Помоги проекту - поделись книгой:
Книга 1. «ПСИХОЭКОЛОГИЯ РЕАЛЬНОСТИ»
Защита реальности
Вступление
Человеку не дано быть Богом, но ему дано слышать Его. Однако далеко не все, кто слышит, могут рассказать об услышанном. Тот же, кто может, делает это единственно доступным для человека методом — он ставит "Знаки препинания". Эти Знаки позволяют выхватить из ниспадающего на нас Предвечного Текста абзацы, которые потом долго и тщательно пережёвывают наука, искусство и Религия.
Глава 1. Как не стать пророком
Людей, умеющих "Перевести" на человеческий язык звуки Предвечного, всегда было немного и звали их Пророками. По этой причине их голос всегда тонет в рёве многомиллионных толп. Но в истории случаются мгновения, когда толпы замирают от ужаса, узрев пред собой неминуемую гибель. И тогда все слышат разговор этих немногих, который они вели между собой и Всевышним всегда.
Так, до землетрясений никто, кроме родных, не знает о младшем научном сотруднике "N", занимающемся их прогнозом. После того, как тряхнёт, о нём узнают все и внимают его словам тем сосредоточеннее, чем выше балл этого катаклизма.
То же самое происходит и при катаклизмах социальных. Когда людям становится нечем накормить своих детей, а на улицах ездит всё больше "мерседесов", появляется чувство прихода на край пропасти. Люди замирают, ища глазами спасительного Знака. Вот тут-то дружно взрастают большие и малые пророки, пророчицы, чудодеи и пр. Не ругайте их. Они не виноваты. Их жизнь не мёд. Исследования целителей-экстрасенсов показали, что через 5 лет лишь 1 % из них остаются нормальными людьми, через десять же — адекватными остаются единицы. Сказано: много званых, но мало названных.
Но даже если всё-таки вы попадаете в их число — у вас есть повод долго и серьёзно подумать. Общество по-варварски "тестирует" пророков на предмет их подлинности. Это хорошо описано в Библии. Так, в "Деяниях", гл. 5, фарисей Гаманиил, выступая на синедрионе, чётко изложил способ тестирования пророков на подлинность.
Стих 36. ...незадолго перед сим (перед появлением Иисуса Христа) явился Февда, выдавая себя за кого-то великого, и к нему пристало около четырёхсот человек; но он был убит, и все, которые слушались его, рассеялись и исчезли.
Стих 37. После него во время переписи явился Иуда Галлилеянин и увлёк за собою довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассыпались.
Далее Гаманиил мудро изложил суть теста: если после того, как пророка убили, собранный вокруг него люд не разбежался — значит этот пророк был настоящим. Эта мысль пронзила века и особенно хорошо прижилась в России, где живых пророков не было никогда. Не менее ужасна участь и того, кто просто блефует, извлекая материальную выгоду из временного общественного интереса. Попытка разбогатеть на гробах во время чумы наказуема Богом. А Бог, как известно, наказывает одним способом — отнимает у человека ум.
Когда же ваша подлинность будет установлена и люди примут вас, начнётся то, чего не может себе ни вообразить, ни принять, ни понять ни один нормальный человек. Пророк не работает в обыденном сознании. Для начала вы увидите, что весь мир "Нарисован". Вы попытаетесь обнять дерево — но вместо этого ваша нарисованная рука погрузится в нарисованное дерево. Вы захотите испугаться, чтобы покинуть сей кошмар, — но поздно! Ваш испуг уже никогда не будет настоящим. Он тоже нарисован. Он на глазах превратится в нарисованный ужас. Этот ужас станет предельно тихим и сомкнётся в точку, готовую при случае взорваться целой Вселенной ужаса. Потом вы увидите яростное кипение целого сонма подобных точек, в котором знакомый нам мир исчезнет навсегда… Затем случится первое действительно Страшное событие — вы не умрёте!
Желание быть "великим" отпадает вместе со смертью всех желаний — но и это ни на йоту не приближает вас к цели пророчествования. Это приближает вас только к её формулировке. Каждый из нас рождается божьим существом. Людьми же мы становимся только в общении с себе подобными. Вот почему человек не волен назвать себя кем-либо сам, какие бы качества он ни имел. Это могут сделать только те, кто его окружает. Может быть, они и назовут вас Пророком. Но, как правило, это название присуждается посмертно.
Сам Христос на вопрос, не пророк ли он, отвечал: Вы так сказали. Вот почему тот, кто называет сам себя пророком, — обезумевший лжец. И чтобы в дальнейшем исключить какой-либо поклёп против самого себя, заявляю: о себе твёрдо знаю лишь то, что Я — один, который ищет другого.
Пророки не являются миру часто, но их роль в духовной истории человечества решающе велика. Расставленные ими Знаки задают путь движения цивилизаций. В этом плане единственно подлинной Историей является история духовная.
Когда нет Того, Который проявляет очередной Знак, мировое сообщество застревает на месте, застаивается и разлагается. Возникает соблазн двигаться куда угодно, лишь бы не стоять на месте, — и тогда все мы рискуем стать и становимся на время жертвами лже-пророков. "Люди! Будьте бдительны", — воскликнул на весь мир Юлиус Фучик в своём "Репортаже с петлёй на шее".
Мысль такого рода есть Знак. Однако слово "бдительность" здесь не подходящее. Оно взято из фашистского лексикона. Точнее будет сказать: будьте внимательны! Одинаково смертельно опасно и уверование в лжепророка, и глухота к Слову Истинному. Обобщим сказанное. Пророком вы не будете почти наверняка. Однако перед каждым из нас Время ставит чуть менее сложную задачу — услышать и понять, где Глас Пророческий. Решить эти задачи жизненно важно. И я попытаюсь вам в этом помочь.
Глава 2. Как правильно сойти с ума
В Библии дано чёткое указание относительно признака истинности Пророков и духовных подвижников — судить об этом по делам их. В наше время этот критерий явно недостаточен. Обладая ядерным, психотропным, консциентальным и иным современным оружием, сегодняшний кандидат в Пророки может натворить такие дела, что судить потом: пророк он или нет, будет просто некому. Сейчас нужны более тонкие, точные, опережающие критерии. Скажу более. Вопрос определения критериев оценки деятельности людей, волею судеб предопределяющих будущее, есть вопрос жизни или смерти земной цивилизации.
Почему это именно так, будет показано ниже, когда мы подойдём к вопросу о Реальности. В начале нашей работы над законодательством в области информбезопасности в 1989 г. единственный конкретный вывод звучал так: "Надо что-то делать!" К 1998 году основные законы были готовы в виде проектов и упёрлись в последнее препятствие — метрологию. Закон — не закон, пока нет экспертизы, способной доказать его нарушение.
Экспертиза может сделать это, если есть установленные объективные нормы, стандарты, границы, критерии и средства для обнаружения их нарушения. В ряде случаев это оказалось возможным через введение психоэкологических стандартов на информационную деятельность людей и работу технических средств. Но какие измерения могут объективно доказать виновность колдуна, наводящего порчу? Оказалось, и такие измерения возможны.
Это в 1997 г. экспериментально доказал доктор медицинских наук A.M. Степанов. Наиболее проблематичным на сегодня представляется доказательство наличия деструктивного воздействия на психику при зашифрованном компьютерном вводе семантической информации на неосознаваемом уровне.
Великий учёный наших дней И.В. Смирнов, создатель компьютерных психотехнологий, с грустью заявил в одной из наших бесед: мы создали яд, против которого нет противоядия. Человек не может обнаружить, какая информация в него введена, не может обнаружить сам факт введения какой-либо информации.
И даже если чудом он узнает, что деструктивная информация была заложена в конкретном шуме (музыке, образах), то её расшифровка вряд ли удастся. Сегодня на законодательном и организационном уровне делаются попытки взять распространение таких психотехнологий под контроль общества, но, зная наши порядки, а также ситуацию на рынке психотехнологий, следует прямо сказать: сделать этого не удастся совсем, либо удастся частично.
Поняв это, я задал вопрос: информация вводится на неосознаваемом уровне, но для всех ли и всегда ли этот уровень действительно неосознаваем? Не является ли вся психофизическая традиция йогов, магов, оккультистов и метафизиков, трансперсональных психологов единым многовековым походом в сферы неосознаваемого? Сам Игорь Викторович Смирнов в книге "Психотехнологии" описывает случаи, когда в состоянии типа осознаваемого сна содержание зашифрованных неосознаваемых семантических посылок становилось адресату понятным.
А как только что-то становится понятным для человека — оно тотчас попадает в зону управления сознанием, превращается в обыденное, осознаваемое. Отсюда следует важнейшая гипотеза: для человека с достаточным уровнем психофизической подготовки, умеющего контролировать свои неосознаваемые сферы, опасность превратиться в донора для психотронного манипулятора близка к нулю.
Для тех, кто этому не научится, — тут не надо ходить к гадалке, — уже уготована судьба бройлерного цыплёнка, каким бы "крутым" он с виду ни казался.
Есть существенные основания полагать, что высказанная гипотеза является верной. Основания эти кроются в том, что наше неосознаваемое не отделено от осознаваемого непроницаемой стеной. Грань между тем и другим условна и зависит от совершенства управления сознанием, а если быть точнее, от состояний сознания.
И тут на наш рисунок наплывает ячейка из неведомой мозаики. Речь идёт о четырёхмерном сознании. Дело в том, что наше сознание уже более, чем трёхмерно. Его фрактальная размерность переваливает за 3,14. При подходе к размерности, близкой к 4, возникнет масса пока не до конца ясных эффектов, связанных с управлением Реальностью. Но одно по крайней мере уже ясно: зон неосознаваемого будет всё меньше. При четырёхмерном сознании этих зон в сегодняшнем смысле не будет вообще.
Эволюция в сторону повышения размерности сознания предопределена. Это можно считать сегодняшним Знаком. Никаким иным — мыслимым и немыслимым образом человек как вид не успевает адаптироваться к быстро изменяющейся среде своего существования.
Есть не менее веские эзотерические соображения в пользу высказанной гипотезы. Почти все развитые религиозно-мистические, мировоззренческие построения видят человека как существо, через которое Бог познаёт самого себя.
Но может ли он познать себя через существо, как раз себя-то и не осознающее? Вот почему, познавая себя, своё неосознаваемое, мы ни много ни мало, познаём Бога. Давно сказано: ищите Бога в самих себе. Как только мы начинаем это понимать, много из казавшегося незыблемым становится иллюзорным, имеющим порождённый и принудительно удерживаемый виртуальный характер.
В каком-то смысле, отказываясь от привычных ментальных построений, мы сходим с ума, к которому привыкли и благодаря этому надёжно спасаемся от сумасшествия истинного, неконтролируемого, не распознанного нами.
Нехитрая цепочка рассуждений приводит нас к столь же неоспоримой необходимости фундаментально переосмыслить саму природу Реальности и наше место в ней.
Такова цена обретения новых критериев оценки подлинности. Однако сходить с ума как попало нельзя. Делать это надо правильно, аккуратно и бесповоротно. Каков наш ум сейчас? Как он эволюционирует? Как через Сознание он определяет Настоящую Реальность? — вопросы, на которые мы вместе ответим ниже.
Автор книги — бывший военный лётчик. Лётчику же, чтобы остаться живым, надо быть предельно конкретным материалистом и предельно интуитивным идеалистом одновременно. Материализм хорош, когда поршни исправно толкают шатуны, а впереди, до куда видно, — ровная дорога. Интуитивизм, опирающийся на громаду неосознаваемого, спасает тогда, когда шатуны оборваны, дороги не видно вообще, а машина продолжает мчать на безумной скорости в Неизвестность.
Я немного рассказываю о себе вынужденно. Этого требуют этические соображения. Я прочитал массу амбициозных книг, за которыми скрывались люди, ничего, кроме этой амбиции, не имеющие. Я встречался с массой напридуманных биографий, призванных эту амбицию обосновать. Так вот. В Шамбале я не учился. Космического Учителя у меня никогда не было. "Голоса" я не слышу. Предки мои были в основном драчуны и матерщинники. Суперспособностей у меня никогда не было. Здоровьем я отличался, но в худшую сторону. Мама рассказывала, что в раннем детстве я запоминал большие тексты из Библии. Она была одна на несколько деревень и были случаи, когда люди собирались, а читать было нечего. Как-то раз я высунулся из-за печки и начал "вещать" точно по ранее услышанному тексту.
К третьему классу и эта способность исчезла. Однако учился я хорошо, хотя к урокам никогда не готовился. Особенно хорошо шло решение задач по математике. Решал я их так: тщательно запоминал условия задачи и со спокойной совестью засыпал, надеясь, что утром решение придёт само собой. И оно действительно приходило. Причём всегда. В дальнейшем метод был усовершенствован следующим образом.
Поскольку ночи ждать не всегда можно, я научился "присыпать" и днём. Первый, действительно серьёзный, психологический успех был достигнут благодаря женитьбе. Каждую попытку "приспать" жена жестоко пресекала ударом скалки по голове, и я был вынужден начать "спать" незаметно, во время работы, общения с друзьями и прочих дел.
Первое время я выдавал себя отсутствующим взглядом и замедленной реакцией на вопросы. Проблем было всё больше. И они, кроме своего ментального решения, требовали конкретной работы и присутствия на физическом плане.
Постепенно я выкрутился из этой раздвоенности тем, что оба этих состояния — "сонное" и бодрственное — начал "держать" одновременно. Через пару лет уже никто не мог обнаружить, что моё сознание живёт в двух изолированных комнатах одной квартиры, но под одной крышей. Когда в дальнейшем примерно таким же методом я приобрёл ещё несколько "квартир-состояний", крыша "поехала" окончательно.
Однако моя любовь к движению оказалась сильнее страха сойти с ума. В действительности я сошёл с обычного ума, однозначного и предопределённого рельсами общепринятого. Я сошёл с этих рельсов и — полетел. Но, к счастью, летать к этому времени я научился хорошо.
Как-никак я был уже военным лётчиком 1-го класса авиации Тихоокеанского флота, а "крыша-сознание" по лётным качествам и управляемости (доверьтесь профессионалу!) значительно превосходит ЯК-38.
Место страха прочно заняло чувство непостижимой свободы. Причём в этой своей свободе я оставался невидим. Вот когда мне стало понятным восклицание Маргариты из книги Булгакова "Мастер и Маргарита": "Невидима и свободна!". Эта книга написана для тех, кто устоял перед самым большим человеческим страхом — сойти с ума. Для тех, кто ещё задаёт вопросы Запредельному. Для тех, чья "крыша" только что "поехала", и для тех, чья давно в пути.
Рождённый ползать, действительно летать не может. Однако в высшей степени достоверно то, что человек рождён летать. Я проверил это лично на примерах сотен людей, которых учил полётам сознания. Этим искусством любой человек овладевает независимо от возраста, пола и профессиональной принадлежности. Было бы желание.
Итак, правильно сходит с ума тот, кто:
а) делает это по науке, делает этот процесс управляемым;
в) делает это незаметно, не утрачивая адекватности обычного поведения, проявляя свои способности на людях в виде проницательности и интуиции;
с) делает это движимый верой во Всевышнего и любовью к людям.
Резонно звучит вопрос: "А оно мне надо?". Подумав, вы поймёте, что это русский перевод шекспировского "Быть или не быть?". Хотя, возможно, исторически первый вариант древнее.
Хорошо известно, что летать опасно, в том числе и летать в пространствах сознания. Можно упасть и разбиться. Факторов риска и их сочетаний всегда больше, чем мы способны заметить, осмыслить и парировать своими действиями.
Но факт остаётся фактом: люди летали, летают и продолжают летать даже на самолётах бесчисленных ОАО, откровенно добивающих авиатехнику и без того невысокого советского качества. Фактом является то, что авиация уже далеко не самый опасный способ передвижения. Если посчитать количество аварий и катастроф на километр преодолённого расстояния, то самым опасным является передвижение пешком. Человек смертен, как и всё тварное. Но умирание Прозревшего совсем не похоже на жалкое издыхание объятого страхом и безумием духовного ленивца.
Если же учесть, что, по данным Всемирной организации здравоохранения, смертность от психических депрессий вышла на второе место после смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, то на вопрос "А надо ли?" ответ однозначен: надо! В наш век информационного перегруза, непрерывного стрессирования и неуправляемого применения психотехнологий скрытого воздействия на сознание "крыша" гарантированно "поедет". И будет лучше, если к этому времени вы научитесь это движение улавливать и им управлять.
Глава 3. Как я стал "гурой", или технология чуда
В 1981 году я окончил обучение на авиационном факультете Военно-политической академии им. В.И. Ленина (ныне Военно-гуманитарный университет). К поступлению в неё меня подвигнуло серьёзное увлечение психологией поведения лётчиков в "особых случаях" полёта, а проще говоря — в аварийных ситуациях и в боевой обстановке.
То, что психика в них работает совсем по-другому, я неоднократно испытал, как говорится, на собственной шкуре. К тому же в те времена лётные происшествия тщательно расследовались, и каждое доводилось до лётного состава. В академии я получил доступ к изучению литературы о катастрофах за рубежом, научной литературы по направлению, изучающему деятельность психики человека, попадающего в экстремальные ситуации.
Позже я назвал это направление "экстропсихология", хотя правильнее было бы — "экстремпсихология". Мы с друзьями увлечённо "прошерстили" горы литературы и убедились лишь в том, что здесь, как говорится в народе, "и конь не валялся". Хотя просвет наметился — он явился в лице полковника В.А. Пономаренко, доктора медицинских наук, в те времена гонимого за передовые исследования в области инженерной психологии.
Он поддержал наши исследования и явил пример учёного, не боящегося сказать, что точность движения руки зависит от перегрузки в полёте, а не от воли партии.
Нам удалось достоверно установить два с виду взаимоисключающих режима работы психики в экстремальной ситуации в случаях успешного выхода из неё. Решающим фактором оказалось время. Если время до наступления катастрофы исчислялось 1-15 секундами, работа психики принципиально, качественно отличалась от той, когда время подумать в обычном для человека стиле всё же было.
Обычно человек задаёт вопрос: что случилось? Ищет причину и, найдя её, принимает решение, начинает действовать.
Задать вопрос "что случилось?" в первом случае равносильно гибели. В том, что же случилось, месяцами разбираются целые конструкторские бюро и часто безуспешно. Ситуация и решение воспринимаются мгновенно, и на этом фоне в дело запускается автоматизм.
Практически деятельность протекает на неосознаваемом уровне. Человека спасает умение делать не думая. Правда, механизм этого автоматизма должен быть наработан заранее. Нужно потрясающе точно знать, что именно там-то произойдёт именно это, и экипаж сработает именно так. Есть второй вариант спасения — он проще, но для него надо… остановить время.
Тогда, в остановленном внешнем времени, можно спокойно продумать ситуацию и принять решение во внутреннем времени, затем с готовым образом действий вновь выйти во внешнее время, фантастичным это является только на первый взгляд.
Почитав аварийный материал, записки лётчиков-испытателей, любой из вас найдёт случаи, когда лётчик за несколько секунд решал сложнейшую техническую проблему, над которой годами бились учёные коллективы.
В полётах, земных и космических, случается много чего и другого, но все предпочитают об этом помалкивать, потому что вечно пьяный и сонный авиационный врач при таком сообщении мигом взбодрится и отстранит вас от полётов навеки.
О случаях выхода из катастрофической ситуации говорят: спасся чудом. Но технология чуда проста. Если на ограниченном поле есть луза, то хаотично катающийся шар рано или поздно в неё попадёт. Катание мимо — есть обыденность. Попадание воспринимается как чудо, как момент истины, как озарение. Этот мир начинён тоннелями и лузами. Двигайтесь — и вы в них попадёте.
Когда однажды в полёте над океаном ночью в облаках в режиме радиомолчания мой стрелок-радист истерически закричал: "Командир!", я знал, что шар в лузе и резко "свалил" самолёт влево. Это спасло нас и другой экипаж, который набирал высоту в десятке метров под нашим фюзеляжем.
80-е годы… За бортом гудело небо. Мы летали как проклятые. Практически через день с подвешенными под крылья ядерными ракетами.
Сегодня я вижу на улицах современных "крутых" парней с короткой стрижкой. Такими мы были, когда еще баловались на учебных ИЛах и МИГах. До первого полёта в сердце Тихого океана, до первой дозаправки в воздухе, до первого увиденного через тёмное стекло ядерного взрыва… И внешняя крутость тихо ушла в небытие. Ибо сказано: познавший умалится.
Умалившийся определяет своё место в Реальности. В этом заключается истинное Прозрение.
Когда на научно-практической конференции в Швянтое в июне 1986 года продвинутый тибетский маг после парной медитации заявил, что я ушёл много дальше его, окружавшие нас исследователи замерли в недоумении. Во мне недоумение вызывает обратное.
Как можно вообще чего-то достичь исключительно психофизическими упражнениями, вне реального риска, вне любви, вне света, исходящего от предков, вне достойного уровня деятельности на внешнем плане. Однако пойдём дальше. В конце 70-х годов социалистический общественный строй на ментальном уровне уже не существовал. Замполиты продолжали развешивать в каптёрках плакаты с изображением звериного лица империализма, но оно уже никого не пугало.
А тем временем где-то высоко над нами шло истинное сражение, в котором предрешалась судьба каждого из нас. Вели его люди, вооружённые консциентальным оружием. С нашей стороны фронт держать было просто некому. К этому никто нас не готовил.
К концу 80-х годов звенья мозаики начали сходиться в рисунок — пришла пора моей первой трансформации. Да, я был офицером. Но, будучи им, я всегда считал, что офицер и — шире — воин лишь на треть является защитником территории страны. Главное его назначение — защита духовного пространства Родины, её традиций и моральных устоев, её святынь, воли к жизни и воли к победе. Это не уходит из истинного воина с моментом, когда он снимает погоны.
Второй составляющей нового смыслового поля стала проверка следующего предположения. Если в экстремальных условиях возможны уникальные состояния сознания, то нельзя ли достичь их искусственно, с целью использования их преимуществ перед обычным состоянием?
Деньги на проведение таких экспериментов никто не давал, и я "пошёл в массы". Там среди самых обычных медсестёр и врачей, учителей, домохозяек и милиционеров нашёл всё, что надо. Я стал "гурой" российского образца. И даже в эту минуту, выходя из полуторагодичного психотехнологического эксперимента по полному преображению личности, в ходе которого остался живым как раз чудом, я не жалею о некогда избранном пути.
Там, на просторах России, в её сёлах и деревнях, на полустанках и станциях наш народ занимается не только тем, что пьёт водку или благоговейно внимает сектантскому проповеднику. Он с большим вниманием примет и учителя из своих, если в духе и профессионализме он будет выше.
Глава 4. Основы современной психозащиты
В 1985–1990 годах я активно участвовал в экспериментах по исследованиям пси-явлений ещё на "закрытой стадии". Сейчас модно клясть "экстрасенсов", обзывать их халтурщиками и безбожниками. Но в начале всё было не так, и "экстрасенсы" были не те.
Само это слово появилось первый раз на курорте Швянтое в мае 1985 года в ходе экспериментов, проводимых там совместно рядом институтов и академий в здании одного из санаториев, внешне напоминавшем древний замок, который мы тут же назвали Замком Ведьм.
Поделиться книгой: