Газета Завтра 585 (6 2005)

Оттуда, снизу придет спасение от дикого капитализма. Потому что никакая самая народная партия, оппозиция, политическая организация не сможет ничего изменить в нашей жизни, если сильные и честные одиночки в больших и малых городах России не найдут в себе решимости встать на защиту личного, попранного достоинства.

НА СВЯЗИ МИНСК

НА СВЯЗИ МИНСК

Евгений Ростиков

0

НА СВЯЗИ МИНСК

Педерасты, убежден, и на Марсе, если там все-таки есть жизнь, будут называться педерастами. Но вот в США и Европе это вполне добропорядочные господа: мэры, сенаторы, члены правительства (как недавно в той же Латвии), и даже некоторые президенты. И все это вместе зовется теперь не иначе как расцветом "западной демократии".

Беларусь в этом отношении — явно отсталая, "нецивилизованная" страна. Потому время от времени сюда по линии не какой-нибудь частной фирмочки, организующей секс-туры, а по самой что ни на есть государственной, которую в нашей стране пытаются проводить западные посольства, направляются "цивилизаторы"-извращенцы. Естественно, с дипломатическими паспортами.

Так, несколько лет назад в Минске начал было охоту на несовершеннолетних девочек половой разбойник в ранге американского дипломата. Белорусы, народ тактичный, чтобы не поднимать лишнего шума (и без дипломата-извращенца шума и треска между США и Белоруссией более чем достаточно), застукав его на месте преступления, дали несколько часов на сборы, и тот был таков. А малолеток, попавших на его "удочку", квалифицировали как проституток и определили под надзор инспекции по делам несовершеннолетних.

Следующий американский дипломат предпочитал реализовывать свой нерастраченный секс-потенциал уже среди членов деструктивных сект. Там это в порядке вещей, в некотором роде, узаконенно. (Не потому ли правительство США повсеместно так насаждает и отчаянно защищает эти секты?) Но то, что узаконено у сектантов, вступает в резкое противоречие с белорусским законодательством. Так что пришлось и второму американскому дипломату спешно собирать манатки и лететь через океан, как у нас говорят, до родной хатки.

На днях МИД Беларуси объявил персоной нон-грата атташе посольства Чехии Павла Кржывоглавы. Его обвинили в антиобщественном поведении, выразившемся в спаивании мальчиков-подростков, а затем в совершении развратных действий в отношении этих несовершеннолетних. Оправдываясь, чешский дипломат утверждал, что белорусские власти просто пытаются "бросить тень на его моральный облик". Но после того, как по телевидению были показаны документальные кадры его домогательств к подросткам, и свидетельства последних, как "дядя Кржывоглавы" "пользовал" их у себя дома в постели, перед этим демонстрируя им порнофильмы гомосексуального содержания, пришлось чешскому атташе спешно мчаться к границе; и пока на пункте пропуска "Варшавский мост" ему оформляли документы, он и носа не посмел высунуть из своего автомобиля. Зато один из белорусских оппозиционеров, комментируя высылку чешского дипломата, не преминул упрекнуть Лукашенко, что тот "проводит политику демонизации демократии западных стран и западных дипломатов".

Пытаясь навязать белорусам свои "общечеловеческие" ценности, Запад, не считаясь с историческими и культурными традициями нашего народа, особый упор при этом делает на подрыв морально-нравственных устоев людей. Именно усилиями западных эмиссаров на заре "перестройки" в Беларуси стали активно организовываться разного рода гей-клубы, широко пропагандироваться жизнь лесбиянок и гомосексуалистов. Под это был даже "подверстан" один из минских кинофестивалей, куда вместе со своими "творениями" хлынули "голубые" со всей Западной Европы. В белорусской столице была создана и центральная их структура, которую возглавил один из оппозиционных "революционеров". И теперь, когда оппозиция выступает в очередной поход против Батьки, в первых рядах под семицветным флагом идет ее "боевой авангард" — местные педерасты, которых до последнего времени и "курировал" чешский дипломат Кржывоглавы. Более того, в конце июля 2004 года МИД этой республики создал у себя специальную структуру с весьма красноречивым названием — отдел по борьбе с недемократическими и тоталитарными режимами (ОБНТР). Идейным вдохновителем и инициатором ОБНТР является, конечно же, экс-президент Вацлав Гавел, который в пору своего дисседентства и тюремной отсидки, говорят, и полюбил "голубую культуру".

Не случайно, что именно к нему, одобрившему разрушение сотен памятников и обелисков, воздвигнутых в честь советских солдат, погибших при освобождении Чехословакии, и чешских партизан, сражавшихся с фашизмом, потянулись голубые "барацьбiты за свабоду". Когда в 2000 году в Беларуси случился неурожай и один из корреспондентов спросил его, готова ли Чехия поставить в республику пшеницу, президент Гавел, как истинный демократ, ответил: "В случае Беларуси я бы прислушался к голосу тамошней оппозиции. А она заявляет однозначно: "Не посылать!"

Выйдя на пенсию, экс-президент Гавел сегодня не только курирует ОБНТР, но и является одним из активных членов чешского "Комитета за свободную Беларусь". Что такое "свобода" в его понимании, показали октябрьские события в Минске, когда после парламентских выборов и референдума белорусская оппозиция, подталкиваемая Западом, попыталась организовать массовые беспорядки на улицах города. К участию в них призвали несовершеннолетних, суля им бесплатное пиво и водку, а некоторым, возможно, постель с атташе Кржывоглавы. Специально прибывший на это мероприятие чешский депутат Сватоплук Карасек зачитал беснующимся юнцам воззвание, подписанное любителем розовых сердечек пенсионером Гавелом. В нем, конечно же, говорилось о полной поддержке белорусской оппозиции.

Почему Чехия и ее дипмиссия ведут такую деятельность, не укладывающуюся ни в какие рамки отношений двух суверенных независимых государств? Дело, видно, в том, что Вашингтон и Брюссель не хотят уже выполнять грязную работу, направленную на дестабилизацию обстановки в Беларуси. И поручили ее своим сателлитам из Восточной Европы. А они и рады стараться. Выступая в роли защитников прав и свобод человека, чешское руководство пытается навязать белорусскому обществу чуждые ему принципы и стандарты общественной и политической жизни. Проводниками этих "великих идей" служат дипломатические представительства и их испытанный авангард — педерасты типа Кржывоглавы.

Евгений Ростиков

БЕДА НИКУДА НЕ УШЛА...

БЕДА НИКУДА НЕ УШЛА...

0

Александр Ионов

БЕДА НИКУДА НЕ УШЛА... (Антисербская политика на Балканах в 2004 году)

В ушедшем году на Балканах продолжалась агрессия против сербского народа, выражающаяся все последние годы в разрушении его национально-государственных образований (Республика Сербская в Боснии, Союзная Республика Югославия), насильственном вытеснении из областей исторического проживания (Косово и Метохия) и интенсивной информационно-психологической войне (ведущейся мировыми СМИ без перерыва уже 14 лет). В Косово и в прилегающих к нему территориях относительное "спокойствие", установившееся после македонского конфликта 2001 года, в одночасье испарилось 17 марта прошлого года, когда албанцы начали погром сербского меньшинства в оккупированной НАТО исконно сербской провинции. Тысячи сербских домов, в том числе и только что отстроенных, были сожжены. Сгорели дотла несколько сербских монастырей, подверглись осквернению или были уничтожены огнем десятки православных храмов. Несколько тысяч сербов были вынуждены покинуть Косово, а оставшиеся оказались заперты в небольшом анклаве Косовска Митровица на севере провинции. Албанские экстремисты несколько дней концентрировали усилия, чтобы прорваться в сербскую часть Митровицы и устроить там резню. Если бы это произошло, Косово оказалось бы полностью "очищено" от сербов, чего и хотели добиться инициаторы мартовского погрома. Но насилие удалось все-таки остановить, и окончательного решения "сербского вопроса" в Косово не получилось.

Как реагировали мировые СМИ на эскалацию насилия в оккупированной НАТО южной провинции Сербии? Ничего особенно нового в освещении ситуации на Балканах замечено не было. Даже и на этот раз дело пытались изобразить так, что виноваты во всем сербы. Стратегия информационной войны остается практически неизменной. Причиной начала сербского погрома в Косово ведущие мировые СМИ, предводительствуемые монстрами типа CNN или BBC, изображали хладнокровное и безжалостное убийство трех албанских подростков — кровожадные сербы якобы утопили их в реке. Это-де и вызвало праведный гнев албанцев, которые и так хлебнули горя от "сербских агрессоров" в 1998-99 годах. Однако комиссия ООН, расследовавшая события 17-19 марта, установила, что подростков никто не топил. Еще был установлен неопровержимый факт: сербский погром тщательно планировался и готовился в течение долгого времени… Была ли эта информация так же громко озвучена в западных СМИ? Никак нет. Основные потоки информации, которые потребляет западная общественность, намеренно проигнорировали фактическое опровержение ранее растиражированной версии про плохих сербов, утопивших несчастных албанских подростков. Так в массовом сознании на Западе был закреплен еще один антисербский миф. Большинству "простого" народа, питающемуся информацией с телеэкрана или из ведущих печатных изданий, просто недосуг лезть в Интернет (которого может и не быть) или покупать малотиражные, альтернативные медиа-монстрам издания, чтобы докопаться до правды. Так и не получило широкой общественной огласки на Западе интервью канадского генерала, в годы боснийской войны одно время командовавшего силами ООН, Майкла Роуза — "Мы бомбили не тех!".

После мартовских событий в Косово на Западе активизировались политики -сторонники окончательного отделения Косово и Метохии от Сербии. Предоставление независимости Косово было одним из пунктов в программе демократа Джона Керри.

Марионеточное прозападное правительство Сербии не смогло адекватно отреагировать на весенние события в Косово. Протесты, конечно, были. Были передвижения войск в южной Сербии. Но не более того. Растоптанная и порабощенная Сербия не может защитить своих граждан в собственной провинции. Это продолжается с 1999 года, но впервые, весной 2004 года, происходила столь откровенная и масштабная этническая чистка сербского населения.

"Мировое сообщество" не стало проводить никаких карательных акций против албанских сепаратистов за мартовский погром, ограничившись лишь устными замечаниями. Зато с удвоенной силой навалилась на Белград, дабы процесс решения "окончательного статуса Косово" был ускорен. Но албанская сторона не желает идти ни на какие компромиссы. Единственный выход, желанный для них, — это независимость Косово де-юре (де-факто это уже произошло). В этом стремлении их активно поддерживают в первую очередь демократы США, но также в целом политика Запада направлена на такое решение острейшей балканской проблемы. Разумное (при данных обстоятельствах) предложение о кантонизации Косово было встречено в штыки руководством косовских албанцев и американскими демократами, которые в тот момент уже видели себя хозяевами Белого Дома. Проводившиеся летом переговоры между Белградом и Приштиной опять провалились.

В другой оккупированной НАТО балканской стране — Боснии и Герцеговине, события в ушедшем году так же происходили драматично для сербов. Здесь началось, пожалуй, самое мощное за последние годы давление на Республику Сербскую (государственное образование боснийских сербов в составе Боснии и Герцеговины). Ранее высокий представитель ООН, обладающий поистине диктаторскими полномочиями, британец Педди Эшдаун, принудил к отставке сербского члена тройственного Президиума Боснии и Герцеговины, выдвинув против него сфабрикованные обвинения в незаконном экспорте вооружений. В июне этого года росчерком пера Эшдауна были уволены со своих постов сразу 59 официальных лиц Республики Сербской, в основном из руководства самой популярной среди боснийских сербов Сербской демократической партии (которую раньше возглавлял Радован Караджич). В декабре последовало увольнение еще девяти должностных лиц боснийских сербов. Причина "чисток" — "несотрудничество с Гаагским трибуналом по бывшей Югославии". "Недостаточное сотрудничество" с Гаагским трибуналом стало любимым средством давления на сербов: сербы как в Боснии, так и в Сербии "обязаны" поймать и выдать "главных военных преступников" войны 1992-1995 годов — Радована Караджича и Ратко Младича, а также ряд военных деятелей из команды Слободана Милошевича.

На фоне абсолютистских "деяний" высокого представителя ООН в среде боснийских мусульман, официально именующихся теперь "бошняки", растет ощущение собственной невиновности и "праведности". Голоса о том, что и мусульмане повинны в развязывании гражданской войны начала 90-х, и так же, как и сербы и хорваты, совершали преступления против "человечности", звучат в Боснии все тише и реже. Спустя девять лет после окончания боснийской войны мы можем с горечью наблюдать плоды массированной антисербской пропаганды, которая выставляла (и выставляет) сербов зачинщиками всех войн на просторах бывшей Югославии, "агрессорами" и новыми нацистами. Под влиянием такой внешней и внутренней информационной войны большинство мусульман Боснии твердо уверовали в навязанные им искусственные мифы, главным из которых является "геноцид над бошняцким народом". А действия Педди Эшдауна только подливают масла в огонь, провоцируя в мусульманско-хорватской прессе все больше призывов к упразднению Республики Сербской, как государства построенного вследствие "геноцида".

Вторым главным мифом боснийской войны, активно использующемся в информационной войне против сербов, является Сребреница. Согласно мифу, в который "свято верует" подавляющее большинство не только боснийских мусульман, но и населения земного шара, летом 1995 года войска боснийских сербов напали на безоружную зону безопасности ООН и казнили десять тысяч беззащитных мусульман. После подписания Дейтонского мира правительство боснийских сербов было обязано международным сообществом провести расследование событий вокруг Сребреницы и представить результаты Высокому Представителю. Сербы честно провели расследование и представили доклад о Сребренице в 2002 году. Но разгневанный Эшдаун отправил его в корзину для мусора, запретил его распространение, а на боснийских сербов обрушились очередные санкции… Почему? Потому что нужна не правда, а миф. "Красивый" миф о тысячах несчастных, безоружных мусульманах, расстрелянных кровожадными сербами. Как раз в прошедшем году многими мировыми СМИ было принято к регулярному использованию пропагандистское клише мифа о Сребренице. Звучит оно так: "Величайшее массовое убийство в Европе после Второй мировой войны". В этом клише есть все. И "массовое убийство", и "Вторая мировая война", будящая воспоминания обывателя о Лидице, Бабьем Яре и Освенциме…

Когда приближалась девятая годовщина падения Сребреницы, давление на боснийских сербов возросло до предела. Кончилось насильственными увольнениями сербских чиновников, глухими угрозами об упразднении Республики Сербской, а на стол к Эшдауну лег "новый вариант" расследования событий в Сребренице. На этот раз "результаты расследования" угодили Высокому Представителю. Тогда же, летом, сербов заставили публично признать "геноцид над мусульманами Сребреницы" — по телевидению Республики Сербской выступил президент РС Драган Чавич, назвав события девятилетней давности в Сребренице "черными страницами сербской истории". Боснийские и мировые СМИ задергались в истеричном припадке: "Сербы признали геноцид!" Да, этого долго ждали оболваненные собственной и зарубежной пропагандой "бошняки" и их "Высокие Покровители"! Сейчас мы становимся свидетелями, как закладываются последние кирпичи в здание мощного мифа о "новом Холокосте", жертвами которого были "слабые, плохо вооруженные и миролюбивые" боснийские мусульмане…

Очередной год страданий сербского народа начался в Косово. Заканчивался он тоже в Косово. Осенью там происходили выборы в местный парламент. Международное сообщество стремилось придать им значение прорыва в межэтнической трагедии Космета. Однако все это лишь очередная ложь Запада. Ни о каком мультиэтническом парламенте в Косово не может быть и речи, пока большинство косовских сербов (триста пятьдесят тысяч) находятся в изгнании. Лидеры косовских сербов приняли решение о бойкоте выборов. Политический мир Сербии оказался расколот: президент Сербии Борис Тадич (избранный в июле), крайне прозападный молодой политик, призвал сербов выйти на выборы, а более умеренный западник, премьер Сербии Воислав Коштуница, поддержал бойкот. В итоге выборы все равно состоялись без сербов, а значит, являются не легитимными. Запад, впрочем, это нисколько не смутило, и косовские выборы были провозглашены "успешными и демократичными".

Очередным ударом для сербов под конец года стало назначение на пост премьер-министра Косова одного из бывших командиров террористической "УЧК" ("Армии Освобождения Косово") Рамуша Харадиная. Почитаемый среди косовских албанцев, Харадинай повинен в преступлениях против сербского населения деревни Глоджан и ряда других местностей. Назначение премьером такого человека — это плевок в лицо всей Сербии. Белград резко критиковал назначение Харадиная, но разве критика сербских властей принимается к сведению в мире… Проблемы у Харадиная возникли совсем с другой стороны. Бульдозер мирового "кривосудия" — Гаагский трибунал, подминающий под свои гусеницы и правых и виноватых без разбора, изъявил желание видеть косовского премьера на скамье подсудимых. Официальное предъявление обвинения Рамушу Харадинаю ожидалось в конце января 2005 года. В Сербии обрадовались было, что справедливость восторжествует хоть на этот раз. Но не тут-то было. В Косово и управляющих им оккупационных структурах ООН поднялся крик: "Арест Харадиная приведет к дестабилизации в регионе!", "Косово взорвется!". Почувствовав поддержку международных организаций, осмелели шиптарские боевики. В случае ареста их любимого полевого командира они обещают повторить для сербов "17 марта". Напряженность в Косово и населенных албанцами приграничных районах Сербии вновь нарастает. По данным сербской стороны, к боевым акциям на юге Сербии готовы около двадцати тысяч албанских экстремистов. В самом Косово вновь зазвучали выстрелы, участились поджоги сербских домов. Сербский апокалипсис продолжается…

КОЛУМБИЙСКАЯ НАРКОГЕРИЛЬЯ

КОЛУМБИЙСКАЯ НАРКОГЕРИЛЬЯ

Эрнест Султанов

0

Эрнест Султанов

КОЛУМБИЙСКАЯ НАРКОГЕРИЛЬЯ (FARC: 40 лет наркоБОРЬБЫ)

В этом году Революционные вооруженные силы Колумбии — Армия народа (FARC-EP) — празднуют свой юбилей. Уже 40 лет под предводительством Мануэля Велеса они борются за установление марксистского государства в Колумбии. Победить правительство им пока не удалось, зато они нашли свой способ борьбы с Соединенными Штатами, о чём рассказывается ниже. Так революционеры из FARC стремятся выполнить свой долг в мировых масштабах борьбы с империализмом.

В 40-е годы лидером партии либералов в Колумбии стал Хорхе Гаитано. Супероратор, человек демократических и социалистических взглядов, он уверенно шел к победе на президентских выборах. Для нескольких богатейших олигархических кланов, правивших страной со времен независимости (1819 г.), предложенные Гаитано реформы представляли серьезную угрозу. Поэтому на выборах 1948 года его противники добились "грязной победы" — они застрелили товарища Гаитано. В стране началось народное восстание, вошедшее в историю как "bogotazo".

Эти события и начавшаяся гражданская война между консерваторами и либералами как фон присутствуют во всех произведениях Гарсиа Маркеса. Так, например, Полковник (которому никто не пишет) был одним из демобилизовавшихся герильеров того времени. Таким же герильеросом, только не собиравшимся демобилизовываться, был Мануэль Маруландо Велес, ушедший в горы после убийства Гаитано. Со временем он осел в департаменте Толима, основав "независимую республику", состоявшую из нескольких крестьянских pueblos — деревень.

Естественно, что эти бедные крестьяне, которые считали, что Иисус Христос был гринго и жил где-то рядом с Боготой, вовсе не подозревали о существовании Карла Маркса и об идеологических баталиях в мировом масштабе. Однако после кубинской революции в Вашингтоне очень боялись, что вся Латинская Америка покраснеет и соответственно выделяли неплохие деньги на борьбу с "заразой". Вот кто-то из колумбийских чиновников и нашел, как "развести" старшего брата на финансовую помощь: "независимые республики" были представлены как орды коммунистов, которые только и ждут тайного сигнала "Гаванского радио". В район были стянуты войска, и 27 мая 1964 года армия начала операцию, целью которой было раз и навсегда покончить с "коммунистической вольницей".

Крестьяне сразу и не поняли, что военные собираются воевать с ними, а когда поняли, то сразу же решили идти сдаваться. Однако вся штука была в том, что и у военных во всей этой афере с ликвидацией коммунистов была своя игра — все хотели отличиться и продвинуться. А как известно, за сдавшихся крестьян награды не получишь, да и девать их в общем-то было некуда. Поэтому армейское руководство решило бороться с "восставшими красными отморозками" до победного конца, то есть решили в плен брать как можно меньше народу, чтобы никто не догадался, против кого был направлен удар. В результате этой "войны" благодаря быстроте ног выжили лишь несколько десятков крестьян во главе с Мануэлем Велесом. Так 27 мая стал днем спасения (а значит, и рождения) FARC.

В результате военного решения социальных проблем правительство получило множество новых повстанческих групп: FARC (Революционные вооруженные силы Колумбии), M-19, ELN (Армия национального освобождения) и EPL (Народная армия освобождения). Первые три стали ориентироваться на Кубу и Советский Союз, а EPL — на маоистский Китай.

Главный расчет повстанцев FARC в то время был на то, что "приедет Че и все сделает". Тем более, что у Колумбии было большое преимущество — очень красивые женщины (лучшие в Латинской Америке талии). Однако у Че были свои планы. После Кубы и Конго ему хотелось поехать в более цивилизованную страну. Сначала он заглянул в Венесуэлу, но там герилья ко времени его приезда уже выдохлась, а бывшие герильеры обсуждали революцию в кофейнях в центре Каракаса. Оставалось возвращение на родину — в Аргентину. Но поскольку и там никто особенно революцию не поджигал, то он неожиданно для многих начал в самой бедной, некрасивой и исторически несчастной Боливии. Возможно, тоска по родине и близость дома сыграли в выборе всемирно известного маечного персонажа ключевую роль.

После того как очередное приключение аргентинца провалилось и американцы разделали его труп, Советский Союз (а значит, и Куба) на некоторое время разуверился в "латиноамериканской революции". Для FARC и других повстанческих групп это означало сокращение финансирования и конец халявной жизни.

YELLOW SUBMARINE Как и в других странах региона, колумбийская герилья начала выдыхаться. Однако в конце 60-х в Европе и Соединенных Штатах началась сексуально-наркотическая революция. "Битлз" пели Yellow Submarine, а элита переключилась с алкоголя на кокаин. Этим и воспользовался команданте Велес. FARC, используя ленинский принцип "конкретного анализа конкретной ситуации", первыми из повстанцев начали делать деньги на кокаине. В зоне своего контроля они установили налоговые таксы: 10% с крестьянского урожая коки и 15% с производителей кокаиновой пасты, из которой затем делают белый порошок.

Усилившись за счет правильной системы налогообложения, FARC начала расширять свое влияние, "беря под защиту" местных наркобаронов. Цель была одна — заставить их платить революционные налоги. Однако большинство из них, такие, как Родригес Гачо и Камило Гонсалес, имели свои собственные мини-армии и считали, что могут работать самостоятельно.

В результате в конце 70-х-начале 80-х началась война между наркобаронами и FARC. Она велась на двух фронтах. С одной стороны, на земле повстанцы и наркобароны уничтожали "чужие" караваны с кокаином, сжигали "вражеские" плантации и фабрики. Причем на стороне наркобаронов в военных действиях принимала участие колумбийская армия. В частности, когда повстанцы вели наступление в сторону границы с Бразилией, где находилась крупнейшая в Колумбии нарколаборатория Камило Гонсалеса, в джунглях произошел бой. В нем на стороне наркобарона участвовали элитные десантные части колумбийской армии (las Fuerzas Especiales del Ejercito). С другой стороны, последовали убийства политиков, связанных с "врагом". Так, по приказу Гачо были убиты многие депутаты парламента от Патриотического союза, политического крыла FARC.

ДОН ПАБЛО Переломным пунктом в войне стал союз между FARC и доном Пабло Эскобаром. У марксистов и наркобарона из Медельина было много общего. Пабло Эскобар, как и Мануэль Велес, ненавидел олигархию и несправедливое колумбийское государство. И тот, и другой были людьми левых взглядов. И главное, оба стремились доминировать в своей среде. В частности, руководство FARC считало, что только их организация является революционной, поэтому воевала с остальными повстанцами из M-19, ELN и EPL за территорию. В свою очередь, Пабло Эскобар, уже добившийся контроля за "бизнесменами" из Медельина, пытался подчинить себе картель Кали.

"Босс всех боссов" (помните "Кокаин" с Джонни Деппом?) и босс всех повстанцев начинают действовать масштабно. С одной стороны, расширяется их совместное влияние в Колумбии. В той или иной степени на содержании у наркомафии в середине 80-х находилось до 20% членов колумбийского Конгресса, из которых половина принадлежала Медельинскому картелю. Своих депутатов имело и политическое крыло повстанцев — Патриотический союз. Так что вместе они уже могли не только блокировать "реакционные законы", но и уверенно приближались к контролю над парламентом. На местном же уровне, особенно в Медельине и сельскохозяйственных провинциях, влияние нарко-повстанческого союза было еще более значительным. Таким образом, впервые со времен Гаитано правившие Колумбией семьи вновь почувствовали реальную угрозу своей власти.

С другой стороны, начался экспорт "кокаиновой революции". Эскобар и Велес стали помогать "товарищам" в Никарагуа, Сальвадоре и Панаме. В частности, в 1984 году сандинисты и Эскобар совместно разрабатывали и реализовывали транспортные маршруты для доставки кокаина во Флориду.

Здесь-то они и нарвались на интересы республиканского истеблишмента Соединенных Штатов. Дело в том, что республиканцы, в отличие от демократов, жестко боролись против левых и активно помогали никарагуанским контрас. А под эгидой ЦРУ оружие для никарагуанских правых доставляли братья Очоа из картеля Кали. При этом использовалась схема кокаин-деньги-оружие-деньги. Причем, разумеется, все участники "спецоперации" получали солидные комиссионные.

Соответственно ЦРУ вместе с братьями Очоа решили убрать неудобного конкурента. Таким образом, Пабло Эскобар стал главным врагом Соединенных Штатов Америки в регионе. И именно на него ЦРУ повесило весь кокаиновый трафик в США. Эта война продлилась до 1993 года, когда Пабло Эскобара все-таки застрелили. Примечательно и то, что после его смерти экспорт наркотиков в США только вырос.

Одновременно началась жесткая война против FARC, которые стали угрожать интересам "пяти семейств". За несколько лет убили около трех тысяч членов Патриотического союза, включая депутатов на всех уровнях. Семейства сделали все, чтобы не допустить урегулирования конфликта и раздела власти с повстанцами мирным путем. Кроме того, в рамках войны появились paramilitares, занимавшиеся тем же самым бизнесом, только под эгидой государства и ее самых влиятельных кланов.

КРАСНЫЙ КОКАИН К тому времени повстанцы уже самостоятельно освоили кокаиновый бизнес, имели свои транспортные маршруты и дилерские сети в Соединенных Штатах. В 1987 году под эгидой FARC создается Повстанческий союз имени Симона Боливара. На самом деле это означало подчинение остатков других повстанческих групп (кроме ELN) команданте Мануэлю Велесу.

Убрав Эскобара, американцы даже помогли повстанческому команданте, избавив от потенциального соперника. Определенные неприятности для повстанцев доставило падение "Берлинской стены", в результате чего FARC лишилась идеологических союзников в Никарагуа, Сальвадоре и Панаме. Так что какое-то время повстанцам пришлось бороться и разлагать империализм через Кубу. (Примечательно, что замешанные в трафике генералы, экстрадиции которых требовали США, были расстреляны Фиделем в сжатые сроки.) Уже к середине 90-х нормальный трафик был восстановлен. Повстанцы продолжили экспроприировать сверхдоходы "экспроприаторов" с помощью торговли кокаином.

В целом 90-е принесли с собой много полезного для блага революции. В частности, параллельно с ростом "новой экономики" рос спрос в Соединенных Штатах: появился новый класс яппи-профессионалов, активных и богатых потребителей кокаина. (Где-то в это время разворачивается действие "Трафика".)

В результате FARC заметно усилилась как в экономическом, так и в военном плане. В 1996 году в ответ на наступление правительственных войск FARC провела контратаку, захватив крупную военную базу с символическим названием "Приятности". После этого правительства уже не решались на крупные военные кампании. В свою очередь, Мануэль Велес объявил о финальной стадии войны, в рамках которой была поставлена цель — взять столицу.

К этому времени повстанческая армия достигла численности в 30 тысяч человек, а число активных сторонников FARC в Боготе доходило до 80 тысяч. В этой ситуации президент Пастрана в 2000 году начал мирные переговоры с FARC. Повстанцы получили пять муниципалитетов в качестве собственной зоны ответственности и, что было самым важным, — выход к морю.

И правительство, и повстанцы использовали это время для подготовки к новому этапу войны. В рамках плана "Колумбия" США разместили в стране свой ограниченный контингент и начали подготовку национальных кадров для борьбы с повстанцами. За несколько лет Вашингтон потратил для нужд колумбийской армии семь с половиной миллиардов долларов. В результате Богота стала третьим получателем военной помощи от Вашингтона.

В свою очередь, и повстанцы не теряли времени, понимая всю циничность логики капитализма. Они активно вкладывали деньги в легальный бизнес. В ЦК повстанческого движения был включен банкир Симон Тринидад — человек из богатой семьи, получивший гарвардское образование. Помимо вложений в иностранные банки и оффшоры, FARC продолжала завоевание страны изнутри. В частности, повстанцам принадлежит крупнейшая сеть куриных ресторанов в Колумбии. И, конечно, герилья активно перевооружалась. Один из последних кораблей, вошедших в повстанческий порт, был загружен оружием китайского производства, в том числе десятью тысячами автоматов "Калашников".

РЕВОЛЮЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ Война возобновилась в 2002 году, в период "кризиса предложения" на кокаиново-героиновом рынке Соединенных Штатов. Дело в том, что в конце 90-х талибское правительство в Афганистане начало борьбу с посевами опиумного мака. В результате афганский экспорт на мировой рынок сократился чуть ли не в десять раз. Одновременно повстанцы из FARC на подконтрольной им территории начали постепенную переориентацию крестьян — место коки заняли легальные посевы. Таким образом, на мировом рынке тяжелых наркотиков возникла нехватка сырья: поставки из ключевых центров начали сокращаться.

В результате (при том, что объем наркотика только в Нью-Йорке составляет более 50 миллиардов долларов ежегодно) цены на наркотики, в том числе и на кокаин, начали сказочно расти. Многим рядовым яппи это ударило по карману. Одновременно начало ухудшаться качество товара, появились крайне вредные препараты-заменители. В итоге возникла серьезная угроза социальной стабильности в Соединенных Штатах.

Чтобы не доводить ситуацию до взрыва, правительство США приступило к активным действиям по решению новой для себя проблемы. Зимой 2001-2002 гг. был ликвидирован режим талибов, боровшийся с опиумными плантациями; в Колумбии примерно в то же время началось наступление правительственных войск против повстанцев.

Военные действия понадобились не столько для того, чтобы побеждать, сколько для того, чтобы лучше экспортировать. Теперь и в Афганистане, и в Колумбии находятся американские войска. Специализированные транспорты теперь без проблем могут курсировать между зоной производства и основными рынками сбыта в "цивилизованном мире". Цены на "товар" на розничном рынке снова пошли вниз. Социальная стабильность была восстановлена, что стало главным достижением и одной из основных причин успеха президента Буша на выборах.

Колумбийская сельва

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

Валентин Пруссаков

0

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

Катар — небольшое государство Аравийского полуострова, обычно не избалованное вниманием российских СМИ. Однако в прошлом году из-за ареста двух наших разведчиков, обвинявшихся в убийстве бывшего президента Чечни Зелимхана Яндарбиева, о нем писали и говорили, пожалуй, предостаточно. Эмират обвиняли, в частности, в том, что он "является американской марионеткой и предоставляет убежище международным террористам"… В конце прошлого года эмир Катара, шейх Хамад бин Халифа аль-Тани, как писала газета "Время новостей", "сделал России поистине королевский подарок": обоим россиянам, отбывавшим наказание в одной из тюрем Дохи, было позволено возвратиться на Родину. Очевидно, что теперь уже можно посмотреть на Катар и проводимую им политику иным, не подозрительным и мстительно прищуренным взглядом, отражающим не совсем праведное возмущение относительно того, что "наших засадили", а без всякой предвзятости и каких-либо задних мыслей.

Новая эра — эпоха модернизации, прогресса и всестороннего развития, в жизни этой пустынной и малонаселенной страны (около 700 тысяч человек, из которых коренных жителей — примерно 200 тысяч), чрезвычайно богатой запасами газа и нефти, началась в 1995 году после прихода к власти нынешнего эмира Хамада бин Халифы. Благодаря экспорту за рубеж нефти, нефтепродуктов и, прежде всего, газа, катарцам был обеспечен один из самых высоких уровней жизни в мире. По некоторым данным, годовой доход на душу населения равняется 27 тысячам долларов, но несколько западноевропейцев, постоянно живущих и работающих в Дохе, убежденно говорили мне, что по данному показателю катарцы уже оказались "впереди планеты всей".

Нельзя не подчеркнуть того, что огромные нефтегазовые доходы не оседают здесь исключительно в широких карманах олигархов, а используются правительством для сглаживания противоречий между имущими и бедными слоями населения. Развернуто и широкое строительство домов для людей с низким уровнем доходов, регулярно повышается заработная плата рабочим и служащим в государственном секторе. Безработицы нет и в помине, постоянно растет потребность в специалистах и рабочих руках, что ведет к непрерывному притоку иностранцев.

Образование и медицинское обслуживание — бесплатные. Высшее образование можно получить в университете Дохи или в находящихся здесь же филиалах некоторых американских колледжей, а также в заграничных учебных заведениях. Около 70% обучающихся за рубежом катарцев предпочитают получать свои дипломы в Соединенных Штатах.

Катар является, надо признать, одним из главных американских союзников в регионе, но в то же время, как неоднократно подчеркивало его руководство, стремится к хорошим, дружеским и взаимовыгодным отношениям абсолютно со всеми странами без исключения. Именно поэтому в этом крошечном государстве, территория которого занимает всего 11,4 тысяч квадратных километров, мирно сосуществуют израильская торговая миссия и палестинские боевики, российские бизнесмены-газовики и чеченские

беженцы, военные базы США и спутниковый телеканал "Аль-Джазира", регулярно передающий заявления бен Ладена и его соратников, открыто призывающие к убийству американцев.

Катарцы гордятся тем, что питают уважение ко всем религиям и культурам и могут находить общий язык с теми, кто придерживается самых противоположных взглядов и убеждений. В их стране, последовательно придерживающейся традиций арабского гостеприимства и исламского миролюбия, нашли приют не только Яндарбиев и другие чеченцы, но и представители ХАМАСа, изгнанные из Иордании, и один из

лидеров алжирских исламистов Аббас Мадани. Почему эмир предоставил "крышу" им и ряду других "экстремистов"? Только ли, как это предписывает Коран, из чувства исламской солидарности и стремления помочь братьям-мусульманам, подвергающимся преследованиям? Может быть, конечно, но есть и другое объяснение его радушия, выдвигаемое некоторыми западными и российскими экспертами. По их мнению, катарский монарх, принимающий практически единолично все важнейшие решения, как во внутренней, так и во внешней политике, приютил "гонимых" исламистов, главным образом потому, что хотел как-то успокоить своих подданных, тихо роптавших по поводу чересчур прозападного курса его правительства. Население этого весьма консервативного исламского государства было крайне недовольно тем, что в их стране находился американский командный Центр, руководивший операциями против Ирака в ходе последней войны, и уже ранее прочно обосновались военные базы США, собирающиеся оставаться в ней на неопределенный, ничем не ограниченный срок.

Однако, думается, все же неправильно рассматривать Катар как лишь послушную марионетку заокеанской супердержавы, готовую всегда и во всем подчиняться окрику из Вашингтона. Так, американцы, например, неоднократно подвергали нападкам эмира и его правительство за то, что они ничего не предпринимают в отношении "Аль-Джазиры", допускающей в своих программах "антиамериканские выпады" и якобы "натравливающей зрителей на американцев". Более того, разгневанные янки требовали закрытия этого, бесспорно, лучшего и наиболее профессионального телеканала на арабском языке. Эмир остался недвижим к грозным демаршам Вашингтона, а ответ его правительства был кратким, но достаточно резким: "Как может американская администрация, гордящаяся своей приверженностью к свободе слова, выступать с подобного рода требованием?".

За годы правления шейха Хамада, по общему мнению, катарское общество стало значительно более открытым, но никакой оппозиции в стране нет, и не предвидится в обозримом будущем. Местные жители уверяют, что дело вовсе не в страхе перед властями, а в том, что в ней просто нет ни малейшей нужды: "Эмир и его правительство заботятся о наших интересах. У нас всегда есть возможность быть услышанными. Мы не нуждаемся в том, чтобы иностранцы, а только они озабочены отсутствием оппозиции, говорили нам, что и как делать в нашей стране. Если мы с чем-то не согласны, то можем откровенно высказаться и довести свою точку зрения до официальных лиц".

Катарцы сделали свой выбор, и они намерены и дальше продвигаться по пути модернизации и демократизации. Их страна открыта для всех, для Востока и для Запада, но, как сказал мне один высокопоставленный чиновник, "мы прислушиваемся к любым советам и предложениям, но не любим, когда на нас смотрят свысока и навязывают нам собственные понятия и представления. Мы будем делать все возможное, чтобы избежать нежелательных эффектов демократии западного типа. Мы хорошо знаем, что необходимо позаимствовать и что нужно отвергнуть".

Валентин Пруссаков