— Мы разберемся, генерал-канонир Тутор-Pop, для того на борту и имеется Наблюдательный Комитет, — сказал Мурашу-Дид, глядя в глаза командиру «горы» и зловеще ухмыляясь. — Во всем, во всем разберемся. Ваши помощники уже дают показания. Скажу вам, там имеется достаточно интересных фактиков, просто до ужаса интересных.

И верный друг Честного Меча весело-весело захохотал. Наверное, имелся повод.

97. ТЕЛЕНАБЛЮДЕНИЕ

Среди офицерского состава «Сонного ящера» ходили слухи, что когда-то при разработке и проектировании «боевых гор» существовали планы оснащения гига-танков системой внутреннего теленаблюдения, и вроде бы даже автоматизированной. Этого не случилось. По каким причинам? Скорее всего существовал целый комплекс объяснений. Весьма вероятно, не последнее место здесь сыграли экономические затраты. Хотя на первый взгляд кажется, что оснастить пять тысяч помещений видеокамерами и соединить их волноводами проще простого — вон сколько сотен километров проводов уже вдето во внутренности «Сони». Однако в реальности для длительной эксплуатации потребуются не только камеры, а еще куча специалистов, необходимых для их ремонта, замены и профилактики. Понадобятся натасканные инженеры, держащие в голове всю соединительную сеть, придется позаботиться о графике дежурств особых наблюдателей. Все эти новые штатные единицы вынудят обеспечивать их помещениями, койко-местами, пищей, водой и воздухом (не будем забывать, что и этой естественной составляющей планетарной среды обитания «боевая гора» снабжается принудительно). В конце концов это потребует даже достройки сортиров для соблюдения уставом предусмотренного соотношения — одно очко на двадцать ж… Короче, полезное вроде бы начинание выливается в довольно увесистую надбавку к первоначально задуманной стоимости «горы». Нет, разумеется, любой из гига-калибров побивает эту растрату играючи, однако разница существенна в другом. Из-за этих самых гига-калибров и затевалась вся постройка. Но зачем гигантской машине, назначенной к высадке на враждебный континент, система внутреннего наблюдения? Разве она готовится для абордажных боев и собирается пускать внутрь себя имперскую пехоту? Конечно же, в далеком походе может случиться всякое, но ведь для таковых казусов есть проверенные делом друзья Честного Меча. Их чудесные уши, расчетливые головы, толстые руки и упитанные животы всегда являлись надежным буфером против недостаточно уставных поползновений экипажей. Кто мог знать, что теперь, через столько циклов безаварийной эксплуатации, некоторым людям в «Ящере» очень пригодилась бы система внутреннего наблюдения?

Однако ее не было, и при достаточном везении Хорис-Тат мог путешествовать по «чреву» гига-танка, опасаясь только людей, а вовсе не замаскированных в щели глазастых микрокамер. Так что вопрос для танкового лейтенанта стоял вовсе не о выискивании по углам черных широкофокусных зрачков, а несколько в другом. Перво-наперво смущали цели самого путешествия. В чем теперь побудительная причина скитаний, кроме естественного желания выжить?

98. ПЕРСПЕКТИВЫ

— Мой милый Тутор, — с сострадательной миной оскалился Мурашу-Дид, уже самим обращением унижая генерала-канонира, — в Республике было испокон веку принято называть старших по званию, в крайнем случае — по приставке имени, но никак не по первичному — юношескому. Своим обращением друг Честного Меча сразу расставлял акценты, кто и кому с этого момента обязан повиноваться. — Зачем вы влезли в области, о которых имеете самое смутное представление? Ваше дело — командовать этой железной «горой», зачем вы занялись другим?

— Хотите пришить мне предательство? — спросил Тутор-Pop без особого интереса.

— А разве его не было, милый Тутор? — Мурашу-Дид расцвел, высветив миру черно-матовые вставные зубы, выточенные из гребня пермалогуса ползучего. — В боевой обстановке за таковой проступок рядовой состав может быть подвергнут… Чему? А с вашего уровня, канонир-генерал Тутор, можно вообще снимать головы младшему офицерскому звену, правда? И что я должен делать с вами? По инструкции, вас сейчас нужно грузить в самый скоростной из возможных транспортов и волочь в родные края или на Плавучий Остров, так? Для разбирательств и суда генеральской чести, если не ошибаюсь. Вы готовы к поездке, Тутор?

— Жалко, у меня не получилось, — вздохнул генерал-канонир. — Уж кого-кого, а вас я бы вздернул на главном калибре. Вы мне так надоели, Мурашу. Даже не вы сами, а вообще ваш Комитет.

— О наш великий, кровожадный Тутор-Pop. А ручки-то оказались коротки, очень-очень коротки. — Друг Честного Меча расцвел: мерцали в свете лампы полированные зубы. — Я же говорю, не за свое дело взялись. Переворот — дело тон кое, это вам не калибры в зенит пялить. Думали, Мурашу-Дид профан, только «Саблезубую» умеет лакать и все? Оказалось, не все так просто. Дорогой мой канонир, я раскусил ваши приготовления еще в самом начале.

— Как же, — хмуро усмехнулся Тутор-Pop. — А то, как будто мы не успели придушить кое-кого из ваших сволочей-помощников.

— О генеральская наивность, — почти пропел Мурашу-Дид. — Кто имеется в виду? — Он заговорщически понизил голос до шепота: — Ульвар и Мет? Правильно сделали, что отправили их к Оторванной Голове Черепахи. Они мне так надоели, они же были дураки, вы не находите, Тутор?

— А вы, Мурашу, не боитесь, что я, будучи на Острове, доложу о ваших высказываниях куда не надо?

— Конечно, доложите, мой милый генерал Тутор, еще как доложите. Там к вам применят такие методы дознания, что вы не только это, вы всю свою жизнь припомните и запротоколируете в голове. Жалко, правда, ненадолго. — Мурашу-Дид растянул улыбочку еще шире, практически до ушей.

— Ладно, шутки шутками, но когда будете отправлять меня .«тянитолкаем», — посоветовал генерал-канонир с полной серьезностью, — не забудьте сразу же переместить «Ящер» километров на десять, если не хотите получить в борт мегатонн десять.

— Вы так за меня волнуетесь, благородный Тутор-Pop? — продолжал пахнуть розами друг Меча. — Ах да, не за меня, за вверенный под крылышко личный состав. Ой нет, ошибся. За вверенную в управление железяку — «боевую гору». Так? Знаю, знаю, что так. — Мурашу-Дид привстал с кресла и приблизил голову к лицу генерал-канонира. — А может, Тутор, мы проведем здесь, на борту «Сони», предварительное дознание? Немного развеем туман неизвестности. Как вы думаете? Наличие боевой обстановки позволяет. Вдруг ваш заговор — только первый акт, и вот-вот грянет второй? Мне никак нельзя допустить полного разложения на борту, за это верхи Наблюдательного Комитета по темечку не погладят. Да и время терять нельзя. Пока туда, на Остров, пока распоряжения оттуда. Тоска. Да и где он сейчас бродит-ходит, тот Остров? Где дрейфует? Может, он с противоположной от нас стороны Геи, а? Нельзя, нельзя времечко терять. Начнем мы расследование прямо-таки сейчас, друг Тутор. Ничего не поделаешь. Вроде бы и неудобно старшему по званию-должности надоедать, да никуда не денешься — служба. А дабы не разлагать нижние чины, придется мне самому за дело браться. — Чернозубая улыбочка Мурашу-Дида внезапно приобрела волчий оскал. Тутор-Рор вспомнил, что эрэнкашник любил лично принимать участие в допросах. А там, где были допросы, там обычно имели место пытки. Правда, до сего момента пытки применялись только к враждебной расе эйрарбаков, но кто мешал раздвинуть диапазон вширь? В сегодняшней ситуации абсолютно никто.

99. ВСТРЕЧИ

Иногда в процессе вроде бы осмысленных, но по большому счету бестолковых перемещений по коридорам, складам и даже вентиляционным трубам он натыкался на людей. Тогда он вскидывал свою тяжелую двенадцатистволку и держал их на мушке, пока они не исчезали за поворотом, дверью либо еще чем-нибудь. Конечно, гораздо чаще он делал это сам. Хуже было, когда на его пути вставала темная форма друзей Честного Меча. Тогда все зависело от обстановки и ничего от собственных нейронов в голове. Если врагов оказывалось много, а он, скрючившись, дремал в вентиляционной нише, в, насколько это возможно, обтекающем воздушном потоке, их можно было пропустить мимо, считая секунды и молясь, чтобы никто из них не повернул головы. Но если он сам был на виду, то никакое соотношение сил не имело значения — он сразу начинал стрелять и делал это, пока не падал последний из встретившихся. А дважды вообще складывалась удобнейшая для безнаказанного убийства ситуация — он встречался с эрэнкашниками один на один. Вот только они это не ждали, а может, просто плошали в самый важный для жизни момент. Ну, а двенадцатиствольный пехотный игломет творил свое дело быстро.

Для чего он этим занимался? А что еще оставалось в столь бесперспективной ситуации? Мог ли он осуществить то, что должна делать вся штурмовая группа? Тем более теперь, когда ясно, что кто-то выдал их план? Ведь недаром на склад прибыли те трое, укокошенные первыми поклонники Честного Меча? Ведь не гига-снаряды они пришли красть. В карманах, что ли, они бы несли пятидесятитонные бомбы? Они явно проверяли помещение на присутствие гостей и уже знали, что скорее всего их там не будет, иначе бы «друзья» явились гораздо большей и настороженной кучей. Видно, случившееся на внешней броне событие было для них не новостью, и они или их начальники были уверены, что в помещение вряд ли кто-то реально проник. Предательство налицо. И, значит, по большому счету уже стало вообще совершенно неясно, с кем теперь нужно воевать, а кого щадить.

100. ПОРАЖЕНИЕ

«Лучший выход, в теперешнем положении — покончить самоубийством, — отрешенно размышлял Тутор-Pop, попривыкнув к пристегнутым наручникам, — но ведь не дадут же, гады». Он обвел взглядом вовсе не пустую, но, на его привыкший к информационной перенасыщенности взгляд, совсем полую комнату: ученик Честного Меча у входа его не занимал, а кроме него, в каюте не было ни одного предмета сложнее откидной полки. «Хоть бы подшивку оперсводок принесли, пусть даже за прошлый месяц, — помечтал генерал-канонир. — О чем я думаю? — невесело улыбнулся он про себя. — Скучно? А каково будет там — в мире, из которого вынырнул Мертвый Драконий Глаз. Кстати, не видно теперь неба ни в какой телескоп: интересно, может быть, он снова потух? Странные штуки звезды, если смотреть с точки зрения науки. Неужели правда, все три, столь разные светила одной природы? Где-то он о такой теории слышат. Бред, конечно. Но в принципе, если объединить Рыжую Мать, Кровавый Пожиратель и этот Драконий Глаз — что у них общего? Понятно дураку — излучение энергии вовне. Неужели у них внутри и правда идет непрерывный подрыв водородной бомбы? Вот это мощность!»

Совсем еще не старый генерал несколько загрустил. Он подумал, что со своим увлечением тактикой и погружением в хозяйственную жизнь «боевой горы» не успел узнать о строении Вселенной самого главного. «Может, попросить почитать учебник астрономии? — прикинул он вариант предсмертного развлечения. — В качестве последней просьбы приговоренного. Вдохновиться перед уходом в мир иной и нагрузиться отрешенностью под завязку перед пытками? Вряд ли дадут, сволочи. Да и есть ли на борту „Ящера“ такой учебник?»

Тутор-Pop снова растянулся на откидной койке. Со сцепленными руками лежать было неудобно, но, слава Рыжей Матери, «браслеты» защелкнули впереди, и можно даже завалиться на спину, подложив под голову перехлестнутые руки. Допустимо еще поспать. Правда, совсем недавно он уже делал это, но можно ведь было продолжить получение бесплатного удовольствия. Кто мешал? Раньше, в суматошном командирском бытии, это как-то не очень получалось. Однако как можно спать? Как можно наслаждаться чем-то, когда где-то в недрах гига-танка какие-то из отсеков уже превратились в камеры пыток? Там уже корчатся, выплевывая кровавую пену, молодые ребята, бывшие соучастники заговора. Как можно наслаждаться сном, пусть и на незастеленной, твердой, бесперинной коечке, зная, что это ты их втянул в историю, в так хорошо продуманную и законспирированную на первый взгляд, но в действительности, как оказалось — авантюру чистой воды? И главное, что пытать их Мурашу-Дид может, не нарушая никаких пунктов своего устава Честного Меча. Правда, что есть эти пункты в боевой отрешенности «Сонного ящера»? Так, словесная завеса. Даже его, генерал-канонирское тело не сильно они прикроют, а что говорить о мальчишках-офицерах? Мурашу-Дид может вообще отдать их на растерзание ученикам Честного Меча, а у тех прыти и азарта не занимать — план с перевыполнением и в сжатые сроки.

«Но, если честно, — размышлял далее сквозь наваливающуюся дрему Тутор-Pop, — разве только о своих молодых соратниках я пекусь? Прав все-таки „верный друг“ Мурашу-Дид, больше всего пекусь я о не защитившем меня железе, любимом „Сонном ящере“. Что-то с тобой сейчас деется, милый друг „Соня“? Не наводятся ли на твои покатые бока боеголовки „баков“? И успею ли я узнать об этом прежде, чем содрогнется приплюснутое миллионотонное яйцо, давя во внутренностях тараканов-человечков? И кто сейчас управляет гига-машиной, если арестованы все участники заговора?»

И на этот, и на другие вопросы у генерал-канонира не имелось ответа. Он не был уверен, что вообще когда-нибудь получит их, хотя надежда теплилась: не зря говорят, что она умирает последней.

101. НЕИЗВЕСТНОСТЬ

Хорис-Тат по-прежнему терялся в догадках, что конкретно произошло с внешней стороны «Сонного ящера». Если бы не последующие события, можно было бы наивничать насчет случайного совпадения моментов перемещения «альпинистов» с ракетно-снарядной атакой эйрарбаков, но…

Однажды, во время настороженной дремы между какими-то теплыми трубами, броне-лейтенант Хорис предположил, что против них применили гига-калибр. Фугасный снаряд вышел из ствола и тут же взорвался. Хорис-Тат не был специалистом по гига-пушкам, но считал такое допущение возможным. В других обстоятельствах можно было бы гордиться: оказывается, их отряда так боялись, что даже рискнули подвергнуть опасности весь «Ящер».

Однако то, что происходило сейчас, волновало еще больше. Все-таки с кем теперь следовало воевать? Может быть, в подвижной крепости уже заключен мир и теперь он является эдаким реликтом, воюющим с тенями? Что следовало делать? С кем, у кого и как выяснять обстановку? Вдруг, наоборот, внутренняя битва в самом разгаре и его неплановые боевые действия играют какую-то положительную роль? Но где получить новые, расширенные инструкции?

С другой стороны, судя по относительной беспечности и удивленным лицам встречающихся техников, сражения вряд ли приобрели серьезный масштаб. Может быть, все замяли, а все трупы списали на не могущих быть привлеченными к ответственности эйрарбаков? Тогда лучший вариант даже для такого честного на первичный взгляд генерал-канонира — это замести следы до конца, то есть сдернуть со сцены последнего активного актера, к тому же не знающего сценария и лишенного помощи статистов. Если они, эти неизвестные теперь объединенные силы, не побрезговали обратить в пыль «квадратную пятерню» спешенных танкодесантников, что им стоит довершить партию и выловить одиноко бродящего по коридорам броне-лейтенанта?

Однако Хорис-Тат вовсе не собирался им подыгрывать.

102. ТОРГОВЛЯ

— Ну, что, генерал-канонир, поговорим? — Сейчас Мурашу-Дид выглядел не столь веселым, как раньше, но о чем это могло рассказать, ведь почти наверняка тогда присутствовало не истинное выражение, а маска.

— На какую тему? — Тутор-Pop держал себя в руках, но предатель-сердце все же ускорило ритм — оно предчувствовало впереди почерневшую палитру боли,

— О вас, разумеется. Что делать-то будем?

— Знаете, Мурашу, я почему-то надеялся, что Расовый Комитет задает вопросы, на которые можно ответить односложно: «да», «нет». К столь размазанным, двусмысленным или даже многосмысленным загадкам я морально не готов.

— Ну, генерал, как проверенный командир «боевых гор», вы должны быть готовы ко всему. Не разочаровывайте меня, пожалуйста, а то я буду плохо спать, неуверенный в доблести наших армейских героев. — Мурашу-Дид снова оскалился улыбочкой. — Скажите-ка мне, Тутор, в чем была цель вашего восстания, кроме истребления приверженцев Честного Меча?

— Вы что, еще не в курсе? Я снова удивлен. Неужели Комитет столь нерасторопно работает?

— Генерал Тутор, если вы пытаетесь меня уколоть, оскорбляя РНК, можете не тратить красноречие. В чем была цель?

— Цель, мой любопытный боевой товарищ, донельзя проста, даже тривиальна — спасти собственную шкуру. — Тутор-Рор пошевелил плечами, руки давно затекли, а внизу занемели. Мурашу-Дид не зря имел большой эрэнкашный стаж, он тут же понял, в чем дело, и отдал распоряжение.

И с генерала-канонира сняли наручники. — Спасибо! — кивнул он другу Меча и принялся растирать немного распухшие кисти.

— Генерал Тутор, — придвинулся к арестованному Мурашу-Дид и одновременно подал какой-то знак охране. Те мгновенно удалились на предельное для просторной кают-компании расстояние, прислонились спинами к самой далекой стене. — Я спрашиваю серьезно, какова вероятность осуществления вашего провалившегося плана? Понятное дело, в части, касающейся фазы выхода из войны.

— Я что — Рыжая Мать или гигант, пожирающий кровь, и ведаю утвержденными свыше орбитами? Откуда я могу знать будущее?

— Послушайте, генерал Тутор, однажды я изучал одно дело, совсем не из военно-морской плоскости — из научной. Там один разоблаченный горе-ученый в своих неопубликованных работах доказывал, что можно изобрести говорящую машину, которая будет имитировать человеческий разговор похожим на применяемый вами методом. То есть на каждый вопрос она будет задавать сходный противовопрос. Этот сосланный за Южный полярный круг чудак утверждал, что в таком диалоге нельзя будет установить, кто с вами беседует — машина или живой человек. Вы, генерал, случайно не знакомы с тем забытым миром пройдохой?

— Нет, не имел чести, — пожал плечами Тутор-Pop, про себя удивившись познаниям «верного друга».

— И тем не менее понятно, о чем я сказал, генерал? Ваше дело сейчас отвечать на мои вопросы. Не заставляйте меня прибегать к другим методам выколачивания ответа. Я хочу знать о вероятности выполнения второй фазы вашего безумного плана. Как вы сами считали, насколько он выполним?

— Думаю, некоторый шанс имелся, — снова двинул плечами генерал-канонир. — По крайней мере он был больше, чем выжить в нескольких десятках боев с «баками». Тут шанс вообще нулевой. Слушайте, Мурашу, может, у вас имеются какие-нибудь стенограммы моих разговоров с другими? Там все сказано, зачем мне повторяться?

— Опять, Тутор, вы задаете встречные вопросы. Не прикидывайтесь этой теоретически предсказанной машиной. Как вы ни любите механизмы, вам все же не дано в них превратиться.

— Слушайте, Мурашу, к чему клонятся ваши собственные вопросы? О чем идет речь?

— Знаете, что мне пришло в голову, генерал? А не нанесу ли я вред Республике Брашей, если отправлю вас на родину? Может, лучше вы покаетесь в грехах и снова приступите к своим обязанностям.

Это было совсем неожиданное предложение. Зная повадки Мурашу, Тутор-Pop предположил, что сейчас последует какое-нибудь подленькое встречное условие.

— А что? Ваша организация разгромлена, — разглагольствовал далее друг Честного Меча, — приставим к вам охрану, и будете работать спокойно. Правильно? А уж потом, после войны, разберемся со старыми грешками. Вдруг к тому времени вы их успешно перевесите ратными заслугами, так ведь?

— Почему нет? — решил подыграть Тутор-Pop. — На сторону Эйрарбии я не переходил, может, это зачтется?

— И то верно, — продемонстрировал черноту зубов Мурашу-Дид. — Так согласны?

— Ясное дело, — кивнул генерал-канонир. — По рукам?

— Конечно, генерал, — удлинил лицевой оскал эрэнкашник.

Они играли в какую-то игру, но в чем был ее смысл, для Тутора-Рора оставалось загадкой. Он решил удвоить ставки.

— Но у меня есть условие, мой друг Мурашу-Дид.

— У вас условие? — заулыбался пуще прежнего комитетчик. — Не слишком ли, Тутор?

— Нет, вовсе нет, — встречно улыбнулся генерал-канонир. — Ведь все для пользы родимой Республики.

— Ах, для пользы? Тогда весь внимание, — стелил далее старший эрэнкашник.

— Для успешного управления «боевой горой» мне нужны мои помощники и еще кое-кто из арестованных вами.

— Правда? — ничуть не изменился в лучезарности Мурашу-Дид. — Может, и так, только у меня к вам, любезный Тутор, тоже кое-что имеется.

— Внимаю, — внутренне напрягся генерал. Сейчас можно было ожидать чего угодно, даже удара под дых или же куда пониже.

— Я ознакомился с вашим планом, генерал-канонир. Меня он тоже устраивает. Как насчет продолжения его исполнения? Разумеется, с единственной поправкой — во главе операции буду стоять я, хоть я и ниже по званию. А насчет ваших подчиненных дружков. Не все из них смогут приступить к выполнению обязанностей немедленно, а многие вообще не смогут. Слабенькие оказались, — пояснил с ухмылочкой начальник местного РНК. — Но касательно ваших подопечных мы поговорим позже — это детали. Как насчет моего главного предложения? Готовы вы вести «Сонного ящера» в Скупую долину?

— Когда?

— Да хоть сейчас, генерал.

— А как же высадка наших войск, которую мы должны прикрывать?

— Разве она вас еще интересует, Тутор? Стоит ли рисковать зря? — И тут Мурашу-Дид наконец-то захохотал. Смех был неприятным, издающий его человек не слишком баловал себя такими экспериментами.

В этот момент генерал-канонир догадался, для чего это делается. Предложение верного друга Меча было абсолютно искренним, но уверенности в положительном ответе не имелось. Именно смех и являлся прикрытием возможности отрицательного ответа: в случае чего свести все к милой армейской шуточке, следовательскому приколу. Ведь случаются и неудачные.

И в мозгах Тутора-Рора вновь замаячили перспективы.

10З. УГРОЗА СТАБИЛЬНОСТИ

Если бы верный друг Честного Меча Мурашу-Дид и даже генерал-канонир Тутор-Pop знали, чем закончатся похождения броне-лейтенанта Хориса-Тата, они бы бросили на борьбу с ним все, что возможно. Однако ни тот ни другой этого не ведали, как и все мы не ведаем будущего. А в отношении генерал-канонира дела обстояли еще хуже, он вообще не знал о том, что хоть кто-то из отряда Хориса, а тем более он сам остался в живых. К тому времени, когда броне-лейтенант только начал проявлять себя как реальный фактор, генерал уже потерпел поражение, и в принципе в его будущем четко маячил призрак сотрудничества с победителями. Вот главу Расового Наблюдательного Комитета «проделки» Хориса-Тата волновали, да и то волновали бы меньше, если бы он знал, что нападения, там и тут совершаемые на друзей Меча, производит всего один человек. Мурашу-Дид подозревал, что на средние палубы проникли человек десять из вроде бы уничтоженного отряда. Потому посланные на уничтожение пришельцев эрэнкашники искали целую банду. Это в какой-то мере «работало» на одиночку Хориса. Там, где способен схорониться один, не спрячется десяток.

Кроме того, действовали и другие факторы. Ведь война на борту «горы» по-прежнему, несмотря на уже льющуюся большими порциями кровь, продолжала вестись тайно, и обе стороны старались не втягивать в нее занятых повседневной службой людей. Гига-танк не висел в пространстве в какой-нибудь космической пустоте, вокруг него был мир, причем до крайности враждебный. И, конечно, главную опасность представлял не какой-то танковый броне-лейтенант, причем без танка, а Империя Эйрарбаков, точнее, те из ее боевых щупалец, которые еще функционировали. Нужно было продолжать маскироваться, ставить помехи эйрарбакским средствам разведки, следить за эфиром и заранее выявлять ползающие где-то за горизонтом опасности. И еще понятно, что у верного друга Меча не бесконечное количество сил, а «Ящер» вначале требовалось захватить целиком, а потом целиком же контролировать. Короче, и без мигрирующего где-то в вентиляционных шахтах лейтенанта проблем у Расового Комитета хватало. Кто знал, что маленькая мышка, ускользнувшая из капкана, несет в себе будущую угрозу стабильности?

Об этом не знал не только РНК, не только «купол», но даже сам Хорис-Тат. Возможно, именно из-за таких проявлений хаоса мир и не может стать предсказуемым?

104. ПЕРСПЕКТИВЫ

— Нет, генерал Тутор, мне ваша Скупая долина прямо-таки нравится, я в нее заочно влюблен, — разглагольствовал председатель комитетчиков Мурашу-Дид, поигрывая пластиной с объемным картографическим изображением. — Действительно, удобное место. И главное, широкий проход всего один. Река протекает. Значит, этот подъем мы перекроем и никто к нам не сунется? А вот мне интересно, радиоактивные облака смогут перебраться через эти горы?

— Не знаю, — прикрыв глаза, соврал Тутор-Pop. Из прочитанных когда-то выкладок Мозгового «пузыря» он знал, что самые мощные атомные взрывы выбрасывают пыль в стратосферу — гораздо выше любых Гор Овальной Цепи, а тем более этих, прошедших стадию горообразования давно. — Будем молиться Рыжей Матери не покладая рук.

— Не покладая рук? — захихикал Мурашу-Дид. — Это вы здорово придумали, Тутор. И действительно, что еще остается, коль женщин у нас на борту негусто. Вы шутник, генерал Тутор. Я ранее, в процессе изучения ваших характеристик и анкет, как-то об этом не догадывался.

— Я тоже, — поддакнул Тутор-Pop из своей полудремы.

— Ладненько мы там заживем, — хихикал далее эрэнкашник, — большой дружной коммуной. Знаете, что это? Их разоблачение — это классика. Операция изучается где-то на первых курсах академии наблюдателей. Была такая большущая секта, мечтала, что когда-нибудь все люди, даже недоразвитые эйрарбаки, будут жить общей, дружной семьей. Но перед этим сектанты планировали провести тотальную замену правительства и вырезать большой слой относительно устроившихся в жизни обывателей. Грамотные люди рассказывают, что подобные банды существуют до сей поры, и даже в добиваемой нами Империи.

— Спасибо за лекцию, друг Меча.

— Подкалываете, Тутор? Ну, что же, вам карты в руки, вы ведь командир нашей «горы», — ухмыльнулся Мурашу-Дид. — Так вот, далее. Заживем мы, значит, припеваючи. Если кто сунется, наш «Соня» пробудится и отразит нападение, правда? Снарядов хватит, так? Слушайте, генерал Тутор, а сможет «Ящер» стрельнуть через горы, если что?

— Сможет. Но зачем? Мы ведь собираемся исчезнуть отсюда тихо, как мыши. Ну а там, если кто-то и полезет через горы, то это будет мелочь. Там пройдет только пехота, а у нас по всей долине будут «Циклопы».

— Понятно, генерал. Теперь, что делать с местными? Я уверен, не всех их нужно утюжить танками, надо ведь кого-нибудь оставить для работы, так?

— Не ожидал от эрэнкашника такой сердобольности, — поднял веки генерал-канонир. — Вы что думаете, я сам людоед? Однако жизнь заставит нас истребить почти всех, кто там проживает.

— Да?

— Да, друг Меча Мурашу, — жестко, словно подчиненному, пояснил Тутор-Pop. — Нам, конечно, нужны будут рабочие руки, но ведь это уже потом, когда кончится период «задувания солнц». До этого никакое сельское хозяйство не сможет функционировать, разве что мы сумеем что-то изобрести какими-нибудь методами гидропоники — энергии в Реакторах у нас хватит на что угодно. А местное население просто нечем будет кормить некоторое время, и, возможно, довольно продолжительное.

— Жаль, жаль. Возникнут проблемы потом, когда Пожиратель и Рыжая Мать снова засияют, — призадумался Мурашу-Дид. — Кстати, может, тогда их и не стоит истреблять? Сами вымрут.

— Не мне вам объяснять, Мурашу, — веско сказал Тутор-Pop. — Голод и отчаяние могут толкнуть даже плохо вооруженных людей на серьезные действия. Не забывайте, не все из нас будут сидеть за пятнадцатиметровыми стенами подвижной крепости. Кроме того, в истории «боевых гор» уже имелся прецедент. Однажды на берег Северного материка, в Голубую долину, выполз наш гига-танк. Противников у него не было, по крайней мере их не обнаружили. Но что-то с ним случилось.

— Да, помню этот случай, — кивнул эрэнкашник, — изучал в счастливые будни закалки юности в ордене Меча. Одна из комиссий установила, что внутри взорвалась бомба, произведенная в Эйрарбии. Как она туда попала, выяснить не удалось. Разумеется, это только одна из версий.

— Так что «зачистку» делать придется.

— Хорошо, генерал Тутор, тут вы меня убедили. И кстати, у меня есть вопрос. На какой срок у нас на борту запасено продовольствие?

— Сравнительно с энергией реактора достаточно малый. Между прочим, это одна из причин, по которой нам покуда не нужно полностью прерывать общение по командной линии.

— Что, есть какие-то мысли?

— Да, Мурашу, имеются.

105. СРЕДА ОБИТАНИЯ

Хотя естественные науки обоих мегаконтинентов терялись в догадках, от кого могли произойти люди планеты Гея, среди огромного количества предположений отсутствовало то, что предками человека явились крысы. Однако, если бы кто-то из ученой братии пронаблюдал за поведением броне-лейтенанта Хориса несколько последних дней, эта гипотеза появилась бы непременно. Как могло быть иначе, если его постоянной, то есть «естественной», средой обитания стали вентиляционные трубы гигантской «боевой горы»? Не все они были достаточно широки для заполнения броне-лейтенантом. Точнее, их поперечного сечения не хватало для вмещения его плеч. Пришлось вначале снять, а потом и совсем забросить бронежилет — ведь в случае внезапного обнаружения друзьями Меча он бы все равно не успевал одеться, — потом выкинуть еще некоторые ранее нужные вещи. Очень мешала передвигаться и теплая одежда, напяленная когда-то группой для преодоления внешнего холода мира, в котором случилось «синхронное задувание солнц». Но одежду оставить не получалось. Кое-где хотя бы на время сна приходилось кутаться, ибо по воздушным колодцам носились туда-сюда вихревые потоки, и некоторые из них сильно напоминали дыхание полярной ночи. Безусловно, встречались и достаточно горячие — отсосы из каких-то приреакторных далей. Эти были не лучше холодных, и возможность выжить в них долго отсутствовала вовсе. (Нет, нет, конечно, не из-за радиации — просто из-за жары).

Хорис-Тат радовался, что прихватил в одном из своих набегов две большущие фляги с водой, но ведь они были не вечны, а помощь извне все не приходила. Генерал Тутор явно втянул его в какую-то авантюру, а теперь предал, бросив на произвол судьбы. Этого нельзя было понять, а главное — нельзя было простить за тех, выброшенных таинственной силой товарищей. Если бы сейчас в одном из вентиляционных проемов внезапно обнаружился кабинет генерал-канонира или его командный пункт, лейтенант Хорис сомневался бы не более одной секунды. И не важно, какое количество вооруженной свиты окружало бы командира «боевой горы». Однако Хорис понятия не имел, как по системе вентиляции добраться до «купола» — центрального пункта боевого управления гига-машиной. Вполне вероятно, это являлось вообще принципиально невозможным.