Путь Хранителя. Финал

Подобное повторилось еще пять раз, но даже используя свою мгновенную телепортацию, сестренка не успевала нанести удар, а мне не хватало скорости подловить ее на контратаку.

Так мы и прыгали друг от друга, рассекая воздух ударами. Пока я не найду способ справиться с ее читерскими прыжками, у нас патовая ситуация. Потоков по ее бездарному телу не циркулировало, а телепорт являлся не техникой, а скорее способностью. Поэтому я совершенно не мог его предсказать.

Спасали лишь инстинкты и подавляющее преимущество в чистой скорости. Но для победы этого было недостаточно.

— Ты стал быстрее, — взмахнув растрепавшимися черными волосами, недовольно констатировала Евгения и остановилась.

Ее взгляд изменился и стал более осознанным. Эмоции улеглись, но ее жажда убийства стала только сильнее. Ловким движением, Евгения скинула с себя матовый пиджак, расстегнула верхнюю пуговицу обтягивающей обсидиановой рубашки и глубоко выдохнула, пытаясь сконцентрироваться.

Только сейчас кончики ее пальцев ярко засветились бордово-голубым пламенем.

— А ты стала глупее, — показательно расслабился я и поманил указательным пальцем, — нападай давай.

— Ты что удумал, — прорычала сестра, но с места не двинулась, подтверждая мои догадки.

Выигранную этой заминкой пару секунд, я потратил на то, чтобы прокрутить траекторию каждой из ее предыдущих атак в голове и теперь был абсолютно уверен в своей правоте. Она не пыталась меня ударить, ее целью было просто сорвать Амулет.

Будто я ей это позволю.

— Довольно, дитя, — прошелестел сухим голосом силуэт в мантии, в один миг оказавшись рядом с сестрой, — он понял, что ты неспособна причинить ему вред.

Я едва заметно вздрогнул от неожиданности. Эта скорость телепортации была куда выше, чем у сестры... нет, дело не только в скорости, а в том, что я не ощущал ее присутствия до того момента пока она не заговорила.

Эта тварь куда опаснее. Наметанным глазом я определил оптимальное безопасное расстояние и отскочил назад. Когда я уперся в стену, то понял, что этого недостаточно. Дерьмово, но выбора нет. От расслабленности не осталось и следа, я сжал тело словно пружину, приготовившись атаковать первым в нужный момент.

— Но, госпожа первый Оракул, я еще могу... — начала оправдываться Евгения, но осеклась под тяжелым подавляющим взглядом существа, что медленно стянуло широкий капюшон.

Дряхлая костлявая рука похлопала разгоряченную сестру по плечу и ей ничего не оставалось кроме как склонить голову и отступить на шаг назад.

Первый Оракул внешне выглядела лет на двести. Бледное впалое лицо, обтянутое морщинистой тонкой кожей. Казалось, сама смерть с минуты на минуту должна была забрать это дряхлое и осунувшееся тело, но первое впечатление было обманчивым.

Светящиеся насыщенным бордово-голубым цветом глазницы буквально горели жизнью, а от самого тела веяло силой. Если старуха пытается внешним видом заставить меня расслабиться и ослабить бдительность, то не на того напала.

Однако, то, что передо мной именно Оракул, пусть и настоящий, облегчает мне задачу. Насколько я понял, боевых марионеток они называют Стражи, а сами атаковать не способны.

Витающая вокруг спиральная энергия создается астральным телом первого Оракула, а не ей самой. И если я не ошибаюсь, полноценно использовать их силу они не способны. Но бдительности сбавлять нельзя, навряд ли старуха пришла бы сама. Ее лазурные дружки могут появиться в любой момент.

Я сосредоточенно следил за каждым их движением, терпеливо выжидая момент, когда шелохнется костлявая рука. Из-за мантии, я не мог увидеть других частей ее тела, а спиральная энергия витала вокруг силуэта, но не внутри.

Я всматривался в каждую мелочь, колебания спирали, ветра, мышцы руки, нейтральных частиц между нами. Усиленный потоком родовой взор покрывал всю площадь комнаты, любое изменение хотя бы одной частицы вокруг станет сигналом к атаке.

Какого хрена?!

Резкая боль пронзила сознание из-за сжавшей мое плечо второй костлявой руки твари.

Заранее заготовленная защитная техника катапультирования тут же активировалась и мощный поток частиц воздуха отправил меня в полет.

Понимая, что тварь имеет преимущество в ограниченном пространстве и сможет телепортироваться быстрее, чем мое сознание отреагирует, я подстраховался на крайний случай. И крайний случай сработал в первую же секунду боя. Срань. А ведь я до сих пор вижу ее костлявую руку на плече сестры.

Иллюзия? Летающая рука? Еще один враг?

Мельком обернувшись, я увидел, как кривые остроконечные пальцы втягиваются обратно в стену. Все-таки, летающая рука. Добавим в уравнение боя способность первого Оракула мгновенно телепортировать через астрал не только себя, но и отдельные части тела.

Находясь в полете, я признал полностью провальной тактику «увидеть и отреагировать» и перешел к плану «И». Остальные буквы пришлось пропустить за ненадобностью, потому что я ощутил в воздухе такие знакомые розовые частицы и выход из ситуации пришел в голову сам собой.

Моя розовая ведьма снова в игре и сейчас мне как никогда пригодится ее помощь.

— Стены! — крикнул я, уверенно уворачиваясь в воздухе от загребущей костлявой лапы, вылезшей из земли.

Когда понял в чем фокус, уклоняться стало не так уж и сложно. Многострадальное плечо побаливало, но ничего особенного. Старуха в мантии старалась сделать ровно тоже самое, что и моя сестра — схватить амулет с моей шеи. Пусть и делала это гораздо, гораздо быстрее.

Движения сестры были непредсказуемы ровно до того момента, пока она не появлялась рядом. После факта телепортации, я сразу ощущал ее присутствие и без проблем уворачивался.

Со старухой играть в салочки посложнее, но это ровно до того момента пока Катя не сообразит, что я от нее хочу.

А спиральная сила старухи на меня не действует. В этом я убедился, когда приземлился аккурат по центру комнаты в самое густое ее скопление. Сложная витиеватая структура невообразимой силы спирального потока огибала мое тело точно также как аура Вельяминова и не наносила вреда.

Похоже, именно Амулет оберегал мое тело, и я никак не мог позволить злобной старухе и психопатке сестре отобрать его.

Скрипучий звук и трясущийся пол заставили меня улыбнуться. Не так давно закрывшиеся по всему периметру комнаты стены окрасились в розовый и пришли в движение. Любая внешняя энергия этого мира подвластна розовой ведьме. И материя внутри этого пространственного кармана не исключение.

— Умничка! — бросил я Кате, пропустив над собой очередную тройку резких выпадов летающей руки.

Тщетные попытки старухи выглядели даже забавно. Находясь в центре комнаты, мне хватало пространства, а в угол она меня теперь не загонит, потому что с каждой секундой места для маневра становится все больше.

— Какое упорное, грешное дитя, — недовольно проскрипела первый Оракул.

— Сын Оракула это вам не просто слова, бабуля, — вызывающе облизнулся я.

Если моя сестренка такая вспыльчивая, то почему нельзя попробовать расшатать нервы старушке? Она ведь тоже человек, получается. Из плоти и крови сказал бы я, но ничего кроме костей и тонкой, как шелк, кожи под мантией и не видно. Окей, будем предполагать, что человек. Когда-то была.

— Бабуля, — залилась скрипучим мерзким смехом старуха и вернула летающую костлявую руку себе на место, после чего с оглушающим треском ввинтила ее будто протез и размяла острые пальцы, — так меня еще не называли. Интересно. Интересно. Мир стал действительно интересным за ту тысячу лет, что я оберегала деревню.

Кажется, госпожа первый Оракул тоже решила сменить тактику боя. Любая выигранная секунда мне на руку. Преимущество на моей стороне. Внезапные попытки выхватить Амулет провалились, да и сами эти салки смотрятся как детская игра по сравнению с тем, что я уже пережил в этой комнате.

— Запомни, грешное дитя, ты досадная ошибка, которую допустила ущербная слабачка. Называть твою мать настоящим Оракулом богохульство. И то, что ее Амулет до сих пор защищает тебя только подтверждает мои слова и делает весь ее Орден предателями.

— Да как вы смеете... — подала голос Евгения, но тут же согнулась и упала на землю от боли.

Спиральная энергия первого Оракула, словно змея, окутала тело моей сестры и продолжало сжимать, пока она не потеряла сознание.

— Ты мог уйти со мной по-хорошему, грешное дитя. Все что произойдет дальше, произойдет по твоей вине. Запомни это, перед тем как умереть, — в разы более агрессивным тоном прогремела старуха.

Спиральная энергия вдруг перестала плавно кружить вокруг и, в один миг, стянулась из всех уголков комнаты обратно к первому Оракулу. От такой концентрации силы в одной точке, карманное пространство начало трескаться.

Но все мое внимание было сосредоточено на старухе. Энергия начала окутывать ее костлявое тело спиральными кольцами. Сгорбленный силуэт выпрямился и наполнился силой. Бледная кожа целиком окрасилась в слепящий лазурный свет.

Пустовавшие до этого момента внутренние энергоканалы первого Оракула наполнились кристально чистым лазурным потоком. Амулет на моей шее задрожал, и в этот момент я понял, что преимущество уже нихрена не на моей стороне.

Я никогда прежде не видел настолько глубокой, обворожительной и одновременно пугающей структуры потока. Спиральная лазурь, витающая вокруг первого Оракула, освещала все помещение будто солнце, и казалась чистым совершенством.

Чем-то недостижимым, божественным, идеальным.

Не успел я моргнуть, как слепящий лазурный луч вылетел из руки первого Оракула. К сожалению, я поздно осознал, что не я был его первой целью.

Глава 5

— КАТЯ! — выкрикнул я, бессильно наблюдая как слепящий луч лазурного солнца летит аккурат в младшую Богданову.

Розовая ведьма сидела на холодном полу, бессильно уперевшись плечом в ногу Коновницына, будто собачонка. Ее трясущиеся тонкие ручки были подняты вверх и горели остатками ее смешанного потока. Широко раскрытые глаза Кати взрывались розовыми искрами, заставляя каждую клеточку тела младшей Богдановой работать на пределе возможного.

И все это было ради меня. Не знаю насколько большая часть воспоминаний розовой ведьмы из моего мира передались этой бедной девушке, но явно достаточная, раз Екатерина Богданова готова без колебаний пожертвовать ради меня жизнью.

Поэтому Коновницын пробудил и выбрал именно Катю. Единственного человека из моего прошлого мира, который был готов отдать за меня все. Самого упрямого и настойчивого человека, которого я знал. Розовая ведьма просто не умеет сдаваться и ненавидит проигрывать.

Коновницын поощрял своей силой безумное стремление Екатерины Богдановой помочь мне, и, таким образом, не нарушал напрямую контракт с Высшими.

Только через посредника Коновницын мог помочь мне в бою с последователями Высших. Он никак не мог нарушить свой контракт, и я прекрасно понимал головой, что действия любителя цилиндров рациональны и наиболее эффективны с учетом обстоятельств...

Понимал...

Но...

Мое обещание Коновницын слышал, и я не шутил. Боярин это знал. Именно сейчас любителю цилиндров придется сделать свой выбор. Ведь этот лазурный луч Катя не сможет заблокировать, сколько бы энергии Конь в нее не влил.

Смертоносный спиральный луч достиг цели, и выжигающая глаза лазурная вспышка накрыла собой всю комнату. Ударная энергетическая волна невероятной мощи швырнула меня в сторону, будто лепесток на ветру.

Находясь в слабо контролируемом полете, я с трудом извернулся так, чтобы не потерять из виду старуху. Так или иначе, бой между нами продолжался, и малейшее отвлечение будет стоит мне жизни.

Пробив плечом широкую вмятину в стене, я уверенно приземлился на ноги, готовый уклоняться от повторной атаки старухи, но ничего не произошло.

— Как это понимать, смертный? — недовольно прошелестел оглушающий голос первого Оракула.

Пыль рассеялась, и я с облегчением выдохнул, увидев какой именно выбор сделал Коновницын. Широко расправив плечи, боярин стоял с вытянутой ладонью, на которой остался заметный спиральный ожог. Разноцветный боевой поток Коновницына мерно тек по его телу, а вокруг него витал остаточный лазурный след.

— Девочка находится под моей защитой, я дал слово, — с невозмутимым выражением на лице объяснил свои действия Коновницын.

Катя Богданова лежала без сознания за его спиной, но была жива. Лазурная вспышка света выжгла всю нейтральную энергию в помещении, лишив Катю последних источников сил.

Всю мощь лазурной спирали первого Оракула, Коновницын принял на себя, легко отделавшись простым ожогом. В то время как укрепленные десятками высокоуровневых защитных конструктов стены помещения за его спиной прожгло на несколько метров вглубь, а пол выгнуло дугой.

— С каких пор ты разбрасываешься пустыми обещаниями, шляпник? — с нотками удивления в голосе проскрипела первый Оракул.

— Пустыми? Никогда не позволял себе подобной низости, — спокойно парировал Коновницын и угрожающе ускорил течение потоков, — а как насчет Вас?

— Меня?! Следи за речами, смертный, — предупредительно процедила старуха.

— Со всем уважением, госпожа первый Оракул, я свободный человек. И за рамками нашего джентльменского соглашения, я волен поступать на свое усмотрение. Девочка за моей спиной не нарушала ни единого положения кодекса Ордена и не является вашим врагом. Все ее действия были направлены на защиту дорогого ей человека и не содержали личного умысла навредить Ордену или потревожить сон Высших.

— Кем ты себя возомнил, чтобы это решать, шляпник? Пусть ты и живешь дольше остальных насекомых, ты продолжаешь оставаться насекомым. Повторять я не стану, уйди с дороги.

— А я легко повторю еще раз, — пожал плечами Коновницын, — содействие лицу, не являющемуся врагом ни одного из Орденов, не нарушает ни единого пункта соглашения. Девочка за моей спиной не подпадает ни под одно из условий кодекса Ордена, чтобы считать ее угрозой Высшим. Если Вы считаете иначе, госпожа первый Оракул, то можете применить силу. В рамках нашего контракта я имею полное право на самозащиту, — угрожающе добавил Конь и стряхнул бетонную крошку с цилиндра.

Стены, пол и потолок окружающего пространства продолжали трещать по швам, еще одну энергетическую вспышку такой мощи, пространственный карман точно не выдержит.

— Будь по-твоему, — недовольно прошелестела первый Оракул, — ты выбрал не ту сторону, смертный. И будь уверен, я запомню это.

С этими словами я поймал глубокий недвусмысленный взгляд Коновницына. Знаю, боярин. Теперь мой ход.

Во время этого короткого разговора старуха держала мои действия под контролем, пусть и без зрительного контакта. Наивно надеялась, что я поведусь на ее видимую расслабленность и начну бездумно действовать.

В нынешней лазурной форме тварь ощущалась совершенно иначе. Мои инстинкты твердили мне стоять на месте и не делать резких движений. Оказавшись прижатым к стене, мои вероятные траектории уклонения или атаки стали резко ограничены всего тремя вариантами.

Без сомнений, старуха это заметила и заранее приготовилась меня подловить на любом из них. Коновницын нарочно потянул время разговором, чтобы я это понял и придумал что делать. Даже сейчас, все действия Коня были направлены на увеличение моих шансов на победу. Пусть и на жалкие тысячные доли процента.

Но я это ценю. И не забуду. Как и тот факт, что боярин защитил Катю, хоть и не обязан был это делать. Ведь если я умру, то он напрасно усложнил себе отношения с Высшими.

Ситуация была тяжелая, однако, как старуха знала о трех возможных траекториях моего движения, так и она сама была ограничена в действиях. На этот раз я прикрыл свою спину обновляемой техникой подмены, тем самым обезопасив тыл.

Любое другое действие твари я увижу. Пустив внутрь себя спиральную энергию, первый Оракул увеличила силу своего физического тела, однако теперь, когда лазурный поток находился внутри нее, родовым взором я смогу заметить колебания заранее и предсказать любую ее атаку.

Ни о какой неожиданности теперь не идет речи. А раз старуха пожертвовала скоростью ради силы, она знает, что Амулет не сможет защитить меня от усиленной ее телом лазурной энергии.

Это больше не салочки. А охота.

— Закончили ворковать? — нарочито издевательски прокричал я, — ты ведь за мной пришла, бабуля? Долго мне тебя ждать?

С этими словами я поманил старуху указательным пальцем. Мне нужно было заставить первого Оракула действовать первой и надеяться, что ее скорость снизилась достаточно, чтобы я смог увернуться. И она начнет. Ведь в нынешней ситуации охотником является она. Охотником, который явно не бесконечно сможет поддерживать столь энергозатратную лазурную форму.

— Видит Высший, грешное дитя, только что стал невозможным последний из сценариев без жертв, — угрожающе сощурилась пылающими огоньками глаз первый Оракул, — твое существование угроза и она будет устранена. Любой ценой.

И в тот же миг старуха исчезла.

Быстро. Пугающе быстро и без единого движения внутренних потоков. На мгновенье я подвис, готовый в любой момент увернуться. У первого Оракула было всего девять траекторий атаки. Моя скорость лишь едва превосходит ее. Я не могу гадать. Перед тем, как двигаться, я должен быть уверен...

С этими мыслями я сканировал всевозможными способами область вокруг себя на предельной концентрации. Короткий миг перед нападением твари казался мне целой вечностью. В ускоренной работе мозга не будет смысла если я не увижу зацепку... что-нибудь... внимательнее... должен быть след...

— ВИЖУ! — взревел я и подбросил свое тело вверх.

Окутанные лазурным сиянием когтистые старушечьи лапы вылетели из-под земли, попытавшись взять меня в свои нежные объятия. Я успел среагировать вовремя, и выпрыгнул из зоны поражения.

Оказавшись в безопасности, я оттолкнулся ногой от стены, и в этот момент одна из костлявых лап согнулась в форме лезвия и резким взмахом рассекла воздух. Несколько миллиардов плотных лазурных частиц тут же отделились от тела Оракула, образовав серп, и понеслись на меня.

Резкой трансформации ближней атаки в дистанционную я не ожидал. Дерьмо. К тому же оказался уязвимым в воздухе без точки опоры.

Окинув взглядом окружение в поисках решения, я краем глаза заметил Коновницына, который бережно держал Катю на руках и пристально наблюдал за сражением изнутри своего безопасного трехслойного барьера.

Его глубокий величественный взгляд впервые за все время нашего знакомства выглядел настолько заинтересованным. Я готов поклясться, что уловил в нем нотки беспокойства за мою жизнь. Такого отдаленного извращенного отеческого беспокойства, которым меня периодически одаривал дед.