До самою поселка никто из них не произнес ни слова. И лишь когда они остановились у фургона, который занимал Джоэл, Кендра осторожно поинтересовалась:

– Ты не хочешь отвезти меня в медпункт?

– Я же сказал, что сам о тебе позабочусь! – Джоэл вышел из машины и открыл дверь перед Кендрой. Она хотела было выйти, но Джоэл подхватил ее на руки и внес в фургон. – Я должен убедиться, что с тобой все в порядке. Никто тебе не позволит разгуливать с переломанными костями и доказывать всем, какая ты сильная и выносливая! – Укладывая ее на кушетку, он добавил:

– А теперь лежи тихо, я сейчас достану мазь и бинты. Пока я не приду, не двигайся. Поняла?

Не дожидаясь ответа, он захлопнул дверь и вышел в другую комнату.

Оставшись одна в тускло освещенной, прохладной комнате, Кендра подумала, что самое главное сейчас – не показать Джоэлу, как же ей плохо. Осмотревшись по сторонам, она увидела в углу кондиционер, а напротив кровати – портативный видеомагнитофон.

– Так, значит, с тобой все в порядке, да? Только ты вся дрожишь, словно в приступе малярии! – Эти резкие слова неожиданно вошедшего в комнату Джоэла вывели Кендру из оцепенения. Она увидела, что в руках у него таз с водой, походная аптечка и полотенца.

– Конечно, со мной все в порядке, – поспешно ответила она, – просто здесь намного холоднее, чем на улице. Слишком резкий перепад температуры… Уже через пару минут я приду в себя.

– Если раньше не развалишься на составные части, – добавил Джоэл. Он достал из маленькой прикроватной тумбочки шерстяной жакет и набросил его на плечи Кендре. Она почти рефлекторно воспротивилась и сбросила с себя жакет:

– Не надо, Джоэл, я же его перепачкаю кровью.

– Не шевелись, – буркнул он, опускаясь на пол перед кроватью. Он достал из аптечки бинты, ножницы, антисептик и принялся расстегивать на Кендре рубашку.

– Пятна крови очень трудно… – снова начала она.

– Да, да, разумеется, – перебил ее Джоэл. – Только мне сейчас не до того. Господи, – изумленно воскликнул он, – что это на тебе надето?

– Корсет. Очень удобная вещь: он совсем не давит и при этом дает надежную защиту. Такие корсеты разработали в НАСА специально для космонавтов.

– Очаровательно, – сухо сказал он. – Действительно весьма прочный… Вот только на рукаве почему-то прорвался.

– Так это же не кольчуга. Корсет просто смягчает удары. Я и не предполагала, что там могут быть острые камни!

– Никто не предполагал. Как ты думаешь, стал бы я гонять тебя туда-сюда, если бы знал об опасности? – Сняв наконец с Кендры рубашку и защитный корсет, Джоэл ласково положил ей руку на плечо.

– А это еще что такое? Второй корсет? – спросил он, обнаружив, что под майкой на ней еще что-то есть.

– Нет, это эластичная ткань, которой я бинтую грудь. Ведь у Билли фигура подростка, а зрители не должны заметить разницы. Под одеждой бинтов не видно, да и сейчас они вовсе не мешают сделать мне перевязку. Не надо их снимать.

– Нет, надо. Иначе я не смогу перевязать тебе плечо. Пожалуйста, не волнуйся, я не собираюсь переступать границы. Да, меня переполняют чувства, но это не вожделение. – С этими словами он снял эластичную повязку. Его лицо при этом ничего не выражало. Стаскивая с ее головы парик, он улыбнулся:

– Вот так уже лучше. Ну вот, кажется, и все, а я уж было думал, что твоим одежкам не будет конца.

Обмакнув полотенце в таз с теплой мыльной водой, Джоэл принялся мягкими движениями очищать лицо и шею Кендры, а потом – грудь и живот. Она полностью расслабилась, но когда он снял с нее жакет, сразу покрылась гусиной кожей. От Джоэла это не укрылось, поэтому он протер ее плечи как можно быстрее и снова накинул жакет.

– Действительно ничего серьезного, – сказал он, накладывая на бинт антисептическую мазь и делая перевязку, – просто ссадина. Но очень сильно шла кровь.

– Я же говорила, что откладывать съемки ни к чему! Послушай, может, ты все же отвезешь меня обратно, позовешь всех остальных и мы докончим эту сцену?

– Опять ты про съемки! Сегодня ты должна побыть дома и как следует выспаться, а то завтра будешь чувствовать себя совсем разбитой. – Джоэл вытер ее сухим полотенцем.

– Тем более нужно закончить сегодня! – Не обращая внимания на его слова, она встала, сняла с вешалки длинную черную рубашку и попыталась ее надеть. Но Джоэл быстро вернулся и, увидев, как Кендра безуспешно пытается застегнуть пуговицы дрожащими пальцами, проворчал себе под нос проклятия:

– Хватит строить из себя сверхчеловека, – громко сказал он, подходя к ней ближе и помогая справиться с пуговицами. – Ты же опять вся дрожишь… Кендра, – тихо произнес он, – нельзя же постоянно доказывать свою независимость. Позволь мне хотя бы сейчас помочь тебе.

Кендра заметила, что и Джоэла тоже бьет дрожь – его пальцы не попадали на пуговицы. Его лицо было мертвенно-бледным, и лишь зеленые глаза сверкали.

– Что с тобой? – спросила она обеспокоенно. – Тебе нехорошо?

– О да. – Так и не совладав с двумя верхними пуговицами, он закрыл глаза и прижал Кендру к себе. – Да, мне нехорошо…

– Джоэл, я не понимаю… – Не отдавая себе отчета в том, что делает, Кендра начала гладить его склоненную голову.

– Ты такая мягкая… Такая женственная. – Он прижался щекой к ее груди, словно ища успокоения. – За эти две недели я почти забыл, какая ты. – Он нежно поцеловал ее. – Кендра, Господь свидетель, я никогда, ни одной секунды не желал тебе зла. Поверь мне, пожалуйста…

– Конечно, я тебе верю, – прошептала она, пытаясь справиться с подкатившим к горлу комком.

– Не знаю, как ты можешь мне верить – после всего, что я сделал. – Джоэл прижимал ее к себе все крепче. – Ты и сегодня пострадала из-за меня.

Господи, если бы с тобой что-то случилось, только я был бы виноват! Я пытался убедить себя, что действую в твоих же интересах. – Он невесело усмехнулся. – Но в глубине души я и сам сознавал, что все это просто эгоизм. Ты права, я недооценивал тебя. Я старался подчинить тебя себе – не только ради твоего спасения, но и ради своего собственного. Мое тело уже принадлежало тебе; но незаметно для меня самого ты завладела и моим сердцем. Ты понимаешь меня?

Она понимала. Она словно слышала эхо своих собственных мыслей и чувств: такая же внутренняя борьба происходила и в ней самой, начиная с той ночи в Радужном Замке. Их чувства были так схожи, так близки, что Кендра не могла оттолкнуть Джоэла. Его простые, честные слова оказались тем оружием, против которого Кендра была бессильна…

– Ты не виноват – ты просто выполнял свою работу, – сказала она, пытаясь его как-то успокоить. – Я это хорошо понимаю.

– Зачем лгать? – Джоэл поднял голову и пристально взглянул ей в лицо потемневшими от душевной боли глазами. – Я вел себя как настоящий подлец. Я видел, как ты мучаешься, и мне хотелось закричать. Я думал, что охраняю тебя от зла всего мира, – но главным злом был я сам! Ты похудела, у тебя появились мешки под глазами. А я ведь переживал твои страдания, как свои собственные. Я и сейчас могу сказать, что ты чувствовала. – Джоэл провел пальцем по ее подбородку. – Старик Фрейд наверняка порадовался бы, глядя на меня! – Он опустил голову.

– Ты в любой момент мог прекратить…

– Не мог. – Ласково обведя пальцем вокруг ее губ, он продолжал:

– Понимаешь, я совсем потерял голову. С каждой минутой, что я видел тебя, ты становилась для меня все дороже. Я видел не только твои страдания: я видел и твою стойкость. Ты оказалась невероятно сильной и решительной… И такой внимательной ко всем… Кроме меня. Господи, как же я ревновал, когда видел тебя с Билли! Вы шутили, смеялись, ты была похожа на беззаботную маленькую девочку. Но стоило тебе заметить меня – и ты мрачнела. Все это ранило меня в самое сердце.

Снова эхо ее мыслей. После небольшой паузы она сказала:

– Я закрывалась от тебя, потому что боялась. Боялась не только того, что ты причинишь мне боль, – боялась привязаться к тебе и стать зависимой. Для меня это неприемлемо.

– Я чувствовал то же самое. Пытался как-то бороться с собой, но безуспешно. Кендра, теперь ты больше не кажешься мне радужной феей. Ты реальна, более реальна, чем все остальное в моей жизни. И я оставил борьбу: сегодня, когда ты упала, я проиграл последнюю битву. Да, я сделал все, чтобы ты считала меня законченным мерзавцем. Но прошу тебя, дай мне шанс доказать, что это не так!..

– Для чего? Все равно наши отношения не имеют перспективы. Слишком многое против нас…

– Не знаю, как ты, но у меня уже нет выбора. Я не прошу тебя немедленно стать моей невестой, да ты бы и не согласилась. – У него задрожали губы. – На этом сейчас я не настаиваю. В конце концов моя холостяцкая жизнь скоро мне надоест… Кендра, ты знаешь, как сильно я тебя хочу. – Взглядом Джоэл скользил по ее груди, соблазнительно выглядывающей в вырезе рубашки. Он правильно истолковал ответный взгляд Кендры. – И ты… И ты также хочешь меня, любимая. Не знаю, кто дольше будет сдерживаться, но это и хорошо. Пусть все станет на свои места, и только тогда секс будет для нас наслаждением. – С этими словами Джоэл, полностью овладевший собой, застегнул на ее рубашке верхние пуговицы и снова сел перед ней на пол. – Но почему ты молчишь?.. В его взгляде сквозила такая страсть, такая любовь, что все возражения, которые еще оставались у Кендры, исчезли окончательно. Пусть она поступает неразумно – для себя она уже все решила.

– Давай-ка проясним ситуацию, – с обворожительной улыбкой предложила она. – Пока что ты сказал, чего не хочешь.

– Что ж, давай я расскажу и об остальном. – Джоэл встал и обнял ее. – Будь со мной, Кендра. Я отложу твою сцену на неделю, но все это время я хочу ни на минуту с тобой не расставаться. Мы должны быть вместе на всех съемках, чтобы я мог брать тебя за руку – вот как сейчас. И целовать… – Он нашел ртом ее губы. Этот поцелуй был необыкновенно нежен, и Кендра почувствовала, как по ней разливается живительное тепло. – Давай не будем строить никаких планов и отдадимся на волю судьбы.

– Да, Джоэл, – ласково прошептала Кендра, и они снова застыли в поцелуе.

– Для нас обоих это будет очень непривычно… Особенно для тебя, моя прагматичная фея. – Он вздохнул. – А теперь тебе пора домой. Я отвезу тебя и вернусь на съемки, заодно договорюсь со Скипом о перенесении сцен с твоим участием.

Кендра начала было протестовать, но Джоэл предостерегающе поднял руку.

– Не говори ни слова. – Он обнял ее за талию и почувствовал, что она опять дрожит. – Кендра, тебе плохо?

– Пустяки, – небрежно бросила она. – Дома Юсуф заварит мне крепкого чаю, и все будет прекрасно.

– Ах да, я и забыл про вашего домашнего любимца! У вас с ним не возникает никаких проблем?

– Никаких. Он ходит за Билли повсюду – ни дать ни взять преданный сенбернар. Юсуф взял на себя всю домашнюю работу – он и убирает, и стирает, и даже готовит. Считает, что Билли недостаточно хорошо кормят в нашей столовой… Часть его заботы перепадает и мне, – засмеялась Кендра.

– Вы уже наверняка переселили его с крыльца в комнату?

– Да, Билли перенесла спальник Юсуфа в гостиную через день после того, как мы приехали. Боялась, что он простудится. Я уже не понимаю, кто из них над кем больше трясется! Кстати, оказалось, что Юсуф немножко говорит по-английски, так что теперь они с Билли все время беседуют. Похоже, она наставляет нашего разбойника на путь истинный… Смотри, как бы она не попросила тебя подыскать для него работу!

– Ни капельки не удивлюсь, – пробурчал Джоэл, распахивая входную дверь. Они вышли на залитую солнечным светом лесенку фургона. – Надеюсь лишь, что Билли не потребует взять его на роль… Нет, пусть уж лучше он сидит в доме и приглядывает за тобой.

Глава 6

– Этого я не потерплю! – заорал Дирк Дэн-форд, размахивая перед собой какой-то черной тряпкой. – Дэймон, ты меня слышишь?!

Кендра и Билли, сидевшие чуть поодаль, в глубине павильона, смотрели на Дирка во все глаза. Сейчас никто не мог бы сказать, что Дирк и есть тот прекрасный Адонис, от одного взгляда которого трепетало сердце любой женщины. Он был в бешенстве: глаза налились кровью, губы были сжаты в узкую полоску.

В последнее время Кендра начала понимать, почему этого актера называют не иначе как самоуверенным развратником. Но тем не менее она удивилась: еще никто не позволял себе говорить с Джоэлом Дэймоном в таком тоне. Он что, окончательно тронулся? Джоэл тем временем прервал разговор с директором по свету и с ледяным выражением лица обернулся к Дирку.

– Джоэл, или ты выяснишь, кто это сделал, или я уеду! – продолжал орать Дирк.

– Не думаю. – Джоэл не повысил голоса, его слова прозвучали почти ласково; но всех вокруг словно обдало холодом. – Вряд ли ты действительно так глуп. Сегодня мы снимаем последнюю твою любовную сцену с Брэнной. После этого можешь делать что хочешь… Да, а это еще что такое? – спросил он, заметив комок черной ткани.

– Мои трусы! – Дэнфорд высоко поднял руку, выставляя белье на всеобщее обозрение. – Ты только посмотри! Черт возьми, эти узлы мне придется развязывать часами! И точно так же завязаны все мои вещи!

– Это твои трусы? – изумленно спросила Кендра.

– Ну да, – так же ответила Билли, – Дирк очень разборчив в белье. Сексуальное божество!..

– И это еще не все: два дня назад какой-то подонок запер меня в фургоне. Я орал целый час, пока меня не выпустили!

– Повезло, что не целый месяц – с твоей-то популярностью, – пробормотала Билли.

– А что произошло вчера с моими ботинками? Исчезло по одному из каждой пары! Ты только взгляни. – Он поднял сначала левую ногу, потом правую. Глядя на теннисную туфлю, красующуюся на левой ноге, и мокасину – на правой, трудно было сдержать смех, и Кендра тихонько прыснула. Дирк тут же обернулся в ее сторону, а заметив рядом с ней Билли, взъярился еще сильнее.

– Эй, ты! – Его взгляд был поистине испепеляющим. – Ты знаешь, кто это сделал!

– Может, это полтергейст? – предположила Билли, невинно глядя на Дирка.

– Очень смешно, – процедил Дирк. – А об этом, я полагаю, тебе тоже ничего не известно? – Он достал из кармана несколько исписанных блокнотных листков. – «Вожделение – это смертный грех». «Не возжелай жены продюсера твоего», – прочитал он вслух и в ярости бросил листки на пол. – Вот это я уже несколько дней подряд нахожу у себя в костюмерной, а вчера я наткнулся на такую записку в душе!

Кендра подозрительно взглянула на Билли. Что она там говорила о том, что Брэнне нужна помощь? Полтергейст, как же!..

– Дирк, ты так зол… По-моему, тебе просто жмут ботинки, – сказала Билли и тут же зажала себе рот рукой. – Ой, прости, я совсем забыла, что про ботинки тебе лучше не напоминать!

– Дирк, если ты закончил свою обвинительную речь, то позволь мне вернуться к съемке и сам займись каким-нибудь делом. – Джоэл весь исходил сарказмом. – Например, повтори свою роль, а то утром ты дважды сбивался.

– Но я видел, как ее араб ошивался около моего фургона, так что это наверняка…

– Дирк, иди, – с неприкрытой угрозой прервал его Джоэл. Дэнфорд грязно выругался, резко повернулся и направился в костюмерную. Джоэл подождал, пока он выйдет, и обратился к Билли:

– Ну а ты, я полагаю, совсем ничего об этом не знаешь?

– Кто, я? – Она широко раскрыла глаза от удивления. – Сам подумай – я похожа на девчонку, которая будет хозяйничать у мужчины в комнате, пока тот моется в душе? Я, может, единственная из женщин в съемочной группе чувствую себя в безопасности в присутствии обнаженного Дирка Дэнфорда!

– Мне кажется, что тебе изменяет чувство меры, – заметила Кендра, но в ее глазах плясали веселые искорки.

– Верно. Что бы там ни было, Билли, но этого типа нельзя доводить до такого состояния, пока мы не закончили съемки фильма, – нетерпеливо сказал Джоэл.

– Не волнуйся, – Билли встала со стула и схватила его за руку, видя, что он собирается уходить. – Ему просто не хватает терпения, но все это скоро прекратится.

– Что, черт возьми, скоро прекратится? – спросил он у Кендры, так как Билли, не дожидаясь, что он скажет, ушла.

– Лучше, боюсь, не спрашивать…

– Да, ты права. – Он сел рядом с ней на стул, где только что сидела Билли, и болезненно поморщился. – Вот только ссоры двух актеров мне и не хватало. Билли здесь устроила детский сад, и боюсь, это еще не конец.

– Но ты все уладишь, – успокоила его Кендра. Последние несколько недель они практически все время проводили вместе, и Кендра хорошо его изучила. Да, без сомнения, он сможет справиться с любыми трудностями, даже такими, которые повергли бы в ужас любого режиссера. – Мне кажется, что тебе даже нравится разрешать всякие проблемы.

– Конечно, я справлюсь. Хотя проблем у меня сейчас хватает и без того. Кендра, за эту неделю мы с тобой ни разу как следует не поговорили… И ни разу…

– Ни разу – что? – с дразнящей улыбкой поинтересовалась она.

Сексуальное желание росло в них обоих с каждым днем. Плотный график не оставлял им почти ни минуты свободного времени, и эта невозможность уединиться, с одной стороны, только подогревала страсть, а с другой – радовала Кендру: ей вполне хватало его мимолетной улыбки, прикосновения, ласкового слова в перерыве между дублями. Она сопровождала Джоэла повсюду, и пока он был занят на съемке, тихо сидела где-нибудь в уголке. Он подходил к ней, когда только мог – иногда он рассказывал о сегодняшних съемках, иногда молчал, обдумывая решение очередного неотложного вопроса. В такие моменты он рассеянно целовал ее в щеку и возвращался к камерам. Кендре это даже нравилось: представлять, будто они – нежно любящие друг друга супруги, женатые уже лет десять.

– Ты понимаешь, о чем я. – Зеленые глаза не отрывались от ее губ. – В последние дни я даже не прикоснулся к тебе. – Он погладил ее по руке и тихим голосом произнес:

– И я не могу больше так, Кендра.

С трудом отведя глаза, она спросила:

– У тебя было очень много дел, но ведь сейчас съемки уже заканчиваются?

– Сегодня днем снимаем последнюю любовную сцену, – кивнул он и сжал ее руку. – Вечером придется выкроить время, посмотреть уже отснятые пленки, вдруг надо будет что-то переделать. Если окажется, что все в порядке, Брэнна и Дирк уже завтра смогут улететь из Седихана. Надеюсь, они здесь не задержатся: Майкл и так не в восторге от того, что отпустил сюда жену одну. Он обычно присутствует при съемках всех ее постельных сцен… – Джоэл поцеловал Кендру в лоб. – Но, Кендра, даже если сегодня я буду занят до глубокой ночи, завтра мы сможем наконец побыть наедине друг с другом, – твердо пообещал он ей.

С этими словами он ушел: его позвал второй оператор, работавший с камерой, установленной возле огромной двуспальной кровати.

– Привет, можно мне сесть сюда? Или Джоэл еще вернется?

Кендра подняла голову: около нее стояла Брэнна Донован.

– Нет, они сейчас начали снимать. Так что Джоэл будет занят еще по меньшей мере несколько часов.

Брэнна очень нравилась Кендре. Общались они нечасто – съемки занимали слишком много времени, но Кендра понимала, что Брэнна не только хорошая актриса, но и приятная в общении женщина.