Когда Совет закончился, Огнегрив спрыгнул со скалы и присоединился к своим воинам, сгрудившимся у ее подножия.

— Ты хорошо говорил! — похвалил Буран. Глаза Песчаной Бури сверкали, как звезды, не говоря ни слова, она прижалась щекой к щеке Огнегрива и тихонько замурлыкала.

Огнегрив торопливо лизнул ее в шею.

— Пора идти! — сказал он. — Попрощайтесь с друзьями. Если кто-нибудь спросит, говорите, что в Грозовом племени все идет отлично!

Вся поляна пришла в движение, когда четыре лесных племени стали собираться в обратный путь. Огнегрив огляделся, ища глазами остальных своих воинов. Внезапно он заметил бегущую ему навстречу серебристо-серую фигурку.

— Здравствуй, Невидимка! — обрадовался он. — Как дела? Как поживает Крутобок? Что-то я его сегодня не видел!

Крутобок был лучшим другом Огнегрива. Когда-то они принадлежали к одному племени, вместе тренировались, вместе готовились и стали воинами. Но потом Крутобок влюбился в юную Серебрянку из Речного племени. Когда Серебрянка умерла, оставив двух новорожденных котят, Крутобок был вынужден покинуть собственное племя и уйти к Речным котам, вслед за своими детьми. С тех пор прошло немало времени, но Огнегрив до сих пор тосковал по своему другу.

— Крутобок сегодня не пришел, — ответила королева, аккуратно обернув хвостиком лапки. — Оцелотка его не пустила. Она очень рассердилась на него за то, как он вел себя во время пожара. Говорит, что в глубине души он до сих пор хранит верность Грозовому племени.

Честно сказать, глашатая была совершенно права! Крутобок не просто хранил верность Грозовому племени, он даже попросил у Синей Звезды разрешения вернуться обратно, но получил резкий отказ.

— Как он? — спросил Огнегрив Невидимку.

— Хорошо! — улыбнулась она. — Котятки его растут не по дням, а по часам! Он просил разузнать, как у вас жизнь. Оправились после пожара? Говорят, Синяя Звезда серьезно больна?

— Нет, она скоро поправится! — как можно увереннее ответил Огнегрив. Синяя Звезда действительно быстро оправилась после отравления дымом, вот только разум ее еще больше помутился. После пожара она окончательно потеряла веру — в себя, в верность собственных воинов и даже в справедливость Звездного племени. Предательство бывшего глашатая настолько потрясло предводительницу, что Огнегрив боялся даже думать о том, как она воспримет известие о его новом возвышении.

— Я рада, что Синяя Звезда поправляется! — вывела его из задумчивости Невидимка.

Огнегрив смущенно пошевелил ушами.

— Как чувствует себя Метеор? — спросил он, торопясь переменить тему. В последний раз он видел предводителя Речного племени, когда тот позволил им укрыться от огня в своем лагере, и уже тогда Метеор показался ему слабым и надломленным. Сегодня же, рядом с могучим Звездоцапом, предводитель выглядел настоящим стариком. В последнее время на долю Метеора выпало немало тяжких испытаний. Сначала паводок заставил Речных котов покинуть затопленный лагерь, затем Двуногие отравили реку и разогнали дичь. Но самый тяжелый удар нанесла Метеору гибель родной дочери, Серебрянки.

— Хорошо, — ответила Невидимка. — Он слишком много пережил, но теперь все позади.

Честно сказать, я гораздо больше тревожусь о Лужице, — нахмурилась она. — Если бы ты видел, Огнегрив, как сильно она постарела! Боюсь, наша мама скоро присоединится к звездным предкам!

Огнегриву очень хотелось утешить ее, но он боялся, что Невидимка не потерпит ласки от представителя враждебного племени.

Камень с Невидимкой и не догадывались о том, что старая Лужица не была их настоящей матерью. Когда-то давно Желудь, глашатай Речных котов, принес в свое племя двух крошечных котят и попросил Лужицу выкормить и вырастить малышей. Даже сама Лужица не знала, что настоящей матерью ее приемышей была Синяя Звезда, предводительница Грозового племени.

Огнегрив неловко выразил свои сочувствия Невидимке и распрощался. Если бы он только мог знать, сколькими бедами грозит обоим племенам тайна Синей Звезды!

Глава II

Небо уже начало бледнеть перед рассветом, когда Огнегрив со своими воинами вернулся в лагерь Грозового племени. За время, прошедшее после пожара, он успел привыкнуть к пепелищу, но, взобравшись на вершину холма, невольно содрогнулся, увидев царящее внизу опустошение. Заросли папоротника и стена утесника выгорели дотла. Голая поляна беззащитно чернела в обрамлении обугленных ветвей. То тут, то там между горелыми плетями сиротливо виднелись свежие ветки, которыми коты по мере сил пытались подпереть жалкую ограду.

— Будет ли здесь когда-нибудь по-прежнему? — еле слышно прошептала за его плечом Песчаная Буря.

Огнегрив устало сгорбился. Страшно даже представить, сколько времени и сил придется потратить, прежде чем лагерь примет прежний вид!

— Конечно, будет! — с напускной бодростью ответил он. — Нам не впервой переживать тяжелые времена. Выстоим! — Перед тем, как повести отряд вниз, он потерся щекой о бок Песчаной Бури и сладко зажмурился, услышав ее довольное мурлыканье.

В лагере их встретило уже привычное разорение. Куст, служивший воинам пещерой, уцелел в огне, но плотный полог из листьев и молодых ветвей выгорел дотла. Огнегрив поежился, вспомнив, сколько времени ушло на то, чтобы кое-как залатать лозой огромные просветы между редкими, обугленными ветвями.

Вбежав в лагерь, Огнегрив сразу увидел своих дозорных. Бурый свернулся перед палаткой воинов, Долгохвост сидел на страже у входа в детскую, а Дым беспокойно расхаживал перед жилищем старейшин.

Услышав приближающийся топот, Бурый поспешно вскочил и ощетинился, но тут же опустил шерсть, увидев Огнегрива и остальных воинов.

— А, это вы! — фыркнул он, и Огнегрив ясно услышал в его голосе плохо скрытое облегчение. — Мы всю ночь ожидали нападения Когтя!

— Об этом можно больше не беспокоиться! — обрадовал его Огнегрив. — Сейчас Коготь слишком занят, чтобы вспоминать о нас. Он — стал предводителем племени Теней и отныне зовется Звездоцапом!

Бурый так и сел перед палаткой.

— Великое Звездное племя! — прошептал он. — Ушам своим не верю!

— Что ты сказал?! — раздался голос за спиной Огнегрива и, обернувшись, он увидел несущегося к нему Долгохвоста. — Я не ослышался?

— Нет, — ответил Огнегрив. — Коготь стал Звездоцапом и возглавил племя Теней.

— И они его признали?! — недоверчиво спросил Долгохвост. — Они что, спятили?!

— Вовсе нет! — ответил подошедший Буран. Он потянулся, царапнув обожженную землю когтями, и с усталым вздохом опустился на задние лапы. Его белоснежная шерсть после путешествия через лес вся почернела от грязи и копоти. — Ты же знаешь, болезнь едва не уничтожила племя Теней. Они так тосковали посильному вождю, что Звездоцап, должно быть, кажется им подарком от Звездного племени!

— Возможно, так оно и есть, — с неохотой признал Огнегрив. — По крайней мере, Звездное племя послало им знак о скором появлении могучего вождя.

— Но Звездоцап предатель! — запальчиво крикнул Бурый.

— Племя Теней не знает об этом, — напомнил Огнегрив.

Тем временем к ним стали подтягиваться остальные коты. Из пещеры оруженосцев выскочили Быстролап с Веснянкой, Дым привел Тростинку, ученицу Частокола, из детской высунула любопытную мордочку Горностайка.

Все сгрудились вокруг Огнегрива, и ему пришлось повысить голос, чтобы племя могло его слышать.

— Слушайте все! — объявил он. — Вы должны узнать последние новости. Буран сейчас расскажет вам о том, что произошло на Совете! — сказал он. «А я пойду докладывать обо всем Синей Звезде!» — с тоской подумал он. — После этого утренний патруль немедленно выступает на обход территории! — Огнегрив замялся, оглядывая собравшихся. Все воины валились с ног от усталости, те, кто не ходил на Совет, провели бессонную ночь, охраняя лагерь.

Прежде чем он успел принять решение, вперед выступил Дым.

— Мы с Угольком пойдем! — объявил он. Огнегрив с благодарностью кивнул. Бурый Дым всегда недолюбливал Огнегрива, но он был верным воином Грозового племени и, в конце концов, признал авторитет нового глашатая.

— И я с ними! — вызвалась Кисточка.

— И я! — крикнул Белыш.

Огнегрив не смог сдержать довольного урчания. Он был счастлив, что сын его сестры, не жалея сил, трудится на благо Грозового племени. Похоже, после своего освобождения из заточения у Двуногих, малыш переменил свое отношение к воинскому долгу.

— Итак, Дым, Уголек, Кисточка и Белыш! — провозгласил Огнегрив. — Остальные — спать! Днем нам еще предстоит послать в лес охотников!

— А ты что будешь делать? — недовольно спросил Частокол.

— Я пойду к Синей Звезде, — выдавил Огнегрив.

Предводительница жила в маленькой пещерке у подножия скалы. Полог из лишайников, преграждавший вход в ее жилище, погиб во время пожара, и ее убежище было теперь на виду. Когда Огнегрив подошел к входу, из глубины пещеры выскочила целительница племени, Пепелица, и устало потянулась, выгнув спинку. После пожара на нее навалилось столько забот о пострадавших, что она порой не успевала выкроить время для сна. Серая шерсть целительницы свалялась, но в голубых глазах светилась прежняя сила и спокойствие. Огнегрив невольно вспомнил то далекое время, когда он был наставником неугомонной маленькой Пепелюшки. Это было еще до того, как она пострадала на Гремящей Тропе, случайно попав в ловушку, которую Звездоцап подстроил для Синей Звезды. После катастрофы она навсегда осталась калекой и уже не смогла стать воином, но никогда не переставала заботиться о своем племени.

— Как сегодня чувствует себя Синяя Звезда? — спросил Огнегрив.

Пепелица встревоженно покосилась на вход в пещеру.

— Всю ночь глаз не сомкнула! — пожаловалась она. — Я уж и можжевеловые ягоды ей давала, но, похоже, даже они не помогли.

— Я должен рассказать ей, что произошло на Совете, — пояснил Огнегрив. — Боюсь, это ей очень не понравится.

— Почему? — прищурилась Пепелица. Огнегрив торопливо пересказал ей последние новости.

Пепелица слушала молча, но в голубых глазах ее Огнегрив ясно видел недоумение.

— Что думаешь теперь делать? — спросила она, когда Огнегрив закончил.

— Спроси лучше, что я могу сделать! Ты знаешь, может быть, оно и к лучшему… Теперь, когда Звездоцап получил то, к чему так давно стремился, возможно, он оставит нас в покое и займется племенем Теней! — Увидев, что Пепелица недоверчиво нахмурилась, он торопливо добавил: — Какое нам дело до того, кого племя Теней избрало своим предводителем?! Наше дело — охранять собственные границы, а я не думаю, что Звездоцап сейчас отважится на них покушаться! Меня волнует только то, как отнесется к этой новости Синяя Звезда!

— Боюсь, ей станет хуже, — вздохнула Пепелица. — Ладно, надеюсь, я сумею подобрать ей успокаивающие травы… Если бы ты только знал, как мне не хватает Щербатой!

— Я знаю, — прошептал Огнегрив, прижимаясь к ее боку. — Но ты справишься. Я верю, ты станешь великой целительницей!

— Ты ничего не понимаешь! — еле слышно прошептала Пепелица. — Я тоскую по ней! Я так хочу снова услышать ее голос! Пусть скажет, что я не последняя дура и неудачница — ведь только она могла честно оценить мои успехи! Мне нужна не ее помощь, а она сама! Я хочу вдохнуть ее запах, прижаться к ее боку, услышать ее ворчание…

— Я понимаю, — пробормотал Огнегрив.

Дрожь пробежала по его спине при воспоминании о погибшей целительнице. Он всегда любил Щербатую — с того самого дня, когда первым обнаружил ее на территории Грозового племени, где она укрылась от Хвостолома. — Сейчас она охотится со Звездным племенем, Пепелица.

Возможно, там она, наконец, нашла покой… Огнегрив знал, что, умирая, Щербатая думала только о своем сыне — Хвостоломе, которого она никогда не переставала любить, хотя тот вырос, не зная своей настоящей матери, и которого она же и убила, чтобы спасти Грозовое племя от смертельной опасности. Огнегрив знал, как несчастна была Щербатая, и надеялся, что смерть положила конец ее страданиям, но все равно не мог перестать тосковать о ней.

— Ты ведь скоро отправляешься к Высокой Скале? — напомнил он Пепелице. — Там ты встретишься с остальными целителями и по чувствуешь себя ближе к Щербатой.

— Может быть, ты и прав, — слегка отодвинулась от него Пепелица. — Мне часто кажется, что я слышу ее голос, — призналась она. — Вот и сейчас она словно говорит: «Нашла время сетовать и жаловаться, когда кругом столько работы!» Иди, поговори с Синей Звездой. Чуть попозже я снова загляну к ней.

— Ты в порядке? — нахмурился Огнегрив.

— Все отлично! — ответила Пепелица и торопливо лизнула его в ухо. — Будь ей опорой, Огнегрив! — напутствовала она. — Помни, сейчас она как никогда нуждается в тебе!

Огнегрив проводил взглядом прихрамывающую целительницу и повернулся к входу в палатку. Глубоко вздохнув, он громко поздоровался и вошел в зияющую трещину скалы.

Синяя Звезда лежала в дальнем углу пещеры, подвернув под грудь передние лапы. Голова ее была поднята, но невидящие глаза глядели куда-то сквозь Огнегрива, словно предводительница видела что-то, доступное ей одной. Ее грязная шерсть слиплась и свалялась в колтуны, она так исхудала, что все ребра торчали наружу. Сердце у Огнегрива сжалось от жалости к Синей Звезде и от страха за племя. Прославленная предводительница всего за несколько дней превратилась в дряхлую, беспомощную старуху, сломленную пережитыми страданиями и неспособную защитить даже себя, не говоря уже о своем племени!

— Синяя Звезда! — робко окликнул Огнегрив.

Ему показалось, будто предводительница его не услышала, но когда он вошел в палатку, Синяя Звезда повернула голову и устремила на него мутный взгляд измученных голубых глаз. Несколько секунд она удивленно смотрела на него, словно не узнавала. Наконец она пошевелила ушами, и взгляд ее стал более осмысленным.

— Огнегрив? Что тебе нужно?! Огнегрив почтительно склонил голову.

— Я только что вернулся с Совета, Синяя Звезда. Боюсь, я принес плохие известия…

Он помедлил, собираясь с духом.

— Ну? — раздраженно повысила голос Синяя Звезда. — Что там еще?

— У племени Теней теперь новый предводитель, — сказал Огнегрив и быстро выпалил: — Им стал Коготь. Теперь он Звездоцап….

Синяя Звезда вскочила со своего места. Глаза ее вспыхнули холодным огнем, и Огнегрив даже попятился, узнав в ней прежнюю грозную предводительницу.

— Этого не может быть! — прошипела Синяя Звезда.

— Это правда. Я своими глазами видел его.

Он говорил со скалы Совета вместе с остальными предводителями.

Синяя Звезда замолчала и принялась возбужденно мерить шагами палатку, похлестывая себя хвостом по бокам. Огнегрив невольно попятился к выходу. На мгновение ему показалось, что Синяя Звезда сейчас бросится на него за то, что он посмел принести ей такое известие.

— Как могло Звездное племя так поступить?! — проскрежетала Синяя Звезда. — Как оно посмело возвеличить предателя, который пытался убить меня?!

— Синяя Звезда, они не… — начал было Огнегрив, но предводительница и слушать не стала.

— А что же остальные предводители?! — вскричала она. — Они о чем думали?! Как они могли допустить такое?

— Но ведь никто не знает, какое зло Звездоцап причинил Грозовому племени! — попытался объяснить Огнегрив. — Метеор вообще промолчал, а Звездному Лучу не понравилось то, что Звездоцап привел в племя Теней изгнанных оттуда приспешников Хвостолома.

— Ах, вот оно что! — взорвалась Синяя Звезда. — Вот он каков, Звездный Луч! Отлично, теперь мы знаем, что ему нельзя доверять! Быстро же он забыл все, чем обязан Грозовому племени! А ведь это вы с Крутобоком когда-то разыскали его и помогли племени Ветра вернуться домой.

Огнегрив хотел возразить, но Синяя Звезда не дала ему и рта раскрыть.

— Звездное племя отвернулось от меня! — кричала она, продолжая в ярости метаться по палатке. — Обещали, что огонь спасет племя, а мы едва не погибли в пожаре! Как я могу доверять им — тем более теперь?! Они наградили предателя и убийцу даром девяти жизней!

Им плевать и на меня, и на все Грозовое племя!

— Синяя Звезда! — испуганно бормотал Огнегрив. — Послушай…

— Нет, это ты послушай! — грозно обернулась к нему предводительница. Ее висевшая клочьями шерсть встала дыбом, зубы свирепо оскалились. — Грозовое племя обречено. Звездоцап возглавил племя Теней для того, чтобы погубить нас. Звездное племя отвернулось от нас и не поможет в беде.

— Но Звездоцап держался вполне дружелюбно, — пролепетал Огнегрив, пытаясь успокоить ее. — Судя по его речи, он думает только о своем новом племени.

Синяя Звезда хрипло расхохоталась.

— Только такой глупец, как ты, мог ему поверить! Помяни мое слово, еще до наступления Листопада Звездоцап явится сюда за нашими жизнями! Но он встретит достойный отпор! Если нам суждено умереть, мы постараемся забрать с собой как можно больше воинов из племени Теней!

Она вновь начала бегать по палатке, а Огнегрив в смятении вертел головой, пытаясь уследить за ней.

— Удвой патрули! — велела Синяя Звезда. — Установи дозорных в лагере. Пошли дополнительный отряд патрулировать границу с племенем Теней.

— Но у нас не хватает воинов! — в отчаянии возразил Огнегрив. — Работа по восстановлению лагеря отнимает все силы, коты падают от усталости. Мы едва-едва справляемся с обычным патрулированием!

— Ты, кажется, смеешь оспаривать мои приказы? — рявкнула ему в лицо Синяя Звезда и угрожающе оскалила зубы. Глаза ее недоверчиво прищурились. — А может, ты тоже задумал предать меня?!