– Да, но это будет последнее, что ты увидишь в своей жизни, потому что я тебя ослеплю, клянусь!

На миг Кайре показалось, что негодяй готов исполнить свою угрозу, и она, передвинув одну руку, надавила пальцами ему на глаза. Завопив так, что у нее заложило уши, Рауф отшвырнул от себя Мегги и попытался стряхнуть Кайру со своей спины.

Кайра, конечно же, понимала, что не сможет долго продержаться. Все, чем она могла защититься от его попыток ударить по голове, – это прижимать голову к его спине. Удары были неуклюжие, скользящие, но и их она не могла перенести. А еще она не знала, как спрыгнуть со спины и суметь быстро убежать, не говоря уж о том, чтобы защитить Мегги.

Ситуация становилась критической, и тут впереди Кайра увидела странный блеск, а потом в поле зрения вдруг оказался меч, направленный прямо в горло Рауфу. Она с изумлением уставилась на Лайама, позади которого Сигимор помогал Мегги подняться с земли.

Сильные руки оттащили Кайру от Рауфа – это Эван положил конец ее мучениям.

– Какой ты упрямый, Рауф, – холодно произнес Лайам. – Мог бы бежать и прожить еще несколько дней, но рискнул жизнью лишь для того, чтобы помучить двух слабых женщин.

– Думаешь, я не понимаю, что я уже труп? – сказал Рауф. – Может, я хотел заставить тебя заплатить за то, что ты отнял у меня Арджлин!

Все кончилось, подумала Кайра; ее тело ныло, ноги не держали. Она собралась спросить, почему никто не спешит убить Рауфа, но тут Рауф сам вынул меч, и никто не остановил его.

Лайам и Рауф начали поединок, и Кайра чуть не закричала от отчаяния, но каким-то чудом удержалась: она прекрасно понимала, что крик может отвлечь Лайама и это позволит Рауфу нанести смертельный удар.

Она заметила, что Эван подошел к ней и с пониманием кивнул.

Хотя у Лайама все еще болела нога, поединок закончился очень быстро. Рауф бился хорошо, но Лайам много лучше; тем не менее Кайра поклялась себе никогда больше не смотреть, как он сражается, иначе ее сердце может не выдержать напряжения.

Когда все было кончено, Лайам вытер меч о кафтан Рауфа и, убрав в ножны, повернулся к Кайре, но в этот момент его нога отказалась служить ему, видимо, решив, что на сегодня с нее достаточно. Все же Лайам с трудом сумел удержаться и не унизил себя падением в грязь, а лишь медленно опустился на землю.

Кайра присела возле него, и он улыбнулся ей вымученной улыбкой. Теперь, когда утихли страх и ярость, Лайам отчетливо ощутил острую боль в ноге: в последние дни он слишком нагружал ее и ничуть не щадил.

Когда Лайам понял, куда направился Рауф, он испугался не только за Кайру, но и за себя: он боялся ее потерять, боялся никогда больше не услышать ее смех, нежные бормотания, ритмичные звуки, которые она издавала, когда он предавался горячей страсти, боялся, что так и не узнает, любит ли она его. Игнорируя все советы успокоиться, он помчался к лагерю, и тогда Сигимор и остальные его товарищи последовали за ним.

Лайаму удавалось двигаться медленно и тихо; при этом он непрестанно повторял себе, что Кайра жива. Теперь, когда, слава Богу, все кончилось наилучшим образом, в какой-то момент он даже подумал, что прочтет ей нотацию за то, что она не спряталась и напала на мужчину, который был на полметра выше ее и гораздо тяжелее. Впрочем, это потом; наконец-то он может расслабиться, дать отдохнуть перетруженной ноге и понежиться в тепле ее благодарности за хорошо сделанное дело.

– Идиот! – раздалось рядом с ним, и Лайам, вздрогнув, повернул голову: Кайра поспешно расшнуровывала ему сапоги, в ужасе от того, что он мог повредить едва сросшуюся ногу. – Нога только-только зажила, а ты скачешь и сражаешься.

Что ж, забота о его здоровье – это почти так же хорошо, как похвала, утешил себя Лайам и тут же нахмурился. Что-то было не так с ее голосом, и вряд ли он такой тихий и хриплый оттого, что она борется со слезами.

– Что это с тобой? – подозрительно спросил он. Открыв голень, Кайра обнаружила только небольшой отек и, сразу успокоившись, ответила:

– Рауф решил мне показать, как легко задушить женщину одной рукой.

Взглянув в лицо Лайама, Кайра поняла, как сильно он страдает. Самое меньшее, что она могла для него сделать после того, как он освободил Арджлин и спас ей жизнь, – это снять боль.

Она задумчиво потерла руки, и этого оказалось достаточно, чтобы Лайам догадался: она собирается делать нечто, чего при посторонних делать не полагалось. Он схватил ее за руки.

– Послушай, дорогая, мы ведь здесь не одни, – тихо сказал он. – Ты рискуешь, открывая свой секрет.

– Мои братья и так знают, а своим родственникам ты доверяешь, не так ли? Мегги, по-моему, тоже можно доверить секрет. – Кайра улыбнулась девочке, которая подошла и встала возле Лайама. – Ты клянешься сохранить в тайне то, что я сделаю?

– Да. – Мегги кивнула.

– Спасибо. Я предпочитаю, чтобы об этом не болтали, потому что некоторые считают этот дар опасным. – Кайра глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, закрыла глаза и положила руки на ногу Лайама.

Лайам почувствовал, как ее руки начали свое волшебное действо. Он тихо приказал братьям Кайры разыскать еду и питье – хлеб, сыр, мед, сидр. Поскольку Кайра часто возила это с собой, он велел прежде всего обыскать ее седельные сумки, а потом сел так, чтобы сразу поймать ее, когда она закончит, и избавиться от боли, которую она перенесет на себя.

Пока Кайра трудилась, все молчали, а когда она откинула голову, братья быстро подали ей еду и питье. Лайаму пришлось поторопиться, чтобы урвать для себя часть этого изобилия, пока Кайра все не съела.

Как только Кайра покончила с едой, Лайам прижал ее к себе и стал нашептывать ей о прохладных весенних дождях, о вересковых полях. Он почувствовал, как она стала расслабляться и вскоре обмякла и крепко заснула.

Первой молчание нарушила Мегги:

– С ней всегда это случается после целительства?

– Что? То, что она ест как голодный вепрь, а потом проваливается в сон? – Лайам усмехнулся. – Целительство отнимает много сил. Кайра переносит большую часть боли на себя и потом должна как-то от нее избавиться. – Лайам оглядел лагерь и убедился, что кто-то уже взвалил труп Рауфа на лошадь. – Я думаю, мы с Кайрой останемся на ночь здесь.

– Правильно, – согласился Сигимор. – А мы пока уберем трупы.

– Не забудьте снять мертвых со стен.

– Это уже делается.

– Хорошо. – Лайам увидел, что Артан нагнулся над Кайрой и отодвинул волосы, чтобы осмотреть шею. – Что там?

– Хотел посмотреть, что с ней сделал этот ублюдок, – ответил Артан. – Надо бы ее полечить. – В тусклом свете костра он различил багровые синяки на шее сестры.

– А разве она не может сама себя вылечить? – удивилась Мегги.

– Нет, но Кайра взяла с собой мазь, которой может мазать себе горло.

– Сэр Иен со своими людьми скоро придут забрать лошадей и припасы, – сообщил Сигимор, – а пока пусть Кайра хорошенько отдохнет: ее умение понадобится, когда она придет в Арджлин. Хотя несколько легкораненых и двое убитых – оба люди сэра Иена – не слишком большая плата за победу.

Лайам согласно кивнул, потом поднял Кайру на руки и перенес к их маленькому убежищу. Осторожно раздев, он затащил ее внутрь, на грубую постель, и только собрался залезть сам, как пришел сэр Иен со своими людьми. К досаде Лайама, рыцарю не терпелось обсудить битву, и только перед рассветом он смог присоединиться к Кайре.

Забравшись под одеяло, Лайам обнял жену и с облегчением вздохнул. Последние страхи рассеялись, когда она свернулась клубочком, прижавшись к нему спиной. Ему до боли хотелось любить ее, но Лайам понимал, что Кайре нужен отдых. Рауф сделал много зла за те несколько месяцев, что просидел в Арджлине, и новая владелица замка, разумеется, захочет все восстановить как можно скорее.

– Лайам, мы уже в Арджлине? – сонно спросила Кайра.

– Нет, мы пока еще в лагере, и тебе нужно отдохнуть. – Он поцеловал ее в щеку.

– Но у меня так много дел…

– Ничего страшного, начнешь позже.

– Ты боишься, что это разобьет мне сердце?

– Боюсь, что так; но я верю, что сердце восстановится, как и крепость.

Глава 19

Не выпуская руки Лайама, Кайра оглядывала двор Арджлина. Ее пугала встреча с жителями, и она подозревала, что это было одной из причин ее долгого сна. Ей хотелось убежать назад, в лес, в их убежище, но она поборола трусливое чувство. Отныне ее дом – Арджлин, и она должна сделать все, чтобы очистить его от зловонного духа Рауфа и от горьких воспоминаний.

Было похоже, что здесь, снаружи, кто-то уже проделал огромную работу. Следов битвы почти не осталось, но на всем лежал отпечаток пребывания Рауфа. Ни ему, ни его людям дела не было до Арджлина, и понадобятся недели упорного труда, чтобы убрать грязь и восстановить все, что пострадало от их разрушительной силы.

– Вот негодяй, – пробормотал Лайам. – Печально, но это уже не поправить.

– Да. – Кайра посмотрела на тяжелые дубовые, покрытые тонкой резьбой двери дома. – Двери вроде бы целы.

– Но рано или поздно нам придется пройти сквозь них, милая, – мягко сказал Лайам. – Так что лучше уж с этим поскорее покончить.

Кайра кивнула, и они вошли внутрь. Им сразу же стало понятно, почему двери оставили приоткрытыми: несколько месяцев грубые мужики жили здесь как свиньи, и в холле стоял отвратительный запах. Кайра со страхом подумала, что, возможно, к нему добавляется запах от трупов, висевших на наружных стенах, и задрожала, но потом гордо выпрямилась. В Арджлине больше нет этого негодяя. Наверняка она недосчитается в доме каких-то красивых вещей, но это ничто по сравнению с потерянными жизнями. Арджлин можно отмыть и отремонтировать, а вот погибших не вернуть.

– Сначала надо осмотреть большой зал, – сказала она, и Лайам кивнул.

Едва войдя в зал, Кайра с изумлением остановилась. Полдюжины женщин мыли и отскребали пятна на полу и на мебели. Часть мебели погибла, но гобелены на стенах не пострадали.

Женщины вместе с Джоан не спеша подошли к ней.

– Миледи, мы надеялись к вашему приходу отчистить зал и еще несколько комнат, – сказала Джоан.

Кайра слегка кивнула.

– Не стоит так утруждать себя, Джоан. – Кайра увидела синяки на лицах некоторых женщин, и ее сердце заболело от жалости. – Вам надо полечиться, побыть с семьей.

– Мы и лечимся, миледи, – твердо сказала Джоан. – Избавляться от следов этих тварей – лучшее лечение.

Клара, прачка, вдруг покраснела и пригладила волосы.

– А это наш новый лэрд?

Кайра охотно представила Лайама, но ей было немного странно смотреть, как он здоровается с каждой женщиной, словно со знатной дамой, и у каждой спрашивал имя, положение в Арджлине, интересовался, какая у нее семья.

Кто-то осторожно тронул Кайру за руку, и она оглянулась; это была Джоан.

– Не надо так грустить, миледи, – сказала Джоан, отводя новую хозяйку в сторону.

– Вы здесь так страдали!

– Да, и некоторые раны останутся надолго. Пострадали все женщины Арджлина. Мы утешаем друг друга, поддерживаем, как делали это, когда находились взаперти.

– Наверняка многие остались вдовами… Джоан вздохнула:

– Это верно. Мало кто из мужчин выжил, вы не беспокойтесь, мы восприняли все это как испытание огнем.

– Я должна была…

– Нет-нет, вы сделали все, что могли. Бежали далеко и быстро. Мы все знаем, какие Рауф вынашивал планы на ваш счет, и очень удивились, когда вы вернулись, миледи. Вы были только слабой девушкой и совсем недолго пробыли замужем, но все равно вернулись и послали этого демона в ад, где ему и место.

Чувство вины» которое так долго терзало сердце Кайры, стало ее отпускать. Джоан говорила то, что все ей не раз повторяли, но слова этой женщины имели куда больший вес, ведь она сама пострадала от рук Рауфа.

– У вас красивый муж, миледи, – неожиданно сказала Джоан. – Малькольм говорит, что он хороший человек, а значит, вы привели нам прекрасного хозяина.

– О! – Кайра схватила Джоан за руку. – Я забыла поговорить с Малькольмом о его руке.

– Да, с ней плохо дело. – Джоан оглянулась и убедилась, что никто их не слышит. – Понимаете, рука очень болит. Я надеюсь, Моубри получит за это в аду тысячи мучений.

– Джоан, возможно, я смогу ему помочь, по крайней мере облегчить боль. – Кайра вздохнула. – К сожалению, сначала это будет не очень приятно…

– Что надо делать?

– Сломать пальцы еще раз и соединить кости так, как надо. – Она кивнула, видя, что Джоан морщится. – Скрюченные пальцы – это оттого, что они неправильно срослись. Операцию нельзя откладывать, иначе может быть уже поздно.

– Хорошо, я поговорю с мужем. Недолгую боль можно вытерпеть, если после этого страдания прекратятся.

– Его рука будет бездействовать недель шесть.

– Ничего, все равно она и сейчас бездействует. Кайра глубоко вздохнула, набираясь мужества.

– Я понимаю, что все вы пострадали, и если какая-то женщина обнаружит, что она беременна, и не захочет воспитывать ребенка, который будет напоминать ей о мучениях, пусть приносит его ко мне.

– Вы думаете, ребенок будет для нее позором?

– Нет, но если женщину изнасиловали, она может не обрадоваться ребенку, хотя если мужчина – животное и делает такие жестокости, это не значит, что ребенок будет на него похож.

– Я вас понимаю и скажу другим, но не думаю, что от Рауфа родится много детей…

– Миледи! Как хорошо, что вы пришли! – раздался поблизости громкий вопль, и Кайра, обернувшись, увидела, что к ним бежит Кестер; лицо его выглядело встревоженным, и когда он, споткнувшись, остановился перед ней, спросила:

– Что случилось, Кестер?

– Сэр Арчи опять разбил голову!

– Мне не сказали, что он ранен.

– Возможно, это открылась старая рана. Двое людей Рауфа пытались прорваться через комнату, которую охранял сэр Арчи, и когда одна из женщин направила его меч, он убил врага, а с другим справились остальные женщины, прятавшиеся в комнатах сэра Арчи. К несчастью, этот негодяй успел ударить сэра Арчи по голове.

– И где же он? – спросила Кайра, не замечая, что Лапам подошел ближе и внимательно слушает.

– В маленькой спальне, куда нас привели, когда мы только приехали.

– Ладно, я все равно хотела осмотреть рану, и теперь по крайней мере не придется ее вскрывать. – Кайра оглянулась, прикидывая, сколько в доме работы. – Кровотечение сильное?

– Иди и позаботься о нем, – посоветовал Лайам, не дожидаясь ответа Кестера. – Я могу заняться работой, хотя этим дамам, кажется, не нужны указания. Ступай; Мегги и Кестер тебе помогут достать все, что нужно. Заодно осмотришь других раненых. – Видя, что Кайра колеблется, Лайам быстро поцеловал ее. – Иди и делай то, что умеешь делать, а я пока буду наводить здесь порядок.

Когда наконец Кайра ушла с Кестером и Мегги, которые обещали помочь ей собрать то, что понадобится для лечения раненых, женщины обступили Лайама со всех сторон.

– Может, начать с того, что все подсчитать и записать? – предложила одна из них.

– Да, бумага и перо были бы очень кстати. – Лайам уже знал, что эту женщину зовут Клара, и благодарно улыбнулся ей.

Клара побежала за письменными принадлежностями, а Джоан между тем сообщила:

– В кухне ничего делать не надо, мужчины туда почти не заходили. Мы отскребли дочиста спальню для вас и нашей миледи, и сейчас там наводят порядок.