Приморская академия, или Ты просто пока не привык

— Что-что? — подскочил мой сосед. — Что значит «избавиться»?

— Марко, прости! Я потом всё приберу!

Не оглядываясь, я бросилась в спальню парня. Я туда ни разу не входила, кроме самого первого дня, когда осматривала разруху во всех трех помещениях. У нас существовало негласное соглашение: я не вхожу в его комнату, он в мою, но гостиная — общая зона и для нас, и для наших друзей.

Так что я впервые вломилась в личное жилое пространство своего соседа. Не обращая внимания на поспешившего за мной хозяина этой комнаты, я рванула к шкафу и рывком распахнула дверцы.

— Рыжая, ты что творишь?!

— Нет времени! Помогай!

Помогать мне, разумеется, никто не бросился, но что странно, позволили делать то, что я творила. А именно: выгрести из шкафа всю одежду и обувь и затолкать под кровать.

— Элисса, ты в своем уме? — прозвучал вкрадчивый вопрос.

— Не очень, — честно ответила я, окинула взглядом помещение, проверяя, не упустила ли чего, и бросилась в ванную.

— Эй! — рванул следом обалдевший от моей наглости Марко.

— Я потом всё вымою! Честное слов! — сгребла я бритву, мыло и помазок.

Оглядевшись, узрела висящие после стирки трусы. Ужас! А если бы я их не заметила?

— Рыжая, ты вообще?! Зачем всё это?

— Вообще! — просочившись мимо застывшего на пороге ванной парня, я зашвырнула добычу под кровать к остальному гардеробу. — А вдруг папа заглянет в комнату?

Где же Марко хранит белье и носки? В шкафу их не было. Тумбочка?

Точно, аккуратно сложенные стопки белья и рульки носков нашлись именно там.

— Элисса!!!

— Я даже постираю всё потом сама! — Не оглядываясь, я цапнула все это и, рухнув перед кроватью на колени, принялась запихивать их туда. — Вот проклятье! Марко, да помоги же ты! Твои трусы торчат и не хотят упихиваться!

— И я их понимаю, — с непередаваемой интонацией произнес Блондинчик, после чего оттащил меня от своего ложа, встал на колени и сам всё аккуратно утрамбовал.

— Бежим! — Схватив за руку, я потащила его на выход. — Нам нужно платье.

— Чего? — растерянно переспросил он. — Какое платье?

— Ты будешь Маркеллой.

— Что?! Нет!!!

Он так внезапно остановился, что меня аж назад дернуло и впечатало в него.

— Рыжая, я смирился с твоей наглостью и тем, как ты поступила с моими вещами. Но Маркелла? Исключено! Попроси Марту.

— Марко, миленький, пожалуйста! Марта уехала рано утром, ты же знаешь. А папа не отстанет от меня, и ректор ему сказал, что Маркелла еще в академии и не успела уехать на каникулы. Спаси меня! — взвыла я, вцепилась в лацканы форменного кителя парня и принялась его трясти. — Ну что ты хочешь взамен, а? Пять минут Маркеллой, а с меня желание!

— Рыжая, ты хоть понимаешь, о чем просишь? — осторожно, словно у буйнопомешанной (что недалеко от истины), поинтересовался он.

— Вполне! Ну что тебе стоит?! Мы тебя загримируем, никто и не догадается. Умоляю! Если папа узнает, что я живу в одних покоях с посторонним мужчиной, то он сегодня же увезет меня домой и больше не отпустит в академию!

— Ла-а-адно… — протянул он, и я ушам своим не поверила от счастья. — Но обещай, что меня никто не опознает. Иначе все студенты будут надо мной потешаться!

— Обещаю! Грим! Я сейчас!

Выпустив его локоть, я бросилась в свою спальню, схватила шкатулку с косметикой и шелковый шарфик. Имелся у меня один красивого синего цвета и с рисунком из павлиньих перьев.

— Бежим! — выскочила я в гостиную и снова вцепилась в свою «соседку».

Мы бежали по коридорам, выглядывая из-за углов, чтобы случайно не столкнуться с бароном Суаресом и рувом Луциано. Один раз я услышала издалека голос папули и рванула обратно. Мы спрятались в нише, задрапированной тяжелыми портьерами, переждали, пока они пройдут мимо, и снова побежали.

— Элисса, ты сумасшедшая, — весело произнес Марко. Он почему-то получал от происходящего удовольствие.

Ну да, ему-то терять нечего. Это не ему грозит оказаться под домашним арестом и быть выданным замуж за мерзкого графа.

Я не стала отвечать, и так дыхание сбивалось от всей этой беготни и суеты, а сердце выскакивало из груди.

Дотащив Марко до кабинета кладовщицы, я остановилась, чтобы отдышаться хоть чуть-чуть и приготовиться клянчить и канючить. Мне с ней не доводилось общаться с момента получения формы, но я неоднократно сталкивалась в рувой Альдой в коридорах и всегда вежливо здоровалась. Память у нее, по слухам, была феноменальная. Она всех помнила, и если ей не оказывали должного уважения, то поменять истрепавшуюся, испорченную по каким-то причинам форму или порвавшийся комплект постельного белья было практически невыполнимым. Имелись прецеденты. Данная особа не просто хорошо всё запоминала, но и была крайне мстительна, пусть и таким способом.

— Здравствуйте, рува Альда. Доброго вам утра и хорошего дня, — запыхавшись, протараторила я. — Прекрасно выглядите. Вам очень идет этот благородный синий цвет.

— Что вам, Суарес? — не отреагировала она на комплимент, но зато подтвердила, что помнит всех студентов в лицо и по фамилиям. А ведь мы ни разу лично не общались за последние четыре месяца, только в тот день, когда я получала наряд цвета своего факультета.

По Марко, который после приветственного поклона встал за моей спиной со скрещенными на груди руками, она лишь мазнула взглядом.

— Рува Альда, умоляю, спасите меня! — выпалила я. — Только вы можете сделать это. Пожалуйста! Очень вас прошу!

— И что же вы сотворили, Суарес? Сожгли форму? Уничтожили постельное белье? Обуглили полотенца?

— Нет-нет, как вы могли подумать. Рува Альда, пожалуйста, выдайте нам на пару часов форму для магов воды. Вот ему! — указала я на «Маркеллу».

— Но насколько я вижу, форма студента Мельхора в полном порядке, — внимательнее присмотрелась она к нему.

— Ой! Я же не объяснила. Рува, миленькая, хорошенькая, спасите! Приехал мой папа, барон Суарес. Он думает, что я живу по соседству с девушкой. А вы же знаете, какая проблема возникла с местами в общежитии. Марко любезно согласился сыграть небольшую роль перед моим отцом и временно изобразить, будто он не мужчина. Нам нужно платье мага воды для него! — заломила я руки.

— Что?! — опешила кладовщица. — Элисса Суарес, вы в своем уме?

Марко за моей спиной хохотнул. Он тоже неоднократно задавал мне этот вопрос.

— Умоляю, рува Альда! А с меня в качестве благодарности за услугу — коробка конфет. Вы какие любите? Я сегодня же их куплю и принесу вам. Прошу вас! Иначе папа заберет меня домой и не позволит доучиться. Вы же в курсе, как аристократы пекутся о чести своих дочерей. Да меня до конца жизни не выпустят из-под домашнего ареста. Или завтра же выдадут замуж. Умоляю! А хотите две коробки конфет? Только спасите! Мне нужно за оставшиеся пятнадцать минут превратить Марко в Маркеллу. А я даже косметику взяла с собой. И шарфик, чтобы его короткие волосы спрятать.

— Суарес… — попыталась вклиниться в поток моей речи женщина.

— Ну пожалуйста! — в отчаянии взвизгнула я.

— Ну что ж, — внезапно усмехнулась рува и выбралась из-за стола. — Похоже, это будет интересно. Две коробки конфет, говорите? Я люблю с орехами и сливочной помадкой.

— Сегодня же! — клятвенно заверила я ее.

— Идемте, студент Мельхор. Подберем вам форму магички воды.

Она направилась в глубь помещения, поманив парня за собой.

Я от нетерпения едва ли не подпрыгивала. Времени осталось совсем мало, а ведь нужно еще накрасить Марко.

— Суарес, а вы что стоите? — донесся голос кладовщицы. — Поторопитесь. Вдвоем мы быстрее приведем в порядок Маркеллу.

— Рыжая, — наклонился ко мне Марко и вкрадчиво прошептал на ухо: — Поверь, я придумаю такое желание, чтобы точно отыграться за сегодняшнее сумасшествие.

— Всё что захочешь!

Спустя пятнадцать минут общими усилиями высоченный парень был превращен в высоченную девицу. Рува Альда неожиданно втянулась в этот дурдом и принялась активно участвовать в процессе. Она не только нашла форменное синее платье нужного роста и размера, но и отыскала где-то накладки на грудь. Все же у Марко эта часть организма отсутствует, а нужно создать хотя бы видимость бюста.

Возникла заминка лишь с обувью. У Марко размер… большой, в общем, размер. Таких огромных женских туфель на складе не нашлось. Но, покопавшись где-то в закромах, кладовщица принесла мужские бальные полуботинки с пряжками. С натяжкой их можно было выдать за обувь этой впечатляющей студентки, учитывая ее комплекцию. Бедную девушку можно было понять и посочувствовать ей. Непросто все же при таком росте и телосложении одеваться изящно.

— Суарес, подкрасьте Маркелле глаза, нанесите немного румян и блеска для губ, — распорядилась рува Альда. — И напудрите так, чтобы не было видно щетины.

— Потом шарф намотаем на голову, да? — приступая к подкрашиванию ресниц у безмолвного и словно окаменевшего Марко, спросила я.

— Нет. У меня есть парики для театральных постановок. Какой цвет волос требуется?

— Маркелла — блондинка! — возликовала я.

— Рыжая, я тебя убью! — почти не разжимая губ, процедил парень.

— Не забывай, я тебе пообещала желание! Замри и не моргай!

Когда мы закончили, то никто не смог бы признать Марко Мельхора в этой статной, крупной и очень высокой девушке с гордо поднятым подбородком и идеальной осанкой.

— Ну надо же, — хмыкнула рува Альда, обойдя «Маркеллу» по кругу. — Мельхор, а вы не думали о том, чтобы поучаствовать в студенческих театральных постановках?

— Нет, рува.

— А зря. Из вас получилась на редкость эффектная и породистая рувита.

— Маркелла, бежим! Рув Луциано, наверное, уже закончил экскурсию по академии и привел папу к нам наверх.

— Суарес, вы и секретаря ректора втянули в это? — насмешливо фыркнула кладовщица.

— Он очень любит конфеты с ликером, — улыбнулась я ей. — Спасибо. Мы побежали.

— Элисса, я тоже люблю конфеты с ликером, — намекнул мне Марко, когда мы уже поднимались по лестнице.

— Выбирай: конфеты или желание?

— Желание! Конфеты и ликер я и сам могу купить, — хмыкнул он.

— Сама! Не сам, а сама! Ты же девушка, Маркелла. И голос, следи за голосом. А еще лучше прошепчи что-нибудь про больное горло и молчи!

Перед дверью в наши покои я притормозила. Пригладила растрепавшиеся от беготни волосы, оправила платье, после чего оглядела Марко и, протянув руки к его голове, аккуратно вернула на нужное место чуть съехавший парик из светлых пушистых волос.

— Готов? — шепнула одними губами. И после утвердительного насмешливого кивка распахнула дверь.

Глава 15

Вошла и сбилась с шага…

Барон Суарес и рув Луциано сидели на диване в нашей гостиной и мило беседовали.

— Папа? — притворно изумилась я. — Но как?..

— Эля, доченька! — подскочил он и подкатился ко мне. — Здравствуй, девочка моя. А я приехал тебя навестить. Где ты была? Рув Луциано оказал любезность и провел меня по академии, всё показал, после чего сопроводил в ваши с Маркеллой комнаты.

— А, да… Папочка, знакомься, это моя соседка — Маркелла Мельхор, маг воды.

«Маркелла» присела в книксене, выпрямилась и с высоты своего немалого роста уставилась на остолбеневшего гостя.

На диване давился смехом секретарь ректора, пряча рот за ладонью и явно стараясь не ржать в голос. Я сделала ему страшные глаза, пользуясь тем, что папа рассматривал впечатляющую рувиту в синем форменном платье и отходил от шока.

— Эм-м… — прокашлявшись, начал он наконец. — Очень рад, рувита Мельхор. Да… Эля мне писала, что вы сильный маг воды. Но, как я вижу, вы не только… В смысле… М-да.

Марко склонил голову, позволяя прядям парика скользнуть на лицо, чтобы спрятать прорывающуюся улыбку.

— Папуля, Маркелла не может говорить, к сожалению. На последнем экзамене она несколько перестаралась со стихией, создала слишком много снега и льда. И как результат — застудила горло. Ей лекарь рекомендовал несколько дней полного молчания, чтобы голосовые связки восстановились.

— Ох, бедная девочка, — всплеснул руками папа. — Элечка, ты же пригласишь свою подругу с нами в город? Я с радостью угощу вас пирожными и горячим шоколадом.

— Пап, а Инесса где? — перебила я его. — Она здесь, в Товильдо? Я ужасно соскучилась по ней.

— Нет, Эля. Твоя сестра осталась дома, но очень ждет тебя в гости. Я ведь приехал за тобой, чтобы лично договориться с преподавателями. Я уже имел беседу с рувом ректором. Он любезно согласился переговорить с преподавательницей по управлению стихией огня. Она примет у тебя работу позднее. А сейчас собирайся, мы едем домой сразу после того, как я угощу вас с Маркеллой десертом.

— Йа-а-а… — проблеяла я, затравленно взглянув на Марко.

Тот пожал плечами, давая понять, что тут мне от него помощи ждать не стоит. Мол, и так сделал всё что мог и даже больше.

— Пап… А граф Амальрик… Он?..

— Тебе Инесса написала, да? — расстроился папа. — Прости, милая. Я пытался ему отказать и объяснить, что его приезд будет неуместен. Но он крайне настойчив.

— Он на две недели?.. — едва не плача, спросила я.