Судный день. Часть 2

– Нет, ты торопишь события, Азиз, – ответил Карим.

– Слышал, вы об Аваре Набха интересовались? – внезапно раздался мужской голос позади нас.

Мы втроём все резко повернулись к говорившему.

На нас смотрел мужчина с длинной тонкой белой косой. Он ещё не казался глубоким стариком, хотя на лицо его уже легли тонкие морщины – я бы сказал, что на вид ему где-то около шестидесяти. Но было ощущение, что он намного, явно намного старше.

– Здравствуй, Илинг, – Карим улыбнулся, поклонился.

– Карим, – на лице хладного тоже появилась улыбка.

– Ты сможешь нам помочь? – спросил Карим.

– Тебе, Карим, я всегда рад помочь. Но об Аваре я ничего не знаю, он был здесь задолго до моего рождения, – ответил Илинг, – но вот мой прадед, кажется, его должен помнить. Следуйте за мной.

Мужчина резко развернулся и повёл нас в ту сторону, откуда мы пришли.

– Отец Дарий сказал, вы приехали по важному делу? – через плечо бросил Илинг.

– Да, важнее не придумаешь, – ответил Карим. – Хема в опасности, вы, наверное, уже знаете о Судном дне и темных ракта.

Илинг, не поворачиваясь, кивнул.

– Думаете, сможете предотвратить Судный день? – с каким-то безразличием в голосе спросил он. Неужели ему все равно, что в мир могут вернуться асуры?

– Мы должны попытаться, – сказал Карим. – Вскоре тёмные ракта нападут на Хему.

– На все воля богов, – снова этот безразличный тон.

Я разозлился:

– Разве хладный народ не станет нам помогать?

Илинг повернулся, удивлённо посмотрел на меня, словно видел впервые:

– Помогать? О какой помощи речь?

– Если понадобиться воевать с тёмными ракта за наш мир.

Илинг отвернулся и ответил:

– На все воля богов, – спокойно сказал он, а затем резко остановился у белых дверей.

– Сначала я с ним поговорю, – предупредил нас Илинг и скрылся за дверью.

– Не нужно сейчас о войне, – с укором сказал Карим. – Мы здесь не за этим. Да и хладные... Они другие, понимаешь? Они не приемлют войну.

– Но ведь они помогали тогда с Раваном и ракшасами.

– Не все – большинство из них предпочтут сохранить чистоту души, чем убивать, даже спасая собственные жизни. Долго объяснять, – торопливо проговорил Карим, потому что в эту секунду открылась дверь, и показался Илинг.

– Войти может только один из вас. Мой прадед болен, поэтому не стоит заходить всем. И слишком долго не изводите его вопросами.

– Спасибо за помощь, Илинг, – Карим с благодарностью кивнул, а хладный, ничего не ответив, просто молча ушёл.

– Кто пойдёт? – спросил Сэдэо, переводя взгляд с меня на Карима.

– Я! – мой тон был увереннее некуда.

– Почему ты? – в уголках рта Карима заиграла хитрая усмешка.

Я же молча решительно потянул на себя холодную ручку двери и вошёл в комнату.

Первое, на что наткнулся взглядом, деревянная кровать с высокой периной, на которой возлегало нечто отдалённо напоминающее человека. Скорее это бы скелет, покрытый заиндевелой кожей. Лицо и руки старика были покрыты наростами из снега. Казалось, его только что достали из морозилки.

Я неуверенно шагнул к кровати, мысленно содрогнулся, когда увидел глаза старика. Они не были голубыми, как у других хладных, они напоминали замороженные шарики, которые зачем-то вставили в глазницы.

Я сделал шаг назад, все напоминало какую-то нелепую злую шутку. Старик явно мертв и, кажется, уже давно. Но внезапно белки глаз старика шелохнулись, и я наткнулся на белесый, покрытый инеем взгляд едва заметных голубых радужек.

«Говори, чужак, зачем пришел?» – раздался в голове скрипучий голос старика.

«Здравствуйте, – решил я, что для начала нужно проявить вежливость. – Меня зовут Азиз Игал».

«Давай короче, чужак», – оборвал он меня.

«Ваш правнук сказал, что вы помните Авара Набха. Помните, что он тут делал?»

«Помню», – лицо старика скривилось, ледяной нарост на щеке потрескался, но тут же нарос ещё больше, чем был. Кажется, любое усилие приносило боль старику.

«Авар, как и многие, приезжал сюда в поисках просветления. Сильный сварга, – голос старика звучал сухо и отрешенно. – Я в ту пору был ещё молод, не знал, что этот человек великий сварга, который останется в истории Хемы на века».

«Что он здесь делал? Не помните? Меня интересует камень, а может, посох. Изобретение, которое он создал после того, как побывал на вашем острове, может нам помочь спасти Хему от Судного дня».

Старик долго молчал. Так долго, что я начал беспокоиться, не умер ли он. Но вдруг тот ответил :

«Авар жил в пещерах для людей. Я не знаю, чем он там занимался и посоха при нем не видел. Но камень помню. Круглый, белый».

– Да! Это тот самый камень! – возбужденно воскликнул я, но, поняв, что говорю на ваде, снова перешёл на мысленное общение:

«Не помните, где он взял этот камень?»

«Нет, – отчеканил старик, – я всегда думал, что он привез его с собой. Но он придавал этому камню особое значение. Однажды видел, как он проводит над ним какие-то плетения прямо на улице».

Все сходится. Я был прав. Камень был здесь. И кажется даже по поводу взаимосвязи спутников Хемы и создания посоха был прав. Да что уж там – я был в этом уверен!

«Ты все узнал, что хотел, чужак?» – старик, кажется, хотел поскорее избавиться от моей компании.

«А кто-нибудь ещё может помнить Авара?» – спросил я, цепляясь за последнюю возможность узнать ещё хоть что-то.

«Нет, все давно мертвы. Авар много времени проводил со старшей жрицей, ходил к источнику и ещё они куда-то ездили. Но жрица Хель давным-давно мертва».

Поняв, что старик больше ничего не скажет, я поспешил к Кариму и Сэдэо. После того как я повторил то, что рассказал старик, мы решили вернуться в дом и обмозговать дальнейшие действия уже там, а заодно и немного погреться. Все же в ледяном замке хоть и не дул пронзительный ветер, но было достаточно холодно, несмотря на наши попытки периодически подогреваться стихийной шакти.

Когда вернулись, обнаружили, что печь погасла, а дом остыл, словно мы его не отапливали несколько часов назад. Пока Карим заново разжигал огонь, я, не выдержав ожидания, выскочил на улицу, нагреб в чайник снега и вернулся в дом. Используя силу огня из печи, которая едва-едва только начала разгораться, стал кипятить чайник.

– Так какие наши дальнейшие действия? – спросил Сэдэо, когда согрелся и перестал стучать зубами.

– Нужно наведаться в жилые пещеры, – ответил я, грея руки о кружку с чаем. – В источник тоже.

– Думаю, нужно поговорить с жрицами. К тому же без их согласия ни в один из трех источников нам нельзя заходить. А еще нужно поговорить с Элайни, – сказал Карим, глядя на меня. Очевидно намекая, что с Элайни говорить должен я.

– Вечером попробую поговорить, – сказал я. – На ужине ведь она будет?

Карим кивнул:

– До ужина осталось несколько часов, и там будут все жители. Значит, разделимся и постараемся узнать что-нибудь. Азиз – жрицы, Сэдэо – ты не говоришь на шитале, поэтому поговори с беженцами с материка. Я постараюсь разговорить старейшину и членов совета общины.

Никто возражать не стал. Так и решили, дождались вечера и отправились в ледяной замок на ужин.

Столовая была не изо льда, как остальной замок. Толстые каменные стены, тяжёлые деревянные балки. И где только хладные взяли столько камня и дерева на постройку все этого? Да и само помещение просто ужасало своими размерами и, кажется, занимало всю площадь нижнего этажа дворца. Как объяснил Карим, жилые пещеры находятся неподалёку от столовой. Нужно бы и туда заглянуть после ужина. Хотя я не совсем понимал, что мы собирались там найти.

Длинные обеденные столы тянулись рядами на несколько десятков метров, у входа суетились за столом раздачи женщины, а молодые мужчины приносили откуда-то миски, выстраивали их в высокие стопки.

Карим кивнул в сторону столов, которые располагались у большой печки, отдельно от остальных, и я сразу понял почему. Там ужинали люди с материка. Их было немного. Человек восемь, в основном, мужчины среднего возраста и две женщины. Одна молодая, рыженькая, довольно симпатичная, но с испуганным затравленным взглядом, вторая – азиатка в возрасте.

Мы сели к ним за стол, рядом с женщинами, приветствовали всех, а нам ответили сухими, безразличными кивками. Но некоторых наше появление бесспорно заинтересовало.

– Имперцы? – спросил бородатый мужик с кривым носом и весьма неприятным злым взглядом.

– Да, – спокойно ответил Карим, выдавив из себя подобие дружелюбной улыбки.

– Беглецы? – спросил другой мужик с характерной бандитской рожей.

– Нет, – сдержанно ответил Сэдэо, и деловито добавил: – Мы здесь ненадолго, по делам.

– А какие новости на материке? – рыжая резко подалась вперед и с надеждой уставилась на нас.

– А что именно вас интересует? – усмехнулся Карим.

Тем временем по столовой полетела еда, в прямом смысле полетела. Несколько мужчин и женщин из хладных с помощью телекинеза ловко распределяли миски с едой, стаканы, кувшины, столовые приборы на край каждого стола, а уже там их разбирали другие хладные и расставляли каждому.

У соседнего стола тоже суетился паренёк. Он как-то сразу привлёк моё внимание. Невысокий, худощавый. Он был одет в несуразную, явно ему не по размеру, теплую куртку, подбитую мехом. На руках рукавицы, на голове меховая шапка. Улыбчивый паренек, энергичный, с задорным огоньком в глазах. Он отличался как от хладных, так и от остальных людей с материка. Жизни в нем было точно больше – огня больше в глазах. Не было того страха, отчаяния или задавленности во взгляде. Не было и злобы, даже напротив – он был совершенно беззлобен. А ещё он был слишком молод. Очевидно, он сын кого-то из беглецов. Иначе, как объяснить его нахождения на острове? Но он почему-то ел за одним столом с хладными.

Я вдруг подумал, что он похож на парня из моего видения. Ну точно он и шапка та же самая!

Я не мог оторвать от него взгляд. Пытался понять, каким образом он поможет помочь мне найти камень. Тем временем парень закончил расставлять миски и сел сам рядом с хладными.

Странное чувство, но наблюдая за ним, почему-то ощущал щемящую тоску в груди. И все не мог понять, откуда это чувство. Нужно поговорить с ним.

Но только я привстал с места, как Карим твёрдо усадил меня обратно.

– Ты куда?

– Парень тот – он был в моем видении. Мне нужно с ним поговорить, – тихо ответил я.

Карим как-то грустно улыбнулся и отрицательно закачал головой:

– Сначала ужин, потом разговоры, не стоит злить хозяев, – шепнул он мне.

Я кивнул. Верно. Разговор подождёт. Не стоит забывать, что мы здесь чужаки и пренебрегать гостеприимством местных. Хотя гостеприимством все происходящее вряд ли можно было назвать.

Карим заметив, что я не ем, поставил передо мной миску с вяленой рыбой, гарниром из то ли водорослей, то ли неведомых мне овощей, какой-то напиток в большой кружке. Я с благодарностью кивнул ему, но есть это не решился. Сэдэо и Карим же спокойно принялся за еду.

Карим кивнул на водоросли и сказал мне:

– Попробуй, это довольно вкусно.

Я кивнул в ответ, ковырнул вилкой склизкие темно-зелёные полоски, но не стал есть. Да и есть особо не хотелось. Все мысли были заняты другим. Я все смотрел на того парня и не мог понять, почему он вызывает во мне такое странное чувство тоски?

Не выдержав, я обратился к женщине азиатке, сидящей рядом:

– А что это за парень? Чей-то сын?

Азиатка так посмотрела на меня, словно бы сомневаясь, что я говорю с ней. Затем ответила:

– Арни, что ли? – С явным ормским акцентом, спросила она.

– Да, тот, в шапке.

– Это сын жрицы Элайни.

– Но ведь он не хладный, – удивился я.

– Нет, он человек, – безразличным голосом ответила азиатка и продолжила есть, всем своим видом показывая, что говорить со мной у неё нет никакого желания.

Тогда я повернулся Кариму и спросил шёпотом.

– Ты знаешь сына Элайни?

– Знаю. Она спасла его и воспитала как своего родного сына. Когда я был здесь в прошлый раз, он был ещё совсем ребёнком.

Карим многозначительно посмотрел и усмехнулся.

– В чем дело? – не выдержала я.

– Удивительно сплетаются судьбы, – уклончиво ответил Карим.

Я обдал Карима сердитым взглядом. Но спрашивать больше ничего не стал, решив дождаться окончания ужина.