— Нет, Синяя Звезда, что ты! — отшатнулся Огнегрив. — Ты всегда можешь на меня положиться! — Он весь дрожал, ожидая, что вот-вот придется уворачиваться от острых когтей Синей Звезды.

Но предводительница внезапно успокоилась.

— Я знаю, Огнегрив. Ты всегда был мне верен, не то что остальные! — тихо прошептала она и вдруг, уронив голову, повалилась на свою подстилку, словно вспышка гнева отняла у нее последние силы. — Пошли патрули! — слабо повторила она, зарываясь в мягкую кучу мха и вереска. — Сделай это немедленно, пока племя Теней не перебило всех нас!

— Слушаю, Синяя Звезда!

Огнегрив понял, что спорить бесполезно. Он поклонился и вышел из палатки. Обернувшись, он увидел, что Синяя Звезда вновь устремила невидящий взор куда-то вдаль. «Неужели она смотрит в будущее и видит там гибель своего племени?» — в отчаянии подумал Огнегрив.

Огнегрив открыл глаза и тут же зажмурился от резкого света. Он никак не мог привыкнуть к тому, что сгоревшая листва больше не укрывает палатку от слепящих солнечных лучей. Широко зевнув, он потянулся и стряхнул с шерсти приставшие кусочки мха.

Рядом с ним сладко посапывала Песчаная Буря, чуть дальше, свернувшись клубочками, спали Долгохвост и Дым. Огнегрив вышел из палатки на поляну. Прошло три дня после Совета, но, вопреки опасениям Синей Звезды, племя Теней ни разу не переступило границу. Воспользовавшись передышкой, Грозовое племя с утроенной силой занялось восстановлением лагеря. Сделать предстояло еще очень много, но Огнегрив с радостью замечал, что сам лес приходит на помощь погорельцам — вокруг лагеря потихоньку поднималась стена папоротников, а обгоревшие заросли ежевики, прикрывавшие вход в детскую, с каждым днем становились все гуще от новых побегов.

Огнегрив направился к куче свежей еды, как вдруг заметил возвращающийся рассветный патруль во главе с Бураном. Огнегрив остановился.

— Заметили какие-нибудь следы племени Теней?

— Никаких, — покачал головой Буран. — Только обычные метки вдоль границы. Но зато мы заметили кое-что другое…

— Что? — насторожил уши Огнегрив.

— Неподалеку от Нагретых Камней вся трава истоптана, и повсюду раскиданы голубиные перья.

— Голубиные перья? — повторил Огнегрив. — Интересно… Я уже давно не видел ни одного голубя, а жаль… Прости, Буран! Ты думаешь, какое-то племя охотится на нашей территории?

— Нет. Вся местность вокруг Нагретых Камней провоняла собаками! — с отвращением поморщился Буран. — И всюду разбросано собачье дерьмо.

— Собаки… — с облегчением пошевелил хвостом Огнегрив. — Что поделаешь! Двуногие вечно приводят их с собой в лес. Побегают, поймают пару белок, а затем Двуногие забирают их домой, — он весело замурлыкал. — Удивительно, что они вообще сумели кого-то поймать!

К его удивлению, Буран даже не улыбнулся.

— Тем не менее я бы на твоем месте предупредил патрульных, чтобы смотрели в оба! — серьезно сказал он.

— Хорошо, Буран.

Огнегрив слишком уважал старшего воина, чтобы спорить с ним, но в глубине души он был уверен, что Буран тревожится понапрасну. Эти вонючие собаки, наверняка, сейчас сидят где-нибудь взаперти на дворе у Двуногих! Собаки — это всего лишь досадное недоразумение, которое не стоит внимания глашатая.

Сейчас его гораздо больше беспокоил недостаток пищи. Огнегрив снова подумал об этом, когда они с Бураном подошли к жалкой кучке, возле которой уже стояли только что вернувшиеся из патруля Белыш с Веснянкой.

— Нет, ты только погляди! — пожаловался Белыш, брезгливо перевернув лапкой полевку. — Да этого мне и на один зуб не хватит!

— Дичи стало мало, — устало напомнил Огнегрив, глядя на несколько жалких кусочков, сиротливо лежащих на месте былой кучи. — Те, кому удалось выжить в огне, сами голодают, от куда же им нагулять жиру?

— Значит, надо снова идти охотиться! — заявил Белыш. Он жадно проглотил полевку. — Сейчас поем и пойду.

— Пойдем вместе! — предложил Огнегрив, вытаскивая для себя сороку. — Я собираюсь возглавить полуденный патруль.

— Нет уж, до полудня я не дотерплю! — с набитым ртом пробурчал Белыш. — Я так проголодался, что и тебя бы сейчас съел! Весняночка, пойдешь со мной?

Хорошенькая пестрая Веснянка, которая все это время молча лакомилась мышкой, вопросительно посмотрела на своего наставника. Увидев, что Буран утвердительно кивнул, она радостно вскочила и подбежала к Белышу.

— Я готова!

— Вот и славно! — буркнул Огнегрив. Ему было неприятно, что Белыш даже не подумал спросить у него разрешения, как это сделала Веснянка, но предпочел промолчать. Племя нуждалось в еде, а оба оруженосца были непревзойденными охотниками. — Только не отходите далеко от лагеря! — предупредил он.

— Скажешь тоже! — фыркнул Белыш. — Ты что, не знаешь, что вся дичь ушла глубже в лес, туда, куда огонь не добрался?! Все будет в порядке, Огнегрив! — пообещал он. — Сначала мы накормим старейшин, а потом позаботимся об остальных!

Одним жадным глотком он проглотил остатки своей полевки и понесся к выходу из лагеря. Веснянка вежливо кивнула Огнегриву с Бураном и бросилась вслед за ним.

— Держитесь подальше от жилья Двуногих! — крикнул им вслед Огнегрив. Одно время Белыш очень любил наведываться к Двуногим за угощением и жестоко поплатился за свою жадность, когда Двуногие забрали его в свое Дальнее Гнездо, расположенное за землями племени Ветра. Теперь, когда щедрая пора Зеленых Листьев подходила к концу и близились голодные дни сезона Голых Деревьев, Огнегрив постоянно тревожился, как бы оруженосец не взялся за старое.

— Что за молодцы! — ласково проурчал Буран, провожая глазами удаляющихся оруженосцев. — Только вернулись из рассветного патруля и снова отправились на охоту! Порой я завидую их энергии! — Он вытащил из кучи дрозда и принялся за еду.

Покончив со своей сорокой, Огнегрив заметил выходящую из палатки Песчаную Бурю, да так и застыл с разинутым ртом, любуясь тем, как слаженно перекатываются сильные мышцы под ее нежной светло-рыжей шерстью.

— Пойдешь со мной на охоту? — выдавил он, когда кошечка подошла ближе.

— Придется! — кивнула Песчаная Буря, уныло глядя на жалкие остатки дичи. — Только пойдем прямо сейчас, ладно? Я позавтракаю тем, что поймаю.

Огнегрив обвел глазами поляну, высматривая, кого бы еще пригласить, и заметил Долгохвоста. Тот стоял возле палатки оруженосцев и поджидал Быстролапа.

— Эй, Долгохвост! — крикнул Огнегрив, когда наставник со своим оруженосцем двинулись через поляну. — Подойди сюда. Ты идешь с нами на охоту!

Долгохвост остановился, словно раздумывая, стоит ли исполнять приказание глашатая.

— Мы идем в овраг тренироваться, — нехотя пояснил он. — Быстролапу нужно отработать приемы защиты.

— Потом отработаете! — резко сказал Огнегрив, давая понять, что его приглашение нужно расценивать, как приказ. — Племени нужна еда. Это важнее.

Долгохвост раздраженно взмахнул хвостом, но промолчал. Зато Быстролап так и запрыгал от радости. Глаза его сверкали в предвкушении доброй охоты. Бывший крошечный черно-белый котенок за последнее время сильно подрос и почти сравнялся со своим наставником. Глядя на него, Огнегрив снова вспомнил, что Быстролап старше всех оруженосцев и давно должен стать воином.

«Нужно немедленно поговорить с Синей Звездой по поводу церемонии посвящения! — подумал он. — Белыш тоже готов стать воином, и Царапка, и Веснянка… племени как никогда нужны новые воины!»

Оставив Бурана наслаждаться заслуженным отдыхом, Огнегрив повел свой отряд вверх по склону холма. Добравшись до вершины, он развернулся и потрусил в сторону Нагретых Камней. Синяя Звезда велела удвоить патрули, и, чтобы исполнить ее приказ, все охотники теперь должны были обходить границы, вынюхивая и выискивая следы возможного вражеского вторжения. Если Синюю Звезду больше всего беспокоила граница с племенем Теней, то у Огнегрива были особые причины опасаться за речные рубежи.

Его давно тревожили отношения с Речным племенем. Метеор дряхлел и старел прямо на глазах, и власть над племенем постепенно сосредоточивалась в крепких лапах Оцелотки. Огнегрив почти не сомневался в том, что рано или поздно глашатая потребует у Грозовых котов платы за то, что Речное племя оказало им помощь во время пожара.

Спускаясь к реке, Огнегрив вдруг с удивлением заметил, что мертвое пепелище покрылось свежими зелеными побегами. То тут, то там виднелись сочные завитки папоротников, черные проплешины почти скрылись под нежно-зеленым ковром. Лес потихоньку начал возрождаться, но с наступлением сезона Листопада рост неизбежно замедлится, так что Грозовое племя ждут холодные и бесприютные времена.

Когда отряд вышел к Нагретым Камням, Долгохвост повел Быстролапа к одной из расщелин в скалах.

— Давай-ка потренируемся охотиться на слух! Посмотрим, сможешь ли ты быстрее всех поймать полевку?

Огнегрив одобрительно посмотрел им вслед. Долгохвост был ответственным наставником, и все племя знало, что они с Быстролапом очень привязаны друг к другу.

Огнегрив обогнул камни и вышел в ту сторону, где скалы были обращены к реке. Здесь трава росла гораздо гуще, и было много уцелевших кустарников. Присмотревшись, он почти сразу заметил мышку, мелькавшую в хрупких стеблях травы. Дождавшись, пока ничего не подозревающий зверек присядет завтракать, зажав в лапках подобранное семечко, Огнегрив прыгнул и мгновенно прикончил добычу.

— Чистая работа! — одобрила подошедшая Песчаная Буря.

— Хочешь? — предложил Огнегрив и подо двинул к ней свежатинку. — Ты ведь еще не ела!

— Нет, спасибо! — кисло ответила подруга. — Я могу сама поймать!

С этими словами она обиженно скользнула в тень орешника. Огнегрив в недоумении посмотрел ей вслед, потом торопливо поскреб когтями и забросал свою добычу землей, чтобы забрать ее попозже, когда придет время возвращаться в лагерь.

— Будь с ней поосторожнее! — раздался над его головой знакомый насмешливый голос. — Чуть зазеваешься, она тебе мигом уши оборвет!

Огнегрив резко обернулся. На границе с Речным племенем, спиной к обрыву, стоял Крутобок. Его густая серая шерсть блестела от воды.

— Крутобок! — радостно завопил Огнегрив. — Как ты меня напугал!

Крутобок отряхнулся, взметнув в воздух радугу сверкающих капель.

— Я заметил тебя еще с того берега! — похвастался он. — Вот уж не думал, что ты когда-нибудь будешь охотиться для Песчаной Бури! Видать, влюбился, признавайся?

— Не понимаю, о чем ты говоришь! — забормотал Огнегрив. Его бросило в жар, и даже шерсть на боках зашевелилась, словно под ней ползали полчища муравьев. — Как тебе не стыдно! Мы с Песчаной Бурей просто друзья!

Крутобок довольно заурчал.

— Ну конечно! Как скажешь! — Он перепрыгнул через границу и ласково боднул Огнегрива в бок. — Тебе повезло. Она настоящая красавица!

Огнегрив раскрыл было рот — и тут же снова захлопнул его. Что бы он ни сказал, Крутобок все равно ему не поверит! Кроме того, Огнегрив и сам уже не был уверен в том, что они с Песчаной Бурей просто друзья…

— Забудем об этом! — смущенно попросил он и быстро сменил тему: — Лучше расскажи, как ты поживаешь? Какие новости в Речном племени?

Желтые глаза Крутобока погасли, он сразу как-то сник и понурился.

— Да какие новости… Все только и говорят, что о Звездоцапе!

В ту пору, когда Крутобок был воином Грозового племени, они с Огнегривом первыми узнали о кровожадных планах Когтя и о том, что он убил глашатая Ярохвоста.

— Я и сам не знаю, что думать об этом! — вздохнул Огнегрив. — Хотелось бы верить, что, получив долгожданную власть, Звездоцап изменится к лучшему. Ведь он прирожденный вожак — сильный, бесстрашный, главный в бою и первый на охоте, кроме того, он знает воинский закон.

— Но ему нельзя доверять! — рявкнул Крутобок. — Что толку в том, что Звездоцап знает закон, если он готов в любой момент преступить его?!

— Так нам и не придется ему доверять! — горячо возразил Огнегрив. — У него теперь свое племя. На Совете Насморк сообщил, что ему был послан знак о том, что звездные воители скоро пошлют племени Теней великого вождя. Звездные предки знают, что только сильный предводитель может вернуть племени Теней былую силу и могущество. Ты не забыл, что они едва не вымерли во время болезни?

Судя по упрямой морде Крутобока, слова друга его не убедили.

— Он говорит, его послало Звездное племя?! — насмешливо фыркнул он. — Да скорее ежи полетят, чем я в это поверю!

К своему ужасу, Огнегрив понял, что полностью согласен с другом. Он тоже не мог доверять Звездоцапу! Восстановление и укрепление собственного племени может отвлечь его на сезон, самое большое — на два. А потом? Огнегрива бросало в дрожь при одной мыли о возрожденном племени Теней с беспощадным Звездоцапом во главе! Он не верил, что Звездоцап когда-нибудь захочет вести мирную жизнь, оберегая свое племя и уважая права остальных трех лесных племен. Рано или поздно он захочет расширить свои владения, и первой его жертвой станет Грозовое племя.

— На твоем месте я бы не сводил глаз с границ! — тихо сказал Крутобок, словно прочитав его мысли.

— Конечно, я… — начал Огнегрив, но тут же замолчал, увидев приближающуюся к ним Песчаную Бурю с молоденьким кроликом в зубах.

Сейчас кошка выглядела гораздо более спокойной и добродушной и даже благосклонно кивнула серому Речному воину.

— Привет, Крутобок! — буркнула она. — Как твои детки?

— Отлично, спасибо! — с гордостью ответил Крутобок. — Скоро станут оруженосцами.

— Вот здорово! Ты, конечно, будешь наставником для одного из них? — спросил Огнегрив.

К его удивлению, Крутобок замялся и опустил голову.

— Не знаю, — признался он. — Если бы наставников назначал Метеор, тогда конечно…

Но теперь он почти отошел от дел, только спит.

Всем в племени заправляет Оцелотка, а она никогда не простит мне смерти Белолапа. Думаю, она выберет моим котятам других наставников…

Крутобок понурился и надолго замолчал. Огнегрив понял, что серый друг все еще винит себя в гибели воина Речного племени, который сорвался с утеса и насмерть разбился о камни во время стычки между Речным патрулем и воинами Грозового племени.

— Как жаль! — вздохнул Огнегрив, крепче прижимаясь к своему другу.

— Но Оцелотку тоже можно понять, — мягко заметила Песчаная Буря. — Она хочет, чтобы котята были безоговорочно преданы Речному племени.

Крутобок резко вскинул голову и, ощетинившись, посмотрел ей в лицо.

— Разве я научил бы их чему-то другому?! Я не желаю, чтобы мои дети разрывались между двумя племенами! — желтые глаза его потемнели. — Мне ли не знать, какая это мука!

У Огнегрива сердце сжалось от жалости к Другу. Сразу после пожара он понял, что Крутобок одинок и несчастен в новом племени.

Видимо, с тех пор ничего не изменилось. Огнегрив хотел крикнуть: «Так возвращайся!» — но не посмел. Он не имел права приглашать Крутобока в племя после того, как Синяя Звезда резко отказала бывшему воину в возвращении.

— Поговори с Метеором, — посоветовал он. — Попроси его.

— И попытайся лишний раз не злить Оцелотку, — прибавила Песчаная Буря. — Смотри, чтобы она не застала тебя на нашей территории.

Крутобок задумчиво пошевелил ушами.

— Может, ты и права… Пойду-ка я лучше домой. Пока, друзья!

— Попытайся прийти на следующий Совет! — попросил Огнегрив.

Крутобок взмахнул серым хвостом и понесся по склону к реке. На полпути он вдруг обернулся, крикнул: «Погодите!» — и бросился к самой воде. Вскочив на круглый камень, он уселся и замер, неподвижно глядя на реку.

— Что это он задумал? — прошептала Песчаная Буря.

Прежде чем Огнегрив успел ответить, Крутобок взмахнул лапой. Серебристая рыбка вылетела из воды, перелетела на берег и забилась на земле. Сильным ударом лапы Крутобок прикончил ее и, взяв в зубы, поволок наверх, к ожидающим Огнегриву и Песчаной Буре.

— Вот! — пропыхтел он, разжимая челюсти. — Я знаю, из-за пожара вся дичь разбежалась.

Мне хотелось бы хоть немного помочь вам.

— Спасибо! — прошептал Огнегрив и восхищенно добавил: — Ловко ты ее поймал!