Моури ждал ответа больше часа.

— Можете оставить его себе и использовать по собственному усмотрению. На днях наша разведка получила подобный документ. Один агент, вроде вас, купил его…

— Купил?

— Да, купил. Ценой собственной жизни. Такие документы обходятся нам очень дорого. А чего стоил он вам?

— Жизни Салланы. Я же говорил…

— Да, конечно. — В трубке ненадолго замолчали. — Все, кончаем передачу. Удачи вам, Джей Эм.

— Спасибо!

Скрепя сердце, Моури выключил «зумм-зумм», закрыл крышку и откатил цилиндр обратно в пещеру. Он был готов разговаривать с невидимым другом сколько угодно и о чем угодно. «Удачи вам» — насколько это ближе и роднее чужого «Долгой жизни».

Время перевалило за полночь, когда Моури, обложившись всевозможными свертками, пакетами и перекинув через плечо полотняную сумку, наподобие тех, что предпочитают здешние крестьяне, зашагал к машине. В лесу была темень, хоть глаз выколи, но Моури, желая побыстрее удалиться от пещеры, навевающей нестерпимое чувство тоски и одиночества, уверенно шел вперед. В темноте ориентироваться было куда сложнее, не менее ста раз Моури сверялся с компасом, пока не вышел на шоссе в полумиле от динокара.

День встречи с Батином Уравой ознаменовался весьма существенным событием. Печать, радио, телевидение обрушили на ничего не подозревающих сирианцев экстренное правительственное сообщение. Моури проснулся от диких воплей громкоговорителя в двух кварталах от своего дома. Он выглянул в окно — на улице, перекрикивая громкоговоритель, бесновались газетчики. Моури спустился вниз и купил газету.

ПРИКАЗ № 1

МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ ДЖЕЙМЕКА

согласно протоколу заседания Чрезвычайной Военной Комиссии

Все, существующие в настоящий момент общественно-политические организации и другие юридически самостоятельные лица, должны пройти внеочередную перерегистрацию в центральном Бюро Учета не позднее двадцатого числа этого месяца. Руководителям вышеупомянутых организаций необходимо указать точное название, цели, юридические адреса и поименный список членов соответствующих организаций, обществ, партий и других общественных объединений.

ПРИКАЗ № 2

МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ ДЖЕЙМЕКА

согласно протоколу заседания Чрезвычайной Военной Комиссии

По истечении двадцатого числа текущего месяца любая организация, общество, партия или другое общественное объединение, не зарегистрированное согласно вышеизложенному приказу № 1, будет рассматриваться, как нелегальное движение. Членство, а также любое оказание помощи и поддержки нелегальному движению со стороны кого бы то ни было приравнивается к предательству и карается в соответствии с законом смертной казнью.

Вот уже кое-что. Моури удовлетворенно хмыкнул. Теперь Дирак Ангестун Гесепт обязана преклонить колена, сначала — в исповедальне Бюро Учета, затем — на эшафоте Кайтемпи. Элементарным законодательным трюком они решили загнать ДАГ в угол; привычная тактика «взятия на пушку», рассчитанная на слабых духом, которые, поджав хвост, побегут продавать своих товарищей по партии.

Слабые духом — моральные уроды — они выдадут всех, одного за другим, вплоть до самой верхушки ненавистной Партии Свободы — общественная гниль, разлагающая систему до полного ее разрушения. Великолепная теория!

Радуясь каждому слову, Моури вновь и вновь перечитывал заявление правительства. Кайтемпи придется изрядно попотеть, чтобы выудить из членов ДАГ хоть какие-то сведения. Например, Батин Урава — хорошо оплачиваемый агент: его можно схватить, пытать самыми изощренными способами, в частности, медленно поджаривать на огне — ну и что?! Даже если он сознается, что состоит на службе в неведомой ему самому организации — из него не вытянуть никаких стоящих показаний.

Около полудня Моури заглянул в Бюро Учета. Очередь, растянувшаяся до самых дверей, медленно продвигалась к окошку, где, взмокший от наплыва желающих зарегистрироваться, констебль раздавал бланки. Руководители торговых гильдий, председатели обществ почитателей зита, директора клубов кино- и прочих любителей… В самом хвосте с безразличным видом скучал сухарик-старикашка — районный инспектор Сирианской Ассоциации изучения ящериц, перед ним переминался с ноги на ногу толстяк-вельможа — президент клуба Ракетных Моделистов.

Моури присоединился к очереди и слегка ущипнул за локоть Сухарика.

— Вот досада, да?

— Да-да, — вздрогнул Сухарик. — И кому это приспичило?

— Я думаю, они хотят выявить талантливых людей, — авторитетно заявил Моури. — Фотографов или еще кого. На войне нужны разные специалисты.

— Так бы сразу и сказали, нужны, мол, фотографы, столько-то и столько-то, подойти тогда-то и туда-то. Так ведь нет… — Сухарик махнул рукой. — Не так все просто.

— М-м… — Моури почесал за ухом. — А ведь точно.

— Вот мы, — продолжал Сухарик, — занимаемся ящерицами. Ну скажите, много ли проку от нас на войне?

— Трудно сказать. А, вообще, какой прок от ящериц?

— Какой?! — Сухарик обиженно насупил брови. — Вы, молодой человек, когда-нибудь видели живую ящерицу? Нет? Тогда о чем с вами разговаривать?!

— А мы моделируем ракеты, — вмешался в разговор Вельможа.

— Детские забавы, — определил Сухарик.

— Это — исключительно ваше мнение, — интеллигентно заметил моделист. — Каждый член моей группы — потенциальный военный инженер. В военное время эта специальность ценится…

— Продвигайтесь, — перебил Сухарик, подталкивая Вельможу. — Ну, а чем вы занимаетесь? — обратился он к Моури.

— Гравировкой по стеклу.

— О, ну это уже искусство. Я видел недавно очень симпатичный образчик — не каждому по карману. — Он громко шмыгнул носом. — Но, простите, как граверы могут приблизить нашу победу?

— А вы угадайте, — предложил Моури.

Тут снова встрял Вельможа.

— Вот, возьмем, к примеру, ракеты. Без ракет в космической войне, как…

— Продвигайтесь.

Наконец они добрались до окошка, получили каждый по листочку и разбрелись кто куда. Моури отправился на почтамт, сел за свободный столик и аккуратным почерком заполнил бланк.

Наименование организации: Дирак Ангестун Гесепт

Цель организации: Свержение правительства и установление мира с Землей.

Юридический адрес: Там, где Кайтемпи и не снилось.

Имена и адреса руководства организации: Не ваше дело.

Список членов: Еще чего.

Подпись: Джейм Каменная Задница.

Последнее было намеренным оскорблением глубоко почитаемой статуи Джейма — символа планеты.

Моури уже собирался отправить бланк по назначению, когда его осенило украсить анкету крылатым мечом тайной полиции, что он и сделал.

Еще месяц назад, попади такой бланк в руки Кайтемпи, его просто выкинули бы в корзину для бумаг. Но сегодня, когда наверху не на шутку перепугались, подобная дерзость вызовет совсем иную реакцию. Человек, исполненный ярости, не может мыслить нормально и способен натворить кучу глупостей.

Бумага — великое оружие, думал Моури. Надо только знать, как им воспользоваться, и тогда оно может взорваться не хуже настоящей бомбы. Бумага все стерпит: призывы и угрозы, обвинения и проклятья, водяные знаки и гербовые печати, в то время как человек…

В назначенный час Моури отправился в таверну «Сьюсан».

Ему оставалось пройти не более трех кварталов, когда внезапно шеренга полицейских перекрыла улицу. Впереди, ярдах в четырехстах, выстроилась вторая шеренга. Среди растерявшихся людей, попавших в ловушку, замелькали агенты Кайтемпи; они выворачивали карманы ошеломленным прохожим, потрошили сумки, проверяли документы. Да, власти не ограничились утренним законом и пошли дальше.

Мысленно поблагодарив свою счастливую судьбу, Моури не мешкая рванул обратно домой. Запершись в комнате, он сжег документы на имя Шир Агавана и Гаста Харкина, растер пепел и развеял по ветру. Этих людей больше не существует.

Теперь он — Крэг Вулкин, специальный корреспондент агентства новостей, постоянно проживающий на Диракте, что, несомненно, оправдывало мэшемский выговор. И кроме того, проверка его документов займет не меньше месяца — пока пошлют запрос в метрополию, пока оттуда придет ответ, пока то да се…

Экипированный таким образом, Моури вышел из дома с нехорошим чувством, что шелудивые псы Кайтемпи все-таки взяли след. Скверно уже то, что любая проверка документов отныне непременно будет сопровождаться обыском.

Что они ищут? Листовки? Шир Агавана? Гаста Харкина? Ясно, что всякого причастного к ДАГ, боссы Джеймека разорвут на части, дай им только до него добраться.

На сей раз Моури благополучно дошел до таверны «Сьюсан» и, распахнув дверь, увидел за дальним столиком Ураву в компании двух таких же головорезов.

— Вы опоздали, — сухо приветствовал Урава. — Мы решили, что вы…

— В городе облавы, — прервал его Моури. — Вы что, ребятки, банк обчистили?

— Мы?! С чего вы взяли? — Урава кивнул на своих дружков. — Знакомьтесь, Гурд и Скрива.

Гурд и Скрива явно были братья — плоские продолговатые лица, глубоко посаженные колючие глаза, острые, прижатые к черепу, уши… Братья по крови, братья по профессии; отъявленные мерзавцы, готовые друг другу перерезать глотку, предложи им хороший куш.

— Мы еще не услышали вашего имени, — прошамкал Гурд, обнажив редкие желтые зубы.

— А вы его и не услышите, — безапелляционно сообщил Моури.

— Это почему? — ощетинился Гурд.

— Потому, что это не вашего ума дело. Вас не должно волновать, кто вам дает кучу гульдов. Или не так?

— Да-да, все верно, — вмешался Скрива, заслышав про гульды. — Заткнись, Гурд. Деньги — всегда деньги, и никогда не пахнут хозяином.

— Да просто интересно… — промямлил, подчиняясь, Гурд.

Тут Урава, решив взять инициативу в свои руки, жадно облизнулся и оскалил щербатую пасть:

— Я им рассказал о вашем предложении. Они готовы взяться… Да? — Он посмотрел на Скриву.

— Да-да, — подхватил Скрива. — Вам надо кой-кого отправить к праотцам?

— Хоть к правнукам… — влез Гурд.

— Раз плюнуть, — закончил Скрива и принял позу народного героя, сразившего медведя, едва разделавшись с соской. — За пятьдесят тысяч.

— Долгой жизни! — Моури встал и направился к двери.

— Эй-эй, вернитесь! Я пошутил, — Скрива вскочил из-за стола будто его лишили наследства и отчаянно замахал руками. Гурд зажмурил глаза и обхватил голову.

Моури задержался на пороге, обернулся и процедил сквозь зубы:

— Послушайте, идиоты, вы можете говорить серьезно?

— Можем… Можем… — проскулил Скрива.

— Четыре зита, — бросил Моури хозяину притона, возвращаясь к столику. Усевшись на место, он хмуро посмотрел на Скриву. — Я не понимаю дурацких шуток. Ясно?

— Да-да. Забудем, — пробубнил Скрива. — У нас к вам есть парочка вопросов.

— Валяйте.

— Во-первых, имя. И потом, деньги. Где гарантия…

— Хэдж-Ридарта, полковник, — Моури нацарапал на клочке бумаги адрес и протянул Скриве.

— Понятно. А деньги?

— Я даю задаток — пять тысяч. Остальные, пятнадцать, потом, — Моури обвел троицу холодным взглядом, — после того, как о вашей работе протрубят все газеты. А до тех пор не получите больше ни одной вшивой десятки.

— Вы не очень-то нам доверяете, — посмурнев, произнес Скрива.

— А вы?

— Мы тоже.

— Так вот: у меня — целый список. И если я нарушу обещание и не заплачу за первую голову, вы, как я думаю, больше не ударите палец о палец. Не так ли?

— Само собой!

— Более того — при первом удобном случае вы свернете мне шею, если я с вами не рассчитаюсь.

— Это точно.

— Ну, вот видите! А если вы подведете меня, то сами окажетесь с носом. Я плачу гораздо больше, нежели Кайтемпи. Или вы не хотите разбогатеть?

— Давайте, выкладывайте свой задаток, — поставил точку Скрива.

Моури передал под столом пакет. Братья долго пересчитывали деньги, наконец Скрива поднял на Моури горящие глаза.

— Порядок, хозяин, — сказал он. — Считайте, что вы нас купили. А кто такой этот Хэдж-Ридарта?

— Мелкая сошка. Но слишком долго задержался на этом свете.

На самом деле, Хэдж-Ридарта значился в городском справочнике командующим боевым подразделением космического десанта. Но это еще не все: Моури обнаружил его имя в одном из досье покойного Салланы. Коротенькое донесение, из которого выходило, что Ридарта к тому же посвящен в тайны Кайтемпи.

— А чем же он вам не угодил? — поинтересовался Гурд.

— Заткнись, Гурд. Сколько раз тебе повторять! — предупредив ответ Моури, цыкнул на брата Скрива. — Я — главный, понял? Даже за двадцать тысяч ты не можешь заткнуть свое хлебало!

— Видел ты эти гульды, как же! Мы их еще не получили, — обиженно промычал Гурд.

— Получите, получите, — успокоил Моури. — И даже больше, чем в состоянии вообразить. В тот день, когда я узнаю о смерти Ридарта, я буду здесь; в это же время, с деньгами и следующим именем. Усвоили? Если вдруг не приду, — ждите на следующий день.

— Лучше приходите вовремя, — сверкнув глазами, прошипел Гурд.

— А какой процент буду иметь я? — подал голос Урава.

Моури посмотрел на Скриву.

— Ну, сколько ты отвалишь посреднику?

— Кто? Я? — Захваченный врасплох Скрива резко вскинул голову.

— Ты, ты… Отвечай, не видишь, парень жаждет комиссионных. Или, ты думаешь, опять я буду платить? Думаешь, я сделан из денег?