- Это и мой врач тоже, - воскликнул Конгросян. - Прекраснейший человек. Я только что с ним разговаривал.

Собеседник пристально посмотрел на Конгросяна. Затем произнес очень медленно, тщательно подбирая слова:

- Это вы говорили по телефону. Вызывали доктора Саперба. А я в тот момент был в его кабинете.

В беседу вступил продавец марсолетов.

- Мистер Страйкрок, если вы не против прогуляться со мною, то я сначала проинструктирую вас, как управлять аппаратом. Так, на всякий случай. И вы можете выбрать себе тот, который вам больше всего понравится.

Повернувшись к Конгросяну, сказал:

- Я смогу помочь вам через пару минут. Потерпите, пожалуйста.

- В-вы м-меня можете в-видеть? - заикаясь, вымолвил Конгросян.

- Я могу увидеть каждого, - ответил продавец, - дайте мне только достаточно времени.

С этими словами он вместе со Страйкроком вышел из конторы.

"Успокойтесь", - произнесла папоола, разумеется мысленно. В конторе она осталась, очевидно, для того, чтобы составить ему компанию. Все в полном порядке. Мистер Миллер не оставит вас без внимания и очень-очень скоро займется вами."

Ее слова стали звучать все более проникновенно, она убаюкивала его.

"Миллер Эл всюду поспел", - нараспев продолжала она.

Неожиданно мистер Страйкрок вернулся в контору и обратился к Конгросяну:

- Я вот только что вспомнил, кто вы! Вы знаменитый пианист, который всегда играет для Николь в Белом доме: Вы Ричард Конгросян.

- Да, удивился Конгросян, довольный тем, что его узнали.

Однако, просто на всякий случай, он несколько отодвинулся от Страйкрока, чтобы не вызывать у него отвращения своим запахом.

- Я поражен тем, что вы в состоянии меня видеть; еще совсем недавно я был фактически невидимым… именно по этому вопросу я консультировался с Эгоном Сапербом по телефону. В настоящее время я ищу возможности возродиться заново. Вот почему я собираюсь эмигрировать. Здесь, на Земле, - я уже абсолютно четко представляю себе это - для меня не остается ни малейшей надежды.

- Я в состоянии понять чувства, которые вами владеют, - кивнул Страйкрок. - Совсем недавно я оставил свою работу. Здесь меня уже ничто и никто не удерживает, ни мой брат, ни… - он осекся, лицо его помрачнело.

- Никто. Я отбываю один, совершенно один.

- Послушайте-ка, - начал Конгросян, повинуясь какому-то неожиданному порыву, - почему бы нам не эмигрировать вместе? Или… неужели вас так сильно отталкивает исходящий от меня мерзкий запах?

Страйкрок, казалось, не понимал, о чем он говорит.

- Эмигрировать вместе? Вы имеете в виду застолбить на двоих участок земли и стать партнерами?

- Денег у меня куча, - продолжал Конгросян, - Гонорары за мои выступления. Мне ничего не стоит профинансировать нас обоих.

Безусловно, деньги его волновали в самой меньшей мере. Возможно, ему удастся помочь этому мистеру Страйкроку, который, как-никак, только что оставил свою работу.

- Может быть, у нас что-нибудь и получится, - задумчиво произнес Страйкрок. - На Марсе, скорее всего, чертовски одиноко: у нас даже соседей никаких не будет, разве что симулакроны. А я достаточно на них насмотрелся, чтобы в упор их не видеть всю оставшуюся жизнь.

Продавец, мистер Миллер, вошел в контору с несколько обеспокоенным видом.

- Нам нужен только один марсолет на двоих, - сообщил ему Страйкрок. Мы с Конгросяном эмигрируем вместе и становимся партнерами.

Мистер Миллер пожал плечами и предложил:

- Тогда я покажу вам несколько большую по величине модель, рассчитанную на семью.

Открыв дверь, он пропустил мимо себя Конгросяна и Страйкрока. вышедших на территорию стоянки.

- Вы знакомы друг с другом? - поинтересовался он.

- Вот только что познакомились, - пояснил Страйкрок. - Но проблемы у нас обоих одни и те же. Мы невидимы здесь, на Земле. Так можно коротко их обозначить.

- Что да, то да, - согласился Конгросян. - Раз уж я стал совершенно неразличим человеческому глазу, то, очевидно, самая пора эмигрировать.

- Пожалуй, это так, если здесь уместно мое мнение, - несколько язвительно согласился мистер Миллер.

***

Мужчина на экране видеофона произнес:

- Меня зовут Меррил Джадд, я из "АГ Хемие". Простите, что побеспокоил вас.

- Выкладывайте, - перебила его Джанет Раймер, усаживаясь поудобнее за своим небольшим аккуратным письменным столом.

Кивнув своей секретарше, она велела тотчас же закрыть дверь, чтобы не доносился шум из коридоров Белого дома.

- Это имеет какое-то отношение к Ричарду Конгросяну?

- Верно, - кивнуло на экране миниатюрное изображение лица Меррила Джадда. - Именно по этой причине мне пришла в голову мысль связаться с вами, зная о тех тесных узах, что связывают Конгросяна с Белым домом. Мне показалось вполне логичным, что вам захочется узнать об этом. Я попытался, примерно полчаса тому назад навестить Конгросяна в нейропсихиатрической больнице "Франклин Эймс" в Сан-Франциско. Он исчез. Персонал никак не может определить его местонахождение.

- Понятно, - кивнула Джанет Раймер.

- По всей вероятности, он очень болен. Судя по тому, что он говорил мне…

- Да, - подтвердила Джанет, - он очень болен. У вас есть еще информация для нас? Если нет, то мне хотелось бы начать работать над этим прямо сейчас.

У психохимиотерапевта "АГ Хемие" никакой другой информации не было.

Он дал отбой, и Джанет позвонила по внутренней сети, пытаясь связаться с другими станциями Белого дома, пока ей не удалось пробиться к своему номинальному начальнику Гарольду Слеваку.

- Конгросян покинул больницу и исчез. Одному богу известно, куда он может запропаститься, возможно, он вернется в Дженнер - нам следует это проверить. Честно говоря, я считаю, что следует привлечь НП. Конгросян для нас жизненно важен.

- Жизненно важен, - эхом повторил Слевак, морща нос. - Ну что ж, давайте лучше скажем, что он нам нравится. Я получу разрешение Николь привлечь полицию. Мне кажется, вы правы в своей оценке ситуации.

Слевак без особого воодушевления дал отбой. Джанет положила трубку.

Она сделала все, что могла; теперь дальнейшее от нее уже не зависело.

Следующее, что до нее дошло, это то, что в ее кабинет вошел представитель НП с записной книжкой в руке. Уайлдер Пемброук - она сталкивалась с ним множество раз, когда он занимал должности пониже, уселся напротив нее и начал свой доклад.

- Я уже проверил "Франклин Эймс", - уполномоченный НП задумчиво поглядел на нее. - Похоже на то, что Конгросян связывался по видеофону с доктором Эгоном Сапербом - вы знаете, кто это: единственный оставшийся психоаналитик. После этого он не оставил почти никаких следов. Как вы полагаете, Конгросян виделся с Сапербом перед этим?

- Да, разумеется, - ответила Джанет. - И не один раз.

- Куда, по вашему мнению, он мог бы отправиться?…

Если не считать Дженнера…

- Там его нет. Наш человек дежурит там.

- Тогда - не знаю. Спросите у Саперба.

- Мы это сделали, - сказал Пемброук.

Она рассмеялась.

- Может быть, он присоединился к Бернгарду Гольцу?

Комиссара такая возможность нисколько не забавляла. Лицо его оставалось суровым.

- Мы, разумеется, проверим и это. И еще всегда имеется возможность забрести на одну из стоянок Луни Люка, этих летающих по ночам марсолетов.

Они, похоже, оказываются в самое подходящее время в самых подходящих местах. Одному богу известно, как это им удается, но это почему-то именно так. Из всех возможностей… - Пемброук как бы рассуждал вслух, вне обращая ни на кого внимания, и притом весьма оживленно. - Что касается меня, я считают такой вариант наихудшим.

- Конгросян никогда не отправится на Марс, - заметила Джанет.

- Там нет рынка для его таланта, вот что; кому там нужны пианисты?

Несмотря на все свои эксцентричные выходки, Ричард очень умен. Он прекрасно это понимает.

- Может быть, он забросит игру, предложил Пемброук. - Заменит ее чем-нибудь получше.

- Хотела бы поглядеть, какой фермер может выйти из психокинетика.

- А может быть, - снова предположил Пемброук, - именно такие вот мысли и владеют сейчас Конгросяном?

- Я… мне кажется, он захотел бы взять туда и свою жену с сыном.

- Скорее всего, что нет. Возможно, в этом-то и заключается вся суть происходящего. Вы когда-нибудь видели этого мальчика? Его сына? Вам известен район, где находится Дженнером? Вы знаете, что с ним произошло?

- Да, - выдавила Джанет.

- Тогда вам все ясно.

Они оба замолчали.

***

Ян Дункан только-только расположился поудобнее в обитом кожей кресле напротив д-ра Эгона Саперба, когда в кабинет ворвалась группа агентом НП.

- Вам придется подождать с оказанием ваших услуг, - заявил молодой остролицый главарь НП после того, как на мгновение предъявил Сапербу свое удостоверение. - Ричард Конгросян исчез из "Франклин Эймс", и мы пытаемся отыскать его. Он с вами связывался?

- Нет, - ответил д-р Саперб, - он позвонил мне раньше - тогда, когда он еще был…

- Нам это известно. - Агент НП в упор поглядел на Саперба. - Как, по вашему мнению, мог Конгросян присоединиться к сыновьям Иова?

Ответ последовал незамедлительно:

- Это абсолютно исключено.

- Прекрасно, - старший сделал какую-то пометку. - А как по-вашему, есть ли хоть малейшая возможность того, что он связался с людьми Луни Люка? Эмигрировал или предпринимает попытку эмигрировать с помощью марсолетов?

После длительного раздумья д-р Саперб произнес:

- Полагаю, такая возможность в высшей степени вероятна. Ему нужно уединение, он давно уже его ищет.

Старший полисмен закрыл свой блокнот и повернулся к своим подчиненным.

- Вот так-то. Стоянки следует немедленно прикрыть. Затем через свое переносное переговорное устройство он сообщил:

- Доктор Саперб склоняется в пользу стоянок, но никак не на сыновей Иова. Как я полагаю, нам следует с ним согласиться. Доктор высказывается совершенно определенно. Проверьте сейчас же район Сан-Франциско, установите, не появилась ли там одна из стоянок. Благодарю вас.

Затем о снова повернулся к д-ру Сапербу.

- Мы высоко ценим вашу помощь. Если он снова свяжется с вами, известите, пожалуйста, нас.

Он положил вою визитную карточку на письменный стол Саперба.

- Постарайтесь с ним… помягче, - посоветовал Саперб, - если его отыщете. Он очень, очень болен.

Полисмен подмял на него взор, слегка улыбнулся, а затем вся компания покинула кабинет. Дверь за ними закрылась. Ян Дункан и д-р Саперб снова остались одни.

Отрешенным, осипшим голосом Ян Дункан произнес:

- Мне придется проконсультироваться у вас как-нибудь в другой раз. Он нерешительно поднялся. - До свидания.

Что- то случилось? -спросил д-р Саперб, тоже поднимаясь.

- Мне нужно уходить, - Ян Дункан дернул за ручку двери, с трудом отворил ее и исчез.

Дверь за ним захлопнулась. Странно, подумалось Сапербу. У этого человека - Дункана, что ли - не было даже возможности начать обсуждать со мной свои трудности. Почему появление НП столь сильно разволновало его?

Поразмыслив некоторое время, но не найдя ответа, он сова расположился за письменным столом и попросил Аманду Коннерс впустить следующего пациента. Вся приемная была полна людей, среди пациентов были и женщины, все они исподтишка следили за каждым движением Аманды.

- Слушаюсь, доктор, - раздался ее приятный голос, что более, чем обычно, ободрило д-ра Саперба.