Торговец смертью

Результат не заставил себя ждать. Официант удивленно дернул головой и снова быстро заговорил. После того как Сиена выслушала поток незнакомых Малоуну слов, лицо ее изменилось. Женщина с испугом посмотрела на своего спутника.

— В чем дело? — спросил Малоун. — Что он говорит?

— Они знают, кто ты, но не ждали твоего появления.

— Почему?

— Операцию отменили.

— Господи, неужели опять подставили?

— Хуже. Они думают, что ты мертв.

6

— Чейз, это просто ужасно! Не могу даже передать тебе, что я чувствую! — тараторил Джеб.

Это происходило двенадцать часов спустя. Они находились в квартире над кафе, куда Джеб, задыхаясь от спешки, только что взлетел по ступеням. Со времени их последней встречи Джеб, похоже, пополнел, лицо его приняло кирпичный оттенок.

— Когда я услышал о твоем появлении, я находился в Вашингтоне и сразу же кинулся сюда. Не думай, что я бросил тебя на произвол судьбы.

— Такая мысль посещала меня.

— Господи! — Джеб ударил себя ладонями по ляжкам. — Старик, мы с тобой прошли через столько испытаний, ты спас мне жизнь. Клянусь, я никогда бы не предал тебя! Кстати, здесь о вас позаботились?

Малоун указал на груду использованных чашек, стаканов и тарелок, громоздившуюся на кухонной стойке.

— Уж не знаю, что ты сказал им по телефону, но после этого они прибегали сюда каждый час со всякой снедью и напитками.

— Боже мой, твое лицо! Что с ним случилось?

— Видел бы ты, как выглядело оно чуть раньше. Я уже успел умыться и почиститься.

Малоун вкратце рассказал о том, как он получил эти травмы.

— Какая сволочь!

— Я бы нашел для него более крепкие эпитеты.

— А как… — Джеб обернулся к Сиене. Малоун представил их друг другу сразу же после того, как Джеб вошел в комнату, но с той минуты разговор состоял в основном из извинений Джеба. Теперь он выглядел менее самоуверенным, видимо утратив часть своего гонора перед лицом такой красоты. — Вы не пострадали?

— Нет, — успокоила его Сиена, — но после всего, что произошло, я гораздо менее уверена в своем завтрашнем дне.

— Согласен, вы имеете все основания полагать, что я плохо справляюсь со своей работой, но позвольте мне вам кое-что объяснить. — Джеб пробежался ладонью по своим коротким светлым волосам. — Чейз, после того, как ты устроил драку с Белласаром на аукционе «Сотби», ты исчез с лица земли. Последний раз тебя видели, когда Белласар вырубил тебя в зале аукциона, а его люди куда-то утащили.

Сиена не знала деталей этой истории и теперь подалась вперед, вся превратившись в слух.

— Мы знали, что тебя увезли в лимузине Белласара, а после этого — пуф-ф! Ты словно растворился. Через два дня из Ист-Ривер выловили тело слишком обезображенное, чтобы его можно было опознать. Понимаешь, что я имею в виду? Ни зубов, ни пальцев! Лицо было сожжено паяльной лампой.

Сиена стала белой как мел.

— Труп был одет так же, как ты, он был такого же роста и комплекции. В кармане его кожаной пилотской куртки лежал ключ от номера в отеле «Паркер меридиан» — того самого, в котором остановился ты. Теперь ты понимаешь, почему мы сочли тебя мертвым?

— Однако люди Белласара к этому моменту успели забрать из номера мой багаж и выписали меня из гостиницы, — сказал Малоун. — Узнав о том, что я больше не зарегистрирован в отеле, вы должны были сообразить, что тело не мое.

— Дело в том, что никто тебя из отеля не выписывал.

— Что?

— Ты по-прежнему числился среди постояльцев «Паркер меридиан». Твое барахло — одежда и багаж — все еще оставались в номере, когда мы туда пришли.

— Чье угодно, только не мое. Моя сумка находилась на борту самолета Белласара. Вы взяли на себя труд сравнить образцы волос с найденных вами вещей и с вещей из моего дома в Косумеле? Вы сравнили образцы ДНК найденного трупа с…

— С чем, Чейз? Твоего дома больше не существует! После того как ты уехал, бульдозеры стерли его с лица земли, а грузовики увезли обломки!

На мгновение Малоун утратил дар речи.

— Но Белласар сказал мне, что бульдозеры отозваны! Он обещал, что восстановит все, как… — Голос Чейза внезапно охрип. — И он же сказал, что его люди выписали меня из гостиницы.

— Но даже после этого я не желал сдаваться, — снова заговорил Джеб. — Я попытался выяснить, не видел ли кто-нибудь, как ты садишься в самолет Белласара. Ни черта не вышло! Я связался с властями Ниццы и проверил, было ли зарегистрировано твое прибытие во Францию. И здесь пусто. Я ждал, что ты подашь какую-нибудь весточку. Ничего. С тех пор прошло пять недель, Чейз. Господи, да мы уже похоронили тебя, и я не ожидал увидеться с тобой когда-либо еще! Я приложил все силы, чтобы уговорить свое начальство не отменять операцию, но они все же не послушали меня.

Малоун смотрел на свои руки.

— Я понимаю, как ты, должно быть, зол на меня, — продолжал Джеб, — но что на моем месте сделал бы ты, чего не сделал я? Клянусь тебе, в том, что случилось, нет ничьей вины!

Костюм Джеба был помят после долгого перелета, глаза покраснели от недосыпа, да и сам он выглядел отекшим от того, что слишком долго находился без движения.

— Ладно, все в порядке, — сказал Малоун.

— Честно, мне очень хочется, чтобы все это осталось позади и не стояло между нами. Я не хочу, чтобы ты думал, будто я бросил тебя в беде.

— Я и не думаю. Говорю же, все в порядке. Мы снова на коне.

— Честно? Не держишь на меня зла?

— Нет.

— Но не забывайте, что мой муж все еще ищет меня, — вступила в разговор Сиена. Ее интонации ясно давали понять: какие бы чувства ни испытывал Малоун, сама она вовсе не ощущает облегчения от того, что им удалось улизнуть от Белласара. Это спасение могло обернуться временным. — Я не перестаю бояться, что он и его люди в любой момент ворвутся в эту дверь. Каким образом вы собираетесь нам помочь?

Впервые за все это время Джеб посмотрел ей прямо в глаза.

— Мне доставит огромное удовольствие доказать вам, что я все же знаю свое дело, — не без гордости заявил он.

7

После наступления темноты в двадцати милях к востоку от Ниццы на узкой прибрежной дороге остановился фургон, из которого вышли Малоун и Сиена в сопровождении Джеба и еще трех вооруженных мужчин. Фургон тут же уехал, а вышедшие из него люди спустились по каменистому берегу к надувному плоту с мотором, ожидавшему их в крохотной, укрытой от посторонних глаз бухточке. Проделав по воде примерно с полмили, все они взошли на борт маленького грузового судна, которое тут же взяло курс на Корсику.

— Через два дня вы окажетесь на борту американского авианосца, который участвует в идущих в этом регионе военных маневрах, — сообщил Джеб после того, как, поговорив с кем-то по защищенной от подслушивания линии радиосвязи, убедился в том, что планы остаются прежними. — С авианосца вас перевезут на самолете на нашу базу в Италии, а оттуда, — он развел руками, — домой!

— Где бы ни находилось это место, — пробормотала Сиена.

Они трое сидели в полутемном камбузе, а их сопровождающие и команда находились на палубе, следя за тем, не приближаются ли огни других судов.

— Могу я предложить вам что-нибудь? — осведомился Джеб. — Кофе? Горячий шоколад? Или, может, что-нибудь покрепче?

— Горячий шоколад меня вполне устроил бы, — ответила Сиена.

— И меня тоже, — сказал Малоун.

— Уже несу, — с готовностью откликнулся Джеб. — А после этого, учитывая то, сколько всего вам пришлось сегодня пережить, предлагаю отдохнуть. Вы наверняка измучены, а в каюте на корме вас ожидают две койки.

— Я слишком переволновалась, чтобы спать, — проговорила Сиена.

— Тогда, может быть, воспользовавшись этим, поговорим о том, из-за чего мы оказались здесь?

— А это не может подождать до завтра? — спросил Малоун.

— Я никого не принуждаю. — Джеб вскрыл пакетик со смесью для приготовления растворимого шоколада. — Как пожелает Сиена.

В воздухе висел запах выхлопов дизельных двигателей.

— Хорошо, — устало вздохнула она. — Давайте покончим с этим прямо сейчас.

— Это займет значительно больше времени, чем ты думаешь, — предупредил ее Малоун.

Судно взревело двигателями, преодолевая поднявшуюся волну.

— Чейз, я попытаюсь сделать эту процедуру настолько приятной, насколько это вообще возможно, — вскинул брови Джеб. — Мы можем разговаривать так, чтобы это не доставляло неудобств Сиене.

— Ладно, тогда я начну первым, — вздохнул в свою очередь Малоун. Он хотел дать Сиене возможность хотя бы немного отдохнуть. — В поместье я видел двух мужчин.

Рука Джеба, разливавшая горячий шоколад по чашкам, замерла в воздухе.

— Они были русскими, — продолжал тем временем Малоун. — Один из них прилетел на вертолете и привез с собой какие-то ящики. Когда охранники их выгружали и едва не споткнулись, этот русский словно сошел с ума от страха за то, что содержимое ящика может быть повреждено. Потом я улучил момент, подкрался к зданию, в котором обосновались эти русские, и заглянул в окно. В ящиках было лабораторное оборудование.

Сиена нахмурилась, поняв, как мало она знала о том, чем занимался Малоун в поместье.

— Лабораторное оборудование? — переспросил Джеб. — Для чего?

— А мне почем знать!

— Опиши этих русских.

— Я сделаю по-другому, лучше.

— О чем это ты? — На лице у Джеба было написано такое же удивление, как у Сиены.

— У тебя здесь есть бумага?

Джеб вытащил несколько ящиков стола, обшарил их и в итоге нашел карандаш и блокнот с листами желтой бумаги размером восемь на десять дюймов. Малоун привел свои мысли в порядок и принялся рисовать, извлекая из различных отсеков памяти те или иные детали внешности двух русских. Он рисовал каждого из них так много раз, что теперь для него не представляло труда воспроизвести на бумаге их лица с почти фотографической точностью. Когда сухогруз встряхивало на волне и карандаш делал неверный штрих, Малоун тут же исправлял промах и добавлял новые подробности.

Время, казалось, остановилось, тишина обволокла его, и лишь после того, как были сделаны последние штрихи, Малоун, взглянув на часы, осознал, что прошло двадцать минут. Он толкнул рисунки через стол по направлению к Джебу.

— Эти люди тебе знакомы?

— Впервые вижу. — Джеб поднес рисунки к свету. — Но они очень жизненные. Я уверен, что кто-нибудь в Конторе их непременно опознает. Впрочем, что я такое говорю! — воскликнул он. — Жизненные? Да это почти фотографии! Я никогда не видел, чтобы ты делал что-нибудь подобное!

Малоун пропустил этот возглас мимо ушей и повернулся к Сиене.

— Если ты не очень устала, я могу попробовать кое-что сделать.

— Что именно?

— Сэкономлю время, которое понадобится, чтобы опросить тебя. Но мы можем подождать до завтра, если ты…

— Нет, ты меня заинтриговал.

— Твой муж называл тебе фамилию того человека, с которым он встречался в Стамбуле?

Эта ремарка заинтересовала Джеба.

— Что за мужчина? — спросил он, подавшись вперед.

— Я никогда не знала фамилий тех, с кем Дерек вел дела, — ответила Сиена. — Когда он использовал меня в качестве украшения стола, собиравшиеся там люди не называли друг друга даже по именам.

— В Стамбуле? — снова спросил Джеб. — Когда это было?

Сиена изложила ему подробности их поездки в Стамбул и добавила:

— Это была крайне важная встреча, и Дерек придавал ей очень большое значение. Он был напряжен до предела.

— Мы пытались следить за всеми передвижениями и действиями вашего мужа, но я и понятия не имел об этой встрече, — признался Джеб.

— Как невежливо со стороны Дерека, что он не удосужился прийти к вам на исповедь, — проворчала Сиена.

Джеб опустил глаза в чашку.

Малоун снова приготовил карандаш.

— Опиши мне его.

Сиена поняла, что он задумал, и кивнула.

— Он был уроженцем Средиземноморья.

— Какой формы было его лицо?

Сиена отвела глаза в сторону и стала вспоминать.