Ледяной плен

Глянула на съежившийся в бутылке цветок. Положила рядом записку и тихонько прикрыла за собой дверь.

- Прощай деда. Прости.

В коридоре стояла наполненная важностью предстоящего события тишина. Теперь нужно было найти Юрика, который, наверняка снова страдая бессонницей по обыкновению колобродил в бесчисленных коридорах. Проходя мимо двери в жилище капитана Лобачева, Лера различила тихие женские всхлипывания и успокаивающий мужской голос.

- Так и знал, что ты что-то задумала! – звонко прошептал появившийся из сумрака Юрик. – А мне сложно сказать? Друг называется!

- Тихо. Я тебя как раз ищу, - схватив под локоть, Лера оттащила парнишку к стене. – Вот, послезавтра передашь деду.

Она протянула приятелю сложенный листок бумаги.

- Что это? – Юрик попытался развернуть листок.

- Не читай! Это записка для деда. Убегаю я.

- Куда?!

- С лодкой. В Антарктику.

- А-а-а, это чтобы за лопоухого замуж не идти, - немного подумав, понимающе протянул Юрик.

- Что-то вроде.

- Понимаю. Не сахар. А с тобой можно?

- Нет. На кого мать оставишь, подумал?

- Вечно все испортишь, - со вздохом протянул опустивший голову парнишка и протянул руку. – Тогда давай.

Посмотрев на поникшую фигурку приятеля, Лера поддалась секундному порыву и, наклонившись, чмокнула Юрика в щеку.

- Мне пора, - выпрямившись, она пошла по коридору. – Приглядывай за дедом, ладно? Надеюсь, еще увидимся.

- Пудреницу взяла? – с беспокойством окликнул девушку Юрик, у которого от счастья пылали уши.

- Да, - кивнула Лера, пощупав задний карман джинсов.

- Переложи. А то сядешь, - посоветовал Юрик и тихо добавил. – Вспоминай обо мне, ладно?

- Хорошо, - смутилась остановившаяся Лера. Вечно дуркующий парнишка как-то неожиданно повзрослел.

- Ты вернешься?

- Обещаю. С кем же еще ты будешь собрания старейшин срывать?

- А помнишь, как мы подложили бомбу-вонючку Климову, когда они совещались о ремонте дренажных систем, - лицо Юрика тут же растянулось в улыбке.

- Еще бы. С ним потом неделю не разговаривали, - засмеялась Лера. – Завтра тоже будет финт – накануне свадьбы старейшин, невеста сбежала!

- Класс! – осенило Юрика. – Крик поднимут! Я тебе потом все в подробностях расскажу…

Где-то в глубине коридора гулко хлопнула дверь.

- Возвращайся быстрее, - обернувшись, поторопил подругу Юрик. - Я буду скучать.

- Я тоже, - прошептала Лера.

И растворилась в сумраке коридора.

* * *

Рядом с дырявой бочкой, в которой с потрескиванием натужно трепыхалось пламя, расположились трое, оставленных в караул. Переговаривались вполголоса. Неуверенно тренькала гитара.

На цыпочках прошмыгнув в ангар, Лера в очередной раз поразилась размерам окутанной сумраком лодки. Наверное, в старину все враги бросались наутек, едва завидев такое чудище, подумалось девушке. «Иван Грозный». Кит-исполин с душой былинного богатыря. Лера понятия не имела, кто такой Иван Грозный, но почему-то была уверена, что человек с таким именем обязательно должен быть похож на героев многочисленных сказаний, которыми изредка пересыпал свои сбивчивые проповеди Птах.

- …вот такой он Женька-фармазон, - с неуклюжим завершающим аккордом донеслось от костра, и негромко зашелестел одобрительный мужской хохоток.

Лера осторожно выглянула из-за поставленных друг на друга пустых топливных бочек. Рома-Дрын, Витя-Кальмар, и местный заводила Петя, по кличке Шкура, которого так прозвали за ношение добытой с поверхности фасонистой кожаной куртки. И как всегда с гитарой. Еще бы, он с ней спал чаще, чем со своей ненаглядной Викуленькой. Нашли, кого оставить. Хотя по большому счету беглянке это даже на руку. Будет легче осуществить задуманное.

И Лера не стала медлить.

Достав из рюкзака фонарик и схему лодки, она подбежала к перекинутому на судно трапу и, изо всех сил стараясь, чтобы под ботинками предательски не скрипела доска, призрачной тенью юркнула на борт.

- Шкура, давай еще одну, - попросил Витя-Кальмар, прикуривая от мятущегося пламени самокрутку. – Да чтоб так, позабористей.

- Сейчас, подтяну только, - заскрипел струнами гитарист.

- Ты хоть настраивать умеешь? – фыркнул Дрын и бросил в бочку окурок.

- Не учи папу любить маму, - со знанием дела оборвал Шкура.

Снова засмеявшиеся караульные не заметили, как от сложенных рядом с лодкой бочек отделилась еще одна тень и взбежала по трапу на борт, вслед за Лерой.

Скрип досок заглушил первый гитарный аккорд.

* * *

Утром провожать лодку собралось все убежище от мала до велика. Пока двери ангара неторопливо расползались в стороны, успели в очередной раз наплакаться, заново перецеловать родные детские и женские лица. Обнять друзей и рассовать по карманам памятные безделушки. Песен не было. В воздухе стоял возбужденный людской гомонок. «Прощание Славянки» без инструментов исполнить не получалось.

Чинно попрощавшись со старейшинами, облаченный в кожаный плащ и начищенную фуражку капитан, гремя сапогами, поднялся на борт. Трап убрали.

- Отдать швартовы! – скомандовал Лобачев.

* * *

Лодка отправлялась в путь, медленно выходя в Балтийское море.

На крыше опустевшего ангара стояла одинокая фигура. Соленый ветер трепал прикрывающие худое тело лохмотья. Что-то бормоча невидимыми под всклокоченной бородой губами, человек неторопливо крестил удаляющуюся лодку.

Это был Птах.

Глава 4. СОЛЯРИК

Леру разбудил громкий хруст. Привстав на сидении, на котором она спала, девушка включила фонарик и огляделась. Каюта по-прежнему была пуста. На первый взгляд.

- Эй, - шепотом позвала Лера. – Тут есть кто-нибудь?

Неужели нашли?! Дед, все-таки заподозрил неладное. Или Юрик заложил, приревновав Леру к опасному приключению. Или, что еще хуже…

- Юрик, это ты?

Тишина. Сбросив куртку, которой укрывалась вместо одеяла, она быстро зашнуровала ботинки. Даже через толстые подошвы чувствовалось, как едва ощутимо вибрирует пол.

Перестав суетиться, Лера облегченно выдохнула.

Значит, она проспала отплытие и лодка уже в море. Вот и славно. Берег, наверняка, далеко, а это значит, что теперь уже поздно устраивать очередные препирания с собственной совестью. Возвращаться из-за нее все равно никто не станет. И к тому же никто не знал, что она пробралась на борт.

Коридоры, коридоры, перегородки между отсеками, лестницы, двери с непонятными словами и буквами… все в обрамлении сложнейших приборов и устройств непонятного назначения. Пробираясь по этому рукотворному лабиринту накануне побега, сверяющаяся с планом Лера благоговейно глазела по сторонам. Прав был Юрик - лодка казалась плавучим городом. Сколько же он мог вместить людей? И как капитан с командой не потеряются здесь? Ха! А она-то думала, что будет трудно найти, где спрятаться. Лера усмехнулась собственной наивности. Теперь осталось присмотреть уголок поукромней. В поисках убежища, девушка инстинктивно продолжала спускаться вниз, с каждым пролетом глубже проникая в недра лодки.

И, наконец, она нашла его. За очередной массивной дверью с загадочной надписью «АСА». Застыв в дверном проеме, и забыв про карту в опустившейся руке, Лера водила кружком фонарика по необъятному боку застывшего в чреве лодки механизма. Это был большой спасательный бот, изготовленный специально для субмарины такого класса. В экстренной ситуации способный вместить всю команду – без малого сто человек. Забравшись внутрь спасательного аппарата и оглядев каюту, Лера подумала, что здесь запросто могла бы поместиться их столовая в убежище. Внутри бота было тепло. Стоячий воздух уютно пах резиной. Бросив рюкзак у круглой двери, Лера пошла по каюте, оглядывая ряды сидений вдоль стен. Может быть, так выглядели вагоны метро, о котором рассказывал дед? Присев на одно из посадочных мест, Лера стянула ботинки и шапку. Легла на бочок, подложив под щеку ладони. Тут ее точно не найдут! Кому вначале путешествия может потребоваться спасательный бот? Несмотря на нервоз, вызванный дерзкой выходкой, уснуть удалось почти сразу – все-таки Лера еще была дома.

Шевеление и хруст доносились от двери в каюту. Там, где был оставлен рюкзак. Лера подняла фонарь, и в луче света показался торчащий из раскрытого рюкзака белый мышиный зад. Толстый, похожий на вытащенного из земли червяка лысый хвост энергично елозил по полу.

Увидев мышь, Лера чуть не заорала от ужаса. На оставшейся позади суше, содержимое многочисленных складов привлекало в убежище полчища крыс. И девушка неоднократно с содроганием наблюдала, как сталкер Азат выжигает пищащую массу из огнемета. Но мыши для Леры были в диковинку.

- А ну пошла, – неуверенно пробормотала она.

Мышиный зад не шелохнулся. Невидимые челюсти продолжали невозмутимо харчить Лерины запасы.

- Кому говорю! – перехватив фонарь, Лера непослушными пальцами расшнуровала ботинок и, стащив его с ноги, запустила им в рюкзак.

Послышался глухой удар, и высунувшееся из рюкзака существо издало громкий, угрожающий писк. От неожиданно резкого звука Лера дернулась и выронила фонарь.

- Мамочки…

В сумраке сверкнули два глаза, красные, словно ягоды смородины. Подобрав фонарь, Лера попятилась, тщетно пытаясь найти выход из положения. Мышь находилась как раз перед входной дверью бота, отрезая напуганной девушке путь к спасению.

- Брысь! – чувствуя, как губы начинают предательски дрожать, Лера топнула, от испуга сделав это ногой без ботинка, и пушистый шерстяной носок смягчил звук удара. – Ну, пожалуйста.

В этот момент снова сунувшаяся в рюкзак мышь стала пятиться задом, и Лера увидела в ее зубах изрядно пожеванный план лодки. Беглянку словно водой окатили – без спасительной схемы она мгновенно заблудится в бесчисленных коридорах и, что еще хуже, обнаружит себя раньше времени. Хоть Лера и была уверена, что ее не ссадят, но все-таки решила подождать, пока лодка достаточно углубится в море.

И вот теперь какая-то хвостатая гадина все портит в самом начале пути! У Леры даже сбилось дыхание, настолько гнев пересилил страх. Подскочив к рюкзаку, девушка пнула взвизгнувшую мышь ботинком. Та отлетела к стене, выпустив не дожеванную добычу. Лера опустилась на колени и, отложив фонарь, подняла план лодки, превращенный в бесформенные бумажные лохмотья. Ей стало так обидно, что к глазам подступили слезы. Лера подняла голову и посмотрела в ту сторону, куда отфутболила мышь. Та уселась на задние лапы и, привалившись к стене, положила передние лапки на живот. За девушкой внимательно следили умные глазенки, под которыми словно антенны шевелились большущие усы.

- Тебе грибов было мало? – всхлипнула девушка, позабыв про недавний страх. – Перчатки испортила, чучело! Чего смотришь?

Мышь продолжала сидеть, не удостаивая обидчицу ответом.

- Как я без карты? – причитала Лера, копаясь в разворошенном рюкзаке. – Дорогу сюда не запомнила, торопилась. А теперь и до туалета не дойду.

- Пи! – донеслось от стены.

- Конечно, - увидев, что мышь не собирается нападать, Лера немного успокоилась. – Небось, каждый закоулок давно обнюхала.

- Пи-пи!

- Ну да, у тебя-то с этим проблем нет. А мне туалет нужен, понимаешь? Ту-а-лет!

- Пи! – на мгновение Лере показалось, что мышь… кивнула.

Прищурившись, девушка всмотрелась в сливающийся со стеной силуэт. Обитательница лодки была неподвижна, словно изучала незнакомое, невесть откуда взявшееся существо.

- Ничего ты не понимаешь. Что, грибы понравились? – Лера вздохнула и просунула пальцы сквозь прогрызенные в мешке дырки. – Я их запасла, чтобы первые дни отсидеть. Теперь, похоже, придется кухню искать.

Ссыпав остатки грибов на ладонь, Лера сунула один в рот, а другим поманила зверька.

- Иди сюда, не бойся.

Мышь по-прежнему была неподвижна, но девушка заметила, что усы-антенны зашевелились энергичнее.

- Иди же. Ц-ц-ц! - протягивая руку, Лера поцокала языком. – Ты крыса, или кто?

Опустившись на все четыре лапы, зверек сделал несколько шагов к девушке, забавно виляя задом.

- Давай, не трону я тебя, - стараясь придать голосу дружелюбности, пообещала девушка.

- Извини, что поддала, - сказала Лера, когда зверек, предварительно обнюхав ее руку, все-таки взял корешок и, плюхнувшись на задние лапы, с удовольствием захрустел. - Но ведь нельзя, же ломиться без стука.

Хотя про себя Лера подумала, что ситуация как раз выглядит наоборот и это она бесцеремонно вторглась на чужую территорию.

- А есть еще мыши кроме тебя? – стряхнув с ладоней крошки, спросила она.

Расправившийся с грибом зверек неожиданно выдал длинную тираду, состоящую из писков различного тембра и длины. Прислушавшись, жующая Лера с удивлением отметила, что мышь меняет интонации писка, словно выражая свои эмоции.

- Ну, и где мне взять «Толковый словарь мышиного языка»? – поинтересовалась она, когда зверек замолчал.

- Пи? – подала голос мышь и почесала острую мордочку.

- Вот и я не знаю, - вздохнула девушка и оглядела каюту. – Есть хочется. Не знаешь, где кухня? Может, удастся чего-нибудь стянуть.

Мышь засеменила к двери. Замерев на пороге, она обернулась и, увидев, что Лера по-прежнему сидит на полу призывно пискнула. Еще раз посмотрев на изжеванный план лодки, девушка стала натягивать ботинок.

- Как скажешь.

«Ионы в чреве кита», - вспомнилась Лере таинственная присказка Птаха. Бегущая впереди мышь изредка оборачивалась, словно убеждаясь, что девушка не отстала и не заблудилась в многочисленных коридорах и отсеках. Зверек действительно знал лодку. Чем выше поднималась Лера, тем явственнее ощущалось присутствие других людей. Вот где-то по лестнице прогремели шаги, за очередной полуприкрытой дверью кто-то щипал гитарные струны, слышался тихий женский голос. Здесь разместилась московская группа, - догадалась прошмыгнувшая мимо девушка.