Ей показалось, что Дэниэл занят собственными мыслями.

— А Вестник? — осмелилась она еще на один вопрос, стараясь говорить небрежно, не выказывая своей тревоги.

— И с ним отлично, — рассеянно проговорил он. — С ними с обоими все замечательно. — «И не лезь больше с вопросами», — говорил его тон.

Его раздражительность не исчезла и у полицейского участка.

— Вот дерьмо, — буркнул Дэниэл. — Джо полгорода наприглашала полюбоваться твоим цирковым номером.

Таким образом наконец-то он показал, что знает — Клео рядом с ним.

— Ты называешь это цирковым номером? — моментально вспыхивая гневом, огрызнулась она. — Мне это совершенно не нравится.

— Ладно, не заводись!

— Сам начал. Я просто защищаю себя.

В ответ Дэниэл издал горестный стон, будто спрашивая: «Господи, ну за что мне это?»

Из-за скопления машин припарковаться им пришлось в соседнем квартале. Дэниэл заглушил мотор и потер лоб.

«Неудивительно, что у него болит голова, — подумала Клео. — В нем скопилось столько напряжения, что хватит питать энергией целую электростанцию».

Когда они вошли в прохладный сумрак здания, Клео с облегчением увидела — людей не так уж и много.

К ней тут же поспешила Джо.

— Познакомься с моими друзьями.

И она познакомила Клео с двумя женщинами, настоящими близняшками по виду: одинаковые мелкие кудряшки седых волос, розовые блузки и неуклюжие коричневые туфли. Клео отметила также, что кудельки у них точь-в-точь как у Джо. Бертон Кэмпбелл пришел тоже. И Харви Джеймисон. Первый лучился любезными улыбками, второй хмурился не хуже Синклера. А за своим столом нервно маялся Паркер.

— Дэниэл сказал нам, что ты ездила в Сент-Луис купить кое-какие необходимые принадлежности, — заметила Джо. — Мы все с нетерпением ожидали твоего возвращения. Что ты собираешься делать, дорогая?

Значит, Дэниэл солгал насчет ее неудачной попытки бегства? Почему? Разумеется, не ради нее. А ради Джо.

— Мистер Синклер, возможно, объяснил, что у меня не возникает озарений вот так вдруг, по заказу, — заявила Клео, подыгрывая объяснению Дэниэла. — А потому я решила, что мне потребуются вспомогательные средства, чтобы подстегнуть себя.

Клео извлекла маленькую белую свечу. За ней последовал ладан, который она протянула Дэниэлу.

— Пожалуйста, зажгите для меня одну, — сладко улыбнулась она.

Ладан она купила в специальной лавке в Портленде. С таким сильным запахом она еще не встречала.

Дэниэл кинул на нее мрачный взгляд, сгреб палочки и ушел, наверное, на поиски спичек.

— А что ты купила в Сент-Луисе? — поинтересовалась Джо.

— Свечи, — быстро соображая, ответила Клео.

— Ну, свечи мы могли бы найти и у нас в городе. Не стоило ездить так далеко.

— Но это особые. Ароматизированные сильнодействующими травами для сохранения энергии. И освященные при свете полной луны.

Где-то позади нее фыркнул Дэниэл. И в тот же момент приторный запах ладана поплыл над ее плечом.

— Надо же! — с трепетом произнесла Джо.

— Я рада, что здесь присутствует столько людей. — Клео огляделась. Четыре женщины и четверо мужчин. — Все необходимые факторы таким образом будут соблюдены. — Единственное, что она умело делать хорошо, если припечет, — напустить туману.

— Только меня не считайте, — вмешался Дэниэл. — Я так, «колеса». Чтобы возить мисс Клер Войант куда требуется.

— Нет, ты должен участвовать, — возразила Джо. — Клео сказала, что нам нужно четверо мужчин.

— Но ты знаешь мое к этому отношение, — упирался Дэниэл.

— Ну и что? Можешь не верить, — возразила Джо. — Вряд ли это обязательное требование. — Она оглянулась на Клео, ища поддержки. — Правда?

Клео изобразила на лице улыбку, хотя в душе вся кипела из-за насмешки Дэниэла — надо же, «мисс Клер Войант»!

— Конечно, нет. Нам нужно только его присутствие.

Улизнуть ему она ни за что не позволит. После того как он приволок ее обратно в свой Египет? Ну нет! Война так война!

— Тогда все, что вы получите в свое распоряжение, — тело!

Пододвинувшись к нему совсем близко, Клео прошептала:

— А душа твоя никогда мне и не была нужна!

И быстро, не дав ему ответить, не успев увидеть его реакцию, она отошла к группе, терпеливо ждущей ее распоряжений.

— Опустите все шторы, — велела она. — Нам нужна темнота, по возможности полная.

Пока все разбрелись затемнять комнату, Клео зажгла свечу и поставила на пол в центре.

Подружки-близняшки захлопали в ладоши и возбужденно захихикали, а мужчины переминались с ноги на ногу, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Все, кроме доктора Кэмпбелла, который все улыбался и улыбался, точно продавец новой марки зубной пасты, демонстрирующий ее превосходные качества.

— Теперь все сядьте вокруг свечи, скрестите ноги и возьмитесь за руки, — скомандовала Клео.

— А-а, сеанс, — понимающе кивнула Джо.

— О господи! — пробормотал Дэниэл.

— Сеанс? — улыбка Кэмпбелла слегка увяла.

— Угу, — чтобы поплакаться вслух, высказался Харви, настроенный, как и Дэниэл, весьма скептически.

Паркер не пикнул.

— Не совсем сеанс, но что-то вроде этого, — уточнила Клео, импровизируя на ходу. — Принцип тот же. Я буду в роли палочки для зажигания. Мы с вами, все вместе, сосредоточимся для создания энергетического поля, которое, как я надеюсь, усилит мой дар ясновидения.

Она еще раз оглядела собравшихся.

— Так. Садитесь следующим образом: мужчина, женщина, мужчина, женщина… Следует соблюдать определенный порядок.

Все послушно выполнили ее указания, соединили руки, и образовался круг. Дэниэл каким-то образом очутился слева от нее, Харви справа. Каждый обрел свое место, осталось сесть на пол, скрестив ноги.

— По-моему, я с детства не сидела в такой позе, — заметила одна из близняшек.

— В таком положении передача энергии гораздо мощнее. Но если это для вас сложно, садитесь так, как вам удобно, — сказала Клео, пожалев женщин. — У нас и без этого достаточно народу, так что поза не играет особой роли. Может, даже и лучше, если круг образуется не такой уж плотный.

Близняшки, вздохнув с облегчением, решили, что дамам больше подобает сидеть с плотно сдвинутыми коленками, поджав ноги.

— Моя мать всегда говорила — леди не подобает сидеть, скрестив ноги. Это вульгарно. Ой! — Пожилая дама испуганно прижала руку ко рту. — Я совсем не хочу сказать, что здесь кто-то вульгарен. Эти условности соблюдались в то время, когда я была совсем молоденькой.

— Хорошо, — остановила Клео словоохотливую старушку, — а теперь все снова возьмитесь за руки и сконцентрируйтесь на ключе. Пристально смотрим на пламя свечи и мысленно представляем ключ…

Клео обежала глазами круг. Все уставились на пламя свечи. Все, кроме Дэниэла. Тот смотрел на нее. Клео нетерпеливо сжала его руку и кивнула на центр круга.

Все смотрят на свечу! — напомнила она.

Дэниэл сдвинул брови и поджал губы, всячески демонстрируя презрение к происходящему. Но все-таки повернулся к подрагивающему язычку пламени.

Клео заговорила тихо, стараясь, чтобы слова ее действовали на участников эксперимента гипнотически:

— Смотрите, не отрываясь, на пламя, думайте о ключе. Думайте только о ключе. Мысленно представляйте себе этот ключ. Когда сочтете, что готовы, закройте глаза. Медленно, медленно… Тогда и с закрытыми глазами вы по-прежнему будете видеть пламя. А внутри этого пламени — ключ…

Клео уже много лет не пыталась впадать в транс. С тех самых пор, как поселилась в Мэдисоне, штат Висконсин, после гибели Джордана. Сегодня она меньше всего хотела заниматься гипнозом, она всего лишь планировала пустить в ход элементарные приемы — пощекотать собравшимся нервы. Свечи, концентрация духовной энергии — подобные вещи вызывали презрение Дэниэла, именно потому она это и устроила, чтобы отомстить ему.

Но вместо того, чтобы контролировать ситуацию, Клео почувствовала, что ее завораживает пламя свечи, оно поглощает ее, влечет куда-то. Совсем не похоже на то, что было в прошлый раз в Мэдисоне. Она не чувствовала, что перемещается куда-то. Наоборот, на нее навалилась тяжесть, невероятная тяжесть… непреодолимая сонливость…

Глаза ее невольно закрылись, ритмичным и ровным стало дыхание. И неожиданно она заснула. Заснула, хотя и бодрствовала.

…Она идет по дороге.

Босая. Мелькают красные ногти на ногах. И шишка на среднем пальце — подарочек с тех времен, когда она сломала его, босиком играя в софтбол.

Сарай.

Большой красный сарай.

С ржавым флюгером на крыше.

Вообще, флюгеры весьма забавные штуковины. Но этот почему-то ей не понравился.

Металлический, в форме свинки. И поскрипывает, крутясь туда-сюда, хотя ни малейшего ветерка на коже она не чувствует и не шуршат мертвые листья на обочине дороги.

Внезапно сон переменился.

Вдруг она очутилась уже внутри сарая.

На крыше зияет рваная дыра. Подняв глаза, Клео увидела темные, взбаламученные облака.

«Проснись! — приказала она себе, так же как приказывала, когда ей снился сон про тыкву. — Открой глаза! Тебе только и нужно — открыть глаза, и все закончится. Открой глаза, и все, ты будешь в безопасности».

Но открыть их она никак не могла.

Чья-то рука надавила ей на затылок, наклоняя, заставляя посмотреть на пол.

Потом вдруг в руках у нее очутилась лопата. Она почему-то знает — ей надо копать прямо перед своими босыми ногами с красными ногтями.

И она начала копать.

Ей не хочется, но выбора у нее нет.

Лопата ударяется обо что-то твердое. Клео наклоняется, заглядывает в темную яму.

На дне ее лежит тыква.

Расколотая раздавленная тыква…

«Нет! О боже, нет!»

Завизжав, Клео отпрянула, стукнулась головой обо что-то твердое. И ее окружила непроницаемая тьма.

12

Медленно Клео приходила в себя. Постепенно стали проступать окружающие предметы. Потом в сознании пробилось гудение голосов, оно становилось все отчетливее, и наконец она стала различать голоса.

Вот голос Джо — возбужденный, встревоженный, звучащий совсем рядом, как будто она стояла прямо над Клео.

— Дорогая, с тобой все в порядке?

— Ей нужен воздух! Она просто потеряла сознание. — Это доктор Кэмпбелл.

И близняшки в шоке, испуганные и растерянные.

— Это так и полагается?

Еще чей-то голос. Чей, она никак не могла сообразить. Паркера?

— Может, нам не следовало расцеплять рук? Зря мы нарушили круг.

— Это уж слишком, — вмешался еще один голос.

Дэниэл.

— Не видите, что ли, она тут просто разыгрывает представление? Что с вами? — Голос его звенел от гнева. — Эта женщина — искусная артистка. Шарлатанка, вот кто она.