Несвятая троица

Спокойная жизнь закончилась, понял Вартун, стараясь сообразить, кого и как он сможет быстро найти.

Ирина Зуева, Шартан, Шар, 25-го изока, день

Утром я проснулась умиротворенной. Не знаю, как это объяснить, может, Вадим что-то там наколдовал у меня в голове. Хотя он клятвенно заверил, что ничего не трогал, а только поставил защиту от чужого проникновения. Меня отпустило: я перестала сходить с ума по Насте и Игорю, я перестала корить себя, что переспала с Андреем, я больше не волновалось о будущем. И даже тот факт, что не будь этого странного переноса, я сегодня уже была бы дома, этим утром меня как-то слабо волновал. Нет, конечно, я по привычке подумала, что Игорь не сможет нормально собрать Настю в садик, что мамино сердце может не выдержать моего исчезновения, что… Был десяток этих «что», однако все они вдруг отошли на второй план. А на первый передвинулся этот новый для меня мир.

Сегодня я вдруг увидела, что местное солнце все ж чуть более красноватое, чем наше, земное. Я наслаждалась вкусом каши, которую Динари сварила нам на завтрак. Мне были интересны люди, которые ходили вокруг, их забавные одежды, странные фургоны и запах незнакомых специй, который витал над посадом. Я заинтересовалась странными и необычными монетами, которыми Цепала рассчитался с Беркутом. Все вокруг было исключительно интересным, и я вдруг поймала себя на мысли, что мне очень хочется оказаться внутри городских стен.

Мы подождали, пока очередь перед воротами рассосется и только потом поехали внутрь. Мальчишки чуть не сцепились с охраной в воротах, но мне даже это не испортило настроения, я лишь привычно приготовила гранату. Но, слава богу, обошлось.

Город был удивительным. Еще до рождения Насти мы с Игорем ездили в свадебное путешествие в Прагу. Конечно, Шартан был другим, но в целом эти мощеные улочки и несколько готическая архитектура мне напомнили старую часть чудесной чешской столицы. Улочки были такими же узкими, в самом широком месте еле-еле разъезжались два торговых фургона. Тротуаров здесь не было, а по краям проезжей части вдоль домов тянулись неглубокие, выложенные камнем канавки – вероятно, они служили для стока дождевой воды. Я, в свое время, читала много исторических романов – там говорилось, что запах в средневековых городах стоял ужасный, потому что там не было подземной канализации. Ничего подобного в Шартане не чувствовалось. Город был совершенно чист. Пока мы добирались до гостиницы, я заметила нескольких дворников в странной одежде, похожей на халаты. Они ожесточенно мели улицы, собирая мусор в большие джутовые мешки, которые затем убирали в специальные ниши в домах. В воздухе витали запахи цветов, готовящейся пищи и еще чего-то незнакомого, но пряного и приятного. А чуть ближе к центру я унюхала запах, который невозможно спутать ни с чем, – запах близкого моря.

Довольно высокие, в основном трехэтажные строения подходили вплотную к улицам. Некоторые из них, выглядевшие побогаче, имели небольшой палисадник, отделявший их от дороги. Дома были построены из камня, того самого, серого с красными прожилками, из которого была сложена городская стена. Все это венчалось коническими крышами с ярко-синей черепицей.

В окнах домов, там, где были открыты ставни, блестели вполне настоящие стекла. Самое прикольное было в том, что все окна в домах были треугольными, с такими же однобортными треугольными ставнями, открывавшимися вниз – то есть, они просто висели под окном в открытом состоянии. Ставни и навесы над подъездами были резные, разукрашенные в основном в синюю гамму. Во всем царил свой, совершенно непонятный нам стиль, которому нельзя было отказать в некоторой элегантности.

Людей на улицах было много. Торговки, с лотками то тут, то там зазывали попробовать пирожки и какие-то странные конструкции, напоминавшие пирожные. Топали загруженные чем-то мужики в фартуках, некоторые несли какие-то инструменты. Между домами стайками носились дети, играя в догонялки. Время от времени по улице проезжали верховые на лошадях и при оружии. Местная знать? Один раз я заметила промелькнувшую впереди роскошную карету, запряженную четверкой лошадей.

Мальчик возраста Терима, с прикольным именем Лидик, который набился нам в попутчики, вывел нас на довольно обширную площадь. Она имела шестиугольную форму, с фонтаном посередине. В таком же, как и площадь, шестиугольном бассейне лежал здоровенный каменный дельфин, скульптуры которого мы уже видели на шпилях местных церквей. Дельфин этот совершенно невозможно выгнулся, подняв страшноватую усатую морду к небу. Из его рта, почти вертикально вверх била струя воды. Я бы не назвала этот архитектурный ансамбль красивым, но что-то завораживающее в нем все-таки было. Не сговариваясь, мы подошли поближе и все вместе уставились на чудо местного зодчества.

– Дельфин – Создатель, – пояснила Динари. По крайней мере так Вадим перевел ее пояснение. – Шартанцы верят, что когда-то он вышел из моря и заложил здесь город. Ну, в смысле, люди заложили, а он просто посмотрел им в глаза и приказал это сделать. Мне когда-то отец про него рассказывал…

– Странный он какой-то, – пожал плечами Беркут. – Но что-то в нем все-таки есть…

– Ребята, я предлагаю поселиться в гостинице, а потом уже посмотреть местные достопримечательности, – сказал Вадим, о чем-то переговорив с Лидиком. Выглядел наш колдун сегодня уставшим и не выспавшимся, и, видя сияющие глаза Динари, которыми она постоянно следила за ним, я подозревала о причине. Веки девчонки тоже были красными от недосыпа, однако энергия так и била из нее ключом.

Беркут взял под уздцы свою ящерицу, и мы потопали дальше. Гостиница, которая, как нам перевели, называлась «Шартанский рай», находилась прямо на площади. Само здание было утоплено внутрь квартала, а перед фасадом располагался небольшой скверик, обнесенный кованой оградой из невысоких железных прутьев. Как только мы вошли в такие же железные ворота, к нам бросился служка. Верховые ящеры настолько впечатлили его, что он аж рассыпался в желании нам угодить. Спустя несколько мгновений на крыльце появился сам хозяин, который оказался отцом нашего провожатого. Шуганув мальчика, он поклонился и заверил нас в невероятном сервисе.

– Ты не против одного номера на двоих? – спросил меня Андрей по-русски, считая монеты. – Откровенно говоря, цены кусаются…

– Не против, – пожала плечами я. Еще вчера я бы попросила его взять номер нам с Динари и мальчиком, но сейчас поняла, что девочка хочет остаться с Вадимом. А одна я оставаться боялась.

– Вадик, заселимся, поговори с мальчишкой, – продолжил Беркут. – Надо выяснить, где номер этого «шипящего». Навестим его ночью, вопросы зададим…

– Поговорю, – кивнул Третьяков.

Как только Беркут отсчитал портье десятка полтора монет, молодая и улыбчивая девушка проводила нас в номера на втором этаже. Нам с Беркутом досталась большая комната с двумя треугольными окнами, огромной кроватью и несколькими комодами из резного дерева. Сбоку в стене была дверь, куда я немедленно заглянула. Особых удобств я не ожидала, но ванна меня невероятно порадовала. Устройство ее поражало воображение – большущий медный таз, под которым топилась печка. Дно было выложено камнями, которые прикрывала небольшая деревянная сетка, вероятно, чтобы попа не подгорела. Над ванной нависал странного вида кран: здесь, оказывается, был водопровод! Рядом стояло хитрое приспособление, в котором я с трудом опознала унитаз.

Недолго думая, я открыла кран, чтобы наполнить ванну. Андрей затащил в комнату последний мешок и закрыл за собой дверь.

– Здесь ванная! – поделилась я с ним своей радостью. Он заглянул внутрь, осмотрел конструкцию и хмыкнул.

– Главное – не свариться в этом великолепии. Предлагаю привести себя в порядок и прогуляться до местного базара. Хорошо было бы одеться по местной моде, а то мы похожи на оборванцев. Сколько тебе нужно времени?

– Часа полтора. Не много прошу? – состроила я глазки.

– Нормально. Я выйду, прогуляюсь, осмотрю гостиницу, – сообщил он, снимая шлем и стаскивая с себя кольчугу. – Закрою тебя снаружи. Оставь мне немного дров для ванной.

– Как получится, – хмыкнула я.

– Тогда воду не сливай, – неуклюже сострил он, выходя.

Боже мой! Ванна!!!

Я отмокала минут сорок, не меньше. Выбралась только тогда, когда Беркут постучал в дверь.

Надеть действительно было нечего. Более-менее приличной была лишь длинная юбка, отданная мне купцом. Я подобрала под нее белую офисную рубашку, завалявшуюся у меня в одном из мешков. Завязала полы на пиратский манер и расстегнула пару верхних пуговиц. Внешний вид меня не удовлетворил, но, по крайней мере, я перестала быть похожей на чучело. Надев свои единственные босоножки, я объявила Андрею, что готова.

Спустя полчаса мы вышли в коридор и постучались в соседний номер. Открыл дверь Терим.

– Они заперлись в той комнате и не выходят уже целый час, – пожаловался нам мальчик, указывая на дверь, за которой, вероятно, тоже скрывалась ванна.

Беркут бесцеремонно вошел внутрь, сильно постучал в дверь ванной и рыкнул по-русски:

– Вадик, хватит безобразничать! Мы на базар за одеждой. С нами идешь?

– Подождите минутку, – внутри послышалась возня, затем дверь приоткрылась, и в щель пролез Вадим, завернутый в полотенце.

– Думаю, мы не пойдем. Не хочется вещи без присмотра оставлять и вообще, – он смутился, и я не сдержала улыбки. – Возьмите Терима с собой, пожалуйста.

– Ладно, – хмыкнул Беркут, поворачиваясь к мальчику. – Терим, пошли с нами на базар. Оденем тебя немного и город посмотрим.

– Пошли, – обрадовался парень.

– Пока, молодожены, – хихикнула я, выходя в коридор. Как только дверь за нами закрылась, щелкнул замок.

На улице стало еще жарче и душнее. Если на этой планете климатические законы такие же, как у нас, – вечером должна была разразиться гроза. Людей на улице стало меньше. Возле гостиницы ошивались два каких-то оборванца, которые при виде нас переглянулись и исчезли в ближайшей подворотне.

Беркут остановил прохожего и на своем ломаном эртазанском, в котором ошибки замечала даже я, принялся выяснять, как пройти к рынку. Мужичок вначале испугался: Андрей, выше его на голову, с кинжалом на поясе и неизменной палкой в руках выглядел довольно устрашающе. Но потом, поняв, что ему ничего не грозит, принялся подробно объяснять нам, как пройти на рыночную площадь.

Следуя указаниям, мы углубились в узкие улочки. Поддавшись порыву, я взяла Андрея под руку. Он покосился на меня с непонятным выражением лица, однако согнул руку в локте, чтоб мне был удобнее.

Очередной раз повернув за угол, мы как-то вдруг оказались на базаре.

Ничего подобного я раньше нигде не видела. Площадь была огромной, забитой лотками, палатками, телегами, фургонами и людьми. В воздухе стоял шум и гам, все что-то говорили, спорили, кричали и размахивали руками. Торговали тут чем угодно: мясом, рыбой, морепродуктами, одеждой, украшениями, кухонной утварью, оружием, какими-то поделками из дерева и, бог знает, чем еще. Я взяла за руку Терима, чтобы он не потерялся в этой толпе.

Андрей целенаправленно тащил нас к торговцам одеждой, не позволяя задерживаться у других лотков.

– Давай посмотрим, – пыталась я его задержать у палатки с различными украшениями.

– Потом, – буркнул он в ответ, таща нас дальше. Наконец мы остановились возле огромного фургона, на котором висела всевозможная женская одежда. Торговала всем этим дородная женщина неопределенного возраста. Видя наш интерес, она мгновенно взяла все в свои руки:

– Ах, господин воин желает одеть свою прекрасную спутницу? Сию минуту мы подберем вам подходящий наряд. Пожалуйте сюда… Меня зовут Брыся. Что вас интересует, милочка: погулять по городу, домашняя одежда, что-то нарядное? Или, может, собираетесь в путешествие? Все интересует? Ах как чудесно!!! Присядьте, господин воин, вот в этом кресле вам будет удобнее. А вы, молодой человек, угоститесь пряником, вот здесь, моя дочка Тира сию секунду позаботиться о вас. Тира, негодница, тащи сюда взвар из коры и сладкое… – Она говорила что-то еще, чего я не поняла, разговаривала со всеми сразу, и даже Беркут уступил ее напору, опустившись в специальное кресло для ожидания. Меня же торговка тут же увлекла внутрь, показывая наряд за нарядом. Я не успела глазом моргнуть, как оказалась в примерочной, где Брыся сама помогла мне раздеться, восхитившись моим бельем и подала мне юбку и блузку из своей коллекции. В течение ближайших двадцати минут мы перемерили кучу одежды. Брыся периодически выталкивала меня из примерочной показать Андрею, сама определяла, что ему нравилось, а что нет, и тут же заталкивала обратно. Давно меня так не обслуживали, точнее никогда. Неудивительно, что мы удалились от нее, одев меня с головы до ног на все случаи жизни, хотя я пыталась заикнуться, что надо еще походить и посмотреть. Беркут без вопросов и торговли отсчитал Брысе три золотые и пять серебряных монет из своего мешочка-кошелька, который он хранил за пазухой.

Когда мы собрались двинуться дальше, я поднялась на цыпочки и поцеловала Андрея.

– Спасибо, Андрюша. Это было дорого?

– Не слишком, – ответил он, оглядываясь по сторонам. – Мы оказались довольно состоятельными людьми по местным меркам, после драки с шодами. Цепала скупил почти все трофеи, выложив кругленькую сумму. Так что, можно сказать, что ты это заработала. Теперь пойдем одевать мужскую часть нашего войска.

Я снова взяла его под руку и, оборачиваясь в поисках Терима, вдруг заметила оборванца. Увидев, что я смотрю на него, тот юркнул за какую-то палатку. Что-то в нем мне показалось знакомым, но он слишком быстро исчез, чтобы я осознала, что именно.

Вадим Третьяков,

Шартан, Шар, 25-го изока, вечер

– Зачем это? – спросила Дина, рассматривая «шмайсер», который я заворачивал в бумагу. На серый лист, который удалось выпросить на ресепшене, я нанес маленькие синие светлячки. Получилось здорово – настоящая праздничная оберточная бумага.

– Подарок для Андрея, – ответил я, создавая схему, имитирующую бант. – У него сегодня день рождения, – я чуть было не забыл, хорошо, что в ноуте выскочило напоминание. – Мы дарим подарки в такие дни.

– Ой, а что такое день рождения? – поинтересовалась она, поправляя платье. – Это праздник такой?

Я рассказал.

– А мы не празднуем дни рождения, – сообщила мне она, крутясь перед небольшим зеркалом, висевшим над комодом. Увидеть себя всю никак не удавалось, поэтому это чудо сбросило туфельки, забралась с ногами на постель и даже немножко подпрыгнула. – Лишь день амулета.

Дина выглядела потрясающе. Часа два назад Ира позвала ее к себе в номер, обещая сюрприз. Судя по всему, по шли в ход остатки косметики и еще непонятно какие женские ухищрения, но из деревенской девушки удалось сделать настоящую фею. Когда я открыл дверь, у меня отвисла челюсть. Передо мной стояла темноволосая Лейтон Мистер собственной персоной, сходство было просто поразительным. Ирка захихикала, увидев мое лицо. Придя в себя, я отомстил ей, спросив, приготовила ли она подарок для шефа?

– Раньше не мог сказать? – прорычала она. – Что ж теперь делать?

Я ее успокоил, сообщив, что кое-что придумал и преподнесу это от нас всех.

– Что это будет?

– Что можно подарить такому, как наш шеф? – Пожал я плечами. – Конечно, оружие.

– Покажи, – потребовала она, заходя в наш номер. Я продемонстрировал «шмайсер», на который убил последние несколько часов. Артефакт, в части внешнего вида, конечно не был шедевром. А что вы хотите, я не резчик по дереву, а из инструментов у меня только топор и нож, да несколько магических штучек. Сначала я думал об АК, но потом понял, что его форму я точно не потяну.

– Как-то выглядит… не подарочно, – с сомнением произнесла она.

– Зато функциональность на уровне, – отмел я ее сомнения. – Девяносто зарядов с одного комплекта накопителей. Дальность действия пятьдесят метров. Один заряд – три сгустка воздуха такой мощности, что пробивают человека насквозь. Беркут будет просто счастлив!

– Ты глупый и ничего не понимаешь! Это надо красиво упаковать!

Вот именно этот разговор был причиной моих нынешних действий. Закончив, я критически оглядел свое творение и, в целом, остался доволен.

– Пойдем, малышка, – сказал я Дине, которая слезла с кровати и одевала непривычную обувь – черные туфли на небольшом каблуке, выкопанные Иркой в закромах ее рюкзака. Они очень подходили под ее серое, длинное, но очень элегантное платье. – Нас уже заждались, наверное. – Чисто на автомате я прицепил кастет на пояс.

Мы вышли из номера и, пройдя по коридору, спустились вниз по винтовой лестнице. Портье за стойкой окаменел, глядя на Дину. Да, да, вот такая у меня девушка! Пройдя мимо застывшего парня, мы поднялись на три ступеньки и оказались в ресторане. Ну, ресторан – это сказано, конечно, громко. Деревянные столы и лавки больше подходили для придорожного трактира, но тут было чисто и вкусно пахло. Несколько столиков были заняты, но мы сразу заметили Иру, по обе стороны от которой сидели Андрей и Терим. Зал затих, я вдруг понял, что все окружающие пожирают глазами мою спутницу. Дина немного смутилась. Я взял ее под руку.

– Не дрейфь!

Ира выглядела не хуже. Зеленое платье с открытыми плечами, блестящие рыжие волосы и вечерний макияж делали из нее этакую соблазнительную ведьмочку.

– Андрюх, – сказал я, вручая искрящийся сверток. – От всех нас поздравляем тебя с днюхой и, конечно, желаем, чтобы все… – Кто знал шутку, улыбнулись. – Чтобы всё, вернее, у тебя было и ничего за это не было!

– Спасибо, друзья, – Андрей, мне кажется, немного растерялся, целуя девушек и пожимаю мне руку. Я видел, ему действительно было приятно, что мы не забыли.

– Ты разверни, разверни, – сказал я, придерживая стул для садящейся Дины.

– Не фига себе, – пробормотал он, разглядывая автомат. – Ну прям эмпэ сорок[11]. Это то, что я думаю?

– Да, – ответил я, перечислив характеристики. – А вот здесь, сверху – индикатор. Загорается красным, когда остается всего десять зарядов.

– А потом как перезарядить?

– Потом надо заряжать, – с сожалением ответил я. – Видящий нужен. Но со временем могу попробовать сделать отъемный магазин.

Подошла молоденькая пухленькая девушка в белом переднике – официантка. Меню тут никакого не было, она просто спросила, что мы будем кушать, перечислив несколько блюд – в основном рыба и мясо. Мы попросили самое вкусное, а в качестве напитков Беркут заказал девушкам и Териму местное сливовое вино, а нам – пиво. Крепкого тут, к сожалению, не было.

Я как-то расслабился, впервые на этой планете почувствовав себя в своей тарелке. Дина с интересом оглядывалась по сторонам, ей все было внове и интересно. Днем, когда ребята забрали на базар мальчишку, мы устроили настоящее безумие. Малышка оказалась очень страстной и жадной до ласки, я совершенно не ожидал такого.

Девушка-разносчица принесла напитки – большие глиняные кружки с пивом и мутноватые, но довольно элегантные по форме бокалы для вина. Само вино было подано в стандартном орехе.

– Я сегодня ужасно голодная, – сообщила Ира, пригубив бокал. – Причем целый день есть хочется. Признавайся, Вадик, что ты у меня там включил?

– Я не включал ничего, только выключил, – усмехнулся я, дегустируя местное пиво. Ничего так, только странный какой-то привкус.

– Молодец, спасибо тебе еще раз, – сказал Беркут, отпивая глоток из большой глиняной кружки. – Мы сегодня на рынке встретили десяток нелюдей обеих рас. Было бы очень не по себе, не будь защиты.

– Я не понимаю, как местные живут, – передернулась Ира. – В любую минуту можно стать марионеткой… Быррр.

– Думаю, нелюди тоже чувствуют себя не слишком хорошо, – усмехнулся я.

– Почему это? – чему-то возмутилась Ира.

– А ты представь: создали твои предки когда-то роботов. Всю жизнь они работали на тебя, выполняли твои приказы, то есть происходило все так, как было предусмотрено. А тут вдруг революция – роботы взбунтовались. Создали свое государство. Пошли на тебя войной.

– Кто такие роботы? – спросила Дина.

– Роботы – это существа, которых создали для выполнения определенной работы, – пояснил я ей.

– То есть мы – роботы? – уточнил Терим.

– В какой-то мере да, – кивнул я.

– Ну да, наверное, для них это ужасно, – согласилась Ира. – Но я все равно не хочу на них работать… Пусть они и создали когда-то наших предков. Что, впрочем, под большим вопросом.

– Механизм контроля людей есть. Значит, с большой вероятностью можно утверждать, что это так, – усмехнулся Беркут.