— Опять на четыре дня?

— Нет, тогда уже пробуду здесь дольше, — заверил ее Инг.

— Не верю я тебе, — вздохнула Аллэта.

— У меня просто важное дело! — строго сказал Инг. — Мне обязательно нужно быть… там, куда я иду! Понимаешь?

— Понимаю. — Аллэта отвела глаза. — Что ж… Иди… Я подожду…

Весь день, утром которого они покинули дом Аллэты, Инг был хмурым и неразговорчивым. И только на следующее утро он немного оттаял.

— А какое у тебя важное дело? — решился спросить его Леган.

— Дело?! Ах да! — улыбнулся Инг. — Смотри! — Он показал рукой на восток, где над пиками Сиузских гор начинала алеть заря. — Видишь?

— Восход?! — не понял Леган.

— Ага! — довольно кивнул Инг. — Восход! И закат! И день! И ночь! И вообще — вся жизнь! Что может быть важнее?!

Леган его не понял.

Вообще Инг оказался довольно странным человеком. Взять хотя бы способ, каким он зарабатывал на жизнь.

Встретив по пути какой-нибудь трактир, Леган с Ингом, если была такая возможность, нанимались туда на работу на пару дней. Как правило, всегда находилось какое-то дело, к которому они могли приложить свои руки. Тем более что денег они не просили — им достаточно было еды и ночлега.

После захода солнца, когда все основные работы по хозяйству завершались, а в трактир набивалось порядочно посетителей, Инг брал в руки гитару. Он не просил у слушателей денег — просто бросал свою шляпу на стол перед собой и играл. И посетители трактира сами кидали в его шляпу медные монетки, которых за один вечер набиралось порой до трех-пяти золотых. Часть этих денег Инг тратил на еду, когда им с Леганом не удавалось найти подходящую работу, а остальные…

В небольшом поселочке возле Листа у Инга жила еще одна знакомая женщина. Которую он опять представил Легану как свою жену. Ей-то Инг и оставил все заработанное им за время своего путешествия.

— Не многовато ли у тебя жен? — усмехнулся Леган, когда они через несколько дней покинули этот дом.

Инг безразлично пожал плечами.

— Им нравится считать себя моими женами, — ответил он. — А я не возражаю — пусть считают! Во всяком случае, мне с ними бывает хорошо. Надеюсь, что и им со мной — тоже… Все равно никто из них не смог бы путешествовать со мной по дорогам! Они очень хотят иметь свой дом, свое хозяйство. Я — не такой!

— Свой дом — это не так уж и плохо! — возражал Леган. — У меня есть свой дом в Диирии, и не скажу, что это меня тяготило!

— Просто у тебя не душа бродяги! — рассмеялся Инг. — Ты тоже домосед, как и большинство людей! Ну скажи, видел ли ты раньше все то, что нам с тобой пришлось увидеть? Посещал ли ты, например, Андиор?

— Нет, — признался Леган.

— Вот видишь! А ведь это один из самых знаменитых городов Межгорья! Именно там произошла Великая Битва с инксами!

— Я знаю, — кивнул Леган. — Мне рассказывали…

— Рассказывали! — фыркнул Инг. — Интересно не слушать или читать, а самому посмотреть! Разве нет?..

Сам Инг был родом из Риифорья. Он родился в семье хранителя городской библиотеки в Крогире — городе, отделенном от Межгорских степей западной оконечностью Сиузских гор. В пятнадцать лет он уехал из родного дома в Кангероу — самый крупный город Риифорья, бывший двести лет назад его столицей. Но там Инг прожил недолго. Его уже тогда тянуло странствовать по свету. Сам Инг считал, что эта тяга была вызвана у него старыми летописями, в которых отец Инга беспрепятственно позволял своему сыну копаться день и ночь.

— Мне всегда хочется побывать в тех местах, что описывают старые летописи, — говорил Инг. — Это очень интересно! Словно в прошлое отправляешься!

— Что же в этом может быть интересного?! — пожимал плечами Леган. — По большей части, мир этот каким был, таким и остается!

— Не скажи! — возражал Инг. — Взять, например, наше Риифорье! Ведь там, оказывается, давным-давно — лет двести назад — даже деньги считали иначе, чем сейчас! Десять серебряных монет — это была одна золотая! А медные вообще не использовались! Это уже потом, когда в Риифорье пришли межгорские рыцари, там появились новые монеты. И считать их стали так, как теперь: одна золотая — восемь серебряных, одна серебряная — двенадцать медных. А раньше в Риифорье из меди только украшения делали…

Инга было очень интересно слушать. И сам он никогда не упускал случая покопаться в старых бумагах или книгах. Однажды Леган стал свидетелем того, как Инг, после тяжелого рабочего дня на постоялом дворе и длительного вечернего концерта, всю ночь просидел над старыми документами, оказавшимися в чулане у хозяина.

Хозяин о них даже и не подозревал, он просто велел убрать мусор из чулана, чтобы освободить там место. Но у Инга был какой-то нюх на древние манускрипты. Он отложил их в сторону и всю ночь потом сидел при свече, разбирая старинные тексты. А наутро вернул их хозяину постоялого двора и заявил:

— У тебя в чулане я нашел вот эти старые бумаги. На твоем месте я бы передал их Ордену Следящих.

— Зачем это?! — нахмурился хозяин.

— А чтобы не болтаться на виселице, — ответил Инг и пояснил: — Это описания различных колдовских заклинаний. Вот это, — Инг развернул один документ, — чтобы вызывать грозу. Этот вот — для улучшения роста овощей. А вот это заклинание — чтобы постояльцы подольше гостили… У тебя ведь постоялый двор? Да?

— Да… — упавшим голосом пролепетал побледневший хозяин.

— И гостей всегда много? Правда?

— Ага… — Хозяин был близок к обмороку.

— Ну вот, — довольно заявил Инг. — Поэтому тебе и следует отдать эти бумаги Ордену! Чтобы никто ничего не подумал…

— Может, — хозяин испуганно оглянулся и перешел на шепот, — может, сжечь их?

— Сокрытие улик, обличающих в колдовстве… — казенным голосом начал Инг.

— Понял! Понял! — замахал руками хозяин и торопливо вытащил из кошелька пару золотых монет. — Держи! Только… — Он запнулся.

— Только обязательно отдай это все офицерам Ордена! — строго велел Инг, благосклонно принимая монеты.

— Хорошо, хорошо, — закивал головой хозяин. — Обязательно!

— Смотри у меня! — Инг внимательно глянул на хозяина, который теперь чуть было не кланялся ему в пояс.

Уже после того, как они покинули этот постоялый двор, Леган спросил у Инга:

— Зачем ты его так напугал?

— Ерунда! — рассмеялся Инг. — Зато я получил сразу три великолепные вещи!

— Какие?

— Во-первых, деньги! Во-вторых, удовольствие от того, что сбил спесь с этого жирного нахала! А в-третьих… — Инг неожиданно понизил голос и задумчиво произнес: — В-третьих, я узнал, что Калир действительно был магом…

— Кто?! — переспросил Леган.

— Был такой рыцарь — Калир, — начал рассказывать Инг. — Давно, лет триста назад. Он прославился тем, что вместе с Бессмертными Богами освободил Мардиарскую долину от пиратов с острова Сигр. И четыре документа, которые попались мне сегодня, были подписаны Калиром.

— Мало ли было рыцарей с таким именем! — усмехнулся Леган, никогда раньше и не слышавший об этом рыцаре. — Может быть, это какой-то другой Калир?

— Нет! — убежденно возразил Инг. — В документе было написано о Бессмертных Богах! Причем было написано так, как будто писавший его видел этих Богов лично! Так что это был тот самый Калир, можешь не спорить!

— Не буду я спорить, — ответил Леган. — Пусть это будет тот самый Калир! Но тебе-то что с того?

— Интересно, — ответил Инг. — Просто интересно…

Инг любил копаться в старых манускриптах. А еще он очень любил рассказывать. Особенно о своих путешествиях. И все, что ему удавалось увидеть, он комментировал на основе знаний, полученных из старых документов.

— Когда я прочел о войне Межгорья с Закриарьем, — говорил Инг, — мне ужасно захотелось побывать в Кагоаре — столице Закриарья. Ну я и пошел.

— Побывал?

— Да. Ничего особенного. Мелкий портовый городишко на берегу моря. В самом порту, да еще возле пристаней, есть что-то похожее на жизнь. А чуть подальше от моря — пустые заброшенные дома. Южная же часть Кагоара — вообще сплошные развалины. Теперь от Закриарья осталась едва ли четверть территории на севере. Все остальное — леса, вплоть до самых Сиузских гор.

— Неужели все уничтожили межгорцы?! — поразился Леган.

— Нет, что ты! — возразил Инг. — Просто в Закриарье всегда было очень много магов. И когда засиял Неугасимый Маяк, его молнии чаще били по городам Закриарья. Впрочем, и Риифорью с Межгорьем тоже изрядно досталось… Кстати, я где-то читал, что твоя прабабка — Ларка Лариара — была родом из Закриарья! Это правда?

— Да, правда, — насупился Леган. — Только я не совсем понимаю, почему ты говоришь, что это «кстати»? Особенно после разговоров о колдунах. Ларка не была колдуньей…

— А хоть бы и была — что в этом такого?! — удивился Инг. — Сама Бессмертная Богиня Йорка была ведьмой! Я это прочел в одной старой книге. «Книга Первого Ученика» называется. Там рассказывается, что на Риифорских болотах у Бессмертной Йорки был свой волшебный замок. И там происходили разные чудеса. А заканчивается книга тем, как однажды в замке появилось трое гостей — Бессмертный Бог Оке и еще какой-то старый колдун со своей ученицей. Бессмертная Йорка ушла вместе с ними и больше никто и никогда их не видел. Я долго бродил по болотам — искал замок Бессмертной Йорки. Но так и не нашел…

Легану было странно и даже немного страшновато слушать подобные речи. Он хорошо знал, что обвинение в колдовстве — самое тяжкое обвинение. А обвинять в колдовстве Бессмертную Богиню?! За это могли повесить даже и без дознания Ордена. Правда, Инг почему-то называл колдунов магами…

— А они и есть маги! — объяснял Инг. — Колдунами их обычно называют те, кто боится или не любит. А вообще-то во всех книгах и документах таких людей называют магами…

Подобные беседы осторожные люди вообще старались не вести. Но Инг, казалось, совершенно не придавал этому значения. В своих разговорах он свободно касался любых тем. Не обошел он вниманием и везение Легана при игре в кости.

Инг стал этому свидетелем на пароме, когда они переправлялись через Андиар. Леган тогда выиграл у скучающих пассажиров в общей сложности около четырех золотых. И Инг на следующий же день завел разговор на эту тему.

— А что ты чувствуешь, когда бросаешь кости? — спросил он.

— Ничего особенного, — пожал плечами Леган.

— А ты попытайся вспомнить! — настаивал Инг.

Леган хмурился, отнекивался и переводил разговор на другую тему. В памяти его было еще свежо то, как подобные же вопросы ему задавал один из игроков в кости в последний день пребывания Легана в Лаоэрте. И то, что за этим последовало.

Постепенно Инг понял, что Леган не хочет даже думать на эту тему, и отстал от него. А потом вообще сделал вид, что забыл об этом разговоре.

Они продолжали идти по дороге, ночевали в степи возле костра, работали, когда работа им подворачивалась, и Леган все время думал о том, как он вернется в Диирий. Ему было как-то не по себе при мысли о больших городах. Ему казалось, что все население этих городов уже в курсе того, что произошло с Леганом. Инг словно чувствовал его настроение, потому что за все время их путешествия они ни разу еще не вошли в город. И только когда однажды на горизонте замаячили башни Андиора, Инг свернул на широкую мощеную дорогу, ведущую к городским воротам.

2

Госпожа Теллина Галлатэнн была не в духе. Впрочем, не в духе она была уже почти три недели — с тех самых пор, как они приехали в Лаоэрт. А когда госпожа пребывает в подобном настроении, любой из слуг, если у него, конечно, есть хоть немного мозгов, старается вести себя как можно незаметнее. Чтобы не раздражать своим существованием хозяйку.

У Калланы — служанки госпожи Галлатэнн — мозгов было более чем достаточно. Несмотря на свой юный возраст, она сумела быстро добиться расположения хозяйки. И сейчас Каллана выполняла уже роль своеобразного секретаря при госпоже Галлатэнн. Что, впрочем, не избавило ее от хозяйского гнева, ставшего чересчур суровым в последние дни. Тем более что быть незаметной для своей госпожи у Калланы никак не выходило.

Каллана сидела в одной из комнат дома, снятого госпожой Галлатэнн, и с нетерпением ожидала возвращения последнего посыльного. Двое предыдущих опять явились с безрадостными вестями, а ведь сообщать госпоже о результатах поиска приходилось именно ей, Каллане! Следовательно, на нее и сыпались все шишки.

По правде говоря, шишки эти вообще появились только после их приезда в Лаоэрт. И даже, точнее будет сказать, после того, как госпожа переговорила с тем симпатичным лейтенантом. А до этого разговора все было хорошо, можно даже сказать — превосходно.

Они приехали в столицу, сняли дорогой и просторный дом, госпожа Галлатэнн велела Каллане разыскать в городе некоего офицера — лейтенанта Легана Лариара. Каллана здраво рассудила, что где же еще быть военному человеку, как не в воинской части?! И поручила это дело одному из слуг.

По тому волнению, с каким госпожа давала это поручение Каллане, та поняла, что дело здесь пахнет любовной историей. И она уже начала лукаво поглядывать на Теллину Галлатэнн, за которой до сих пор никогда и ничего подобного не замечала. Каллане было приятно узнать, что госпоже не чужды обычные женские страсти. А то уже создавалось впечатление, что, кроме денег, Теллину Галлатэнн ничего в мире и не интересует.

Слуга, отправленный Калланой, в скором времени вернулся в сопровождении очень симпатичного лейтенанта. Но тут же и выяснилось, что лейтенант этот оказался никаким не Леганом Лариаром, а всего лишь его хорошим знакомым. И звали этого лейтенанта Гэртан Гаррэт. И когда он узнал, кого именно разыскивает в части посланный Калланой слуга, то тут же изъявил горячее желание встретиться с госпожой Галлатэнн. Дескать, у него есть что сообщить ей о Легане Лариаре, но сделать это он хочет непременно лично, а не через слуг, у которых в голове каша вместо мозгов.

Госпожа, надо сказать, этому неожиданному гостю очень обрадовалась и велела лейтенанта того проводить к ней в комнату. О чем они там беседовали, Каллана не знала, но разговор тот был очень недолгим. Буквально через несколько минут лейтенант в крайне раздраженном состоянии покинул комнату госпожи, а сама госпожа выглядела так, словно ей сообщили об одновременной насильственной смерти всех родственников и знакомых.

Всю ночь после этого разговора госпожа Галлатэнн горько проплакала, а наутро в нее словно бес вселился. Досталось всем слугам без исключения. А особенно — Каллане, как самому доверенному лицу.

Вдобавок ко всему Каллана и сама подлила масла в огонь своим неумением держать рот закрытым.

— Ты помнишь того человека в зеленом камзоле? — спросила госпожа у Калланы. — Мы видели его на дороге, когда подъезжали к Лаоэрту. Помнишь?

— Простите, госпожа, но я никогда не обращаю внимания на бродяг, — ответила Каллана.

— Да?! — Госпожа неприятно удивилась этому факту, словно бы Каллана просто обязана была разглядывать и запоминать в лицо всех бродяг Межгорья, от Марда до Хадра.

— Их так много шляется по дорогам, — попыталась исправить промашку Каллана, хотя и сама-то толком не понимала, что именно вызвало неудовольствие у госпожи.

— Но этого ты должна была запомнить, — настаивала госпожа Галлатэнн. — Я еще велела кучеру ехать помедленнее, чтобы рассмотреть его. Мне показалось, что этот человек был похож на совсем недавно разжалованного офицера — камзол его выглядел слишком уж новым.

— Помню! — радостно подтвердила Каллана, а лицо госпожи озарилось улыбкой. — У него еще вся рожа была в синяках! И шатался он, словно пьяный!

Госпожа опять помрачнела и хмуро глянула на служанку.

— Почему ты думаешь, что он был пьяным? — поинтересовалась госпожа.

— Да так обычно и бывает с «зелеными орлами»! — беспечно ляпнула Каллана. — За что обычно разжалуют офицеров? За непомерное употребление вина, за воровство или предательство! Значит, он и был либо тем, либо другим, либо третьим! А может быть — сразу всем!

— Пошла вон, — мрачно приказала госпожа.

Каллана быстренько покинула комнату, а на следующий же день и начались те бесконечные поиски, которыми Каллана занималась и по сию пору. Госпожа приказала найти в городе человека — уже без упоминания о том, что он офицер — по имени Леган Лариар. И тогда Каллана поняла, что с этим Леганом Лариаром произошла неприятность. Причем одна из самых крупных. Она готова была откусить себе язык, но — что сказано, то сказано!

Вернулся слуга. Каллана выслушала его и покачала головой.

— Плохо ищешь! — строго сказала она.

— Почему это?! — удивился слуга. — Все кабаки обошел! Что мне, на помойке искать Легана этого?! Будь он неладен…

— Неужели о нем никто не знает?! — спросила Каллана.

— Не-а! — помотал головой слуга. — Как сквозь землю провалился! А может быть, мы зря его в столице-то ищем? Может быть, он в каком другом городе? А?

— В каком же? — ехидно усмехнулась Каллана.