Как злые языки варить, Нет указаний у Тайвана, Но нужный мне секрет открыть В Макэре я сумел нежданно: Сей чернокнижник окаянный Из черта сделал бы жаркое. В его трудах порывшись рьяно, Я средство вычитал такое.

БАЛЛАДА О ЗАВИСТЛИВЫХ ЯЗЫКАХ

В смертельной смеси ртути с мышьяком, В селитре, в кислоте неразведенной, В свинце, кипящем в чугуне большом, В дурманяшем настое белладонны, В кровях жидовки, к блудодейству склонной, В отжимках из застиранных штанов, В соскребках с грязных ног и башмаков, В поганой слизи ядовитых тварей, В моче лисиц, волков и барсуков Пусть языки завистливые сварят. В мозгах кота, что ест - и то с трудом, По старости давно зубов лишенный, В слюне, что бешеным излита псом, Иль в пене с морды клячи запаленной, Иль в жиже из болотины зловонной, Где не сочтешь пиявок, комаров, Лягушек, жаб и водяных клопов, Где крысы пьют, где бедный скот мытарят Пронзительные жала оводов, Пусть языки завистливые сварят. В гнилой крови, цирюльничьим ножом В прилив при полнолунье отворенной, Что высыхает в миске под окном И кажется то черной, то зеленой, В ошметках плоти, катом изъязвленной, В вонючих выделеньях гнойников, В остатках содержимого тазов, Где площиц, подмываясь, девки шпарят, Как знает завсегдатай бардаков, Пусть языки завистливые сварят. Принц, для столь важной цели из портков Пяток-другой пахучих катышков Добыть не поскупится даже скаред, Но прежде в кале хрюшек и хряков Пусть языки завистливые сварят.

CXXXII

Засим Андре Куро я шлю Свой «Спор с Гонтье» - тут спорить можно: Ведь пререканий не люблю Я лишь с особою вельможной, Зане тягаться безнадежно С тем, кто его куда сильней, Не должен человек ничтожный, Как рек мудрейший из людей.

CXXXIII

Хоть мне смешно Гонтье бояться - Он, как и я, бедняк простой, С ним вынужден я препираться, Поскольку он передо мной Своей кичится нищетой И все, что кажется мне горем, Считает радостью большой. Кто прав из нас? Ну, что ж, поспорим.

БАЛЛАДА-СПОР С ФРАНКОМ ГОНТЬЕ

Каноник-толстопуз на мягком ложе, Вином горячим подкрепляя силы, С Сидонией, красоткой белокожей, Что для удобства вящего и пыла Все как с себя, так и с дружка стащила, Любовной забавляются игрой, Смеются, млеют и пыхтят порой. На них я в щелку глянул осторожно И удалился с завистью немой: Лишь легкой жизнью наслаждаться можно. Гонтье с его Еленою пригожей Судьба столь щедро, знать, не одарила, Не то бы лук, чеснок да хлеб, похожий На глину вкусом, не были им милы. Что лучше - рвать на тощей ниве жилы Иль брюхо тешить сытною едой, Спать с девкой под периной пуховой Иль под кустом в канаве придорожной? Надеюсь я, согласны вы со мной: Лишь легкой жизнью наслаждаться можно. Кто здесь иль в дальнем Вавилоне может Счесть, сколько птиц природа наплодила, Но кров и харч еще ни разу все же Их пенье никому не заменило. Пусть, коль обоим бедность не постыла, Гонтье с Еленой кормятся травой И крыши нет у них над головой. Вольно ж им мыслью вдохновляться ложной! А я свой вывод повторю былой: Лишь легкой жизнью наслаждаться можно. Принц, в нашем споре сделайтесь судьей, Хоть истиною мню я непреложной То, что усвоил с детства разум мой: Лишь легкой жизнью наслаждаться можно.

CXXXIV

Засим прошу, чтоб дали право Девице де Брюйер речисто Изобличать дурные нравы И звать обратно к жизни чистой Шлюх, что толпою голосистой По рынку любят днем бродить. Туда святоше этой истой Я и советую ходить.

БАЛЛАДА О ПАРИЖАНКАХ

Хотя сверх меры, как известно, Словоохотливы тосканки И сильный пол дивят всеместно Болтливостью венецианки, Пьемонтки, неаполитанки, Ломбардки, римлянки, то бишь Любой породы итальянки, Всех на язык бойчей Париж. Уменьем лгать в глаза бесчестно Ошеломляют нас цыганки; Искусницами в пре словесной Слывут венгерки, кастильянки, Да и другие христианки, Но с кем из них ни говоришь И в трезвом виде, и по пьянке, Всех на язык бойчей Париж. Везде стяжают отзыв лестный Бретонки, немки, англичанки, Но их считать отнюдь невместно Ровнёй парижской горожанке. Не след гасконке иль шампанке Тягаться с нею, иль, глядишь, Им худо выйдет в перебранке: Всех на язык бойчей Париж. Принц, красноречье парижанки Так велико, что не сравнишь С ним говорливость чужестранки: Всех на язык бойчей Париж.

CXXXV

К дверям монастыря иль храма, Когда там, платье подтыкая, Кружком садятся наши дамы, Приди и убедись: любая, О чем угодно рассуждая, Так выражается порой, Что думаешь ты, ей внимая: Макробий, что ль, она второй?

CXXXVI

Засим обители старинной, Что на Монмартре, я готов Отдать Мон-Валерьен пустынный, Наиближайший из холмов, И отпущение грехов, Мной привезенное из Рима: Хочу, чтоб потянулись вновь К ней все, кто днесь проходит мимо.

CXXXVII

Засим я завещаю, чтобы Служанки и лакеи впредь Без робости в свою утробу Хозяйскую сгружали снедь И по ночам дерзали петь И пить, а после на перинах Своих хозяев всласть пыхтеть, Играя в зверя о двух спинах.

CXXXVIII

Засим не дам я ни шиша Девицам, чья родня богата, Но отпишу все до гроша Служанкам бедным, что за плату Корпят с восхода до заката. Помочь я и бедняжкам рад, Что добывать свой хлеб проклятый Должны у монастырских врат.

СХХХIХ

Монахам что! Они жирны, А девки босы и раздеты, Измождены и голодны, Так что греха большого нету, Коль Изабо или Перретта Любому отвечает: «Да», И адом их карать за это Господь не станет никогда.

CXL

Засим настал черед Марго, Пресоблазнительной толстухи. Вовек, клянусь brulare bigod, Честнее не встречал я шлюхи. Жить с ней, когда мы оба в духе, - Нет большей для меня отрады. Кто встретится моей присухе, Пусть ей прочтет сию балладу.

БАЛЛАДА О ТОЛСТУХЕ МАРГО

Слуга и «кот» толстухи я, но, право, Меня глупцом за это грех считать: Столь многим телеса ее по нраву, Что вряд ли есть другая ей под стать. Пришли гуляки - мчусь вина достать, Сыр, фрукты подаю, все, что хотите, И жду, пока лишатся гости прыти, А после молвлю тем, кто пощедрей: «Довольны девкой? Так не обходите Притон, который мы содержим с ней». Но не всегда дела у нас на славу: Коль кто, не заплатив, сбежит, как тать, Я видеть не могу свою раззяву, С нее срываю платье - и топтать. В ответ же слышу ругань в бога мать Да визг: «Антихрист! Ты никак в подпитье?» - И тут пишу, прибегнув к мордобитью, Марго расписку под носом скорей В том, что не дам на ветер ей пустить я Притон, который мы содержим с ней. Но стихла ссора - и пошли забавы. Меня так начинают щекотать, И теребить, и тискать для растравы, Что мертвецу - и то пришлось бы встать. Потом пора себе и отдых дать, А утром повторяются событья. Марго верхом творит обряд соитья И мчит таким галопом, что, ей-ей, Грозит со мною вместе раздавить и Притон, который мы содержим с ней. В зной и в мороз есть у меня укрытье, И в нем могу - с блудницей блудник - жить я. Любовниц новых мне не находите: Лиса всегда для лиса всех милей. Отрепье лишь в отрепье и рядите - Нам с милой в честь бесчестье... Посетите Притон, который мы содержим с ней.

CXLI

Засим Марьон-карге велю я С Бретонкой Жанной столковаться И школу основать такую, Где яйца кур учить решатся. Лишь в Мён не нужно им соваться - В тюрьме там сыро чересчур, Так что амурам предаваться В ней не захочет и Амур.

CXLII

Засим тебе, Ноэль Жолис, Шлю розог свежих я штук двести, И ты душой возвеселись, Об этом получив известье: Тебе подобным - порка к чести, А порет пусть тебя Анри, Дабы следы на мягком месте Потом виднелись года три.

CXLIII

Засим в приюты, в Божедом — Не знаю, право, что и дам, Но шутки были б тут грехом: До смеха ль нашим беднякам? Мы шлем им, что не нужно нам - Я, скажем, кости жирной птицы, Мной отданной святым отцам. Кто нищ, тому и грош сгодится.

CXLIV

Засим получит с Марны лед Колен Галерн, цирюльник мой, Что рядом с Анжело живет, И пусть он держит ледяной Компресс на животе зимой, Чтоб, вытерпев леченье это, Не жаловаться зря на зной, Когда опять настанет лето.

CXLV

Засим ребят пропащих я, Коль в школе у Марьон их встречу, Наставлю - мы ж одна семья! - На правый путь короткой речью, Не то зайдут они далече И гром над головой их грянет. Так пусть мне внемлют, не переча, Зане урок последним станет.

ДОБРЫЙ УРОК ПРОПАЩИМ РЕБЯТАМ

Красавцы, розы с ваших шляп Вам снимут вместе с головою, Коль в краже уличат хотя б, Не говоря уж о разбое. Сержанты набегут гурьбою, Суд живо сделает свое... Так помните, шутя с судьбою, Пример Колена де Кайё. На ставку ставить срам и стыд Жизнь и, возможно, душу тоже. Продулись - вас палач почтит Петлею иль клеймом на роже; А выиграли - ну и что же? Вам все равно не разделить С Дидоной Карфагенской ложе. К чему ж игру такую длить? И вот еще один совет: Недаром сказано, ребята, Что над грошом дрожать не след. Спускайте ж на вино деньжата В корчме, когда холодновато, В лесу, когда июль припек. Кому оставите их? Кату? Нейдет добро чужое впрок.

БАЛЛАДА-ПОУЧЕНИЕ БЕСПУТНЫМ МАЛЫМ

Кто бы ты ни был - тать полночный, Метатель меченых костей, Доносчик, лжесвидетель склочный, Плут, надувающий людей, С большой дороги лиходей, Пусть расстается ваша братья Легко с добычею своей, Всё в кабаках на девок тратя. В урочный час и в неурочный Ломись в корчму, бесчинствуй, пей, Пугай округу бранью сочной, В картежных схватках не робей И, коль не хватит козырей, Не медли передернуть кстати, А выигрыша не жалей, Всё в кабаках на девок тратя. Устал ты спать в канаве сточной, Да и к тому ж не грамотей? Так разживись землею срочно, Паши, и борони, и сей, Но вряд ли спину гнуть на ней Захочет остальная шатья, Что шествует по жизни сей, Всё в кабаках на девок тратя.