Осколки (сборник)

Не прошло и пяти минут, как вокруг Ромки собралась вся группа. Задремавшая воспитательница проснулась от скандирования:

-- Тлактл -- хуляктл! Тлактл -- хуляктл! Тлактл -- хуляктл!

-- Прекратить! -- закричала она.

Дети обиженно замолчали. Ромка насупился. Воспитательница грозно обошла детей, сверкнула очками и подошла к белокурой Маше.

-- Это что? -- спросила она, тыкая указкой в Машины колготки.

-- Рома учил меня стоя писать. Сказал, кто сидя писает, тот дедушку Ленина не любит.

-- Могила, кто тебя научил такому?

-- Папа, -- ответил Рома.

-- Папа? -- нахмурилась воспитательница. -- Хорошо, я с ним поговорю.

Но разговора не получилось. Вечером Ромку забрала мама, а на следующий день его перевели в старшую группу.

Но малыши не забыли заветные слова "Тлактл -- хуляктл!". Они уже выросли, и вы их наверняка не раз видели. Не помните? Посмотрите любой домашний матч "Зенита" и обратите внимание на фанатский сектор.

Чёрный гость

Вечеринка в самом разгаре. Гостей человек двадцать--тридцать, что, учитывая размеры двухкомнатной квартирки Джо, довольно много. Но Джо смирился, так ведь всегда бывает: пригласишь одного, а он, в свою очередь, ещё троих приведет. Народная русская забава. Сегодня ты кого-нибудь зацепишь, завтра сам кому-нибудь на хвост упадёшь. Как минимум, треть пришедших Джо видел впервые. Но, когда у тебя день рождения (круглая дата -- 20 лет!) и ты уже изрядно навеселе, такие факты не очень-то огорчают. Наоборот, проникаешься самоуважением, вот ведь оно как: незнакомые же люди, а какие тосты говорят, какие пожелания произносят! Приятно.

Спиртное лилось рекой. Юбилей как-никак. Ромка "Нинзя" подогнал канистру "Гиннеса" (Лукьяненко начитался, поди) и трёх обворожительных студенток из иняза. "Знакомься, -- говорит, -- Джо, эти прекрасные незнакомки призваны скрасить гостям вечер, а тебе и мне -- ночь!". Джо познакомился с большой радостью. Девушки без тени смущения смачно поцеловали Джо и преподнесли ему в подарок саблю. Или шпагу, чёрт его знает. Джо не разбирался в таких вещах. Ромка какое-то время тусовался с толкиенистами и нахватался от них словечек. Да и "Нинзей" его не зря прозвали, наверное.

Как полагается, все уселись за длинный стол (стульев не хватило, пришлось бегать к соседям), убавили громкость музыки и стали пить и жрать. В промежутках говорили тосты. За то, за сё, любви тебе, Джо, здоровья, денег, успехов, то да сё, гости походу уже сами запутались и во время произнесения тостов больше заботились о том, как бы подначить тостующего. Тостующие вяло огрызались, путались ещё больше и заканчивали тост словами "...и всего, чего сам себе пожелаешь, Евгений!". Джо благодарил, и все выпивали.

Потом, как всегда на таких квартирно-студенческих вечеринках, раздвинули столы, освободили место под танцы и стали танцевать. Правда, танцевали-то девчонки в основном, а парни периодически выходили на балкон курить, пили водку и к девушкам присоединялись либо на время медляков, либо если девчонки хватали их за руки и вытаскивали на "танцпол". Парни вяло отбрыкивались, а потом переминались с ноги на ногу как бы под музыку.

Кеша с Ликой, впрочем, изображали ламбаду. Кеша, обхватив Ликины неслабые бёдра руками, возбуждённо тыкался ей в обтянутый юбкой зад. В ответ Лика выгибалась задом назад и вытягивала руки вверх. Это значило, что руки с задницы можно убрать и передислоцировать их на грудь. Кеша не растерялся и руки переставил. Кто-то заржал, и Кеша испуганно спустил руки на прежнее место, делая вид, что чёрт его знает, как так вышло, ведь он просто так руки разминал.

Джо часто встречал в книжках выражение "уставшие и довольные". Сам Джо, будучи уставшим, довольным никогда не был. Но сейчас, наверное, был тот самый случай. Уставшие, но довольные гости соизволили возобновить пьянку. Сдвинули столы, убрали лишнее, налили. Сказать тост вызвался какой-то Денис, Джо не знал его и не приглашал. Но, сделав внимательное лицо, приготовился слушать.

В такой тусовке разнородных личностей всегда находится интеллектуал. А состав действительно был разнородным: друзья с работы, институтские друзья, друзья детства, а также друзья друзей. Многие из них впервые познакомились сегодня. С кем пришёл интеллектуал, Джо так и не понял. Но то, что Денис -- очень умный, стало ясно с первых его слов.

Денис цитировал Омара Хайяма, Ницше и Владимира Владимировича. Он сравнивал Джо со спартанцами и героями-панфиловцами. Родителей Джо он назвал современными Бенджаминами Спокками и Сухомлинскими. Потом он призвал гостей выпить за Джо стоя. Пока все за него пили, Джо мутным взглядом рассматривал Дениса. Одет тот был в чёрный костюм, и внешность имел мрачную: чёрный кудрявый волос, чёрные и глубоко посаженные глаза, ястребиный нос и несколько оттопыренные заострённые уши.

***

Под утро расселись кружком прямо на пол, как вокруг костра. Вырубили свет и музыку и стали травить анекдоты, не забывая, впрочем, и о горячительных напитках. Друзья детства Джо рассказывали, каким замечательным парнем был Джо в детстве. Джо было хорошо и приятно.

А потом кто-то предложил потравить страшные байки. Стали травить старые истории о чёрной руке и летающих тарелках, о живьём закопанных детях и страшных видеокассетах. Вампиры и оборотни тоже не остались без внимания. От ужасных историй девчонки периодически взвизгивали. Парни тоже времени зря не теряли: играли в любимые мужиками подшофе игры "блуждающая рука" и "заплетающаяся нога". Флиртовали с девчонками, иначе говоря, включив кинестетику.

Тут слова попросил Ромка "Нинзя". Собравшиеся великодушно разрешили, приготовившись бояться.

-- Историю эту мне рассказал мой отец, а ему -- его отец, -- начал Ромка. -- Давно это было. Была у одного кулака дочь-красавица. Влюбился в неё один молодой кузнец, но не ответила красавица ему взаимностью. И настучал этот кузнец на кулака куда следует. Кулака раскулачили и репрессировали, а семья его по миру пошла. Кузнец тот, не будь дурак, тут как тут. "Выходи, -- говорит, -- за меня замуж, красавица, и всё путём будет. Хлеб с маслом да крышу над головой обеспечу". Деваться некуда, согласилась красавица. Свадьба была, веселье, всё село собралось. И вот первая брачная ночь: в нетерпении кузнец, повалил жену, а та в отказ. "Не было, -- говорит, -- такого уговору, чтобы спать с тобой. Замуж вышла, так чего тебе ещё надо, ирод?". "Сама не дашь -- силой возьму", -- ответил кузнец. "Пробуй", -- согласилась красавица. Изнасиловал тогда кузнец красавицу, утолил свой голод, а потом по-всякому стал куражиться. Усталый, но довольный...

Джо насторожился. Первую часть истории он благополучно проспал, но тут проснулся: стало интересно, кто же ещё там усталый да довольный.

Ромка, тем временем, продолжал:

-- ...Усталый, но довольный кузнец запер жену в сырой и тёмный погреб и лёг спать. В ту ночь красавица забеременела от кузнеца. Добившись своего, кузнец охладел к красавице и из погреба её не выпускал. Никто не знает, когда красавица умерла. То ли это случилось в ту же ночь, то ли во время родов -- это осталось тайной, потому что больше дочь кулака никто не видел. На протяжении этих девяти месяцев кузнец временами в сильном подпитии спускался к жене и в темноте механически насиловал её. Вряд ли он с уверенностью мог сказать, с живой или мёртвой красавицей он сношался. Раз в день или через день он приоткрывал крышку погреба и скидывал туда чёрствый хлеб. Вина в погребе было завались, так что о питье для жены кузнец не заботился. Ночью из погреба доносились какие-то звуки, но никто их не слышал. Кузнец жил один и имел привычку ночью крепко спать. Потом кузнеца забрали на войну. На войне кузнеца и убили. В дом тот поселилась молодая семья. Когда открыли погреб, то обнаружили там годовалого младенца и груду обглоданных костей. Из погреба жутко воняло. Время было военное, и было не до разбирательств. Бесхозного младенца отправили в детский дом. Что было с ним дальше -- тоже неизвестно. Но только с тех пор пошли в народе легенды о Чёрном госте. Чёрный гость приходит на какое-либо торжество весь, естественно, в чёрном. Его никто не знает: ни хозяева, ни другие гости. Чёрный гость веселится со всеми, а потом поодиночке вырезает всех гостей... Говорят, Чёрный гость -- это и есть тот самый младенец из погреба".

-- Да вот же он, этот Чёрный гость! -- указал пальцем на Дениса Джо. -- Я его первый раз вижу, кто-нибудь знает, с кем он пришёл?

Все молчали. Девчонки с интересом разглядывали вмиг побледневшего Дениса.

-- Что молчишь, тля? А? Ни-ицше, Омар Хай-а-ам, -- передразнивал Дениса Джо. -- Сразу бы сказал: я, мужики, Чёрный гость! Хочу вас всех порезать! А то маскируется он.

-- Да что ты, Женя, что за чушь ты...

Дальше договорить ему парни не дали. В момент опомнившись, скрутили Дениса, заткнули ему рот тряпкой и потащили на улицу, "разбираться". Следом нёсся вошедший в кураж Джо. В правой руке он держал подаренную саблю и размахивал ею по мере сил. Сквозь тряпку Денис бубнил что-то о каких-то "столиках".

-- Какие ещё столики, тля? -- вопрошал Джо. -- Сейчас по шее получишь, и всё тут. Чёрный гость, ё-моё!

Ромка в опустевшей квартире в это время развлекался с Ликой.

***

Похмельное утро было безрадостным. На кровати, помимо себя, Джо обнаружил одну из тех девчонок из иняза, бесстыдно лежавшую на боку и зажавшую между ног его подушку. Раздался звонок мобильного.

-- Алло, Джо, -- послышался в трубке голос Толика. -- С прошедшим днём рождения тебя! Я вчера ушёл чуть раньше, извини, рано вставать нужно было. Кореш мой, Дениска, там остался за меня. Я, конечно, всё понимаю, выпили там, порезвились, но зачем было его отделывать?!

Жучок

Час назад Ромка "Нинзя" был счастлив. Тогда он выгуливал свою собаку редкой породы боберман-студебеккер, своими размерами способной напугать среднего размера хомячка. Ромка мечтал о том, что через полчаса максимум он встретится с Ритой и, наконец, переспит с ней. Сладостным видениям мешал этот угрюмый пёс с красочной кличкой Дозя. Дозя в детстве был упитанным щенком и вполне претендовал на кличку Бульдозер, но к 5 месяцам Дозик расти перестал и стал флегматичным с печальными глазами Дозей. К тому же, он был девочкой.

Дозя упорно рвался в заросли травы, не иначе как почувствовав там запах свежего дерьма, ярым фанатиком которого был. Изо всех своих фанатичных сил Дозя тянул поводок, вывалив язык и хрипя от напряжения и удушья. Ромка с удовольствием раскрутил бы глупую животную и забросил туда, куда она так стремилась, но собачка была семейной реликвией, потому что "ещё деда, царствие ему небесное, завещал беречь Дозю". Так что он попёрся в заросли, где в итоге и подхватил жучка, пока ещё о нём не зная.

Закинув Дозю домой, Ромка рванул на стрелку с Ритой. Познакомились они пять дней назад в одном клубе. После первого медляка поцеловались взасос, после второго -- Рита пригласила его за свой столик. Остаток ночи они целовались, пили "за знакомство" и слушали монолог Риткиной подруги о сволочах, которые не думают о людях, а люди, между прочим, тоже целоваться хотят. Подругу первым такси отправили домой, а сами ещё долго сидели во дворе. В общем, нашли друг друга.

Дальше всё по стандартной схеме: цветы, кино, бары и скверы. А сегодня Ритка согласилась переспать с ним. Планировалось поехать в один бар, там выпить, а потом поехать в гостиницу. Оба жили с родителями, а потрахаться больше негде.

В баре всё шло по накатанной. Общались, словно смакуя предстоящую ночь, о совершенно посторонних темах: Коэльо, Мураками, Уэлш, Пелевин... Шло всё отлично. Со стороны обоих чувствовалось предвкушение. И тут о себе дал знать жучок.

Жучок устроил произвол. Видимо, в Ромкиных штанах он себя чувствовал не то что бы как дома, но как в гостях у сказки, однозначно. Эта маленькая "насекомая", вконец охамев, затеяла шоу песни и пляски, как минимум, районного масштаба. Цепляясь за волосы на теле Ромки, жучок лихо перебирался с одной ноги на другую, делая привал и перекус где-то между ними. В общем, Ромке стало жутко некомфортно, и Ритка отошла на второй план. Тому было несколько причин.

Во-первых, Ромка очень боялся насекомых. Особенно ползающих. Во-вторых, мало ли. А вдруг по его достоинству ползает не какой-нибудь жук-навозник, а скорпион? Или тарантул?

Беда в том, что Ромка в настоящих рэпперских джинсах, в таких широких штанах, задние карманы которых свисают до уровня колен. Теперь на всей территории от пятки левой ноги до пятки правой безраздельно царствовал жучок. На попытки Ромки придавить его пальцами, жучок прикидывался мёртвым, скрипел хитином, но оставался жив.

Рита поначалу не обращала внимания на странные вздрагивания кавалера, его рукоблудие по собственным гениталиям, но потом женское любопытство не выдержало:

-- Ты чего?

-- В смысле? -- Ромка сделал вид, что не понимает, о чём речь.

-- Ну, крутишься, вертишься, отвечаешь как-то невпопад, что-то случилось?

-- Да нет, нормально всё. Нога зачесалась.

-- Смотри, чтобы ещё что-нибудь не зачесалось, -- улыбнулась Рита.

"Вот сука! -- подумал Макс. -- Ещё издевается! Чёрт, но с жуком пора что-то делать! Может ножиком потыкать? Нет, ещё в предсмертных конвульсиях тяпнет за ногу. В туалет сходить, что ли? Сниму штаны, вытащу эту тварь и спущу в унитаз. Чёрт, как же я её руками возьму? Она же укусит, небось, если её в руки взять..."

В этот момент жучок впился в Ромкино достоинство. Стиснув зубы, он стерпел, не закричал, но колени рефлекторно дернулись вверх и со всей силы состыковались с крышкой стола. Рита упала со стула. В падении она успела поймать на голову практически полный бокал с пивом, в результате чего получила нокаут и временно вышла из игры.

Пятнадцать минут вздохов и причитаний слабонервных посетительниц бара и обмахивания Риты полотенцем персоналом заведения вкупе с нашатыркой ничего не дали. Рита как упала под стол, так там и лежала. Вызвали скорую. Ромка сидел и отрешённо думал о том, что вечер удался! Вот и потрахались!

Никто не заметил, как жучок выпал из штанины и деловито направился к выходу. На пороге он расправил крылья и улетел.

А Ромка Ритку всё-таки трахнул.

Измена

Вечер обещал получиться. У Джо на неопределённый срок уехали родители, и он превратил свою квартиру в модное место проведения досуга среди своих друзей. После нескольких подряд беспробудных пьянок с разными действующими лицами квартиру было не узнать. От пьянок и шлюх Джо устал как морально, так и физически. Окончательно его добивал вид раздолбанной к чертям хаты.

На шестой день Джо, проснувшись, ужаснулся увиденному. Он пинками разогнал всех гостей мужского пола, оставив только девчонок, которых незамедлительно заставил произвести уборку, причём как сухую, так и влажную.

После уборки девчонки рассчитывали отдохнуть, попить шампанского и развлечься, но Джо их жёстко обломал и погнал прочь.

-- Валите, милые дамы, по домам! Ко мне сегодня родители приезжают.

От такого страшного известия "милые дамы" обеспокоились и разбежались.

Джо остался один. Ему хотелось покоя и определённости. Так как предыдущие пять дней всё шло совсем не по плану и беспримерно шумно.

Первым делом он позвонил своему другу Ромке, так же известному как "Нинзя". Ромка сказал, что баб долой, собраться небольшой кампанией и поиграть в карты -- самое то. Джо идея понравилась.

На банкет были также приглашены Гарик, Лёня Потный и Даня Лысый.

В течение дня Джо лишь раз побеспокоил сосед по площадке -- Георгин Маркович. Только он начал жаловаться на плохой сон и выкладывать просьбу сильно не шуметь, Джо захлопнул перед его носом дверь. О соседе ходили слухи, что он спит с резиновой женщиной. Однажды он с ней даже развёлся. Рассердился и выставил резиновую бабу в подъезд, забрал только через час...

К вечеру все подъехали.

Взяли хорошей финской водочки, немножко её заморозили, нарезали свежих огурцов, помидоров, разложили зелень, куски холодной телятины, ветчины. Открыли пару банок маринованных огурчиков -- как раз под водку.

Вскрыли пару колод карт, Лёня раздал фишки. Большой игре, дружескому общению за жизнь и приятному времяпровождению ничего не должно было помешать.

***

Проблемы начались после третьей бутылки водки. Дане Лысому каждые пять минут на мобильник стала звонить его подруга и сожительница Наташка с наивными вопросами: "Ты где?", "Когда вернёшься?". И вопросами риторическими: "Почему так долго?", "Тебе без меня не скучно?". Кроме того, на повестке дня были заявления: "Я устала тебя ждать" и "Ты меня не любишь".

Поначалу Даня особо не беспокоился, да и вообще не думал как-то напрягаться по поводу своей эгоистичной девушки, но после очередного звонка он подавился водкой и покраснел.

Ромка и Гарик моментально отреагировали и дали Дане дружеские советы: "Да пошли ты её на хрен!" и "Одолел! Выруби телефон!".

Положение осложнялось тем, что каждый раз во время разговора игра прерывалась, и все были вынуждены слушать отмазки и оправдания Лысого.

-- Это называется "подкаблучник"... -- глубокомысленно заметил Джо.

-- Это -- рабство, -- сообщил Гарик.

-- Не понимаете, мужики, это -- любовь. Влюбитесь -- поймёте, -- вступился за Даню Потный.

Замолчали.

В тишине комнаты были слышны какие-то истерические крики из трубки Дани и отрывистые фразы, которые время от времени ему удавалось вставить в разговор: "Любимая, ведь мы столько лет вместе...", "Пожалуйста, не делай этого! Ведь я тебя так люблю!", "Я уже выезжаю! Милая, ты же не сделаешь этого?", "Наташ, душа моя, прости, прости, не надо, я выезжаю!".

Раздались гудки. Даня с отрешённым лицом сидел и тупо глядел в одну точку. Потом решительно встал и сказал:

-- Парни, извините, мне надо ехать.

На Даню посмотрели со смесью жалости и презрения.

-- Ну, раз такое дело, езжай, -- сказал Ромка. -- А в чём дело-то?