Большая игра

— Нет, имеет постоянного бойфренда из аристократических кругов Великобритании.

— Жаль, было бы забавно посмотреть на лесбийский секс в средневековой обстановке. Впрочем, продолжим, — усмехнулся Кристиансен. — Что вы думаете относительно этой кандидатуры?

— Она в любом случае будет участвовать в Большой Игре, — в задумчивости щелкнул пальцами Левашов.

— Почему?

— Если бы Когсвелл не был ею заинтересован, то он не стал бы ее лично судить. Это что–то внутрисемейное, какая–то местная подковерная суета, про которую мы ничего не знаем, так что лезть в это дело не надо.

— Согласен, — отозвался Судецки.

— Что же, раз так, то Большая Игра. Осужденную смотреть не будем. Следующий.

— Квентин Мейсон, ССШ. Выездной специалист по презентациям новейших разработок компании «Дженерал Моторс». Типичный корпоративный работник среднего звена. Свой дом в престижном районе планеты Вашингтон. Отдых на лучших курортах. Красивые женщины. Дорогие аэрокары. Играет в гольф и член охотничьего клуба. Вскоре должен был пойти на повышение, но для этого ему требовалось презентовать новый танк в экспедиционной группировке генерала Брекенриджа, которая участвовала в локальном конфликте между ССШ и ЯКПК на Шанхае. Каким–то образом оказался втянут в военные действия и на нем повисло сорок два пункта обвинений.

— Зачитайте основные.

— Геноцид местного гражданского населения, доказано двести сорок пять смертей. Представляете, он нашел в городе Хигаси тяжелый грузовой кран, катался на нем по сельскохозяйственным угодьям, и давил этой махиной мирных крестьян?

— Настоящий зверь.

— Да, и это только начало. Дальше, больше. Он допустил потерю совершенно секретного нового образца вооружения, которое попало в руки японо–китайцев. А это уже измена корпорации. Потом его понесло воевать, и в бою Мейсон уничтожил около двадцати пехотинцев из народного ополчения города Хэнань. Это основные пункты обвинения, но и по мелочам многое набегает. Сговор с бригадным генералом Форсайтом, погибшим в Хигаси. Коррупция, мародерство и паникерство. Судом планеты Шанхай и судом планеты Вашингтон, Квентин Мейсон признан военным преступником и приговорен к Игре.

— Как у него с психикой?

— Не очень, но это и понятно, сначала война, а потом концлагерь и тюрьма.

— Вызовите заключенного из камеры. Следующий.

Конвейер продолжил свою работу. Минута и судьба человека решена. Час и этих людей уже полурота. Судья, защитник и обвинитель работали не останавливаясь. Они перемалывали хороших и плохих, белых и черных, умных и глупцов, и к концу рабочего дня были подведены итоги. Мясорубка получила первую партию пешек в триста пятьдесят заключенных, а планета в созвездии Жука, у звезды Зара, под именем Борея, двадцать три человека, которым предстояло сыграть в Большую Игру для элиты корпоративного общества.

Борея. 2925 год. День Первый.

Особо опасных преступников собрали на грузовой палубе десантного корабля ЦКЛ «Сидней». Двадцать три человека, семнадцать мужчин и шесть женщин в мешковатых оранжевых тюремных робах. Все они опасливо глядя один на другого, не скучиваясь, замерли на открытом пространстве в ожидании того, что же с ними будет дальше. Вокруг вдоль корабельных переборок застыли бойцы спецназа полицейского управления столичной планеты ЦКЛ. С такими волкодавами шутки плохи, все они в броне, в глухих шлемах, с дубинками и стопперами в руках. Никто из заключенных глупцом не был, и попыток как–то спровоцировать полицейских не предпринимал.

Тишина воцарилась на грузовой палубе, и только еле слышный шум приборов в соседних отсеках говорил о том, что БДК «Сидней» продолжает жить своей прежней размеренной жизнью военного корабля. Прошло минут пять, и раздался первый четкий звук, разогнавший начинавшую давить на плечи осужденных тягостную тишину. Это был звук шагов.

На палубе появился высокий и совершенно безволосый мужчина средних лет одетый в короткую темно–синюю тунику с вышитым на ее груди рисунком: серебряная роза в окружении колючей проволоки. Безбровое и округлое лицо человека, так странно одетого и спокойно разгуливающего по военному кораблю, было подобно маске, ни тени эмоции, ни злорадной улыбки, ни печали. Мужчина в тунике остановился метрах в пяти от заключенных, и за его спиной незамедлительно возникли две фигуры в броне. Спокойно и никуда не торопясь, безволосый человек оглядел людей перед ним, отцепил от пояса, перетягивающего тунику, небольшой кружочек и кинул его на палубу. Кружочек оказался одноразовым голографом, дешевой поделкой, продававшейся во многих мелких магазинчиках всех человеческих миров.

Голограф включился, и над палубой возникло объемное изображение около метра в диаметре. Вид, как если бы съемка велась хорошими профессиональными видеокамерами с высоты в тысячу метров. Синева с легким отливом зелени, небо. Поворот камеры, иной ракурс, и земля. Воздушное судно быстро перемещается и внизу видны реки, горы, большие холмы, леса и все остальное, что должно присутствовать на планетах пригодных для жизни человека. Новый рывок камеры. Картинка смещается: большие города, замки под старину и поля. Заключенные сразу поняли, что в этих сюжетах имеется некий диссонанс с тем, что они привыкли видеть вокруг себя на родных планетах. Однако сразу разобраться, что к чему, они не смогли, и только когда камера рывками начала приближать отдельные картинки: людей, дома и деревянные суда плывущие по рекам, среди них начались перешептывания.

— Это что, съемки исторического фильма? — спросил один из осужденных, мощный косматый мужик с сильными жилистыми руками, которые были покрыты десятками мелких белесых шрамов.

— Молчать! — из–за спины человека в тунике выступил спецназовец и перетянул мужика по спине дубинкой.

От сильного удара с оттяжкой, мужик рухнул на колени и прикрыл руками голову. Остальные люди застыли без движения, но спецназовец отступил и продолжения избиения не последовало.

Голограф по–прежнему показывал свои картинки, а осужденным оставалось только смотреть на них и гадать о том, что же происходит. Наконец, показ немого изображения прекратился, и прибор на палубе свернул свою проекцию, а косматый мужик, кривясь от боли, встал рядом с остальными осужденными.

Еще раз оглядев людей перед собой, безволосый человек заговорил:

— Вы можете называть меня Координатор. Я голос игроков. Все мы, сейчас находимся в системе Жука, в районе желтого карлика Зара, над планетой Борея. Никто из вас никогда не слышал про этот мир, но он есть, он попал в зону внимания наших уважаемых корпоративных лидеров и ими было решено провести Большую Игру. На планете Борея имеется жизнь и жители, потомки землян, находящихся в Раннем Средневековье. Гравитация чуть более 1 g, давление атмосферы 1.1, и в целом это очень благоприятный для жизни человека мир. Три больших материка занимают пятую часть всей поверхности планеты. Кроме того, имеется несколько крупных островом и островных архипелагов. Впрочем, все это не важно. Ведь вас, наверняка интересует то, что касается непосредственно вашей судьбы.

Координатор замолчал, на миг зажмурился, непонятно зачем, крупным носом сильно втянул в себя воздух большого помещения, выдохнул ртом и продолжил:

— Вы все преступники, которые не достойны жизни. Еще полгода назад, за все совершенные вами злодеяния, вас бы просто отправили на самые гибельные рудники где–нибудь в астероидном поясе и вы бы сгнили там заживо в течении полугода. Но, милостивые и милосердные главы корпораций дают вам возможность пожить еще какое–то время. Взамен, от вас требуют выполнять их приказы и на этом все. Живите, как хотите, но выполняйте задания. Отныне вы фигуры, они игроки, а я, как уже было сказано, ваш Координатор. Вы будете десантированы на планету, станете изучать этот мир и получать квесты. Основной для всех, так сказать, приоритетный — полный захват планеты и запуск искусственного спутника на орбиту планеты через двести лет. Дополнительные будете получать каждый месяц через вживленные в ваш головной мозг приемопередатчики, — осужденные зашумели и заволновались, спецназовцы в броне выдвинулись вперед, но Координатор приподнял вверх правую ладонь, удержал их и дополнил свою речь: — Того, кто откажется выполнить приказ или попытается схитрить, ждет еще один сюрприз, второй передатчик, вмонтированный в спинной мозг, который наградит вас такой болью, что вы будете готовы на все. В общем–то, я сказал все, что хотел, и мог бы уже отправить вас на поверхность планеты. Однако в качестве жеста доброй воли, я разрешаю каждому из вас задать мне один вопрос и выбрать себе короткий ник, который будет с ним все время Игры. Начинаем слева направо: шаг вперед, ник из одного слова, желательно имя или профессия, а затем вопрос и ответ. Если спросить нечего, так сразу и скажите.

Первым с левого края группы людей стоял косматый мужик. Исподлобья, он бросил взгляд на полицейского с дубинкой, сделал один шаг и произнес:

— Зима. Почему твои хозяева уверены в том, что смогут нами управлять?

Координатор презрительно улыбнулся и ответил:

— Вы все разные, но есть у вас и кое–что общее. Помимо того, что вы все преступники и неглупые люди, каждый из вас любит жизнь. Кроме того, приемопередатчик в вашей голове и болевой шокер в нервной системе приборы нового поколения. Они тоньше волоска, их не обнаружить и не удалить, а значит, или умрите, или подчиняйтесь.

Зима, он же Павел Зимин, знаменитый революционер из корпорации «Евразия», отступил назад, а ему на смену вышла полненькая чернявая женщина.

— Роксана. Кто игроки?

— Весь Совет Корпораций в полном составе.

Третий осужденный, обритый наголо молодой парень, если судить по выправке, военный.

— Воин. Какими будут дополнительные вводные?

— Самыми разными. Переспать с принцессой, захватить королевство, станцевать совершенно голым на городской площади или убить конкурента. Я этого не знаю. Мое дело контроль, а решают игроки.

Четвертый осужденный, невысокий тонкокостный мужчина, с постоянно дергающимся левым плечом:

— Пилот. Что получит тот, кто выиграет игру?

— Свободу, прощение всех своих грехов и эту планету в подарок.

Следующим был качок с бычьей шеей и мощной мускулатурой, которая выпирала сквозь тюремную робу наружу:

— Разрушитель. Оружие дадут?

— Нет. Что на вас сейчас, с тем свой путь и начнете.

Пятый, симпатичный мужчина лет около тридцати, с тонкими франтоватыми усиками под носом и маленькими маслянистыми глазками:

— Поэт. Какие бонусы будут за выполнение дополнительных вводных?

— Никаких. Отсутствие боли и наказания, уже само по себе немалый бонус.

За Поэтом вышел высокий, можно сказать, длинный блондин с чуть вытянутым лицом. Он растерянно оглянулся, как если бы не понимал, куда попал, и выдохнул:

— Это все ошибка. Я оказался здесь случайно.

Координатор посмотрел на спецназовца рядом с собой. Тот понял приказ без слов. Выступил вперед и парой легких ударов привел человека в чувство. Тот сник и произнес:

— Торгаш. Вопросов не имею.

Понурый Торгаш, некогда Квентин Мейсон, отступил, и его сменила красивая брюнетка с гордым взглядом:

— Изабелла. Кто проживает на поверхности планеты?

— Потомки европейцев–колонистов: французов, испанцев, немцев и итальянцев, а помимо них потомки членов экипажа и охранного подразделения: англичане и славяне.

Участник Игры под номером восемь. Человек с лицом самого настоящего пропойцы, опухший от алкоголя и совершенно безразличный ко всему, что вокруг него происходит.

— Учитель. Какой строй на планете?

— Феодальный, конечно, и племенной.

Девятый, серьезный и сосредоточенный юноша лет семнадцати, над губами и на щеках первый смешной пушок, а не знавшие труда руки розовые и без мозолей. Какой–то ручной соболек, всю жизнь питавшийся с руки хозяйки, и вдруг, оказавшийся в диких джунглях.

— Аристократ. Как нам добиться выполнения основной задачи? — ломким баском, спросил он.

— Не знаю. Вы свободны, так что решайте сами, воюйте, эксплуатируйте местное население, стройте финансовые империи или идите по пути прогресса.

Юноша смутился, замолчал и, оттолкнув его плечом, к Координатору вышла третья женщина на Игре, средних лет, среднего роста, и вся какая–то средняя. Единственное, чем она запоминалась, это непомерно широкими плечами и сросшимися темными бровями.

— Анхелика, — представилась она. — На каком языке общается местное население?

— Смесь английского, немецкого, испанского и так далее. Каждый из вас знает как минимум пару языков, свой родной, планетарный, и общий интерангл, так что поговорить с местными жителями сможете без проблем.

Одиннадцатый. Крепкий русоволосый парень, сжат подобно пружине, а походка легкая, как у профессионального танцора.

— Меня Кент зовут. Вопросов не имею.

За ним вышла молоденькая и похожая на двенадцатилетнего ребенка девушка. Вся хрупкая, воздушная и беззащитная. На секунду она замерла на месте, по–доброму улыбнулась и, совершенно неожиданно для Координатора и его охранников, подпрыгнула вверх и пяткой правой ноги нанесла сильнейший удар в голову закрывающего Координатора полицейского. Удар девушки, казавшейся юной девочкой, пришелся в черный шлем охранника. Спецназовец покачнулся и как подкошенный рухнул на палубу. Пока он пытался подняться, осужденная атаковала Координатора, но тот не растерялся, его лежащая на поясе туники рука дернулась, и девушка упала рядом с поверженным полицейским. Затем она забилась в сильнейших судорогах напоминающих эпилептический припадок.

Девушка корчилась от боли, хрипела и пыталась умолять, и так продолжалось с полминуты. Когда же она потеряла сознание и затихла, охранники оттащили ее в сторону, а побледневший Координатор сказал:

— Это был ваш болевой шокер, если кто еще не понял. Чересчур агрессивную девушку будем называть Молния. Продолжаем наше знакомство.

Тринадцатым оказался совершенно простецкий мулат с толстыми губами и выбритыми на практически лысой голове закорючками арабской вязи.

— Азиз. Вопросов не имею.

Четырнадцатый участник, еще один мулат, у которого было тонкое лицо интеллигента, умные глаза и совершенно странные толстые грязные дрэды на голове.

— Растаман, — кивнул он координатору. — Хотелось бы узнать. Состав участников постоянен или возможны новые сбросы людей на поверхность планеты?

— Правильный вопрос. Отвечаю. Все зависит от того, насколько вы будете интересны игрокам. Если вы покажете себя во всей красе, то дополнительных конкурентов не ожидайте, а если сдадите назад и затормозитесь, то вас можно подстегнуть и без применения шокера.

За Растаманом пришла очередь еще одной женщины, курносой светловолосой девчушки, лет двадцати.

— Ветка. Вопросов не имею.

Шестнадцатый участник, еще одна представительница прекрасного пола, последняя. Сухая и сморщенная карлица с небольшим горбом за спиной.

— Карла, — хрипло произнесла она. — Вопросов не имею, но когда выберусь с этого паршивого окраинного мира, я тебе, Координатор, печенку вырву.

— Ну–ну.

Координатор усмехнулся и посмотрел на оставшихся не опрошенными осужденных, которых было семь человек. Эти люди чем–то сильно походили друг на друга, черноволосые, стройные, гибкие, и при этом злые взгляды исподлобья, редкие волосы, половины зубов во рту нет, а на открытых участках тела следы сигарет, которые тушили на себе эти осужденные.

— Братья Моралес? — спросил Координатор.

— Да! — с решительным и независимым видом вперед вышел старший из них, седоватый мужик, которому на вид было лет около сорока. — Мы братья Моралес!

— Имена оставляете прежние?

— Да. Антонио. Фредди. Лупо. Марио. Анджело. Гвидо. Маурицио.

— Вопросы есть?

— Мы не тупые, и так все понятно. Всех замочить, заставить местных работать на себя и выйти в космос. Для нас это чепуха. Мы братья Моралес.

— Допустим, — Координатор снова вобрал в себя воздух и скомандовал командиру полицейского спецназа: — Начинайте погрузку участников Игры в десантный бот. Пилоты знают что делать, а ваша функция контроль.

Планета Борея. Воин. 2925 год

— Номеру три приготовиться! — Радивой услышал команду пилота, напрягся и когда через три секунды прозвучала вторая команда, уже был готов к тому, что ему было необходимо сделать.

— Номер три, пошел!

Под прицелом полицейских стопперов, он быстро встал, прошел по небольшому проходу, вышел на открытый пандус–сходню и, не глядя вниз, с высоты в четыре метра, крепко сомкнув стопы ног и чуть согнув колени, прыгнул вниз.

Удар, и полусогнутая правая рука смягчает падение. Он прокатился по мягкой покрытой травой земле и быстро поднялся. Взгляд наверх. Там, в синеве отдающего легкой зеленью неба, быстро поднимаясь ввысь, исчезал десантный бот, с которого он только что спрыгнул.

«Вот это да, — подумал бывший лейтенант евразийской армии, а сейчас участник Большой Игры с ником Воин. — Всего неделю назад служил себе спокойно, потом невыполнение приказа, тюрьма, суд, непонятный приговор, транспортировка на Альбертину и жестокая драка с уголовниками. Затем встречи с какими–то странными людьми, которые интересовались жизнью простого заключенного и Игра».

Бот, который по одному раскидывал участников Игры через каждые триста километров, пропал из вида, а Радивой присел на место своего падения, и огляделся. Вокруг него, куда не кинь взгляд, степь без единого кустика. Серая пожухлая травка, а под ней спекшаяся от жары земля. Уже хорошо. Лыков принюхался к воздуху планеты и остался удовлетворен. Запахи вполне обычные, немного терпкие, травяные, дышать легко, и это очередной плюс.

Вопрос. Что он знает об окружающем мире? Очень мало, практически ничего. Однако, самое главное для него, это то, что на планете можно жить, и где–то есть люди.

Другой вопрос. Почему им, фигурам на шахматной доске под названием Борея не дали более подробной информации? И так это пытался раскидать и эдак, и пришел к выводу, что игроки решили усложнить задачу для участников Игры. Наверное, чтобы жизнь медом не казалась.

И основной вопрос. Что ему, бывшему лейтенанту и осужденному делать дальше? Жить, постараться выбраться к людям, посмотреть вблизи на таких же, как и он, потомков землян, и постараться устроиться в местном обществе. Конечно, поставленная перед ним и другими осужденными людьми задача — захват целой планеты и вывод искусственного спутника планеты на орбиту, для одиночки, на первый взгляд, задача неподъемная. Но деваться некуда, сдаваться нельзя ни в коем случае, и поэтому придется много двигаться и трудиться.

— Ладно, — сам себе сказал Радивой и встал. — Сиди, не сиди, а надо искать местных жителей. Вперед.