Путь Хранителя. Финал

Старый садист никогда не признавал, что переживает за меня. Наоборот, он собственными руками неоднократно ставил мою жизнь под угрозу и подначивал, а любые победы обесценивал фразами типа «что и ожидалось от моего внука», и «нашел чем гордиться, кроха войны, вот я в твои годы...» и тд.

Тем не менее, порой во взгляде Бориса Жукова проскальзывали неуловимые теплые нотки заботы, которые я долгие годы учился различать родовым взором. Теперь я понимаю, что старик это делал специально. Это была его форма молчаливой похвалы, которую бы я смог увидеть только в том случае, если бы был достаточно силен, достоин и внимателен, чтобы это сделать.

Почему-то именно сейчас, взгляд Коновницына напомнил мне об этом теплом чувстве и заставил улыбнуться.

Лазурный серп быстро набрал скорость и расширился, в одночасье покрыв все длину от стенки до стенки. Уперевшись острыми краями, он беззвучно рассекал стены, будто масло и неумолимо несся на меня.

Не найдя решения лучше, я сжал левую руку в кулак и пустил в нее последние остатки частиц воздуха в своем теле, приправил это тремя сильнейшими усиливающими техниками и ударил в собственную грудь. Накопленные в ладони частицы взорвались словно воздушный шар, сбив мою траекторию и раскрутив тело.

Одновременно с этим, я пустил дополнительную порцию концентрированного потока по своему телу и начал принудительно выгибать тело в безопасную зону, используя для этого не усиленные мышцы, а чистую энергию.

Кости захрустели, все тело отозвалось дикой болью на мою затею, но это был мой единственный шанс выжить. Сломав себе пару десятков костей и порвав кучу связок, я согнул тело там, где оно не должно сгибаться в надежде уйти от смертельной атаки.

К этому моменту лазурный серп разросся во всех направлениях настолько, что непокрытым осталась лишь маленькая область, в которую я и направил свое выгнутое тело.

Воздух свистел в ушах, обжигающий жар расплавил мой защитный конструкт еще на подлете серпа, и я окончательно убедился, что Амулет от прямой атаки этой энергии защитить меня не сможет.

Невыносимый жар окутал все мое тело и мгновенно сменился въевшейся в самый мозг острой болью, пробившей ментальную технику. Не сдержав крик, я инстинктивно схватился за грудь и осознал, что еще жив.

Не ведающий никаких преград на своем пути лазурный серп пролетел мимо меня, беззвучно рассек потолок, пробил дыру в пространственном кармане и устремился дальше. По мелькнувшим в отдалении небоскребам и дождю я понял, кого первый Оракул имела в виду под жертвами.

Если потолок карманного измерения, защитный конструкт которого настраивал лично Михаил Вельяминов не смог даже замедлить эту лазурную хреновину, то боюсь Москва скоро недосчитается пару сотен тысяч своих жителей. А если серп продолжит расширяться и дальше, то и того больше.

С такими заботливыми покровителями человечество может спать спокойно. В земле.

Я приземлился на ноги в пяти метрах от первого Оракула. Тварь, которая только что обрекла на смерть тысячи невинных людей, совершенно не изменилась в лице и не источала никаких эмоций.

Без единого слова, старуха начала медленно замахиваться обеими костлявыми руками разом. Глубокая рана на груди шипела и кровоточила, слегка обгоревший Амулет безостановочно вибрировал, продолжая тянуться будто магнит к... стоп. А ведь тянется он вовсе не к первому Оракулу... а что, если он не тянется, а указывает?

Инстинкт подтвердил мою догадку и тело само скользнуло в узкий темный проход, который успела создать Катя Богданова.

Если это не сработает, то мне точно конец, ведь жар от летящих за мной серпов уже прожигал мне спину, а впереди меня ждал тупик.

Глава 6

Все мышцы ломило от перенапряжения, дыхание сбилось, поврежденные кости сращивались на бегу, но это все не имело особого значения, если моя затея не сработает.

До атаки старухи, Катя Богданова успела слегка отодвинуть стены и дала мне шанс, открыв такой знакомый узкий коридор.

Нырнув в этот тупик, я потерял любую возможность уклониться от серпов. Однако, я старался об этом не думать. Мчась на пределе возможного, я всеми силами пытался отыскать в кромешной темноте искомую черную лужицу.

— Вот ты где, — пробубнил я на бегу, сорвал с шеи Амулет матери, и обвязал его вокруг ладони, — надеюсь сработает.

В прошлый и единственный раз, когда мне удалось проникнуть в тонкий мир физическим телом, я соприкоснулся с нейтральной хаотической энергией внешней стены вихря. А если точнее, то первым это сделал именно Амулет матери.

В момент того безумного прыжка в смерч, Амулет точно также как и сейчас, вытянулся вперед меня и, коснувшись хаотической энергии, перенес меня в тонкий мир. Не знаю, это был такой механизм защиты, необходимый триггер или еще что, но в прошлый раз это сработало.

И я нутром чувствовал, что сработает и сейчас.

Лужа хаотической энергии оставшаяся после смерти боярина Морозова все еще источала зловещий смрад самой бездны, но вариантов у меня все равно не было. Разрушающие все на своем пути серпы бешеной старухи качнули чашу весов в ее сторону и надо было срочно сменить поле и правила боя.

На полном ходу, я скользнул в подкате и вытянул ладонь с обмотанным вокруг Амулетом матери перед собой. С широко раскрытыми глазами, я не сводил напряженного взгляда с хаотической дымки, будучи готовым в любой момент одернуть руку.

Почуяв приближение жертвы, черная вязкая жидкость, будто живая, приподнялась на двадцать сантиметров и образовала куполообразную сеть, будучи готовая впиться в добычу. Старательно погасив инстинкт самосохранения, я глубоко выдохнул и влетел в объятия Хаоса.

Оглушающе звенящая тишина ударила в мозг. Разом исчезли все посторонние звуки и запахи. Стихла боль, с языка испарился стальной привкус крови. Сковывающее тело давление могучей силы сменилось на чувство свободы и легкости.

Будучи так долго в пылу сражения с боярами, Вельяминовым, сестрой, а потом и первым Оракулом, я совсем забыл какого это находиться в тихом спокойном месте.

И только я об этом подумал, как умиротворяющую тишину нарушил оглушительно громкий треск. Подсознательно я ждал его, поэтому даже не шелохнулся и вместо этого устало потер переносицу.

— И тебе привет, здоровяк, — обернулся я и махнул рукой пятиметровому гиганту, что все еще неустанно пытался разбить связующий нас бордово-синий канат.

Его могучее перекачанное тело переливалось голубыми вспышками чистой астральной энергии, а безликая башка все также продолжала меня игнорировать.

Я осмотрелся по сторонам и с сожалением убедился, что с прошлого моего посещения тонкого мира ничего не изменилось. Все та же непроглядная голубая пелена жаждущая расщепить все материальное. Все та же семиметровая безопасная область вокруг здоровяка антропоморфа, выходить за которую я не могу.

Такое себе пространство для маневра.

— Какое прыткое грешное дитя, — раздался задумчивый голос из темноты впереди.

Мерное цоканье каблучков разом разрушило всю чарующую атмосферу астрала, и я перевел свой взгляд на звук.

В тот же миг, из голубой пелены плавно выпорхнула белокурая девица в длинном коктейльном платье, что было явно узковато для ее пышных форм. За ее хрупкой обнаженной спиной, будто тени, тянулись две массивные фигуры с лазурными татуировками на висках. Внушительные гиганты ростом и телосложением почти дотягивали до моего безлицего друга.

— Что за маскарад? Если хотела впечатлить, надо было появляться обнаженной, — тщательно анализируя существо передо мной проговорил я, — хотя, после того как я видел твое настоящее дряхлое тело, это бы тоже не сработало. Да и говор остался старушечий.

— Столь же прыткое, сколь и наглое, — прошелестела девица, остановившись в трех метрах от меня, — у меня десятки ликов, дитя, и каждый из них настоящий.

Не успел я ничего ответить, как по пространству вновь разнесся оглушительный треск от удара по канату.

— Не пугайся, это он так здоровается, — спокойно пояснил я.

Пусть старуха сменила облик, перестала источать слепящий лазурный свет будто лампочка, и, пока что, не кидается серпами, я ни на миг не ослаблял бдительности. Астрал ее территория, да и массивные ребятки за ее спиной хоть и выглядят чуток поменьше чем безлицый здоровяк, но насыщенность силы внутри них несравнимо выше.

— На что ты надеялось, сбегая сюда, наивное дитя? — снисходительно прошелестела первый Оракул, — в реальном мире поддержание моей боевой формы требовало немалых усилий. Продержись ты чуть подольше, смог бы напоследок увидеть рассвет. На свете мало что может сравниться с истинной красотой восходящего солнца.

— Чуть подольше, — саркастично скривился я, — по моим подсчетам ждать пока ты выдохнешься пришлось бы недели две.

Договаривал я медленно и с трудом сдержав рвотный позыв. Нахождение в астрале физическим телом без красного потока сказывалось. Переизбыток синей энергии начал разрушать внутренние органы. Недолго продлилось ощущение легкости и свободы.

— Наблюдательное дитя, ты действительно обладаешь этими демоническими глазами еретика, — злобно сощурилась старуха, — ты даже не представляешь сколько невинных душ погубили твои предки, чтобы заполучить их.

— Уж точно не больше, чем твои доблестные Ордены защиты человечества.

— Не путай жертвы ради общего блага и тех невинных, кто погиб из-за человеческой алчности, глупое дитя, — покачала головой старуха, блеснув бордово-голубыми огоньками глаз, — поболтали и хватит. Теперь, будь добр, отдай Амулет.

От силы усиленного божественного голоса сам астрал пошел рябью, выпустив в мою сторону три едко-зеленых энергетических волны. Однако и здесь они безвредно обогнули меня, заставив девицу-старуху недовольно поморщиться.

— Эффект неожиданности, сила, соблазнение, теперь просьба? Слабоват арсенал, — сквозь стремительно сковывающую боль едко улыбнулся я, — обойдешься без Амулета. У тебя и свой должен быть, ты же Оракул.

— Астрал — это мой мир, дитя. Нахождение здесь с каждой секундой делает меня сильнее, а тебя, наоборот, убивает. Ты загнал себя в тупик, из которого сам не знаешь, как выбраться. Ради чего ты упрямишься? Ради кого ты так цепляешься за то, что тебе не принадлежит? Это конец, дитя. Мы оба это знаем.

— Как много слов и как мало деяний, — вызывающе проговорил я и показательно сплюнул накопившуюся во рту кровь, — если так нужен мой Амулет, то подойди и забери.

Слабость постепенно окутывала тело, и я перестал притворяться что это не так. Молчаливая до этого старуха вдруг решила победить меня силой слова и убеждения. И это на своей территории. В месте, где ее преимущество в силе должно быть подавляющим.

Острое чувство дежавю поразило меня словно молния и я вновь улыбнулся. Старуха не может меня здесь убить. Ровно так же, как и Евгения Жукова в мое прошлое появление в тонком мире.

Как бы мне сейчас хотелось иметь больше времени, чтобы выяснить причину этого факта и разыграть свое преимущество более вдумчиво. Время. Проклятое время играет против меня.

«Разорви» — вдруг раздался отдаленно знакомый голос в голове.

Не сразу идентифицировав источник звука, я сначала поднял взгляд на старуху, а потом на руку, что без моего ведома мертвой хваткой сжимала бордово-синий канат-пуповину.

— Не усугубляй свою ситуацию, грешное дитя, — с нескрываемым первобытным гневом прошелестела первый Оракул.

Не надо быть Гением, чтобы понять, что старушка разозлилась. Легкий загар молодого тела девицы пошел лазурными пятнами. Гладкая кожа медленно тускнела и сморщивалась. Вены начали наливаться слепящим лазурным светом. Широко раскрытые глаза впали внутрь черепа.

В одночасье первый Оракул перестала источать напускную вежливость и стала щедро выплескивать из себя чистейшую астральную энергию цвета лазури. Хоть в словах старухи и было мало правды, в одном она точно не солгала. Находясь в тонком мире, ее боевая форма не тратит энергию, а наоборот наращивает.

Тонкие ручейки стали стекаться к первому Оракулу отовсюду, напитывая ее. Выглядело преображение эффектно, ярко и грандиозно. Этакое лазерное шоу с одним актером, где я единственный зритель в первом ряду.

Но вот чего представлению старухи недоставало, так это решимости меня убить. В реальном мире я ощущал ее каждой клеточкой своего тела. До дрожи в коленках она пронизывала все вокруг и не оставляла ни капли сомнений в намерениях первого Оракула. Но это было во время боя в реальном мире, а не сейчас.

«Она не может тебе навредить» — вновь раздался голос в голове.

И без тебя знаю. Про себя хмыкнул я. А я могу?

«Можешь» — неожиданно ответил голос.

Как?

«Разорви»

— Да что разорвать бл*дь! — не выдержал и вслух выкрикнул я.

— Не мешай нам, шляпник! — прогремела старуха и щелкнула костлявыми пальцами.

Яркая голубая вспышка озарила пространство словно фейерверк и незримый источник голоса, чье присутствие я с трудом ощущал, бесследно исчез.

Первый Оракул почти закончила свою боевую трансформацию и мне ничего не оставалось кроме как послушаться совета вопреки всякой логике. Я пустил в правую руку добрую треть своего астрального потока и буквально разрубил канат-пуповину, что связывал меня с антропоморфным пятиметровым здоровяком.

Ту самую пуповину, благодаря которой я не упал в бездну в прошлый раз. Ту самую пуповину, благодаря которой мой безлицый друг не мог отойти от меня далеко. Ту самую пуповину, которую здоровяк и сам активно пытался оборвать. Стоило ли повторять, что вне безопасной семиметровой зоны вокруг него, мое тело не протянет и секунды в тонком мире?

А я вот так вот взял и обрубил нашу связь. Послушав голос в голове. И что я буду делать если мой антроморфный друг теперь просто возьмет и убежит? Пожалуй, побегу за ним. У старухи вставная челюсть отвалится от смеха.

Мои раздумья прервал едва уловимый свист, с которым первый Оракула неожиданно сорвалась с места. Я дернулся влево по заготовленной заранее траектории, но ослабленное тело предательски не послушалось команды и я понял что это конец. В глазах потемнело и я завалился на бок.

— Ты... да как... да как ты СМЕЕШЬ ВСТАВАТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ! С ДОРОГИ! — нечеловеческим скрежетом раздался вопль прямо над моей головой.

Я поднял взгляд и увидел дрожащее в ярости тело старухи. Слепящие лазурные нити опоясывали ее могущественный силуэт целиком. И прямо между мной и этим божественным светилом пульсировала огромная ладонь моего безлицего друга.

Одной рукой здоровяк остановил атаку старухи, другой подхватил меня за плечо, не дав упасть.

— Спасибо, приятель, — недоуменно выдавил я и встал на ноги.

Стоп. На ноги? И тут я осознал, что стою без проблем. Боли нет, дышится свободно и легко. Повреждения внутренних органов излечены. Внутренне усмехнувшись, я заметил родовым взором причину чудесного излечения. Все мои проблемы были в синем потоке, который в тонком мире стократно мощнее чем обычно. И без красного потока в теле он неизбежно начал разрушать физическую оболочку.

Только вот теперь астральная энергия, которую с аномальной для обычного мира скоростью генерировал мой источник, перетекала сразу в антропоморфного здоровяка и не задерживалась в теле. Однако я чувствовал эту силу как свою собственную. И могу использовать?

Я не стал откладывать проверку в долгий ящик и скользнул под ногами здоровяка за спину обезкураженной старухи, сконцентрировался и прямым ударом ноги ударил в лазурную лапищу первого Оракула.

На короткий миг, концентрированный пучок астральной энергии перетек из антропоморфа в мою ногу и выплеснулся наружу. От полученного удара старуху покосило, и она отскочила назад.

Удар получился в десятки раз сильнее, чем я предполагал.

Не в силах перестать улыбаться, я облизнулся от пьянящего чувства безграничной силы, что даровал Астрал.

— А мне начинает нравиться тонкий мир, — оскалился я, осознав, что пятиметровое астральное тело что досталось моей сестре по наследству от мамы, признало меня как хозяина.

Видать я сын Оракула не только на словах.

— Немыслимо, — медленно качала головой первый Оракул, — ЭТО НЕМЫСЛИМО! ТВОЯ СЛАБАЯ БАБКА ДОПУСТИЛА ГИБЕЛЬ ОРДЕНА! ТВОЯ ПОГАНАЯ МАТЬ РОДИЛА НА СВЕТ МАЛЬЧИКА! ТВОЯ БЕЗДАРНАЯ СЕСТРА ПОТЕРЯЛА АМУЛЕТ! А ТЕПЕРЬ И РОДОВОЙ АСТРАЛЬНЫЙ СТРАЖ ЗАЩИЩАЕТ ПОТОМКА УБИЙЦЫ СОБСТВЕННОГО ОРДЕНА!

Высокочастотный оглушающий шелест первого Оракула въедался в подкорку мозга и резал его будто нож. Если последователи Высших способны испытывать ярость, то это точно она. Закончив перечислять достижения моего рода по линии матери, старуха сомкнула свою морщинистую костлявую челюсть и едва слышно произнесла:

— Да будет исполнен последний сценарий.

Глава 7

— В котором ты на коленях сдаешься и признаешь мою победу? — вскинул я бровь и приготовился к атаке.

Установление связи с безлицым здоровяком выиграло мне время, но оно все еще работало против меня. Тонкие ручейки силы, питающие тело первого Оракула, становились все плотнее.

Хитрая старуха ждет пока ее преимущество в силе станет достаточно подавляющим, чтобы отобрать Амулет без необходимости меня убивать.

Только вот, у меня такого ограничителя нет. Я могу атаковать в полную силу и не сдерживаться. Не дожидаясь ответа на свой вопрос, я сорвался с места. Астральный здоровяк без какой-либо команды последовал за мной.

Пьянящая сила бурлила во мне и охотно откликалась на зов. Техники астрального укрепления, которые в реальном мире мне давались с большим трудом, исполнялись сами собой, стоило мне только подумать.

В мгновение ока очутившись перед старухой, я бесхитростно замахнулся правой рукой. На короткий миг все мое тело до краев наполнилось синей энергией и, повинуясь моей воле, она вся влилась в кулак.

Первый Оракул даже моргнуть не успела, как моя атака смяла ее лазурный защитный барьер и оказалась в считанных сантиметрах от костлявого тела. На мгновение мне показалось что я действительно смог достать тварь, но это было не так.

Глухой удар и яркая вспышка лазурной энергии отбросили меня на десяток метров назад. Как и ожидалось, четырехметровые марионетки за спиной старухи стоят там не для красоты, и, тот который стоял ближе, успел заблокировать мою атаку.

Без труда подправив траекторию полета, я приземлился на ноги, готовый вновь броситься в атаку. Одной попытки хватило чтобы понять, что в Астрале старуха телепортироваться не может и многократно уступает мне в чистой скорости. Пока что уступает. Потому и пришла сюда не одна.