Судный день. Часть 2

– А хладных часто видите? – поинтересовался я.

– Хладных? – задумчиво переспросил капитан. – Часто. Они постоянно тут рассекают на своих ледяных лодках. Нередко на особых катерах ходят далеко, везут рыбу. Иногда людей спасают.

– Людей спасают? – не понял я.

– Ага, – протянул Сакс. – Хладные откуда-то узнают, что тот или другой в беде, и плывут спасать. Я тут на «Маруте» уже восемь лет, так вот на моей памяти пятерых точно спасли. Знаете ж, свамен, сюда бегут с материка всякие отчаянные: то приюта ищут, то просветления, то от смерти спасаются. Хотя худшего места для спасения и не придумаешь, – он закачал головой, тяжело вздохнул. – Дураки. Не знают, как здесь. Едут на яхтах, на кораблях и после встречи с первой льдиной идут ко дну. Вот хладные таких и вылавливают. По уму нужно делать, как вы, например, а эти бегут!.. Смерти только ищут!

– И что, много там, на острове, людей с материка?

– Много? – капитан усмехнулся. – Нет, не думаю. Они ведь рано или поздно все равно все возвращаются обратно, на большую землю – не выдерживает этого нарацкого холода.

Я задумался. Хладные знают о том, что кто-то в беде, и спасают. О том, откуда они об этом знают, я не думал, наверняка провидение или ещё что-то в этом роде. Я думал о другом. Почему в таком случае они не спасли семью Игал? Значит, они спасают не всех. А может, Игал просто не повезло и они были слишком далеко от Острова Хладных, когда Нага на них напали?

– Значит, и о том, что мы к ним едем, они уже знают, – усмехнулся я, сделав глоток уже успевшего остыть чая.

– Знают, – уверенно сказал Сакс. – Они всегда знают. Смотри.

Капитан кивнул в сторону горизонта. Я переместил взгляд туда, куда указал капитан.

– Почти на месте, – сказал Сакс.

Сушу я увидел на горизонте белой тонкой полоской, и возможно бы сразу и не распознал в ней Остров, если бы не три синих столпа света едва различимых на фоне серого неба. А через несколько минут я смог разглядеть и куполообразный полупрозрачный энергетический щит, похожий на огромный, растянувшийся в десятки километров, мыльный пузырь.

Я разбудил Карима. Сэдэо уже был на ногах, когда я подошёл к его каюте. Мы какое-то время, стоя на палубе, молчаливо разглядывали Остров Хладных. Ледокол медленно приближался к нему, силуэт острова становился все отчетливей. Было в нем нечто сказочное, удивительное, чарующее. Острые пики снежных то ли холмов, то ли причудливых домов. Вырисовывались скалы у подхода к острову, аккуратно выстроенные в две стены с узким проходом, через который перекинулись величественные Ледяные ворота, блистающие в лучах проклюнувшегося сквозь серость солнца.

После мы в шлюпке спустились на воду и поплыли к острову, а ледокол «Марута» продолжил свой путь.

Погода была безветренная, но мороз стоял такой крепкий, что стоило открыть рот – зубы сводило от холода, а ресницы то и дело слипались и покрывались инеем. Нужно бы было использовать шакти, к тому же земля теперь была близко, но я не делал этого. Я не мог оторвать взгляда от величественного Острова изо льда, от покачивающихся на воде ледяных скульптур, изображающих животных и птиц.

В проходе водного коридора под Ледяными воротами нас уже ждали. Стоило только подплыть ближе, как мы увидели белый плот с тонкими ледяными завитками по бокам в виде бортиков. А на плоту стояла уже знакомая мне женщина из хладных и двое мужчин, которых я видел впервые. Один был пожилым, другой немного моложе, но у всех троих были холодные, суровые лица и пронзительно синие глаза.

Сначала мне даже показалось, что нам здесь, мягко говоря, не рады и сейчас дадут от ворот поворот. Даже мысленно настроился на спор. Но когда расстояние между нашей яхтой и плотом хладных стало несущественным, старик зычно и официально проговорил:

– Приветствуем вас, люди с большой земли. Зачем пожаловали на Земли Хладных?

Вперёд вышел Карим, поклонился и так же высокопарно произнес:

– Здравствуй, славный хладный народ. Здравствуй отец Дарий, Вольнард, Элайни. – Произнося их имена, он поклонился сначала старику, затем мужчине, после женщине.

– Здравствуй, Карим, ищущий путь истины, – ответил старик. – Нашёл ли ты свой путь и зачем вновь вернулся?

– Нашёл, – Карим улыбнулся. – А вернулся, потому что пришло время.

Он многозначительно посмотрел на Элайни, та повернулась к старику, несколько секунд они мысленно общались о чем-то. Если до этого лицо старика было просто суровым, то теперь оно казалось высеченными из многовекового льда, а пронзительно голубые глаза вперились в меня так, что если бы он применил к этому взгляду силу, меня бы насквозь проткнуло холодный иглой.

– Пусть он сам скажет, зачем прибыл! – громко произнёс старик, явно обращаясь ко мне.

Не знаю, стоило ли отвечать им в той же высокопарной манере, но я ответил спокойно и сразу решил расставить точки над «i».

– Хема в опасности. Судный день близок как никогда. Тёмные ракта вскоре нападут на нас. Нам нужно закрыть проход в наш мир – только так мы сможем спастись.

– Как вам в этом сможет помочь хладный народ? – удивился старик.

– Мы ищем камень, который когда-то здесь нашел Авар Набха. Только с этим камнем мы сможем создать посох, который управляет энергией шивы. И только с помощью этого посоха можно закрыть проход и не впустить тёмных ракта в наш мир.

– О каком камне речь? – изумился старик. – Оглянитесь вокруг, добрые люди, здесь только снег и лёд. Вам придётся потратить немало сил, чтоб растопить лед на десятки метров и добраться до земной тверди. А чтобы найти какой-то особый камень – так и вовсе!

– У нас нет выбора, – сказал я, – мы должны попробовать его отыскать здесь.

– Боюсь, у вас ничего не выйдет, – лицо старика стало суровым. – Лучше вам искать свой камень в другом месте.

Я оторопело уставился на старика. Неужели нас сейчас попросту не пустят и весь путь мы проделали зря?

На помощь мне пришел Сэдэо:

– Хладный народ славится своим милосердием и добротой. Мы проделали долгий путь, устали, ледокол вернется лишь через пять дней. Нам необходимо отдохнуть и согреться. О вас ходит слава, что хладные никогда не оставляют просящих в беде.

– Не оставляем, – согласился старик. – Мы дадим вам теплый кров и еду, но повторюсь: приехали вы зря, никаких камней вам здесь не найти.

Затем старик вскинул глаза к небу и пронзительным громким голосом, словно к богам взывал, молвил:

– Ступая на Земли Хладных, не забывай, чужак, что мы хоть и славимся гостеприимством и щедростью, но чужакам не рады. Веди себя тихо, не смей обижать никого, не трогай женщин, не груби, не злись. Оступишься, чужак, нарушишь наши правила – тебя ждет смерть!

Вот это тебе приветственная речь! Да после такого приветствия трижды подумаешь, стоит ли вообще пересекать Ледяные ворота. А то разозлишь случайно кого – на ногу там нечаянно наступишь, не заметишь, не извинишься – и сразу тебе смерть. Нет, хладных я не боялся, но как-то не такой встречи я ожидал.

Я растерянно покосился на Карима, тот улыбнулся, закатил глаза, показывая, что переживать ни о чем не стоит.

Тем временем отец Дарий окинул нас строгим взглядом.

– Таков у нас порядок, – как ни в чем не бывало, спокойно сказал он. – Всем все понятно?

Сказав последнюю фразу, отец Дарий многозначительно посмотрел на меня, а после, жестом велев двигаться за ними, развернулся к нам спиной. Его спутники проделали то же самое, и их плот плавно поплыл по туннелю. В шакти-барьере перед нами появилась арка, через нее и проплыла наша шлюпка.

Шлюпку мы оставили в небольшой бухте, там же хладные оставили и свой ледяной плот.

Вдалеке виднелся город, больше похожий на замок Снежной королевы. Высокие ледяные крыши, башни, но кое-где все же были каменные строения и вился дымок.

До города было несколько километров, но к счастью, пешком по снегу идти не пришлось. В качестве транспорта нас ждали замысловатые своей конструкцией и внешним видом крытые сани, которые ездили исключительно на шакти. Точнее ими управлял кто-то из троицы Хладных с помощью телекинеза. Кажется, этот народ энергию не привык экономить.

А, когда мы прибыли в город, я и вовсе в этом убедился. Здесь все жители во всю, вплоть до бытовых мелочей, использовали силу.

Кстати о жителях. Все они, несмотря на лютый холод, были в лёгкой одежде. Между собой все хладные схожи как братья и сестры. Стройные, высокие, беловолосые и голубоглазые, с кожей белее молока. В основном нам встречались молодые мужчины и женщины. Стариков было очень мало и ни одного ребёнка не удалось увидеть.

Также по дороге дважды нам попадались люди в тёплой одежде, а тут сомнений не было, что это люди с материка.

На нас местные почти не обращали внимания. Со свойственной им холодностью, никто не бросал в нашу сторону любопытных взглядов.

Сани резко затормозили перед приземистым каменным домов, крышу которого так занесло снегом, что складывалось впечатление, будто она из снега и изготовлена.

– Можете остановиться здесь, – сказал отец Дарий. – В доме есть печь и все необходимое.

– А в жилых пещерах остановиться нельзя? – с каким-то разочарованием в голосе спросил Карим.

– Вы ведь ненадолго к нам, а пещеры для жителей, – ответил старик, ткнул рукой в дом-сугроб: – Для гостей же у нас дом. Вечером приходите на ужин, – бросил нам старик на прощание, а после сани с тремя хладными унеслись в сторону ледяного замка.

Глава 2 или «Остров Хладных» Часть 2

В доме было холодно и темно. Но мы быстро с помощью шакти разожгли печь, и теперь в ней весело потрескивали угольки. Из еды здесь ничего не нашлось, не считая банки чая и сахара. Карим объяснил, что у хладных так не принято. Все селение — одна большая семья. Хладные всегда все делают сообща, даже собираются всем селением в ледяном замке на завтраки, обеды и ужины.

Вообще у хладного народа быт и порядки весьма отличались от привычного уклада на материке. Они предпочитали держаться вместе, жили в ледяном замке, который был как небольшой городок. А те деревянные дома, что я видел, это не жилые здания: склады, кухни, бани. В общем, все то, что несло тепло, было вынесено за пределы замка, видимо, чтобы не дать ледяному строению растаять.

Еще я узнал, что у хладных вообще нет такого понятия, как деньги. На острове все общее. Даже торговлю с Империей и ОРМ они производят исключительно в натуральном виде, обменивая товар на товар.

После того как мы попили чаю и немного согрелись, нужно было отправляться на поиски того, за чем мы сюда приехали. Но сразу же возникла проблема — никто из нас не представлял с чего начать.

– Хладные ведь долгожители? — спросил я.

– Верно, — ответил Карим, кажется, уже догадавшийся, куда я клоню.

Сэдэо тоже понял, задумчиво посмотрел на заиндевелое окно:

— Если кто-то здесь и остался настолько древний, что помнит самого Авара, так это старейшина отец Дарий.

— Он не будет с нами говорить или помогать, – отрезал Карим. – Этот старик людей с материка, мягко говоря, не любит. Будь его воля, он бы и вовсе никого не пускал на остров. Но его дочь Элайни...

– Что она? — заинтересованно уставился я на Карима, поняв, что речь идет о той женщине хладной, которая спасла мне жизнь.

– Элайни — главная жрица храма Мараны, — сказал Карим таким тоном, словно это должно мне было о чем-то сказать.

-- И? Она тоже видит сны Мараны? Здесь все подчиняются ее снам? – озвучил я догадку.

– Именно. Практически весь жизненный уклад хладных крутится вокруг снов богини.

Сэдэо возмущённо уставился на Карима:

– Почему ты мне об этом никогда не рассказывал? Я ведь столько раз спрашивал!

Карим снисходительно улыбнулся:

– Не все знания приносят удовлетворение, мой друг, некоторые из них слишком возбуждают разум и порождают множество вопросов, на которые ответов нет.

– То есть каждый раз, когда я расспрашивал тебя о хладных, а ты отделывался общими ответами – это ты так мое сознание от перевозбуждения берег?! – обычно спокойный Сэдэо, вдруг вскочил из-за стола и со злой обидой уставился на Карима.

– Этот секрет принадлежит не мне, и не мне о нем говорить, – тоном, не терпящим возражений, ответил Карим.

– Но ведь сейчас ты Азизу рассказал без раздумий, – с досадой глядя на Карима укорил его Сэдэо.

– Это другое.

– Другое, значит, – сердито фыркнул Сэдэо, сел на место и раздражённо уставился в окно.

В комнате повисло молчание. Я чувствовал себя неловко, из-за того что стал свидетелем сцены ссоры двух друзей. Поэтому решил разрядить обстановку и перевести разговор в другое русло:

– Нужно что-то делать. Предлагаю отправиться на улицу и попробовать разговорить местных. Не один отец Дарий здесь старец, я видел и других, пока мы ехали.

И Карим, и Сэдэо, ни слова не сказав, принялись собираться. Очевидно, это значило, что они согласны с моим предложением.

На улице народу не было вообще. Но в деревянно-каменных помещениях кипела жизнь. С десяток женщин суетились в большом деревянном доме с дверями и окнами нараспашку, оттуда валил пар и пахло свежеиспеченным хлебом. Мужчины в похожем здании что-то мастерили: доносился стук молотков, звенела пила.

Карим оставил нас с Сэдэо на улице, а сам направился в мастерскую. Я, от нечего делать, глазел по сторонам, попутно тянул энергию, согреваясь. Сэдэо был мрачен и неразговорчив, видимо после ссоры с Каримом его еще не отпустило.

Карим вернулся через несколько минут, молчаливо кивнул в сторону ледяного замка:

– Я ничего не узнал. И Авара никто из них не помнит и не знает. Нужно расспросить в замке, – сказав последнюю фразу, Карим скривил кислую мину.

– А нам нельзя в замок? – спросил я.

– Нежелательно, – ответил Карим. – Мы только приехали, и старейшина явно обозначил, что в замке ждёт нас не раньше ужина. Даже на обед не пригласил. Сейчас у хладных рабочий день в разгаре, и если мы начнем ходить и донимать всех вопросами, ему может такое не понравиться. Но у нас не так уж много времени, поэтому стоит попытаться. И ещё неплохо бы тебе наведаться к источнику у храма Мараны, – Карим многозначительно посмотрел на меня.

– А это еще зачем?

Карим загадочно улыбнулся и ничего не ответил. Сэдэо снова сердито фыркнул, озвучив тем самым и мое негодование. Но почему нельзя говорить обо всем сразу и прямо?

Мы направились в замок. Я почувствовал на себе чье-то заинтересованное внимание, резко обернулся, наткнувшись взглядом на девушку в окне с длинной белоснежной косой. Она смущённо улыбнулась, опустила глаза и поспешила исчезнуть.

Ну вот, не все хладные оказывается отмороженные, какими пытаются казаться. Некоторые явно готовы идти на контакт. Но эта девушка, несомненно из молодых, а те, кто постарше, так и продолжают делать вид, что нас не существует. По пути в замок нам встретились несколько человек. Карим каждый раз вежливо обращался к ним и задавал один и тот же вопрос:

– Простите, мы ищем того, кто мог бы помнить Авара Набха – это великий сварга-ракта, он бывал на острове шесть столетий назад. Вы не знаете, кто может его помнить? Это очень важно доя нас.

Я, кстати, не сразу понял, что Карим говорит не на вадайском а на шитале. Удивительно, но и этот язык я понимал как родной. И, только нечаянно уловив странное по звучанию слово, вдруг догадался, что это не вада.

Что ещё меня удивило – никто из хладных и слова нам не сказал. Они все как один отрицательно качали головой и пожимали плечами. Обет молчания они, что ли, все дали? Я задал этот вопрос Кариму, на что получил ответ:

– Они не привыкли разговаривать. С младенчества они используют для общения телепатию.

– Вообще не разговаривают? – удивился я.

– Очень редко.

В ледяном замке не все, к счастью, оказалось изо льда. Пол был усыпан песком, повсюду простая, но добротная мебель из благородной древесины, расшитые гобелены и деревянные панели на стенах.

Карим уверенно вел нас по ледяным коридорам. Здесь чаще, чем на улице попадались люди. И повстречался нам даже один старик. Когда Карим снова задал ему свой вопрос, на лице старика кажется, отразилась ухмылка. Я уже было обрадовался и подумал, что старик его помнит. Но старик в ответ отрицательно закачал головой и дальше поковылял по своим делам.

– Может мы не с того начали поиски? – предположил я. – Если Авар нашёл камень для посоха здесь, то возможно нам и вправду нужно идти в пещеры? Бывают здесь каменоломни или шахты?

– Угольная шахта есть, – сказал Карим. – Но вряд ли мы найдём там то, что нужно.

Безнадега какая-то! Так у нас ничего не выйдет. Пока мы плыли к Острову Хладных, я не раз задавал Кариму вопрос, как именно мы будем искать информацию об Аваре и посохе. На что он отвечал, что мне не стоит переживать. Если я видел будущее, то все должно сложиться само собой. Но кажется, Карим уж слишком полагался на будущее, потому что мы зашли в тупик. – И что теперь? – устало спросил я, мы все еще продолжали куда-то идти. – Неужели будем так и дальше ходить и всех спрашивать, пока не выясним, что никто не помнит Авара и ничего о нем не знает?