К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке.

Естественно, всем этим не замедлили воспользоваться империалисты, которые в тактических целях стали заигрывать с Каиром Правительство США добилось даже в этот период принятия закона о продаже Египту излишков пшеницы.

Однако и империалисты, и реакция сразу же изменили свое отношение к Насеру, как только убедились в неизменности его стратегического курса, направленного на углубление социально- экономических преобразований в обоих районах ОАР и на расширение всестороннего сотрудничества с социалистическими странами.

Реакционные силы, поощряемые империализмом, попытались вскоре перейти в контрнаступление Воспользовавшись некоторыми ошибками, допущенными руководством ОАР при осуществлении ряда политических и экономических реформ без учета специфических условий Сирии, высшие офицеры сирийской армии, связанные с правыми буржуазными кругами, 28 сентября 1961 года совершили государственный переворот, после которого было объявлено о выходе Сирии из ОАР.

За спиной организаторов переворота стояли силы неоколониализма и арабской реакции. Позднее король Саудовской Аравии Сауд признался Насеру, что на организацию государственного переворота в Сирии им было выделено 12 миллионов фунтов стерлингов[67]. Не столько размер суммы, сколько сам этот факт весьма красноречив.

Египетская буржуазия активно противодействовала всем прогрессивным социальным и экономическим преобразованиям в стране, переводя нажитые ею огромные капиталы в заграничные банки. Усилившееся сопротивление буржуазии осуществлению принятых в июле 1961 года декретов о национализации банков и крупных промышленных предприятий, а также о проведении аграрной реформы заставило руководителей ОАР признать наличие классов и классовой борьбы в египетском обществе Опыт борьбы с империализмом и внутренней реакцией показал Насеру, на кого надо ориентироваться и опираться в борьбе за укрепление национальной независимости и углубление революции

Совершенный сирийской буржуазией переворот наглядно показал ему реакционную сущность буржуазии, связанной с иностранным капиталом и неоколониализмом Вот почему в своем выступлении 16 октября 1961 года Насер признал, что он переоценил свои силы и недооценил силы реакции, боролся против империалистических пактов и баз, в то время как империализм находился также в дворцах буржуазии[68]. Как показали последующие события, империализм в неоколониалистском обличье находился не только в дворцах богачей, но и сумел замаскироваться в структуре самого государства, с тем чтобы потом ее размыть и повернуть революцию вспять

Национально-освободительная революция в Египте в 1961 —

1961

годах вступила в новый этап с ярко выраженной антиимпериалистической и антикапиталистической направленностью Это было зафиксировано в обнародованной президентом Насером в мае 1962 года Национальной хартии. В ней был обобщен опыт антиимпериалистической борьбы не только египетского, но и других арабских народов. Важное значение имеет содержащийся в Хартии вывод о том, что арабские и другие освобождающиеся страны могут преодолеть свою отсталость и укрепить независимость не на пути капиталистического развития, а только при помощи социалистических преобразований и последовательной борьбы против империализма

«Научный социализм,— записано в Хартии,— это благоприятная форма для открытия правильного пути к прогрессу Любой другой путь не может обеспечить желанный прогресс... Капитал в своем естественном развитии в стране, которая была принуждена к отсталости, не в состоянии больше повести к экономическому подъему в то время, когда в развитых странах выросли крупные капиталистические монополии, опирающиеся на эксплуатацию богатств в колониях»[69]. Из этого главного вывода логически вытекает не менее важный вывод о неразрывности и взаимосвязи борьбы против империализма на международной арене и против «эксплуататорского капитала» внутри страны.

В числе основных внешнеполитических принципов в Хартии выдвигались положения о необходимости ведения борьбы против империализма и колониализма, за ликвидацию иностранных военных баз на территории стран Азии и Африки, а также оказание помощи всем арабским и африканским народам, борющимся за свободу и независимость.

Провозглашенные Хартией принципы египетское руководство, возглавляемое Насером, осуществляло на деле. Египет превратился тогда в центр и опору антиимпериалистической борьбы народов Арабского Востока и Африки. Активно поддерживая национально-освободительное движение в этом регионе, Каир внес большой вклад в победу алжирской революции. Он оказывал в различные периоды значительную материальную и моральную помощь борющимся народам Марокко, Судана, Иордании, Ирака, Сирии, юга Аравийского полуострова.

Не случайно получившее распространение в тот период во многих арабских странах движение «насеризма» ассоциировалось в умах арабов прежде всего как движение за арабское единство на антиимпериалистической основе.

Насер был душой и главным инициатором укрепления арабской солидарности и развития межарабского сотрудничества не только в политической и культурной сфере, но и в военно-экономической области Именно в Египте состоялись первая и вторая конференции глав арабских государств (январь и сентябрь 1964 года), на которых были приняты важные решения и резолюции, касающиеся координации действий и политики в борьбе с империализмом и сионизмом

Созванная по инициативе Насера в Касабланке третья конференция в арабских верхах (сентябрь 1965 года) приняла важный документ — «Пакт арабской солидарности» — как дополнение к Уставу Лиги арабских стран. В этом пакте, вдохновителем которого был президент Насер, были зафиксированы основные принципы общеарабской стратегии в борьбе против империализма и сионизма.

Вместе с тем Насер, сознавая важную роль Египта как ведущей тогда арабской страны, обладающей наиболее значительным военно-экономическим потенциалом и самым многочисленным населением в арабском мире, старался эффективно и гибко использовать все эти возможности не только для оказания поддержки арабским народам, борющимся за свободу и социальный прогресс, но и для разрешения межарабских конфликтов, которые ослабляли общеарабский фронт борьбы против империализма.

При решении всяких конфликтов и споров, а также урегулировании кризисных ситуаций в арабском мире Насер подходил к ним с критерием, насколько они способствуют или мешают борьбе с империализмом, являются ли они ответвлением этой борьбы или становятся помехой в проведении стратегического курса антиимпериалистической борьбы против колониализма и неоколониализма во всех их формах.

Это особенно наглядно проявилось в процессе развития и урегулирования йеменского кризиса, разразившегося после того, как в Сане 27 сентября 1962 года была свергнута монархия и провозглашена Йеменская Арабская Республика.

«Счастливая Аравия» борется за счастье

В древности Йемен из-за благоприятных природных и климатических условий называли «Счастливой Аравией». Йемену, казалось, повезло и в эпоху начавшейся империалистической экспансии на Арабский Восток. Он был одной из немногих арабских стран, не покоренных колонизаторами. Но народ этой древней страны никак нельзя было назвать счастливым. В ней господствовал один из самых реакционных и деспотических режимов в арабском мире.

Совершенный группой «Свободных офицеров» во главе с Абдаллахом ас-Салялем переворот, который 27 сентября 1962 года низвергнул с трона имама Мухаммада аль-Бадра, сразу нашел всенародную поддержку. Это был не обычный дворцовый переворот, а революция, открывавшая стране путь из средневековья в XX век, к социальному прогрессу. Это вынуждены были признать буржуазные западные журналисты, которые отмечали, что республиканцы за несколько месяцев после прихода к власти сделали для народа больше, чем королевский режим за столетие: в стране немедленно было отменено рабство, конфискованы поместья имама, а его лучшие земли были распределены между феллахами или отданы государственным фермам, было увеличено более чем в два раза число школ, стали выпускаться газеты.

Руководители йеменской революции не скрывали, что их вдохновлял пример египетской революции и ее идеалы. Империалисты понимали, что сквозь пробитые сначала иракской, а затем йеменской революциями бреши ветры свободы и великих перемен могут прорваться и в те нефтяные королевства и шейх- ства, на которых зиждилась вся разваливавшаяся система колониализма на Арабском Востоке. Ведь Йемен находится в самом центре «нефтяной империи» Запада. Йеменская революция угрожала последним бастионам колониализма на юге Аравийского полуострова и могла оказаться заразительным примером для Саудовской Аравии и других арабских монархических государств.

Вот почему силы империализма и арабской реакции сразу ополчились против йеменской революции Саудовская Аравия при поддержке США и Великобритании повела настоящую войну за реставрацию монархии в Йемене, возлагая надежды на спасшихся бегством из Саны имама алъ-Бадра и его дядю эмира Хасана бен Яхья. Сформированные в приграничных районах Саудовской Аравии банды контрреволюционеров и наемников вторглись и оккупировали значительную часть северных провинций Йемена, на юге также действовали отряды наемников, которые совершали набеги с территории Адена и поддерживались английскими войсками и военными формированиями марионеточной Федерации Южной Аравии

Монархисты использовали также наемников-европейцев. Не отрицая самого этого факта, американский журналист Д. Шмидт пытался представить дело так, будто эти наемники выполняли лишь «инструкторские функции» и использовались как «военно-технический персонал» [70]

Впоследствии неопровержимыми фактами было доказано непосредственное участие в йеменской войне на стороне монархистов не только европейских, но и американских наемников.

Английский полковник Стирлинг создал под видом руководимой им торговой фирмы «Уочгард интернэшнл» специальную службу, которая в тесном взаимодействии с американцами и саудовцами устраивала диверсии. Руководил действиями этого «отряда особого назначения» английский майор Б Миле.

Молодая йеменская республика вела войну сразу на нескольких фронтах против роялистов, наемников и интервентов. За их спиной стояли не только английские колонизаторы, но и американские неоколонизаторы США, объявив формально о своем нейтралитете, оказывали всестороннюю помощь королю Сауду в формировании, вооружении и засылке наемных банд и подкупленных племен с территории Саудовской Аравин Помощь оказывалась не только деньгами и оружием. Позднее стало известно о прямом участии американских инструкторов и летчиков в интервенции против Йеменской Арабской Республики.

Когда несколько саудовских летчиков перешли на сторону республиканцев, их заменили американские пилоты, которые перебрасывали на военно-транспортных самолетах США оружие и отряды наемников к северным границам Йемена.

Даже после установления дипломатических отношений с ПАР США не прекращали подрывной деятельности против республиканского режима По специальному решению Совета национальной безопасности США была организована массовая доставка американского вооружения монархистам и наемникам. Огромные склады американского и английского военного снаряжения, боеприпасов и ремонтные мастерские были созданы в районе Хариба. Американский персонал в Сане оказывал содействие монархистам в организации диверсий и террористических актов. В августе 1965 года в одном из кинотеатров Саны взорвалась бомба замедленного действия, которую, как потом выяснилось, доставил американский инженер, агент ЦРУ, работавший в Йемене на строительстве дороги

В тяжелые для йеменской Арабской Республики дни большую помощь оказал ей Египет. В соответствии с заключенным

9

ноября 1962 года соглашением о взаимной обороне президент Насер послал в Йемен египетские войска, которые совместно с вооруженными силами ЙАР нанесли ряд сокрушительных ударов по силам наемников и контрреволюционеров Объединенные войска ЙАР и Египта одерживали одну победу за другой в различных районах страны. Наемники и ополченцы из мятежных племен переходили на сторону республики. Ход военных действий изменился в пользу республики. В этих условиях Саудовская Аравия вынуждена была отказаться от открытой интервенции Роялистские войска перешли к партизанским действиям. Гражданская война в Йемене приняла затяжной характер. Только к концу 1963 — началу 1964 года республиканским войскам совместно с египетскими подразделениями удалось освободить от роялистов важнейшие районы и города на севере и востоке страны Но и после этого республиканскому Йемену приходилось держать значительные силы не только в приграничных с Саудовской Аравией районах, откуда банды роялистов и наемников периодически совершали набеги, но и на границах с английскими протекторатами, где колонизаторы и их наемники постоянно провоцировали вооруженные столкновения и пограничные инциденты.

Правительство ЙАР неоднократно заявляло протесты и обращалось с жалобами в Совет Безопасности ООН по поводу агрессивных действий Великобритании и ее марионеток на южных и восточных границах республики. Советский Союз и другие социалистические страны активно поддерживали борьбу республиканского Йемена не только на политической арене, но и оказывали ему всестороннюю помощь.

Длительная гражданская война, непрекращающиеся заговоры, острые разногласия в республиканском руководстве, а также вооруженные провокации на границах республики привели к тяжелому экономическому положению и до .предела обострили внутриполитическую обстановку в стране.

В ноябре 1964 года, после вступления на трон Саудовской Аравии короля Фейсала, сменившего Сауда, было достигнуто соглашение о прекращении огня в Йемене, но уже через два дня военные действия в стране возобновились Обстановка там долго еще не могла стабилизироваться. Поэтому египетские войска оставались в Йемене и последующие три года.

В результате империалистических происков в стране то и дело вспыхивали новые мятежи и антиправительственные заговоры. Один из таких заговоров был организован в августе 1966 года, однако он был подавлен силами верных правительству частей и египетских войск. В середине 1967 года вновь возобновились вооруженные выступления мятежников-монархистов и наемников. Одновременно усилился нажим на ЙАР со стороны арабских реакционных сил, под нажимом которых правительства Иордании и Туниса взяли обратно свои заявления о признании республиканского строя в Йемене[71].

Но несмотря на все происки империализма и заговоры реакции, республиканский режим в Йемене устоял. Более того, случилось именно то, чего так боялись империалисты и реакционеры. Победа революции в Северном Йемене ускорила крушение колониализма и феодализма на юге Аравии, где вскоре родилась еще одна независимая арабская страна — Народная Демократическая Республика Йемен, начавшая движение по пути прогресса и строительства подлинно счастливой Аравии.

От военных переворотов к революционному повороту

Реакционный буржуазно-помещичий переворот в сентябре 1961 года, приведший к расколу ОАР и выходу из нее Сирии, был не первым и не последним в политической жизни страны. После вывода из Сирии в 1946 году войск колонизаторов в стране чуть ли не ежегодно происходили государственные перевороты или попытки военных путчей Они осуществлялись руками военных. Но за кулисами этих переворотов в большинстве случаев действовали буржуазные политиканы, связанные с империалистическими и арабскими реакционными кругами, пытавшимися в условиях постоянной нестабильности помешать молодой республике развиваться по пути укрепления национальной независимости и экономической самостоятельности, по пути социального прогресса.

Кто заказывал эти перевороты и путчи, тот и диктовал их исполнителям соответствующие «правительственные программы» и «заявления».

Пришедшие после сентябрьского переворота к власти буржуазные правительства, возглавляемые Маамуном Кузбари, затем

Мааруфом Давалиби, Баширом аль-Азме и Халедом Аземом, поспешили в первую очередь возвратить помещикам отобранные у них земли, а капиталистам — национализированные Насером предприятия и акционерные компании. Восстановлены были антидемократические законы, ограничившие свободу партий, профсоюзов и печати. Крестьяне сгонялись с земель, переданных им по аграрной реформе.

Казалось, буржуазия, помещики, дельцы, политиканы могли праздновать победу. Однако их торжество было преждевременным. Страна, начавшая движение по пути прогресса, не хотела возвращаться назад. Народные массы требовали проведения последовательного антиимпериалистического курса и осуществления глубоких социально-экономических преобразований.

Не прошло и полугода после сепаратистского переворота, как последовали новые военные мятежи, один — в Дамаске, другой — во втором по величине сирийском городе Халебе. Они сопровождались массовыми демонстрациями трудящихся — рабочих, крестьян, интеллигенции, студентов,— которые настаивали на продолжении аграрной реформы и осуществлении прогрессивных декретов, провозглашенных в свое время Насером. Офицеры, взявшие власть в Халебе, потребовали немедленного объединения Сирии с Египтом.

Напуганные новым подъемом демократического движения и перспективой укрепления арабского единства на антиимпериалистической основе, силы неоколониализма вновь пришли в движение. На рейде Бейрута, как всегда в подобные периоды, появились корабли 6-го флота США, другая его часть находилась поблизости от берегов Сирии и Ливана. Израильская военщина участила вооруженные провокации против Сирии. Заметно возросла напряженность на границах Сирии с Иорданией и, Турцией Но империалистам приходилось учитывать уроки прошлого, тем более в условиях, когда демократические и прогрессивные силы в Сирии окрепли, когда они могли опереться на поддержку всего арабского освободительного движения, на мощь стран социалистического содружества Советский Союз, который первым из великих держав признал независимую Сирию, на основе подписанных к тому времени соглашений о развитии сотрудничества между двумя странами оказал ей значительную помощь в укреплении экономической независимости и военного потенциала страны.

После серии военных переворотов, правительственной чехарды, парламентских интриг и политических заговоров в марте 1962 года власть в Сирии взяла партия Баас (ее полное название— Партия арабского социалистического возрождения — ПАСВ). Эта партия пришла к власти и в Ираке и в Сирии под лозунгом «Единство, свобода, социализм!» Однако внутри самой партии как в Ираке, так и в Сирии этот лозунг трактовался по- разному. Ее правые лидеры, основатели партии — Мишель Афляк, Салах Битар и их сторонники подчеркивали прежде всего буржуазно-националистическую сущность арабского единства и затушевывали его антиимпериалистическую и социальную направленность. Именно проповедуемые ими взгляды идейно обосновывали и оправдывали реакционный сепаратистский переворот в Сирии и отдельные эксцессы антикоммунизма. Правобаасистские лидеры вместе с сирийской буржуазией пошли в 1958 году на объединение с Египтом и готовы были сотрудничать с Насером до тех пор, пока он выступал лишь как знаменосец арабского национализма, рассчитывая с его помощью не допустить укрепления левых сил в стране. Но как только египетское руководство начало осуществлять радикальные социально-экономические преобразования в Сирии, они пошли на разрыв с ним. Позднее сирийское руководство, преодолевая сопротивление сторонников Афляка и Битара, сделало необходимые выводы и, учитывая настроения широких народных масс, продолжило начатые ранее прогрессивные преобразования. Уже в конце 1964 — начале 1965 года при активной поддержке левых сил страны оно национализировало все банки, страховые компании, до 80 процентов промышленных предприятий, нефтяные и минеральные ресурсы страны, а также иностранные нефтяные компании, занимавшиеся сбытом нефтепродуктов.

Сирия была первой арабской страной, национализировавшей свои природные богатства и нанесшей тем самым серьезный удар по позициям иностранного капитала. Среди национализированных иностранных компаний были также крупнейшие империалистические нефтяные монополии «Сокони вакуум», «Шелл» и «Эссо», которые покрывали своими поставками до 67 процентов спроса местного рынка в нефтепродуктах. Под контроль государства было поставлено около 60 процентов всего внешнеторгового оборота страны.

Все эти меры правительства встретили сначала глухое, а затем и открытое сопротивление буржуазии. В конце 1964 года был раскрыт антиправительственный заговор, к которому были также причастны и некоторые правобаасистские деятели. После того как этот заговор провалился, крупная буржуазия при помощи духовенства сумела организовать в Дамаске «всеобщую забастовку» торговцев. В мечетях произносились политические проповеди, в которых предавались анафеме мероприятия по национализации, проклинались «баасисты и коммунисты», хотя деятельность компартии была вообще запрещена в стране. Духовенство открыто призывало верующих к «священной войне» против правительства. Откликаясь на эти призывы, торговцы делали пожертвования для создания «отрядов Мухаммеда». В тайниках мечетей накапливалось оружие и боеприпасы.

Вся эта подстрекательская и заговорщическая антиправительственная деятельность направлялась реакционной религиозно-политической организацией «Братья-мусульмане». Эта организация издавна известна своими секретными связями с империалистическими кругами. Руководство и финансирование этой организации, имеющей свои филиалы во всех мусульманских странах, осуществлялось из Саудовской Аравии. «Братья-мусульмане» подобно другим многочисленным религиозным тайным организациям, таким, как «Тахрир», «Хатмия», «Ансар», всегда служили постоянной опорой и орудием империалистических заговоров против прогрессивных режимов и революционных движений во всем мусульманском мире, в частности на Арабском Востоке.

«Братья-мусульмане» пользовались широким арсеналом методов подрывной деятельности. Это они стреляли в вождя египетской революции президента Насера, устраивали покушения на многих других видных борцов и руководителей освободительных революций в арабских странах, организовывали антиправительственные мятежи и заговоры, вместе с монархистами и реакционными шейхами провоцировали гражданскую войну в Йемене. «Братья-мусульмане» подталкивали правых баасистов на расправу с коммунистами в Ираке. В Сирии «братья-мусульмане» избрали другую тактику. Увидев, что здесь идеи социализма получали широкое распространение, а баланс сил в сирийской партии Баас складывается не в пользу правых, «братья-мусульмане» выдвинули провокационный лозунг «исламского социализма без баасистов и коммунистов». Однако им не удалось обмануть народные массы, которые оказали активную поддержку осуществлению прогрессивных мер правительства.

Проведение радикальных социально-экономических преобразований, встретивших яростное сопротивление буржуазии и реакционного духовенства, ускорило процесс классового размежевания сил как в масштабах страны, так и внутри самой правящей партии Баас. Разногласия между левыми и правыми баасистами достигли в конце 1965 года кульминации и привели к острому политическому кризису. Попытки правобаасистских лидеров заморозить осуществление социально-экономических реформ, расколоть профсоюзное движение, деполитизировать армию под лозунгом «вернуть военных в казармы», строить «арабское единство» на религиозно-национальной основе были решительно отвергнуты широкими народными массами. В ряде городов состоялись забастовки и демонстрации. Их участники требовали продолжения начатого прогрессивного курса, последовательной борьбы с империализмом, укрепления единства с прогрессивными арабскими странами, развития дружбы и сотрудничества с социалистическими государствами, пресечения происков арабской реакции по сколачиванию неоколониалистского «исламского пакта».

В этих условиях левые баасисты, не добившись созыва чрезвычайной конференции партии Баас, совершили 23 февраля 1966 года революционный переворот. Этот переворот обозначил важный поворот в истории страны, избравшей некапиталистический путь развития и поставившей цель создания надежной базы для обеспечения прогресса и осуществления не эфемерного, а подлинного арабского единства. Эти цели были подтверждены созванной в марте 1966 года чрезвычайной конференцией сирийской партии Баас.

Новое сирийское руководство сразу взяло курс на дальнейшее углубление социально-экономических преобразований на базе широкого сотрудничества с прогрессивными силами внутри страны и на международной арене. Оно провозгласило своей основной задачей построение «социалистического общества на научной основе с учетом конкретных условий, существующих в арабском мире» через превращение государственного и общественного сектора в ведущий сектор экономики. Впервые за время правления в Сирии ПАСВ в правительство помимо баасистов вошли представители коммунистов и других прогрессивных сил страны Их сотрудничество стало осуществляться в местных органах власти и в профсоюзном движении.

Это подготовило условия для создания в последующем Прогрессивного национального фронта и позволило уже тогда за сравнительно короткий срок провести важные социально-экономические преобразования. Увеличена была заработная плата ряду категорий рабочих и служащих. На национализированных предприятиях возобновилось распределение 25 процентов прибылей между рабочими. Были созданы советы по самоуправлению государственных предприятий с участием рабочих. Более ускоренными темпами стала проводиться аграрная реформа. К концу 1966 года у помещиков было экспроприировано около 1,5 миллиона гектаров земли, которую распределили среди безземельных крестьян.

На международной арене Сирия стала более решительно проводить антиимпериалистический курс политики, активно выступая против агрессивных пактов, за искоренение остатков колониализма на арабской земле, за ликвидацию иностранных военных баз, против засилья в экономике капиталистических монополий и нефтяного неоколониализма, за справедливое урегулирование палестинской проблемы. Приобрело еще более широкие масштабы сотрудничество Сирии со странами социалистического содружества.

В апреле 1966 года в результате переговоров правительственной делегации САР в Москве был подписан новый протокол о советско-сирийском техническом и экономическом сотрудничестве, в соответствии с которым Советский Союз начал оказывать содействие в строительстве «сирийского Асуана» — Евфратского технического гидрокомплекса и в осуществлении ряда других важнейших экономических объектов.

Такая политика революционного правительства Сирии, обнародованная программа которого подкреплялась конкретными делами, не могла не тревожить империалистов и арабскую реакцию.

Над Сирией снова стали сгущаться тучи. На Ближнем Востоке складывалась обстановка, отдельные черты которой были весьма знакомыми по событиям десятилетней давности В Анкаре состоялась сессия Совета министров СЕНТО, в которой активное участие принял государственный секретарь США Дин Раск. Среди обсуждавшихся на ней проблем опять фигурировала «сирийская ситуация». Участились вооруженные провокации израильской военщины. В Бейрутский порт вошли корабли 6-го флота США, в том числе авианосец «Америка» с ядерным оружием на борту. Шесть с половиной тысяч американских моряков разгуливали по улицам Бейрута.

В конце апреля 1966 года в Бейрут, который еще не покинули моряки, съехались на совещание американские дипломаты, аккредитованные в странах Ближнего и Среднего Востока. Туда же прямо из Анкары прибыл и Дин Раск. На совещании обсуждались последние события в районе в свете интересов США.

Со страниц западной, израильской и арабской реакционной печати в это время раздавались голоса о «коммунистической угрозе», зреющей якобы в Сирии.

Снова подняла голову сирийская буржуазия и «братья-мусульмане», которые распространяли провокационные слухи с целью дискредитации правительства. Ставка сначала была сделана на правобаасистских лидеров и связанных с ними некоторых офицеров-авантюристов.

При этом реакционные круги всячески старались разжечь в стране национальную и религиозную рознь, используя доставшиеся в наследство от колониализма давнишние разногласия между различными народностями и религиозными сектами. Так, антикоммунизм они в ряде случаев направляли в русло анти- курдской кампании, используя тот факт, что среди сирийских коммунистов немало курдов. Кампанию против левобаасистских лидеров реакция повела под лозунгом борьбы с «засильем алавитов», используя то, что многие руководящие деятели ПАСВ являются выходцами из этой секты.

В сентябре 1966 года органы безопасности страны раскрыли и ликвидировали сразу два антиправительственных заговора. Первый из них готовился смещенными правобаасистскими лидерами Мишелем Афляком и Салахом Битаром. Последнему при содействии нескольких офицеров удалось совершить побег из тюрьмы, где он находился под стражей в течение нескольких месяцев. Вместе с ним из тюрьмы бежало еще несколько правобаасистских лидеров. Воодушевленные этим успехом, тайные сторонники Битара в армии решили бросить открытый вызов правительству, потребовав, по существу, его отставки. Заговорщики рассчитывали, что их поддержат воинские части, дислоцирующиеся на юге страны. Однако организаторы заговора и их сообщники были арестованы.

Одновременно с арестами мятежников началась чистка государственного аппарата, засоренного ставленниками свергнутых правых баасистских лидеров. Отличительной особенностью этой чистки было то, что она проводилась при непосредственном и активном участии рабочих профсоюзов.

Другой заговор под антиалавитскими и архилевыми лозунгами возглавил бывший член руководства партии Баас майор Селим Хатум, который, как показало потом следствие, был связан с правыми баасистскими лидерами, “а также с Центральным разведывательным управлением США[72]. С. Хатум, укомплектовав находящееся в его подчинении подразделение выходцами из секты друзов, к которой принадлежал сам, попытался арестовать руководящих деятелей ПАСВ, выходцев из алавитов, во время их пребывания в одном из военных гарнизонов на юге Сирии.

В создавшихся условиях сирийские власти приняли срочные меры по подавлению мятежа: батальон Хатума был блокирован, сухопутные границы временно закрыты, организаторы мятежа арестованы. Однако самому Хатуму и еще нескольким офицерам удалось бежать в Иорданию, где он при поддержке американцев начал готовить вооруженное вторжение в Сирию.

В подавлении этих мятежей и ликвидации их последствий самое активное участие приняли созданные по инициативе руководства профсоюзов вооруженные формирования рабочих Создание таких отрядов, объединивших в своих рядах коммунистов и баасистов, социалистов и насеристов, было совершенно новой в условиях Сирии формой борьбы против антисоциалистических элементов.

Антиправительственные мятежи, заговоры, инспирированные империалистическими кругами и арабской реакцией, потерпели фиаско. Но чем меньше оставалось надежд у империалистов на использование сирийской реакции, тем откровенней они поощряли и толкали израильских милитаристов на вооруженные провокации против Сирии

По данным наблюдателей ООН, с момента образования государства Израиль его военщина спровоцировала 4600 вооруженных конфликтов и инцидентов на границе с Сирией[73]. После установления в Сирии левобаасистского режима эти провокации особенно участились. Почти еженедельно, а то и по нескольку раз на неделе на Голанских высотах гремели выстрелы. В качестве поводов для организации провокаций Израиль использовал ведение сельскохозяйственных работ сирийскими крестьянами в демилитаризованной зоне и действия палестинских партизан с территории Сирии и Иордании.

В ноябре 1966 года израильские войска вторглись на иорданскую территорию, где располагались лагеря палестинских беженцев, подвергнув их артиллерийскому обстрелу и бомбардировке с воздуха. В результате разбойничьего налета была почти полностью разрушена деревня Самоа, убито и ранено более 150 ее жителей[74].

Эта вооруженная провокация израильской военщины по своим масштабам была самой крупной после «тройственной» агрессии против Египта в 1956 году. Она была развязана всего лишь через несколько дней после обсуждения в Совете Безопасности ООН жалобы Сирии на агрессивные действия и неоднократные нарушения израильскими войсками сирийской границы На этот раз факт агрессии со стороны Израиля был настолько очевиден, что даже западные державы, в том числе США, были вынуждены в Совете Безопасности публично осудить его действия.

Но их осуждение было лицемерным. На деле же империалисты всячески поощряли агрессивность Израиля и даже подкрепляли его провокации демонстрацией военной силы. Не случайно именно в этот период у берегов Сирии опять начали курсировать корабли 6-го флота США, а на страницах западных и реакционных арабских газет все чаще стали появляться открытые угрозы по адресу Сирии.

Активизация внутренней контрреволюции, а также происков империализма и сионизма ускорили процесс сплочения и мобилизации всех прогрессивных сил в Сирии. Реорганизованное в октябре 1966 года правительство, в которое помимо баасистов вошли также коммунисты и представители других левых сил страны, расширило политическую базу режима Повсеместно в стране проводилась запись добровольцев в отряды народной обороны. В ходе этой записи во многих населенных пунктах были созданы мобилизационные местные комитеты из представителей баасиетов, коммунистов, социалистов и насеристов. К концу 1966 года в армию народной обороны записалось более 150 тысяч добровольцев.

Перед лицом опасности израильской агрессии и усилившихся происков империалистов стало укрепляться и расширяться сотрудничество Сирии с прогрессивными арабскими странами. В ноябре 1966 года было заключено сирийско-египетское соглашение о совместной обороне, предусматривающее координацию политических и военных действий в случае, если одна из этих стран подвергнется агрессии. В том же месяце в Каире состоялась встреча руководителей Сирии, Египта и Алжира, на которой также обсуждались вопросы об укреплении и расширении сотрудничества.

«Американский флот, убирайся из арабских вод!», «Единство левых сил — залог победы над реакцией и империализмом!» — под такими лозунгами в ноябре 1966 года в Дамаске состоялась мощная антиимпериалистическая демонстрация, в которой приняло участие более 100 тысяч человек. Через несколько дней в Дамаск съехались посланцы рабочих почти из всех арабских стран для участия в специальной сессии Всеобщей федерации арабских профсоюзов.

Как заявил тогда ее генеральный секретарь Фавзи ас-Саед, цель этой сессии заключалась в том, чтобы выразить солидарность с Сирией и выработать конкретные меры в поддержку сирийского народа перед лицом плетущегося заговора империализма, реакции и сионизма[75]. Не разрешили выехать представителям рабочих на эту сессию только власти трех монархических арабских государств — Саудовской Аравии, Кувейта и Ливии.

Многие выступавшие на этом форуме ораторы подчеркивали, что ситуация, сложившаяся вокруг Сирии, во многом напоминала обстановку, которая предшествовала «тройственной» агрессии против Египта в 1956 году и англо-американской интервенции в Ливан и Иорданию в 1958 году.

Мобилизация прогрессивных сил внутри Сирии и выражение братской солидарности с ней большинством арабских государств позволили сирийскому руководству не только отразить наскоки империализма и реакции, но и одержать еще одну крупную победу в схватке с нефтяным неоколониализмом.

В конце 1966 года сирийское правительство бросило вызов империалистическим нефтяным монополиям в лице «Ирак петролеум компани», потребовав от нее немедленной уплаты образовавшегося долга и увеличения концессионных платежей за нефть, которая перекачивалась по нефтепроводам этой компании, проложенным по сирийской территории. ИПК отказалась выполнить это требование. Тогда сирийские власти наложили секвестр на все имущество ИПК, предупредив, что он не будет снят до тех пор, пока компания не уплатит свои долги. В ответ ИПК перекрыла нефтепроводы, лишив Сирию иракской нефти. Этим шагом империалисты хотели достичь сразу нескольких целей: во- первых, обречь страну на нефтяной голод, во-вторых, вызвать тем самым в стране недовольство и спровоцировать новые антиправительственные выступления и, наконец, в-третьих, столкнуть Сирию с Ираком и Ливаном, чьи интересы должны были быть ущемлены прекращением транспортировки нефти и уменьшением концессионных платежей. Однако ни один из этих расчетов не оправдался.

«Арабская нефть—арабам!» — этот лозунг появился в Сирии именно в те дни. Его можно было увидеть и на страницах дамасских газет, и на огромных полотнищах, натянутых через центральные улицы сирийской столицы, и услышать в песне, которая по нескольку раз на день передавалась по радио и телевидению Дамаска.

Слова этого призыва цепкой арабской вязью были выведены краской на стене нефтеперерабатывающего завода в городе Хомсе. Этот завод работал на нефти, перекачиваемой из Ирака по нефтепроводу к средиземноморским портам Банияс в Сирии и Триполи в Ливане. Поступление иракской нефти прекратилось. Но завод в Хомсе не остановился. Он продолжал бесперебойно снабжать страну бензином и другими нефтепродуктами. Нефть из заполненных ранее резервуаров в Баниясе доставляли на завод автоцистернами. Они двигались беспрерывным потоком днем и ночью по дороге в несколько сот километров. Эта асфальтовая лента, выполнявшая тогда функцию нефтепровода, напоминала дорогу войны. Вся страна тоже жила в атмосфере войны, которую она объявила нефтяному неоколониализму.

И сирийский народ выиграл эту битву. Вопреки ожиданиям неоколонизаторов, Ирак и Ливан поддержали справедливую борьбу сирийского народа. Такую же позицию заняли правительства Египта, Алжира, Йемена и ряда других арабских стран.

В начале 1967 года «Ирак петролеум компани» отступила Генеральный директор ИПК подписал в Дамаске соглашение, в соответствии с которым компания обязалась уплатить Сирии свою задолженность и увеличить на 50 процентов отчисления в счет арендной платы в последующие годы.

В эти напряженные для всей страны дни реакционные круги и религиозные фанатики из организации «Братья-мусульмане» предприняли новую попытку поднять антиправительственный мятеж, запланированный империалистами. На этот раз они решили дезорганизовать торговлю и снабжение населения продуктами, вызвать в стране панику и беспорядки, которые облегчили бы осуществление очередного заговора, нити которого тянулись в Иорданию. Сирийские власти арестовали зачинщиков беспорядков и национализировали магазины крупных торговцев, основных организаторов экономического саботажа.

Детали готовившегося заговора раскрыл вскоре один из сподвижников американского агента майора Селима Хатума, добровольно возвратившийся в начале 1967 года из Иордании и сдавшийся сирийским властям. Выступив по сирийскому радио, он сообщил, что спровоцированны «братьями-мусульманами» беспорядки в различных районах страны должны были стать сигналом для вооруженной интервенции в Сирию бандитов — предателей во главе с Хатумом, которые вооружены американским оружием и проходили специальную подготовку на территории Иордании вблизи от сирийской границы. Хатума должны были поддержать израильские войска, переодетые в форму сирийских военнослужащих[76].

В свете последующих событий эти показания одного из организаторов провалившегося заговора убедительно доказывают, что израильская вооруженная интервенция в Сирию готовилась задолго до решения руководства Египта о выводе войск ООН из приграничной полосы на Синае, использованного Тель-Авивом в качестве повода для развязывания широкой агрессии против арабских стран.

Тщательно разработанный и согласованный с американцами план интервенции в Сирию в началу 1967 года остался нереализованным. В новом варианте и в более широком масштабе империалисты с помощью Израиля попытались его осуществить летом 1967 года.

ГЛАВА III. БУМЕРАНГ АГРЕССИИ

В отличие от других «святых, мест», у берегов Тивериадского озера, или, как принято его называть в библейской литературе, Галилейского моря, туристов никогда не видно, хотя этот уголок считается поистине райским. В его южной оконечности, на стыке сирийской, иорданской и израильской границ — в курортном месте Химе, расположенном почти на сто метров ниже уровня моря, круглый год цветут олеандры, под пальмами журчит вода реки Ярмук и бьют горячие серные источники. Севернее озера, у подножья зеленого холма Голанских высот шумят водопады реки Баньяс, столетиями шлифующие остатки древнеримских колонн, рухнувших когда-то в воду с обрывистого берега. Отсюда открывается живописный вид на озеро Хуле и широкую зеленую долину.

Туристские маршруты обходят стороной этот район, ибо давно уже нет мира и спокойствия на берегах Тивериадского озера. К югу и к северу от него тянется так называемая демилитаризованная зона между Сирией и Израилем. В ней с приходом весны — а она приходит здесь вместе с Новым годом — начинают вестись сельскохозяйственные работы. Однако в первые дни 1967 года здесь чаще слышался грохот танков и артиллерии, чем стрекот тракторов. Раскаты орудийных залпов заглушали шум водопадов Баньяса. Оружейно-пулеметная стрельба чуть ли не ежедневно нарушала мир и покой над гладью озера. Иногда перестрелки продолжались по нескольку часов, перерастая в настоящие сражения с участием артиллерии и танков.

Наблюдатели ООН, как правило, констатировали, что зачинщиками этих инцидентов были израильские солдаты, которые обстреливали сирийских феллахов, обрабатывавших землю. Сирийская сторона, чтобы защитить мирный труд крестьян, открывала ответный огонь.

В западной печати эти столкновения назывались «сезонными»— их объясняли началом сельскохозяйственных работ в пограничной полосе. Но сирийские газеты связывали участившиеся вооруженные конфликты на границе с Израилем не с коротким сезоном сельскохозяйственных работ, а е продолжительным «сезоном империалистических заговоров» против Сирии. Последующие события подтвердили правильность этого вывода.

7 апреля 1967 года в совершенно безоблачном небе над Дамаском вдруг раздались громовые разрывы. Удивлённые жители города, запрокинув головы, увидели незнакомые силуэты самолётов. Это были израильские «Миражи», вторгшиеся в воздушное пространство Сирии. Над сирийской столицей завязался воздушный бой. Израильские самолеты, преодолевая звуковые барьеры над жилыми кварталами Дамаска, нагло демонстрировали свою готовность переступить хрупкую грань между миром и войной на Ближнем Востоке.

5 июня 1967 года израильские агрессоры переступили эту грань. Первые удары были нанесены по Египту. А через несколько часов израильские бомбы и снаряды рвались на сирийской и иорданской земле.

Зловещий «Голубь»

Война была развязана израильскими агрессорами внезапно, но готовилась она заблаговременно. Организаторы этой агрессии и их покровители пытались представить ее как «превентивную меру», направленную против Египта и Сирии, а Иорданию изобразить лишь как «случайную жертву» агрессии. В многочисленной литературе об июньской войне, опубликованной на Западе и в Израиле, до сих пор делаются попытки взвалить ответственность за возникновение этой войны на арабов. Египет обвиняется в том, что он, потребовав в мае 1967 года вывода войск ООН из демилитаризованной зоны на Синайском полуострове, готовился якобы нанести удар по Израилю. На Сирию возлагается вина за то, что она стала якобы плацдармом для «подрывной деятельности» и «террористических актов» палестинских партизан против Израиля.