Помоги проекту - поделись книгой:
Я вижу, как далеко внизу что-то сияет. Обширные земли, на которые мы собираемся приземлиться, ни что иное как бесконечно удивительные гигантские грибы. Огромные грибы, растущие повсюду, белеющие во мраке ночи.
— Сейчас! — кричит Пиллар. — Дергай за кольцо!
Не так — то легко разглядеть его, поэтому дергаю все, что попадается под руку. Что? Думаете, я по ошибке нажму на рычаг ускорения скорости падения?
Внезапно, я ощущаю, как лямки парашюта дергают меня за плечи. Сила рывка настолько ошеломляющая, что мне кажется, будто у меня вывихи обеих рук.
Вместе с плечами!
Но в те недолгие мгновения, прежде чем все стало лучше… или же хуже. Мы с Пилларом плывем по воздуху и начинаем медленное приземление. Я пытаюсь не рассмеяться, когда он делает вид, будто забрасывает удочку и начинает вылавливать рыбу.
— Ну, должен же человек хоть чем-то себя занять, пока мы не приземлимся. Не могу даже словами передать сейчас свою радость.
— Где именно мы находимся? — говорю я.
— В Колумбии, конечно же!
Глава 8
Королева Англии, также известная, как Червонная Королева, сыпала проклятиями по поводу цветов в своем саду. Она прыгала на месте, рассерженная отвратительными красными цветами. К несчастью, как бы высоко она ни прыгала, она все равно была ниже ростом, чем любая другая среднестатистическая королева. Но к этому она привыкла. Даже в Стране Чудес ее рост был худшим кошмаром. Она до сих пор помнила, как ей пришлось делать на заказ трон повыше, чтобы управлять и запугивать подданных, лишь тогда она поняла, какой мелкой выглядит оттуда. Ее же собственные придворные потешались над нею в тот день. Тем не менее, у Королевы всегда находился способ заткнуть всех… навсегда. Она срубила несколько тысяч голов, заставив умолкнуть всех прочих в Стране Чудес.
Эта фраза никогда не перестанет восхищать ее. Она обладала силой мгновенно расставлять все по местам. Спасибо Генриху Восьмому, подумала Королева, она научилась этому трюку от сумасшедшего Тюдора. Король Генрих срубил самое большое количество голов в истории — большинство из них были его жены. Многие даже не догадывались, что он был Чудесником, и что именно его призрак слоняется по темным коридорам Оксфордского Университета.
Изначально Льюис Кэрролл хотел подарить эту фразу королю. Но, то была совсем другая история Страны Чудес. Прямо сейчас, у Королевы была проблема с цветами.
— Почему мои цветы красные? — завопила она в громкоговоритель, который едва умещался в ее маленьких жирных ручках.
— Я думала, Вам нравятся красные цветы, моя Королева, — ответила Маргарет Кент, она же Герцогиня.
— Я хочу белые цветы!
Маргарет выглядела озадаченной. Все, кто когда — либо читал Алису в Стране Чудес знали, что Королева желала, чтобы цветы перекрасили в красный, а не то она отрубит всем головы.
— Но Вам же всегда нравились красные, — возразила она. — Даже в Стране Чудес Вы приказывали нам выкрасить их в красный.
— Вот видишь, — вздохнула Королева. — Вот в чем проблема глупых людей. Какой у тебя IQ, Маргарет? Пять с половиной грибов? За этим хирургически улучшенным лицом скрывается хоть крупица мозгов? Почему бы вместо хорошенькой мордашки не выбрать мозг получше, чтоб обращаться к нации?
Королева знала, что стражники в комнате едва сдерживают смех. Но никто не рискнул бы своей головой ради смеха. Научный факт: нельзя прожить без головы, если только ты не безголовый всадник из Сонной Лощины.
— Извините, — произнесла Маргарет. — Я думала, Вам будет приятно видеть красные розы, поэтому я нашла генетически выведенный сорт идеально алых роз. Он был разработан Мартовским Зайцем, и я посеяла их в замке.
Маргарет, конечно же, ни капли не раскаивалась, и Королеве было об этом прекрасно известно. Эта герцогиня была весьма коварной женщиной, которая выслуживалась лишь перед Королевой. И это была единственная тому причина…, которая отнюдь не заслуживала уважения.
— И как теперь приказывать стражникам перекрашивать их в красные? — Королева встала на стул и завопила в громкоговоритель. — В этом и заключалась вся логика. Я перекрашиваю белые розы в красные, потому что они белые. Цель в том, чтобы подавить их природу и заставить их стать такого цвета, какого я пожелаю. Это психология. Фишка Королевы. Послание для толпы. Каков бы ни был твой цвет, я перекрашу тебя по — своему. Понятно?
Маргарет кивнула.
— Поэтому когда цветы красные, я теряю аргументы, — продолжила Королева. — Теперь у меня не остается другого выбора, кроме как издать приказ, чтобы в Англии продавали лишь белые цветы.
— Только белые?
— Да, с этого дня и впредь, в Англии будут продаваться только белые цветы. — Она щелкнула пальцами в воздухе. — Какая великолепная идея. — Она спрыгнула со стула и поправила свою тролеобразную прическу.
— Не только. Я хочу, чтобы Парламент назначил заседания и издал закон о запрете на использование белых цветов.
— Но ведь это вызовет противоречия.
— И прекрасно! — усмехнулась Королева. — Давайте окончательно запутаем этих надоедливых людишек. Посмотрим, что они с этим всем сделают.
— Как пожелаете, Моя Королева. — Промямлила Маргарет. — Также я хотела, чтобы Вы взглянули на еще одного Монстра — Чудесника, который показался сегодня, если не возражаете.
— У меня нет времени на твои глупые просьбы, Маргарет, — отказала ей Королева. — Я больше заинтересована в результатах События прошлой недели. Прошу, сообщи мне, что мои прислужники сеют хаос и безумие по всему миру. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, скажи, что они сводят мир с ума.
Глава 9
Я приземляюсь на большой размашистый гриб…, неужели я сказала это на самом деле? Ну, это правда. Еще безумней, чем в книгах про Алису.
Это гигантский гриб, из которого бы вышел неплохой матрас. И мягкий, и упругий, судя по тем местам, где я с ним соприкоснулась. Я извиваюсь, путаясь в стропах парашюта и, подкатившись к краю гриба, падаю вниз, прямо в грязь.
Где-то за моей спиной раздается смех Пиллара. Это меня раздражает. Я не собираюсь здесь строить из себя клушу. Не в Колумбии.
Выпутаться из парашюта задача не из лёгких. Когда мне это все же удается, я понимаю, что купол парашюта разрисован в виде гигантского гриба. Я вздрагиваю, бросая взгляд на Пиллара, который стоит напротив меня, в идеально чистом костюме и прикуривает сигару.
— Я обзавелся раскрашенными парашютами в целях камуфляжа. — Его глаза стали похожи на блестящие бусины, от блаженства дымом. — Видишь ли, то место, где мы сейчас стоим, оправдывает всяческие ожидания. Ты не найдешь его на карте. Всем, конечно же, известно, где находится Колумбия, но где именно Грибландия, не знает никто.
— Грибландия? — я увязла в грязи.
— Именно. Место, где производятся все прибыльные наркотики, галлюциногены и выращиваются некоторые довольно коварные растения.
— Эти грибы — наркотики?
— Прямо как в книге Алиса в Стране Чудес. — О, он не перестает наслаждаться дымом. — А ты думаешь, как еще одна сторона гриба делала тебя выше, а другая меньше, или прочий бред, что там происходил?
— Так меня что, пичкали наркотиками в детской книжке?
— Ну, это спорный вопрос. — Он протискивается мимо гигантских грибов.
— Чего тут спорить? — Я подхватываю зонт и следую за ним в потемках.
— Что Алиса в Стране Чудес детская книга, но у меня нет времени на подобные споры. — Он приседает на корточки, осматривая местность. Я тоже нагибаюсь. — Видишь ли, Алиса. Грибландия похожа на Нетландию. Ты предпочитаешь думать, что она нереальна, но это не так. Ни один спутник не в силах отследить ее. Все держат это в секрете. Если ты умрешь там, ты никогда не умрешь в одиночестве, один минус, в этом мире будут уничтожены все следы твоего существования.
— К чему все это? — Шепчу я. Я ощущаю, что мы не одни. Все так и источает опасность. Мне по-прежнему необходимо выяснить, почему Пиллар считает, будто здесь мы сможем найти подсказку, как остановить чуму. Что если в этом и заключается стратегия Лондонского Монстра — Чудесника?
— В Грибландии произрастает девяносто процентов всех мировых галлюциногенов, — говорит Пиллар. — Ты, должно быть, считаешь, будто кучка колумбийских бродяг контролирует наркобизнес, но на самом деле их финансируют…
— Черные Шахматы, — перебиваю я, считая себя умной.
— Не-а, неверно, — говорит он. — Но через минуту я к этому вернусь. — Мы осторожно идем вперед. Единственные источники света луна и огонек тлеющей сигары Пиллара. — Эти грибы не просто наркотики. В них есть субстанция, которая может подчинить себе целый мир. На сегодняшний день такая уже есть в магазинах, где люди каждый день покупают продукты. Газировка, шоколад и даже овощи. А по — твоему, почему продажа этого барахла никогда не прекращается? Ее даже распыляют в воздухе.
— Что? Зачем?
— Чтобы подчинить тебя. — Он откусывает кусочек сигары. — Поэтому ты ощущаешь себя круто, когда платишь налоги, терпишь насилие и безумства этого мира. Черт, да тут даже есть электромагнитные грибы, которые могут оказать влияние на твои мозги в день выборов.
— Вы, право, шутите?
— Лево. — Подмигивает.
Я не ожидала такого бессмысленного ответа. Скорее «неверно» или «правильно». Хотя, я же с Пилларом разговариваю.
— Я не шучу. Ты спрашивала, что финансирует Грибландию? Я бы сказал одно из самых крупнокалиберных государств в мире.
— Так что мы здесь ищем? Кого-то, кто поможет нам найти лекарство? — Пиллар кивает, затем смотрит в прибор ночного видения. — Кого именно мы ищем?
— Самого безжалостного и больного на всю голову человека в мире.
— У него есть имя?
— Ну, конечно же, у него есть имя. — Пиллар резко встает и уходит.
Когда я следую за ним, то понимаю, что за нами следят. К нам приближаются люди. Люди с автоматами. Дело дрянь. Теперь я понимаю, что Пиллар имел в виду, когда говорил, что такие будут делать селфи с кровью на лицах, и меня уже начинают посещать мысли о том, что живыми отсюда мы уже не выберемся. По-крайней мере, один из нас.
— Ни слова, — шепчет он уголком рта. — И подними руки. Опусти взгляд.
Что я и делаю, ощущая недобрые намерения приближающихся людей, продолжая слушать болтовню Пиллара.
— Мы пришли с миром, — говорит он. — Во имя грибов, кальянов и прочего упоротого дерьма.
— Что вы тут ищете? — Раздается грубый мужской голос с сильным акцентом.
— Я ищу человека. Весьма важного человека, — отвечает Пиллар, и теперь, я вот-вот узнаю имя самого безжалостного наркоторговца во всем мире. — Палача!
Глава 10
Колумбийцы начинают смеяться. Несмотря на то, что я не могу разглядеть в темноте их лица, от их смеха вокруг меня трясутся грибы. Должно быть, я и в самом деле схожу с ума. Вот, правда, это похоже на острую боль в сердце в тот самый момент, когда понимаешь, что все кончено.
— С чего Вы взяли, что Палач захочет встречаться с Вами?
— У меня две причины верить, что он захочет повидаться со мной. — Слова Пиллара становятся невнятными из-за сигары во рту. — Кроме того, я знаю о Грибной Тропе.
Мужчины смеются громче.
— Думаешь, тебе под силу пройти по Грибной Тропе?
— Я бы хотел попытаться, — отвечает Пиллар. — В конце концов, что я, зря что ли взорвал свой самолет вместе с пилотом. У меня нет путей к отступлению, а потому и выбора у меня нет, кроме как попытаться ли умереть.
— Что еще за Грибная Тропа? — шепчу я ему на ухо.
— Что-то вроде паломничества. Дорога, по которой придется пройти мимо грибов, — шепчет Пиллар, не глядя на меня. — Мы должны согласиться, если хотим встретиться с Палачом.
— А почему его зовут Палачом?
— Он Чудесник, который раньше работал на Королеву. Помнишь ту сцену из книги про Алису, когда королева приказывает ему отрубить голову Чеширскому коту, а он спорит, что нельзя отрубить голову, которая исчезает?
— Ах, да, впрочем, ее немногие помнят, — говорю я. — Но меня он не слишком пугает.
— Как и большинство монстров, он превратился в настоящего зверя после Цирка, за исключением того, что теперь он работает на самого себя, и недолюбливает остальных Чудесников. А теперь заткнись и позволь мне договориться с этими безумцами.
— Для вас кое-что есть, — говорит один из мужчин. — Он посылает к вам человека, который пытался пройти по Грибной Тропе.
— Я думал, что большинство людей погибли из-за опасностей на тропе. Либо смерть от тропы, либо от рук Палача.
Люди снова гогочут.
— Ну, этот наелся грибов и свихнулся, так что мы оставили его себе на потеху.
Мы не отрываясь, смотрим на полуголого худого человека, который идет к нам, выпрямив спину. Он стар, тощ и дизориентирован.
— Почему он шатается? — спрашивает Пиллар.
— Он думает, что идет по канату. — Говорит мужчина, что стоит дальше всех. Мы ждем, когда же подойдет тот человек.
— Хорошая работа, — подыгрывает Пиллар. — Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так ходил по канату.
— Я не по канату иду, — возражает оборванец. — Мне просто нужно идти очень аккуратно. Разве вы не видите, что я — бутылка молока?
Я едва сдерживаю смех. Пиллар толкает безумца на землю.
— Кажется, я разлил молоко. — Он поднимает взгляд на мужчин, стоящих поодаль. — Послушайте, нет у меня времени на ваши игры. Пустите меня на тропу, встретиться с Палачом. Я не упущу шанс.
Над Грибландией воцаряется тишина, слышен лишь шорох травы. К нам приближается один из людей. Медленно, он выпрямляется во весь рост. Весь в шрамах, уставший, мускулистый гигант с автоматом. Обычно, я бы разволновалась, но не знаю, что на меня нашло. Меня так и тянет рассмеяться.
Поделиться книгой: