только боеприпасов не напасёшься.

Илья, присмотревшись, увидел темные человекообразные силуэты, подбирающиеся к высоте. До них было метров триста, на пределе видимости. Что же, можно стрелять без разбора. Свои бы давно предупредили по радио, дураков нет. Он перевел селектор огня на одиночный огонь и, тщательно прицеливаясь, начал стрелять. Правду сказать, без особого успеха, ни одного своего попадания Илья так и не заметил. Однако стрелял не он один, а на таком расстоянии симпанты вели огонь эффективней хозяев. Упала сначала одна фигурка, потом другая…

Исчерпав запас пуль, смолк пулемет. Илья дождался, когда Маша подсоединит к нему еще один контейнер, но стрелять ей не дал, остановив жестом руки.

– Не трать патроны. Похоже, все.

Действительно, когда над высоткой воцарилась тишина, стало понятно, что бой кончился. Непонятная тварь лежала неподвижно, десятка полтора зомбаков тоже. Ни один из них не подобрался к высотке ближе сотни метров. Илья чувствовал, как у него от отходняка трясутся руки. В голове, мешая его собственным мыслям, был разлит целый коктейль эмоций Лоды и Карри – для симпанток сегодня тоже был первый бой.

– Удивительное дело, – у зомбаков появились биотанки? – К Илье, перезаряжая магазин автомата, подошел Дима.

– Пойти посмотреть хочешь? – спросил Илья.

– Да ну. Лучше как рассветет, – серьезно ответил Дима.

– Вот и я так думаю. До рассвета пару часов осталась. Что за…

Карри, присев на колено, без предупреждения выстрелила куда-то вперед длинной, захлебывающейся очередью. Спустя мгновение к ней присоединились автоматы Тода и Тора. Илья рванулся к брустверу и увидел, как к ним буквально летят, едва касаясь широкими лапами земли какие-то твари, похожие на огромных черных горилл. Точнее разглядеть не получалось, да и некогда было. Снова отчаянно заработал пулемет, но твари неслись слишком быстро. Вот две из них упали, но третья, немыслимым образом извернувшись в воздухе, буквально взлетела на бруствер и обрушилась на замершего с автоматом Илью.

«Конец», – промелькнула короткая удивленная мысль. Но вместо ожидаемой темноты, глаза парня ослепила яркая вспышка, а вместо боли упавший декурион ощутил лишь тяжесть. Рванув вверх, Илья попытался вскочить и отбежать в сторону, но удалось лишь немного сдвинуться из-под тяжелой туши. Впрочем, спешить было некуда. Вместо половины головы у твари была лишь опаленная дымящаяся рана.

– Е… блин. Это еще что за новости? – срывающимся голосом сказал Илья, когда ему удалось подняться на ноги. Стрельба затихла, но Лода и Карри почему-то напряженно целились из автоматов в один из камней неподалеку. Туда же смотрело дуло Машиного пулемета.

– Это был лазер. Очень мощный лазер. Он убил эту дрянь, – тщательно цедя слова, сказала Маша. – И я готова спорить на гарант против сотни, что стреляли вот оттуда, – кивнула на камень девушка.

– «Мечи» вернулись? – предположил Илья.

– Это не человек, – коротко проинформировала хозяина Карри. – Я видела его. Он стрелял точно в тварь.

Илья ошеломленно потряс головой.

– Получается меня кто-то спас, и он прячется за тем камнем?

– Так, – подтвердила Лода. – Поэтому мы и не стреляем.

– Нда… Илья попытался собрать в кучку расползающиеся мысли. – Так, атака вроде отбита. А с разными непонятками нужно разбираться. И чем быстрее, тем лучше.

– Хорошо. Не будем тянуть резину. – Чувствуя себя немного дураком, Илья сделал пару шагов вперед и закричал в направлении камня, переключив шлем на громкую связь.

– Эй, ты!.. – Молчание. – Выходи! Стрелять не будем! – Прошло несколько секунд, но никакой реакции не было.

– Оно живое там? – спросил Илья Карри. Та лишь пожала плечами.

– Выходи, выходи! – чувствуя непонятный кураж, снова заорал Илья. – Покажись, золотце!

Еще секунду ничего не происходило, а затем вдруг сливавшаяся до этого с почвой Фортуны серо-красная человеческая фигура в скафандре встала из-за камня. И медленно пошла мелкими шажками по направлению к ним. Земляне удивленно смотрели на нее, не убирая оружия. Когда до Ильи оставалось сделать пару шагов, фигура замерла и вдруг из серо-красной стала бело-золотой, видимо отключив режим маскировки. А забрало ее шлема вдруг потеряло свою непроницаемую матовость, став прозрачным, как чисто вымытое оконное стекло. Илья потрясенно уставился на нее. Девушка… молодая и симпатичная. Тонкое, красивое лицо, небольшой рот. Глаза, правда, не человеческие, большие, круглые и голубые-голубые, с черной точкой зрачка. Позади головы в шлеме виднеется краешек золотистых волос. Ох и нифига себе знакомство…

– Ты кто? – растерянно спросил Илья.

– Славия теплого льда и ясеня из клана серого леса. Мастер-офицер второго карательного легиона цивилизации Великая Славия.

Ее голос был невыразительный, с механическими нотками, и Илья понял, что девушка говорит через некое переводящее устройство.

– Но равные мне зовут меня просто Славя. И ты зови.