Игры по чужим правилам

Аида являлась идеальной хранительницей семейного очага. Властной рукой она единолично вела домашнее хозяйство, устраивала пышные ведьмовские шабаши, командовала родней. Настоящая королева! Готовила она тоже по-королевски, то есть отвратительно. Даже чудно, что, с такой поварихой на кухне, Вестичи не страдали язвой желудка.

Когда мы вошли в просторную комнату, то Аида с чопорным видом уже восседала во главе стола. Роза, занимавшая место напротив хозяйки дома, с наслаждением курила папиросу, стряхивая пепел в тарелку с недоеденным салатом. Зак потягивал из бокала вино и мило беседовал с поистине неземным черноволосым созданием.

Я никогда не видела настолько красивой ведьмы, как сидевшая рядом с ним девушка. На фоне утонченной незнакомки любая красавица заработала бы комплекс неполноценности. К счастью, меня комплексы не мучили — родители, ради психологического эксперимента, истребили их, один за другим, еще в отрочестве.

Взор гостьи остановился на Филиппе, и она запнулась, не договорив фразы. Признаться, меня неприятно царапнул неприкрытый интерес, вспыхнувший ярко-синих глазах красавицы.

Роза расплылась в широкой улыбке и, небрежно бросив дымившую сигарету в тарелку, поднялась.

— Здравствуй, дорогой! — Скрипучий, прокуренный голос тетки Вестич резал слух.

Она заключила племянника в жаркие объятия и смачно расцеловала в щеки. Присутствие гостьи-человека тетка Вестич, как обычно, проигнорировала. Конечно, грубость не ускользнула от Зака и, издеваясь, он отсалютовал мне бокалом.

— Филипп, мальчик мой, познакомься, — Роза не слишком вежливо указала пальцем в неземное создание, — это Маргарита Орлова. Она специально приехала из Приволжья, чтобы помочь мне в работе!

— Как поживает ваш отец? — с невозмутимым видом поинтересовался парень.

— Превосходно, — кивнула девушка.

Наличие у Хозяина Орлова взрослой дочери, для Филиппа точно стало сюрпризом! Он сам рассказывал, что приволжский клан принципиально держался подальше от ведьмовского мира, всячески избегал столицы и гостей не жаловал. Орловы жили столь замкнуто, что лицо последнего Хозяина знали только по портрету, вывешенному в галерее ведьмовского архива. Интересно, чем думал строгий отец, когда отпускал дочь-провинциалку с внешностью Мисс Вселенной в большой город?! Похоже, вообще, не думал!

Мы расположились на пустующей стороне, словно осужденные перед судебными заседателями. Как назло, я сидела напротив Заккари, так что аппетит пропал окончательно.

Раньше ужины в Гнезде походили на шумные потасовки. Большая семья ругалась, выясняла отношения и лишь изредка отвлекалась на еду. Теперь же в столовой царили мир и спокойствие, о каких когда-то мечтала Аида. Однако вместе с приходом порядка красиво сервированный стол опустел и казался слишком большим для родственников Вестичей.

К моему бокалу сама собой протанцевала бутылка с вином. Угадать, от кого именно исходило колдовство, лично мне никогда не удавалось. Мелкие услуги за столом мог оказать любой из присутствующих ведьмаков. Отказываясь от алкоголя, я поспешно накрыла фужер ладошкой и, не обращаясь ни к кому конкретно, вежливо произнесла:

— Спасибо, но не стоит.

— Сухой закон? — немедленно отреагировал Заккари, с намеком покосившись на сводного брата.

— Непереносимость, — коротко бросила я.

— Когда вернулся? — не глядя на блондина, сдержанно поинтересовался Филипп и приступил к еде. Вернее, к размазыванию жиденького картофельного пюре по тарелке.

— Пару дней назад, — охотно оповестил тот. — У меня проблемы?

— Нет, ты же не доставил никому хлопот.

— Скорее наоборот. — Заккари источал благодушие. Все с той же милой улыбкой он полюбопытствовал: — Как себя чувствует профессор логики, Александра?

Я поперхнулась и, угрюмо зыркнув на противника, буркнула:

— Не созванивались.

Если мой парень и удивился двусмысленности диалога, понятного только нас с Заком, то виду не подал. Однако же его лицо окаменело.

— Маргарита, — обратился Филипп к юной ведьме, не спускавшей с него блестящих глазищ, — и что вас побудило приехать в Гнездо?

Отчасти, нотки снисхождения, прозвучавшие в голосе ведьмака, успокоили мои параноидальные мысли о привлекательности гостьи, но не изгнали ревность до конца.

— Я экстерном окончила школу, и планирую поступить на исторический факультет, — пояснила та, кокетливо заправляя за ухо густую темную прядь волос. На указательном пальчике с аккуратным ноготком поблескивал диковинный, но слишком крупный для изящной руки, перстень с рубином.

— Какая жалость, что тебе еще нет восемнадцати, — бесцеремонно вклинился в беседу Заккари, хитро покосившись на Розу.

Писательница подавилась сигаретным дымом и со странным звуком выпустила изо рта сизое облачко. Яростный прищур, направленный на хамоватого племянника, говорил лучше любых слов о том, что нахал испытывает терпение ее, не очень-то терпеливой тетки Вестич.

— Роза проводит грандиозные исследования, — ловко проигнорировав замечание, девушка продолжила утомительную светскую болтовню. — Помощь в написании книги станет отличной рекомендацией для ректората. История Вестичей потрясает…

Перебивая увлеченно тарахтевшую гостью, в гостиной затрещал старенький телефонный аппарат.

— Это меня. — Озадаченно нахмурившись, Филипп поднялся из-за стола. Каким-то особенным чутьем он умел распознавать звонивших, и родственники заметно заволновались, заметив обеспокоенность Хозяина. Не желая оставаться тет-а-тет с семьей, я, было, поднялась следом, но парень положил ладони мне на плечи и, поцеловав в макушку, мягко велел:

— Закончи, пожалуйста, ужин.

Аида проводила сына встревоженным взглядом. В тишине дома разнеслись твердые шаги, и телефон смолк, вероятно, когда Филипп поднял трубку. За столом возникла сконфуженная пауза.

— Скажите, Александра, — неожиданно обратилась ко мне гостья, — так вы на сто процентов человек?

— А вы против? — иронично отозвалась я.

— Не примите мое любопытство за ксенофобию. — Девушка мило улыбнулась. — Просто забавно собственными глазами увидеть человеческую приживалку Вестичей.

Ведьма!!! На моем лице не дрогнул ни единый мускул, но воображение живо нарисовало картину, как на голову обидчицы опускается тарелка с салатом.

— И как, не разочаровала? — Мне с трудом удалось сохранить чувство юмора.

— Думала, что ты симпатичнее, — переходя на панибратское «ты», пожала плечами девушка.

От воцарившейся тишины зазвенело в ушах. Я уже приготовила достойный ответ, но не успела и рта открыть, как, устремив на меня пронизывающий взгляд, в пикировку бесцеремонно вмешался Заккари.

— Не сомневаюсь, что Александра чудесно уживается со своим отражением. К тому же она имеет массу скрытых достоинств. Но главные ее плюсы — нечеловеческая выдержка и отличные манеры, чтобы за столом опускаться до ответного хамства. — Ведьмак заливался подобно деревенской своднице, сватающей дурнушку. — Скажи, Марго, а ты запросила приличное вознаграждение за работу?

Он виртуозно направил беседу в безопасное русло, и всполошенная Аида облегченно выдохнула. Хозяйка дома ненавидела неловкости, всячески старалась сгладить острые углы. Наверное, сказывалось благородное воспитание в закрытой английской школе для девочек, где манеры, при необходимости, заколачивали насильно.

— В отличие от обычных людей, таких как Саша, мне не нужно работать, — прочирикала девушка.

Не ведьма — вампирша! Надеюсь, что она тяпнет себя за язык острым клыком и отравится источаемым ядом!

— То есть, — Зак энтузиазмом прожевал кусочек хлеба и уточнил деловым тоном: — ты будешь жить в Гнезде, помогать писать книгу, и все удовольствие совершенно бесплатно?

— Ну, да. — Гостья недоуменно моргнула, пытаясь вычислить в словах соседа подвох.

— Почти как приживалка? — невинно заметила я.

Личико девушки вытянулось. Незаметно для остальных Заккари подмигнул мне. Похоже, вести себя, точно заговорщики, у нас уже входило в дурную привычку.

— Кстати, — с беспечным видом блондин указал в мою сторону вилкой, — наша Александра не живет в Гнезде, только изредка гостит. Обидно, потому что она бывает восхитительно забавной в гневе. Прямо как сейчас.

Скрипнув зубами, я мысленно пожелала ведьмаку катиться к черту.

— Молодые люди, что здесь, в конце концов, происходит?! — от раздражения покрываясь красными пятнами, вопросила Аида.

— Объясняем Маргарите наши запутанные отношения. — С деланным удивлением выгнул темные брови пасынок, мол, чего тут непонятного. — С ходу и не разберешься, кто — кого ненавидит или в аварии спасает…

Он многозначительно примолк.

Вот, оно и случилось! В жизнь воплощались все мои самые страшные кошмары: красавица-ведьма в особняке, возвращение заклятого врага, неодобрение сдержанной матери Филиппа. Для полного «счастья» оставалось, чтобы все узнали о страшном видении!

— Сашенька, — вымолвила Аида напряженным голосом, — не могла бы ты найти Филиппа?

«И закончим этот балаган», — добавила я про себя. Хозяйка дома всегда решала выходившие из-под контроля ситуации подобным способом — удаляла раздражающий элемент. Сейчас она отсылала меня.

— Конечно. — Я поднялась. Стоило повернуться к родственникам Вестичам спиной, как любезная улыбка погасла. Отвратительный вечер, хуже не придумаешь!

Однако ужин оказался лишь прелюдией к настоящему скандалу. С приближением к библиотеке до меня все явственнее доносился знакомый гнусавый голос: «Рыжая — это девушка из «Людей Х»! Она махнула руками, и джип разбился всмятку!»

Входя в пропахшую дешевыми папиросами комнату, я уже ежилась от дурного предчувствия и искренне жалела, что утаила правду об инциденте. Сунув руки в карманы, Филипп замер у стола перед раскрытым лэптопом. Непроницаемое выражение на лице ведьмака, как нельзя лучше доказывало, что пресловутое «счастье» нагрянуло в нашу мирную жизнь быстрее, чем мне хотелось бы. Отлично!

Вестич поднял холодный взор.

— И когда ты собиралась мне рассказать?

— Я не собиралась, — честно призналась я. — Не знаю, почему ты не увидел этого воспоминания.

— Может быть, потому что ты его скрыла? — вкрадчиво вымолвил Филипп. Не оставалось сомнений, что парень едва держит себя в руках.

— От тебя невозможно что-то скрывать, да я и не умею.

Крышка лэптопа со щелчком захлопнулась. Голоса в динамиках смолкли, и в комнате повисло тяжелое молчание.

— Значит, мило побеседовали, — задумчиво произнес ведьмак, медленно выходя из-за стола.

От замечания у меня вспыхнули щеки. Враз вспомнилось, как колоритно мы с Заккари выглядели в ролике.

— Звонил Старейшина Громов. Он требует объяснений, — насторожившим меня дружелюбным тоном поделился Филипп. — Я тут подумал, если вы так отлично спелись с моим братом, то, может быть, выступите на следующем Совете Хозяев дуэтом? Искренне надеюсь, что все оценят.

— Ты передергиваешь! — задетая обидным выпадом, воскликнула я. — Я знала, что ты расстроишься, и поэтому не стала ничего говорить об аварии.

— Очень мудро, — протянул тот, — но теперь я вовсе не расстроен, а по-настоящему зол. Ты попадаешь в аварию, и я узнаю об этом от Главы Совета! Уму непостижимо!

Он застыл посреди комнаты и смотрел исподлобья, зло, жестко и с ненавистью. Никогда мне не приходилось видеть у него такого взгляда! Филипп казался незнакомцем, даже внешность изменилась, приобретя нечто бесовское, словно все внутренние демоны ведьмака выбрались наружу.

Я невольно отшатнулась. Наваждение прошло через секунду, но неприятный осадок остался.

— Каждый раз, когда появляется Зак, что-то происходит! — Обвинительно заявил Вестич. — И каждый раз вы оба участвуете в этом! Ты хотя бы представляешь, чем ваше приключение может закончиться для семьи?

— Если ты не заметил, твой брат спас мне жизнь! — из последних сил сохраняя хладнокровие, воскликнула я.

— По-моему, неплохой задел для прочной дружбы, — раздался из дверей в библиотеку ироничный смешок блондина. Он стоял, прислонившись к косяку, и кривил губы в ехидной ухмылке. — А вот вопрос на миллион очков: что важнее, Фил, жизнь твоей милой человеческой подруги или спокойствие твоей ведьмовской семьи?

Я задохнулась от возмущения.

— Не смешно! — меняясь в лице, сквозь зубы процедил Филипп. — Ответ очевиден, Зак! Но в любом деле существует альтернатива!

— Конечно, — охотно согласился тот. — В нашем случае было целых две альтернативы. Одна из них — позволить твоей девушке умереть. Я сделал неверный выбор?

— Заккари, ради бога, помолчи! — багровея, процедила я. — Сейчас ты делаешь только хуже!

— Ох, я же говорю, что ты мила в гневе. — С фальшивым одобрением он поцокал языком. Шут гороховый! — Но это уже закономерность, что для влюбленных в Фила девчонок все заканчивается плохо. Как прошло убийство, старик? Малышка превратилась в человека?

Какое еще убийство?!

Филипп побледнел, на лице ходили желваки, а глаза… Глаза затянула черная глянцевая пленка — ни зрачков, ни белков. Как и всегда, от лика Хозяина на меня напала оторопь.

— О, Александра не знает о ритуальном убийстве Снежаны? — понимающе протянул Зак, словно не замечая страшных изменений в противнике.

Это было выше моих сил! Блондин открыто провоцировал брата и пытался втянуть в перепалку меня!

— Разбирайтесь здесь сами! — Не собираясь превращаться в центральную фигуру их конфликта, я развернулась и, толкнув ухмылявшегося Зака плечом, вышла. За спиной воцарилось удивленное молчание.

После всего случившегося у меня не возникало желания оставаться в Гнезде на ночь. Не хватало еще до утра выяснять отношения! Внутренне я содрогалась от мысленного образа Филиппа. Незнакомый и ужасающий чужак! Нет, конечно, мне приходилось наблюдать у него вспышки злости — в самом начале, Сила Хозяина делала его характер невыносимым — но никогда он не терял человеческого лица. Сегодня грань оказалась стерта.

Я поспешно натягивала куртку, когда расстроенный Филипп появился в холле.

— Саша, погоди.

— И не подумаю! — Намотав на шею шарф, я поняла, что пахнущая мужским одеколоном вещь принадлежала кому-то из братьев, и в раздражении сдернула его с шеи.

— Мы можем поговорить?

— Нет! Выясняйте, кто из вас двоих круче, без моего участия!

— Извини за сцену в библиотеке. — От взгляда ведьмака, мягкого и обволакивающего, сердце предательски дрогнуло. В душе вспыхнула досада, теперь уже на собственную мягкотелость.

— Не принимается! Господи, на секунду я решила, что ты бы предпочел, чтобы меня сбила машина!

— Это не так. — Его голос дрогнул.

— Ты со стороны себя не видел! — Задыхаясь от обиды, я взмахнула руками. — Ты будто озвучивал чужие мысли!

Ведьмак отшатнулся, как от хлесткой пощечины. Обвинения, определенно, его зацепили.

— Я не могу этого объяснить, — просто ответил Вестич.

— Так вот, позвони, когда сможешь!

Вымещая раздражение, я и со всей силы дернула за ручку входной двери. Однако, имея собственные соображения по поводу отъезда человеческой гостьи, Гнездо заперло замок. Не удержавшись, я мстительно пнула дверь ногой и, конечно же, скривилась от боли. Ситуация становилось абсурдной. Несмотря на накал страстей, Филипп не сдержал сочувственной улыбки и покачал головой: