Подошедший официант разрядил обстановку. Мальчик молча расставил на столе аппетитные блюда и разлил по опустевшим бокалам вино. Они с удовольствием поужинали, допили вино, расплатились, оставив щедрые чаевые, и решили вернуться в отель берегом моря.

Вышли на пляж. Полина сняла туфли и ступила на влажный, еще не остывший песок. Легкая волна совершала набеги на ее ноги, ласкала прохладой щиколотки. Из-под ступней песчинки ускользали в глубину и делали ее походку немного неуклюжей.

Полина остановилась и посмотрела на небо: звезды нависали низко над головой, полная таинственная луна, замерев где-то у горизонта, рисовала на воде лунную дорожку. От увиденного великолепия перехватило дыхание.

– Знаешь, мне кажется, что все это сон. Все слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.

– Расскажи, – попросил Олег.

– О чем?

– О том, что тебе снится.

– Я редко запоминаю сны. И потом, мне не снится ничего особенного, что можно было бы рассказать любимому мужу.

– Мне интересно знать о тебе все, – не унимался Олег.

– Все знать невозможно: человек – это загадка.

– Люблю разгадывать загадки.

– Тогда догоняй! – рассмеялась Полина, сорвалась с места и побежала по берегу. Олег быстро ее догнал, притянул к себе, поцеловал: его язык скользнул ей в рот, оставив на губах легкий вкус вина и дорогого табака. Они опустились на песок.

До отеля было рукой подать… Но так низко висели звезды и так ласково пело море, купая в легкой волне луну…

Глава 11

Первый прокол

На лестничной клетке больницы было тихо и накурено, собственно, накурено – благодаря Быстрову: за полчаса он высадил полпачки сигарет. Сергей выкинул очередной окурок в жестяную банку, приспособленную вместо пепельницы, и присел на подоконник. На лестничную клетку выглянула доктор Соколова.

– Уснула, – коротко доложила она. – Впредь разговоры с Кравцовой запрещаю. Предупреждала ведь, что девушка еще очень слаба. Накурили-то! Накурили! Курить, между прочим, вредно, – назидательно сказала Татьяна Игоревна, глубоко вдохнув в себя табачный дым, стоявший в курилке стеной, и захлопнула дверь.

Ботинки снова промокли, с тоской подумал Сергей Федорович, шагая по коридору к своему кабинету. Опять все лужи на пути промерил. Так и простудиться можно. Пора покупать резиновые сапоги или калоши. Быстров усмехнулся, живописно представив, как он придет на работу в калошах, но в ту же минуту смеяться ему расхотелось. Навстречу ему шел Спицын с ядовитой ухмылкой на физиономии.

– Смотрите, кто идет! Холмс собственной персоной! – проорал он на весь коридор, гад такой.

Сергей скривился.

– Твоя Лена очень болтлива, – буркнул майор.

– Ну-ка, ну-ка… – Спицын уставился на Быстрова.

– Что? – разозлился Сергей Федорович.

– Ты вроде не женат, – хохотнул друг.

– Господи, это тут при чем? – взвыл Сергей Федорович.

– У тебя на лбу рог вырос. Обычно это случается с обманутыми мужьями, – ответил Спицын и заржал во все горло.

Сергей машинально схватился за лоб: о шишке он и думать уже забыл. Теперь стало понятно, почему дежурный так странно на него посмотрел.

– Я был у Кравцовой, – перевел тему разговора Сергей. – Вчера вечером она очнулась и сегодня подробно мне обо всем рассказала.

– Что-нибудь выяснил? – спросил Спицын.

– Пошли в кабинет, – предложил Быстров, на ходу объясняя подробности. – Личность маньяка выяснить не удалось. Никаких предположений относительно причин и мотивов у нее тоже нет. Роман не был опубликован. Читали его только два человека: Алла, ее близкая подруга, и Валерий Яковлев. Ты до него дозвонился?

– Нет, его жена, по-моему, меня уже ненавидит. Последний раз так на меня гавкнула! Похоже, я ее уже достал. Нервная какая-то.

Сергей открыл дверь в кабинет, пропустил Ивана и вошел сам.

– Нервная, говоришь? Не потому ли, что мужик у нее пропал, а? Именно в Яковлева все упирается. Он читал роман. Брелок этот – из города Бостона. Кравцова также сказала, что вечером он должен был к ней прийти в семь часов. Она пригласила его справлять день рождения, но не пришел, вместо него в то же самое время пришел маньяк. Яковлев тоже знал, что муж Кравцовой в отъезде и девушка будет дома одна. Кравцова сама его просветила. Как тебе такой поворот?

– И дома его постоянно нет.

– Да, думаю, теперь есть все основания, чтобы проверить ключ. Слишком много совпадений. Только давай сначала кофейку попьем, я тут по дороге прикупил пару пакетиков «Нескафе».

– Хорошая идея. Пойду бутеры приволоку, мне Ленка с собой накрутила.

Сергей даже подпрыгнул от радости.

– Тащи скорее! Я с самого утра только сок пил и еще принял некоторое количество витаминов, и то в задницу, – пожаловался Сергей Федорович и сглотнул набежавшую слюну.

– Это как?! – вытаращил глаза Иван.

– Долго рассказывать, – отмахнулся Быстров и, вспомнив про укол, поморщился. – Иди, спаситель мой, я пока кофе сделаю.

За Иваном закрылась дверь. Сергей трясущимися руками включил чайник, засыпал в чашки порошок. Воображение уже терзали видения – кулек с бутербродами, вкусными сытными бутербродами.

Зазвонил телефон. Сергей раздраженно снял трубку.

– Сергей Федорович, это Скворцов, – услышал он голос дежурного. – Тут у нас внизу какая-то ненормальная беременная американка надрывается, плачет… Короче, у нее истерика.

– Я тебе что, Скворцов, штатный переводчик или специалист по психиатрии?

– Ну так это… Вы же сами просили докладывать обо всех случаях пропажи мужиков, – обиделся Скворцов и замолчал.

– И что? Говори быстрее, – нетерпеливо потребовал Сергей, предчувствуя невероятную удачу.

– Я и говорю, у нее муж пропал.

– Что же ты сразу не сказал, – смягчился Сергей Федорович и ласково поинтересовался: – Как фамилия?

– Скворцов, – ошалело доложил дежурный.

– Да не твоя! («Твою мать», – подумал Сергей Федорович.) Как фамилия женщины?

– Сейчас, сейчас… – кряхтел Скворцов. – У меня тут ее паспорт… Вот, Каррен Райдер. Город проживания – Бостон.

– Молодец, Скворцов, спасибо за службу. Веди ее скорее в мой кабинет.

– Слушаюсь! – проорал в трубку довольный дежурный.

– Подожди, Скворцов. Наша дама по-русски хоть говорит? – напряженно спросил майор, пытаясь вспомнить хоть одно слово по-английски.

– Нормально балакает.

– Тогда жду.

Вернулся Иван с кульком с бутербродами, вкусными, сытными бутербродами – в кабинете божественно запахло копченой колбасой и карбонатом.

– С завтраком придется повременить, – трагично сказал Сергей Федорович, пытаясь усилием воли унять слюноотделение. – Знаешь кто к нам пожаловал? Некая Каррен Райдер – американская гражданка, проживающая в городе Бостоне.

– Ого! – выдохнул Иван и плюхнулся на стул. Стул жалобно скрипнул, но устоял.

– Ты, дружище, не рассиживайся, беги, врача вызывай. Наври что-нибудь, пускай приедут. Подстрахуемся на всякий пожарный. Дамочка в положении. Не дай бог, родит у меня в кабинете от волнения.

– Без меня не начинай, – попросил Иван и кинулся к двери.

Каррен Райдер неуверенно вошла в кабинет и огляделась. Американка выглядела не лучшим образом. Лицо опухло от слез, небольшие голубые глаза покраснели, не слишком хорошая от природы кожа приобрела ярко-розовый оттенок. Светлые вьющиеся волосы растрепались и выбились из заколки.

На вид Каррен было лет сорок, и, даже если сделать скидку на беременность, которая далеко не всегда красит женщину, и на недавние слезы, мадам Райдер красотой не блистала. Не было в ее лице ничего интересного. Да и одежда ничем выдающимся не отличалась: джинсовый сарафан, специально скроенный для беременных, яркая цветастая кофта, кроссовки.

Сергей представился, предложил женщине сесть и поинтересовался, не желает ли она выпить кофе или чай. Американка все ж таки! Каррен попросила чай с лимоном. С лимоном! Как ни странно, чай и лимон оказались в наличии. Однако в чашках, единственных имеющихся у майора, уже был засыпан кофе. И Сергей Федорович на мгновение растерялся, потому что взять чашку с кофе и пойти ее помыть у него рука не поднялась. Не гуманно это было, не гуманно! Задумавшись, Быстров залез в свой стол и с удивлением обнаружил в нем пластиковый, совершенно чистый стаканчик. Невероятно!

Вернулся Спицын. Сергей поставил перед Каррен чай, сел за стол и включил диктофон. Иван отошел немного в сторону и присел на подоконник.

– Меня зовут Сергей Федорович, – еще раз представился Быстров. – Это мой помощник – капитан Спицын.

– Каррен Райдер, – в свою очередь представилась американка.

– Рассказывайте, Каррен. Как мы поняли, у вас пропал муж? Мы хотим помочь вам его найти. Когда и при каких обстоятельствах это произошло?

– Мой муж предложить мне посетить его родина. Я никогда ранее не быть в вашей страна. Мы приехать из аэропорта, по дороге зайти в магазин и купить много еды. Я очень устать и лечь спать. Когда я проснуться, его нигде не быть. Я ждать, ждать его… Долго ждать… Он не взять с собой документы, – Каррен заплакала. – Я ничего здесь не знать. Куда звонить? Что делать?

– Успокойтесь, Каррен. Как зовут вашего мужа? – спросил Быстров, хотя знал уже ответ на этот вопрос.

– Валери… Валери Яковлев, – вытирая платком слезы, ответила Каррен.

– Когда это произошло?

– Утром 20 сентября.

– Почему же вы так долго ждали, мадам Райдер, и только сегодня обратились к нам?

– Я же сказать, что ничего здесь не знать! – Карен злилась и нервничала. Сергей чувствовал, что американка явно что-то недоговаривает. То, что она нервничала, было понятно, но почему злилась?

– Еще раз повторяю свой вопрос, Каррен. Почему вы пришли только сегодня? Почему ждали четыре дня? Объясните, пожалуйста, – потребовал Быстров.

Каррен вскочила, уронив мокрый от слез платок на пол. Нервно нагнулась за ним, подняла и попятилась к двери.

– Вы должны меня простить. Я зря прийти и отнять ваше время. Я хотеть домой. Я устать, сильно, очень сильно…

– Сядьте, пожалуйста, мадам Райдер. Сядьте и расскажите нам все. – Голос Сергея стал мягче. – Верьте, Каррен, я очень хочу вам помочь. Вы можете рассказать нам все. Я же вижу, что вас что-то угнетает. Не держите это в себе.

Карен вернулась и села. Посмотрела сначала на Спицына, потом на Сергея, с минуту размышляла, нервно теребя пуговицу на кофте, затем решилась:

– Я знакомиться с Валери в университете. Он рассказать мне о Россия, я ее полюбить, и еще я полюбить Валери. Он рассказать мне все о себе. Ужасная судьба, неразделенная любовь с другой женщина. Мы пожениться. Он никогда не говорить мне, что любить меня, – Каррен глубоко вздохнула и вновь заговорила: – Я все о ней знать. Валери всегда любить только ее – не меня. Я звонить ей, но никто не брать трубка. Он вернуться к ней и бросить меня.

– Каррен, вы считаете, что ваш муж ушел к другой и бросил вас?

– Вы правильно меня понять. Прошу простить, спасибо. Я беспокоить вас, просто голова… Как это по-русски – замутилась.

– Как зовут ту женщину, к которой, по вашему предположению, ушел ваш муж?

Мадам Райдер удивленно растопырила глаза:

– Какой это может иметь смысл для вас? Я же сказать, все объяснить.

– Полина Кравцова?

– Откуда вы знать? – испуганно спросила Каррен и посмотрела на диктофон. – Откуда знать?

– Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос, мадам Райдер? Эту женщину зовут Полина Кравцова?

– Да!!! – закричала американка, лицо ее покрылось красными пятнами. – Полин Кравцова!!! Her name is…[2]

– Посмотрите внимательно, мадам Райдер, – Сергей положил перед женщиной фотографию. – Знаком ли вам комплект ключей и брелок, изображенный здесь?

Американка взглянула на фото и некоторое время разглядывала.

– Я точно не знать, у Валери есть такой брелок. Похож, – взволнованно сказала Каррен.

– Простите, Каррен, мы покинем вас на одну минуту, – извинился Сергей, и они с Иваном вышли в коридор.

– Что будем делать? – спросил Иван. – Последние сомнения отпали – ее благоверный отдыхает у нас в морге.

– Жаль, конечно, женщину, но делать нечего, придется ей все рассказать. Только врача дождемся. Страшно даже представить, какая у нее, бедняжки, будет реакция! Направь пока кого-нибудь из ребят по их адресу с ключами. А мы с дамочкой после – на опознание в морг.

– Кстати, вот и доктор чешет, – заметив в коридоре худую длинную фигуру в белом халате с чемоданчиком в руке, сказал Иван. – Я пошел.

– Здравствуйте, – поздоровался Быстров с доктором. – Постойте, пожалуйста, пока у двери. Через несколько минут я вас позову.

– А в чем проблема? – прогнусавил доктор, поставил чемоданчик на пол и внимательно посмотрел на Быстрова.

– В моем кабинете находится беременная женщина, сейчас она узнает, что ее муж убит, к тому же при весьма неприятных обстоятельствах.