Искусство разрушения

— Не понимаю… — Финн перевернулся на спину. — Что заставило магма форму напасть на нас сейчас?

— Она напала не на нас, она напала на Розу. — Доктор ухватил его за плечи и подтянул, бледного и трясущегося, на ноги. — Сначала Соломон — затем Роза.

— Кто следующий? — Прошептал Финн.

— Мне нужно, чтобы ты был наготове, — резко произнес Доктор. — Будь наготове. Твоей планете нужна готовность.

Финн беспомощно смотрел на него.

— Этот Варм будет нас преследовать.

— Конечно, будет. Так что нам придется работать быстро. — Он сунул руку в карман, затем нахмурился. — И без звуковой отвертки. Вперед… в лабораторию. Нам нужно запереться внутри.

— Что вы задумали?

— Эти твои восхитительные эксперименты, — сказал Доктор. — Я полагаю, ты пытался добиться взаимодействия между человеческой плотью и грибком на клеточном уровне, верно?

Финн кивнул, попытался привести мысли в порядок.

— Я пытался создать гибридные клетки. У меня был некоторый ограниченный успех, но…

— Что ж, я, к счастью, не ограничен ни чем. — Доктор потащил его по пустынному коридору. — Я гений. Так что я преуспею там, где ты потерпел неудачу, верно? — Он закрыл противопожарные двери и запер их на засов. — И я собираюсь сделать это ровно за пять минут. Легко. — Он вновь продолжил движение, практически волоча Финна за загривок. — Раз плюнуть.

Финн высвободился из хватки Доктора, попытался на секунду остановиться.

— Но зачем, что вы…

Доктор вместо этого потащил его за руку.

— Страж превратил грибок в караульное создание, но твои грибы сбросили их цепочки — цепочки инопланетных протеинов — и восстановили свою первоначальную форму. — Он быстрым шагом прошел к лаборатории и пинком распахнул дверь. — Тут, должно быть, дело в базовом несоответствии клеток. Если мы сможем разработать способ укрепления клеточных мембран в клеточные стенки на достаточно долгий промежуток времени, чтобы можно было вывести инопланетную инфекцию…

— … не убив при этом субъекта…

— … тогда, вуаля! У нас будет анти-големская сыворотка. И это будет единственным шансом Розы. Если только мы сможем до нее добраться… — Он ударил ладонью по столу — Мы доберемся до нее. Образцы грибка! Где — где — где?

Финн поспешил к спрятанному в стене сейфу, ввел код доступа.

— Я возвращаюсь к теоретической работе, когда только могу, но все еще даже близко не подошел к прорыву.

— Поэтому тебе пришлось перейти на гуано и помещения выращивания?

— Когда посев достигнет достаточной выносливости, я смогу продолжить настоящую работу — и с официальной санкцией, надлежащими ресурсами… — Он начал выбирать наиболее вероятные из незаконченных препаратов. — Эдет Финн, человек, который спас мир. Вот в чем моя мечта. Время покажет.

— Не правда ли. — Доктор печально посмотрел на него, словно бы знал что-то, что не было известно Финну. — Что ж, моя мечта сейчас во главе очереди на выполнение, так что давай-ка пошевеливаться.

— Доктор, у вас была эта идея на уме еще до того, как ваша подруга была заражена, верно? Почему?

— В любой войне есть две стороны, — произнес Доктор, запирая дверь и подтаскивая стол, чтобы подпереть ее. — Пытался убедить Вармов затеять драку где-нибудь в другом месте — не сработало. Но Вальнакси века и века сражались с Вармами. Они могут знать о некоторых слабостях, которые мы могли бы использовать, чтобы прекратить эту бойню, прежде чем Земля окажется в серьезной беде.

— Но они все были истреблены.

— Нечто изображает бога для этих големов. Боевой компьютер или оборонная сущность. Нечто, что могло бы нам помочь. — Поднатужившись, он водрузил свинцовый ящик с летучей мышью на стол. — Так что, я подумал, что мог бы по-быстрому состряпать големо-отталкиватель, чтобы использовать его на себе. — Он взял датчик сбора данных, включил его и направил на первый из пузырьков, вытащенных из сейфа Финном. — Магма должна инфицировать меня так же, как и грибок, но, если повезет, она не сможет полностью мной завладеть. Тогда я смогу общаться с магма формами без того, чтобы становиться одним из них.

— Экспериментировать на себе? — Финн, включив генный преобразователь, уставился на него. — Вы пойдете на такой риск?

— Что мы только не делаем, чтобы спасти мир, а, Финн? — Доктор широко улыбнулся, закатывая вверх свой рукав, словно бы на самом деле получал от этого какое-то извращенное удовольствие. — Так, в качестве основы мы используем немного моей крови. Она столь же умна, как и весь остальной я — высоко адаптивна, с регенеративными свойствами. Придется удалить дополнительную клеточную матрицу, чтобы она была совместима со всей остальной животной жизнью Земли, конечно же…

— Животной жизнью Земли?

Доктор указал на свинцовый ящик.

— Тогда мы сможем протестировать это на нашем летучем мыше Толстом, посмотрим, сможет ли он отбросить големский эффект. Конечно же, это не исправит генетическую мутацию, но… — Он изучил показания датчика — затем шлепнул его на стол. — Итак! Думаю, начнем с нуля. Вместо того чтобы пытаться соединить воедино клеточную стенку с клеточной мембраной, как насчет того, чтобы построить одно вокруг другого? Стенку, что распадется прежде, чем может быть нанесен непоправимый ущерб, оставляя первоначальную клетку нетронутой. — Он кивнул своим мыслям. — Мы можем адаптировать технику Килбракена.

Финн нахмурился.

— Что?

— Химический трюк. Вместо того чтобы клонировать клетки, наколдовываешь нечто вроде трехмерной фотокопии.

Голова у Финна шла кругом.

— Но как вы можете знать, что это остановит магму от того, чтобы овладеть вами?

— Без уверенности. Но мы можем провести быструю пробу, используя вот это. — Неожиданно с пальцев Доктора свесилось ожерелье Адиэл, в кристаллах сияли крошечные золотые крупинки. — Надеюсь, этого вещества недостаточно, чтобы оно было по-настоящему опасным, но достаточно, чтобы протестировать наш метод. А сейчас, возможно, ты мог бы заткнуться, настроиться на позитивные мысли и приступить к работе. — Он поднял голову от датчика, взгляд его впился в глаза Финна. — Помнишь, что на наших глазах произошло с Канджучи, как он раздулся, мутировал? Так же, как гриф и бедный старичок Толстой, как и все големы. — Он подготовился взять свой образец крови. — Это тот момент, когда химия тела уже слишком сильно изменена для того, чтобы обратить процесс повреждения, вызванного возбудителем Вальнакси. Роза не достигнет этой стадии — ОК?

Финн хмуро кивнул и начал подготовку лазерного шприца.

— Но сколько у нас времени до того, как Варм доберется до нас?

Грохот сотрясаемых запертых дверей донесся снаружи.

— Включи секундомер, и проведем маленький эксперимент, — предложил Доктор, протягивая руку. — Возможно, наши открытия опубликуют.

Финн включил шприц.

— Посмертно, — проворчал он.

* * *

Бэзел жался поближе к Адиэл, пока Фальтато тащил их по узким, освещенным красным светом проходам. Вокруг не было ни следа ни големов, ни капель, ни мятежников или кого-нибудь еще — здесь были только они и инопланетный монстр из ада, двое из его слюнявых языков были обернуты вокруг их поясов.

Они использовали странный, похожий на пузырь контейнер, чтобы пролететь над полем боя из корабля Вармов к восточной сети лавовых труб. Големы сражались с устрашающей яростью, не подпуская Вармов к двойным дверям, ведущим в пещеры, но на Адиэл, Бэзела и даже Фальтато не обратили внимания. Бэзел решил, что Вармы представляли большую угрозу, чем трое случайных инопланетян, и Адиэл предположила, что он прав. Какое еще здесь могло быть объяснение?

Теперь еще два жестких, полупрозрачных контейнера плыли, медленно подпрыгивая, вслед за ними, готовые к наполнению сокровищами Вальнакси и обратной отправке на корабль Вармов.

— Небольшой крюк, — неожиданно объявил Фальтато. — Я хочу кое-что проверить. Здесь происходит нечто подозрительное.

«Можно и так сказать», — устало подумала Адиэл; высказывание было таким же преуменьшительным, как «война — это ад».

Он развернул их в сторону узкого туннеля, который она узнала, того самого, что заканчивался большой кучей камней. Бэзел видел под ней золотое свечение, словно от роящихся светлячков.

Он повернулся к Адиэл.

— Это ты хотела показать нам с Розой, прежде чем бросить нас в другом туннеле?

— Да, — сказала она. — Та штука, которую на моих глазах похоронил Соломон.

— Дезактивационная пластина, — надменно произнес Фальтато, убирая свой язык. — Изучи каменный завал. Выясни, какие инструменты вам понадобятся, чтобы расчистить его.

Бэзел молча прошел по туннелю, чтобы посмотреть.

— Так эта дезактивационная пластина может выключить големов и стражей? — произнесла Адиэл за его спиной.

— Если ввести правильные коды безопасности, дезактивирует защиту лабиринта, — согласился Фальтато, прежде чем утомленно добавить, — Отсюда и название.

— Тогда почему она так плохо защищена? — заспорила она. — Магма должна была поблагодарить Соломона, а не убивать его. Почему тут все не кишит големами?

— Тот Варм сказал, что это место работает неправильно, — напомнил ей Бэзел. — Но… в том захудалом месте, где был убит Соломон, там были даже скорпионы, пауки и всякие твари. Так почему не здесь? — Но как только он подошел к заваленной булыжниками пластине, камни начали стучать и двигаться. Один из них скатился с кучи и приземлился у его ног.

Бэзел нахмурился и попробовал приподнять его. Камень должен был весить не меньше тонны, но оказался пористым и легким, словно пемза. Он попробовал смахнуть другие обломки, и те либо попадали с кучи, либо рассыпались в пыль.

— Тут что-то не то, — крикнул он через плечо. — С камнем творится что-то странное.

Фальтато поспешил к нему, таща за собой Адиэл.

— Камень был подвергнут влиянию некоего интенсивного энергетического поля, — пробормотал он. — Несколькими часами ранее он был достаточно прочным… Будто бы удалили силу сцепления. — Он покачал своей острой головой, смахнув побольше пылеватых обломков и очистив пластину. Затем все пять его глаз сузились, как будто бы он нахмурился.

— В чем дело? — настороженно спросила Адиэл.

— Это не дезактивационная пластина, — пробормотал он. — Оно сделано так, чтобы выглядеть ею, но канал данных поддельный. — Он указал парой клешней на отверстие в пластине, где горели соединенные стеклянными трубочками огоньки, похожие на магму. — Я не знаю, для чего предназначена эта технология, но ее не должно здесь быть.

— Ну, и, если эта штука ничего не дезактивирует, то что же она делает? — выдохнула Адиэл.

— Что она делала? — Поправил ее Фальтато. — Она была повреждена, отсюда и утечка энергии. Но ее предназначение… — Его ноги застучали друг о друга со злым, встревоженным звуком. — Почему я обсуждаю это с двуногими?

Адиэл пожала плечами.

— Возможно, тебе стоит рассказать Вармам.

— Вальнакси заблокировали их сигналы, они не смогут услышать меня. — Фальтато выглядел обеспокоенным. — Может быть, позже.

Он повернулся и поплелся назад по боковому туннелю.

— Почему он обсуждал это с нами? — Тихо проворчал Бэзел.

Адиэл посмотрела на монстра, передвигающегося, слегка подпрыгивая на своих бесконечных ногах.

— Думаю, потому что он испуган, — сказала она.

Глава шестнадцатая

Финн вытащил последний образец из центрифуги, подготовил слайд и положил его под интронный микроскоп. Возможно, этот окажется…

— Нет. Не подходит, — доложил он. — «Фотокопии» клеток грибка формируют барьер вокруг ваших собственных клеток, но разрушаются в течение секунд.

— Ерунда какая-то… — Доктор стоял на противоположном конце лаборатории, согнувшись над мензурками и сосудами. — Смешай немного образцов А и Д. — Он неожиданно взметнул голову вверх, волосы его топорщились в неконтролируемом беспорядке. — Ох, погоди, А и Д — «Ад», звучит не очень обнадеживающе, да? Знаешь что, сделай-ка их А и Х. «АХ!» Аааааах. — Он улыбнулся и кивнул самому себе. — Ага, вот это уже больше похоже на дело. Должно сделать клеточные стенки менее химически активными, чтобы они смогли продержаться подольше.

— Но даже если это сработает, как вы собираетесь применять это лекарство? — Спросил Финн. — Вы ведь помните Канджучи… Кожа затвердевает, как металл, так что ни один шприц не…

— Все в порядке, я подумал об этом, — сказал ему Доктор, демонстрируя датчик сбора данных. — Я приспособил вот эту штуку. Теперь это еще и передатчик данных. Когда сыворотка будет доведена до совершенства, мы сможем ее отсканировать — и затем распространять в виде электрохимического излучения.

Финн уставился на него, потеряв дар речи.

— Вы устранили функцию получения данных всего за несколько минут?

Доктор выглядел озадаченным.

— Ну конечно. На кону ведь жизнь Розы. А теперь беспокойся о своей собственной работе!

Финн сделал, как было сказано, пребывая в состоянии недоуменного потрясения. Все, что Доктор говорил ему делать, казалось, бросало вызов установившейся генной теории. И все-таки это работало — до известной степени.

— Как долго, по-вашему, вы сможете заставить клетки держаться?

— Не знаю, — сказал он. — Надеюсь, что достаточно долго.

Недалеко по коридору раздался грохот. Финн содрогнулся.

— Тот Варм будет здесь с минуты на минуту, чтобы поймать нас и убить.

— На этот случай, — сообщил ему Доктор, демонстрируя пару закупоренных пузырьков. — На скорую руку создал взрывчатую смесь в свободное время. Не останавливай работу — я воспользуюсь второй дверью, срежу дорогу через комнату отдыха и зайду с другой стороны, чтобы отвлечь Корра. — Он со стуком поставил один из пузырьков на столешницу Финна. — Если Варм прорвется через меня, используй это. Но сначала спрячься под стол — это большой взрыв, и, скорее всего, обрушит потолок тебе на голову.

Финн посмотрел на пузырек, затем вернулся к смешиванию образцов.

— Будьте осторожны, Доктор.

— Да. Когда-нибудь. — Он побежал к дальней двери, распахнул ее и выбежал в коридор.

Баррикада подпрыгнула, когда Варм навалился на главные двери.

— Я чую вас, двуногие, — прошипел Корр. — Вернитесь ко мне или умрите.

Финн поглядел на дверь, которой воспользовался Доктор; она все еще стояла открытой. Он тоже мог убежать. Спрятаться. Подождать, пока все это закончится. Содрогнувшись от страха, он осознал, что Доктор мог именно так и поступить. Что, если он убежал наружу, оставив Финна для отвлечения внимания, с единственной защитой в виде пузырька дурных запахов?

Затем он вспомнил боль в глазах мужчины после того, что произошло с Розой, и с обновленной решимостью вернулся к работе.

— Жизнь из смерти, — пробормотал он, смешивая свои образцы. — Жизнь из смерти.

* * *