Буквы (сборник)

Зарабатывали они немного, но на жизнь хватало. Родители помогали опять же.

Молодая счастливая ячейка общества.

***

-- Ты где был? Четыре часа утра!

-- П-пиво п-пил, -- заплетающимся языком вымолвил Игорь.

Ирина поморщилась. От Игоря сильно разило перегаром. Он еле стоял на ногах. И если бы не закрытая дверь, о которую он облокотился, рухнул бы на пол. Игорь стоял, закрыв глаза, сжимая в руке недопитую бутылку пива. Его мутило от выпитого. Куртка была вымазана штукатуркой, а штаны украшали брызги рвотной массы.

-- Ты позвонить хотя бы мог? Я ждала, мучилась, всех друзей твоих обзвонила! Дома денег нет, а он идёт пьянствовать! Рожа твоя бесстыжая! -- постепенно закипая, тихо, чтобы не разбудить ребёнка, выговаривала Ира, одновременно раздевая мужа.

Ира принялась за ботинки. Развязывая шнурки и бормоча проклятия и ругательства в адрес провинившегося мужа, она не заметила, как Игорь открыл глаза. Он аккуратно поставил бутылку пива на пол, полез за сигаретами, вытащил одну и закурил.

Ира от удивления перестала говорить. Игорь никогда не позволял себе курить дома, зная, что табачный дым очень вреден для малыша.

-- Сейчас же погаси! -- потребовала она.

-- С-слы-ышь... ты... с-стерва... ум-молкни! -- слова Игорю давались тяжело. -- Я в доме хозяин, и что хочу, то и делаю!

-- О ребёнке подумай! -- воскликнула Ира. -- Своло...

Корявый, но сильный удар кулаком в челюсть заставил Иру замолчать. Никогда Игорь не позволял себе не то что бить жену, но и повышать на неё голос.

-- Знай, с-сука, с кем разговариваешь! Ещё х-хочешь? -- показав для убедительности кулак, спросил Игорь.

Ира подняла глаза. Из уголка рта потекла тонкая струйка крови. Не говоря ни слова, Ира влепила ему пощёчину. И получила в ответ от мужа удар коленом в живот. Потом левой рукой в грудь, а правой -- снова по лицу.

Сквозь стекающую из рассечённой брови кровь Ира видела ухмыляющееся лицо Игоря, сигарету в его зубах и злые прищуренные глаза. За окном был слышен смех соседей: ещё одной семейной пары, которая возвращалась домой с какой-то вечеринки. В кроватке обеспокоенно завозился малыш.

Скрючившись от боли, Ира побежала в ванную. Скорее, скорее закрыться там от обезумевшего Игорёчка, а потом он проспится, протрезвеет, и всё будет хорошо. Ему ещё стыдно будет. Да, он извинится, а потом они все вместе поедут к родителям, где будут пить пахучий ароматный мятный...

У Иры потемнело в глазах, и её тело беззвучно рухнуло на пол.

Сзади стоял Игорь и удивлённо крутил в руке окровавленное горлышко от бутылки с пивом. Постояв так, Игорь пошёл на кухню и выкинул горлышко в ведро с мусором. После чего со спокойной душой отправился спать.

***

-- Вот ты, Игорян, не обижайся, но ты самый настоящий подкаблучник! -- безапелляционно заявил Костя.

-- С чего ты взял? -- недоумённо спросил Игорь.

Костя вытащил его в этот бар прямо с работы. Игорь долго отнекивался, но в итоге не сумел отказать лучшему другу, которого он не видел уже с полгода. Да, точно полгода. Последний раз они виделись, когда вместе пьяные и счастливые орали в три часа ночи под стенами роддома песни. Потом они всю ночь пили водку у Игоря дома, празднуя рождение его первенца.

Иру Игорь предупредить о своей задержке не сумел, поскольку их домашний телефон был постоянно занят. Видимо, Ирина болтала с кем-то из подружек.

-- Раньше мы часто виделись? -- спросил Костя.

-- Каждый день практически, -- ответил Игорь.

-- Вот! -- удовлетворённый ответом друга, сказал Костя. -- А сейчас?

-- У меня же ребёнок, Костя. Семья и работа отнимают всё время, не высыпаюсь периодически, какие уж тут пьянки, -- попытался объяснить Игорь.

-- Так какой же ты мужик тогда? А жена на что? Ещё скажи, что ты пелёнки стираешь, посуду моешь...

-- Стираю, мою, -- подтвердил Игорь.

-- Не стыдно? Это же прямые женские обязанности! Ты зарплату домой приносишь?

-- Всю до копейки Иринке отдаю.

-- Вот и всё! Ты -- добытчик, твоё дело -- деньги зарабатывать. А всё остальное: хозяйство, ребёнок -- должно быть на жене твоей.

-- Костя, честно говоря, ты прав. Устаю я жутко, не помню даже, когда вот так вот последний раз сидел и пил пиво. Но с Иркой ссориться не хочу, иначе запилит. У неё язык, знаешь, какой острый, -- пожаловался Игорь.

-- Язык острый? А кулаки тебе на что? -- спросил Костя и покрутил кулаком под носом друга. -- Слово вякнет, бей в табло. И весь базар. В следующий раз будет умнее и заткнется. Или ты всю жизнь хочешь у неё под каблуком пробыть?

Слова Кости запали Игорю в душу, найдя благодатную почву. Игорь давно уже был недоволен своей жизнью и с тоской смотрел в будущее. И символом новой жизни решил Иринке не звонить. "Пусть поревнует, поволнуется", -- злорадно подумал Игорь.

-- Может, водки? -- усмехаясь, спросил Костя. -- Или жены боишься?

-- После пива... -- задумался Игорь. -- А, давай!

***

-- Ты позвонить хотя бы мог? Я ждала, мучилась, всех друзей твоих обзвонила! Дома денег нет, а он идёт пьянствовать! Рожа твоя бесстыжая! -- постепенно закипая, тихо, чтобы не разбудить ребёнка, выговаривала Ира, одновременно раздевая мужа.

Игорь открыл глаза. Ира сидела на корточках и пыталась расшнуровать его ботинки. Живая! Это всего лишь сон, слава Богу! Но какой реальный! От мысли, что было бы, если бы всё это оказалось правдой, Игоря покрыла испарина. Надрывающийся в крике Андрюшка, убитая им Ирочка, суд, длительный срок заключения, вдребезги разбитая жизнь. Кошмар какой-то.

-- Милая, любимая, солнышко моё! Прости меня, прости меня, дурака, не смог я дозвониться и предупредить, а потом запамятовал. Любимая!

Игорь присел и обнял жену. Покрывая её лицо поцелуями, он гладил её по волосам и шептал нежности.

Игорь сам снял ботинки, взял на руки Иринку и, не переставая целовать, понес её в кровать.

-- Сумасшедший!

-- Люблю тебя!

-- И я тебя люблю, Игорёчек, -- прошептала счастливая Ира.

Они долго занимались любовью, а потом, обнявшись, уснули. Руки любимой жены крепко обвили его шею, так туго, что Игорь чуть не задохнулся. А потом ушёл в небытие, погрузившись в сладкий сон.

***

Проснувшийся Валёк заорал на всю камеру:

-- Новенький повесился!

-- Да и хрен с ним! Кто он такой вообще? -- поинтересовался урка с худыми жилистыми руками.

-- По сто пятой шёл вроде, -- вспомнил рассказ новенького Валёк. -- Жену по пьяни бутылкой по голове огрел. Та и скопытилась...

Игорь был мёртв. Но в последние мгновения жизни он был счастлив, это точно.

2004

Когда тухнут мечты

-- Проводишь меня? -- спрашивает Настя.

Я пытаюсь открыть глаза. Ресницы склеены, так что мне надо протереть глаза. Открываю глаза. Надо мной тонкий Настин силуэт. Тело ломит, мозг разрушен. Где я? Сушняк жескарёвый.

-- А?

-- Ты меня проводишь? -- повторяет она.

Хриплю:

-- Погодь.

Встаю. Шатаясь, добредаю до стола. Вижу, что из всех напитков осталось только шампанское. Прикладываюсь к бутылке. Горлу легче, откашливаюсь, закуриваю, постепенно припоминая свою биографию за последние два дня.

Новый год вспоминается без труда. Встречали у Михи. Хорошо отметили, это точно. Потом поехали с Настей ко мне. Первое. Отмечали уже вдвоём, но потом завалились друзья. Ага, точно. Потом... Потом я, кажется, отключился. Я дома.

-- Сколько времени? Где все?

-- Пятый час, скоро утро, все уже разошлись, мне тоже пора -- мама беспокоится. Так ты меня проводишь?

При мысли о том, что мне надо одеваться, выходить в морозную ночь и переться куда-то на другой конец города, мне становится хреново. Сажусь на диван, голову на подушку, прикрываю глаза. Вот теперь очень хорошо.

-- Да, Настён, конечно. Сейчас, минут пять подожди.

Считаю про себя до трёхсот, очень медленно, чтобы не нарушить сонный кайф и покой в теле. Мне хорошо...

***

Звонит телефон. В сознание вкрадчиво проникает незатейливая мелодия. Ощущение, что она разъедает мозг. Мне вскрыли череп и поливают мозги кислотой. Просыпаюсь. Голова переживает серию ядерных взрывов. Встаю -- в глазах темнеет.

На ощупь нахожу трубку. Моё "алло" слышится как "кхло".

-- Андрей! -- слышу голос Настиной матери. -- Андрей! Ну, наконец-то! Весь день звоню! Что случилось? Где Настя? С ней всё в порядке? Мобильный не отвечает! Ни твой, ни её! Дай ей трубку!

Настя! Озираюсь, но её нигде не видно. Похоже, в туалете. На том конце надрывается тётя Юля.

Прокашливаюсь и отвечаю:

-- Тётя Юля, всё нормально, я как раз собирался её проводить. Сейчас дам ей трубку.

Обхожу квартиру, заглядываю в ванную и туалет, осматриваю кухню -- Насти нигде нет. Психанула и ушла сама?

-- Тёть Юль, видимо, пока я дремал, она взяла такси и уехала сама. Не переживайте, скоро приедет.

-- Ты её посадил в такси? Во сколько это было?

-- Э-э-э... -- вспоминаю Настино "пятый час, скоро утро...". -- Часов в пять.

-- В пять? Пять?! Уже одиннадцатый час!

-- Дня? -- на автомате уточняю я.

-- Ночи!!! Да что же это такое! -- захлёбывается трубка. -- А-а-а!

Тётя Юля рыдает. Я резко трезвею...

***