Новая Магдалина - английский и русский параллельные тексты

My life as a child had been a life in the open air: it had helped to strengthen a constitution naturally hardy, naturally free from all taint of hereditary disease.	Жизнь в детстве я провела на открытом воздухе -это помогло укрепиться здоровью, от природы крепкому, от природы свободному от всяких признаков наследственной болезни.
But my time came at last.	Но мое время настало наконец.
Under the cruel stress laid on it my health gave way.	От тяжелого труда здоровье мое сдало.
I was struck down by low fever, and sentence was pronounced on me by my fellow-lodgers:	Я заболела лихорадкой, и мои товарищи, жильцы, вынесли мне приговор:
' Ah, poor thing, her troubles will soon be at an end!'	- Ах! Бедняжка, ее неприятности скоро кончатся!
"The prediction might have proved true-I might never have committed the errors and endured the sufferings of after years-if I had fallen ill in another house.	Предсказание могло оказаться справедливым - я могла никогда не совершать проступков и не испытывать страданий в последующие годы - если б заболела в другом доме.
"But it was my good, or my evil, fortune-I dare not say which-to have interested in myself and my sorrows an actress at a suburban theatre, who occupied the room under mine.	Но, на мое счастье или несчастье, не смею сказать, что именно, мои горести заинтересовали актрису одного второразрядного театра, которая занимала комнату этажом ниже.
Except when her stage duties took her away for two or three hours in the evening, this noble creature never left my bedside.	Кроме двух - трех часов вечером, когда исполняла свои театральные обязанности, это благородная женщина не отходила от моей постели.
Ill as she could afford it, her purse paid my inevitable expenses while I lay helpless.	Хотя сама имела мало средств, она из своего кошелька оплачивала мои неизбежные затраты, когда я лежала больная.
The landlady, moved by her example, accepted half the weekly rent of my room.	Хозяйка, тронутая ее примером, брала только половину платы за мою комнату.
The doctor, with the Christian kindness of his profession, would take no fees.	Доктор, с христианской, добротой, не всегда типичной этому званию, ничего не брал.
All that the tenderest care could accomplish was lavished on me; my youth and my constitution did the rest.	Вот какой заботой и вниманием была я окружена, а моя молодость и мой организм сделали остальное.
I struggled back to life-and then I took up my needle again.	Я вернулась к жизни - и опять принялась за шитье.
"It may surprise you that I should have failed (having an actress for my dearest friend) to use the means of introduction thus offered to me to try the stage-especially as my childish training had given me, in some small degree, a familiarity with the Art.	Вы, может быть, удивитесь, что я не воспользовалась возможностью попасть на сцену, имея нежнейшим другом актрису. Ведь мое пребывание в театральной труппе в детстве ознакомило меня в некоторой степени с театральным искусством.
"I had only one motive for shrinking from an appearance at the theatre-but it was strong enough to induce me to submit to any alternative that remained, no matter how hopeless it might be.	У меня была только одна причина не появляться в театре, но она была так сильна, что побуждала меня покоряться всему другому, как ни безнадежен был выбор.
If I showed myself on the public stage, my discovery by the man from whom I had escaped would be only a question of time.	Если б я появилась на сцене, то возможность встретить такого человека, от которого я бежала, было только вопросом времени.
I knew him to be habitually a play-goer and a subscriber to a theatrical newspaper.	Я знала, что он обычный посетитель театра и подписчик на афиши.

I had even heard him speak of the theatre to which my friend was attached, and compare it advantageously with places of amusement of far higher pretensions.	Я даже слышала, как он говорил о том театре, в котором играла моя приятельница, и выгодно сравнивал его с театрами, имевшими более высокие претензии.
Sooner or later, if I joined the company he would be certain to go and see 'the new actress.'	Присоединись я к труппе, он рано или поздно непременно пойдет посмотреть "новую актрису".
The bare thought of it reconciled me to returning to my needle.	Одна мысль об этом примиряла меня с необходимостью вернуться к моей иголке.
Before I was strong enough to endure the atmosphere of the crowded workroom I obtained permission, as a favor, to resume my occupation at home.	Прежде чем силы позволили мне переносить атмосферу тесной мастерской, я получила позволение как милость продолжать мое занятие дома.
"Surely my choice was the choice of a virtuous girl?	Конечно, я сделала выбор, как добродетельная девушка.
And yet the day when I returned to my needle was the fatal day of my life.	А между тем тот день, когда я вернулась к моей игле, был гибельным днем моей жизни.
"I had now not only to provide for the wants of the passing hour-I had my debts to pay.	Мне теперь нужно было заботиться не только о насущных потребностях жизни, а платить свои долги.
It was only to be done by toiling harder than ever, and by living more poorly than ever.	Я могла это сделать, только работая больше прежнего и живя беднее прежнего.
I soon paid the penalty, in my weakened state, of leading such a life as this.	Я скоро поплатилась при моем слабом состоянии здоровья за такую жизнь.
One evening my head turned suddenly giddy; my heart throbbed frightfully.	В один из вечеров голова моя вдруг закружилась, сердце мое страшно забилось.
I managed to open the window, and to let the fresh air into the room, and I felt better.	Я успела отворить окно и впустить в комнату свежий воздух, мне стало лучше.
But I was not sufficiently recovered to be able to thread my needle.	Но я не настолько оправилась, чтобы быть в состоянии снова работать.
I thought to myself,	Я подумала:
'If I go out for half an hour, a little exercise may put me right again.'	"Если я выйду на полчаса, небольшая прогулка может мне помочь".
I had not, as I suppose, been out more than ten minutes when the attack from which I had suffered in my room was renewed.	Г уляла я не более десяти минут, когда приступ, от которого я страдала в комнате, возобновился.
There was no shop near in which I could take refuge.	Возле не было лавки, в которой я могла бы приютиться.
I tried to ring the bell of the nearest house door.	Я хотела позвонить в дверь ближайшего дома.
Before I could reach it I fainted in the street.	Прежде чем успела дойти до нее, я лишилась чувств на улице.
"How long hunger and weakness left me at the mercy of the first stranger who might pass by, it is impossible for me to say.	Как долго пролежала я на земле до появления первого прохожего, сказать я не могу.

"When I partially recovered my senses I was conscious of being under shelter somewhere, and of having a wine-glass containing some cordial drink held to my lips by a man.	Когда сознание начало возвращаться, я поняла, что лежу где-то и что к моим губам подносит рюмку мужчина.
I managed to swallow-I don't know how little, or how much.	Я успела проглотить - не знаю, мало ли, много ли.
The stimulant had a very strange effect on me.	Этот крепительный напиток произвел на меня какое-то очень странное действие.
Reviving me at first, it ended in stupefying me.	Сначала он меня взбодрил, а потом сознание отуманилось.
I lost my senses once more.	Я опять лишилась чувств.
"When I next recovered myself, the day was breaking.	Когда я очнулась, начинало светать.
I was in a bed in a strange room.	Я лежала на постели в незнакомой комнате.
A nameless terror seized me.	Какой-то неведомый ужас охватил меня.
I called out.	Я позвала.
Three or four women came in, whose faces betrayed, even to my inexperienced eyes, the shameless infamy of their lives.	Пришли три или четыре женщины, лица которых открыли даже моим неопытным глазам постыдную гнусность их жизни.
I started up in the bed. I implored them to tell me where I was, and what had happened-	Я вскочила на постели, я умоляла их сказать мне, где я и что случилось...
"Spare me!	Пощадите меня!
I can say no more.	Я не могу говорить ничего больше.
Not long since you heard Miss Roseberry call me an outcast from the streets.	Не так давно вы слышали, как мисс Розбери назвала меня уличной женщиной.
Now you know-as God is my judge I am speaking the truth!-now you know what made me an outcast, and in what measure I deserved my disgrace."	Теперь вы знаете, Господь мне судья, что я говорю правду, теперь вы знаете, что сделало меня такой и в какой мере заслуживаю я мое бесславие.
Her voice faltered, her resolution failed her, for the first time.	Г олос ее ослабел, решимость изменила ей в первый раз.
"Give me a few minutes," she said, in low, pleading tones.	- Дайте мне несколько минут, - сказала она тихим, умоляющим тоном.
"If I try to go on now, I am afraid I shall cry."	- Если буду продолжать сейчас же, я боюсь, что расплачусь.
She took the chair which Julian had placed for her, turning her face aside so that neither of the men could see it.	Она села на стул, который Джулиан поставил для нее, отвернувшись так, что никто не мог видеть ее лица.
One of her hands was pressed over her bosom, the other hung listlessly at her side.	Одну руку она прижала к груди, другая бессильно повисла.
Julian rose from the place that he had occupied.	Джулиан встал со своего места.
Horace neither moved nor spoke.	Орас не двигался и не говорил.

His head was on his breast: the traces of tears on his cheeks owned mutely that she had touched his heart.	Голова его была опущена на грудь, следы слез на щеках без слов показывали, что Мерси тронула его сердце.
Would he forgive her?	Простит ли он ей?
Julian passed on, and approached Mercy's chair.	Джулиан подошел к стулу Мерси.
In silence he took the hand which hung at her side.	Молча взял он руку, которая все еще была опущена.
In silence he lifted it to his lips and kissed it, as her brother might have kissed it.	Молча поднес ее к губам и поцеловал, как мог бы поцеловать брат.
She started, but she never looked up.	Она вздрогнула, но не поднимала глаз.
Some strange fear of discovery seemed to possess her.	Какое-то странное опасение как будто овладело ею.
"Horace?" she whispered, timidly.	- Орас! - шепнула она робко.
Julian made no reply.	Джулиан не отвечал.
He went back to his place, and allowed her to think it was Horace.	Он вернулся на свое место и позволил ей думать, что это был Орас.
The sacrifice was immense enough-feeling toward her as he felt-to be worthy of the man who made it.	Жертва была громадная, при чувствах Джулиана к Мерси, и достойна человека, сделавшего ее.
A few minutes had been all she asked for.	Она просила только несколько минут.
In a few minutes she turned toward them again.	Через несколько минут она опять обратилась к нему.
Her sweet voice was steady once more; her eyes rested softly on Horace as she went on.	Ее нежный голос снова окреп, глаза ее нежно смотрели на Ораса, когда она продолжала:
"What was it possible for a friendless girl in my position to do, when the full knowledge of the outrage had been revealed to me?	- Что могла сделать одинокая девушка в моем положении, когда я поняла, что случилось со мной?
"If I had possessed near and dear relatives to protect and advise me, the wretches into whose hands I had fallen might have felt the penalty of the law.	Будь у меня близкие и дорогие родственники, чтобы покровительствовать и посоветовать мне, что делать, негодяи, в руки которых я попала, могли бы быть наказаны по всей строгости законов.
I knew no more of the formalities which set the law in motion than a child.	Я не больше ребенка имела понятие о формальностях, приводящих в действие закон.
But I had another alternative (you will say).	Но у меня оставался другой выбор, скажете вы.
Charitable societies would have received me and helped me, if I had stated my case to them.	Благотворительные общества приняли бы меня и помогли бы мне, если б я объяснила им сложившиеся обстоятельства.
I knew no more of the charitable societies than I knew of the law.	Я так же мало знала о существовании благотворительных обществ, как и закона.
At least, then, I might have gone back to the honest people among whom I had lived?	По крайней мере, я могла бы вернуться к честным людям, у которых прежде жила.

When I received my freedom, after the interval of some days, I was ashamed to go back to the honest people.	Когда я вырвалась на свободу через несколько дней, мне было уже стыдно вернуться к честным людям.
Helplessly and hopelessly, without sin or choice of mine, I drifted, as thousands of other women have drifted, into the life which set a mark on me for the rest of my days.	Безнадежно и беспомощно, без добровольного греха, без собственного выбора, стремилась я, как стремятся тысячи других женщин, по жизненному пути, который наложил на меня клеймо на всю остальную мою жизнь.
"Are you surprised at the ignorance which this confession reveals?	Удивляетесь ли вы моему невежеству, обнаруженному в этом признании?
"You, who have your solicitors to inform you of legal remedies and your newspapers, circulars, and active friends to sound the praises of charitable institutions continually in your ears-you, who possess these advantages, have no idea of the outer world of ignorance in which your lost fellow-creatures live.	Вы, имеющие поверенных, которые сообщают вам о всех тонкостях закона, читающие газеты, указы и имеющие деятельных друзей, расхваливающих вам постоянно благотворительные заведения, вы, обладающие этими выгодами, не имеете никакого понятия о том неведении, в котором живут ваши погибшие ближние.
They know nothing (unless they are rogues accustomed to prey on society) of your benevolent schemes to help them.	Они ничего не знают (если только это не мошенники, привыкшие обирать общество) о ваших благородных планах помогать им.
The purpose of public charities, and the way to discover and apply to them, ought to be posted at the corner of every street.	Цель благотворительных заведений и объявления, как о них узнавать и обращаться к ним, следовало бы поместить на углу каждой улицы.
What do we know of public dinners and eloquent sermons and neatly printed circulars?	Что мы знаем о публичных обедах, красноречивых проповедях и четко напечатанных циркулярах?
Every now and then the ease of some forlorn creature (generally of a woman) who has committed suicide, within five minutes' walk, perhaps, of an institution which would have opened its doors to her, appears in the newspapers, shocks you dreadfully, and is then forgotten again.	Время от времени известие о каком-нибудь одиноком существе (по большей части женщине), совершившем самоубийство, может быть, в пяти минутах ходьбы от того заведения, которое отворило бы ей двери, появляется в газетах, приводит вас в страшное негодование, а потом забывается.
Take as much pains to make charities and asylums known among the people without money as are taken to make a new play, a new journal, or a new medicine known among the people with money and you will save many a lost creature who is perishing now.	Постарайтесь сделать известными благотворительные заведения и приюты для людей без денег, как стараются сделать известными новую пьесу, новый журнал, новое лекарство для людей с деньгами, и вы спасете много одиноких созданий, погибающих теперь.
"You will forgive and understand me if I say no more of this period of my life.	Вы простите и поймете меня, если я не скажу ничего более об этом периоде моей жизни.
Let me pass to the new incident in my career which brought me for the second time before the public notice in a court of law.	Позвольте мне перейти к новому событию в моей карьере, которое во второй раз обратило на меня внимание в суде.
"Sad as my experience has been, it has not taught me to think ill of human nature.	Как ни была печальна моя опытность, она не научила меня дурно думать о людях.

I had found kind hearts to feel for me in my former troubles; and I had friends-faithful, self-denying, generous friends-among my sisters in adversity now.	Я нашла добрые сердца, сочувствовавшие мне в моих прежних неприятностях, и у меня были друзья, верные, бескорыстные, великодушные друзья между моими сестрами по несчастью.
One of these poor women (she has gone, I am glad to think, from the world that used her so hardly) especially attracted my sympathies.	Одна из этих бедных женщин (с радостью думаю, что она оставила свет, так сурово поступивший с ней) особенно привлекла мое сочувствие.
She was the gentlest, the most unselfish creature I have ever met with.	Она была самое кроткое, самое бескорыстное существо, с каким когда-либо случалось мне встречаться.
We lived together like sisters.	Мы жили как сестры.
More than once in the dark hours when the thought of self-destruction comes to a desperate woman, the image of my poor devoted friend, left to suffer alone, rose in my mind and restrained me.	Не раз в мрачные часы, когда мысль о самоубийстве приходит к отчаявшейся женщине, образ моей бедной, преданной приятельницы, которая осталась страдать одна, приходил мне на ум и удерживал меня.
You will hardly understand it, but even we had our happy days.	Вы вряд ли поймете это, но даже и у нас были счастливые дни.
When she or I had a few shillings to spare, we used to offer one another little presents, and enjoy our simple pleasure in giving and receiving as keenly as if we had been the most reputable women living.	Когда у нее или у меня было несколько лишних шиллингов, мы делали друг другу маленькие подарки и наслаждались нашим скромным удовольствием давать и получать так же сильно, как и самые добродетельные женщины на свете.
"One day I took my friend into a shop to buy her a ribbon-only a bow for her dress.	Однажды я повела мою приятельницу в лавку купить ей ленту - только бант для платья.
She was to choose it, and I was to pay for it, and it was to be the prettiest ribbon that money could buy.	Она должна была выбрать, а я заплатить, и лента должна была быть самая хорошенькая, какую только можно было достать за деньги.
"The shop was full; we had to wait a little before we could be served.	Лавка была переполнена, и нам пришлось немножко подождать.
"Next to me, as I stood at the counter with my companion, was a gaudily-dressed woman, looking at some handkerchiefs.	Возле меня, когда я стояла у прилавка с моей подругой, находилась щегольски одетая женщина, выбиравшая носовые платки.
The handkerchiefs were finely embroidered, but the smart lady was hard to please.	Платки были вышиты великолепно, но щеголихе было трудно угодить.
She tumbled them up disdainfully in a heap, and asked for other specimens from the stock in the shop.	Она презрительно скомкала их в кучу и потребовала показать другие.
The man, in clearing the handkerchiefs out of the way, suddenly missed one.	Приказчик, убирая платки с прилавка, не досчитался одного.
He was quite sure of it, from a peculiarity in the embroidery which made the handkerchief especially noticeable.	Он знал об этом точно, потому что вышивка на платке была какая-то особенная, так что платок этот приметить было легко.
I was poorly dressed, and I was close to the handkerchiefs.	Я была одета бедно и стояла возле самых носовых платков.
After one look at me he shouted to the superintendent:	Посмотрев на меня, он закричал хозяину:

' Shut the door!	- Заприте дверь!
There is a thief in the shop!'	В лавке есть вор!
"The door was closed; the lost handkerchief was vainly sought for on the counter and on the floor.	Дверь заперли, пропавшего платка напрасно искали на прилавке и на полу.
A robbery had been committed; and I was accused of being the thief.	Совершено было воровство, и я была обвинена.
"I will say nothing of what I felt-I will only tell you what happened.	Не скажу ничего о том, что я чувствовала, расскажу только о том, что случилось.
"I was searched, and the handkerchief was discovered on me.	Меня обыскали, и платок нашли у меня.
The woman who had stood next to me, on finding herself threatened with discovery, had no doubt contrived to slip the stolen handkerchief into my pocket.	Женщина, стоявшая возле меня, увидев, что ей угрожает разоблачение, вероятно, успела сунуть украденный платок в мой карман.
Only an accomplished thief could have escaped detection in that way without my knowledge.	Только искусная воровка могла сделать это так, чтобы я этого не заметила.
It was useless, in the face of the facts, to declare my innocence.	Перед этим фактом бесполезно было уверять в своей невиновности.
I had no character to appeal to.	Я не могла сослаться и на свою репутацию.
My friend tried to speak for me; but what was she?	Моя приятельница хотела заступиться за меня, но кто была она?
Only a lost woman like myself.	Такая же пропащая женщина, как и я.
My landlady's evidence in favor of my honesty produced no effect; it was against her that she let lodgings to people in my position.	Показание моей хозяйки в пользу моей честности не произвело никакого действия. Против нее уже говорило то, что она пускала к себе на квартиру таких женщин.
I was prosecuted, and found guilty.	Меня судили и нашли виновной.
The tale of my disgrace is now complete, Mr. Holmcroft.	Рассказ о моем бесславии теперь полон, мистер Голмкрофт.
No matter whether I was innocent or not, the shame of it remains-I have been imprisoned for theft.	Все равно, невинна я или нет, стыд остается - я была посажена в тюрьму за воровство.
"The matron of the prison was the next person who took an interest in me.	Смотрительница тюрьмы приняла во мне участие.
She reported favorably of my behavior to the authorities and when I had served my time (as the phrase was among us) she gave me a letter to the kind friend and guardian of my later years-to the lady who is coming here to take me back with her to the Refuge.	Она дала благоприятный отзыв начальству о моем поведении, и когда я отбыла свой срок (так у нас говорится), она дала мне письма к доброму другу моих последних лет - той даме, которая приедет забрать меня обратно к себе в приют.
"From this time the story of my life is little more than the story of a woman's vain efforts to recover her lost place in the world.	С того времени история моей жизни более ничего, как история о напрасных усилиях женщины занять потерянное место в обществе.
"The matron, on receiving me into the Refuge, frankly acknowledged that there were terrible obstacles in my way.	Смотрительница, приняв меня в приют, сказала откровенно, что на пути к возвращению мне предстоят страшные препятствия.

But she saw that I was sincere, and she felt a good woman's sympathy and compassion for me.	Но она видела, что я чистосердечна, почувствовала ко мне женскую симпатию и сострадание.
On my side, I did not shrink from beginning the slow and weary journey back again to a reputable life from the humblest starting-point-from domestic service.	Со своей стороны я не прочь была начать медленный и утомительный обратный путь к порядочной жизни, с самого смиренного начала -как служанка.
After first earning my new character in the Refuge, I obtained a trial in a respectable house.	Получив аттестат из приюта, я поступила в порядочный дом.
I worked hard, and worked uncomplainingly; but my mother's fatal legacy was against me from the first.	Я трудилась усердно, трудилась безропотно, но роковое наследство моей матери с самого начала преследовало меня.
My personal appearance excited remark; my manners and habits were not the manners and habits of the women among whom my lot was cast.	Моя наружность привлекла внимание, мое обращение и привычки не походили на обращение и привычки тех женщин, между которыми бросила меня судьба.
I tried one place after another-always with the same results.	Я переменила одно место за другим, все с одним и тем же результатом.
Suspicion and jealousy I could endure; but I was defenseless when curiosity assailed me in its turn.	Подозрение и ревность перенести я могла, но я была беззащитна, когда любопытстве в свою очередь завладело мной.
Sooner or later inquiry led to discovery.	Раньше или позже расспросы вели к открытию.
Sometimes the servants threatened to give warning in a body-and I was obliged to go.	Иногда слуги угрожали мне, что все разом откажутся от места, - и я была принуждена уходить.
Sometimes, where there was a young man in the family, scandal pointed at me and at him-and again I was obliged to go.	Иногда там, где бывал в семействе молодой человек, сплетни указывали на него и на меня - и опять я принуждена была уходить.
If you care to know it, Miss Roseberry can tell you the story of those sad days.	Если вам интересно, мисс Розбери может рассказать вам историю этих грустных дней.
I confided it to her on the memorable night when we met in the French cottage; I have no heart repeat it now.	Я рассказала ей ее в ту памятную ночь, когда мы встретились во французском домике, и у меня недостает духа повторить ее теперь.
After a while I wearied of the hopeless struggle.	Через некоторое время меня утомила безнадежная борьба.
Despair laid its hold on me-I lost all hope in the mercy of God.	Отчаяние овладело мной - я лишилась всякой надежды на милосердие Господне.
More than once I walked to one or other of the bridges, and looked over the parapet at the river, and said to myself	Не раз подходила я к тому или другому мосту и смотрела через перила на реку или говорила самой себе:
'Other women have done it: why shouldn't I?'	"Другие женщины делали это, почему не сделать мне?
"You saved me at that time, Mr. Gray-as you have saved me since.	Вы спасли меня в то время, мистер Грэй, как спасали и после того.

I was one of your congregation when you preached in the chapel of the Refuge You reconciled others besides me to our hard pilgrimage.	Я принадлежала к вашим прихожанкам, когда вы произносили проповедь в капелле приюта. Вы примирили других, кроме меня, с нашим трудным земным странствованием.
In their name and in mine, sir, I thank you.	От их имени и моего я благодарю вас.
"I forget how long it was after the bright day when you comforted and sustained us that the war broke out between France and Germany.	Я забыла, через какое время после того счастливого дня, когда вы утешили и поддержали нас, началась война между Францией и Германией.
But I can never forget the evening when the matron sent for me into her own room and said,	Но я никогда не забуду того вечера, когда смотрительница пригласила меня в свою комнату и сказала:
'My dear, your life here is a wasted life.	- Душа моя, ваша жизнь пропадает здесь понапрасну.
If you have courage enough left to try it, I can give you another chance.'	Если у вас осталось мужество для новой попытки, то я могу предоставить вам еще случай.
"I passed through a month of probation in a London hospital.	Оставалась я месяц на стажировке в лондонском госпитале.
A week after that I wore the red cross of the Geneva Convention-I was appointed nurse in a French ambulance.	Потом я надела красный крест Женевской Конвенции и была назначена сиделкой во французский походный лазарет.
When you first saw me, Mr. Holmcroft, I still had my nurse's dress on, hidden from you and from everybody under a gray cloak.	Когда вы увидели меня в первый раз, мистер Г олмкрофт, я была еще в одежде сиделки, скрытой от вас и от всех под серым плащом.
"You know what the next event was; you know how I entered this house.	Вы знаете, что было потом, вы знаете, как я вступила в этот дом.
"I have not tried to make the worst of my trials and troubles in telling you what my life has been.	Я не преувеличивала неприятности и испытания, когда рассказывала вам свою жизнь.
I have honestly described it for what it was when I met with Miss Roseberry-a life without hope.	Я добросовестно описала, какова она была, когда я встретилась с мисс Розбери, - жизнь без надежды.
May you never know the temptation that tried me when the shell struck its victim in the French cottage!	Дай Бог, чтоб вы никогда не испытали искушения, овладевшего мной, когда осколок гранаты поразил жертву во французском домике.
There she lay-dead!	Она, как сказал доктор, лежала мертвой.
Her name was untainted.	Ее имя было не запятнано.
Her future promised me the reward which had been denied to the honest efforts of a penitent woman.	Ее будущность обещала мне награду, в которой мне отказывали честные усилия раскаивающейся женщины.
My lost place in the world was offered back to me on the one condition that I stooped to win it by a fraud.	Мое потерянное место в обществе возвращалось с одним условием - я должна пойти для этого на обман.

I had no prospect to look forward to; I had no friend near to advise me and to save me; the fairest years of my womanhood had been wasted in the vain struggle to recover my good name.	У меня не было никакой будущности, у меня не было друга, который мог бы посоветовать мне и спасти меня. Самые лучшие годы моей молодости прошли в напрасной борьбе за возвращение своего доброго имени.
Such was my position when the possibility of personating Miss Roseberry first forced itself on my mind.	Таково было мое положение, когда возможность присвоить имя мисс Розбери пришла на ум.
Impulsively, recklessly-wickedly, if you like-I seized the opportunity, and let you pass me through the German lines under Miss Roseberry's name.	Под влиянием минутного порыва, необдуманно -нечестно, если вы хотите, я воспользовалась случаем и позволила вам пропустить меня через немецкие посты под именем мисс Розбери.
Arrived in England, having had time to reflect, I made my first and last effort to draw back before it was too late.	Приехав в Англию, имея время обдумать, я сделала первое и последнее усилие отступить, пока еще не поздно.
I went to the Refuge, and stopped on the opposite side of the street, looking at it.	Я отправилась в приют, остановилась на противоположной стороне улицы и стала на него смотреть.
The old hopeless life of irretrievable disgrace confronted me as I fixed my eyes on the familiar door; the horror of returning to that life was more than I could force myself to endure.	Прежняя безнадежная жизнь воскресла в моем воображении, когда я смотрела на знакомую дверь, ужас вернуться к этой жизни, проникал сквозь меня, я никак не могла принудить себя ее вновь перенести.
An empty cab passed me at the moment. The driver held up his hand.	Пустой кеб проезжал мимо в эту минуту.
In sheer despair I stopped him, and when he said	В отчаянии я остановила его. А когда он спросил:
' Where to?' in sheer despair again I answered,	"Куда ехать? ", я опять с отчаянием ответила ему:
'Mablethorpe House.'	"В Мэбльторн".
"Of what I have suffered in secret since my own successful deception established me under Lady Janet's care I shall say nothing.	О том, как я страдала тайно после моего душевного обмана, позволившего мне остаться у леди Джэнет, я не скажу ничего.
Many things which must have surprised you in my conduct are made plain to you by this time.	Многое, удивлявшее вас в моем поведении, ясно для вас теперь.
You must have noticed long since that I was not a happy woman.	Вы должны были заметить давно, что я несчастна.
Now you know why.	Теперь вы знаете почему.
"My confession is made; my conscience has spoken at last.	Мое признание окончено, моя совесть наконец заговорила.
You are released from your promise to me-you are free.	С вас снято обещание, данное мне, - вы свободны.
Thank Mr. Julian Gray if I stand here self-accused of the offense, that I have committed, before the man whom I have wronged."	Поблагодарите мистера Джулиана Грэя за то, что я стою здесь и сама обвиняю себя в проступке, который совершила, перед человеком, которого я оскорбила.
CHAPTER XXVIII. SENTENCE IS PRONOUNCED ON HER.	Глава XXVIII ПРИГОВОР, ПРОИЗНЕСЕННЫЙ НАД НЕЙ

IT was done.	Рассказ был закончен.
The last tones of her voice died away in silence.	Последние звуки ее голоса замерли в тишине.
Her eyes still rested on Horace.	Глаза Мерси все еще были устремлены на Ораса.
After hearing what he had heard could he resist that gentle, pleading look?	После того, что он услышал, мог ли он устоять от этого кроткого умоляющего взгляда?
Would he forgive her?	Простит ли он ей?
A while since Julian had seen tears on his cheeks, and had believed that he felt for her.	Несколько минут перед тем Джулиан видел слезы на щеках Ораса и думал, что он жалеет ее.
Why was he now silent?	Почему же он теперь молчал?
Was it possible that he only felt for himself?	Возможно ли, чтоб он жалел только самого себя?
For the last time-at the crisis of her life-Julian spoke for her.	В последний раз, в этот кризисный миг ее жизни, Джулиан заступился за Мерси.
He had never loved her as he loved her at that moment; it tried even his generous nature to plead her cause with Horace against himself.	Он никогда не любил ее до такой степени, как в эту минуту. Даже с его великодушным характером тяжело было ходатайствовать за нее перед Орасом фактически против себя.
But he had promised her, without reserve, all the help that her truest friend could offer.	Но он обещал ей всю возможную помощь, какую может предложить самый верный друг.
Faithfully and manfully he redeemed his promise.	Верно и мужественно он сдержал свое обещание.
"Horace!" he said.	- Орас! - сказал он.
Horace slowly looked up.	Орас медленно поднял глаза.
Julian rose and approached him.	Джулиан встал и подошел к нему.
"She has told you to thank me, if her conscience has spoken.	- Она просит вас поблагодарить меня, если ее совесть заговорила.
Thank the noble nature which answered when I called upon it!	Благодарите благородную натуру, которая отозвалась, когда я обратился к ней.
Own the priceless value of a woman who can speak the truth.	Отдайте справедливость бесценному достоинству женщины, которая может говорить правду.
Her heartfelt repentance is a joy in heaven.	Ее сердечному раскаянию радуются небеса.
Shall it not plead for her on earth?	Неужели оно не защитит ее на земле?
Honor her, if you are a Christian! Feel for her, if you are a man!"	Уважайте ее, если вы христианин, сожалейте о ней, если вы человек!
He waited.	Он ждал.
Horace never answered him.	Орас не отвечал ему.
Mercy's eyes turned tearfully on Julian.	Глаза Мерси со слезами обратились на Джулиана.
His heart was the heart that felt for her!	Его сердце жалело ее.
His words were the words which comforted and pardoned her!	Его слова утешали и прощали Мерси.
When she looked back again at Horace, it was with an effort.	Когда она опять посмотрела на Ораса, она сделала это с усилием.

His last hold on her was lost.	Его влияние на нее прошло.
In her inmost mind a thought rose unbidden-a thought which was not to be repressed.	В глубине души ее возникла непрошеная мысль -мысль, которую прогнать уже было нельзя:
"Can I ever have loved this man?" She advanced a step toward him; it was not possible, even yet, to completely forgot the past.	"Неужели я когда-нибудь могла любить этого человека? " Она сделала к нему шаг. Не могла же она, даже теперь, совсем забыть прошлое.
She held out her hand.	Она протянула руку.
He rose on his side-without looking at her.	Он тоже встал, не смотря на нее.
"Before we part forever," she said to him, "will you take my hand as a token that you forgive me?"	- Прежде чем мы расстанемся навсегда, - сказала она ему, - возьмите мою руку в знак того, что вы прощаете мне...
He hesitated.	Он колебался.
He half lifted his hand.	Он приподнял руку.
The next moment the generous impulse died away in him.	Тотчас же великодушное побуждение исчезло.
In its place came the mean fear of what might happen if he trusted himself to the dangerous fascination of her touch.	Вместо этого явилось гадкое опасение того, что может случиться, если им овладеет опасное очарование ее прикосновения.
His hand dropped again at his side; he turned away quickly.	Рука его опустилась, он быстро отвернулся.
"I can't forgive her!" he said.	-Я не могу простить ей! - сказал он.
With that horrible confession-without even a last look at her-he left the room.	С этим страшным признанием, даже не бросив на Мерси последнего взгляда, он вышел из комнаты.
At the moment when he opened the door Julian's contempt for him burst its way through all restraints.	В ту минуту, когда он отворял дверь, Джулиан не смог скрыть своего презрения.
"Horace," he said, "I pity you!"	- Орас, - сказал он, - мне вас жаль!
As the words escaped him he looked back at Mercy.	Когда эти слова вырвались у него, он посмотрел на Мерси.
She had turned aside from both of them-she had retired to a distant part of the library The first bitter foretaste of what was in store for her when she faced the world again had come to her from Horace!	Она отвернулась от обоих, она отошла в дальний конец библиотеки. Первое предупреждение о том, что ожидало ее, когда она опять вступит в свет, дал ей почувствовать Орас.
The energy which had sustained her thus far quailed before the dreadful prospect-doubly dreadful to a woman-of obloquy and contempt.	Энергия, поддерживавшая ее до сих пор, исчезла перед страшной перспективой, вдвойне страшной для женщины, позора и презрения.
She sank on her knees before a little couch in the darkest corner of the room.	Со слезами на глаза упала она на колени перед небольшой кушеткой в самом темном углу комнаты.
"O Christ, have mercy on me!" That was her prayer-no more.	"О, Христос! Сжалься надо мною! " - вот о чем была ее молитва, и только об этом.
Julian followed her.	Джулиан последовал за ней.
He waited a little.	Он немного подождал.

Then his kind hand touched her; his friendly voice fell consolingly on her ear.	Потом его ласковая рука дотронулась до ее руки, его дружеский голос успокоительно коснулся ее слуха.
"Rise, poor wounded heart!	- Оживись, бедное, уязвленное сердце!
Beautiful, purified soul, God's angels rejoice over you!	Прекрасная, очищенная душа, ангелы Господни радуются над тобой!
Take your place among the noblest of God's creatures!"	Займи свое место между благороднейшими созданиями Бога!
He raised her as he spoke.	Он встал с этими словами.
All her heart went out to him.	Все ее сердце устремилось к нему.
She caught his hand-she pressed it to her bosom; she pressed it to her lips-then dropped it suddenly, and stood before him trembling like a frightened child.	Она схватила его руку, прижала ее к груди, прижала к губам, а потом вдруг опустила и стояла перед ним, дрожа как испуганный ребенок.
"Forgive me!" was all she could say.	- Простите меня! - вот все, что она могла сказать.
"I was so lost and lonely-and you are so good to me!"	- Я так одинока, а вы так добры ко мне!
She tried to leave him.	Она хотела оставить его.
It was useless-her strength was gone; she caught at the head of the couch to support herself.	Это было бесполезно - силы ее иссякли, она ухватилась за изголовье кушетки, чтобы удержаться на ногах.
He looked at her.	Джулиан посмотрел на нее.
The confession of his love was just rising to his lips-he looked again, and checked it.	Признание в любви готово было сорваться с его губ, но он посмотрел на нее опять и удержался.
No, not at that moment; not when she was helpless and ashamed; not when her weakness might make her yield, only to regret it at a later time.	Нет, не в эту минуту, не в то время, когда она была беспомощна и пристыжена, не в то время, когда ее слабость могла заставить ее уступить, а впоследствии сожалеть об этом.
The great heart which had spared her and felt for her from the first spared her and felt for her now.	Великое сердце, пощадившее ее и сожалевшее о ней с самого начала, щадило и сожалело о ней теперь.
He, too, left her-but not without a word at parting.	Он также оставил ее, но сказал такие слова на прощание:
"Don't think of your future life just yet," he said, gently.	- Не думайте о вашей будущей жизни, - сказал он ласково.
"I have something to propose when rest and quiet have restored you."	- Я хочу кое-что предложить вам, когда отдохновение и спокойствие восстановят ваши силы.
He opened the nearest door-the door of the dining-room-and went out.	Он отворил ближайшую дверь, дверь столовой, и вышел.
The servants engaged in completing the decoration of the dinner-table noticed, when "Mr. Julian" entered the room, that his eyes were "brighter than ever."	Слуги, накрывавшие на стол, заметили, что когда "мистер Джулиан" вошел в комнату, глаза его были "блестящее прежнего".
He looked (they remarked) like a man who "expected good news."	Он имел вид (заметили они) человека, "ожидавшего приятных известий".

They were inclined to suspect-though he was certainly rather young for it-that her ladyship's nephew was in a fair way of preferment in the Church.	Они готовы были предположить, хотя, конечно, он был очень молод для этого, что племянник ее сиятельства ожидает повышения в своем духовном звании.
Mercy seated herself on the couch.	Мерси села на кушетку.
There are limits, in the physical organization of man, to the action of pain.	В физическом состоянии человека есть границы страданию.
When suffering has reached a given point of intensity the nervous sensibility becomes incapable of feeling more.	Когда оно дошло до известной точки, нервная система становится неспособной чувствовать сильнее.
The rule of Nature, in this respect, applies not only to sufferers in the body, but to sufferers in the mind as well.	Законы природы в этом отношении относятся не только к телесным страданиям, но и к душевным также.
Grief, rage, terror, have also their appointed limits.	Г оре, ярость, ужас имеют также известные границы.
The moral sensibility, like the nervous sensibility, reaches its period of absolute exhaustion, and feels no more.	Нравственная чувствительность, так же как и нервная, достигает своего периода полного истощения и не чувствует ничего более.
The capacity for suffering in Mercy had attained its term.	Способность страдать у Мерси дошла до своей границы.
Alone in the library, she could feel the physical relief of repose; she could vaguely recall Julian's parting words to her, and sadly wonder what they meant-she could do no more.	Оставшись одна в библиотеке, она могла почувствовать физическое облегчение. Отдохнув, она начала смутно припоминать прощальные слова Джулиана и попыталась понять, что они значили, - больше она ничего не могла.
An interval passed; a brief interval of perfect rest.	Прошел промежуток времени, краткий промежуток полного отдыха.
She recovered herself sufficiently to be able to look at her watch and to estimate the lapse of time that might yet pass before Julian returned to her as he had promised.	Мерси настолько оправилась, что смогла взглянуть на часы и рассчитать время, которое может пройти, прежде чем Джулиан вернется к ней, как обещал.
While her mind was still languidly following this train of thought she was disturbed by the ringing of a bell in the hall, used to summon the servant whose duties were connected with that part of the house.	Пока ее воображение еще мучительно следовало за этим течением мыслей, ее потревожил звон колокольчика в передней, призывавший слугу, который обязан был находиться в этой части дома.
In leaving the library, Horace had gone out by the door which led into the hall, and had failed to close it.	Оставляя библиотеку, Орас вышел в дверь, которая вела в переднюю, и не запер ее.
She plainly heard the bell-and a moment later (more plainly still) she heard Lady Janet's voice!	Мерси ясно слышала звон колокольчика, а через минуту (еще яснее) услышала голос леди Джэнет.
She started to her feet.	Она вскочила.
Lady Janet's letter was still in the pocket of her apron-the letter which imperatively commanded her to abstain from making the very confession that had just passed her lips!	Письмо леди Джэнет еще лежало в ее кармане -письмо, повелительно приказывавшее ей воздержаться от того самого признания, которое только что сорвалось с ее губ.

It was near the dinner hour, and the library was the favorite place in which the mistress of the house and her guests assembled at that time.	Приближался час обеда, а библиотека была любимым местом, в котором хозяйка дома и ее гости собирались в это время.
It was no matter of doubt; it was an absolute certainty that Lady Janet had only stopped in the hall on her way into the room.	Нечего было сомневаться: леди Джэнет только остановилась в передней по дороге в библиотеку.
The alternative for Mercy lay between instantly leaving the library by the dining-room door-or remaining where she was, at the risk of being sooner or later compelled to own that she had deliberately disobeyed her benefactress.	Мерси предстояло или тотчас уйти из библиотеки в дверь столовой, или оставаться на своем месте, рискуя быть вынужденной признаться рано или поздно в том, что она добровольно ослушалась своей благодетельницы.
Exhausted by what she had already suffered, she stood trembling and irresolute, incapable of deciding which alternative she should choose.	Измученная своими страданиями, она стояла с трепетом и колеблясь, будучи не способна решить, что же выбрать.
Lady Janet's voice, clear and resolute, penetrated into the room.	Г олос леди Джэнет, громкий и решительный, донесся до библиотеки.
She was reprimanding the servant who had answered the bell.	Она делала выговор слуге, который явился на звон колокольчика.
"Is it your duty in my house to look after the lamps?"	- Ваша обязанность в моем доме смотреть за лампами?
"Yes, my lady."	- Моя, миледи.
"And is it my duty to pay you your wages?"	-А я обязана платить вам жалованье?
"If you please, my lady."	- Точно так, ваше сиятельство.
"Why do I find the light in the hall dim, and the wick of that lamp smoking?	- Почему же я нахожу, что лампа в передней почти погасла и дымится?
I have not failed in my duty to You.	Я не нарушила моих обязанностей к вам.
Don't let me find you failing again in your duty to Me."	Не нарушайте ваших обязанностей ко мне.
(Never had Lady Janet's voice sounded so sternly in Mercy's ear as it sounded now.	Никогда голос леди Джэнет не звучал так сурово в ушах Мерси, как теперь.
If she spoke with that tone of severity to a servant who had neglected a lamp, what had her adopted daughter to expect when she discovered that her entreaties and her commands had been alike set at defiance?)	Если она говорила таким строгим тоном со слугой, который относился небрежно к уходу за лампой, чего должна была ожидать ее приемная дочь, когда леди Джэнет узнает, что она пренебрегла ее просьбами и приказаниями.
Having administered her reprimand, Lady Janet had not done with the servant yet. She had a question to put to him next.	Сделав выговор, леди Джэнет еще не закончила разговор со слугой, она потом задала ему вопрос:
"Where is Miss Roseberry?"	-Где мисс Розбери?
"In the library, my lady."	- В библиотеке, миледи.
Mercy returned to the couch. She could stand no longer; she had not even resolution enough left to lift her eyes to the door.	Мерси вернулась к кушетке, она не могла выдержать больше, у нее не хватало даже решимости поднять глаза на дверь.
Lady Janet came in more rapidly than usual.	Леди Джэнет появилась быстрее обыкновенного.

She advanced to the couch, and tapped Mercy playfully on the cheek with two of her fingers.	Она подошла к кушетке и шутливо потрепала Мерси двумя пальцами по щеке.
"You lazy child!	- Ленивый ребенок!
Not dressed for dinner?	Еще не оделась к обеду?
Oh, fie, fie!"	Фи! Фи!
Her tone was as playfully affectionate as the action which had accompanied her words.	Тон ее голоса был так же шутлив и дружелюбен, как и действие, сопровождавшее слова.
In speechless astonishment Mercy looked up at her.	С безмолвным изумлением Мерси подняла глаза на нее.
Always remarkable for the taste and splendor of her dress, Lady Janet had on this occasion surpassed herself.	Всегда восхищающая пышностью и великолепием своих костюмов, леди Джэнет в этом случае превзошла саму себя.
There she stood revealed in her grandest velvet, her richest jewelry, her finest lace-with no one to entertain at the dinner-table but the ordinary members of the circle at Mablethorpe House.	На ней было самое лучшее из ее бархатных платьев, самые богатые бриллианты, самые великолепные кружева, а между тем на обед никого не ожидали, кроме обычных членов мэбльторнского кружка.
Noticing this as strange to begin with, Mercy further observed, for the first time in her experience, that Lady Janet's eyes avoided meeting hers.	Заметив сначала эту странность, Мерси потом приметила в первый раз, с тех пор как она знала леди Джэнет, что глаза старушки избегали встречи с ее глазами.
The old lady took her place companionably on the couch; she ridiculed her "lazy child's" plain dress, without an ornament of any sort on it, with her best grace; she affectionately put her arm round Mercy's waist, and rearranged with her own hand the disordered locks of Mercy's hair-but the instant Mercy herself looked at her, Lady Janet's eyes discovered something supremely interesting in the familiar objects that surrounded her on the library walls.	Леди Джэнет села возле Мерси на кушетке, очень любезно посмеялась над простым платьем "ленивого ребенка", на котором не было никаких украшений, дружелюбно обняла Мерси и собственною рукой поправила ее растрепанные волосы, но как только Мерси взглядывала на нее, глаза леди Джэнет замечали что-нибудь чрезвычайно интересное в знакомых предметах, окружавших ее на стенах библиотеки.
How were these changes to be interpreted?	Как следовало истолковать эти перемены?
To what possible conclusion did they point?	На какое заключение указывали они?
Julian's profounder knowledge of human nature, if Julian had been present, might have found a clew to the mystery.	Более глубокое знакомство Джулиана с человеческой натурой, будь тут Джулиан, могло бы найти ключ к тайне.
He might have surmised (incredible as it was) that Mercy's timidity before Lady Janet was fully reciprocated by Lady Janet's timidity before Mercy.	Он мог бы предположить (как это ни было невероятно), что на робость Мерси перед леди Джэнет леди Джэнет отвечала взаимной робостью.
It was even so.	Действительно, было так.

The woman whose immovable composure had conquered Grace Roseberry's utmost insolence in the hour of her triumph-the woman who, without once flinching, had faced every other consequence of her resolution to ignore Mercy's true position in the house-quailed for the first time when she found herself face to face with the very person for who m she had suffered and sacrificed so much.	Женщина, непоколебимое спокойствие которой преодолело дерзость Грэс Розбери в час ее торжества, - женщина, которая отважилась пренебречь всеми последствиями своей решимости оставить без внимания настоящее положение Мерси в доме, струсила в первый раз, когда очутилась лицом к лицу с той самой женщиной, ради которой она столько страдала и для которой пожертвовала так много.
She had shrunk from the meeting with Mercy, as Mercy had shrunk from the meeting with her.	Она боялась встречи с Мерси, так же как Мерси боялась встречи с ней.
The splendor of her dress meant simply that, when other excuses for delaying the meeting downstairs had all been exhausted, the excuse of a long, and elaborate toilet had been tried next.	Великолепие ее одежды просто показывало то, что когда другие предлоги откладывать свидание было исчерпаны, был найден предлог заняться продолжительным и изящным туалетом.
Even the moments occupied in reprimanding the servant had been moments seized on as the pretext for another delay.	Даже минуты, потраченные на выговор слуге, служили предлогом отсрочить встречу.
The hasty entrance into the room, the nervous assumption of playfulness in language and manner, the evasive and wandering eyes, were all referable to the same cause.	Торопливый вход в комнату, притворная шутливость в разговоре и обращении, уклончивые и блуждающие взгляды - все относилось к одной и той же причине.
In the presence of others, Lady Janet had successfully silenced the protest of her own inbred delicacy and inbred sense of honor.	В присутствии других леди Джэнет успешно заставляла умолкнуть протест своей собственной врожденной деликатности и врожденного чувства чести.
In the presence of Mercy, whom she loved with a mother's love-in the presence of Mercy, for whom she had stooped to deliberate concealment of the truth-all that was high and noble in the woman's nature rose in her and rebuked her.	В присутствии Мерси, которую она любила материнской любовью, - в присутствии Мерси, для которой она унизилась до того, что умышленно скрыла истину, - в ней восстало и упрекало ее все, что было высокого и благородного в ее натуре.
What will the daughter of my adoption, the child of my first and last experience of maternal love, think of me, now that I have made myself an accomplice in the fraud of which she is ashamed?	"Что подумает обо мне моя приемная дочь, дитя моей первой и последней материнской любви, теперь, когда я стала сообщницей в обмане, которого она сама стыдится?
How can I look her in the face, when I have not hesitated, out of selfish consideration for my own tranquillity, to forbid that frank avowal of the truth which her finer sense of duty had spontaneously bound her to make?	Как я могу взглянуть ей в лицо, когда я, не колеблясь, из себялюбивого внимания к моему собственному спокойствию, запретила ей откровенно признаться в истине, что обязывало ее сделать ее тонкое чувство долга? "
Those were the torturing questions in Lady Janet's mind, while her arm was wound affectionately round Mercy's waist, while her fingers were busying themselves familiarly with the arrangement of Mercy's hair.	Вот какие мучительные вопросы были в душе леди Джэнет в то время, как она дружелюбно обнимала Мерси, в то время, как ее пальцы фамильярно поправляли волосы Мерси.

Thence, and thence only, sprang the impulse which set her talking, with an uneasy affectation of frivolity, of any topic within the range of conversation, so long as it related to the future, and completely ignored the present and the past.	От этого, только от этого появилось желание, заставившее ее говорить с явно притворным легкомыслием обо всех предметах, входивших в круг обыкновенного разговора, пока он относился к будущему и полностью оставлял без внимания настоящее и прошедшее.
"The winter here is unendurable," Lady Janet began.	- Зима здесь нестерпима, - начала леди Джэнет.
"I have been thinking, Grace, about what we had better do next."	- Я думала, Грэс, что бы нам лучше теперь сделать.
Mercy started.	Мерси вздрогнула.
Lady Janet had called her	Леди Джэнет назвала ее
"Grace."	"Грэс".
Lady Janet was still deliberately assuming to be innocent of the faintest suspicion of the truth.	Леди Джэнет намеренно показывала, будто нисколько не подозревает истины.
"No," resumed her ladyship, affecting to misunderstand Mercy's movement, "you are not to go up now and dress.	- Нет! - продолжала ее сиятельство, притворившись, будто иначе поняла движение Мерси. - Вам не надо идти одеваться.
There is no time, and I am quite ready to excuse you.	Уже поздно, и я готова вас извинить.
You are a foil to me, my dear.	Вы приводите меня в смятение, душа моя.
You have reached the perfection of shabbiness.	Вы дошли до совершенства в простоте.
Ah!	Ах!
I remember when I had my whims and fancies too, and when I looked well in anything I wore, just as you do.	Я помню, когда у меня также были свои прихоти и фантазии и когда я казалась хороша во всяком платье точно так же, как вы.
No more of that.	Довольно об этом.
As I was saying, I have been thinking and planning what we are to do.	Я уже вам говорила, что думала и составляла планы о том, что вы должны делать.
We really can't stay here.	Мы, право, не можем остаться здесь.
Cold one day, and hot the next-what a climate!	Сегодня холодно, завтра жарко - что это за климат!
As for society, what do we lose if we go away?	А что касается общества, то чего же мы лишимся, если уедем?
There is no such thing as society now.	Теперь общества не существует.
Assemblies of well-dressed mobs meet at each other's houses, tear each other's clothes, tread on each other's toes.	Щеголеватая толпа встречается теперь в домах, рвет друг другу платье, наступает друг другу на ноги.
If you are particularly lucky, you sit on the staircase, you get a tepid ice, and you hear vapid talk in slang phrases all round you.	Если вам особенно посчастливится, вы посидите на лестнице, поедите теплого мороженого, послушаете пустой разговор на каком-то особенном языке.
There is modern society.	Вот современное общество.
If we had a good opera, it would be something to stay in London for.	Если б у нас была хорошая опера, стоило бы хоть для этого оставаться в Лондоне.

Look at the programme for the season on that table-promising as much as possible on paper, and performing as little as possible on the stage.	Взгляните на программу на этот сезон, лежащую на столе, очень заманчивую на бумаге и весьма посредственную на сцене.
The same works, sung by the same singers year after year, to the same stupid people-in short the dullest musical evenings in Europe.	Одни и те же оперы, одни и те же певцы. Каждый год одна и та же глупая публика - словом, самые скучные музыкальные вечера во всей Европе.
No! the more I think of it, the more plainly I perceive that there is but one sensible choice before us: we must go abroad.	Нет, чем более я думаю об этом, тем яснее замечаю, что нам предстоит один умный выбор: мы должны ехать за границу.
Set that pretty head to work; choose north or south, east or west; it's all the same to me.	Заставьте поработать вашу хорошенькую головку, выберите север или юг, восток или запад - для меня все равно.
Where shall we go?"	Куда нам ехать?
Mercy looked at her quickly as she put the question.	При этом вопросе Мерси быстро взглянула на леди Джэнет.
Lady Janet, more quickly yet, looked away at the programme of the opera-house.	Леди Джэнет еще быстрее взглянула на программу оперы.
Still the same melancholy false pretenses! still the same useless and cruel delay!	Все те же печальные фальшивые предлоги, все та же бесполезная и жестокая отсрочка!
Incapable of enduring the position now forced upon her, Mercy put her hand into the pocket of her apron, and drew from it Lady Janet's letter.	Не будучи в состоянии выносить положения, навязываемого ей, Мерси сунула руку в карман своего передника и вынула из него письмо леди Джэнет.
"Will your ladyship forgive me," she began, in faint, faltering tones, "if I venture on a painful subject?	- Ваше сиятельство, простите меня, - начала она слабым, дрожащим голосом, - если я осмелюсь приступить к тягостному разговору.
I hardly dare acknowledge-" In spite of her resolution to speak out plainly, the memory of past love and past kindness prevailed with her; the next words died away on her lips.	Я едва смею сознаться. Несмотря на ее намерение говорить прямо, воспоминание о прошлой любви и прошлой доброте одержало верх. Дальше слова замерли на ее губах.
She could only hold up the letter.	Она могла только протянуть письмо.
Lady Janet declined to see the letter.	Леди Джэнет не хотела глядеть на письмо.
Lady Janet suddenly became absorbed in the arrangement of her bracelets.	Леди Джэнет вдруг начала поправлять свои браслеты.
"I know what you daren't acknowledge, you foolish child!" she exclaimed.	- Я знаю, в чем вы не хотите сознаться, глупое дитя! - воскликнула она.
"You daren't acknowledge that you are tired of this dull house.	- Вы не смеете сознаться в том, что вам надоел этот скучный дом.
My dear! I am entirely of your opinion-I am weary of my own magnificence; I long to be living in one snug little room, with one servant to wait on me.	Душа моя, я вполне разделяю ваше мнение - мне надоело мое собственное великолепие. Мне ужасно хочется пожить в уютной, маленькой комнатке, чтобы мне прислуживала одна служанка.
I'll tell you what we will do.	Я скажу вам, что мы сделаем.
We will go to Paris, in the first place.	Мы прежде всего поедем в Париж.

My excellent Migliore, prince of couriers, shall be the only person in attendance.	Мой добрый Миглиор, первейший из курьеров, один поедет с нами.
He shall take a lodging for us in one of the unfashionable quarters of Paris.	Он наймет для нас квартиру в одном из самых уединенных парижских кварталов.
We will rough it, Grace (to use the slang phrase), merely for a change.	Мы попробуем, Грэс, для перемены.
We will lead what they call a 'Bohemian life.'	Мы будем вести, что называется, "цыганскую жизнь".
I know plenty of writers and painters and actors in Paris-the liveliest society in the world, my dear, until one gets tired of them.	Я знаю множество писателей, живописцев и актеров в Париже - это самое веселое общество на свете, душа моя, пока не надоест.
We will dine at the restaurant, and go to the play, and drive about in shabby little hired carriages.	Мы будем обедать в ресторане, ходить пешком в театр и разъезжать в дрянном наемном экипаже.
And when it begins to get monotonous (which it is only too sure to do!) we will spread our wings and fly to Italy, and cheat the winter in that way.	А когда это начнет становиться однообразным (уж это непременно будет), мы распустим крылышки и полетим в Италию обмануть зиму таким способом.
There is a plan for you!	Вот план для вас.
Migliore is in town.	Миглиор в Лондоне.
I will send to him this evening, and we will start to-morrow."	Я пошлю за ним сегодня вечером, и мы отправимся завтра.
Mercy made another effort.	Мерси сделала новое усилие.
"I entreat your ladyship to pardon me," she resumed. "I have something serious to say.	- Я умоляю ваше сиятельство простить меня, -продолжала она, - я хочу сказать нечто серьезное.
I am afraid-"	Я боюсь...
"I understand.	- Понимаю.
You are afraid of crossing the Channel, and you don't like to acknowledge it.	Вы боитесь переезда через Английский канал и не хотите сознаться в этом.
Pooh!	Фи!
The passage barely lasts two hours; we will shut ourselves up in a private cabin.	Переезд продолжается только два часа. Мы запремся в отдельную каюту.
I will send at once-the courier may be engaged.	Я пошлю тотчас - курьер может быть нанят.
Ring the bell."	Позвоните.
"Lady Janet, I must submit to my hard lot.	- Леди Джэнет, я должна покориться моей суровой участи.
I cannot hope to associate myself again with any future plans of yours-"	Я не могу надеяться разделять ваши будущее планы...
"What! you are afraid of our 'Bohemian life' in Paris?	- Как! Вы боитесь нашей цыганской жизни в Париже?
Observe this, Grace! If there is one thing I hate more than another, it is 'an old head on young shoulders.'	Заметьте, Грэс, я больше всего ненавижу "старую голову на молодых плечах".
I say no more.	Я не скажу ничего больше.

Ring the bell."	Позвоните.
"This cannot go on, Lady Janet!	-Так не может продолжаться, леди Джэнет!
No words can say how unworthy I feel of your kindness, how ashamed I am-"	Никакие слова не могут выразить, насколько недостойной вашей доброты чувствую я себя, как я стыжусь..
"Upon my honor, my dear, I agree with you.	- Честное слово, душа моя, я, согласна с вами.
You ought to be ashamed, at your age, of making me get up to ring the bell."	Вам следует стыдиться в ваши лета, что вы заставляете меня вставать и звонить.
Her obstinacy was immovable; she attempted to rise from the couch. But one choice was left to Mercy.	Ее упорство было непоколебимо. Она хотела встать с кушетки, но Мерси оставалось только одно.
She anticipated Lady Janet, and rang the bell.	Она предупредила леди Джэнет и позвонила в колокольчик.
The man-servant came in.	Вошел слуга.
He had his little letter-tray in his hand, with a card on it, and a sheet of paper beside the card, which looked like an open letter.	Он держал в руке маленький поднос, на котором лежала карточка а возле нее бумага, походившая на распечатанное письмо.
"You know where my courier lives when he is in London?' asked Lady Janet.	- Вы знаете, где живет мой курьер? - спросила леди Джэнет.
"Yes, my lady."	- Знаю, миледи.
"Send one of the grooms to him on horseback; I am in a hurry.	- Пошлите к нему верхом конюха. Я тороплюсь.
The courier is to come here without fail to-morrow morning-in time for the tidal train to Paris.	Курьер должен непременно быть здесь завтра утром - чтоб мы поспели к парижскому поезду.
You understand?"	Понимаете?
"Yes, my lady."	- Понимаю, миледи.
"What have you got there?	- Что это у вас тут?
Anything for me?"	Ко мне?
"For Miss Roseberry, my lady."	- К мисс Розбери, миледи.
As he answered, the man handed the card and the open letter to Mercy.	С этим ответом слуга подал Мерси карточку и распечатанное письмо.
"The lady is waiting in the morning-room, miss.	- Дама ждет в утренней комнате, мисс.
She wished me to say she has time to spare, and she will wait for you if you are not ready yet."	Она просит сказать, что у нее есть время и она может подождать, если вы еще не готовы.
Having delivered his message in those terms, he withdrew.	Исполнив поручение и поклонившись, слуга ушел.
Mercy read the name on the card.	Мерси прочла имя на карточке.
The matron had arrived!	Приехала смотрительница!
She looked at the letter next.	Мерси посмотрела на письмо.
It appeared to be a printed circular, with some lines in pencil added on the empty page.	Это был печатный циркуляр, на пустой странице которого написано несколько строк карандашом.

Printed lines and written lines swam before her eyes.	Печатные и рукописные строчки прыгали перед ее глазами.
She felt, rather than saw, Lady Janet's attention steadily and suspiciously fixed on her.	Она чувствовала скорее, чем видела, что глаза леди Джэнет смотрят на нее пристально и подозрительно.
With the matron's arrival the foredoomed end of the flimsy false pretenses and the cruel delays had come.	С приездом смотрительницы настал конец ложным предлогам и жестоким отсрочкам.
"A friend of yours, my dear?"	- Это ваша приятельница, душа моя?
"Yes, Lady Janet."	- Да, леди Джэнет.
"Am I acquainted with her?"	-А я знакома с нею?
"I think not, Lady Janet."	- Не думаю, леди Джэнет.
"You appear to be agitated.	- Вы как будто взволнованы.
Does your visitor bring bad news?	Не привезла ли дурных известий ваша гостья?
Is there anything that I can do for you?"	Не могу ли я сделать что-нибудь для вас?
"You can add-immeasurably add, madam-to all your past kindness, if you will only bear with me and forgive me."	- Вы можете умножить - неизмеримо умножить -всю вашу прошлую доброту, если только будете иметь со мной терпение и простите меня.
"Bear with you and forgive you?	- Иметь с вами терпение и простить вас?
I don't understand."	Я не понимаю.
"I will try to explain.	- Я постараюсь объясниться.
Whatever else you may think of me, Lady Janet, for God's sake don't think me ungrateful!"	Что ни думали бы вы обо мне, леди Джэнет, ради Бога, не считайте меня неблагодарной.
Lady Janet held up her hand for silence.	Леди Джэнет подняла руку, приказывая замолчать.
"I dislike explanations," she said, sharply. "Nobody ought to know that better than you.	- Я ненавижу объяснения, - сказала она резко, -никто не должен знать этого лучше вас.
Perhaps the lady's letter will explain for you.	Может быть, письмо этой дамы объяснит за вас.
Why have you not looked at it yet?"	Почему вы не посмотрели еще на него?
"I am in great trouble, madam, as you noticed just now-"	- Я очень взволнована, как вы сейчас заметили.
"Have you any objection to my knowing who your visitor is?"	- Вы не запрещаете мне узнать, кто ваша гостья?
"No, Lady Janet."	- Нет, леди Джэнет.
"Let me look at her card, then."	- Если так, дайте мне взглянуть на ее карточку.
Mercy gave the matron's card to Lady Janet, as she had given the matron's telegram to Horace.	Мерси отдала леди Джэнет карточку смотрительницы, так же как отдала телеграмму Орасу.
Lady Janet read the name on the card-considered-decided that it was a name quite unknown to her-and looked next at the address:	Леди Джэнет прочла имя на карточке, подумала, решила, что это имя незнакомо ей, - и взглянула на адрес.

"Western District Refuge, Milburn Road."	"Западный Окружной Приют, на Мельбурнской дороге".
"A lady connected with a Refuge?" she said, speaking to herself; "and calling here by appointment-if I remember the servant's message?	- Эта дама живет в приюте, - сказала она, говоря сама с собой, - и приехала сюда по условию -насколько я помню слова слуги.
A strange time to choose, if she has come for a subscription!"	Странное выбрала она время, если приехала за подпиской.
She paused. Her brow contracted; her face hardened.	Она замолчала, брови ее нахмурились, лицо стало суровым.
A word from her would now have brought the interview to its inevitable end, and she refused to speak the word.	Одно ее слово довело бы разговор до неизбежного конца, но она не хотела сказать это слово.
To the last moment she persisted in ignoring the truth!	До последней минуты она настойчиво не хотела знать правды.
Placing the card on the couch at her side, she pointed with her long yellow-white forefinger to the printed letter lying side by side with her own letter on Mercy's lap.	Положив карточку на кушетку возле себя, она указала своим длинным пожелтевшим пальцем на печатный циркуляр, лежавший возле ее собственного письма на коленях Мерси.
"Do you mean to read it, or not?" she asked.	- Вы намерены это читать или нет? - спросила она.
Mercy lifted her eyes, fast filling with tears, to Lady Janet's face.	Мерси подняла на леди Джэнет глаза, быстро наполнившиеся слезами.
"May I beg that your ladyship will read it for me?" she said-and placed the matron's letter in Lady Janet's hand.	- Могу я просить ваше сиятельство прочесть за меня? - сказала она и подала леди Джэнет письмо смотрительницы.
It was a printed circular announcing a new development in the charitable work of the Refuge.	Это был печатный циркуляр о новом развитии благотворительного отдела в приюте.
Subscribers were informed that it had been decided to extend the shelter and the training of the institution (thus far devoted to fallen women alone) so as to include destitute and helpless children found wandering in the streets.	Жертвователи уведомлялись, что было решено давать убежище и воспитание в заведении (до сих пор назначенное только для падших женщин) осиротелым и бедным детям, найденным на улицах.
The question of the number of children to be thus rescued and protected was left dependent, as a matter of course, on the bounty of the friends of the Refuge, the cost of the maintenance of each child being stated at the lowest possible rate.	Вопрос о числе людей, таким образом спасаемых, предоставлялся, разумеется, доброте жертвователей на приют. Содержание каждого ребенка было оценено очень дешево.
A list of influential persons who had increased their subscriptions so as to cover the cost, and a brief statement of the progress already made with the new work, completed the appeal, and brought the circular to its end.	Список влиятельных особ, которые подписались на эти издержки, и краткое изложение успехов нового дела завершали циркуляр.
The lines traced in pencil (in the matron's handwriting) followed on the blank page.	Строки, написанные карандашом (рукою смотрительницы), находились на пустой странице.

"Your letter tells me, my dear, that you would like-remembering your own childhood-to be employed when you return among us in saving other poor children left helpless on the world.	"Ваше письмо сообщает мне, милая моя, что вам было бы приятно, вспоминая ваше собственное детство, заняться, по возвращении к нам, спасением бедных детей, оставшихся без всякой помощи на свете.
Our circular will inform you that I am able to meet your wishes.	Наш циркуляр сообщит вам, что я могу исполнить ваши желания.
My first errand this evening in your neighborhood was to take charge of a poor child-a little girl-who stands sadly in need of our care.	Цель моей поездки в этот вечер - взять бедного ребенка у вас по соседству - девочку, которая очень нуждается в нашем попечении.
I have ventured to bring her with me, thinking she might help to reconcile you to the coming change in your life.	Я осмелилась привезти ее с собой, думая, что она может примирить вас с наступающей переменой в вашей жизни.
You will find us both waiting to go back with you to the old home.	Вы найдете нас обеих ожидающими вас ехать в ваш прежний дом.
I write this instead of saying it, hearing from the servant that you are not alone, and being unwilling to intrude myself, as a stranger, on the lady of the house."	Я пишу это, а не говорю, так как узнала от слуги, что вы не одна, а я не хочу, будучи незнакома, беспокоить хозяйку дома".
Lady Janet read the penciled lines, as she had read the printed sentences, aloud.	Леди Джэнет прочла строки, написанные карандашом, как читала печатный циркуляр, вслух.
Without a word of comment she laid the letter where she had laid the card; and, rising from her seat, stood for a moment in stern silence, looking at Mercy.	Без всяких замечаний положила она письмо туда, куда положила карточку, и, встав со своего места, стояла с минуту в суровом молчании, смотря на Мерси.
The sudden change in her which the letter had produced-quietly as it had taken place-was terrible to see.	Внезапную перемену в ней, произведенную письмом, хотя она произошла тихо, страшно было видеть.
On the frowning brow, in the flashing eyes, on the hardened lips, outraged love and outraged pride looked down on the lost woman, and said, as if in words, You have roused us at last.	Нахмуренный лоб, сверкающие глаза, сурово сжатые губы, оскорбленная любовь и оскорбленная гордость смотрели на несчастную женщину и говорили как бы словами: наконец ты пробудила нас.
"If that letter means anything," she said, "it means you are about to leave my house.	- Из этого письма видно, - сказала она, - что вы намерены оставить мой дом.
There can be but one reason for your taking such a step as that."	На это может быть только одна причина.
"It is the only atonement I can make, madam."	- Только таким образом я могу загладить...
"I see another letter on your lap.	- Я вижу другое письмо на ваших коленях.
Is it my letter?"	Это мое письмо?
"Yes."	- Ваше.
"Have you read it?"	- Вы его читали?
"I have read it."	- Читала.
"Have you seen Horace Holmcroft?"	- Видели вы Ораса Голмкрофта?

"Yes."	- Видела.
"Have you told Horace Holmcroft-"	- Сказали вы Орасу Голмкрофту...
"Oh, Lady Janet-"	- О, леди Джэнет!
"Don't interrupt me.	- Не прерывайте меня.
Have you told Horace Holmcroft what my letter positively forbade you to communicate, either to him or to any living creature?	Сказали вы Орасу Г олмкрофту то, что мое письмо решительно запрещало вам сообщать ему или кому бы то ни было на свете?
I want no protestations and excuses.	Мне не нужно ни уверений, ни извинений.
Answer me instantly, and answer in one word-Yes, or No."	Отвечайте мне сейчас одним словом - да или нет.
Not even that haughty language, not even those pitiless tones, could extinguish in Mercy's heart the sacred memories of past kindness and past love.	Даже эти надменные слова, даже этот безжалостный тон не могли заглушить в сердце Мерси священных воспоминаний о прошлой доброте и прошлой любви.
She fell on her knees-her outstretched hands touched Lady Janet's dress.	Она упала на колени - ее распростертые руки касались платья леди Джэнет.
Lady Janet sharply drew her dress away, and sternly repeated her last words.	Леди Джэнет быстро выдернула платье и сурово повторила последние слова:
"Yes? or No?"	- Да или нет?
"Yes."	-Да.
She had owned it at last!	Наконец она призналась!
To this end Lady Janet had submitted to Grace Roseberry; had offended Horace Holmcroft; had stooped, for the first time in her life, to concealments and compromises that degraded her. After all that she had sacrificed and suffered, there Mercy knelt at her feet, self-convicted of violating her commands, trampling on her feelings, deserting her house!	Для этого леди Джэнет пошла на свидание с Грэс Розбери, оскорбила Ораса Г олмкрофта, унизилась первый раз в жизни до скрытности и сделок с совестью, постыдных для нее, после всего, что она выстрадала и чем пожертвовала, - Мерси стояла перед ней на коленях и признавалась, что не исполнила ее приказаний, попирала ее чувства, бросала ее дом!
And who was the woman who had done this?	И кто это сделал?
The same woman who had perpetrated the fraud, and who had persisted in the fraud until her benefactress had descended to become her accomplice.	Та самая женщина, которая обманула, которая упорствовала в своем обмане до тех пор, пока ее благодетельница унизила себя до того, что стала ее сообщницей.
Then, and then only, she had suddenly discovered that it was her sacred duty to tell the truth!	Тогда, и только тогда она увидела, что священная обязанность предписывает ей сказать правду.
In proud silence the great lady met the blow that had fallen on her.	В гордом молчании знатная дама приняла удар, обрушившийся на нее.
In proud silence she turned her back on her adopted daughter and walked to the door.	В гордом молчании повернулась она спиною к своей приемной дочери и пошла к двери.
Mercy made her last appeal to the kind friend whom she had offended-to the second mother whom she had loved.	Мерси обратилась в последний раз к доброму другу, которого она оскорбила, ко второй матери, которую она любила.
"Lady Janet!	- Леди Джэнет!

Lady Janet!	Леди Джэнет!
Don't leave me without a word.	Не оставляйте меня, не говоря ни слова.
Oh, madam, try to feel for me a little!	О, миледи! Постарайтесь пожалеть обо мне немножко.
I am returning to a life of humiliation-the shadow of my old disgrace is falling on me once more.	Я возвращаюсь к унизительной жизни - тень моего прежнего бесславия опять падает на меня.
We shall never meet again.	Мы никогда больше не встретимся.
Even though I have not deserved it, let my repentance plead with you!	Хотя я этого не заслужила, пусть мое раскаяние умоляет за меня перед вами.
Say you forgive me!"	Скажите, что вы прощаете меня!
Lady Janet turned round on the threshold of the door.	Леди Джэнет обернулась на пороге двери.
"I never forgive ingratitude," she said.	- Я никогда не прощаю неблагодарности, -ответила она.
"Go back to the Refuge."	- Отправляйтесь обратно в приют.
The door opened and closed on her.	Дверь отворилась и затворилась за ней.
Mercy was alone again in the room.	Мерси опять осталась одна в комнате.
Unforgiven by Horace, unforgiven by Lady Janet!	Не прощенная Орасом, не прощенная леди Джэнет!
She put her hands to her burning head and tried to think.	Она поднесла руки к своей пылающей голове - и старалась думать.
Oh, for the cool air of the night!	О, как она жаждала дружелюбного прохладного ночного воздуха!
Oh, for the friendly shelter of the Refuge!	О, как она жаждала убежища приюта!
She could feel those sad longings in her: it was impossible to think.	Она могла чувствовать в себе эти грустные желания: думать она не могла.
She rang the bell-and shrank back the instant she had done it.	Она позвонила - и тотчас отступила назад.
Had she any right to take that liberty?	Имеет ли она право позволять себе это?
She ought to have thought of it before she rang.	Ей следовало подумать об этом прежде, чем она позвонила.
Habit-all habit.	Привычка - одна привычка.
How many hundreds of times she had rung the bell at Mablethorpe House!	Сколько сотен раз звонила она в колокольчик в мэбльторнском доме!
The servant came in.	Вошел слуга.
She amazed the man-she spoke to him so timidly: she even apologized for troubling him!	Мерси изумила его - она заговорила с ним робко, она даже извинилась, что побеспокоила его.
"I am sorry to disturb you.	- Мне жаль, что я потревожила вас.
Will you be so kind as to say to the lady that I am ready for her?"	Вы потрудитесь сказать этой даме, что я готова?

"Wait to give that message," said a voice behind them, "until you hear the bell rung again."	- Подождите, - раздался голос позади них, - пока я опять не позвоню.
Mercy looked round in amazement.	Мерси оглянулась с изумлением.
Julian had returned to the library by the dining-room door.	Джулиан вошел в библиотеку через дверь из столовой.
CHAPTER XXIX. THE LAST TRIAL.	Глава XXIX ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ
THE servant left them together.	Слуга оставил их вдвоем.
Mercy spoke first.	Мерси заговорила первая.
"Mr. Gray!" she exclaimed, "why have you delayed my message?	-Мистер Грэй! - воскликнула она. - Зачем вы велели ждать?
If you knew all, you would know that it is far from being a kindness to me to keep me in this house."	Если вы знали все, вам должно быть понятно, что удерживать меня в этом доме вовсе не знак доброты.
He advanced closer to her-surprised by her words, alarmed by her looks.	Он подошел ближе к ней, удивленный ее словами, испуганный выражением ее лица.
"Has any one been here in my absence?" he asked.	- Был кто-нибудь здесь в мое отсутствие? -спросил он.
"Lady Janet has been here in your absence.	- Леди Джэнет была здесь в ваше отсутствие.
I can't speak of it-my heart feels crushed-I can bear no more.	Я не могу об этом говорить, сердце мое разбито, я не могу более терпеть.
Let me go!"	Позвольте мне уйти.
Briefly as she had replied, she had said enough.	Как кратко ни ответила она, но сказала достаточно.
Julian's knowledge of Lady Janet's character told him what had happened.	Джулиан знал характер леди Джэнет и понял, что случилось.
His face showed plainly that he was disappointed as well as distressed.	Лицо его показывало ясно, что он был и обманут в своих ожиданиях, и огорчен.
"I had hoped to have been with you when you and my aunt met, and to have prevented this," he said.	- Я надеялся быть с вами, когда вы встретитесь с тетушкой, и предупредить это, - сказал он.
"Believe me, she will atone for all that she may have harshly and hastily done when she has had time to think.	- Верьте мне, она загладит все, что сделала сурово и торопливо, когда будет иметь время подумать.
Try not to regret it, if she has made your hard sacrifice harder still.	Постарайтесь не сожалеть, если она сделала вашу тяжелую жертву еще тяжелее.
She has only raised you the higher-she has additionally ennobled you and endeared you in my estimation.	Она только возвысила вас, она еще более облагородила вас в моем уважении.
Forgive me if I own this in plain words.	Простите меня, если я так прямо выражаюсь.
I cannot control myself-I feel too strongly."	Я не могу воздерживаться - мои чувства слишком сильны.
At other times Mercy might have heard the coming avowal in his tones, might have discovered it in his eyes.	В другое время Мерси могла бы услышать готовящееся признание в его голосе, могла бы догадаться по его глазам.

As it was, her delicate insight was dulled, her fine perception was blunted.	Теперь же ее женский инстинкт был притуплен, ее тонкая проницательность подавлена.
She held out her hand to him, feeling a vague conviction that he was kinder to her than ever-and feeling no more.	Она протянула ему руку, чувствуя смутное убеждение, что он был к ней добрее прежнего - и не чувствуя ничего более.
"I must thank you for the last time," she said.	- Я должна поблагодарить вас в последний раз, -сказала она.
"As long as life is left, my gratitude will be a part of my life.	- Пока я буду жить, моя признательность будет частью моей жизни.
Let me go.	Позвольте мне уйти.
While I can still control myself, let me go!"	Пока я могу еще превозмочь себя, позвольте мне уйти!
She tried to leave him, and ring the bell.	Она попыталась оставить его и позвонить.
He held her hand firmly, and drew her closer to him.	Он крепко держал ее руку и привлек ее ближе к себе.
"To the Refuge?" he asked.	- В приют? - спросил он.
"Yes," she said.	-Да!- сказала она.
"Home again!"	- Опять домой.
"Don't say that! " he exclaimed. "I can't bear to hear it.	- Не говорите этого, - воскликнул он, - я не могу этого слышать!
Don't call the Refuge your home!"	Не называйте приют своим домом!
"What else is it?	-Где же у меня дом?
Where else can I go?"	В какое другое место могу я уйти?
"I have come here to tell you.	- Я пришел сюда сказать вам об этом.
I said, if you remember, I had something to propose."	Я сказал, если вы припомните, что желаю кое-что предложить вам.
She felt the fervent pressure of his hand; she saw the mounting enthusiasm flashing in his eyes.	Она почувствовала горячее пожатие его руки, она увидела, как огонек сверкнул в его глазах.
Her weary mind roused itself a little.	Ее измученная душа несколько оживилась.
She began to tremble under the electric influence of his touch.	Она начала дрожать, возбуждаемая его прикосновением.
"Something to propose?" she repeated,	- Кое-что предложить? - повторила она.
"What is there to propose?"	- Что желаете вы предложить?
"Let me ask you a question on my side.	- Позвольте мне задать вам вопрос с моей стороны.
What have you done to-day?"	Что вы делали сегодня?
"You know what I have done: it is your work," she answered, humbly. "Why return to it now?"	- Вы знаете, что я делала. Вы сами склонили меня к этому, - ответила она смиренно, - зачем возвращаться к этому теперь?

"I return to it for the last time; I return to it with a purpose which you will soon understand.	- Я возвращаюсь к этому в последний раз, возвращаюсь к этому с целью, которую вы скоро поймете.
You have abandoned your marriage engagement; you have forfeited Lady Janet's love; you have ruined all your worldly prospects; you are now returning, self-devoted, to a life which you have yourself described as a life without hope.	Вы разошлись с женихом, вы лишились любви леди Джэнет, вы погубили всю вашу будущность, а теперь вы возвращаетесь с самоотвержением к жизни, которую сами назвали безнадежной.
And all this you have done of your own free-will-at a time when you are absolutely secure of your position in the house-for the sake of speaking the truth.	Все это вы сделали добровольно в такое время, когда ваше положение в этом доме было решительно обеспечено, - сделали ради истины.
Now tell me, is a woman who can make that sacrifice a woman who will prove unworthy of the trust if a man places in her keeping his honor and his name?"	Теперь скажите мне: может ли женщина, которая в состоянии принести такую жертву, оказаться недостойной доверия, если мужчина поручит ей свою честь и свое имя?
She understood him at last.	Она поняла его наконец.
She broke away from him with a cry.	Она отвернулась от него с криком.
She stood with her hands clasped, trembling and looking at him.	Она стояла, сложив руки, дрожала и смотрела на него.
He gave her no time to think.	Он не дал ей времени подумать.
The words poured from his lips without conscious will or conscious effort of his own.	Слова срывались с его губ бессознательно, без всяких усилий.
"Mercy, from the first moment when I saw you I loved you!	-Мерси, с первой минуты я полюбил вас! Вы теперь свободны.
You are free; I may own it; I may ask you to be my wife!"	Я могу просить вас стать моей женой?
She drew back from him further and further, with a wild imploring gesture of her hand.	Она отступала от него все дальше и дальше, подняв умоляюще руки.
"No! no!" she cried.	- Нет! Нет! - вскричала она.
"Think of what you are saying! think of what you would sacrifice!	- Подумайте о том, что вы говорите.
It cannot, must not be."	Подумайте о том, чем вы пожертвуете!
His face darkened with a sudden dread.	Это не может, не должно быть!
His head fell on his breast.	Лицо его омрачилось внезапным страхом.
His voice sank so low that she could barely hear it.	Г олова его упала на грудь, заговорил он так тихо, что Мерси едва могла его расслышать.
"I had forgotten something," he said.	- Я забыл про одно обстоятельство, - сказал он.
"You've reminded me of it."	- Вы напомнили мне об этом.
She ventured back a little nearer to him.	Она решилась немного приблизиться к нему.
"Have I offended you?"	- Не оскорбила ли я вас?
He smiled sadly.	Он грустно улыбнулся.

"You have enlightened me. I had forgotten that it doesn't follow, because I love you, that you should love me in return.	- Вы разъяснили мне... Я забыл, что из того, что я люблю вас, не следует, чтоб вы взаимно любили меня.
Say that it is so, Mercy, and I leave you."	Скажите это, Мерси, - и я оставлю вас.
A faint tinge of color rose on her face-then left it again paler than ever.	Слабый румянец выступил на ее лице, потом оно стало бледнее прежнего.
Her eyes looked downward timidly under the eager gaze that he fastened on her.	Глаза ее робко потупились под пылким взглядом, который он устремил на нее.
"How can I say so?" she answered, simply.	- Как могу я это сказать? - ответила она просто.
"Where is the woman in my place whose heart could resist you?"	- Какая женщина на моем месте могла бы устоять против вас?
He eagerly advanced; he held out his arms to her in breathless, speechless joy.	Он быстро подошел, он протянул руки, задыхаясь от безмолвной радости.
She drew back from him once more with a look that horrified him-a look of blank despair.	Она отступила от него опять с взглядом, который ужаснул его, - взглядом в котором было глубокое отчаяние.
"Am I fit to be your wife?" she asked.	- Достойна ли я стать вашей женой? - спросила она.
"Must I remind you of what you owe to your high position, your spotless integrity, your famous name?	- Должна ли я напомнить вам о том, чем вы обязаны вашему высокому положению, вашей безукоризненной честности, вашему знаменитому имени?
Think of all that you have done for me, and then think of the black ingratitude of it if I ruin you for life by consenting to our marriage-if I selfishly, cruelly, wickedly, drag you down to the level of a woman like me!"	Подумайте обо всем, что вы сделали для меня, потом представьте мою черную неблагодарность, если я погублю вас на всю жизнь, согласившись на нашу свадьбу, если я себялюбиво, жестоко, зло, унижу вас до уровня такой женщины, как я!
"I raise you to my level when I make you my wife," he answered.	- Я поднимаю вас до своего уровня, когда женюсь на вас, - ответил он.
"For Heaven's sake do me justice!	- Ради Бога, будьте ко мне справедливы!
Don't refer me to the world and its opinions.	Не упоминайте мне о свете, его мнениях.
It rests with you, and you alone, to make the misery or the happiness of my life.	От вас зависит, от вас одной, сделать несчастье или счастье моей жизни.
The world!	Свет!
Good God! what can the world give me in exchange for You?"	Боже милостивый! Что может дать мне свет взамен вас?
She clasped her hands imploringly; the tears flowed fast over her cheeks.	Она с умоляющим видом сложила руки. Слезы ручьем катились по ее щекам.
"Oh, have pity on my weakness!" she cried.	- О, сжальтесь над моей слабостью! - вскричала она.
"Kindest, best of men, help me to do my hard duty toward you!	- Добрейший, лучший из людей, помогите мне исполнить суровую обязанность относительно вас!

It is so hard, after all that I have suffered-when my heart is yearning for peace and happiness and love!"	Это так тяжело после всего, что я выстрадала, -когда мое сердце жаждет покоя, счастья и любви!
She checked herself, shuddering at the words that had escaped her.	Она справилась с собой, дрожа от слов, вырвавшихся у нее.
"Remember how Mr. Holmcroft has used me!	- Вспомните, как мистер Г олмкрофт поступил со мной!
Remember how Lady Janet has left me!	Вспомните, как леди Джэнет оставила меня!
Remember what I have told you of my life!	Вспомните, что я говорила вам о моей жизни!
The scorn of every creature you know would strike at you through me.	Презрение всех ваших знакомых поразит вас с моей помощью.
No! no! no!	Нет! Нет! Нет!
Not a word more.	Ни слова более!
Spare me! pity me! leave me!"	Пощадите меня! Пожалейте меня! Оставьте меня!
Her voice failed her; sobs choked her utterance.	Голос изменил ей, рыдания прервали ее слова.
He sprang to her and took her in his arms.	Он бросился к Мерси и заключил ее в свои объятия.
She was incapable of resisting him; but there was no yielding in her.	Мерси была неспособна сопротивляться ему, но уступать ему не хотела.
Her head lay on his bosom, passive-horribly passive, like the head of a corpse.	Ее голова лежала на груди Джулиана бесстрастно - так бесстрастно, как голова мертвого тела.
"Mercy!	- Мерси!
My darling!	Моя дорогая!
We will go away-we will leave England-we will take refuge among new people in a new world-I will change my name-I will break with relatives, friends, everybody.	Мы уедем, мы оставим, Англию мы будем жить с новыми людьми, в новом свете! Я переменю свое имя, я разойдусь с родственниками, друзьями, со всеми.
Anything, anything, rather than lose you!"	Все, все лучше, чем лишиться вас!
She lifted her head slowly and looked at him.	Она медленно подняла голову и посмотрела на него.
He suddenly released her; he reeled back like a man staggered by a blow, and dropped into a chair.	Он вдруг отпустил ее, он пошатнулся назад, как человек, ошеломленный ударом, и опустился на стул.
Before she had uttered a word he saw the terrible resolution in her face-Death, rather than yield to her own weakness and disgrace him.	Прежде чем Мерси произнесла хоть слово, он прочитал страшную решимость на ее лице -скорее умереть, чем уступить своей слабости и обесславить его.
She stood with her hands lightly clasped in front of her.	Она стояла, крепко сжав руки, подняв свою прекрасную голову.
Her grand head was raised; her soft gray eyes shone again undimmed by tears.	Ее нежные серые глаза опять засияли, не отуманенные слезами.

The storm of emotion had swept over her and had passed away A sad tranquillity was in her face; a gentle resignation was in her voice.	Буря волнений пронеслась над ней. Грустное спокойствие появилось на ее лице, ангельская покорность слышалась в голосе.
The calm of a martyr was the calm that confronted him as she spoke her last words.	Стараясь казаться спокойной, произнесла она свои последние слова.
"A woman who has lived my life, a woman who has suffered what I have suffered, may love you-as I love you-but she must not be your wife.	- Женщина, которая жила моею жизнью, женщина, которая страдала, как я, может любить вас, как я вас люблю, но она не должна быть вашей женой.
That place is too high above her.	Это место слишком высоко для нее.
Any other place is too far below her and below you."	Всякое другое место слишком низко для нее и для вас.
She paused, and advancing to the bell, gave the signal for her departure.	Она замолчала и, подойдя к колокольчику, подала сигнал к своему отъезду.
That done, she slowly retraced her steps until she stood at Julian's side.	Сделав это, она медленно отступила назад и подошла к Джулиану.
Tenderly she lifted his head and laid it for a moment on her bosom. Silently she stooped and touched his forehead with her lips. All the gratitude that filled her heart and all the sacrifice that rent it were in those two actions-so modestly, so tenderly performed!	Нежно приподняла она его голову и положила ее на сбою грудь, молча наклонилась и коснулась его лба своими губами... Вся благодарность, наполнявшая ее сердце, вся принесенная ею жертва, мучившая его, выразились в этих двух действиях - так скромно и так нежно сделанных.
As the last lingering pressure of her fingers left him, Julian burst into tears.	Когда последнее нежное пожатие ее пальцев исчезло, Джулиан залился слезами.
The servant answered the bell.	Слуга пришел на звон колокольчика.
At the moment he opened the door a woman's voice was audible in the hall speaking to him.	В ту минуту, как он отворил дверь, послышался женский голос в передней, говорившей с ним.
"Let the child go in," the voice said. "I will wait here."	- Пустите девочку, - говорила женщина, - я подожду здесь.
The child appeared-the same forlorn little creature who had reminded Mercy of her own early years on the day when she and Horace Holmcroft had been out for their walk.	Девочка вошла - тоже самое одинокое существо, напомнившее Мерси ее юные годы, в тот день, когда она и Орас Голмкрофт ходили гулять.
There was no beauty in this child; no halo of romance brightened the commonplace horror of her story.	В этом ребенке не было красоты. Ее обычная, ужасная история не освещалась никаким романическим сиянием.
She came cringing into the room, staring stupidly at the magnificence all round her-the daughter of the London streets! the pet creation of the laws of political economy! the savage and terrible product of a worn-out system of government and of a civilization rotten to its core!	Она крадучись вошла в комнату и испуганно вытаращила глаза на великолепие, окружавшее ее. Дочь лондонских улиц, любимое создание законов политической экономии, свирепый и страшный продукт цивилизации, сгнившей до основания!

Cleaned for the first time in her life, fed sufficiently for the first time in her life, dressed in clothes instead of rags for the first time in her life, Mercy's sister in adversity crept fearfully over the beautiful carpet, and stopped wonder-struck before the marbles of an inlaid table-a blot of mud on the splendor of the room.	Вымытая чисто первый раз в жизни, досыта накормленная первый раз в жизни, одетая в платье, а не в лохмотья первый раз в жизни, сестра Мерси по несчастью со страхом приблизилась по великолепному ковру и остановилась, пораженная удивлением, перед мраморным мозаичным столом - как грязное пятно в великолепной комнате.
Mercy turned from Julian to meet the child.	Мерси отвернулась от Джулиана, чтобы встретить девочку.
The woman's heart, hungering in its horrible isolation for something that it might harmlessly love, welcomed the rescued waif of the streets as a consolation sent from God.	Сердце этой женщины, жаждая в своем страшном одиночестве чего-нибудь, что могло полюбить безвредно, приветствовало спасенного найденыша на улицах, как утешение, посланное Богом.
She caught the stupefied little creature up in her arms.	Мерси схватила изумленную девочку на руки.
"Kiss me!" she whispered, in the reckless agony of the moment. "Call me sister!"	- Поцелуй меня! - шепнула она в порыве тоски, -назови меня сестрой!
The child stared, vacantly.	Девочка смотрела на нее, вытаращив глаза.
Sister meant nothing to her mind but an older girl who was strong enough to beat her.	Сестра, по ее понятиям, была только девочка постарше, довольно сильная, чтобы колотить ее.
She put the child down again, and turned for a last look at the man whose happiness she had wrecked-in pity to him.	Мерси поставила девочку на пол и обернулась бросить последний взгляд на человека, счастье которого она сгубила - из сострадания к нему.
He had never moved.	Он не шевелился.
His head was down; his face was hidden.	Голова его была опущена, лица не видно.
She went back to hi m a few steps.	Мерси вернулась к нему.
"The others have gone from me without one kind word.	- Другие ушли от меня без доброго слова.
Can you forgive me?"	Можете вы простить мне?
He held out his hand to her without looking up.	Он протянул ей руку, не поднимая глаз.
Sorely as she had wounded him, his generous nature understood her.	Хотя Мерси сильно его огорчила, его великодушная натура понимала ее.
True to her from the first, he was true to her still.	Верный ей с самого начала, он и теперь оставался ей верен.
"God bless and comfort you," he said, in broken tones.	- Господь да благословит вас и успокоит! - сказал Джулиан прерывающимся голосом.
"The earth holds no nobler woman than you."	- На свете нет женщины благороднее вас.
She knelt and kissed the kind hand that pressed hers for the last time.	Она встала на колени и поцеловала ласковую руку, пожавшую ее руку в последний раз.
"It doesn't end with this world," she whispered: "there is a better world to come!"	- На этом свете еще нет конца, - шепнула она, -есть лучший мир.
Then she rose, and went back to the child.	Она встала и вернулась к девочке.

Hand in hand the two citizens of the Government of God-outcasts of the government of Man-passed slowly down the length of the room. Then out into the hall. Then out into the night.	Рука об руку, две гражданки божьего правления, отвергнутые людьми, медленно прошли всю длину комнаты, потом вышли в переднюю, потом в темноту.
The heavy clang of the closing door tolled the knell of their departure.	Тяжелый стук затворившейся двери, как погребальный звон, возвестил об их уходе.
They were gone.	Они исчезли.
But the orderly routine of the house-inexorable as death-pursued its appointed course.	Но обыкновенная рутина в доме, неумолимая как смерть, шла своим чередом.
As the clock struck the hour the dinner-bell rang.	Когда часы пробили надлежащий час, раздался колокол к обеду.
An interval of a minute passed, and marked the limit of delay.	Прошла минута, обозначавшая границу промежутка.
The butler appeared at the dining-room door.	Дворецкий появился в дверях столовой.
"Dinner is served, sir."	- Кушать подано, сэр.
Julian looked up.	Джулиан поднял глаза.
The empty room met his eyes.	Пустая комната бросилась ему в глаза.
Something white lay on the carpet close by him.	Что-то белое лежало на ковре возле него.
It was her handkerchief-wet with her tears.	Это был ее носовой платок, мокрый от слез.
He took it up and pressed it to his lips.	Он поднял его и прижал к губам.
Was that to be the last of her?	Неужели он в последний раз видел ее?
Had she left him forever?	Неужели она оставила его навсегда?
The native energy of the man, arming itself with all the might of his love, kindled in him again.	Врожденная энергия человека, вооруженная всей силой своей любви, закипела в нем опять.
No!	Нет!
While life was in him, while time was before him, there was the hope of winning her yet!	Пока жизнь оставалась в нем, пока впереди было время, он не терял надежду получить ее согласие.
He turned to the servant, reckless of what his face might betray.	Джулиан обратился к слуге, не заботясь о том, что могло обнаружиться на его лице.
"Where is Lady Janet?"	-Где леди Джэнет?
"In the dining-room, sir."	- В столовой, сэр.
He reflected for a moment.	Джулиан думал с минуту.
His own influence had failed.	Его влияние не имело успеха.
Through what other influence could he now hope to reach her?	Посредством какого другого влияния мог он иметь теперь надежду подействовать на Мерси?
As the question crossed his mind the light broke on him.	Когда этот вопрос мелькнул в голове его, свет озарил его.
He saw the way back to her-through the influence of Lady Janet.	Он увидел способ вернуться к ней - с помощью влияния леди Джэнет.
"Her ladyship is waiting, sir."	- Ее сиятельство ждет, сэр.

Julian entered the dining-room.	Он вошел в столовую.
EPILOGUE:	ЭПИЛОГ
CONTAINING SELECTIONS FROM THE CORRESPONDENCE OF MISS GRACE ROSEBERRY AND MR. HORACE HOLMCROFT; TO WHICH ARE ADDED EXTRACTS FROM THE DIARY OF THE REVEREND JULIAN GRAY.	ВЫПИСКИ ИЗ ПЕРЕПИСКИ МИСС ГРЭС РОЗБЕРИ И ОРАСА ГОЛМКРОФТА
I. From MR. HORACE HOLMCROFT to MISS GRACE ROSEBERRY.	От Ораса Голмкрофта к мисс Грэс Розбери
"I HASTEN to thank you, dear Miss Roseberry, for your last kind letter, received by yesterday's mail from Canada.	"Спешу поблагодарить вас, любезная мисс, за ваше доброе письмо, полученное мной вчера из Канады.
Believe me, I appreciate your generous readiness to pardon and forget what I so rudely said to you at a time when the arts of an adventuress had blinded me to the truth.	Верьте мне, я ценю вашу великодушную готовность простить и забыть то, что я так грубо говорил вам в то время, когда происки искательницы приключений ослепляли меня.
In the grace which has forgiven me I recognize the inbred sense of justice of a true lady.	В любезности, с которой вы простили мне, я признаю врожденное чувство справедливости настоящей леди.
Birth and breeding can never fail to assert themselves: I believe in them, thank God, more firmly than ever.	Рождение и воспитание всегда дадут себя знать, я верю им, слава Богу, тверже прежнего.
"You ask me to keep you informed of the progress of Julian Gray's infatuation, and of the course of conduct pursued toward him by Mercy Merrick.	Вы просите меня сообщать вам о действиях ослепленного любовью Джулиана Грэя и поведении Мерси Мерик относительно его.
"If you had not favored me by explaining your object, I might have felt some surprise at receiving from a lady in your position such a request as this. But the motives by which you describe yourself as being actuated are beyond dispute.	Если б вы не сумели объяснить мне вашу цель, я, может быть, почувствовал бы некоторое удивление, получив от особы, находящейся в вашем положении, такую просьбу, но причины, руководящие вами, неоспоримы.
The existence of Society, as you truly say, is threatened by the present lamentable prevalence of Liberal ideas throughout the length and breadth of the land.	Существованию общества, как вы справедливо говорите, угрожает теперешнее печальное распространение либеральных идей на всей территории нашей страны.
We can only hope to protect ourselves against impostors interested in gaining a position among persons of our rank by becoming in some sort (unpleasant as it may be) familiar with the arts by which imposture too frequently succeeds.	Мы можем только надеяться, что защитим себя против самозванцев, желающих занять положение среди людей нашего звания, ставших в некотором роде (как это ни неприятно) знакомыми с хитростями, при помощи которых самозванство слишком часто добивается успехов.
If we wish to know to what daring lengths cunning can go, to what pitiable self-delusion credulity can consent, we must watch the proceedings-even while we shrink from them-of a Mercy Merrick and a Julian Gray.	Если вы желаете знать, до какой изощренности может дойти хитрость, до какого жалкого ослепления может довести легковерие, то мы должны понаблюдать за поступками, хотя гнушаемся ими, Мерси Мерик и Джулиана Грэя.
"In taking up my narrative again where my last letter left off, I must venture to set you right on one point.	Принимаясь опять за мой рассказ с того места, на котором я остановился в моем последнем письме, осмеливаюсь вывести вас из заблуждения в одном отношении.

"Certain expressions which have escaped your pen suggest to me that you blame Julian Gray as the cause of Lady Janet's regrettable visit to the Refuge the day after Mercy Merrick had left her house.	Некоторые выражения, вышедшие из-под вашего пера, подают мне мысль, что вы осуждаете Джулиана Грэя за то, что он был причиной прискорбной поездки леди Джэнет в приют на другой день после того, как Мерси Мерик оставила ее дом.
This is not quite correct.	Это несправедливо.
Julian, as you will presently see, has enough to answer for without being held responsible for errors of judgment in which he has had no share.	Джулиан, как вы сейчас увидите, достаточно виноват и без ответственности за заблуждения, в которых он не имел никакого участил.
Lady Janet (as she herself told me) went to the Refuge of her own free-will to ask Mercy Merrick's pardon for the language which she had used on the previous day.	Леди Джэнет (как она сама сказала мне) ездила в приют по собственной воле просить прощения Мерси Мерик за те слова, которые она произнесла накануне.
'I passed a night of such misery as no words can describe'-this, I assure you, is what her ladyship really said to me-'thinking over what my vile pride and selfishness and obstinacy had made me say and do.	"Я провела такую несчастную ночь, какую никакими словами не опишешь - уверяю вас, ее сиятельство действительно сказала мне это, -думая о том, что моя гнусная гордость, эгоизм и упрямство заставили меня говорить и делать.
I would have gone down on my knees to beg her pardon if she would have let me.	Я готова была стать на колени и просить ее прощения, если б она допустила меня до этого.
My first happy moment was when I won her consent to come and visit me sometimes at Mablethorpe House.'	Моя первая счастливая минута была та, когда я получила ее согласие навещать меня иногда в Мэбльторне".
"You will, I am sure, agree with me that such extravagance as this is to be pitied rather than blamed.	Я уверен, вы согласитесь со мной, что такое сумасбродство заслуживает скорее сострадания, чем порицания.
How sad to see the decay of the faculties with advancing age!	Как грустно видеть упадок умственных способностей в преклонных летах!
It is a matter of grave anxiety to consider how much longer poor Lady Janet can be trusted to manage her own affairs.	Стоит подумать и о том, долго ли бедная леди Джэнет будет в состоянии управлять своими собственными делами.
I shall take an opportunity of touching on the matter delicately when I next see her lawyer.	Я воспользуюсь случаем деликатно намекнуть на это, когда увижусь с ее поверенным.
"I am straying from my subject.	Я отступаю от предмета моего письма.
And-is it not strange?-I am writing to you as confidentially as if we were old friends.	И - не странно ли это? - я пишу вам так доверчиво, как будто мы с вами старые друзья.
"To return to Julian Gray.	Вернемся к Джулиану Грэю.
Innocent of instigating his aunt's first visit to the Refuge, he is guilty of having induced her to go there for the second time the day after I had dispatched my last letter to you.	Будучи невиновен в первой поездке его тетки в приют, он виновен в том, что уговорил ее отправиться туда во второй раз, на другой день после того, как я отправил к вам мое последнее письмо.
Lady Janet's object on this occasion was neither more nor less than to plead her nephew's cause as humble suitor for the hand of Mercy Merrick.	Цель леди Джэнет в этом случае была не более, не менее, как ходатайствовать за племянника, смиренно просившего руки Мерси Мерик.

Imagine the descent of one of the oldest families in England inviting an adventuress in a Refuge to honor a clergyman of the Church of England by becoming his wife!	Представьте себе женщину, происходящую из одной из стариннейших фамилий Англии, уговаривающую искательницу приключений в приюте осчастливить пастора англиканской церкви, став его женой!
In what times do we live!	В какие времена живем мы!
My dear mother shed tears of shame when she heard of it.	Моя милая матушка пролила слезы стыда, услышав об этом.
How you would love and admire my mother!	Как вы любили бы мою мать и как восхищались бы ей!
"I dined at Mablethorpe House, by previous appointment, on the day when Lady Janet returned from her degrading errand.	Я обедал в Мэбльторне в тот день, когда леди Джэнет вернулась, исполнив свое самое унизительное поручение.
"'Well?' I said, waiting, of course, until the servant was out of the room.	- Ну что? - спросил я, подождав, разумеется, чтобы слуга вышел из комнаты.
"'Well,' Lady Janet answered, 'Julian was quite right.'	- Ну, Джулиан был совершенно прав, - ответила леди Джэнет.
"'Quite right in what?'	- Совершенно прав в чем?
"'In saying that the earth holds no nobler woman than Mercy Merrick.'	- Г оворя, что на свете нет женщины благороднее Мерси Мерик.
"'Has she refused him again?'	- Она опять отказала ему?
"'She has refused him again.'	- Опять отказала.
"'Thank God!'	- Слава Богу!
I felt it fervently, and I said it fervently.	Я горячо это прочувствовал и сказал искренне.
Lady Janet laid down her knife and fork, and fixed one of her fierce looks on me.	Леди Джэнет положила нож и вилку и вперила в меня свирепый взгляд.
"'It may not be your fault, Horace,' she said, 'if your nature is incapable of comprehending what is great and generous in other natures higher than yours.	- Может быть, вы не виноваты, Орас, - сказала она, - что ваша натура неспособна понимать величие и великодушие других натур выше вашей.
But the least you can do is to distrust your own capacity of appreciation.	Но вы можете, по крайней мере, не доверять вашей способности оценивать других.
For the future keep your opinions (on questions which you don't understand) modestly to yourself.	Впредь оставляйте при себе, не мудрствуя лукаво ваши мнения (в вопросах, которых вы не понимаете).
I have a tenderness for you for your father's sake; and I take the most favorable view of your conduct toward Mercy Merrick.	Я питаю к вам нежные чувства в память вашего отца и самым снисходительным образом сужу ваше поведение относительно Мерси Мерик.
I humanely consider it the conduct of a fool.' (Her own words, Miss Roseberry.	Я откровенно считаю его поведением дурака. - (Ее собственные слова, мисс Розбери.

I assure you once more, her own words.) 'But don't trespass too far on my indulgence-don't insinuate again that a woman who is good enough (if she died this night) to go to heaven, is not good enough to be my nephew's wife.'	Уверяю вас, ее собственные слова.) - Но не слишком рассчитывайте на мое снисхождение, не намекайте опять, будто женщина, которая достойна, (если бы она умерла в нынешнюю ночь) пойти на небеса, не достойна стать женой моего племянника.
"I expressed to you my conviction a little way back that it was doubtful whether poor Lady Janet would be much longer competent to manage her own affairs.	Некоторое время назад я высказал вам свое убеждение, что вряд ли долго леди Джэнет будет в состоянии управлять своими делами.
Perhaps you thought me hasty then?	Может быть, вы сочли меня тогда опрометчивым.
What do you think now?	Что вы думаете теперь?
"It was, of course, useless to reply seriously to the extraordinary reprimand that I had received.	Разумеется, бесполезно было отвечать серьезно на странный выговор, полученный мною.
Besides, I was really shocked by a decay of principle which proceeded but too plainly from decay of the mental powers.	Кроме того, я приведен был в негодование упадком нравов, слишком ясно происходившим от ослабления умственных способностей.
I made a soothing and respectful reply, and I was favored in return with some account of what had really happened at the Refuge.	Я дал спокойный и почтительный ответ и взамен решил рассказать о том, что случилось в приюте.
My mother and my sisters were disgusted when I repeated the particulars to them.	Моя мать и мои сестры с отвращением слушали, когда я повторял им услышанные мною подробности.
You will be disgusted too.	Вы тоже почувствуете отвращение.
"The interesting penitent (expecting Lady Janet's visit) was, of course, discovered in a touching domestic position!	Интересную кающуюся (ожидавшую посещения леди Джэнет), разумеется, нашли в трогательном положении.
She had a foundling baby asleep on her lap; and she was teaching the alphabet to an ugly little vagabond girl whose acquaintance she had first made in the street.	Она держала на коленях спящего младенца и учила азбуке безобразную девочку, с которой познакомилась на улице.
Just the sort of artful tableau vivant to impose on an old lady-was it not?	Очень искусная живая картина, чтоб произвести впечатление на старуху, - не правда ли?
"You will understand what followed, when Lady Janet opened her matrimonial negotiation.	Вы поймете, что последовало, когда леди Джэнет приступила к сватовству.
Having perfected herself in her part, Mercy Merrick, to do her justice, was not the woman to play it badly.	Совершенствовавшаяся в своей роли, Мерси Мерик, надо отдать ей справедливость, не могла разыграть ее дурно.
The most magnanimous sentiments flowed from her lips.	Самые великодушные чувства выражало ее лицо.
She declared that her future life was devoted to acts of charity, typified, of course, by the foundling infant and the ugly little girl.	Она объявила, что ее будущая жизнь посвящена благотворительным делам, образцом которых были, разумеется, младенец и безобразная девочка.

However she might personally suffer, whatever might be the sacrifice of her own feelings-observe how artfully this was put, to insinuate that she was herself in love with him!-she could not accept from Mr. Julian Gray an honor of which she was unworthy.	Как ни страдала бы она лично, как ни жертвовала бы своими чувствами - заметьте, какой это искусный намек на то, что она сама влюблена в него! - она не могла принять от мистера Джулиана Грэя предложение, которого она недостойна.
Her gratitude to him and her interest in him alike forbade her to compromise his brilliant future by consenting to a marriage which would degrade him in the estimation of all his friends.	Ее признательность Джулиану и участие к нему равно запрещают ей компрометировать его блистательную будущность согласием на брак, который унизит его в мнении всех его друзей.
She thanked him (with tears); she thanked Lady Janet (with more tears); but she dare not, in the interests of his honor and his happiness, accept the hand that he offered to her.	Она благодарила его (со слезами), она благодарила леди Джэнет (еще с большими слезами), но не смела, из участия к его чести и его счастью, принять руку, которую он предлагал ей.
God bless and comfort him; and God help her to bear with her hard lot!	Господь да благословит и утешит его, а ей да поможет Г осподь переносить свою тяжелую участь!
"The object of this contemptible comedy is plain enough to my mind.	Цель этой презренной комедии довольно для меня ясна.
She is simply holding off (Julian, as you know, is a poor man) until the influence of Lady Janet's persuasion is backed by the opening of Lady Janet's purse.	Она просто отнекивается (Джулиан, как вам известно, человек бедный) до тех пор, пока убеждения леди Джэнет не подкрепятся ее кошельком.
In one word-Settlements!	Словом - она ждет, что ей будет предложено закрепить за ней в брачном контракте.
But for the profanity of the woman's language, and the really lamentable credulity of the poor old lady, the whole thing would make a fit subject for a burlesque.	Если б не осквернение священных чувств на языке этой женщины и не плачевное легковерие бедной старушки, это было бы прекрасным предметом для фарса.
"But the saddest part of the story is still to come.	Но самая грустная часть моего рассказа еще впереди.
"In due course of time the lady's decision was communicated to Julian Gray.	Решение это было сообщено Джулиану Грэю.
He took leave of his senses on the spot.	Он тотчас же лишился рассудка.
Can you believe it?-he has resigned his curacy!	Поверите ли, он отказался от своего места!
At a time when the church is thronged every Sunday to hear him preach, this madman shuts the door and walks out of the pulpit.	В такое время, когда в церкви каждое воскресенье толпа стремится слушать его проповеди, этот сумасброд запирает дверь и сходит с кафедры.
Even Lady Janet was not far enough gone in folly to abet him in this.	Даже леди Джэнет не проявила безрассудства потакать ему в этом.
She remonstrated, like the rest of his friends.	Она увещевала его, как и все его друзья.
Perfectly useless!	Совершенно бесполезно!
He had but one answer to everything they could say:	У него был только один ответ на все, что ни говорили:
'My career is closed.' What stuff!	"Моя карьера кончена! " Какой вздор!

"You will ask, naturally enough, what this perverse man is going to do next.	Вы спросите, вполне естественно, что теперь будет делать этот совратившийся с истинного пути человек.
I don't scruple to say that he is bent on committing suicide.	Я не сомневаясь говорю, что он намерен совершить самоубийство.
Pray do not be alarmed!	Пожалуйста, не пугайтесь!
There is no fear of the pistol, the rope, or the river.	Нечего опасаться ни пистолета, ни веревки, ни реки.
Julian is simply courting death-within the limits of the law.	Джулиан просто стремится к смерти в границах закона.
"This is strong language, I know.	Я знаю, что это сильное выражение.
You shall hear what the facts are, and judge for yourself.	Вы узнаете факты и будете судить сами.
"Having resigned his curacy, his next proceeding was to offer his services, as volunteer, to a new missionary enterprise on the West Coast of Africa.	Отказавшись от своего места, он тотчас же отправился предложить свои услуги как волонтер новой экспедиции, предпринимаемой на западном побережье Африки.
The persons at the head of the mission proved, most fortunately, to have a proper sense of their duty.	Люди, находящиеся во главе экспедиции, к счастью, оказались вполне понимающими свои обязанности.
Expressing their conviction of the value of Julian's assistance in the most handsome terms, they made it nevertheless a condition of entertaining his proposal that he should submit to examination by a competent medical man.	Выразив свое убеждение в самых прекрасных выражениях о том, как драгоценна была бы для них помощь Джулиана, они, однако, поставили условием, чтобы его осмотрел сведущий врач.
After some hesitation he consented to this.	После некоторого колебания он согласился на это.
The doctor's report was conclusive. In Julian's present state of health the climate of West Africa would in all probability kill him in three months' time.	Врач высказался решительно, что при теперешнем состоянии здоровья Джулиана климат западной Африки, по всей вероятности, убил бы его за три месяца.
"Foiled in his first attempt, he addressed himself next to a London Mission.	Потерпев неудачу в своей первой попытке, он обратился к лондонской миссии.
Here it was impossible to raise the question of climate, and here, I grieve to say, he has succeeded.	Тут, к сожалению, нельзя было поднять вопрос о климате, и я должен сказать с сожалением, что Джулиан добился своего.
"He is now working-in other words, he is now deliberately risking his life-in the Mission to Green Anchor Fields.	Он теперь трудится, другими словами, он умышленно рискует своей жизнью, в миссии Полей Зеленого Якоря.
The district known by this name is situated in a remote part of London, near the Thames.	Округ, известный под этим названием, находится в отдаленной части Лондона, близ Темзы.
It is notoriously infested by the most desperate and degraded set of wretches in the whole metropolitan population, and it is so thickly inhabited that it is hardly ever completely free from epidemic disease.	Он знаменит самыми отчаянными и подлыми злодеями во всем столичном населении и так густо населен, что почти всегда в нем свирепствует эпидемия какой-нибудь заразной болезни.

In this horrible place, and among these dangerous people, Julian is now employing himself from morning to night.	В этом ужасном месте, между этими опасными людьми Джулиан теперь работает с утра до вечера.
None of his old friends ever see him.	Никто из его прежних друзей не видит его.
Since he joined the Mission he has not even called on Lady Janet Roy.	После того как присоединился к этой миссии, он даже не был у леди Джэнет Рой.
"My pledge is redeemed-the facts are before you.	Я сдержал слово - факты пред вами.
Am I wrong in taking my gloomy view of the prospect?	Ошибаюсь ли я в моем мрачном взгляде на будущее?
I cannot forget that this unhappy man was once my friend, and I really see no hope for him in the future.	Я не могу забыть, что этот несчастный человек был когда-то моим другом, и, право, не вижу никакой надежды для него в будущем.
Deliberately self-exposed to the violence of ruffians and the outbreak of disease, who is to extricate him from his shocking position?	Добровольно подвергает он себя опаснейшим покушениям злодеев и болезней. Кто же избавит его от этого неприятного положения?
The one person who can do it is the person whose association with him would be his ruin-Mercy Merrick.	Единственная женщина, которая может это сделать, та же самая, союз с которой погубит его, - Мерси Мерик.
Heaven only knows what disasters it may be my painful duty to communicate to you in my next letter!	Богу одному известно, о каких несчастьях предстоит в силу моих тягостных обязанностей сообщить вам в следующем письме.
"You are so kind as to ask me to tell you something about myself and my plans.	Вы так добры, что просите меня рассказать вам что-нибудь обо мне и моих планах.
"I have very little to say on either head.	Я очень мало могу сказать и о том, и о другом.
After what I have suffered-my feelings trampled on, my confidence betrayed-I am as yet hardly capable of deciding what I shall do.	После того, что я выстрадал, мои чувства растоптали ногами, моему доверию изменили, я еще не в силах решить, что мне делать.
Returning to my old profession-to the army-is out of the question, in these leveling days, when any obscure person who can pass an examination may call himself my brother officer, and may one day, perhaps, command me as my superior in rank.	О том, чтобы вернуться к моей прежней профессии - военной службе - не может быть и речи в эти дни равенства, когда всякий ничтожный человек, который способен выдержать экзамен, может называться моим товарищем, а когда-нибудь даже моим начальником.
If I think of any career, it is the career of diplomacy.	Если я выберу себе карьеру, то это будет карьера дипломата.
Birth and breeding have not quite disappeared as essential qualifications in that branch of the public service. But I have decided nothing as yet.	Рождение и воспитание еще считаются необходимыми принадлежностями в этой области государственной деятельности.
"My mother and sisters, in the event of your returning to England, desire me to say that it will afford them the greatest pleasure to make your acquaintance.	Моя мать и сестры просят меня передать вам, что если вы вернетесь в Англию, то знакомство с вами доставит им величайшее удовольствие.
Sympathizing with me, they do not forget what you too have suffered.	Сочувствуя мне, они не забывают и о том, что выстрадали вы.
A warm welcome awaits you when you pay your first visit at our house.	Горячий прием ждет вас при первом посещении нашего дома.

Most truly yours, "HORACE HOLMCROFT."	Искренно преданный вам О рас Голмкрофт. "
II. From MISS GRACE ROSEBERRY to MR. HORACE HOLMCROFT.	От мисс Грэс Розбери к мистеру Орасу Голмкрофту
"DEAR MR. HOLMCROFT-I snatch a few moments from my other avocations to thank you for your most interesting and delightful letter.	"Любезный мистер Голмкрофт! Отрываюсь на несколько минут от других моих занятий, чтобы поблагодарить вас за ваше интересное, восхитительное письмо.
How well you describe, how accurately you judge!	Как хорошо вы все описываете, как верно вы судите!
If Literature stood a little higher as a profession, I should almost advise you-but no! if you entered Literature, how could you associate with the people whom you would be likely to meet?	Если б профессия литератора стояла несколько выше в обществе, я наверняка посоветовала бы вам избрать ее. Но нет! Если б вы вступили в литературу, как могли бы вы поддерживать сношения с такими людьми, с какими вам, по всей вероятности, пришлось бы встречаться?
"Between ourselves, I always thought Mr. Julian Gray an overrated man.	Между нами, я всегда думала, что мистера Джулиана Грэя ценят не по заслугам.
I will not say he has justified my opinion.	Я не скажу, чтобы он оправдал мое мнение.
I will only say I pity him.	Я только скажу, что сожалею о нем.
But, dear Mr. Holmcroft, how can you, with your sound judgment, place the sad alternatives now before him on the same level?	Но, любезный мистер Голмкрофт, как вы можете, при вашем здравом суждении, ставить на один уровень грустный выбор, теперь предстоящий ему?
To die in Green Anchor Fields, or to fall into the clutches of that vile wretch-is there any comparison between the two?	Умереть на Полях Зеленого Якоря или попасть в когти гнусной интриганки - разве может быть сравнение между тем и другим?
Better a thousand times die at the post of duty than marry Mercy Merrick.	Лучше тысячу раз умереть, исполняя свои обязанности, чем жениться на Мерси Мерик.
"As I have written the creature's name, I may add-so as to have all the sooner done with the subject-that I shall look with anxiety for your next letter.	Так как я уже написала имя этой твари, я могу прибавить, чтобы поскорее покончить с этим предметом, что с нетерпением буду ожидать вашего следующего письма.
Do not suppose that I feel the smallest curiosity about this degraded and designing woman.	Не предполагайте, чтобы я испытывала хоть малейшее любопытство к этой низкой и коварной женщине.
My interest in her is purely religious.	Мое участие к ней чисто религиозное.
To persons of my devout turn of mind she is an awful warning.	Для людей с моим набожным образом мыслей она служит ужасным предостережением.
When I feel Satan near me-it will be such a means of grace to think of Mercy Merrick!	Когда я почувствую сатану возле себя - каким средством спасения будет мысль о Мерси Мерик!
"Poor Lady Janet!	Бедная леди Джэнет!
I noticed those signs of mental decay to which you so feelingly allude at the last interview I had with her in Mablethorpe House.	Я заметила эти признаки умственного упадка, на которые вы намекаете с таким чувством, при последнем свидании с ней в Мэбльторне.

If you can find an opportunity, will you say that I wish her well, here and hereafter? and will you please add that I do not omit to remember her in my prayers?	Если вы найдете случай, скажите ей, что я желаю ей всякого благополучия и на этом свете, и на том, и, пожалуйста, прибавьте, что я не забываю ее в моих молитвах.
"There is just a chance of my visiting England toward the close of the autumn.	В конце осени я надеюсь побывать в Англии.
My fortunes have changed since I wrote last.	Мое положение изменилось к лучшему после моего последнего письма.
I have been received as reader and companion by a lady who is the wife of one of our high judicial functionaries in this part of the world.	Я взята чтицей и компаньонкой к жене одного из высоких судебных сановников в этой части света.
I do not take much interest in him; he is what they call a 'self-made man.'	Им я не очень интересуюсь, он, как говорится, сам вышел в люди.
His wife is charming.	Жена его очаровательна.
Besides being a person of highly intellectual tastes, she is greatly her husband's superior-as you will understand when I tell you that she is related to the Gommerys of Pommery; not the Pommerys of Gommery, who (as your knowledge of our old families will inform you) only claim kindred with the younger branch of that ancient race.	Кроме того, что это женщина высокообразованная и умная, она гораздо выше своего мужа по происхождению, вы это поймете, когда я скажу вам, что она в родстве с Г омери Померийскими, а не с Помори Гомерийскими, которые (ваше знание наших старинных фамилий объяснит вам это) только имеют право на родство с младшими представителями этого древнего рода.
"In the elegant and improving companionship which I now enjoy I should feel quite happy but for one drawback.	В изысканном и высоконравственном обществе, которым я теперь наслаждаюсь, я была бы совершенно счастлива, не будь одного неприятного обстоятельства.
The climate of Canada is not favorable to my kind patroness, and her medical advisers recommend her to winter in London.	Климат Канады вреден моей доброй покровительнице, и доктора советуют ей провести зиму в Лондоне.
In this event, I am to have t he privilege of accompanying her.	В таком случае я поеду с ней.
Is it necessary to add that my first visit will be paid at your house?	Нужно ли прибавлять, что мой первый визит будет в ваш дом?
I feel already united by sympathy to your mother and your sisters.	Я уже чувствую себя соединенной взаимной симпатией с вашей матушкой и с вашими сестрами.
There is a sort of freemasonry among gentlewomen, is there not?	Между женщинами благородного общества есть некоторое франкмасонство, не так ли?
With best thanks and remembrances, and many delightful anticipations of your next letter, believe me, dear Mr. Holmcroft, "Truly yours, "GRACE ROSEBERRY."	С признательностью, с просьбой помнить обо мне и в нетерпеливом ожидании вашего следующего письма, остаюсь, любезный мистер Голмкрофт, искренно вам преданная Грэс Розбери. "
III. From MR. HORACE HOLMCROFT to MISS GRACE ROSEBERRY.	От мистера Ораса Голмкрофта к мисс Грэс Розбери
"MY DEAR MISS ROSEBERRY-Pray excuse my long silence.	"Любезная мисс Розбери! Пожалуйста извините мое продолжительное молчание.

I have waited for mail after mail, in the hope of being able to send you some good news at last.	Я откладывал ответ день за днем в надежде сообщить вам, наконец, какое-нибудь приятное известие.
It is useless to wait longer.	Бесполезно ждать дольше.
My worst forebodings have been realized: my painful duty compels me to write a letter which will surprise and shock you.	Самые худшие мои предчувствия сбылись. Тягостная обязанность вынуждает меня написать письмо, которое удивит и приведет вас в негодование.
"Let me describe events in their order as they happened.	Позвольте мне описать события по порядку.
In this way I may hope to gradually prepare your mind for what is to come.	Таким образом я могу надеяться постепенно приготовить все к тому, что вы узнаете.
"About three weeks after I wrote to you last, Julian Gray paid the penalty of his headlong rashness.	Недели через три после того, как я писал вам в последний раз, Джулиан Грэй поплатился за свою безумную опрометчивость.
I do not mean that he suffered any actual violence at the hands of the people among whom he had cast his lot.	Я подразумеваю не то, что он пострадал от насилия людей, между которыми вздумал поселиться.
On the contrary, he succeeded, incredible as it may appear, in producing a favorable impression on the ruffians about him.	Напротив, ему удалось, как ни невероятно может это показаться, произвести благоприятное впечатление на злодеев, окружавших его.
As I understand it, they began by respecting his courage in venturing among them alone; and they ended in discovering that he was really interested in promoting their welfare.	Я слышал, что они сначала стали уважать его за то мужество, с каким он осмеливался один расхаживать между ними, а затем увидели, что он действительно старается повысить их благосостояние.
It is to the other peril, indicated in my last letter, that he has fallen a victim-the peril of disease.	Он пал жертвой другой опасности, на которую я указывал в моем последнем письме, - болезни.
Not long after he began his labors in the district fever broke out.	Вскоре после того, как он начал работать в этом округе, там вспыхнула эпидемия горячки.
We only heard that Julian had been struck down by the epidemic when it was too late to remove him from the lodging that he occupied in the neighborhood.	Мы только тогда услышали, что Джулиана поразила горячка, когда было уже слишком поздно перевезти его с квартиры, занимаемой им в тех местах.
I made inquiries personally the moment the news reached us.	Я сам лично навел справки, как только это известие дошло до нас.
The doctor in attendance refused to answer for his life.	Доктор, лечивший его, не ручался за его жизнь.
"In this alarming state of things poor Lady Janet, impulsive and unreasonable as usual, insisted on leaving Mablethorpe House and taking up her residence near her nephew.	При таком опасном положении дел бедная леди Джэнет, впечатлительная и безрассудная по обыкновению, непременно захотела выехать из Мэбльторна и поселиться близ племянника.
"Finding it impossible to persuade her of the folly of removing from home and its comforts at her age, I felt it my duty to accompany her.	Увидев, что невозможно отговорить ее от безумства оставить свой дом с его удобствами в ее лета, я счел своей обязанностью сопровождать ее.

We found accommodation (such as it was) in a river-side inn, used by ship-captains and commercial travelers.	Мы нашли помещение (какое смогли) в прибрежной гостинице, в которой останавливаются капитаны судов и путешествующие купцы.
I took it on myself to provide the best medical assistance, Lady Janet's insane prejudices against doctors impelling her to leave this important part of the arrangements entirely in my hands.	Я взял на себя заботу пригласить самого лучшего доктора. Безумное предубеждение леди Джэнет против докторов заставило ее оставить эту важную часть хлопот полностью на моих руках.
"It is needless to weary you by entering into details on the subject of Julian's illness.	Бесполезно утомлять вас подробностями о болезни Джулиана.
"The fever pursued the ordinary course, and was characterized by the usual intervals of delirium and exhaustion succeeding each other.	Г орячка проходила своим обыкновенным развитием и чередовалась обычными промежутками бреда и упадка сил, сменявшими друг друга.
Subsequent events, which it is, unfortunately, necessary to relate to you, leave me no choice but to dwell (as briefly as possible) on the painful subject of the delirium.	Последующие события, о которых, к несчастью, необходимо вам рассказать, не оставляют мне другого выбора, как распространиться (как можно короче) о тягостном бреде.
In other cases the wanderings of fever-stricken people present, I am told, a certain variety of range.	В большинстве случаев бред страдающих горячкой людей, как мне рассказали, довольно разнообразен.
In Julian's case they were limited to one topic.	У Джулиана он ограничивался одним предметом.
He talked incessantly of Mercy Merrick.	Он беспрерывно говорил о Мерси Мерик.
His invariable petition to his medical attendants entreated them to send for her to nurse him.	Он постоянно просил доктора послать за ней, чтоб она ухаживала за ним.
Day and night that one idea was in his mind, and that one name on his lips.	День и ночь в голове его была одна эта идея и на губах одно это имя.
"The doctors naturally made inquiries as to this absent person.	Доктора, натурально, расспрашивали об этой отсутствующей особе.
I was obliged (in confidence) to state the circumstances to them plainly.	Я был принужден прямо рассказать им все обстоятельства (по секрету).
"The eminent physician whom I had called in to superintend the treatment behaved admirably.	Знаменитый врач, которого я пригласил наблюдать за лечением, поступил прекрасно.
Though he has risen from the lower order of the people, he has, strange to say, the instincts of a gentleman.	Хотя он из низкого сословия, у него, должен сказать, инстинкты джентльмена.
He thoroughly understood our trying position, and felt all the importance of preventing such a person as Mercy Merrick from seizing the opportunity of intruding herself at the bedside.	Он отлично понял наше деликатное положение и чувствовал всю важность помешать такой женщине, как Мерси Мерик, воспользоваться этим случаем, чтобы проникнуть в комнату больного.
A soothing prescription (I have his own authority for saying it) was all that was required to meet the patient's case.	Успокоительное лекарство (он позволил мне сказать это) - вот все, что требовалось больному его пациенту.

The local doctor, on the other hand, a young man (and evidently a red-hot radical), proved to be obstinate, and, considering his position, insolent as well.	Местный доктор, с другой стороны, молодой человек (очевидно, красный радикал), оказался упрямцем и, соответственно его положению, дерзким даже.
'I have nothing to do with the lady's character, and with your opinion of it,' he said to me.	- Мне никакого нет дела до репутации этой женщины и вашего мнения о ней, - сказал он мне.
'I have only, to the best of my judgment, to point out to you the likeliest means of saving the patient's life.	- Я должен только указать вам на самый верный способ, по моему мнению, спасти жизнь больного.
Our art is at the end of its resources.	Наше искусство уже использовало все свои средства.
Send for Mercy Merrick, no matter who she is or what she is.	Пошлите за Мерси Мерик, все равно кто бы она ни была.
There is just a chance-especially if she proves to be a sensible person and a good nurse-that he may astonish you all by recognizing her.	Есть надежда, особенно если она окажется умной женщиной и хорошей сиделкой, что он удивит вас всех, узнав ее.
In that case only, his recovery is probable.	Только в таком случае выздоровление его вероятно.
If you persist in disregarding his entreaties, if you let the delirium go on for four-and-twenty hours more, he is a dead man.'	Если вы будете продолжать не обращать внимания на его просьбы, если вы допустите, чтобы бред продолжался еще сутки, он умрет.
"Lady Janet was, most unluckily, present when this impudent opinion was delivered at the bedside.	К несчастью, леди Джэнет присутствовала при выражении этого дерзкого мнения у постели больного.
"Need I tell you the sequel?	Нужно ли мне говорить вам о последствиях?
Called upon to choose between the course indicated by a physician who is making his five thousand a year, and who is certain of the next medical baronetcy, and the advice volunteered by an obscure general practitioner at the East End of London, who is not making his five hundred a year-need I stop to inform you of her ladyship's decision?	Когда она должна была выбирать между предложением доктора, получающего от практики пять тысяч в год и ожидающего титула баронета, и советом неизвестного лекаря из восточной части Лондона, врача, не имеющего и пятисот фунтов в год, - нужно ли мне сообщать вам о том, на что решилась ее сиятельство?
You know her; and you will only too well understand that her next proceeding was to pay a third visit to the Refuge.	Вы знаете ее и слишком хорошо поймете, что она тотчас же в третий раз отправилась в приют.
"Two hours later-I give you my word of honor I am not exaggerating-Mercy Merrick was established at Julian's bedside.	Два часа спустя, даю вам честное слово, что я не преувеличиваю, Мерси Мерик расположилась у постели больного.
"The excuse, of course, was that it was her duty not to let any private scruples of her own stand in the way, when a medical authority had declared that she might save the patient's life.	Предлогом, разумеется, было то, что она обязана, несмотря на свои собственные соображения, исполнить свой долг, когда доктор объявил, что она может спасти жизнь больного.
You will not be surprised to hear that I withdrew from the scene.	Вы не удивитесь, услышав, что я сошел со сцены.
The physician followed my example-after having written his soothing prescription, and having been grossly insulted by the local practitioner's refusing to make use of it.	Доктор последовал моему совету - прописав успокоительное лекарство и будучи грубо оскорблен отказом местного врача дать больному это лекарство.

I went back in the doctor's carriage.	Я вернулся в карете доктора.
He spoke most feelingly and properly.	Он говорил с большим чувством и очень пристойно.
Without giving any positive opinion, I could see that he had abandoned all hope of Julian's recovery.	Хотя он не высказал определенного мнения, я мог видеть, что он не имел никакой надежды на выздоровление Джулиана.
'We are in the hands of Providence, Mr. Holmcroft;' those were his last words as he set me down at my mother's door.	- Мы в руках провидения, мистер Г олмкрофт, -это были его последние слова, когда он высадил меня у дверей дома моей матери.
"I have hardly the heart to go on.	У меня едва хватает духу продолжать.
If I studied my own wishes, I should feel inclined to stop here.	Если б следовать моим желаниям, я готов бы остановиться здесь.
"Let me, at least, hasten to the end.	Позвольте мне, по крайней мере, поскорее дойти до конца.
In two or three days' time I received my first intelligence of the patient and his nurse.	Дня через три я получил первое известие о больном и его сиделке.
Lady Janet informed me that he had recognized her.	Леди Джэнет сообщила мне, что он узнал ее.
When I heard this I felt prepared for what was to come.	Когда услышал об этом, я заранее уже знал, что будет.
The next report announced that he was gaining strength, and the next that he was out of danger.	Потом сказали, что он набирается сил, а потом, что он вне опасности.
Upon this Lady Janet returned to Mablethorpe House.	Потом леди Джэнет вернулась в Мэбльторн.
I called there a week ago-and heard that he had been removed to the sea-side.	Я заходил туда неделю тому назад - и слышал, что его перевезли к морю.
I called yesterday-and received the latest information from her ladyship's own lips.	Я заходил вчера - и получил последнее сведение от ее сиятельства самой.
My pen almost refuses to write it.	Мое перо почти отказывается это написать.
Mercy Merrick has consented to marry him!	Мерси Мерик согласилась выйти за него замуж!
"An outrage on Society-that is how my mother and my sisters view it; that is how you will view it too.	Оскорбление общества - вот как моя мать и мои сестры смотрят на это, вот как вы будете на это смотреть.
My mother has herself struck Julian's name off her invitation-list.	Моя мать сама вычеркнула имя Джулиана из своего пригласительного списка.
The servants have their orders, if he presumes to calname = "note"	Слуги получили приказание, если он придет, отвечать:
'Not at home.'	"Нет дома".
"I am unhappily only too certain that I am correct in writing to you of this disgraceful marriage as of a settled thing.	К несчастью, я слишком уверен, что этот бесславный брак - дело решенное.
Lady Janet went the length of showing me the letters-one from Julian, the other from the woman herself.	Леди Джэнет показала мне даже письма - одно от Джулиана, другое от самой Мерси Мерик.

Fancy Mercy Merrick in correspondence with Lady Janet Roy! addressing her as 'My dear Lady Janet,' and signing, 'Yours affectionately!'	Представьте себе, Мерси Мерик переписывается с леди Джэнет Рой, называет ее "моя милая леди Джэнет Рой" и подписывается: "любящая вас"!
"I had not the patience to read either of the letters through.	У меня не хватило терпения прочесть письма.
Julian's tone is the tone of a Socialist; in my opinion his bishop ought to be informed of it.	Джулиан пишет тоном социалиста. По моему мнению, письмо следовало бы показать его епископу.
As for her she plays her part just as cleverly with her pen as she played it with her tongue.	А она играет свою роль так искусно пером, как играла языком.
'I cannot disguise from myself that I am wrong in yielding....	"Не могу скрыть от себя, что поступаю дурно, соглашаясь... "
Sad forebodings fill my mind when I think of the future....	"Грустные предчувствия наполняют мою душу, когда я думаю, о будущем... "
I feel as if the first contemptuous look that is cast at my husband will destroy my happiness, though it may not disturb him....	"Я чувствую, что первый презрительный взгляд, брошенный на моего мужа, уничтожит мое счастье, хотя, может быть, не растревожит его" ..
As long as I was parted from him I could control my own weakness, I could accept my hard lot. But how can I resist him after having watched for weeks at his bedside; after having seen his first smile, and heard his first grateful words t o me while I was slowly helping him back to life?'	"Пока я была в разлуке с ним, я могла преодолевать собственную слабость, я могла покоряться моей тяжелой участи, но как могу я сопротивляться ему после того, как целые недели сидела у его постели? После того, как видела его первую улыбку и слышала его первые слова признания, когда помогала ему медленно возвращаться к жизни? "
"There is the tone which she takes through four closely written pages of nauseous humility and clap-trap sentiment!	Вот таким-то противно-унизительным и пошло-сентиментальным языком изъясняется она на четырех, мелко исписанных страницах!
It is enough to make one despise women.	Этого достаточно, чтобы заставить презирать женщин.
Thank God, there is the contrast at hand to remind me of what is due to the better few among the sex.	Слава Богу! Под рукой есть контраст, напоминающий мне о должном уважении к немногим лучшим образцам ее пола.
I feel that my mother and my sisters are doubly precious to me now.	Я чувствую, что моя мать и сестры вдвойне драгоценны для меня теперь.
May I add, on the side of consolation, that I prize with hardly inferior gratitude the privilege of corresponding with you?	Могу я прибавить к числу утешений, что ценю с не меньшей признательностью преимущество переписываться с вами?
"Farewell for the present.	Пока прощайте.
I am too rudely shaken in my most cherished convictions, I am too depressed and disheartened, to write more.	Я так жестоко потрясен в самых дорогих моих убеждениях, я так упал духом и так опечален, что не могу писать больше.
All good wishes go with you, dear Miss Roseberry, until we meet.	Желаю вам всего лучшего, любезная мисс Розбери, до свидания!
"Most truly yours, "HORACE HOLMCROFT."	Искренно преданный вам Орас Голмкрофт. "

IV. Extracts from the DIARY of THE REVEREND JULIAN GRAY.	ВЫПИСКИ ИЗ ДНЕВНИКА ДЖУЛИАНА ГРЭЯ
FIRST EXTRACT.	Первая выписка
...."A month to-day since we were married!	Сегодня месяц, как мы обвенчаны.
I have only one thing to say: I would cheerfully go through all that I have suffered to live this one month over again.	Я могу сказать только одно: я с радостью опять перенес бы все, что выстрадал, с тем, чтобы прожить опять такой месяц.
I never knew what happiness was until now.	До сих пор я не знал, что значит счастье.
And better still, I have persuaded Mercy that it is all her doing.	Мало того, я убедил Мерси, что это сделала одна она.
I have scattered her misgivings to the winds; she is obliged to submit to evidence, and to own that she can make the happiness of my life.	Я рассеял все ее неприятные предчувствия. Она принуждена покориться очевидному и сознаться в том, что она может составить счастье моей жизни.
"We go back to London to-morrow.	Мы завтра вернемся в Лондон.
She regrets leaving the tranquil retirement of this remote sea-side place-she dreads change.	Она с сожалением оставляет спокойное уединение этого отдаленного приморского городка - она боится перемены.
I care nothing for it.	Я же нисколько об этом не забочусь.
It is all one to me where I go, so long as my wife is with me."	Для меня решительно все равно, куда ехать, если моя жена будет со мной.
SECOND EXTRACT.	Вторая выписка
"The first cloud has risen.	Нависла первая туча.
I entered the room unexpectedly just now, and found her in tears.	Я неожиданно вошел в комнату и застал Мерси в слезах.
"With considerable difficulty I persuaded her to tell me what had happened.	С большим трудом уговорил я ее рассказать мне, что случилось.
Are there any limits to the mischief that can be done by the tongue of a foolish woman?	Есть ли границы вреду, который может наделать язык сумасбродной женщины?
The landlady at my lodgings is the woman, in this case.	Эта женщина - хозяйка моей квартиры.
Having no decided plans for the future as yet, we returned (most unfortunately, as the event has proved) to the rooms in London which I inhabited in my bachelor days.	Не имея еще никаких определенных планов на будущее, мы вернулись (к несчастью, как оказалось) в ту квартиру, которую я занимал в Лондоне, будучи холостяком.
They are still mine for six weeks to come, and Mercy was unwilling to let me incur the expense of taking her to a hotel.	Она еще моя на шесть недель, а Мерси не хочет останавливаться в гостинице, чтоб не подвергать меня лишним издержкам.
At breakfast this morning I rashly congratulated myself (in my wife's hearing) on finding that a much smaller collection than usual of letters and cards had accumulated in my absence.	За завтраком сегодня утром я опрометчиво выразил удовольствие (при жене моей), что в мое отсутствие получено писем и карточек меньше обыкновенного.
Breakfast over, I was obliged to go out.	После завтрака я должен был уйти.

Painfully sensitive, poor thing, to any change in my experience of the little world around me which it is possible to connect with the event of my marriage, Mercy questioned the landlady, in my absence, about the diminished number of my visitors and my correspondents.	Бедняжка, очень чувствительная ко всякой перемене в маленьком мире, окружающем меня, которую можно объяснить моей женитьбой, Мерси расспрашивала хозяйку в мое отсутствие об уменьшившемся числе моих гостей и корреспондентов.
The woman seized the opportunity of gossiping about me and my affairs, and my wife's quick perception drew the right conclusion unerringly.	Эта женщина воспользовалась случаем поболтать обо мне и о моих делах, а быстрая проницательность моей жены сделала безошибочно соответствующее заключение.
My marriage has decided certain wise heads of families on discontinuing their social relations with me.	Моя женитьба заставила некоторых мудрых глав семейств прекратить отношения со мной.
The facts, unfortunately, speak for themselves.	Обстоятельства, к несчастью, говорят сами за себя.
People who in former years habitually called upon me and invited me-or who, in the event of my absence, habitually wrote to me at this season-have abstained with a remarkable unanimity from calling, inviting, or writing now.	Люди, в прежние годы обычно бывавшие у меня и приглашавшие меня, или те, которые во время моего отсутствия обыкновенно писали мне в это время года, воздержались теперь с замечательным единодушием от посещений, приглашений и писем.
"It would have been sheer waste of time-to say nothing of its also implying a want of confidence in my wife-if I had attempted to set things right by disputing Mercy's conclusion.	Стараться поправить дело, оспаривая заключение, сделанное Мерси, значило бы понапрасну терять время - не говоря уже о том, что это показало бы недостаток доверия к моей жене.
I could only satisfy her that not so much as the shadow of disappointment or mortification rested on my mind.	Я только мог убедить ее, что в моей душе не остается и тени досады или обманутого ожидания.
In this way I have, to some extent, succeeded in composing my poor darling. But the wound has been inflicted, and the wound is felt.	В этом отношении я до некоторой степени успел успокоить мою бедную, возлюбленную Мерси, но рана нанесена и не зажила.
There is no disguising that result.	Этого результата скрыть нельзя.
I must face it boldly.	Я должен смело взглянуть на это.
"Trifling as this incident is in my estimation, it has decided me on one point already.	Как ни ничтожно это обстоятельство, по моему мнению, оно уже заставило меня принять одно решение.
In shaping my future course I am now resolved to act on my own convictions-in preference to taking the well-meant advice of such friends as are still left to me.	Устраивая мою будущую жизнь, я теперь решился действовать по своим собственным убеждениям -предпочтительно доброжелательным советам друзей, еще оставшихся у меня.
"All my little success in life has been gained in the pulpit.	Самый большой успех в моей жизни приобрел я на кафедре.
I am what is termed a popular preacher-but I have never, in my secret self, felt any exultation in my own notoriety, or any extraordinary respect for the means by which it has been won.	Меня называют популярным проповедником, но я в глубине моего сердца никогда не радовался своей популярности, никогда не чувствовал особенного уважения к средствам, которыми эта известность была приобретена.

In the first place, I have a very low idea of the importance of oratory as an intellectual accomplishment.	Во-первых, ораторское искусство как интеллектуальное дарование я ставлю не очень высоко.
There is no other art in which the conditions of success are so easy of attainment; there is no other art in the practice of which so much that is purely superficial passes itself off habitually for something that claims to be profound.	Ни в каком другом искусстве большого успеха не достигают так легко. Ни в каком другом искусстве чисто поверхностное так легко не принимается за глубину.
Then, again, how poor it is in the results which it achieves!	Потом, как жалки результаты, достигаемые им!
Take my own case.	Возьмем для примера меня самого.
How often (for example) have I thundered with all my heart and soul against the wicked extravagance of dress among women-against their filthy false hair and their nauseous powders and paints!	Как часто (например) громил я от всего сердца и от всей души вредную расточительность женских нарядов - их противные фальшивые волосы, отвратительную пудру и румяна!
How often (to take another example) have I denounced the mercenary and material spirit of the age-the habitual corruptions and dishonesties of commerce, in high places and in low!	Как часто (возьмем другой пример) выставлял я корыстолюбивый и материальный дух века, нечестность и подлог в торговле, и в высших сферах, и в низких!
What good have I done?	Какую пользу я принес?
I have delighted the very people whom it was my object to rebuke.	Я приводил в восторг тех самых людей, порицание которых было моей целью!
'What a charming sermon!'	- Какая очаровательная проповедь!
' More eloquent than ever!'	- Красноречивее прежнего!
'I used to dread the sermon at the other church-do you know, I quite look forward to it now.'	- Бывало, я боялся проповеди в других церквях, а теперь, знаете ли, с нетерпением ее жду!
That is the effect I produce on Sunday.	Вот какое впечатление произвожу я по воскресеньям.
On Monday the women are off to the milliners to spend more money than ever; the city men are off to business to make more money than ever-while my grocer, loud in my praises in his Sunday coat, turns up his week-day sleeves and adulterates his favorite preacher's sugar as cheerfully as usual!	В понедельник женщины отправляются к модисткам тратить денег больше прежнего, купцы в Сити выручают денег больше прежнего, а мой лавочник, громко расхваливавший меня в своем воскресном платье, засучает будничные рукава и подмешивает сахар для своего любимого проповедника так же самодовольно, как всегда!
"I have often, in past years, felt the objections to pursuing my career which are here indicated.	В прежние годы я часто чувствовал указанные здесь препятствия к продолжению моей профессии.
They were bitterly present to my mind when I resigned my curacy, and they strongly influence me now.	Они горька тяготили мою душу, когда я отказался от пасторской должности, и теперь имеют на меня сильное влияние.
"I am weary of my cheaply won success in the pulpit.	Мне надоел легко приобретаемый успех на кафедре.
I am weary of society as I find it in my time.	Мне надоело общество.

I felt some respect for myself, and some heart and hope in my works among the miserable wretches in Green Anchor Fields.	Я чувствую некоторое уважение к себе, некоторое мужество и надежду в моих трудах на благо бедняков в Полях Зеленого Якоря.
But I can not, and must not, return among them: I have no right, now, to trifle with my health and my life.	Но я не могу и не должен возвращаться к ним. Теперь я не имею права рисковать своим здоровьем и своей жизнью.
I must go back to my preaching, or I must leave England.	Я должен вернуться к моим проповедям или оставить Англию.
Among a primitive people, away from the cities-in the far and fertile West of the great American continent-I might live happily with my wife, and do good among my neighbors, secure of providing for our wants out of the modest little income which is almost useless to me here.	Между простых людей, вдали от городов, на прекрасном и плодородном западе обширного американского материка, я могу жить счастливо с моей женой и делать добро моим ближним. Материальные потребности наши будут обеспечены скромным доходом, который почти бесполезен мне здесь.
In the life which I thus picture to myself I see love, peace, health, and duties and occupations that are worthy of a Christian man.	В жизни, которую таким образом я рисую себе, я вижу любовь, спокойствие, обязанности и занятия, достойные христианина.
What prospect is before me if I take the advice of my friends and stay here?	Какая перспектива откроется мне, если я послушаю совета моих друзей и останусь здесь?
Work of which I am weary, because I have long since ceased to respect it; petty malice that strikes at me through my wife, and mortifies and humiliates her, turn where she may.	Занятие, которое мне надоело, потому что я давно перестал уважать его, презрение света, которое я ощущаю через свою жену, раздражающее и унижающее ее, куда бы она ни повернулась.
If I had only myself to think of, I might defy the worst that malice can do.	Если б я должен был думать только о самом себе, я мог бы перенести все, что самого худшего может придумать это презрение.
But I have Mercy to think of-Mercy, whom I love better than my own life!	Но я должен думать о Мерси - о Мерси, которую я люблю больше собственной жизни.
Women live, poor things, in the opinions of others.	Женщины, бедняжки, живут мнением других.
I have had one warning already of what my wife is likely to suffer at the hands of my 'friends'-Heaven forgive me for misusing the word!	Я уже имел один пример того, что моя жена может выстрадать от моих "друзей" - да простит меня Небо за то, что я злоупотребляю этим словом!
Shall I deliberately expose her to fresh mortifications?-and this for the sake of returning to a career the rewards of which I no longer prize?	Могу ли я добровольно подвергнуть ее новым неприятностям? И только для того, чтоб вернуться к карьере, которую я больше не ценю?
No!	Нет!
We will both be happy-we will both be free!	Мы оба будем счастливы, мы оба будем свободны!
God is merciful, Nature is kind, Love is true, in the New World as well as the Old.	Господь милосердный, природа добра, любовь истинна и в Новом Свете, как в Старом.
To the New World we will go!"	Мы поедем в Новый Свет.
THIRD EXTRACT.	Третья выписка
"I hardly know whether I have done right or wrong.	Не знаю, хорошо или дурно я сделал.

I mentioned yesterday to Lady Janet the cold reception of me on my return to London, and the painful sense of it felt by my wife.	Я сказал вчера леди Джэнет о холодном приеме, встреченном мной по возвращении в Лондон, и о тягостном чувстве, которое он вызвал у моей жены.
"My aunt looks at the matter from her own peculiar point of view, and makes light of it accordingly.	Тетка моя смотрит на это дело со своей точки зрения и не придает ему важности.
'You never did, and never will, understand Society, Julian,' said her ladyship.	- Ты никогда не понимал и не поймешь общества, Джулиан, - сказала ее сиятельство.
'These poor stupid people simply don't know what to do.	- Эти бедные глупые люди просто не знают, что им делать.
They are waiting to be told by a person of distinction whether they are, or are not, to recognize your marriage.	Они ждут, чтоб им сказала знатная особа, должны они или нет признать твой брак.
In plain English, they are waiting to be led by Me.	Просто сказать, они ждут, чтобы я подала им пример.
Consider it done.	Будь уверен, что это случится.
I will lead them.'	Я подам им пример.
"I thought my aunt was joking.	Я думал, что тетушка шутит.
The event of to-day has shown me that she is terribly in earnest.	Сегодняшнее происшествие показало мне, что она говорила серьезно.
Lady Janet has issued invitations for one of her grand balls at Mablethorpe House; and sh e has caused the report to be circulated everywhere that the object of the festival is 'to celebrate the marriage of Mr. and Mrs. Julian Gray!'	Леди Джэнет разослала приглашения на большой бал в Мэбльторне и разгласила повсюду, что это празднество дается "в честь супружества мистера и мистрис Джулиан Грэй".
"I at first refused to be present.	Я сначала отказался присутствовать на этом бале.
To my amazement, however, Mercy sides with my aunt.	К моему изумлению, однако, Мерси приняла сторону тетушки.
She reminds me of all that we both owe to Lady Janet; and she has persuaded me to alter my mind.	Она напомнила мне все, чем мы оба обязаны леди Джэнет, и уговорила меня изменить мое решение.
We are to go to the ball-at my wife express request!	Мы будем на балу - по настойчивой просьбе моей жены.
"The meaning of this, as I interpret it, is that my poor love is still pursued in secret by the dread that my marriage has injured me in the general estimation.	Я объясняю это таким образом, что мою бедную возлюбленную Мерси еще преследует тайная мысль, что наша женитьба повредила мне в общем уважении.
She will suffer anything, risk anything, believe anything, to be freed from that one haunting doubt.	Она выстрадает все, рискнет всем, повредит всему, для того, чтобы освободиться от этой одной преследующей ее мысли.
Lady Janet predicts a social triumph; and my wife's despair-not my wife's conviction-accepts the prophecy.	Леди Джэнет предсказывает торжество, а моя жена, с отчаяния, не из убеждения, верит предсказанию.
As for me, I am prepared for the result.	Я же приготовил себя к последствиям.

It will end in our going to the New World, and trying Society in its infancy, among the forests and the plains.	Это кончится тем, что мы уедем в Новый Свет и попытаемся вступить в новое, молодое общество, складывающееся между лесами и равнинами.
I shall quietly prepare for our departure, and own what I have done at the right time-that is to say, when the ball is over."	Я спокойно приготовлюсь к нашему отъезду и признаюсь в том, что я сделал, в надлежащее время - то есть после бала.
FOURTH EXTRACT.	Четвертая выписка
"I have met with the man for my purpose-an old college friend of mine, now partner in a firm of ship-owners, largely concerned in emigration.	Я встретил человека, нужного для нашей поездки, - старого школьного товарища, теперь партнера фирмы судовладельцев, занимающейся в основном перевозкой переселенцев.
"One of their vessels sails for America, from the port of London, in a fortnight, touching at Plymouth.	Один из их кораблей отправляется в Америку из Лондона через две недели и зайдет в Плимут.
By a fortunate coincidence, Lady Janet's ball takes place in a fortnight.	По счастливому стечению обстоятельств бал леди Джэнет будет через две недели.
I see my way.	Я знаю, что мне делать.
"Helped by the kindness of my friend, I have arranged to have a cabin kept in reserve, on payment of a small deposit.	С помощью моего доброго друга я занял каюту, дав небольшой задаток.
If the ball ends (as I believe it will) in new mortifications for Mercy-do what they may, I defy them to mortify me-I have only to say the word by telegraph, and we shall catch the ship at Plymouth.	Если бал кончится (как я убежден) новыми неприятностями для Мерси, мне он неприятностей не может сделать, мне стоит только дать знать по телеграфу, и мы сядем на пароход в Плимуте.
"I know the effect it will have when I break the news to her, but I am prepared with my remedy.	Я знаю, какое действие произведет это на нее, когда я сообщу Мерси это известие, но у меня приготовлено лекарство.
The pages of my diary, written in past years, will show plainly enough that it is not she who is driving me away from England.	Страницы моего дневника, написанные в прошлые годы, покажут довольно ясно, что не она выгоняет меня из Англии.
She will see the longing in me for other work and other scenes expressing itself over and over again long before the time when we first met."	Она увидит, что желание мое заняться другим делом и в другой местности выражалось постоянно задолго до нашего первого свидания.
FIFTH EXTRACT.	Пятая выписка
"Mercy's ball dress-a present from kind Lady Janet-is finished.	Бальное платье Мерси, подарок доброй леди Джэнет, готово.
I was allowed to see the first trial, or preliminary rehearsal, of this work of art.	Мне позволили посмотреть на первую демонстрацию этого произведения искусства.
I don't in the least understand the merits of silk and lace; but one thing I know-my wife will be the most beautiful woman at the ball.	Я ничего не понимаю в шелке и кружевах, но одно знаю я - моя жена будет первой красавицей на балу.
"The same day I called on Lady Janet to thank her, and encountered a new revelation of the wayward and original character of my dear old aunt.	В тот же день я поехал к леди Джэнет поблагодарить ее и увидел новый пример сложного и своеобразного характера моей старой тетки.

"She was on the point of tearing up a letter when I went into her room.	Она разрывала какое-то письмо, когда я вошел в комнату.
Seeing me, she suspended her purpose and handed me the letter.	Увидев меня, она остановилась и подала мне письмо.
It was in Mercy's handwriting.	Это был почерк Мерси.
Lady Janet pointed to a passage on the last page.	Леди Джэнет указала на одно место на последней странице.
'Tell your wife, with my love,' she said, 'that I am the most obstinate woman of the two.	- Передайте вашей жене мою любовь, - сказала она, - и скажите ей, что я упрямее ее.
I positively refuse to read her, as I positively refuse to listen to her, whenever she attempts to return to that one subject.	Я решительно отказываюсь читать ее письмо и слушать ее, когда она возвращается к этому предмету.
Now give me the letter back.'	Теперь дайте мне назад письмо.
I gave it back, and saw it torn up before my face.	Я отдал ей, и она разорвала его при мне.
The 'one subject' prohibited to Mercy as sternly as ever is still the subject of the personation of Grace Roseberry!	Мерси запрещается так же строго, как и прежде, говорить о том, что она не Грэс Розбери.
Nothing could have been more naturally introduced, or more delicately managed, than my wife's brief reference to the subject.	Ничего не могло быть естественнее и деликатнее кроткого намека моей жены на этот счет.
No matter.	Нужды нет!
The reading of the first line was enough.	Первой строки было достаточно.
Lady Janet shut her eyes and destroyed the letter-Lady Janet is determined to live and die absolutely ignorant of the true story of 'Mercy Merrick.'	Леди Джэнет зажмурила глаза и уничтожила письмо - леди Джэнет будет жить и умрет в решительном неведении настоящей истории Мерси Мерик.
What unanswerable riddles we are!	Какие непонятные мы загадки!
Is it wonderful if we perpetually fail to understand one another?"	Удивительно ли, что мы постоянно не понимаем друг друга?
SIXTH EXTRACT.	Последняя выписка.
"The morning after the ball.	Утро после бала.
"It is done and over.	Кончено.
Society has beaten Lady Janet.	Общество победило леди Джэнет.
I have neither patience nor time to write at length of it.	У меня нет ни терпения, ни времени описывать все подробно.
We leave for Plymouth by the afternoon express.	Мы едем в Плимут с послеполуденным экстренным поездом.
"We were rather late in arriving at the ball.	Мы довольно поздно приехали на бал.
The magnificent rooms were filling fast.	Великолепные комнаты быстро наполнялись.
Walking through them with my wife, she drew my attention to a circumstance which I had not noticed at the time.	Когда я проходил по ним с моей женой, она обратила мое внимание на одно обстоятельство, которого я не заметил.

'Julian,' she said, 'look round among the lades, and tell me if you see anything strange.'	- Джулиан, - сказала она, - посмотри на дам и скажи мне, не видишь ли ты чего-нибудь странного.
As I looked round the band began playing a waltz.	Когда я оглянулся, оркестр начал играть вальс.
I observed that a few people only passed by us to the dancing-room.	Я заметил, что мимо нас немногие дамы проходили в танцевальный зал.
I noticed next that of those few fewer still were young.	Я заметил также, что в числе этих немногих еще меньше было молодых.
At last it burst upon me.	Наконец я понял.
With certain exceptions (so rare as to prove the rule), there were no young girls at Lady Janet's ball.	С некоторыми исключениями, нет правила без исключения, на балу леди Джэнет молодых девушек не было.
I took Mercy at once back to the reception-room.	Я тотчас отвел Мерси назад в приемную.
Lady Janet's face showed that she, too, was aware of what had happened.	Лицо леди Джэнет показывало, что она очень хорошо заметила случившееся.
The guests were still arriving.	Гости все еще приезжали.
We received the men and their wives, the men and their mothers, the men and their grandmothers-but, in place of their unmarried daughters, elaborate excuses, offered with a shameless politeness wonderful to see.	Мы встречали мужей с женами, сыновей с матерями, внуков с бабушками, но за отсутствующих незамужних дочерей они извинялись с бесстыдной вежливостью, просто изумительной.
Yes!	Да!
This was how the matrons in high life had got over the difficulty of meeting Mrs. Julian Gray at Lady Janet's house.	Вот каким образом матроны высшего общества преодолели затруднение встречи с мистрис Джулиан Грэй в доме леди Джэнет!
"Let me do strict justice to every one.	Следует относиться со строгой справедливостью ко всем.
The ladies who were present showed the needful respect for their hostess. They did their duty-no, overdid it, is perhaps the better phrase.	Присутствующие дамы показывали должное уважение к своей хозяйке, они исполняли свою обязанность - несколько преувеличенно, это, может быть, будет более точным выражением.
"I really had no adequate idea of the coarseness and rudeness which have filtered their way through society in these later times until I saw the reception accorded to my wife.	Я не имел должного понятия о грубости и невежливости, которые проникли в общество за последнее время, пока не увидел приема, сделанного моей жене.
The days of prudery and prejudice are days gone by.	Дни жеманства и предубеждения теперь прошли.
Excessive amiability and excessive liberality are the two favorite assumptions of the modern generation.	Чрезвычайная любезность и необыкновенная либеральность - два любимых конька современного поколения.

To see the women expressing their liberal forgetfulness of my wifely misfortunes, and the men their amiable anxiety to encourage her husband; to hear the same set phrases repeated in every room-'So charmed to make your acquaintance, Mrs. Gray; so much obliged to dear Lady Janet for giving us this opportunity!-Julian, old man, what a beautiful creature!	Видеть, как женщины демонстрировали забывчивость несчастий моей жены, а мужчины свое любезное старание поощрить ее мужа, слышать одни и те же фразы, повторяемые в каждой комнате: "Как я рада познакомиться с вами, мистрис Грэй! Как я благодарна милой леди Джэнет за то, что она представила нам этот случай! " "Джулиан, старый дружище, что за прелестное создание!
I envy you; upon my honor, I envy you!'-to receive this sort of welcome, emphasized by obtrusive hand-shakings, sometimes actually by downright kissings of my wife, and then to look round and see that not one in thirty of these very people had brought their unmarried daughters to the ball, was, I honestly believe, to see civilized human nature in its basest conceivable aspect.	Я завидую, вам, честное слово, завидую! " Видеть этот прием, подкрепляемый навязчивыми пожатиями руки, а иногда даже поцелуями моей жене, а потом оглядываться и замечать, что почти никто не привез на бал своих незамужних дочерей, значило видеть, сказать по совести, цивилизованную человеческую натуру в самом гнусном ее виде.
The New World may have its disappointments in store for us, but it cannot possibly show us any spectacle so abject as the spectacle which we witnessed last night at my aunt's ball.	Может быть, Новый Свет хранит для нас свои разочарования, но он не сможет показать нам никогда зрелища, такого гнусного, как то, какому мы стали свидетелями вчера на балу моей тети.
"Lady Janet marked her sense of the proceeding adopted by her guests by leaving them to themselves.	Леди Джэнет показала, что она понимает поступки своих гостей, предоставив их самим себе.
Her guests remained and supped heartily notwithstanding.	Ее гости все-таки остались и аппетитно поужинали.
They all knew by experience that there were no stale dishes and no cheap wines at Mablethorpe House.	Они знали по опыту, что в Мэбльторне не бывает плохих кушаний и дешевых вин.
They drank to the end of the bottle, and they ate to the last truffle in the dish.	Они осушили бутылки до дна и съели все до последнего трюфеля.
"Mercy and I had an interview with my aunt upstairs before we left.	Мы с Мерси пришли проститься с моей теткой перед самым нашим отъездом.
I felt it necessary to state plainly my resolution to leave England.	Я счел необходимым прямо сказать о своем намерении оставить Англию.
The scene that followed was so painful that I cannot prevail on myself to return to it in these pages.	Последовавшая за тем сцена была так тягостна, что я не могу решиться описывать ее на этих страницах.
My wife is reconciled to our departure; and Lady Janet accompanies us as far as Plymouth-these are the results.	Моя жена примирилась с нашим отъездом, а леди Джэнет проводила нас до Плимута - вот результат.
No words can express my sense of relief, now that it is all settled.	Никакие слова не могут выразить моего чувства облегчения теперь, когда все это решено.
The one sorrow I shall carry away with me from the shores of England will be the sorrow of parting with dear, warm-hearted Lady Janet.	Единственное горе, которое я увожу с собой из Англии, это разлука с милой, сердечной леди Джэнет.
At her age it is a parting for life.	В ее годы это разлука на всю жизнь.
"So closes my connection with my own country.	Таким образом, кончаются мои отношения с родиной.

While I have Mercy by my side I face the unknown future, certain of carrying my happiness with me, go where I may.	Пока Мерси будет со мной, я встречаю неведомое будущее с уверенностью, что уношу с собой мое счастье, куда бы ни отправился.
We shall find five hundred adventurers like ourselves when we join the emigrant ship, for whom their native land has no occupation and no home.	Мы найдем пятьсот искателей приключений таких же, как мы, когда сядем на корабль переселенцев, для которых на родной земле нет ни работы, ни дома.
Gentlemen of the Statistical Department, add two more to the number of social failures produced by England in the year of our Lord eighteen hundred and seventy-one-Julian Gray and Mercy Merrick."	Г оспода чиновники статистического департамента, прибавьте еще двоих к числу покинувших Англию в тысяча восемьсот семьдесят первом году от Рождества Христова -Джулиана Грэя и Мерси Мерик.