Газета Завтра 608 (29 2005)

ПУЛЬС «РОДИНЫ»

ПУЛЬС «РОДИНЫ»

ДОЛОЙ ПОРНОГРАФИЮ!

12 июля возле здания Минпечати активисты московского отделения "Родины" провели митинг против пропаганды порнографии в телеэфире. "Нет пропаганде порнографии!", "Лишить лицензии порноканалы ТВ!", "Поддерживаем обращение депутатов МГД Балашова и Стебенковой в Генпрокуратуру!", — вот основные лозунги митинга. Участники акции поддержали обращение в Генпрокуратуру депутатов Мосгордумы Евгения Балашова и Людмилы Стебенковой с просьбой принять меры прокурорского реагирования по фактам нарушения законодательства создателями программы "Дом-2" и телеканала ТНТ.

"Анализируемая программа наносит вред здоровью и нравственному развитию несовершеннолетних и молодежи, так как пропагандирует до- и внебрачную половую жизнь, беспорядочные половые акты", — так в своем письме Генпрокурору РФ Владимиру Устинову отозвались о реалити-шоу Ксении Собчак депутаты Мосгордумы. "Таких программ не должно быть в эфире, если мы, как инженеры, хотим формировать наше общество, — уверен депутат "Родины" в Мосгордуме Евгений Балашов. — Если мы проиграем суд, волна подобных передач охватит другие каналы".

ОМОН ВНЕ ЗАКОНА

Прокуратура Москвы признала, что задержание активистов Союза молодежи "За Родину!" 9 мая у посольства Латвии было произведено с нарушением порядка, установленного административным законодательством. Акция протеста молодежного отделения была направлена против участия латвийского президента Вайры Вике-Фрайберги в праздничном параде на Красной площади.

Лидер молодежной "Родины" Сергей Шаргунов заявил: "В руках у ребят не было ни флагов, ни протестных транспарантов. Активисты с надписью "Вайра, пшла вон!" на спинах должны были пройти мимо посольства Латвии — так они хотели выразить свой протест против приезда Вике-Фрайберги. Однако они даже не успели дойти до здания посольства, все участники шествия были задержаны ОМОНом в грубой форме, доставлены в ОВД "Басманное", где их продержали 6 часов". Освобождение активистов произошло только после приезда с митинга на Белорусской площади руководителя фракции "Родины" Дмитрия Рогозина.

Грубое поведение сотрудников правоохранительных органов стало причиной обращения в Генеральную прокуратуру с требованием восстановить справедливость. Ответ пришел два месяца спустя уже от прокурора города Москвы Анатолия Зуева. По мнению прокурора, задержание активистов был действительно произведено с нарушением порядка, установленного административным законодательством. Теперь начальнику ГУВД Москвы Владимиру Пронину внесено представление о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности.

СТЕПАШИН, ПРОВЕРЯЙ!

Депутаты фракции "Родина" в Госдуме инициировали обращение к председателю Счетной палаты РФ Сергею Степашину с просьбой провести внеплановую проверку эффективности и целесообразности расходов государственных средств Администрацией Воронежской области.

К депутатам все чаще поступают жалобы граждан, указывающих на неэффективное использование Администрацией Воронежской области бюджетных средств. Под обращением поставили свои подписи 90 депутатов Государственной думы, в том числе члены фракции "Родина" и КПРФ.

По словам руководителя регионального отделения партии в Воронежской области Сергея Чаплинского, в последнее время в регионе закрываются медицинские, образовательные и другие учреждения, что сильно сказывается на жизни населения. В качестве примера он привел ситуацию с крупнейшим агрохолдингом ГУП "Воронежинвест", в который, по словам депутата, были закачены огромные бюджетные средства: "Сейчас компания обанкротилась, и многие сельхозпредприятия оказались на грани закрытия. Вообще, по данным статистики, все показатели в Воронежской области резко упали. Считаю, что новая областная Дума привела к ухудшению работы администрации региона, поэтому мы считаем, что есть основания для такой проверки".

НА КОГО РАБОТАЕТ ЦЕНТРОБАНК?

Руководитель фракции "Родина" в Госдуме Дмитрий Рогозин и депутат "Родины", первый заместитель председателя Комитета по собственности Иван Харченко направили в Генпрокуратуру запрос с целью проверить, нет ли в Центробанке утечки конфиденциальной информации об операциях на валютном рынке.

"Сегодня руководство ЦБ сдерживает инфляцию только игрой с курсом рубля. Это тупиковый путь, так как основным фактором, влияющим на инфляцию, является рост цен на энергоносители. При этом, когда идет игра с курсами валют, у тех в ЦБ, кто допущен к инсайдерской информации, либо связан с его структурами, появляется возможность зарабатывать огромные суммы", — объяснил свое обращение к Устинову Иван Харченко.

В запросе указано на прецеденты аффилированности ответственных сотрудников ЦБ РФ, имеющих доступ к инсайдерской информации, с компаниями, успешно играющими на валютном рынке и рынке ценных бумаг. В частности, отмечается, что один из заместителей председателя ЦБ РФ, участвующий в принятии решений о курсовой политике, ранее являлся управляющим вице-президентом компании "Тройка Диалог".

Как отмечает Иван Харченко, все заявления руководителей ЦБ приводят к всплескам на финансовых рынках, из которых кто-то извлекает финансовую прибыль: "О масштабе возможных спекуляций свидетельствуют данные динамики торгов Единой торговой сессии. Анализ торгов свидетельствует, что в отдельные дни объем торгов немотивированно увеличивался в разы".

Иван Харченко сменил на посту первого заместителя председателя Комитета ГД по собственности экс-председателя ЦБ, члена партии "Родина" Виктора Геращенко, который также нередко выступал с критикой политики нынешнего руководства ЦБ.

Как прокомментировал представитель Генпрокуратуры, "запрос от депутатов поступил и рассматривается в установленном законом порядке".

АЗОВСКОЕ МОРЕ — НАШЕ МОРЕ

Руководитель фракции "Родина" Дмитрий Рогозин считает, что российская и украинская стороны дезинформируют общественность своими заявлениями в отношении острова Тузла и не дают понять истинной сути конфликта. "Остров дает право на полный контроль в Керченском проливе, в том числе на передвижение военных судов в этих водах. С учетом планов Украины на вступление в НАТО, это создает угрозу для интересов России. Этот спор возник еще летом и осенью 2003 года, сейчас мы наблюдаем его продолжение", — отмечает Рогозин.

В начале июля МИД Украины заявил, что Россия якобы признала украинскую принадлежность острова Тузла и вод вокруг него. По словам заместителя начальника пресс-службы МИД Украины Дмитрия Свисткова, "российская сторона в ходе переговоров государственных делегаций по размежеванию Азовского и Черного морей и Керченского пролива неоднократно подтверждала принадлежность Украине острова Коса Тузла". Переговоры по делимитации Керченского пролива ведутся на основе признания этого факта.

МИД России в свою очередь, считает, что "правовой статус острова Тузла, расположенного в Керченском проливе, остается неопределенным до урегулирования всего комплекса российско-украинских проблем разграничения в Азовском и Черном морях и Керченском проливе".

По мнению Дмитрия Рогозина, Азовское море должно являться внутренним и для России, и для Украины, так как оно имеет равновеликое значение для обеих сторон, а тузловский вопрос можно решать с точки зрения его экстерриториальности: "Вопрос должен решаться дипломатическим путем. Разграничение территории возможно только по шельфу, но не по воде. Это внутренние воды России и Украины, а все спекуляции Киева на эту тему — попытка сделать вызов российским интересам".

Как председатель партии "Родина" Дмитрий Рогозин заявил, что предлагает поднять дискуссию на уровень политических партий России и Украины, чтобы не допустить дальнейших спекуляций на эту тему.

Поделиться:

Loading...

![CDATA[ (function(d,s){ var o=d.createElement(s); o.async=true; o.type="text/javascript"; o.charset="utf-8"; if (location.protocol == "https:") { o.src="https://js-goods.redtram.com/ticker_15549.js"; } else { o.src="http://js.grt02.com/ticker_15549.js"; } var x=d.getElementsByTagName(s)[0]; x.parentNode.insertBefore(o,x); })(document,"script"); ]]

«БОЛЬШАЯ ЕВРОПА» ПРОТИВ «БОЛЬШОЙ РОССИИ»

«БОЛЬШАЯ ЕВРОПА» ПРОТИВ «БОЛЬШОЙ РОССИИ»

«БОЛЬШАЯ ЕВРОПА» ПРОТИВ «БОЛЬШОЙ РОССИИ»

С этого номера мы намерены периодически предоставлять вниманию наших читателей материалы Института национальной стратегии, за последнее время заявившего о себе в качестве одной из ведущих экспертно-аналитических структур современной России. Поскольку работа данного Института строится на принципах открытости, публичности и общественного характера деятельности, его выводы ориентированы не только на максимальную объективность и прогностическую ценность, но и на выражение общенациональных российских интересов, которые зачастую могут принципиально не совпадать с интересами «властной вертикали», олигархических корпораций, политических партий и других «элитных» группировок и даже прямо противоречить им. Поэтому редакция «Завтра» рассматривает своё взаимодействие с Институтом национальной стратегии как еще одну попытку создать «точку кристаллизации» для важнейшей социальной группы созидателей идеального продукта (информации), без активизации которой рассчитывать на возрождение нашей страны в качестве мирового «центра силы» невозможно.

КОНТЕКСТ ДИАЛОГА РОССИЯ—ЕС

Базовой предпосылкой концепции "четырех общих пространств" для диалога между РФ и Евросоюзом, важнейшей составной частью которой является энергодиалог, служит то обстоятельство, что к началу XXI века Россия, имеющая крупнейшие в мире запасы газа, и Европа, чьи запасы составляют всего 3% от общемировых, оказались более привязаны друг к другу экономически, чем когда-либо в совместной истории.

Ключевое звено энергодиалога Россия—ЕС — газовая отрасль. Европа демонстрирует постоянный рост доли газа в общем энергопотреблении, а из-за системных ограничений на механизмы транспортировки природного газа неизбежно формируется жесткая связь потребителей и поставщиков, способствуя созданию региональных альянсов. "Энергодиалог" России и ЕС на ближайшие годы следует рассматривать как борьбу за определение параметров этого вынужденного альянса.

Сегодня рынок газа является рынком покупателя, а не продавца. Все российские газопроводы ведут в Европу, тогда как в структуре европейского спроса доля российского природного газа составляет около трети. Поставки осуществляются на основе долгосрочных контрактов, которые, с одной стороны, дают возможность российской стороне планировать долгосрочные инвестиции в модернизацию транспортных систем, а с другой, являются формой дотирования экономики Евросоюза. Газ, поставляемый из Сибири в центр Европы по первой оптовой цене, доходит до конечных потребителей по цене существенно более высокой (разница обусловлена налоговой и социальной политикой Евросоюза).

Это положение дел могло бы вполне устраивать объединенную Европу. Однако по мере увеличения спроса на газ, исчерпания запасов Северного моря и по мере роста экономик стран ЕС цена (в самом широком смысле) российских поставок потенциально растет. Поэтому уже сегодня Евросоюз принимает меры, которые позволят ему остаться хозяином положения. В частности, ЕС осуществляет диверсификацию и либерализацию собственного газового рынка. Политика диверсификации предполагает, что по каждому импортируемому виду энергоносителей должны быть обеспечены поставки как минимум из трех разных источников. При этом доля российского природного газа должна быть снижена с нынешних 36% до 30%. Политика либерализации предполагает постепенный уход от долгосрочных газовых контрактов и переход на биржевую торговлю, по примеру рынка нефти. Это должно обеспечить конкуренцию альтернативных поставщиков и переложить на них основные риски, в том числе политические, связанные с транзитными территориями.

Критически важным для обеспечения этой политики является подключение к европейскому рынку новых поставщиков, прежде всего — из Каспийского региона. По прогнозам европейских экспертов, совокупная доля постсоветского пространства в поставках природного газа в Европу может составить до 70%. Учитывая стремление ЕС ограничить удельный вес России на европейском энергетическом рынке, императивом политики Евросоюза на постсоветском пространстве становится сдерживание России, противодействие любым формам консолидации и интеграции стратегических поставщиков и транспортировщиков сырья, а также создание новой инфраструктуры экспорта энергоносителей в Европу — помимо России и против России. По итогам визита В.Ющенко в Германию Deutsche Bank открывает "Нефтегазу Украины" кредитную линию на сумму около 2 млрд. евро для реализации международных проектов компании. Украина выбрана ЕС как доверенный "газовый оператор" на постсоветском пространстве. Предполагается скорое создание торгового дома для реализации на территории Евросоюза "газа нероссийского происхождения", источником которого могут быть Туркмения и Казахстан, недовольные реэкспортной монополией Газпрома, контролирующего маршруты транзита.

ОПАСНОСТИ И УГРОЗЫ

Естественная задача наших европейских партнеров состоит в том, чтобы жизненно важные для них энергетические ресурсы России не были капитализированы ею как политические ресурсы и не могли служить рычагом самостоятельной геостратегии.

Соответствующее давление оказывается давно, но до сих пор сохранялся своего рода взаимный нейтралитет. С одной стороны, ЕС и США блокировали допуск российских компаний на внутриевропейский рынок оптовых перепродавцов и мешали покупке транспортной инфраструктуры в странах Восточной Европы (Венгрия, Чехия) и бывшего СССР (Украина). С другой стороны, российская сторона не допускала иностранные компании к разработке российских месторождений. Сегодня этот баланс нарушается. Появляются первые серьезные симптомы вскрытия иностранными компаниями ранее недоступного для них сырьевого рынка России без соразмерного проникновения российских игроков на европейский рынок транзита и переработки. Все попытки Газпрома поучаствовать в приватизации восточно-европейских газораспределительных сетей были решительно пресечены комиссией Евросоюза; а президент Буш в ходе последнего визита в Грузию прямо не рекомендовал ее правительству совершать уже согласованную сделку по продаже магистрального газопровода Газпрому. Между тем, внутри России Газпром утрачивает статус монополиста газодобычи, создавая прецеденты паритетной разработки недр с немецкими партнерами. Этот процесс закономерен и будет иметь продолжение, поскольку в целом проекты сотрудничества с Газпромом — а также жесты политической поддержки Владимиру Путину, — рассматриваются немецкой стороной исключительно в перспективе изменения отношений собственности.

Американской реакцией на российско-германскую "газовую" дружбу стало беспрецедентное заявление посла США в России Александра Вершбоу, выразившего от лица американских компаний заинтересованность в гарантиях доступа к запасам газа на долгий срок в обмен на технологии по производству сжиженного природного газа, мощности по его приему и регазификации. Главные вопросы, волнующие западные компании, — каким образом будет регламентирована регистрация западных добывающих компаний в России и каким образом будет обеспечен доступ к стратегическим запасам пока еще "миноритарных" акционеров (таких, например, как американская ConocoPillips), намеревающихся стать стратегическими инвесторами. По сведениям экспертов-участников семинара, американский пакет требований — с приоритетным допуском американских компаний к российским месторождениям и правом строительства частных нефтепроводов — уже согласован и принят российской стороной.

Стремление крупных игроков получить "больший доступ" к российским месторождениям стало уже традиционным. Однако аналогичные заявки делаются из самых разных и неожиданных уголков западного мира, что в целом позволяет говорить о начале долговременной кампании за интернационализацию российских природных ресурсов. Например, в ходе переговоров по ВТО Норвегия, формально не входящая в ЕС, потребовала контроля над трубопроводной инфраструктурой, Австралия — доступа к российским недрам. В итоге в Москве было подписано двустороннее соглашение с Норвегией об условиях присоединения России к ВТО одновременно с рамочным соглашением о сотрудничестве в энергетическом секторе. Сегодня две норвежские компании — Statoil и Hydra допущены к участию в освоении Штокманского месторождения. Российское руководство заверило западных партнеров, что избрало Норвегию стратегическим партнером в этой сфере и заговорило об "общей совместной ответственности за управление нефтегазовыми ресурсами в Баренцевом море".

Вопреки официальному оптимизму российской стороны, больной вопрос о "приведении внутренних цен на энергоносители к мировым" в отношениях с ЕС не закрыт и не будет закрыт даже со вступлением в ВТО. По существу, он "вшит" в саму псевдоинтеграционную модель отношений Россия — ЕС, выраженную в концепции "общих пространств". Одним из параметров общего энергетического пространства (как части "общего Европейского экономического пространства") объективно является система ценообразования. До тех пор, пока сама псевдоинтеграционная концепция "общих пространств" не будет пересмотрена, евробюрократия будет требовать устранения "энергетического демпинга", из-за которого российские промышленные потребители получают доступ к газу в пять раз дешевле экспортного уровня. Тем самым российское государство якобы субсидирует свою промышленность "в ущерб международной конкуренции". Существенная доля в экспорте России в ЕС принадлежит энергоемким товарам, таким, как металлы и химическая продукция. Повышение внутрироссийских цен на энергоносители приведет к перераспределению доходов в пользу нефтегазового сектора экономики. На сегодня потребители-резиденты покупают у Газпрома энергоносители по фиксированной цене — около $38 за 1000 кубометров. По оценке экспертов "Газпрома", рост цен при свободном ценообразовании мог бы составить около 30% — почти до $50 за 1000 кубометров, что примерно совпадает с промежуточными требованиями ЕС. Вице-президент ОАО "Газпром" и гендиректор ООО "Газэкспорт" Александр Медведев прямо признал, что в протоколе по присоединению к ВТО, подписанном РФ с Евросоюзом, содержится точный график повышения тарифов для внутрироссийских потребителей газа. В интервью французской газете La Tribune он заявил, что "нашей целью является достижения к 2010 году цены на газ на уровне $60 за 1000 куб. метров газа".

Эксперты, лоббирующие соответствующие проекты, уже открыто говорят о вахтовом подходе к добыче российских энергоресурсов и о необходимости международного режима использования ресурсов Сибири и Дальнего Востока, как альтернативе "имперской" традиции освоения "трудных пространств". Особое место в данном контексте занимает "право на самоопределение" малых народов, реализация которого трактуется, в том числе, как право коренного народа на природные богатства в областях его расселения. Уже сегодня через Финляндию, Эстонию, Венгрию развивается тема прав финно-угорских и саамских народностей России, в том числе их прав на недра. Более того, "ущемлению" прав финно-угорских народов в России недавно была посвящена специальная резолюция Европарламента. Эта тема развивается подспудно и в известном смысле держится "про запас", но при необходимости она может стать доминирующей как в медийном, так и в дипломатическом пространстве отношений между Россией и ЕС.

Подавление энергоемкого промышленного роста России — необходимое условие энергетической безопасности Европы в рамках концепции "общееевропейского дома", где для РФ отведена роль кочегарки. Кочегарки слишком громоздкой, чтобы тратить ресурсы на "отопление" всех ее избыточных площадей (отсюда, в частности, и требования отказа от освоения Сибири и перехода на вахтовый метод добычи полезных ископаемых). Таким образом, встраивание в энергополитический формат "большой Европы" предполагает для России возможность получать сырьевую ренту, но заведомо исключает для нее определенные типы вложений: в промышленный рост, энергоемкое развитие регионов, экспансию в прирубежных зонах.

Еще одним приоритетом энергополитики ЕС и США в отношении России является сохранение тотальной еврозависимости российского энергетического сектора, который на данный момент физически неспособен продавать газ куда бы то ни было, кроме Европы. По оценке участников семинара, американской стороне в ходе неформальных переговоров удалось добиться принципиального отказа российской стороны от строительства трубопровода в Китай по проекту "Восточного трубопровода" и сориентировать российский рынок сжиженного газа на американский технологический цикл и американский маршрут.

В качестве главного плюса этой модели зависимого развития называют, как правило, высокий уровень безопасности: Европа заинтересована в целостности и стабильности поставщика энергоресурсов на всем его "транзитном протяжении". Однако целостность транзитных коридоров далеко не тождественна целостности общества и страны. Напротив, проект еврозависимого развития означает для России потерю связности — социальной (приоритет внешнего рынка перед внутренним предполагает отделение ориентированных вовне "точек роста" от деградирующего социального ландшафта) и территориальной (интеграция регионально разнородной России в "общеевропейские пространства" обречена быть "разноскоростной"). В пределе, логистике энергопоставок нисколько не мешает взаимоизоляция региональных обществ, так же, как целостности трубопроводных магистралей не препятствует "перерезание" железнодорожной Транссибирской магистрали. Фрагментированная Россия вокруг единой системы труб — такова единственно возможная модель восточного крыла "большой Европы".

Таким образом, речь идет не о противоречиях между "переговорными машинами" российской и европейской бюрократий, а о противоречиях между двумя проектами для самой России: проектом ассимиляционной евроинтеграции и проектом государства-цивилизации. Сегодня вопрос стоит предельно жестко: либо "Большая Европа" в режиме "ассоциации" России с ЕС, либо "Большая Россия", представляющая собственный интеграционный проект на евразийском пространстве и взаимодействующая с Европой на началах не интеграции, а паритетного партнерства.

ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ

Пока усиление власти через ослабление страны остается базовой технологией российской внешней политики, а "интеграция", прежде всего с Европой — главным приоритетом, достижение паритетного партнерства с ЕС даже не может быть поставлено Кремлем в повестку дня. Однако в случае утверждения концепции России как самостоятельного "большого пространства" (государства-цивилизации) принципиальные позиции РФ в глобальном энергодиалоге могут быть сформулированы так.

— Приоритет внутреннего энергопотребления перед экспортом. Внутренние цены на энергоносители — естественное преимущество богатой ресурсами страны, расположенной на обширной холодной территории, и фактически форма дотирования сегодняшней России ее прошлыми поколениями. Обязательство оставлять определенную долю энергоресурсов на территории страны вынуждает сами добывающие компании создавать дополнительную прибавочную стоимость в обрабатывающем секторе.

— Приоритет территориального развития России перед энергетической безопасностью Европы. Проект комплексного инфраструктурного развития русского востока должен стать не просто альтернативой "вахтовому подходу" к Сибири как совместной колонии западного мира, но одним из прорывных направлений развития российской цивилизации в ХХI веке. Бизнес добывающих компаний должен быть в некотором смысле "закрепощен", то есть связан обязательствами регионального развития. Наряду с гарантиями дешевых внутренних коммуникаций транссибирского направления, это даст России шанс занять достойное место в растущем Азиатско-тихоокеанском регионе. То есть стать, наконец, великой неевропейской державой.

— Приоритет энергетической интеграции на постсоветском пространстве перед обязательствами общеевропейского энергетического пространства. Так же, как европейская интеграция началась с франко-германского Объединения угля и стали, североевразийская интеграция России и стран-союзников может базироваться на энергетическом пакте, в основе которого — объективная зависимость прирубежных стран от российской энергетической и транзитной инфраструктуры. Последняя должна открыто рассматриваться как политический инструмент российского государства, который применяется им, в том числе — в интересах стран-союзников.

— Государственная монополия на проведение международной энергополитики. Речь идет не о внешнеторговой, а именно о политической монополии, которая не требует полной национализации топливно-энергетического сектора, но предусматривает механизм согласования с государством партнеров и цен сделок, а также всех инвестиционных проектов. Ситуация, при которой Газпром или Роснефть могут сначала получать преференции как государственные корпорации, а затем пользоваться ими уже в качестве частных (что вполне вероятно в недалеком будущем) — должна быть законодательно исключена.

— Исключительная собственность государства на недра и добываемое сырье. Организация режима недропользования на основе этого принципа (на данный момент ресурсы, добываемые на государственных месторождениях, оказываются фактически в собственности добывающих компаний) является главной системной предпосылкой привлечения внешних инвестиций в модернизацию и развитие транзитной и добывающей инфраструктуры, в том числе на основе режима срочных концессий.

— Диверсификация энергополитического партнерства. Существующий европейский и формирующийся американский крен российской энергополитики необходимо преодолеть. Индия, Китай, Япония и другие страны АТР жизненно заинтересованы в поставках российских топливно-энергетических ресурсов и готовы вкладывать средства в сопутствующую инфраструктуру. Поскольку принцип диверсификации партнерства следует применять и к самим странам АТР, маршруты, позволяющие торговать с несколькими государствами (Ангарск—Находка), политически предпочтительнее для России, чем маршруты, жестко привязывающие ее к одному потребителю (Ангарск—Дацин).

— Создание стратегического резерва разведанных месторождений. Разработка месторождений из этого резерва может быть санкционирована только исключительным решением парламента. Одновременно создание такого резерва усилит суверенные позиции России в нарастающей дискуссии о международном освоении ее природных богатств в ситуации глобальной борьбы за ресурсы.

26 мая 2005 года

В обсуждении, которое вел директор по спецпроектам ИНС, политолог Юрий Солозобов, приняли участие представители Минпромэнерго Марина Микаелян и Владимир Никитаев, руководитель Института модернизации Михаил Делягин, политолог Антон Суриков, директор института "Восток-Запад" Алексей Макушин, зав. сектором ТЭК ВНИИВС при МЭРТ Владислав Савин, президент ИНС Михаил Ремизов, вице-президент ИНС Виктор Милитарёв, главный редактор АПН Борис Межуев и другие эксперты.

Поделиться:

Loading...

![CDATA[ (function(d,s){ var o=d.createElement(s); o.async=true; o.type="text/javascript"; o.charset="utf-8"; if (location.protocol == "https:") { o.src="https://js-goods.redtram.com/ticker_15549.js"; } else { o.src="http://js.grt02.com/ticker_15549.js"; } var x=d.getElementsByTagName(s)[0]; x.parentNode.insertBefore(o,x); })(document,"script"); ]]

КАЗАХСТАН И РОССИЯ

Юрий Солозобов

КАЗАХСТАН И РОССИЯ

Пространство СНГ не раз объявлялось приоритетным направлением российской внешней политики. В то же время, именно это направление остается наименее обеспеченным — кадрово, идейно, организационно. Никаких внятных проектов для "постсоветского пространства" у России до сих пор нет. Российские посольства в СНГ обнаруживают полную недееспособность, особенно очевидную в критические моменты смены власти в странах пребывания. Одно из проявлений этой тенденции — ставший привычным для российского политического класса подход к Казахстану как к провинциальной "глубинке Евразии", которая "никуда не денется" от Москвы. Этот подход абсолютно неадекватен реальному значению региона и характеру идущих в нем процессов. Казахстан становится сегодня такой же узловой точкой постсоветского пространства, какой была Украина в ходе президентских выборов конца 2004 года. Анализу сложившейся вокруг республики Казахстан политической ситуации был посвящен экспертный семинар Института национальной стратегии. В дискуссии приняли участие представители официальной Астаны, лидеры ряда казахстанских партий, аналитики ряда российских ведомств и Института национальной стратегии. Обсуждение подтвердило тезис о том, что период "авторитарной стабильности" в Казахстане и других среднеазиатских республиках завершается, и происходит это на фоне ослабления позиций России в регионе.

КАЗАХСТАН В ГЛОБАЛЬНОЙ ГЕОПОЛИТИКЕ

В чем же действительная цена казахского вопроса? За последние годы динамично развивающийся Казахстан стал ареной столкновения крупных мировых центров силы. Здесь и Евросоюз, заинтересованный в независимых от России энергоресурсах каспийского бассейна, и Китай, рассматривающий Казахстан как находящуюся под боком энергетическую кладовую, и Соединенные Штаты, наращивающие военное присутствие в регионе. Мало кому известно, что уже сегодня, после открытия в казахской нефтяной столице Атырау военной базы, финансируемой США, представители США и НАТО ведут переговоры с Астаной о создании военно-морского флота Казахстана для защиты совместных интересов в Каспийском море. Этот факт не слишком афишируется, зато степень американского влияния иллюстрирует очень хорошо. И дело не только в создании нового рычага давления на Иран (со стороны Каспия). По мнению геополитика Вадима Цымбурского, контроль над Казахстаном — важнейшее звено в стратегии глобальной гегемонии США. Граничащие с Россией страны СНГ и Прибалтики, следует рассматривать, прежде всего, "как части огромного целостного территориального пояса — Великого Лимитрофа, протянувшегося от Финляндии до границ Китая, и разделяющего крупнейшие цивилизационные центры Евразии. Пояса, куда входит Восточная Европа, Кавказ, Центральная Азия". Американская администрация всё отчетливее стремится к выстраиванию этого пояса как "расшивающего" континент сквозного протектората, позволяющего в сочетании с морской мощью контролировать крупнейшие цивилизации Евразии: Россию, Индию, мусульманский мир плюс Иран, а также Китай — которые оказываются "зажаты" Евроатлантическим миром, и со стороны моря, и изнутри континента.

Так, контроль над новой Центральной Азией позволяет одновременно давить на Россию в ее сибирском транспортном средоточии; на Индию — со стороны Кашмира; на Иран — со стороны его тюркских северных провинций; на Китай — со стороны Синьцзян-Уйгурского района, Тибета и даже внутренней Монголии. Не случайно многие участники обсуждения подтвердили, что продвижение "бархатных революций" в Центральную Азию рассматривается в КНР как большая угроза.

В этом контексте Казахстан должен рассматриваться не как провинциальное государство, балансирующее между глобальными "центрами силы", а как ключевое и фундаментальное звено великого межцивилизационного пояса, проходящего через всю Евразию. От судьбы Казахстана во многом зависит, будет ли этот пояс тем, чем был в веках — "внутренним коридором" Евразии, зоной, разделяющей и связывающей ее цивилизации — или станет плацдармом евроатлантического господства на континенте.

Значение Казахстана для России не исчерпывается этим глобальным сюжетом. Как подчеркнул на семинаре президент ИНС Михаил Ремизов, Казахстан является не ставкой во внешнеполитической игре, а фактором внутренней геополитики России. Попросту говоря — ее целостности. Достаточно указать на то, что Казахстан вторгается в коммуникационное средоточие, которое связывает Россию сибирскую и Россию европейскую. По территории Казахстана проходят ключевые для России магистрали, связывающие ее территорию. Некогда единая Южно-Сибирская железная дорога была разделена между Россией и Казахстаном так, что 150 километров Транссиба идут по казахской территории. В ходе делимитации с границ с Казахстаном, спешно проведенной под давлением требований Евросоюза, вопрос о статусе этого участка Транссиба даже не был поставлен российской стороной. На данный момент лишь добрая воля президента Назарбаева отделяет Россию от "перерезания" ее осевой коммуникационной артерии "визовым барьером".

Эксперты приводили яркие примеры того, что у ряда регионов России существуют очень тесные связи с Казахстаном. Например, вся энергетика Омской области оказалась завязана на угли Экибастуза, поскольку построенная во времена СССР огромная ТЭЦ может работать только на угле определенного сорта. Оренбургская область также ввозит из Казахстана железную, хромовую и марганцевую руду, огнеупорную глину, каменный уголь, ферросплавы, нефть, газ и газоконденсат, мясо, зерно. Только одной нефти Омская область импортирует на два миллиона тонн ежегодно, так как Омск представляет собой 13% российской нефтепереработки, это половина российского полиэтилена и четверть каучука. Это означает, что в случае закрытия казахской границы Сибирь остается практически без топлива: без бензина перед посевной, без продуктов нефтехимии. Получается, что при блокировании буквально несколько договоров всё хозяйство огромного региона России может быть поставлено на колени. В идеале такого рода взаимозависимость должна стать из угрозы фактором устойчивого союза. Географ Дмитрий Замятин предложил в качестве одного из шагов в этом направлении создание совместных культурных и экономических центров на территории России вблизи границ Казахстана. К примеру, на Алтае, в Астраханской и Омской области. В то же время, со стороны Казахстана необходима, как подчеркнул вице-президент ИНС Виктор Милитарёв, новая активная политика по развитию отношений с приграничными областями при учете интересов русского населения в самом Казахстане.

КАЗАХСТАН КАК ПОЛИТИЧЕСКАЯ МАШИНА ВРЕМЕНИ

К сожалению, все вопросы региональной интеграции Москва и Астана сегодня вынуждены откладывать вплоть до решения главного вопроса — "вопроса о власти". Как подчеркнул представитель казахской оппозиции, бывший вице-премьер РК Ораз Джандосов, "и Казахстан, и Россия сегодня находятся в ситуации выбора, в ситуации транзита власти", вызывающего к жизни призрак "бархатной революции". Причем, поскольку казахстанский режим является первым в очереди на "перезагрузку", его опыт может послужить моделью и для России. Впрочем, по мнению известного политолога Станислава Белковского, "масштаб личности и политический опыт Назарбаева достаточны для того, чтобы увидеть, оценить, взвесить предпосылки революции снизу на исторических весах и предпринять усилия для того, чтобы обеспечить преемственность власти путем революции сверху".

Профессор РГГУ Людмила Адилова привела опыт Казахстана в качестве примера "единственного в Средней Азии и достаточно успешного евразийского государства, которое осуществило планомерные реформы". Особенность казахской модернизации состоит в том, что Казахстан начал с экономических реформ, проведенных довольно эффективно, и только затем подошел к политической модернизации, по итогам которой сложилась далеко не бутафорская оппозиция. У нее есть единый кандидат, достаточно харизматичный лидер — бывший спикер парламента Жармахан Туякбай, есть другие лидеры — причем умеющие работать с массами, готовые к уличной борьбе. Власть же, напротив, не готова работать с массами в новой политической ситуации, что вполне объяснимо: в период стабильного развития политика всегда уходит с улиц, но является одним из важнейших факторов "цветной революции". Однако главные ее предпосылки связаны, по мнению представителей казахстанской оппозиции, с семейно-клановой коррупцией. Если помножить дискредитирующие власть конфликты в семейном окружении президента на повышенную активность крайне многочисленных неправительственных организаций, решительность оппозиции и внешнюю заинтересованность (США очевидно насторожены ростом китайского влияния в Казахстане), то диагноз становится вполне отчетливым.

Однако существуют серьезные различия между ситуациями в Грузии, Украине, Киргизии, с одной стороны, и Казахстане — с другой. Если говорить коротко, Казахстану при Назарбаеве в гораздо большей мере удалось стать полноценным государством, чем Грузии при Шеварнадзе, Украине при Кучме, Киргизии при Акаеве. Да и по личностному потенциалу Назарбаев очевидно превосходит названных лидеров (в этом сошлись все эксперты, включая и критиков президента). Политолог Екатерина Курбангалеева суммировала факторы, делающие "бархатную революцию" в Казахстане менее вероятной. Это преобладающая в обществе позитивная оценка собственного уровня жизни и динамики развития; фактическая общность информационного пространства с Россией; удобные транспортные структуры, исключающие возможность изоляции какого-либо региона от центра; отсутствие острого этно-регионального расслоения, подобного тому, которое есть в Киргизии или на Украине. Но главное преимущество существующего режима состоит в избранной Назарбаевым модели преемственности. Назарбаев уже заявил (кстати, буквально на третий день после дискуссии в ИНС) о своем намерении баллотироваться на новый президентский срок. Безусловно, открытое предложение пролонгировать свою ответственность за страну является со стороны лидера более сильным решением, чем "перерегистрация" власти на доверенных лиц и преемников.

В этой ситуации главным фактором риска становится "внешний фактор". В качестве примера возрастающего давления эксперты часто упоминали "дело Гиффина", которое активно расследуется в США. Даже перенос будущих президентских выборов на конец 2005 — начало 2006 года некоторые аналитики связывают со стремлением упредить судебные слушания в Америке по этому делу, которые могут обозначить претензии, в том числе уголовного плана, к главе казахского государства. "Дело Гиффина" дамокловым мечом висит не только и даже не столько над Назарбаевым, сколько над всей политической системой Казахстана. Как отметил политолог Александр Нагорный, американцы, как правило, сначала завязывают своих политических клиентов на денежные потоки, а затем обвиняют их в диктатуре, коррупции и сменяют на новых: "Это модель, которая хорошо опробована и в Латинской Америке, и на Филиппинах, и в Южной Корее, и где угодно. Американские стратеги хорошо видят, что и в Казахстане эта модель может сработать". Определенные противоречия существуют и внутри действующей элиты: она не едина, в ней нет четкого понимания процесса преемственности власти. А так как игроков, располагающих серьезными финансовыми возможностями, в Казахстане много, и многие из них завязаны на Россию, то вопрос о сценариях казахстанского транзита власти еще далеко не закрыт.

Сегодня в Казахстане сложилась достаточно благоприятная для России ситуация, когда и действующая власть, и лидеры казахстанской оппозиции держат курс на стратегическое партнерство с Россией, несмотря на разногласия по внутриполитическим вопросам. России не следует отстранятся от проблемы казахстанского транзита власти. Вопрос лишь в точном выборе позиции. На наш взгляд, и ставка на инерционное воспроизводство стабильности, и ставка на "революционную волну" были бы по-своему ошибочны, поскольку ни один из этих сценариев не будет реализован в чистом виде. Суммируя "факторы статус-кво" и "факторы революции", уже сейчас можно сделать предварительный вывод: даже в том случае, если Назарбаев добьется успеха на предстоящих выборах, перемены в системе власти окажутся неизбежными. И лучше, если их инициатором выступит сам президент. Сегодня у казахстанской власти есть запас исторического времени (хотя и небольшой!) для того, чтобы самостоятельно провести обновление элит. Наша страна должна твердо позиционировать себя в отношении Казахстана как сторонник "революции сверху" на основе нового консенсуса между представителями политических элит. Тем более, что большинство из них не хотели бы повторения событий в Оше и Андижане.

Профессор Дипломатической академии Игорь Панарин озвучил базовые принципы, на которых должен строиться российский подход к казахстанской политике. Первый принцип — Россия не заинтересована ни в каких дестабилизирующих событиях в любой форме — не важно, по модели Андижана, Киева или Бишкека. Второй принцип — Россия заинтересована в сотрудничестве со всеми политическими силами Казахстана: как с действующей властью, так и с оппозицией. Третий принцип — со всеми ведущими политическими партиями Казахстана надо договориться о том, что отношения с Россией как краеугольный камень стабильности не должны подвергаться ревизии при внутриполитических переменах. Наконец, четвертый базовый принцип — сохранение и развитие общего информационно-культурного пространства, призванное сыграть ведущую роль в формировании единой евразийской политической среды. Без эффективной политической стратегии по реализации этих принципов, рассчитывать на инерцию отношений с казахстанским режимом очень наивно. Более того, даже смертельно опасно в условиях, когда два главных геополитических игрока, Америка и Китай, развивают колоссальную активность в Центральной Азии.

ФОРМУЛА ИНТЕГРАЦИИ

Единственной гарантией от управляемой дестабилизации Казахстана извне является не совершенствование механизмов контроля над политической системой, а публично реализуемый национальный проект. То есть проект консолидации единой политической нации в масштабах страны. Причем в случае Казахстана успешное выполнение этой исторической миссии будет не отдалять его от России, а привязывать к ней. Как отметил, завершая экспертное обсуждение, Михаил Ремизов, существуют две задачи национального строительства Казахстана, которые могут быть выполнены только в режиме интеграции с Россией и являются общими для обеих стран. Это, во-первых, преодоление сырьевой модели экономики и новое индустриальное развитие. Во-вторых, это "закрепощение элиты", переориентация интересов ее безопасности и, в конечном счете, ее лояльности с транснационального на страновой уровень. Решение этих задач потребует колоссальной сопротивляемости к внешнему давлению и значительного масштаба ресурсов (средства на инвестиции, емкий внутренний рынок, развитая инфраструктура и т.д.). Всё это Казахстан может получить только в рамках общего с Россией большого пространства. Разумеется, последнее будет также означать определенного рода зависимость. Но огромное преимущество этой региональной зависимости перед глобальной состоит в том, что она не носит колониального характера, не требует социального апартеида, культурной "ломки", неэквивалентного обмена, десуверенизации, деиндустриализации, деморализации общества. Народам северной Евразии еще предстоит в должной мере понять, что эти признаки регресса, хорошо знакомые нам по опыту последних лет, являются не следствием чьей-то злой воли или отдельных ошибок, а системными эффектами "интеграции в цивилизованный мир", как жестко устроенную "пищевую пирамиду". По мере осознания этого факта потенциальный проект России для постсоветского пространства, проект не-колониального "большого пространства", остающегося возможным благодаря геокультурному, геоэкономическому и геостратегическому багажу имперского периода, будет приобретать все большую ценность в современном мире.

30 июня 2005 года

«ОБЪЕДИНИМСЯ ПРОТИВ ЗЛА — И ЛИШЬ ТОГДА СПАСЁМ ОТЧИЗНУ»

«ОБЪЕДИНИМСЯ ПРОТИВ ЗЛА — И ЛИШЬ ТОГДА СПАСЁМ ОТЧИЗНУ»

Владимир Добреньков

Владимир Добреньков:

«ОБЪЕДИНИМСЯ ПРОТИВ ЗЛА — И ЛИШЬ ТОГДА СПАСЁМ ОТЧИЗНУ»