Игры по чужим правилам

— Саш, это уже смешно.

— Хорошо, ведьмовское радио, вещай! — Нахохлившись, я скрестила руки на груди и вперила в парня злой взгляд. — Что за бред сумасшедшего об убийстве Снежаны?!

Ведьмак посерьезнел.

— Меня вынудили провести обряд и… В общем, было нелегко. Я не могу об этом говорить. Извини. — Он помолчал. — Если хочешь вернуться домой, то я отвезу тебя.

В тишине раздался щелчок, со скрипом входная дверь приоткрылась. Из маленькой щелки потянуло холодом. Снова переливчато зазвенели подвески на старинной хрустальной люстре.

Не решаясь переступить порог, я медлила. В душе боролись противоречивые чувства, смешались и обида, и сочувствие, и нежелание заканчивать долгожданный вечер ссорой.

Почувствовав, что выиграл спор, Филипп стянул с меня куртку.

— Авария произошла, потому что я просто не заметила внедорожника. Меня вырубило видение. — Признание вырвалось само собой.

Ведьмак, потянувшийся, чтобы повесить пуховичок на плечики, замер и медленно выпрямился. Во взгляде появилось напряжение.

Чем дольше тянулось молчание, тем меньше хотелось признаваться. Никогда еще правда не давалась с таким трудом!

— Я увидела, что убью тебя! — покаянно пробормотала я.

Неожиданно лицо парня расслабилось, а из груди вырвался облегченный вздох. Честно говоря, реакция ведьмака несколько озадачивала.

— Какая чушь! — Он привлек меня к себе и крепко обнял. — Саша, этого никогда не случится! Поверь, Сила просто играет с нами! С тобой и со мной!

— Видения не лгут. — Глаза закололо от слез, я беспомощно всхлипнула. — Вокруг будут люди, а я наброшусь на тебя с ритуальным кинжалом!

Рядом кто-то испуганно охнул. Застигнутые врасплох, мы резко оглянулись. Держась за сердце, в дверях большой гостиной остолбенела бледная, как смерть, Аида. За короткую секунду она вернула невозмутимость и, прогнав с лица ужас, изобразила натянутую улыбку.

— Дети, не стоит уезжать так поздно.

Не будь рядом обожаемого сына, она бы, не задумываясь, вышвырнула меня из особняка, надежно заперла все замки и наложила страшную анафему, чтобы потенциальная убийца никогда не возвращалась.

— Саша и не собиралась, — спокойно произнес Филипп.

— Вот и отлично. — Хозяйка дома, как ни в чем не бывало, вернулась в комнату, оставляя нас наедине. За ней деликатно закрылась дверь.

Потеряв мужа и племенника, Аида не пережила бы смерть родного ребенка. Только вот, как мне жить с этим мучительным пониманием?

Глава 3

Старая, как мир, интрига

До праздника Всех Влюбленных оставались считанные дни. Город захлебнулся любовной лихорадкой. В магазинах и ларьках продавались открытки с наивными признаниями, витрины пестрели от ярко-алых сердечек, до немыслимых цен подорожали розы. Впрочем, праздничная суматоха отходила на второй план — в Валентинов день родился Филипп, а я так и не сподобилась купить подарок.

Сильный ветер принес потепление. Небо заволокли низкие, тяжелые облака. Целые сутки на город поочередно сыпались то снег, то мелкий дождь. Улицы утонули в снежной распутице, и мегаполис превратился в подобие огромной деревни с непролазными дорогами.

Магазин эзотерических товаров находился довольно далеко от метро, что, учитывая отвратительную погоду, удручало. Вместе с Катериной и Яном, мы лавировали по узкому переулку, наводненному прохожими. Проезжавшие мимо машины разбрызгивали ледяную жижу. Нам то и дело приходилось отпрыгивать от летящих из-под колес ледяных фонтанов.

Конечно, чтобы выбрать сувенир для собственного парня, мне не требовались советчики, но отвязаться от парочки не удалось. Стоило во время обеда в студенческой столовой случайно обмолвиться о планах, как Ян загорелся желанием купить какие-то книги, а Катерина напросилась в компанию, чтобы поближе познакомиться с профессорским помощником. Не знаю, чего уж симпатичного лучшая подруга нашла в стажере-ипохондрике, но она не собиралась упускать отличного шанса очаровать парня.

Ругая отвратительную погоду, мы добрались до нужного дома с вывеской «Белые облака» на обшарпанных дверях. В двухэтажном помещении со скрипящими деревянными полами густо пахло индийскими куреньями и сандаловым маслом. В торговых залах было оживленно и шумно, как будто в магазине объявили рождественскую распродажу. На стенах висели нарисованные на ватманах рекламные плакаты.

— Какая прелестная лавчонка, — насмешливо протянула Катерина, с любопытством разглядывая объявление об открывшемся на втором этаже гадальном салоне. — Я чувствую себя лазутчиком на вражеской территории. Ты уверена, что здесь можно найти подарок твоему парню?

Судя по ироничной мине, подружка, будучи закоренелым скептиком, приготовила десяток саркастических замечаний в адрес магазина и мой лично.

— Поверь, именно в таком месте можно найти подарок моему парню, — уверила я.

— А куда пропал наш малыш? — Девушка покрутила головой, разыскивая растворившегося среди покупателей Яна.

Всклокоченный и худой, как швабра, «малыш» отыскался рядом со стеллажом, где были выставлены для продажи раритетные книги. Зажав подмышкой кожаный портфель, Ян в благоговении изучал распухшие томики, гладил пальцем названия, выдавленные на потрепанных корешках. Протолкнувшись через выстроившуюся к кассе очередь, мы незаметно приблизилась к приятелю.

— Заинтересовался? — полюбопытствовала я.

От неожиданности он выронил портфель и резко вскинулся. В льдистых глазах мелькнуло раздражение, как у вспыльчивого человека, отвлеченного от важного занятия без крайней необходимости. Непроизвольно я попятилась и пробормотала:

— Извини.

— Все нормально. — Угрюмо отозвался стажер, поднимая портфель. Когда парень выпрямился, то в лице уже появилась знакомая подкупающая приветливость. — Нашли что-нибудь стоящее?

— Мы надеялись на твой совет, — кокетливо вымолвила Катерина. Похоже, в отличие от меня, она не обратила внимания на резкие перемены в поведении нового друга.

— Книга подойдет? — Профессорский помощник явно растерялся.

— Не думаю, — поморщилась я, представив огромную библиотеку в Гнезде. При большом желании Филипп мог прочитать подлинники ведьмовских фолиантов. Книга в подарок означала бы, что мне просто-напросто не хватило воображения на что-то более оригинальное.

— Тогда карты Таро, ежедневник, перьевая ручка? — Кажется, еще немного и у Яна началась бы паника. Он настолько смешался, что на бледных щеках проступил румянец.

— Полегче, канцтовары можно и в переходе купить, — фыркнула Катерина, разглядывая на витрине яркие коробочки с гадальными картами.

Мой взгляд упал на стойку с бижутерией в самом углу торгового зала. На тонких штырьках весели подвески, мужские браслеты и прочая приятная дребедень.

— Я придумала подарок, — пробормотала я, устремляясь к украшениям.

Друзья гуськом покорно направились следом. Мы минули стеллажи, где в ярком свете на полках теснились наборы для суши, поблескивали китайские сервизы с миниатюрными чашечками, и красовались бесчисленные нэцкэ невероятно реалистичных уродцев.

От идеи подарить Филиппу браслет, Катерина захлебнулась восторгом. Я внимательно перебирала ремешки, выискивая тот, единственный, а подруга охала, цокала языком и прикладывала к себе все украшения подряд. С разнесчастным видом Ян переминался на месте, мечтая поскорее сбежать.

— Концептуально! — выдохнула модница и продемонстрировала уродливую подвеску с нелепо крупной черной жемчужиной. От вида безвкусного ожерелья я скривилась, но, чтобы не обижать подружку, пробормотала себе под нос:

— Мило.

— Чудовищно, — фыркнул Ян и демонстративно проверил время на наручных часах. Запястье парня стягивала ярко-алая шерстяная нить.

— Ты руку, что ли, потянул? — полюбопытствовала Катя.

— Я — каббалист, — с доброй долей презрения объяснил парень.

— Сектант?! — У пышки округлились глаза.

— Ты точно на философа учишься? — Оскорбился тот. — Вы же изучали философские течения.

— Эти лекции я проболела. — Катюша покраснела в цвет пионерского галстука и примолкла, вероятно, боясь ляпнуть очередную глупость и окончательно разочаровать потенциального кавалера.

В грозди браслетов прятался кожаный ремешок с крупной бляхой. Овальную пластину украшала сложная пентаграмма. Заинтересовавшись, я осторожно сняла украшение со штырька. Даже от легких касаний металл заметно теплел.

— Мне нравится этот браслет, — любовно поглаживая дубленую кожу, пробормотала я.

— Знак Аарона, — вдруг вымолвил стажер. — Он защищает от демонов.

— Откуда ты знаешь? — напряглась я.

— Изучаю оккультизм, — пожал тот плечами.

— И давно?

— Достаточно, — он сделал вид, будто не заметил моей настороженности. — По легенде Аарон был сильным колдуном, но испортил себе жизнь, когда влюбился в человеческую женщину.

— Круто! — с ехидными нотками хмыкнула Катерина, многозначительно покосившись в мою сторону.

— Банально, — резковато опроверг стажер. — Такие истории хорошо не заканчиваются.

— Ты серьезно веришь в колдунов и прочую дребедень? — с иронией хмыкнула я, хотя внутри ежилась от нехорошего чувства.

— Дребедень? — изогнув брови, переспросил он.

От острого взгляда парня по спине побежали мурашки, и мне едва удалось сохранить насмешливый тон.

— Да, брось, Ян. В сказки даже дети не верят.

— Ты права, сказочная история, — легко согласился Ян. — Жили-были сильный колдун и человеческая женщина. Он сошел с ума. Она отобрала его дар, а потом заколола ритуальным кинжалом. Конец.

Я поперхнулась и запретила себе проводить параллели.

— Шекспир отдыхает, — ошарашенная историей пробормотала Катерина.

— Но пентаграмму ему посвятили действительно красивую, — заметил приятель с кривой усмешкой.

Кусая губы, я покрутила в руках браслет. Какая бы драма не случилась в жизни ведьмака Аарона, его знак защищал от демонов. Возможно, и Филиппа символ оградил бы от внутреннего беса, показавшего лицо тогда, в библиотеке?

— Кстати, о романтике. — Вытягивая шею, Катерина разглядывала кого-то за моей спиной. Только близорукий не заметил бы, каким неподдельным интересом горели глаза сплетницы. — У Заккари Вестича новая пассия?

— Причем тут Заккари Вестич? — недоуменно нахмурилась я.

— А что за неземное создание рядом с ним?

Сердце кольнуло иголкой. Резко обернувшись, я наткнулась на прямой, изучающий взор блондина, стоявшего у книжных стеллажей. Скрестив руки на груди, Зак внимательно следил за нашей возней. И рядом с ним крутилась красавица Маргарита.

Кажется, на парочку украдкой посматривала половина торгового зала (мы с друзьями, вообще, откровенно пялились). Клянусь, но даже ледышка Ян сглотнул набежавшую слюну, когда ведьма изящным движением откинула густые темные пряди волос, упавшие на точеное лицо.

— Поразительно, — пробормотала я едва слышно.

Совершенно точно, что со стороны Зака, мы выглядели дешево — таращились на ведьмаков и шушукались, как кумушки на завалинке. Почему присутствие некоторых принципиально невозможно игнорировать?!

Настроение стремительно покатилось вниз. Надо же из всех эзотерических магазинов выбрать именно тот, куда заявились все мои враги в полном составе! Удача, одним словом!

— Ты знаешь его? — Резковато спросил Ян.

— Конечно, она его знает! — хитро подмигнув, воскликнула Катерина. — Заккари Вестич — сводный брат ее парня.

— Действительно? — От нехорошей усмешки стажера стало не по себе. Он замкнулся. Будто моллюск заполз обратно в раковину и захлопнул створки. Дружелюбие испарилось, в прозрачных глазах проявилось нечто отталкивающее.

Интересно, его задело то, что у меня действительно есть парень? Или то, что у моего парня еще и сводный брат имеется?

— Если вы двое уже налюбовались, может, пойдем? — нетерпеливо подогнала я друзей.

— Я останусь, — холодно бросил Ян.

— Как знаешь.

Схватив сопротивлявшуюся Катерину за рукав куртки, я потащила подружку к кассам, а потом не выдержала и оглянулась через плечо. Светловолосый красавчик Заккари наблюдал за мной с такой надменностью, что хватило бы с лихвой на двух английских лордов. Тут он что-то сказал Марго. Девушка неохотно отвлеклась от разглядывания яркой книжной обложки и, покосившись в нашу сторону, ехидно рассмеялась. Совершенно точно, от оскорбительной шуточки в мой адрес.

Я с трудом подавила в себе желание показать парочке неприличный жест. Тоже мне, нашли бесплатного клоуна для детского утренника!

* * *

— Вы зрячий, молодой человек?

От сурового тона хозяйки Гнезда худенький парнишка в рабочем комбинезоне побледнел и виновато потупился.

— Судя по всему, нет! — Аида кипятилась. — Посмотрите, фонарики висят криво!

Женщина указала пальцем в потолок, и молодой человек послушно задрал коротко стриженую голову. Вокруг хрустальной люстры на разных уровнях парили крошечные бумажные фонарики. Внутри каждого дрожали магические огоньки.

— Исправьте, наконец! — Приказала хозяйка особняка.

Парень незамедлительно хлопнул в ладоши. Громкий, резкий звук походил на выстрел. Огоньки в фонариках потухли, вместе с ними мигнула бесценная хрустальная люстра. Сотни длинных подвесок задрожали, наполняя помещение пронзительным дзиньканьем.

У женщины остановилось сердце, а рабочие испуганно переглянулись. Проштрафившийся ведьмак открыл рот, изумляясь собственному фокусу. Конечно, он не догадывался, что в переполненном колдовством Гнезде даже простые магические пассы становились мощнее, а значит, разрушительнее.

— Господи, дай мне терпения! — попросила женщина, картинно подняв взор к потолку, и заметила кривую трещину у основания люстры. От неприятного открытия у Аиды вытянулось лицо.

Каждый раз, стоило глянуть на люстру, как хозяйка Гнезда вспоминала себя маленькой девочкой-приживалкой в чужом особняке. Пока не видели строгие взрослые, она, раскинув руки, беспечно кружилась в мозаичной тени от сотен длинных хрустальных трубочек и наслаждалась уточненным перезвоном. Та самая, дорогая памяти, люстра теперь висела в Гнезде и являлась символом исполненной девичьей мечты об устроенной жизни.

— Быстро! — приказала Аида бригадиру. — Заделайте трещину!

Подготовка к ведьмовскому шабашу ко Дню рождения Хозяина шла полным ходом. В помощь женщина, как всегда, пригласила одну из тех ведьмовских служб, которые за деньги организовывали и детские утренники, и пышные похороны. Как правило, разнорабочими в подобные конторы нанимались слабенькие колдуны, обделенные даром, и отпрыски разорившихся семей. Первые отвратительно колдовали, вторые не хотели работать вовсе, а в итоге организация праздника превращалась в хождение по мукам.

Однако чтобы ни случалось при подготовке к шабашам, на сохранность люстры еще никто не покушался!