Культурология

Рассмотрим подробнее специфику каждого вида ценностей, следуя логике М. С. Кагана.

Культурные ценности не только имеют конкретноисторическое содержание – само их формирование является историческим процессом. Первобытные люди, как и современные дети, руководствовались недифференцированными ценностными установками – хорошо и плохо. Так суммарно квалифицировалось все, требующее оценки, в те времена, когда ни нравственных, ни религиозных, ни эстетических ценностей еще не существовало. М. С. Каган называет эти установки синкретическими праценностями первобытной общины и считает, что становление ценностного отношения к миру у любого человека начинается именно с них. С уяснением «что такое хорошо и что такое плохо» связан процесс инкультурации и социализации.

Правовые, политические и религиозные ценности существуют на социально-групповом уровне. Возникшие в процессе оформления государств правовые ценности закрепляются законодательно и отражают появление у государства самостоятельных интересов. Правовые ценности и есть ценности государства как некой силы, стоящей над всеми составляющими его общностями. Правовой способ организации общества, по мере его усложнения, дополняется политическим. И если первый устанавливает отношения между государством (целым) и социальными группами (частями), то второй – между самими социальными группами.

Политические ценности сверхличностны – человек выносит соответствующие оценки не от своего имени, а от той группы, к которой он себя причисляет. Потому их значение в истории человечества двойственно – объединяя и сплачивая какую-то его часть по классовому, сословному или национальному принципу, они в то же время разрушают его единство, провоцируя конфликты и оправдывая насилие. Право и политика тесно взаимосвязаны, но правовые ценности являются силой стабилизирующей, консервативной и упорядочивающей, а политические могут иметь и конструктивный, и деструктивный характер, так как обосновывают и революционные, и реформаторские, и реакционные действия.

Религиозные ценности также могут быть отнесены к групповым. В отличие от рационально оформленных социальнополитических, религиозные ценности апеллируют к иррациональному восприятию мира и затрагивают глубинные уровни жизни человеческого духа. Поэтому они не могут быть опровергнуты с помощью рациональной критики. Религиозное переживание мира специфично еще и тем, что оно стремится к универсальности. Экспансия религиозного мироотношения на все сферы культуры сопряжена с признанием божественной природы всех ее подлинных ценностей. Но объясняя происхождение таких ценностей божественным установлением, религиозное сознание тем не менее различает сами эти сферы, что емко выражено евангельской фразой «Богу – богово, кесарю – кесарево». Религиозные ценности имеют конфессиональный характер, но любая конфессия – церковь или секта – претендует на обладание абсолютной и единственной истинной и потому рассматривает их в качестве общечеловеческих.

Этические и эстетические ценности носят индивидуальный, личностный характер. Разумеется, они не появляются произвольно, вне исторического и социального контекста, но в этом случае человек выносит оценку от своего имени, на основе испытанного им самим чувства. Этические и эстетические ценности переживаются эмоционально, но если в первом случае оценивается нечто внутреннее, а именно духовная мотивация поступка, то во втором – внешнее: зримая форма предмета, его материальная структура. Именно мотивация, а не сам поступок подвергается нравственной оценке. Греческий философ Демокрит предупреждал: «враг не тот, кто наносит обиду, но тот, кто делает это намеренно». Орудием нравственной оценки является совесть, эстетической – вкус.

«Ни с совестью, ни со вкусом человек не рождается, но обретает их в процессе своего вхождения в культуру и в определенный строй общественной жизни»,24 – подчеркивает М. С. Каган. Он отмечает, что чем более развита личность, тем богаче и сложнее ее эстетические оценки и тем чаще в своих нравственных устоях она опирается на любовь и уважение, означающие признание самоценности другого человека.

Экзистенциальные ценности соответствуют наиболее сокровенным, интимным переживаниям, обращенным к тайне индивидуальной, для каждого человека уникальной, жизни, они определяют ценность самого его существования. Ж. П. Сартр писал: «Жизнь не имеет априорного смысла. Пока вы не живете своей жизнью, она ничего из себя не представляет, вы сами должны придать ей смысл, а ценность есть не что иное, как этот выбираемый вами смысл» Этот поиск индивидуален и потому экзистенциальные ценности постоянно дискутируются, тогда как другие виды ценностей постулируются, так как считаются общечеловеческими. Поиск смысла жизни – это прежде всего диалог с самим собой. Можно предположить, что в современной культуре приоритетными становятся именно экзистенциальные ценности, и в силу индивидуализма, столь для нее характерного, и в силу вызревшего в ней стремления создать некую универсальную, подлинно общечеловеческую систему духовных ориентиров. Казалось бы, экзистенциальные представления о ценности жизни и свободе личности преодолевают групповую и историческую ограниченность других видов ценностей. И все же свобода сама по себе лишь потенциальная ценность и может реализоваться в форме эгоистического своеволия и произвола, а смысл жизни соотносится порою с тем, «ради чего можно умереть».

Носителем художественной ценности является произведение искусства, ее интегративный характер заключается в том, что «художественная ценность является во всех случаях интегральным качеством произведения искусства в котором сплавлены … его эстетическая ценность, и нравственная, и политическая, и религиозная, и экзистенциальная»25.

6.3. Нормы и ценности как социокультурный регулятор

Любая ценность предполагает норму по ее реализации или отвержению. Норма – это рациональный и формализованный регулятор поведения людей. Норма, основанная на традиции, религиозных предписаниях, этикете, языковых правилах и т. д., выступает внешним по отношению к человеку предписанием, тогда как ценность определяет внутреннюю мотивацию поступка, его духовное содержание. Норма поддерживается установкой «так принято», «так заведено», «так нужно» и опирается на силу традиции, общественного мнения и обычаев. Нормы могут быть документально зафиксированы и даже узаконены, как, например, нормы права, но во многих случаях они остаются «неписаными». Овнешненность нормы позволяет человеку не только следовать ей, но и систематически ее нарушать, тогда как ценность, являющаяся внутренним, эмоционально освоенным ориентиром поступка, этого не предполагает. Нормы могут иметь разрешительный и запретительный характер, быть формальными и неформальными, но в любом случае норма выполняет регулятивную функцию и выражает важнейшее назначение культуры быть способом надбиологического регулирования человеческого поведения. Сама регулятивная функция может реализовываться в двух формах: социальнорегулирующей и технологической. Первая унифицирует поведение людей, организовывает их совместную деятельность и поддерживает социальный порядок, вторая фиксирует процедурные правила и конкретные способы совершения действий для оптимального достижения цели. Это кулинарные рецепты, грамматические правила, технические инструкции и т. д.

«Большинство людей демонстрирует значительную степень осознания своих культурных норм, способны отделить их от чисто индивидуальных привычек… Эти идеальные нормы не следует путать с действительным поведением»26, – подчеркивает Дж. П. Мердок. Конечно, поступки конкретного человека могут отклоняться от нормативных в силу личных предпочтений, склонностей, особенностей психики и ситуации, но следуя своим устоявшимся привычкам, люди так или иначе воспроизводят «поведенческие стереотипы», принятые в данном обществе. Соответственно, и сами формы поведения воспринимаются как «нормальные», т. е. общепринятые, ожидаемые, либо как отклоняющиеся от нормального – девиантные, в зависимости от того, насколько они соответствуют принятым в этом обществе общекультурным, групповым или ролевым установкам и предписаниям, и от того, насколько сама культура проявляет нормативную «жесткость». В каждой культуре приняты свои нормы поведения. Социолог Я. Робертсон замечает: «Американцы едят устриц, но не улиток. Французы едят улиток, но не кузнечиков. Зулусы едят кузнечиков, но не рыбу. Евреи едят рыбу, но не свинину. Индийцы едят свинину, но не говядину. Русские едят говядину, но не змей. Китайцы едят змей, но не людей. Жители Новой Гвинеи из племени жале считают людей деликатесом»27. Кроме общих для определенной культуры норм существуют и групповые, субкультурные, а так же ролевые нормы, заданные социальным, семейным, корпоративным статусом человека.

Контроль за соблюдением норм и защита их от нарушений являются непременным условием существования культуры. Зигмунд Фрейд, подчеркивающий нормативную, регулирующую функцию культуры именно с ней связывал культурогенез.

Но нормативная жесткость, свойственная традиционным культурам, ослабевает в результате исторической трансформации общества. В современном мире происходит переход от доминирования нормативного регулирования поведения к безусловному преобладанию ценностного. Преимущественно личностная мотивация поступка и релевантность нормы проблематизируют современную культурную ситуацию. С одной стороны, границы допустимого и недопустимого, постыдного и престижного постоянно сдвигаются, «аксиологическая невнятица» лишает человека надежных ориентиров, что делает его нравственную позицию уязвимой. Личностная ответственность за свой культурный выбор зачастую приводит к крайностям конформизма или радикализма и ксенофобии. С другой стороны, современный мультикультурализм предполагает реализацию права человека на свою культурную идентичность, т. е. права жить согласно своим культурным ценностям и нормам. Осуществление этого невозможно без толерантности, претендующей на статус одной из главных гуманистических ценностей современности и выражающейся в терпимости и уважении к другой культуре и мнению, в открытости и свободе от предубеждений. Таким образом, толерантность может выступать нормой поддержки разнообразия в культуре и условием для самоопределения личности, свобода которой также является ценностью современной инновационной культуры.

Вывод

Ценностное отношение к миру составляет саму суть культуры. Каждая конкретная ее форма характеризуется своим набором и иерархией ценностей. Ценностные системы исторически обусловлены, они формируются и трансформируются в процессе освоения мира.

Нормы и ценности – взаимосвязаны и дополняют друг друга как внешний и внутренний регуляторы поведения людей.

В современном мультикультурном мире все большее значение приобретает поиск универсальных, общечеловеческих ценностных ориентиров, которые бы позволили человечеству удержаться от разрушительных войн и губительных экологических катастроф.

Контрольные вопросы

1. В чем сущность понятия «аксиология»?

2. Каковы основные виды ценностей?

3. Каково социальное значение ценностей?

4. Значение ценностей в современном мультикультурном пространстве

Список литературы

Каган М. С. Философская теория ценностей / М. С. Каган.

СПб.: Петрополис, 1997. 205 с.

Мердок Дж. П. Фундаментальные характеристики культуры : атология исследований культуры / Дж. П. Мердок. СПб.: Изд-во, 1997. 174 с.

Ницше Ф. Сочинения: в 2 т. Т.2: К генеалогии морали / Ницше Ф., М.: Изд-во, 1990. 829 с

Солонин Ю. Н., Каган М. С. Культурология : учебник./ Ю. Н. Солонин, М. С. Каган. М.: Высшее образование, 2007. 566 с. Сорокин П. А. Социальная и культурная динамика / П. А. Сорокин. М.: Астрель, 2006. 1176 с.

7. РЕЛИГИЯ И КУЛЬТУРА

7.1. Соотношение понятий «религия» и «культура»

Проблема соотношения религии и культуры – одна из самых актуальных в современной гуманитаристике. Сложно, хотя и очень заманчиво, до конца выявить все аспекты взаимодействия религии и культуры.

Первое, с чем сталкивается исследователь данной проблемы – это вопрос изначального соотношения понятий. Что старше – религия или культура? Все множество мнений можно условно разделить на две группы. Мнение первой группы сводится к тому, что религия есть порождение человека, она целиком вырастает из его жизни (быта, формы хозяйственной деятельности, уровня развития науки и техники и, в конце концов, окружающей природы, ландшафта, климата и т. д.). Очень часто можно услышать, что «религия была создана слаборазвитым древним человеком для объяснения чеголибо необъяснимого, например, явлений природы». Действительно, религия (особенно на ранних стадиях развития общества) выполняет функцию познания и описания мира. Но это лишь одна из ее функций, к которой религия не сводится. Ведь со времени «древнего человека» прошли века, тысячелетия, … а вопросы религии все так же актуальны для человека.

Митрополит Антоний Сурожский пишет:

«Никто из верующих, у кого есть какой-то разумный, вдумчивый подход к своей вере, не станет употреблять Бога как затычку, употреблять понятие о Боге как объяснение того, чего он не понимает»28. Скорее, наоборот, в современном сознании Бог присутствует не как объяснение необъяснимого, а как независимый факт, независимая реальность.

Однако мнение о том, что религия вырастает из культуры, приводит к описанию религии как одного из видов духовной деятельности человека. В этом случае религия становится в один ряд с нравственностью, искусством, наукой и другими феноменами духовной культуры.

Сторонники противоположной версии взаимоотношений религии и культуры говорят об «укорененности культуры в почве веры <…>. Культура в конечном счете зарождается в недрах того, что можно назвать религией»29. В данном случае выстраивается совсем иная логика: в основе любой культуры лежит некая мировоззренческая позиция (картина мира, система ценностей), которая вырастает из религии и поддерживается ею. То есть именно специфика религии определяет быт, производство и распределение материальных благ, восприятие природы, развитие всех областей культуры. Такое понимание не просто находит многочисленные подтверждения в истории культуры, но и объясняет устойчивый статус религии как вечной необходимости в жизни человека любого времени и любой страны.

В этом быстро меняющемся мире человечество видит в религии то неизменное, что позволяет ему существовать и развиваться дальше. Изменения верований неизбежно приводит к глобальным сдвигам в культуре, тогда как цивилизационные изменения не всегда приводят к изменению религии. Вспомним хотя бы важнейшее событие в истории России – принятие Православия. Переход к новой вере позволил стране выйти на совершенно иной уровень развития, изменения проявились во всех областях материальной и духовной культуры. Религия стала определенной базой, источником ресурсов и потенциальных возможностей, которые культура и реализует по мере своего развития. Не случайно Н. Бердяев писал: «Культура родилась из культа. Истоки ее – сакральны <…>. Культура имеет религиозные основы»30.

Может быть, человек потому так гордится достижениями культуры, что изначально они освещены для него светом религии.

Каково взаимодействие религии и культуры с точки зрения их места и роли в жизни человека?

В каждом человеке изначально заложено стремление к самореализации. Это стремление может осуществиться или нет в силу внешних или внутренних факторов, но существует оно у каждого человека, так как обусловлено его природой. На пути к самореализации человек проходит множество ступеней: это и познание (окружающего мира и самого себя), и воспитание, и формирование собственного Я и т. д.

Все эти сложнейшие процессы в жизни человека неизбежно сопровождаются стремлением к совершенствованию себя и окружающего мира. Сам смысл стремления к самореализации подразумевает наличие Цели, Идеала. Естественно, что человеку необходимы ориентиры, с которыми он и будет соотносить свою деятельность. Совершая поступки, побеждая или проигрывая в каких-либо жизненных ситуациях, достигая чего-либо, человек постоянно проверяет себя тем самым изначальным идеалом.

Культура, собственно, и существует как универсальный способ реализации духовных и материальных потребностей человека, как способ совершенствования мира и самого себя. Культура как бы предлагает человеку воспользоваться знаниями, опытом, механизмами, институтами, указывая направление при помощи системы ценностей для того, чтобы приблизиться к «идеалу». Различные области духовной культуры предлагают «собственные» варианты подобных идеалов, претендующих на статус устойчивых, высших и даже абсолютных. Так, например, нравственная культура оперирует таким понятием как «совесть», художественная культура выдвигает в качестве такого идеала «красоту», политическая культура – «справедливую власть», а наука иногда до сих пор стремится к «объективной истине» и т. д. То есть искать в этих идеалах что-то устойчивое или абсолютное нельзя, так как критерии «совести» или «красоты» постоянно меняются, а понятие «объективная истина» по мере развития и специализации науки вообще стало метафорой, условностью. Кроме того, в современной культуре происходит своеобразная борьба между этими идеалами: власть действует вопреки законам совести, а научная истина ставит себя выше истины, открытой художником в красоте.

Изменчивость человека, противоречивость его желаний, разнообразие взглядов непосредственно отражается в многообразии и изменчивости мира культуры. Но и в силу этой же изменчивости культура все же не была бы способна удовлетворить потребность человека в Абсолютном и Вечном, если бы не существовала религия.

Религию часто оценивают только с точки зрения ее роли в культуре, какие нравственные ценности она несет, как влияет на искусство или производство и т. д. Если все-таки не возникает трудностей с различением религии и науки, религии и искусства, религии и политики, то особенно часто встречается заблуждение, имеющее свое происхождение во взглядах просветителей, которое делает неразличимыми этику и религию. В данном случае в религии видятся исключительно нравственные нормы, которым должны следовать верующие.

На самом деле у религии и этики разные задачи. Довольно часто в истории культуры можно найти примеры нерелигиозной этики (не только у современных мыслителей, но, например, и в конфуцианской традиции). Также бывает и внеморальная религия: так, например, амулеты и настои «работают» независимо от нравственного настроя «практикующего мага и целителя»; древнегреческие боги лишены каких бы то ни было этических качеств и не выступают в роли нравственных законодателей31.

Исследование этих аспектов позволяет понять специфику существования религии в конкретно-исторический период, но не дает проникнуть в суть этого явления. Ведь находясь в тесной связи с конкретно-исторической ситуацией, религия существует по каким-то своим, внутренним законам.

7.2. Специфика религиозной деятельности и религиозного мироотношения

Религиозная деятельность – та деятельность, которая ставит перед собой именно религиозные цели, которые не ставят перед собой другие виды деятельности.

Пытаясь выделить собственно эти цели, надо сказать, что религия имеет две стороны: внешнюю – как она представляется постороннему наблюдателю – и внутреннюю, которая открывается верующему, живущему в соответствии с духовными и нравственными принципами данной религии.

С внешней стороны религия представляет собой систему известных идей, представлений и верований. Эти представления могут быть выражены в мифах или в разработанной богословской системе. Соответственно этим представлениям строится определенная организация жизни верующих –структура управления (церковь), правила жизни, культ.

Специфически религиозной может быть названа, таким образом, цель – установление связи, отношений с невидимым духовным миром. Поэтому деятельность, направленная на установление контакта, – религиозная практика, религиозный культ. Осмысление этой деятельности – религиозное вероучение. Общественное оформление культа – религиозная организация.

С другой стороны, религия – это особая духовная жизнь, внутренний мистический опыт. Об этой внутренней стороне религии говорить намного труднее, чем о внешней, поскольку она представляет собой область таких переживаний и постижений, которые языком наших слов и понятий зачастую не могут быть выражены. Понять, прочувствовать, открыть для себя эти цели и законы может только истинно верующий человек, хотя и для него что-то так и останется загадкой, чудом, тайной.

Человеку необходима встреча с реальностью, которая превышает его собственную, встреча со сверхъестественным – с Богом. Религия как раз и выступает как путь, целью которого является эта встреча. Русский философ и богослов С. Н. Булгаков в таких словах выразил ту же мысль о невыразимости сокровенной тайны религии: «религиозное переживание удостоверяет человека в реальности иного, Божественного мира не тем, что доказывает его существование… но тем, что… ему его показывает. На подлинно религиозный путь вступил лишь тот человек, который реально на своей жизненной дороге встретился с Божеством, кого настигло Оно, на кого излилось превозмогающей Своей силой. <…> Жизнь святых, подвижников, пророков, основателей религий и живые памятники религии: письменность, культ, обычай … – вот что, наряду с личным опытом каждого, вернее вводит в познание в области религии, нежели отвлеченное о ней философствование»32.

Таким образом, религиозный опыт – это соединение индивидуального духовного опыта и освоение опыта других людей на пути познания сверх-реальности и самого себя.

На этой основе и вырастает вера (от лат. veritas – истина, знание), т. е. особое настроение, выражающееся в определенной системе культа и системе представлений о божественном. Однако одного лишь признания существования невидимого духовного мира недостаточно для религии. Во-первых, должны быть определенные представления об этом мире. Высказывание апостола Павла «Я знаю, в Кого уверовал» мог бы поддержать человек любой религиозной традиции, поскольку религия – это определенные отношения с превышающей человека реальностью, то распространенное сегодня выражение веры «что-то там такое есть» не является собственно религиозным. Во-вторых, религиозная вера предполагает установление особых отношений поклонения, которые также влияют на миропредставление. Так, например, евреи признавали существование других богов, но поклонялись только своему Богу; христиане признают существование демонов, к которым древние христиане причисляли всех языческих богов, но отвергают всякое почитание их.

Конечно, без внутреннего благочестия любая система вероучения и культа, обрядов разлагается. С другой стороны, она не исчерпывается и субъективным отношением верующего к Богу или богам. Вера включает в себя и отношение человека к его ближним и к миру в целом. Вера без дел мертва, она обнаруживается в делах. Ни одна религия не ограничивается только субъективной верой.

Такой подход к определению собственно религиозной деятельности подтверждается этимологией слова. Понятие религия можно перевести с лат. «Religio» – соединение, связь. Религиозный человек не просто служит предмету своих надежд, упований, но и соединяется с предметом своей веры. Стремление достигнуть этого единства и движет религиозным человеком. При этом все мысли, чувства, действия человек испытывает и выполняет не только от своего лица, но от лица того трансцендентного существа, которое в нем живет. В православии такое соединение называется Обожением. «И сказал Бог: Сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему» (Ветхий Завет, книга Бытия.) То есть изначально Бог хотел создать человека обожившимся, одухотворенным, совершенным. Человек ощущает необходимость стремиться к потерянному когда-то совершенству, наполнить свою жизнь смыслом. Напомним, что культура как «возделывание», «воспитание», «развитие» также подразумевает совершенствование изначальной природы – окружающего мира и духовного мира человека. В христианской религии это стремление к совершенству объясняется существованием внутри каждого человека искры Божьей, которая дает человеку понятие о добре и ведет к нему. Стремясь к совершенству, человек меняет себя, свое восприятие мира.

Нельзя не сказать о специфическом акценте понимания самого слова «religio» блаженным Августином, отцом церкви IV в. Он считает, что слово «религия» произошло от глагола reeligere, т. е. воссоединять, и сама религия означает воссоединение, имеется в виду не просто установление отношений с Богом, а именно восстановление отношений: человек раньше непосредственно общался с Богом, потом эта связь была утеряна в результате какой-то катастрофы (в христианстве – в результате грехопадения).

7.3. Теории происхождения и классификация религии

По мере оформления и развития гуманитарного знания было выдвинуто множество теорий о том, откуда же происходит религия, что заставляет человека ставить перед собой описанные выше проблемы и заниматься их разрешением. Вот лишь некоторые из этих теорий: натуралистическая гипотеза, высказанная еще римским поэтом и философом Лукрецием (I в. до н. э.), утверждает, что идея Бога и религия возникли в результате страха людей перед грозными явлениями природы непонимания причин их возникновения, незнания законов природы.

Это психологическое объяснение не учитывает того обстоятельства, что страх скорее вызывает стремление избежать данного явления, скрыться от него, нежели почитать и олицетворять его, обращаться к нему с мольбой. Человек многого боялся, но тем не менее обоготворял не все предметы страха: хищников, стихии, своих врагов-людей и т. д., – а лишь некоторые из них, и часто самые безобидные (камень, дерево и т. д.).

Не мог явиться причиной возникновения идеи Бога и незначительный научный уровень развития древнего человека. Первобытный человек субъективно ощущал свои познания, вероятно, даже большими, чем современный (перед которым открыта бездна проблем, и количество их непрерывно увеличивается с каждым новым открытием), и умел по-своему объяснить все, с чем он сталкивался в своей жизни. В этом отношении очень показателен следующий пример. Исследователь, изучавший дикое племя кубу о. Суматра, спросил как-то одного из туземцев:

– Ходил ли ты когда-нибудь ночью в лесу?

– Да, часто.

– Слыхал ли ты там стоны и вздохи?

– Да.

– Что же ты подумал? – Что трещит дерево.

– Не слыхал ли ты криков?

– Да

– Что же ты подумал?

– Что кричит зверь.

– А если ты не знаешь, какой зверь кричит?

– Я знаю все звериные голоса…

– Значит, ночью в лесу ты ничего не боишься?

– Ничего.

– И ты никогда не встречал там ничего неизвестного, что могло бы тебя испугать?

– Нет, я знаю все…33

Для человека с подобной психологией идея Бога совершенно излишня в объяснении необычных явлений природы.

Данная гипотеза не выдерживает критики и с другой стороны. Наука существует уже не одно столетие, и человек давно увидел, что он постепенно приобретает все большую возможность объяснения происходящих в мире процессов. Однако это важнейшее, быть может, для него открытие, освободившее его от «мистического страха» перед природой, не повлияло на его религиозность. Величайшие ученые верили в Бога и продолжают верить в него и в настоящем XX в.

Анимистическая гипотеза, высказанная и подробно развитая в XIX в., видит источник происхождения религии в сновидениях, обмороках, галлюцинациях, смерти и других явлениях, наблюдения за которыми привели первобытного человека к мысли о существовании другого, столь же реального мира, как и этот. Но от признания своих грез, сновидений и т. п. чем-то реально существующим до религиозного отношения к ним и их обоготворения – дистанция огромных размеров, которой анимистическая гипотеза, к сожалению, не замечает.

Кроме того, сон не является для человека чем-то совершенно неожиданным, вдруг оказавшимся перед его сознанием и поразившим его своей внезапностью и исключительностью. Напротив, это явление вполне обычное, и человек с ним рождается и умирает.

Многие сновидения необходимо должны были порождать у человека прямое недоверие к снам. Например, сытно поев во сне, человек, проснувшись, ощущает прежний голод. Или, одержав во сне победу над врагом, он, проснувшись, находит все в прежнем положении.

Л. Фейербах делит религии на «духовные» – иудаизм, буддизм, христианство, ислам – и «естественные» – все первобытные и древние языческие верования. В «духовных» религиях, по Фейербаху, «Бог, отличный от природы, есть не что иное, как собственное существо человека», а в «естественных» – «отличный от человека бог есть не что иное, как природа или существо природы», т. е. в духовных религиях человек поклоняется как божеству своим же лучшим качествам, в естественных – поражающим его природным явлениям.

В марксистской гипотезе религия представляется как неверное отражение в умах людей материальных условий их существования. Религия является продуктом социально-экономических, географических и других внешних причин. В качестве возражения этой гипотезе можно привести само существование мировых религий. Буддизм, христианство, ислам, возникнув в одних общественно-исторических условиях, продолжают существовать и сегодня.

Теория первобытного монотеизма принимает понимание религии, высказанное Августином. Мы привыкли считать, что религия – результат какого-то исторического развития, прогресса, что религия развивается от более примитивных своих форм к более развитым и сложным. Однако в гипотезе первобытного монотеизма утверждается обратное развитие религии: более примитивные формы, такие как язычество, рассматриваются как результат деградации, результат потери изначальной связи человека с единым Богом.

Подобно многочисленным спорам о происхождении религии одним из наиболее сложных аспектов исследования религиозных направлений – это классификация их многообразия. Так, например, все существующие религии можно разделить на следующие группы.

1. Естественные религии – тотемизм, анимизм, фетишизм – язычество в целом.

2. Традиционные (иудаизм, конфуцианство, даосизм, индуизм) в том числе и мировые религии, каковыми являются буддизм, христианство, ислам.

3. Синкретические религии – религиозные или околорелигиозные учения, соединяющие различные идеи, атрибуты других религий (ереси, секты).

Однако это разделение (социологическое или культурологическое) ничего не говорит о том, насколько по-разному эти религии понимают Бога, насколько разные пути предлагают к Нему. В данном случае основным критерием разделения является распространенность религии и ее культурное значение. Традиционные и мировые религии можно назвать культурообразующими религиями, они имеют богатые традиции, на их основе строится особый тип общества, цивилизации, культуры. О христианской, мусульманской, буддийской и иудейской культурах говорят как об особых типах культуры. Синкретические религии при кажущемся объединении на самом деле отрицают какую бы то ни было традицию. Это всегда спорящие с традиционной религией новообразования.

Очень важно отметить, что религия всегда подразумевает свободный осознанный выбор. Встреча с религией требует от человека достаточно высокого уровня духовной подготовки, знания, опыта и т. д. Слепая вера, вера, неподкрепленная знанием, зачастую приводит к заблуждениям и даже к трагедиям. Очень часто атеистически настроенные люди объявляют свои убеждения результатом прогресса, духовного развития человечества. Однако если взглянуть на историю человечества, можно увидеть, что атеизм – это начало пути, это то, от чего человечество ушло. Заблуждения и недостаточность знаний может привести к тому, что человек начинает искать Бога там, где его нет. Религиозное чувство будет реализовываться в религиозных суррогатах: в культе личности (тоталитарные режимы всегда предлагают «живых богов», например, Мао или Сталина); в культе науки, которая становится самоцелью; в культе Человека (эпоха Возрождения, руководствуясь идеей гуманизма превозносит Человекобога, одинокого эгоистического титана. Развитие этой идеи достигает апогея в эпоху Нового времени и приводит к восклицанию Ф. Ницше «Бог умер!»), или Человечества (О. Конт); потребность Боге как в смысле жизни может подменятся так называемым обывательским материализмом. Материальные потребности провозглашаются главными, и человек пытается найти гармонию, смысл жизни в комфорте, еде, одежде, развлечениях – в удовлетворении сиюминутных желаний. Данное явление обусловлено активным вторжением в духовную жизнь человека усредненных, примитивных идей массовой культуры, которая ставит перед собой не задачу духовного развития личности, а получения дохода.

Кроме того, человек может искать Бога в организациях, которые под видом религиозных занимаются подавлением человеческой личности, главной целью которых является нажива путем эксплуатации религиозных чувств. Речь идет о тоталитарных сектах. В сектах свободный выбор и осознанное отношение к религиозной жизни просто невозможно, так как человек думающий, скорее всего, не будет играть роль марионетки в руках организаторов. Секта стремится подавить индивидуальность своих адептов. Именно из-за тотального несходства функций культуры и целей секты деятельность подобных «религиозных» организаций приносит вред человеку, попавшему туда, обществу и культуре в целом. История знает множество случаев, когда сектанты под влиянием организаторов и самих «учений» совершали террористические акты, массовые самоубийства, убийства, грабежи и т. д.

И если религия является «фундаментом» культуры, ее прочным основанием, то секта работает на разрушение культурных основ личности: это и разрушение социальных связей, и деморализация, и де-индивидуализация, осуществляемые путем контроля сознания, воли и даже языка. Человек, попавший в тоталитарную секту, рискует лишиться возможности жить и реализовываться как самостоятельный субъект культуры, становясь объектом манипуляции в руках лидеров сект.

7.4. Функции религии

Подводя итог краткому исследованию заявленной проблемы, можно разделить функции религии на собственно религиозные (достижение нирваны в Буддизме, спасение души в Христианстве, поклонение Аллаху в Исламе и т. д.) и функции религии в культуре. К таким культурным функциям относятся: ценностная – любая религия выдвигает собственную систему ценностей, при помощи которой личность совершает поступки и оценивает окружающую действительность. Как правило, религиозные ценности находят отражение в различных областях духовной культуры. Например, ценность человеческой жизни, выраженная в заповеди «Не убий», зафиксирована не только в нравственных запретах, но и в области правовой культуры. С ценностной связана и регулятивная функция. В религии поведение людей в первую очередь и определяется системой ценностей; хотя на сегодняшний день очень часто религии используются для усиления социальной раздробленности; функция объединения, осуществляемая путем распространения определенной мировоззренческой позиции, и коммуникационная функция религии позволяют мировому сообществу в организации не только межконфессионального, но и межкультурного диалога; наиболее важной функцией, как уже отмечалось выше, является человекотворческая.

Сравнивая основные смыслы, заложенные в понятиях «религия» и «культура», мы может увидеть сходные черты. Оба этих понятия подразумевают духовный рост, говорят о стремлении к совершенству, оба говорят о благе, к которому человек приходит, накапливая некий опыт. Но можно задать вопрос, во имя чего это благо делается? С точки зрения культуры ответ очевиден – во имя самого блага, то есть во имя удовлетворения потребностей. И зачастую человек на пути реализации своих потребностей жертвует не только своей совестью, чистотой души, спокойствием, но даже жизнью других людей. Вот почему общество не может считаться высокоразвитым, нравственным, если оно живет вне религии. Ведь религия определяет смысл жизни, возвышая его над обыденными человеческими потребностями, выводя за пределы только человеческой жизни. Если говорить о православии, то это, несомненно, любовь к людям как частное проявление Истинной Любви, которая не просто позволяет полнее прожить свою жизнь, но и открывает религиозным людям дверь в вечность.

Контрольные вопросы

1. Взаимоотношения религии и культуры – продуктивные и деструктивные варианты взаимодействия. Язык культуры как механизм диалога

2. Понятие религиозной культуры. Взаимодействие религиозной и нравственной культуры.