- Да, сэр. Его провожают сюда.

- Хорошо, - еле слышно произнес хозяин и внимательно посмотрел на Рогнара. - Тебя нужно было уничтожить сразу. Клод был прав...

И добавил уже значительно громче:

- Убейте его.

Гудящий от напряжения сгусток энергии радостно покинул сковывающее его дуло винтовки одного из воинов и, не успев как следует насладиться свободой, вонзился в грудь Рогнара. Броня не смогла бороться с такой мощью и сразу уступила. Рогнар, не удобно подогнув ногу, упал на спину, дернулся и затих.

- Но вот и все, - пробормотал Браун.

- Ну вот и все, - как эхо повторил, въезжая в кабинет Антрэ.

- Оставьте нас, - скомандовал остававшимся воинам хозяин.

- Тело в мою лабораторию, - уточнил доктор.

Когда за солдатами закрылись двери, Браун и Антрэ сидели молча.

- Жаль.., - первым нарушил молчание Антон. - ... Мы потеряли всех подопытных.

- Угу, - мрачно согласился Клод.

- Я захватил конвиктский корабль...

- Да? - без особого интереса спросил доктор.

- Я улетаю на Новую Океанию... Дела... Попробую вытянуть что-нибудь полезное из этого... тела.

- Хорошо, - безцветно сказал док.

Он думал о том, что если его догадка верна, то он получит то, о чем так давно мечтал - Бессмертие. И тогда Браун ему больше не нужен. Да и эта затея с Конвиктом ему уже совсем не нравилась. Браун становился опасным. Браун для него перестал существовать. Конечно, если его догадка верна...

5

НОВАЯ ЖИЗНЬ

Он был свободен, как дитя природы

Не зная рабства черные невзгоды...

Дж. Драйден

Матиуш Карриот

Редкие обрывки облачков догоняли вчерашнюю грозовую тучу. Было настолько неприлично голубое небо, что это вызывало недоумение. И как это природа осмелилась такое вытворять после недавнего ливне-грозового сумасшествия.

Природа не хотела отвечать на мои вопросы. Было необычайно тихо, даже ветра не было. И если бы не грубые сталенитовые решетки на окнах...

- Эй, Карриот, - послышался позади меня наглый голос ублюдка уже почти месяц мозолившего мне глаза. - Слезь с подоконника. В окно смотреть запрещено!

- Прямо как в сказках, - как бы сам себе проговорил я, стараясь что бы тот кто стоял в дверях моей камеры отчетливо услышал каждое мое слово. Он мне надоел и я решил, что с меня хватит и от припадка неудержимого бешенства меня может удержать только немедленная смена обстановки. - Жабы со мной уже разговаривают... Да ладно бы была царевна-легушка, так нет. Просто жаба! Обидно!

- Что ты сказал? - взвился придурковатый надзиратель - десантник.

- Я говорю, что если ты не хочешь чтобы я смотрел в окно, так иди и сними меня отсюда!

Я думал он не рискнет и в это утро. Уже целую неделю я испытывал его терпение и гордость. Однако эта сволочь только яростно пыхтела, ругалась и дальше порога не двигалась. Приятно конечно, когда мое спецподразделение и меня лично так уважают, но... У меня не было ни малейшего шанса выйти из камеры если он и дальше вел бы себя подобным образом. Хоть плюй в глаза - все Божья роса.

Слава Богу, на этот раз его все-таки проняло. Конечно заходить одному ко мне в камеру он не рискнул. Слава специального отряда охраны Президента тут сослужила мне плохую службу. Впрочем, я был готов к этому, меня только немного беспокоило на сколько же долго он будет бегать за подмогой. Все таки я был уже далеко не мальчик и перспектива провисеть над дверью на стене держась только кончиками пальцев рук и ног целый час меня не привлекала.

Мою охрану подвела не плохая выучка и не привитая в гвардии несусветная тупость. Всему виной была военная психология. Каждое военное подразделение, тем более такое, как гвардия, стремится привить своим солдатам сознание исключительности, элитности. За годы службы эта глупая идея плотно укореняется в маленьких мозгах дуболомов-суперменов. А тут такой замухрышка, как я открыто чихает на их гонор. Нет. Этого они долго выдержать не могли. Чего я и добивался.

Их оказалось всего трое. Все-таки они так и не смогли поверить в то, что на каждого льва найдется свой укротитель. Заранее предвкушая расправу, они быстро отключили сигнализацию и потрясая дубинками вбежали в камеру. Они бы еще пушки с собой взяли...

На их месте я бы дико закричал. Во всяком случае поднял бы тревогу! А так, я падаю сверху и сразу вырубаю одного, а другие с открытыми ртами смотрят. И хоть бы пискнули. Правда, когда второй улегся рядом с первым, последний, кажется это оказался мой злосчастный надзиратель, все же попытался крикнуть. Это делает ему честь, армия выбила еще не все мозги из его головешки.

- Только попробуй, - шепнул я ему и он поверил, что я не шучу.

Он с испуганной рожей кивнул и в этот самый момент его свалил мой самый быстрый удар. Скукотища...

Я аккуратно уложил их вдоль стены, связал портупеей, заткнул рты, вышел и включил сигнализацию. Сенсоры почувствовали, что в камере находиться, как и раньше, живой человек и обрадованно замигали зелененькими огоньками. Мне оставалось только натянуть поверх своего костюма позаимствованный у охраны мундир и спокойно выйти за ворота базы Первой гвардейской штурмовой дивизии.

До города я мог добраться лишь двумя путями: на машине дивизии или на обычном рейсовом гравитобусе. У меня было достаточно времени чтобы полностью продумать план побега так, что на военный транспорт я даже не взглянул и сразу направился к общественной остановке. По пути подарил каким-то чахлым кустикам мундир гвардейца. По моему глубокому убеждению, они были вполне достойны его носить - уровень интеллекта тот же. В гравитобус я вошел уже вполне гражданским человеком.

В столице я несколько раз пересел с буса на метро и обратно пока не убедился в отсутствии слежки. Хотя и был уверен, что до обеда мое отсутствие замечено не будет, но все же подстраховаться не мешало.

Следующим этапом была смена одежды. В столице было по меньшей мере сто тысяч магазинов готового платья, мне подходил любой из них, но вот с деньгами было плоховато. Мой банковский счет было слишком легко проследить, а в карманах наличности не хватило бы даже на носовой платок. Пришлось воспользоваться счетом Сингрид.

- Муж и жена - одна сатана, - пояснил я удивленным продавцам и вышел на улицу уже элегантно одетым преуспевающим бизнесменом. Войдя во вкус растранжиривания будущего приданого, я купил себе еще и гравимобиль.

Вдыхая аромат новенького салона машины, я вспомнил о совести. Не хорошо все таки без спроса брать чужие деньги. Мне захотелось немедленно увидеть директора и попросить у нее прощения.

- Представляю, как она удивится, - хмыкнул я и поехал знакомиться с ближайшим окружением арестованной дамы.

Ее дом был большим. По сравнению с моей хижиной, даже очень большим. Его строили в расчете на всю семью. У Сингрид и была большая семья, но дети выросли и разлетелись, а внуки не слишком донимали строгую бабушку. Так что большой дом был почти пуст. Лишь Найджел иногда, через туннель к пирсу, приводил свою очередную девушку, и то только в то время, когда хозяйка была на службе. Мальчик считал это большим секретом и мы с Сингрид между собой слегка над ним подсмеивались.

Если бы Президента охраняли так, как сторожили директора, этого поганца давно бы укакошили. А меня отдали бы под трибунал...

Дом охраняло четыре человека. Один изображал из себя садовника и целенаправленно уничтожал газон перед фасадом, поливая его в миллионный раз из шланга. Лужи даже не успевали высыхать, но его это не заботило. Второй, тенью бродил по прихожей. Как у него самого-то голова выдерживала скрип рассохшегося паркета! Третий ругался на чердаке с гадящими ему на голову голубями, а четвертый тупо разглядывал сияющий, как новогодняя елка пульт сигнализации. Сенсоры были замаскированы под осветительные прожекторы по земле вдоль всего дома. Ну и конечно, еще двое лентяев загорали в машине за углом в переулке.

Все это нагромождение бестолковости было настолько явно, что я даже растерялся. Потом последовательно обрадовался, насторожился, чертыхнулся, улыбнулся и подмигнул самому себе в зеркало заднего вида. Это я обнаружил единое сенсорное поле окружающее дом по периметру. Все таки Сингрид была достаточно важной персоной, чтобы за ее жилищем наблюдали еще и со спутников. От напряженности поля даже листва на декоративных кустах не трепетала на ветру.

- Прийдется потерпеть до ночи, - пояснил я ситуацию своей хохотушке совести. - Одному мне в дом не пробраться.

На это совесть любезно напомнила мне, что я все еще являюсь командиром единственного в своем роде подразделения и в моей власти было отменить отпуска своих людей.

Приближалось время обеда. Желудок уже напомнил об этом. Не было смысла спорить с собственным органом и я отправился в один хорошо известный всей моей команде бар.

Оставался еще один вопрос, ответ на который весьма меня занимал с самого момента ареста. Провал! Разгром заговорщиков был молниеносен и всеобъемлющ. Избежать ареста никому не удалось. В течении одного дня каждый член закрытого "клуба" был арестован, отделен от других и от работы. Домашнее заключения без связи с внешним миром, какое еще более жестокое наказание кроме физического можно было придумать для повелителей информации! Информационное голодание сродни клаустрофобии. Как будет чувствовать себя человек в течении многих лет переваривающий бездну сведений и вдруг оказавшийся на едине со своим домом и самим собой. Можно просто сойти с ума...

Ни один член клуба предать остальных никогда не решился бы. Во первых об этом немедленно узнали бы остальные, а во вторых клуб действовал долго и мы с Сингрид проверяли всех часто и тщательно. Так, что с этой стороны предательства быть не могло. Возможность прослушивания я тоже отмел сразу. Собрания всегда проходили у меня дома, а за свой дом я ручаюсь.

Что оставалось? Найджел Зан и лейтенант Чулы из моей команды. Не хотелось и думать о судьбе молодого Зана если его арестовали и допросили. Сам он предать не мог... А вот щупленькая чернокожая Чулы..! Именно она присматривала снаружи за моим домом во время последнего собрания уже после отлета Найджа. Как глупо! Мы почувствовали излишнее внимание к нашим сходкам и решили подстраховаться. Подстраховались!

И все таки это следовало проверить. Не очень-то хотелось верить, что кто-то из моей команды способен на такое.

Бар назывался "Холодный свет". Чудное название, но раньше я никогда не обращал на это внимания. В этом баре стояли самые необычные игровые автоматы во всей столице. Настолько необычные, что я ввел в программу подготовки своей команды посещение бара. Хозяином там был отставной вояка, довольно ловкий малый, правда без обеих ног. Кто бы еще сумел раздобыть имитаторы положений приборы используемые во время последней большой войны для подготовки десанта. Одеваешь перчатки, чехлы на обувь и шлем и вот ты уже где-нибудь, а по тебе всякие монстры огнем поливают...

Бар знала вся команда, но не вся команда знала, что я убежал. Оставалось пятнадцать минут до обеда на гауптвахте гвардии. Через восемнадцать минут робот-разносщик въедет в камеру, оценит ситуацию и доложит. Минут через двадцать - тридцать поднимется тревога, через сорок - допросят охрану. Примерно через час предатель, в поисках беглеца, появится в баре. У меня было еще время поесть и поговорить с хозяином.

В "Холодный свет" можно было войти через освещенный неземным ярко-белым светом коридорчик с улицы. Либо протиснуться между помойных баков и пустых коробок из под всяческой снеди, через черный выход и кухню. Был еще третий выход. Через магазинчик "Интим" на параллельной улице. Этой дырой пользовались лишь хозяин, я и поставщики вулканита - запрещенного в земной армии и флоте акселератора физической силы. Слишком многие офицеры в Империи не могли положиться на свои худосочные рученки в сложных ситуациях, чтобы хозяин бара отказался от торговли этой дрянью. Хотя небольшой запас вулканита был у каждого человека в моей команде. На всякий случай...

Я сразу выехал на соседнюю улицу. В "Интиме" немного по- шатался между стеллажами с пластиковыми членами, нижним бельем и прочей ерундой, а потом, выбрав момент, когда на меня не смотрели, надавил на замаскированную кнопку и нырнул в темную щель открывшегося прохода. Через пару минут в чулане, где я оказался показался владелец бара.

- А, капитан, - угрюмо, не подходящим для его массивного тела высоким голосом произнес он.

- Привет, Сторм.

"Сторм" - это прозвище, не имя. Его так все звали, на другие имена он не отзывался. Наверное эта кличка напоминала ему о тех временах, когда он был молод и здоров. И был солдатом, черт бы побрал эту армию.

- Я слышал, ты.., - недоверчиво продолжал он, но я его перебил.

- Мне показалось, это не самое подходящее место для офицера.

Мы оба хорошо поняли о чем идет речь. Криво усмехнувшись и кивнув, он впустил меня в свой кабинет.

- Из моей банды сейчас никого нет? - вяло спросил я усаживаясь в весьма удобное кресло перед его столом. Он неторопливо объехал на коляске вокруг стола, остановился перед батареей бутылок на маленьком столике, покачал головой и, составляя какой-то коктейль, проговорил:

- Сейчас - нет! С неделю назад ошивались тут каждый вечер... Поговаривали, что у тебя не хватит терпения просиживать ... там штаны.

- Значит я их плохо учил. Они совсем не умеют терпеть...

- Зато кое что другое хорошо умеют! Ко мне тут бритые наведывались... Много их тут развелось, бардак в стране... В охрану набивались.

- От кого? - удивился я.

- От них самих. Они тут побить все предлагали...

- Вот чудаки!

- Ага! А тут твои ребята...

- Значит ты на нас не в обиде?

Инвалид обиженно стрельнул глазами.

- Покормишь?

Сторм молча передал мне бокал с золотистым напитком и уехал за едой. Кухня была рядом, так что отсутствовал он не долго. Привез еду и вернулся в зал, от куда уехал чтобы встретить меня.

Я торопливо наелся, выпил еще бокал золотистого и обнаружил, что пора появляться предателю. Словно подслушав мои мысли Сторм сообщил по внутренней связи:

- Капитан, тут заявился один из твоих. Отправить его к тебе?

- Кто из моих?

- Клоун-Нижек.

Вот это номер. О нем я и не подумал сразу. Ролли Нижек, по прозвищу "клоун" был штатным ухажером Чулы, а это значило, что либо малышка-Шоколадка попросила его зайти в бар, либо просто она не умеет держать язык за зубами.

- Я сам выйду. Есть еще какие-нибудь незнакомые подозрительные личности?

- На улице прогуливаются...

Я тяжело вздохнул и пошел в зал.

Клоун сидел в темном углу, который великолепно присматривался с улицы и мог просушиваться из стоящей у бара машины. Приманка и ловушка была настолько явной, что мне даже стало горько и обидно. Обидно, что член моей команды оказался банальным стукачам и горько, что мои уроки осторожности похоже пролетели мимо ушей этого комика.

- Привет, Ролли, - тихо проговорил я присаживаясь за соседний столик.

- Капитан!? - искусственно удивился тот. Все подозрения в предательстве с Чулы немедленно были сняты. - Но ведь...

- Мне нужна твоя помощь, - перебил я его. - Ты поможешь мне?

- Конечно, - сразу согласился стукач. - Все, что угодно.

- У меня есть должок к командующему одной гвардейской дивизии... Я хочу его сегодня вечерком навестить! Только я и ты. Остальные не такие надежные... Я рад, что именно ты зашел сейчас в бар!

- Конечно, капитан. Я готов!

- В десять вечера на площади Победы. У тебя какая машина?

- Сиреневый ФИАТ.

- Я тебя там найду.

С этими словами я встал и ушел в подсобные помещения бара. Наспех простившись со Стормом выбежал через "Интим" к своей машине и уехал. По дороге на встречу мне пронеслись несколько броневиков с десантниками спешащими к бару. Я пожелал им хорошенько побегать вокруг квартала и уехал в другой район города. Времени оставалось не так уж и много, мне еще предстояло связаться со своей командой, обрисовать им ситуацию и подобрать снаряжение. И все это до наступления ночи.

Ночью я хотел навестить свою невесту и нужно было еще позаботиться о подарке...

Кассандра Ли Радж

Мне было хорошо на корабле и я вовсе не торопилась увидеть загадочный и пугающий Конвикт. Ко мне и к моему сыну ни кто не лез со всякими анализами и тестами. Вся не большая команда стремительного судна, за исключением Джо Чеймера, держалась даже со мной несколько отчужденно. Это скорее всего было вызвано "геройствами" Рогнара на их планете, о которых мне немного рассказывал Джо. Не смотря на то, что я сожалела о смертях тысяч людей, все же была благодарна мужу за это ко мне отношение конвиктян.

Я не осуждала Рогнара, как не осуждали его и сами конвиктяне. Они признавали, что подрыв ядерных зарядов в обитаемой зоне планеты был вызван бессмысленной выходкой одного из их людей. Честно говоря, мне вообще было все равно... Они знали о наших с Рогнаром способностях, а мы знали об их. На этом основывалось взаимное уважение.

Конвикт уже был виден на обзорных экранах и я наблюдала, как рады были туземцы быстрому приближению к своей родине. Во мне же известие о том, что спустя пару часов мы уже будем на планете вызвало лишь чувство тревоги. Джо рассказывал о биологическом институте и я не сомневалась, что сразу после посадки меня сразу перевезут туда и снова начнутся анализы... Я не могла больше допустить этого. Я не хотела этого.